Киа Рио. От ненависти до любви один шаг

Весь август я с инструктором занимался на Ладе Гранте.

Потом наступил сентябрь. У него появилась еще одна машина – красная Киа Рио.

В один из дней мы ездили на ней. Мне Рио не понравилась. Потому что там сцепление резко срабатывало. Не так, как на Гранте. Чуть-чуть не там отпустишь и глохнешь.

Затем передачи нужно было гораздо быстрее переключать. Раньше, чем на Гранте. На русской машине в перерывах между первой и второй (перерывчик небольшой, но нет) можно написать диссертацию (образно говоря).

И еще в Ладе я догадывался по звуку. Когда надо переключать, она рычала. А тут тишина. Только если уже совсем все плохо. Хорошо, что бортовой компьютер показывал, в какой момент нужно переключить передачу.

Задняя передача отличалась от Грантовской и Нивовской (был у меня небольшой опыт вождения и такой машины). В Рио нужно было зажимать кнопку и по сути повторять первую передачу. Только чуть левее.

Короче, пару-тройку занятий я откатал на чуде корейского автопрома с бразильским названием. Мне это не понравилось.

Поэтому после всего этого я всегда ездил на Гранте и первый раз сдавал на Ладе, думая, что духи отечественного автопрома помогут. Но увы.

Закончился 2025 год. Во вторник 13 января мне звонят из автошколы и говорят, что в субботу 17 января экзамен.

Естественно, сразу пишу инструктору. Гранта немного была занята. И он предложил мне откатать и сдать экзамен на, естественно, Киа Рио.

-Приплыли, - думаю я, но иду на этот кажущийся отчаянным шаг.

На следующий день после работы я приезжаю на автодром. Целых две красных Киа-Рио ездят по нему. Одна из них с зеркальными номерами та самая.

Едущий передо мной курсант уходит, и я занимаю его место. Первые метры с непривычки (2 месяца не катался) даются тяжело.

Но потом инструктор дает мне лайфхак. Сначала давишь на газ до 2000 оборотов, а потом отпускаешь сцепление (ранее меня учили наоборот).

И все пошло нормально. Я целый день думал, что из 2 часов занятия целый первый час я буду вспоминать, что и как. Но нет. Хватило пяти минут. Я заглох в городе всего несколько раз, и то только на горках.

Задняя передача тоже оказалась не такой уж и сложной. Я быстро к ней привык. Хотя первый раз хотелось сделать, как на Гранте – направо и вниз.

В общем, покатались. То место, на котором я завалил первую попытку, кстати, было невероятно пустым. Будь так в ноябре, я бы не совершил ошибку.

Еще из-за зимних морозов я боялся, что будет холодно, и машина будет капризничать, а стекла и зеркала покроются толстым слоем инея. Нет. Все было нормально. А в салоне из-за мощной печурки царил настоящий Ташкент.

Итог: мне понравилась езда на машине, которую я не любил, которую боялся, которую терпеть не мог и которую раньше считал самым худшим автомобилем за все время существования человечества и автомобилестроения (версия с механикой, к автомату претензий нет).

До 14 января. Таким образом, корейский гештальт был закрыт.

Возвращаясь с автодрома, я увидел, как на Красном проспекте к дороге спустились два парня, один из которых громко сказал второму:

-Сейчас опять эта фигня (там не такое слово было) Хендай-Рио приедет.
-Не знаю, не знаю, - подумал я и пошел дальше.

И бонусом небольшая история об удивившем меня еще одном автомобиле 12 часами ранее.

На вызов в такси приехала старенькая праворульная Тойота-Королла. Я сел на заднее сиденье и закрыл за собой дверь. Прям понимал, что я ее не закрыл. Водитель об этом и сказал. Я открыл и закрыл второй раз. Опять не закрылась.

-Посильней хлопните, - доброжелательно сказал водитель.

Так вот к чему это я? Для меня, человека, всю свою жизнь проездившего пассажиром на Жигулях и Ниве, это был шок.

Многие владельцы иномарок наоборот просили и просят не хлопать сильно дверьми, как я это привык делать в выше названных родительских машинах (там по-другому не закроется).

А тут мне пришлось три раза закрывать дверь, крайний раз хлопая со всей силы. Стереотипы были разрушены.

На следующий день приехал тот же водитель на той же машине. Но в этот раз я уже знал, что нужно хлопать и сделал это от души.