Деревня

Пожалуй, начну я своё повествование со знакомства со мною. Зовут меня Александром Степановичем Осокиным. Мне 46 лет. Живу я в деревне. Я фермер: выращиваю овощи; дою корову, получаю молоко. Расскажу я одну историю, приключившуюся со мною два года назад, когда я ещё жил в городе. Ездил я на автобусе из одного города в другой на работу на завод (тогда я ещё работал на заводе). Занятие это было долгое, однако завлекательное. Человек я общительный, и потому любил поговорить с разными людьми, которые ехали со мною на автобусе. Встал я утром как ни в чём не бывало и отправился на остановку, на которой должен был, как прежде, встретить автобус, идущий через деревни и сёла в другой город. Это была весна. Месяц был апрель. Шёл я по тротуару; меня сдувало сильным ветром, который бушевал ещё со вчерашнего дня. Ветерок, однако, я люблю. Мне нравится то, как он меня освежает, правда, потом, когда я заболеваю, я начинаю винить себя, что недостаточно хорошо укрылся от него. Шёл я, значит, по тротуару. Мимо меня пробежала собака, ускользнувшая от своего хозяина. Хозяин бежал за нею, а она, упрямая, убегала и убегала вдаль. «Что же случилось?» — думал я. Хозяин, наконец, поймал собаку. Я его и спросил о том, что думал. Он мне ответил, что собаку он только недавно купил, а она ещё к нему не привыкла. «Забавно!» — подумал я. Я подходил к остановке. Уже слышались звуки пролетающих машин. Я увидел мой автобус и стремглав побежал к нему, боясь, что он уедет без меня. Всё же я успел на него.

Вошёл я в автобус. Людей в нём было много. И многие из них так же, как и я, ехали на тот же самый завод. Я встретил товарища моего по заводу — Семёна Андреича и пожал ему руку. С Семёном Андреичем знаком я был уже давно. Когда я только пришёл работать на завод, он уже там работал и всё знал. Он обучал меня и помогал мне, когда я только начинал работать. Мы с ним разговорились.
— Ну что Семён Андреич, как ты? — начал я.
— Вчера пива выпил, еле отошёл от него к сегодняшнему утру, — ответил мне Семён Андреич.
— Почему же ты пил пиво?
— А потому что мне делать больше нечего. Вся жизнь — какая-то каторга. На заводе командует начальник, в семье — жена, и в голове моей — тревога.
— Понятно, — закончил я.
Семён Андреич любил жаловаться на жизнь свою несчастную. Действительно, ему не нравилось, как устроена его тяжёлая жизнь. Но поделать он с нею ничего не мог. Нет, не подумайте. Работу он свою любил, сильно любил. Но не любил он начальника, всегда относился к нему с недоверием и подозрением. В чём-то я с ним был согласен. Мы не могли сказать слово поперёк начальнику. Любое наше предложение подавлялось им. Помнится мне случай с Костей Лёхиным. Он был парень молодой, инициативный. Однажды он предложил внедрить современную технологию в производство. Но начальник ему отказал. Семён Андреич отговаривал его от этого, но Костя шёл напролом и всё-таки решился высказать начальнику свою идею. На инициативу должно было уйти много денег, но, по словам Кости, она быстро бы окупилась. Начальнику же не понравилась его инициатива. Костя попытался поспорить и вмиг был уволен им. Нам всем жалко было парня. Но что поделаешь?!
Ехала с нами в автобусе и наш бухгалтер — Маргарита Львовна. С нею я тоже поговорил. Она пожаловалась на ветерок, который, по словам её, сильно дул ей прямо в шею. Я признался ей, что ветерок мне нравится. Мы оба недоумевали по отношению к позиции друг друга.

Автобус тем временем ехал. Я, сидя у окна, наблюдал леса, деревни и сёла. Бывало, проехали мы ряд сосен, потом — ряд елей, затем — ряд берёз. Как приятно мне было созерцать природу! А на деревни и сёла смотреть мне было больно! Дома, дворы, коровники — всё было разрушено. Я задумался об этом. Умирающие деревни и сёла заставляли меня задуматься о том, почему же все они в упадке. Думал я, что тем, кто наверху, стало на них всё равно. По-прежнему я согласен с этой мыслью.

Вдруг у автобуса вылетело колесо, и он начал было падать, но водитель автобуса смог его остановить. Я (и другие пассажиры) были в недоумении. Оказывается, дело было в износе шпилек. А властям города моего было всё равно на это. Вот поэтому это чуть не обернулось трагедией. Мы остановились в деревне. Деревня была маленькая: один дом, один двор и один коровник. Их состояние было полуразрушенное. Рядом с домом стояла собачья будка, из которой высовывалась собака (я тут же вспомнил убегавшую от хозяина собаку, что я видел утром). Собака, увидев нас, сильно залаяла. В деревне нас встретил старик с палочкой. Он вёл трёх коров в коровник и увидел автобус со слетевшим колесом и нас. Старик понял, в чём дело. Он готов был нам помочь, предоставив нам временное проживание на его участке. Люди отнеслись к нему с недоверием, но пошли за ним, ведь делать было нечего. Я же отнёсся к старику с уважением, хотя, честно признаюсь, сам сначала не особо доверял ему.

Старик (его звали Митяем) отвёл коров в коровник и потом пошёл с нами в свой дом. Он угостил нас чаем и всякого рода конфетами и другими лакомствами. Многие конфеты были жёсткими, и многие люди высказали своё недовольство. Я же этого делать не стал и поблагодарил Митяя за угощение. Митяй, отвечая на недовольство людей, сказал: «Хотите — ешьте, не хотите — не ешьте!» и пошёл на огород. А ведь он мог поговорить с нами! Но этого не случилось. В окно я увидел, как он вскапывал грядки. Мне хотелось извиниться перед Митяем за поведение моих товарищей, но не стал, так как не считал себя виноватым. Я вообще не знал, что мне в этой ситуации делать. Тем временем Митяй продолжал вскапывать грядки.

Всё же я решил подойти к нему. Митяй вздыхал от усталости, но дальше продолжал вскапывать грядки. Я всё-таки решил извиниться перед ним за поведение других гостей. Он сказал мне:
— Ничего страшного! Всякое бывает! И вы извините меня за такие конфеты! Просто обычно никого у меня нет, никто меня не навещает, вот и угощать некого.
— А я хотел бы вас спросить: как вы тут живёте? Другие деревни вообще умирают. А вы как-то живёте один и сохраняете этим свою деревню.
— Да. Я живу в этой деревне один. Но так было не всегда. Ещё двадцать лет назад здесь жили, помимо меня, десять человек. Однако все они в города уехали: кто в провинциальный город, кто в Москву. Вот я и остался один-одиношенька.
— Вам, наверное, грустно? — спросил я.
— Да нет! Правда, бывает, но в основном мне и так хорошо. Никто не мешает, — ответил мне старик.
И вдруг я подумал о собаке. Мне интересно было узнать, как старик Митяй приручил её. Я спросил его об этом. Он начал рассказывать историю о ней.
— Был я когда-то в городе на рынке. Купить мне нужно было один товар. И вот увидел я собаку. Это была бездомная собака, никому не нужная. И накормил тогда я её хлебом, который взял с собою. Собака сначала недоверчиво посмотрела на меня: этому научила её улица. Потом она подошла и съела хлеб. А после собака подбежала ко мне и прижалась к моим рукам. Так мы с собакою и познакомились. Я назвал её Грэнси. С тех пор привязалась она ко мне. Я могу сказать точно: она понимала меня. Любое моё слово она как будто понимала. Мы стали с нею не разлей вода.

Мне хотелось дальше разговаривать с Митяем, но он был занят грядками, и я не хотел ему мешать. Он мне показался, хоть и странным, но очень душевным. Товарищи мои по работе тем временем сидели в доме Митяя. Они с недовольством ждали, когда прибудет новое колесо, за которым на автомобиле Митяя поехал водитель автобуса. Я понимал их. Да и сам я был недоволен случившимся. Но я пытался найти что-то приятное, хоть как-то разукрасить чёрно-белую картину.

Я решил походить по деревне: осмотреться вокруг. Мне было интересно всё здесь разузнать. Прохаживался я по огороду Митяеву. Видел я вскопанные им грядки. А на каких-то грядках уже было что-то посажено. Потом направился я к коровнику. Вошёл я туда. Там были три коровы, кажется, холмогорской породы. В коровнике было душно, но тепло. Казалось, что я видел что-то родное. Вспомнилось мне тут, как в в раннем детстве, где-то года в четыре, бывал у бабушки в деревне. Там тоже я был коровнике и видел коров. С тех пор многое переменилось: бабушка моя скончалась, а деревня, в которой она жила, также погибла. Потом прошёлся я несколько раз от коровника к огороду и обратно и вдруг увидел речку. Дорожка, идущая к речке, заросла травою. Я отправился по ней, чуть-чуть прошёлся, но дальше идти не мог и потому повернул назад и пошёл к Митяеву дому.

Вошёл я в дом. Товарищи мои находились в гостиной: они сидели на диване и стульчиках и читали книжки, которые взяли с полок книжного шкафа Митяя. А сам Митяй в это время был в своей личной комнате. Оттуда доносились звуки. Видимо, он что-то считал. Я расположился в гостиной и стал читать книгу. Книга была интересная — она меня завлекла, и я не заметил, как уже наступил вечер. Водитель автобуса таки не приехал. Видимо, дело было сложное. Товарищи мои, увлёкшись книгами, на некоторое время частично позабыли о своём недовольстве, однако к вечеру оно к ним опять вернулось.

«Мы что здесь останемся ночевать?!» — с понятным мне недовольством спрашивали Митяя мои товарищи. Он согласился их оставить на ночь. И это при том, что они его об этом не спросили, а лишь показали ему своё недовольство. Располагаться было неудобно: пришлось спать сидя. Но всё-таки мы расположились. Кто-то заснул, а я вот, например, заснуть долго не мог. Но мне всё равно было приятно: приятно было слушать звуки сверчков, лай собаки и небольшой дождик, бегавший по крыше. Наконец, я заснул. Сон, который мне тогда снился, я уже не помню. Но был он связан с воспоминанием моим о детстве: о поездке в деревню к бабушке.

Утром проснулся я и быстро почувствовал неудобство. Я сразу же встал с дивана и направился на выход из дома. Митяй уже встал и был на огороде. Он тащил шланги для полива грядок, на которые он уже что-то посадил. Митяй зачем-то пошёл к речке. Я отправился за ним. Он подошёл к речке, и я увидел, как на речке стоит насос, выкачивающий воду. Я знал, что это незаконно, но сразу же понял Митяя: в деревню не был проведён водопровод. Как говорится, пришлось. Я подошёл к Митяю. Он поспешил отвернуться, но я сказал ему, что понимаю его. Он поведал мне одну историю:
— Когда-то в деревне жили ещё люди. Это было лет десять назад. Мы собрали подписи и передали местному чиновнику просьбу о проведении в деревню водопровода. Но он отказался его проводить. Мы подали в суд, но чиновник с помощью своего адвоката смог победить. Мы тогда не добились водопровода. А потом, через три года после этого, то есть семь лет назад чиновник сменился, и мы обратились к новому чиновнику с просьбой провести водопровод. Мы долго его уговаривали: на это ушло полгода. И мы, наконец-таки, достучались до него. Он объявил о проведении водопровода. Приехали рабочие, поставили трубу и закопали её. На этом всё и закончилось. Через суд мы опять ничего не добились. Благодаря деньгам и связям, а также своему адвокату, чиновник снова выиграл дело. С тех пор мы поняли, что воды в деревне таки не добьёмся. Вот и продолжили мы брать воду из речки и выкачивать её оттуда для полива наших огородов. Меня не преследуют потому, что я точно знаю, когда приезжает инспекция. В эти дни я убираю насос — и они проходят мимо, будто ничего и нет.
— Кошмар! — произнёс я.
Митяй продолжил рассказывать:
— А шесть лет назад мой сосед Евгений Трофимыч умер. А пять лет назад соседка моя Анастасия Сергеевна уехала в город. Вот я и остался один, так и живу. Никогда ни на что на свете не променяю я свою родную деревню, свой родимый дом, этот чудесный запах земли.

Митяй закончил свой рассказ. Я задумался. Мне уже не хотелось жить в городе и работать на какого-то начальника. Хотелось мне жить на природе, созерцать каждый миг настоящей красоты, работать самому на себя, сохранять душевную гармонию.

Митяй отправился проводить шланги к огороду. И, наконец, он их провёл и полил те части огорода, которые были засажены. А потом он не пошёл отдыхать, а стал вскапывать другие грядки, те, что не были засажены. Я обратился к нему вновь:
— Митяй, а почему вы не отдыхаете? Отдохнули бы, набрались сил и потом дальше стали бы работать уже с новыми силами.
— Саша, дело всё в том, что, если найти работу по душе, можно и ни дня не работать. Вся работа — это будет приятный созидательный труд, который и будет отдыхом; это будет любимое дело, которое будет приносить радость и удовольствие.

Мне захотелось тоже поработать, повскапывать грядки. Я попросил об этом Митяя. Митяй сначала говорил, что мне не надо надрываться, но я упорно стоял на своём, и он согласился. Мы вместе стали вскапывать грядки. Копали мы их до полудня, и мне это было приятно, а после пошли на обед.

Митяй приготовил суп и позвал всех за стол. Все мы сели и принялись есть. Суп был вкусный: он понравился не только мне, но и моим товарищам. Мы все поблагодарили Митяя. Митяй сказал: «Этот суп приготовлен полностью из овощей моего огорода, которые я заморозил с осени. Это вам не магазинная еда!»

Я ел суп и смотрел в окно: была прекрасная тёплая погода. Каждый лучик солнца озарял деревню и дом Митяя. Вскоре мы поели, убрали за собой и пошли заниматься, кто чем: кто-то читал книгу, кто-то играл в шахматы, кто-то сидел у окна и смотрел на улицу. Митяй пошёл к себе в свою личную комнату и стал читать какую-то книгу. Я же вышел на улицу: мне хотелось пройтись и прогуляться.

Вдруг приехал водитель автобуса на Митяевом автомобиле. Он привёз колесо. Водитель автобуса крикнул о том, что он приехал, и все сразу же к нему прибежали. Митяй остался дома: видно, занят он был чтением интересной и увлекательной книги, занимавшей полностью его воображение. Водитель автобуса и мои товарищи (мужики) принялись устанавливать новое колесо на автобус. Дело это было сложное, но сделалось — на автобус было установлено новое колесо. Все захотели поехать домой. Я тоже, как и все, это захотел. К вечеру сели мы в автобус и поехали. Перед этим я попрощался с Митяем. Прощаться было тяжело. Я обещал ему вернуться. В то время я думал, переехать мне в деревню или остаться в городе. В автобусе, пока мы ехали, я долго размышлял об этом. Смотрел я в окно: видел всё те же ряды сосен, елей и берёз, однако сидел теперь с сильной задумчивостью. Наконец, мы приехали в город. Водитель автобуса высадил нас на остановке, и мы ждали другие маршрутки, которые должны были отвезти нас по домам. Все мы расходились. Вскоре и я сам сел на маршрутку и отправился домой, опять находясь в раздумье.

Чем же кончилась эта история, и как я стал фермером? Именно об этом и спросит меня мой читатель. Пожалуй, продолжу свой рассказ. Приехал я домой, весь погружённый в мысли о деревне. Есть мне не хотелось: не было аппетита. Я очень устал и лёг спать. Но это была приятная усталость. Я рад был за мой труд в деревне. Полежал я чуть-чуть и вскоре заснул. Проснулся я и побежал на работу на завод. Расскажу теперь я о том, что там произошло. Начальник, увидев нас, спросил нас, почему вчера и позавчера мы не были на работе. Мы рассказали ему об оторвавшемся от автобуса колесе. Он, услышав нашу историю, нисколько не пожалел нас — более того, он назначил нам переработки, дополнительные часы работы. Мы недоумевали. «Но что поделаешь?!» — сказали многие и покорно согласились выполнять приказ начальника. Я рассердился. И тут же я стал убеждать товарищей моих по заводу, что начальник неправ. Они сказали, что знают, но не знают, что делать. Долго я пытался их уговорить создать профсоюз, чтобы защищать наши права и, в первую очередь, отменить эти переработки. Но люди думали, что это будет бесполезно, несмотря на то, что я приводил им успешные примеры действий различных профсоюзов. Им было всё равно. Даже Семёна Андреича я уговорить не смог. Прошёл месяц. И я уже не мог так жить. Я продал свою квартиру, купил участок в той самой деревне, где жил Митяй, и поехал к нему.

Отправился я на такси в деревню. Как приехал я, так сразу увидел Митяя, вскапывающего грядки. Я тут же побежал к нему, а он, увидев меня, побежал ко мне — мы обнялись. Я поселился в деревне и стал фермером. Теперь у нас с Митяем есть наш огород и наш коровник. Мы работаем вместе. И еда у нас наша — не магазинная, а настоящая. И собаку Грэнси Митяй также познакомил со мной. Я ему понравился — мы вместе играли, и мне было приятно. С тех пор мы живём в деревне, помогаем друг другу и ни дня не работаем, а делаем дело, которое приносит нам удовольствие. Правда, были сначала проблемы — у меня был неурожай. Но на следующий год урожай у меня удался. Митяй мне в этом помог. Да, если случаются какие-то проблемы, мы помогаем друг другу. И благодаря этому мы справляемся. А водопровод, кстати, в прошлом году в нашу деревню провели — но не чиновники, а мы сами, на собственные средства. Бывает, сидим на траве у речки, ходим в лес. Как хорошо жить на природе!

Арсений Ведин. 19 февраля 2026.