Внутренний хаос...
Ольга лежит в постели, смахивающей на сеновал: ее подушка, матрас и одеяло, которым она укрывается, набиты соломой…– Ольге кажется, что и мозги, в ее голове, замещены сухой и колючей соломой… Кроме нее, в комнате находятся еще двенадцать «соломенных» женщин: их владыке – Зверобогу, подобным образом, легче контролировать своих поданных…- в каждой группе, состоящей из мужчин и, отдельно, из женщин всегда находиться тот, что доносит на своих, чтобы заслужить себе мизерные послабления, в их рабском существовании…
***
Совсем недавно состоялась очередная месса – и вновь, чтобы без труда вступить в контакт со Зверобогом, а через него ощутить гармонию земного с божественным, по кругу был пущен кубок с «духовным» напитком… Глотнув пару глотков из «священного» кубка, все поданные Зверобога, моментально, ощущают колоссальную внутреннюю свободу и готовы, принять «истину», которую им, всякий раз, внушает их земной божок – Зверобог! На протяжении всей мессы их земной Зверобог пребывает в состоянии интенсивного нервного возбуждения – и одновременно, он зоркий и затаившийся наблюдатель, за происходящим вокруг него - тем и опасен, как самый лютый зверь…
***
Второй раз, за те три месяца, что Ольга находится в секте Зверобога, до нее «священный» кубок доходит почти пустым – вот и сегодня ей досталось лишь несколько капель…- они, частично, сняли ее внутреннее напряжение, но не позволили ей войти в стадию упоения, от поклонения их верховному божеству и пережить, наравне со всеми, «божественное безрассудство»! Наоборот, совсем некстати, Ольга осознала всю глубину своей деградации - и познала парализующий животный страх, запнувшись о реальность!
***
С отцом Анисимом, Ольгу познакомила ее давняя недоброжелательница Полина – и поначалу, этого неопрятного и дурно пахнущего мужлана, она не восприняла никак, совсем никак… Но ее уже взяли на заметку: этот Анисим занимался вербовкой женщин в секту его предводителя «Зверобога»…
Повторно, Ольга натолкнулась на Полину и ее приятеля-самозванца «отца Анисима», когда возвращалась из клиники, где в палате реанимации лежал ее любимый сыночек Ники…
Прилипучий, словно изжеванная жвачка, Анисим потащился за Ольгой – и уговорил опечаленную женщину, откушать мороженного в кафе. Приглашение Анисима, Ольга приняла, лишь бы, затем, избавиться от него… Беседа между ними не завязывалась – слишком, неприятен был ей спутник – и Ольга была поглощена своими, невеселыми раздумьями… Затем, ей захотелось, отойти в дамскую комнату – и, пока Ольга отсутствовала, Анисим, из своей фляжки, капнул чуток «божественного напитка»…, в ее мороженое…
Откушав мороженого, с «божественной» добавкой, Ольга почувствовала себя внутренне раскрепощенной – и несчастье, случившееся с ее Ники, не казалось, ныне, Ольге катастрофичным… - и она приняла предложение Анисима… Ольга сама удивлялась себе: теперь, этот «отец Анисим» ей не кажется узколобым вонючкой…- и на его несвежие простыни, Ольга легла без чувства гадливости - правда, до этого момента, Ольга сделала еще глоток, из его фляжки… Между Анисимом и Ольгой состоялась интимная близость – и она познала боль и блаженство - и пережитый ею, экстаз вознес Ольгу над обыденной реальностью – и для нее перестали существовать и сын Ники, и муж Глеб, и Ия…
- Зверобог поможет тебе, как помог и нам, найти путь к познанию себя… С ним и с остальными его подвижниками ты, постигаешь истину…- и освободишься от пут ложной нравственности, стыда, гордыни…: станешь частью Вселенского сознания… Вкусишь и свою, звериную сущность: она вырвется наружу, чтобы осветить все неприглядное в тебе…- и примирит твой разум с чувствами…- внушал Анисим, одурманенной действием наркотика, Ольге – и та была на все согласна…
***
Красивая двадцатилетняя женщина проснулась среди ночи – и до утра не смогла уснуть: в ее голове все звучал и звучал печальный женский зов, обращенный к ней…:
- Ия…, Ия…, Ия… я пропала, совсем пропала!!! Прости, меня!!! Я пропала: сиганула в такую пропасть!!! Ия, прости меня!!! Я совсем пропала…
Утром, накормив своих детей, молодая женщина оставила их на свою помощницу Нюру, а сама отправилась в ближайший опорный пункт милиции…
- Послушайте, гражданка! Я правильно понял: ваша мать, добровольно, примкнула к секте, которых в России развелось, как грибов, после дождя…?! – участковый, в звании лейтенанта милиции, не вынес взгляда печальных и задумчивых бездонных сине-фиалковых глаз, восхитительной гражданки – и капитулировал…
- Пишите заявление…- объявим вашу мать во всесоюзный розыск…
Вера, дочь Елены.
Елена, будучи незамужней женщиной за 30..., родила дочь Веру для себя, исключительно, ибо отец ее малышки, как будто, был женат? Вера росла девочкой мечтательной – и с раннего детства обожала «витать» в своих сладких грезах, хотя ее реальная действительность была не так и плоха: материально, одинокой маме с дочкой, помогали родные сестры Елены – Роза и Римма…- и родной отец Верочки, время от времени, снабжал их приличными суммами денег – их неполная семья могла себе многое позволить.
С самого ее рождения у нее было все наилучшее: Елена наряжала дочку в красивые и добротные вещи…; что касаемо игрушек, Верочке достались в наследство, от ее прабабушек, несколько кукол потаенной и поразительной красоты, с неодинаковыми обликами, и размерами…- и коляска, чтобы выгуливать этих куколок имелась, и была, сама по себе, дефицитным товаром; располагала Верочка и детским набор посуды... Многие девчонки желали бы дружить с Верочкой: из-за ее восхитительных игрушек! А, еще, у ее Верочки было много детских книг с яркими картинками - и, до тех пор, пока дочка не освоила алфавит…, Елена самолично читала ей сказки…- на ночь...
Елена вообще придавала большое значение духовному и эстетическому развитию Верочки: водила ее по музеям, посещали они и кукольный театр, и цирк, и зоопарк…, а, когда Вера пошла в школу, они с мамой стали бывать и в Драматическом театре: сперва на детских спектаклях…- позднее, протоптали дорожку и в Оперный театр.
Каждый год, Елена справляла своей Верочке ее дни рождения... В этот день, по обыкновению, праздничный стол ломился от фруктов, пирожных, конфет - и вишневый компот «лился рекой», на зависть немногим подружкам! В этот день, пунцовая от счастья, ее дочка принимала поздравления и подарки!
***
Всякое лето, в июле месяце, Елена с дочерью отправлялись к Черному морю: надобно было позаботиться и о здоровье тела… Именно на отдыхе, прогуливаясь с мамой по набережной, подрастающая девочка Верочка, стала подмечать: на ее любимую мамочку заглядываются посторонние мужчины! Это открытие поразило Верочку - и ею завладело беспокойство: вдруг, кто-то, из этих дяденек, захочет жениться на ее маме?! А, если мама согласится?! Сама Вера была не готова, делить свою маму со сторонним мужчиной!
Невольно, подслушав разговор мамы Елены с теткой, что заселилась в санатории по соседству…, девочка осознала необоснованность своих страхов.
- Елена, почему бы вам не оставить свою дочь на мою мамашу: мы могли бы, прекрасно, провести вечер в ближайшем ресторане?! Вы, выглядите такой манящей женщиной…, но все одна и одна… Женская красота увядает быстро - и пока еще мужчины пялятся на вас, нужно взять от жизни свое!!! Не оставим земляным червям ни капли своего цветения!!! – грубоватой и вульгарно накрашенной соседке, для привлечения внимания мужчин, требовалась напарница соблазнительной наружности – ее выбор и пал на Елену…
- Благодарю Галина, за высокую оценку моих внешних данных…, но мой ответ…– категоричное нет!!! Я уже взяла от жизни и от мужчин свое…- и венцом моих любовных изысканий стала моя доченька Верочка! А, вам я желаю успеха!!! – и несговорчивая, но чертовски привлекательная Елена, загадочно улыбнувшись…, потянулась за своей книгой, которую читала до появления Галины, чем вызвала скрытое бешенство у своей собеседницы:
- Чокнутая, странная дура!!!! Зачем Бог одаривает манкой красотой таких блаженных идиоток??!!! – вслух, ругала Елену – Галина, но ей повстречалась другая особа: более сговорчивая и жаждущая, как и Галина, взять от жизни свое…- и странная Елена была забыта…
***
Беззаботной и насыщенной жизнью жила эта «тепличная» девочка…- прискорбно, что смерть лишила ее матери, едва Верочке сравнялось 16 лет! Поплакала, погоревала она, но рядом с Верочкой еще находились, любящие ее, тетушки – Роза и Римма…- и в них сиротка обрела утраченную опору…
Благополучно окончив десятый класс, Верочка пошла по стопам своей покойной мамы Елены: поступила в Медицинский институт. И, с нетерпением, фантазерка-Вера принялась, вглядываться в лица юношей, встречающихся на ее пути, ожидая долгожданной встречи с суженным-ряженым! Конечно, ее «принц», непременно, будет талантлив, умен, красив, благороден…- совсем, как тот герой, из французского романа, где повествовали о смелой Анжелике.
Но быстро, только, сказка сказывается, а ее, «сотканный» из фантазий, суженный задерживался где-то в пути, но Вера все продолжала жить грезами – и на однокурсников, что проявляли к ней интерес, не обращала внимания! Странная…- судачили о ней однокурсницы и крутили у виска пальцами…
Лишь на четвертом курсе в группе, где училась Верочка, появился новый преподаватель Кирилл Дмитриевич… Он, живое воплощение из ее мечтаний, вошел в аудиторию, а у Веры, неистово, забилось сердечко – и это трепетное сердце известило ее: ОН! «Потерявшая голову» от любви, Верочка смотрела, во все глаза, на импозантного преподавателя, совершенно не понимая, о чем тот на лекциях вещает… И Кирилл Дмитриевич заприметил миловидную студентку, но исключительно, из-за того, что незнакомка пожирала его своим горящим взором, а когда их глаза встречались, девушка, восхитительно и мучительно, краснела…- ну, как с такой особой не познакомиться поближе?!
Их головокружительный роман продлился немногим, более двух месяцев: ровно до той поры, пока блаженная Верочка не поведала любимому Кириллу о своей беременности…
- Сделай аборт…- в, чем проблема?! Могу свести тебя с хорошим специалистом! - беспечно, промолвил Кирилл, а из глаз Веры полились слезы.
- Зачем устраивать драму? Ты, не малое дитя – отлично знала, к чему может привести близость с мужчиной! Противозачаточные средства надо было использовать! Ты, сглупила, а я, здесь, причем?! Не вздумай меня преследовать!!! – сверкнув злым взором, Кирилл Дмитриевич удалился…
Сказать, что Верочка была ошеломлена таким поворотом событий…- это мягко выразиться: ранее ей казалось, что и ею обожаемый Кирилл страстно любит ее…- и будущий ребенок только скрепит их союз!!! Вышло все совсем не так, как Верочке мечталось: узнав о ее беременности, Кирилл не выказал ожидаемого восторга, но вмиг, из ласкового и заботливого…, превратился в ощетинившегося зверя! А, ведь, Верочка, долго и терпеливо, ожидала встречи со своим избранником - даже, ни с одним мальчишкой не поцеловалась до Кирилла! Без тени сомнения, всецело вверила ему себя, непорочную…- и взлелеяла в своем сердце надежду, что они будут супругами с Кириллом: как же иначе?! И грезилось ей, что пойдут они по жизни «рука об руку» - и, до старости будут спать на одной подушке… - возможно и умрут в один день!!!
***
После того, фатального объяснения с Кириллом…- Вера воротилась домой с почерневшим лицом и с комом невыплаканных слез, что «застрял» в ее в горле…
Не раздеваясь, она рухнула на кровать: жить, отверженной Вере расхотелось, но ей страстно возжелалось умереть и не чувствовать боли, из-за крушения ее надежд! Вот, проигнорировать вопросы обеспокоенных тетушек, молодая женщина не могла: тети – Роза и Римма заменили ей, рано умершую маму - и Вера, вкратце, поведала им, что она беременна, но любимому мужчине она не нужна, как и ее ребенок… - и, зачем, и, как ей дальше жить?!?!
- Ничего, ничего: мы еще в силе…- поможем тебе, вырастить твоего малыша… Ох, уж эти коварные мужчины! - наперебой, охали и ахали Роза, и Римма: состарившиеся, но так и не познавшие на себе превратностей любви…
Вере было нестерпимо больно думать о Кирилле, но, от горя, она руки на себя не наложила, лишь перестала посещать институт! Не смогла, заставить себя, вновь, встретиться с Кириллом: смотреть в его глаза; сдавать ему зачеты, экзамены… – и делать вид, как будто ничего между ними не произошло!
Тетя Римма, трезво оценив ситуацию, предложила милой племяннице: перевестись из Медицинского института на последний курс медицинского училища…- благо, директор медицинского училища была подругой детства тети Риммы:
- Детка, горевать бесполезно! Коварство губит не только любовь…- а тебе необходимо, озаботиться своим будущим и будущим твоего ребенка! Если из-за Кирилла ты, решила, бросить Медицинский институт, так продолжи свое образование в медицинском училище - и таким образом ты, не останешься совсем без диплома…
Все сложилось относительно успешно: Вера защитила диплом по специальности-фельдшер и, затем, родила дивную девочку, которую нарекла Ольгой! Когда ей, впервые, принесли дочку на кормление, Вера разрыдалась…
- Странная…- прошептала одна, из женщин, что находились с Верой в одной палате, но откуда им было знать, что ком, из слез, что застрял в ее горле, после расставания с Кириллом, только теперь, спустя много месяцев, дозволил выплакать себя: у Веры на руках лежал небольшой комочек счастья - ее дочка!
***
В декретном отпуске с дочкой Вера была лишь год, вместо трех – далее, вышла на работу: на станцию скорой помощи - работа посуточная, но ее кроха-Оленька оставалась под присмотром надежных тетушек – Розы и Риммы…
За те три года, что Вера проработала фельдшером на станции скорой помощи, она ясно осознала: врачевание больных…- это тяжкий удел - и он не для впечатлительных особ, каковой была она! Слишком много душевных сил Вера тратила на людей, сторонних, обделяя вниманием свою маленькую дочку! Все понимающие, мудрые тетушки настояли – и Вера вернулась в медицинское училище, но в качестве преподавателя – и опыт работы фельдшером, нынче, был ей в помощь! Для преподавательской деятельности необходимо было высшее образование - и Вера поступила в Университет: на биологический факультет, заочного отделения…
С отцом своей дочери, долгие годы, Веру судьба не сводила: фельдшер скорой помощи, а позднее, преподаватель медицинского училища… - непритязательная Вера Ивановна ходила разными тропками с преподавателем Медицинского института и дамским угодником - Кириллом Дмитриевичем…
***
Обретенный смысл жизни Веры - очаровательная дочка Оленька росла в «женском царстве»: мама Вера, две пожилые тетушки – вот и вся их семья! Взрослые женщины, трепетно, относились к ее воспитанию и развитию - и нежили, и баловали Олю: как тот красивый и прихотливый цветок орхидеи, что рос в их в квартире, на подоконнике…
***
В отличии от своей мамы Веры, в детстве, Оленька не любила играть с куклами… Нет, она сажала пару кукол в колясочку и вывозила их на улицу, но тут же бросала кукол на подружек, что обожали играть в «дочки-матери»: сама Оленька предпочитала играть в подвижные игры, типа «казаки-разбойники»… Набегавшись за день, девочка «клевала носом» за столом, во время ужина…- и засыпала моментально, едва голова Оленьки касалась подушки, чем весьма огорчала маму Веру: опять ее доченька заснула без сказки на ночь…
- Верочка, может не стоит так… огорчаться?! Да, наша малышка растет истинным сорванцом: она предпочитает побегать, попрыгать…, а не сидеть над книгой с яркими картинками! Олюшка обещается вырасти барышней рассудительной, крепко стоящей на земле, а не фантазеркой… Возможно, ее приземленность подсобит ей в будущем – и она создаст полноценную семью – и ее уделом не станет одиночество, как случилось в нашем случае?!!! – тетя Роза высказывала свои, утешительные предположения, а тетя Римма кивала головой, в знак согласия с сестрой…- и Вера сдавалась…
***
В положенный срок, Оленька пошла в школу. Знания давались ей легко: без изнурительной головоломки и зубрежки, но, ныне, к их компанейской девочке, при возникновении малейшей проблемы в решении домашнего задания, стали захаживать школьные подружки и друзья – и надолго застревали в их доме... В этом крылся нешуточный изъян, с которым приходилось мириться двум милейшим, но пожилым тетушкам Оленьки - Розе и Римме: с годами те привыкли к уединению, порядку и покою:
- Прощай тишина и, почти, стерильная домашняя чистота: дети, по своей природе, такие шумные, активные и не отличаются особой аккуратностью! – после очередного набега Олиных одноклассников, тетушки пребывали в унынии, но приняв по таблетке, от головной боли и от давления…, собравшись с духом, всякий раз, принимались, за наведение первозданной чистоты в квартире: к приходу милой Веры с работы, дома должно быть, по-прежнему, уютно!
Оленька росла, а ее мама Вера, с удивлением, констатировала, какие они разные, словно бы не дочь и мать: по выходным дням, будучи девочкой, Вера обожала проводить свободное время с мамой Еленой – и, неважно, пойдут они в музей, в цирк, в театр или в зоопарк… Ее дочка Оленька и в воскресенье, единственный выходной день Веры, предпочитала проводить в обществе подружек…, не любила посещать музеи, скучала в театре, зоопарк считала тюрьмой для животных! Ее отрада - Оля посещала и театр, и музей только под давлением классного руководителя и в обществе одноклассников! Печально!
***
Вот, к Черному морю Оленька все же ездила с мамой…, а, как иначе?! Вера обожала эти летние месяцы: пятьдесят шесть дней Олюшка проводила только в ее обществе…- и только с ней дочь обсуждала, что ей приглянулось, а, что вызвало отторжение…- изредка, делилась и своими девичьими секретами! Хвала тому, кто утвердил: педагогам отдыхать два месяца…- летом!
Всякий раз, поздней ночью, когда ее Оленька безмятежно спала, Вера садилась перед окном – и глядя на загадочную Луну, пыталась понять: где же она совершила оплошность…- и с той поры ее единственная дочка, смысл ее жизни, ее радость и надежда, отдалилась от своей матери?!
Однажды, похоже, Луна прислала Вере ответ, на мучивший ее вопрос. В том сне, Вере приснилась ее Оленька двухлетним ребенком: плачущая дочка цепляется за ее ногу, не хочет, чтобы мама уходила от нее, но Вера не может себе позволить такую роскошь…- и остаться со своей огорченной девочкой! В данный момент, Вера-добытчица торопилась в очередную смену, на станцию скорой помощи…- и она поднимает заплаканную дочку на руки, вытирает ей слезы, крепко целует ее – и передает Оленьку в руки тетушки Розы… Затем, торопливо, Вера выходит из квартиры и захлопывает за собой дверь – и пока она спускалась по лестнице, до подъездной двери, до нее доносился плач дочери!
И, сколько раз, таким образом, ей приходилось уходить из дома… – не сосчитать, а маленькая дочка нуждалась в ней!!! Да, Вере пришлось не только много работать, но и, заочно, учиться в Университете…- благо, что с ее Оленькой всегда были рядом, заботливые и любящие, тетушки - Римма и Роза?!!! Было кому успокоить дочку, утереть ей слезки…- вместо мамы…
Проснувшись ото сна, Вера «пораскинула» своим умом и сопоставила факты: ее мама Елена родила Веру, будучи женщиной за 30…, а стало быть и твердо «стоящей на своих ногах», и с образованием у нее все было в порядке…
Вера родила свою Оленьку, едва ей исполнился 21 год…- выпускница медицинского училища и мать-одиночка не могла себе позволить такую роскошь: сидеть три года в декретном отпуске с маленькой дочкой – иначе потеряла бы и квалификацию. Веру, без опыта работы в лечебном учреждении, с трудом, приняли на станцию скорой помощи! Затем, обретя некоторый медицинский опыт, Вера получила возможность: стать преподавателем в медицинском училище, но без законченного высшего образования и зарплата меньше, и в любой момент могут заместить более грамотным специалистом…- и Вера продолжила свое образование, заочно, на биологическом факультете Университета… Снова, Вера не могла уделить маленькой дочке столько времени, как хотелось им, обоим… К тому же, ее Оленька росла – повышались и траты на нее…- и, позднее, Вера согласилась на предложение директора медицинского училища – и заняла пост ее заместителя по учебной части… Снова, Вера уделяла больше времени чужим детям, а не своей Олюшке…
- В моем случае, по-другому, сложиться жизнь могла только в худшую сторону! Я, для своей дочери, «два в одном…»: я и за маму, и за папу – отсюда и хроническая нехватка…- и времени, и денег! Я тоже не знала своего отца, но он все же помогал маме, материально, растить меня, а Кирилл не пожелал, отягощать себя подобной «чепухой»... Нынче, моя дочка Оленька…- девочка независимая: привыкла, с младенчества, что ее мама завязла в делах, сторонних людей – и мама всегда торопится! Горько! Большое спасибо тебе судьба, за даденную щедрую возможность: находиться наедине с дочерью хотя бы два неполных месяца, в году!!! Надеюсь, моя Оленька не сомневается в моей любви к ней!!! – тяжко вздыхая, Вера провела остаток ночи без сна…
***
Больше Вера не задавала никаких вопросов Луне…, но глядя в темное небо, все чаще, стала вспоминать свою милую маму – и в ее голове возникали новые вопросы, к себе: как долго ее мама – красавица и умница Елена любила того мужчину, от которого решилась родить дочку?! Сколько зим, лет… ее отец морочил голову маме, убеждая Елену: в своей «страстной» любви к ней - и невозможности, развестись с «постылой женой»??! Романтичные женщины трудно расстаются со своими ложными грезами…- похоже, и ее мама, как и сама Вера, не один год лелеяла в своей душе призрачные надежды, на счастье с любимым…! Освободившись от иллюзий и распрощавшись с отцом своего будущего ребенка, душевно опустошенная Елена, порвала все связи не только с ним, но и с мужчинами вообще… Отчего? Мама не могла больше поверить не одной особи мужского пола, или полюбить?! Впрочем, и в ее сердце, после Кирилла, осталась «выжженная пустыня» - как тут полюбить другого?! Ее прекрасная мама всю нерастраченную любовь изливала на нее, свою дочку Верочку, а у самой Веры так не получилось: самостоятельная Олюшка в отношениях с мамой держит дистанцию, слишком близко не подпускает… Кто-то из писателей подметил, что красота…- лишь обещание счастья?! Обещание, как известно, и остается лишь пустым обещанием, чаще всего…
- Вернемся с моря, надо будет Ольге новую школьную форму купить: подросла дочка за лето… – и с этой утешительной мыслью Вера уснула…, она так и не вспомнила, фамилию проницательного писателя…
Очаровательная Ольга.
А годы, между тем, пролетали, притом, незаметно… Ее Оленька росла барышней проворной: училась на 4 и 5…, занималась в танцевальном кружке, пела в школьном хоре – и, частенько, заседала в комитете комсомола школы. А вечерами, в подъезде, целовалась с очередным мальчишкой, что отважился, проводить Олю до дома: дочь Веры рано осознала себя красивой.
- Деточка, ты, еще не слишком юна, чтобы целоваться с мальчиками?! – как-то, назидательно, попеняла 14-летней Ольге тетушка Роза…
- Дорогая тетушка, целоваться с мальчишками не грех! Не ходить же мне дурочкой, не целованной до 18 лет?! – отмахнулась Оля, чмокнула, вскользь, обеих тетушек в щечки - и схватив портфель в руки, она выскользнула из квартиры, оставив пожилых…, Розу и Римму в состоянии остолбенения…
***
Успешно окончив среднюю школу, не раздумывая, Ольга последовала протоптанной стезей покойной бабушки Елены и здравствующей мамы Веры: подала документы в Медицинский институт, хотя тетушки Роза и Римма отговаривали ее, в пользу Педагогического….
Их Оленька, с головой, «окунулась» в студенческую жизнь: прилежно посещала лекции и занималась общественной работой…- в группе ее избрали старостой. Не изменяя своим привычкам, выделяла время и для отдыха - и по вечерам, во всякую субботу, и по праздничным датам календаря, Ольгу можно было сыскать в общежитии Медицинского института…- на дискотеке…
Выплескивая из себя напряжение, накопленное за неделю, Ольга, с неистовым упоением, танцевала: особенно, она любила энергичные танцы… Ее длинные и вьющиеся русые волосы, в свете софитов, отливали золотистым – и эта колоритная грива из волос, металось по ее спине, привлекая взгляды, а ее точеная фигурка, пластично, по-змеиному, извиваясь, неожиданно, делала активные выпады, руками… Короче, танцевала Ольга завораживающе: сказывалась многолетняя выучка, приобретенная в танцевальном кружке…
Глеб – парень, из той же группы, в которой училась и Ольга, взял за правило, стоять у стены, в одиночестве – и, словно зачарованный, он не сводил глаз с этой красивой, умной и дерзкой девчонки, но пригласить, на танец, предмет своего обожания, Глеб осмелился только в феврале: на дискотеке, устроенной в честь доблестных защитников Родины…
После дискотеки, Глеб вызвался, проводить Ольгу до дома. В подъезде ее дома, по сформировавшейся привычке, Ольга позволила себя поцеловать… Ей понравилось, как этот парень целуется – и Ольга приняла приглашение Глеба, на день следующий, тем более, что, ранее, она и слышать не слыхивала, о существовании в их институте кружка подводного погружения?! А, Глеб оказался смельчаком – и полгода занимается таким увлекательным занятием!!!
Следующим утром Ольга вскочила с постели спозаранку, плотно позавтракала, по-походному, тепло оделась и с авоськой снеди, что заготовили ей тетушки и мама, она выпорхнула из подъезда, навстречу Глебу… Добрались они, до назначенного места, на рейсовом автобусе, но, с некоторым опозданием: первая группа парней, любителей зимнего погружения, уже находилась под водой…- Глеб решил пойти вторым заходом…- и Ольга, с воодушевлением, помогала ему дополнительно утеплиться…
«Первопроходцы» выбрались на берег, передали подводное снаряжение желающим, из второй группы – и примкнули к числу зрителей… Ольга, с большим интересом, наблюдала, как Глеб погрузился в бездну ледяной воды…, а, вот, когда он выбрался на берег, уже не видела: ее вниманием, полностью, завладел Станислав – Ольге он позволил звать себя Стасом…
***
Станислав учился на шестом курсе Медицинского института…- без пяти минут врач…– и, на его фоне, первокурсник Глеб показался Ольге блеклым, незрелым, косноязычным… Вот, ее новый знакомый - Стас был уверен в себе, до излишней самоуверенности, но Ольге это в нем и импонировало…, а, как остроумен ее новый знакомый – и, постоянно, читает ей отрывки, из стихов популярных авторов, а смотрит на нее так дерзко – у Ольги сердце «улетает в пятки»!!! Похоже, и Ольга приглянулась Стасу – он и решил действовать, пока спутник, понравившейся ему девушки, находиться под водой…
***
Покуда Глеб выбирался из студеной воды на берег, пока он снимал с себя снаряжение…- осмотрелся, а его Ольга… на пару со Стасом мелькнули, вдали, и скрылись из вида, за поворотом... Глеб испытал физическую боль: из-за легкомысленного поступка Ольги и своего унижения…– и, вскоре, повторно погрузился в февральскую стылую водицу, чтобы охладить свою горечь… и, дабы приятели не увидели его слез…
***
Стас привез Ольгу на дачу, принадлежащую его деду: он, неизменно, всех своих подружек привозил, именно, сюда…- зимой дача всегда пустует - и нет риска, что кто-то, из родичей, внезапно нагрянет. Сперва, Стас включил отопление, а Ольга выложила на стол снедь, которой ее снабдили в дорогу.
В дачном доме становилось тепло – и Стас с Ольгой сняли с себя верхнюю одежду, выпили по бокалу вина, утолили, чем Бог послал, свой голод – затем, Стас включил музыку, но танцевать они не стали: совершенно естественным образом, эти двое оказались в постели…
***
Домой, из зимнего похода, Ольга вернулась поздней ночью… Мама Вера и пожилые тетушки, поджидая ее у окна, все глаза проглядели – и тревожные мысли, одна страшнее другой, овладели их умами…, но, вот, к дому подъехало такси и из него выпорхнула их, невредимая Оленька…
- Олюшка, тебя провожал другой парень…, а, где же Глеб?! – полюбопытствовала тетя Римма.
- Глеб… в общежитии, где же ему быть: наверное, спит?! – беспечно, ответила Оля и направилась в ванную комнату.
***
В очередную субботу, вечером, Ольга на дискотеку не пошла: едва закончились занятия в институте, Стас увлек ее на свою дачу, где влюбленные, в уединении, встретили вечер, провели ночь и половину дня, воскресного...
- Оля, а разумно ли: не ночевать дома уже с первого курса?! – робко, поинтересовалась Вера Ивановна у дочери, едва та шагнула на порог дома.
- Мамуля, не волнуйся: скорее всего, я брошу институт! У нас, со Стасом все серьезно – и скоро мы поженимся, а когда он защитит диплом, я, как его супруга, последую за ним…, к месту его распределения… Мы уже все решили! – своей откровенностью Ольга огорошила не только маму, но и тетушек – Римму и Розу: они застыли и онемели, а Ольга довольная, произведенным впечатлением…, удалилась в свою комнату…
- Оля, не подумай, что я против…- это твоя жизнь – тебе и делать выбор! Я, только, хочу посоветовать тебе: не бросай учебу «сию минуту», а первый курс все же отучись… Ты, будущая мать…- и знания медицины, полученные в первый год обучения, сгодятся тебе, для лечения хворей ваших будущих детей… Посоветуйся со Стасом: думаю и он согласиться с моим доводом… Стало быть, следует изыскивать средства на вашу свадьбу? Хорошо, что предупредила, заранее…- озабоченная, подобным поворотом событий, Вера Ивановна покинула комнату дочери.
Ее дочь вняла рассуждениям матери – и прежде, чем завалиться спать, Ольга положила в свою сумку тетради, что будут необходимы ей на лекциях, в понедельник… Вскоре, их Олюшка уже спала сном праведницы, а пожилые тетушки – Римма и Роза устроили на кухне совещание…
- Дорогие…, мы можем, конечно, биться в истерике и требовать, чтобы Ольга прежде окончила институт…, но вы, же знаете, что она поступит наоборот, из упрямства! Предлагаю, успокоиться и принять выбор Ольги. Потом, ее Стасу еще пять месяцев учиться, до его выпуска…- до того времени всякое может приключиться!!! – здравыми рассуждениями, их Верочка вселила надежду в трепетные сердца Риммы и Розы – и успокоившись, три женщины принялись пить чай с вишневым вареньем…
***
Не какое-то чудо, а Кирилл Дмитриевич расстроил планы Стаса и Ольги: увидев своего законнорожденного сына и непризнанную дочку Ольгу вместе, их отец пришел в ужас…- затем, он навестил Веру, по месту ее работы.
Он вошел в ее кабинет, что был положен Вере Ивановне по статусу, как заместителю директора по учебной части- и она обомлела: более восемнадцати лет прошло с их последней встречи…
- Чем обязана, Кирилл Дмитриевич?! Что привело вас в медицинское училище? – осведомилась Вера, когда пришла в себя, от изумления.
- Здравствуй, Вера! И я не думал, что наши дорожки еще пересекутся, хотя и признал, в одной из своих студенток, твою дочь. Стас и Ольга – мои дети! Соответственно, они приходятся друг другу сводными, братом и сестрой, а я заметил, что между ними возникли романтические отношения! Ты, ведь, понимаешь, что мы должны положить этой связи конец! Я поставлю в известность Стаса, что Ольга приходиться ему сестрой, а тебе Вера, придется просветить на этот счет нашу Ольгу…- Кирилл Дмитриевич как-то странно смотрел на Веру…, но по прошествии стольких лет, ей совсем не захотелось задаваться вопросом: а, что бы мог значить, этот внимательный и загадочный взгляд?
Ко времени, прозвенел звонок… – и Вера поднялась со своего места…
- Кирилл Дмитриевич, я услышала вас…- конечно, я сегодня же извещу Ольгу, что у нее есть сводный старший брат – и это Стас… Представляю, как она расстроиться, но я рада, что этому браку не бывать! Не скрою от вас…- мне Стас не симпатичен – уж, простите…! – она, всем своим видом, дала понять Кириллу Дмитриевичу, что их разговор окончен.
***
Хотя, Кирилл Дмитриевич и обещал Вере: поговорить, лично, со Стасом, но представив, как непросто будет ему, донести столь досадное известие… до сына, с которым он долгое время не имел никаких контактов…- и Кирилл Дмитриевич созвонился со своим тестем, и ввел того в курс проблемы…
***
Вера не успела, предупредить дочь, о ее близком родстве со Стасом: той попросту не было дома. Где-то, через час Ольга вернулась…– и по ее лицу, Вера поняла: дочь узнала правду от посторонних людей… Тягостное молчание повисло в воздухе, градус напряжения стал зашкаливать - и Ольга заговорила.
- Мама, Стас повел меня к себе, домой, чтобы познакомить с матерью, дедом и бабкой… Едва, я шагнула на порог их квартиры, мать Стаса – злобная фурия выскочила из комнаты и налетела на меня… Она называла меня маленькой шлю..кой, дочерью позорной с..ки, убеждала Стаса, что из меня не получиться приличной жены потому, что я, при всяком удобном случае и перед любым мужиком, раздвигаю свои ноги, как и моя мать… Она много чего еще наговорила…, с пеной у рта, а, потом, сообщила Стасу и мне, что мы сводные, брат и сестра! Меня еще никогда, и никто так не оскорблял, и не унижал – и, откуда только взялся этот отец!!?? – у взволнованной Ольги закончились слова – и она расплакалась.
Вера обняла дочь за плечи и увлекла ее за собой. Они присели на диван, Ольга продолжала плакать, а Вера гладила ее и целовала, как в детстве…:
- Олюшка, ты, возникла перед матерью Стаса неопровержимым доказательством, неверности ее мужа – эту злобу понять можно! И скверные слова тебе говорила она, и позорила тебя… - из ревности: ты, дочь коварной соперницы, к тому же молода и красива, и ты, посягнула на ее сына! Будь готова к тому, что многие женщины, из ревности и зависти, будут плевать в тебя злобным «ядом», а неуравновешенные мужчины станут требовать от тебя взаимности… Повторюсь: ты, уродилась пленительной красавицей, у меня…- неси свою «корону» красоты с достоинством!!! Когда я вступила в близкие отношения с твоим будущим отцом, я и не догадывалась, что он женат: мы встречались в его квартире – он, даже, дал мне ключи, чтобы я не ждала его на улице, когда он задерживался в институте. Потом, в его квартире не было и намека, на наличие у него жены и сына: ни одной женской вещи и ни единой детской игрушки - и в ванной комнате одна зубная щетка, в стакане, и мужская парфюмерия…, сиротливо, стояла на полочке… Я приняла Кирилла за убежденного холостяка. Оля, твоим отцом является, знакомый тебе, Кирилл Дмитриевич – твой преподаватель: в свое время и я была его студенткой…
- Кирилл Дмитриевич?! Теперь, понятно, как папенька прознал про наш роман со Стасом: подсмотрел, подслушал…в институте – мы и не скрывали своих чувств… Интересно, что было бы, если мы уже успели пожениться?! Заставили бы нас развестись?! – на Ольгу, снова, накатила волна возмущения.
- Ничего мы не стали бы требовать от тебя и Стаса: жизнь ваша – и вам делать выбор! Подумай, как бы ты, чувствовала себя, ложась в одну постель с братом…, а, если бы и ваши дети стали появляться на свет с генетическими отклонениями?! В данном случае, Кирилл поступил правильно, но выбор за вами: если у вас, желание быть вместе преобладает над разумом, в этом случае мы распишемся в собственном бессилии!!! - высказав свои мысли, Вера Ивановна, смиренно, замолчала…, а по лицу Ольги можно было прочесть: если выбор за ней, то она может плюнуть на условности, лишь бы быть рядом со Стасом…
Когда Ольга совсем успокоилась, они пошла на кухню – ужинать…
***
Будь ее воля, Ольга проигнорировала бы тот факт, что Стас приходится ей сводным братом…- не родным же!!! Сам Стас, как выяснилось, имел на сей счет иное мнение! Ольга ждала встречи с ним: верила, что он, непременно, поздравит ее с праздником 8 Марта…, но повстречала его с другой…- и любимый Стасик прошел мимо Ольги, словно бы она была пустым местом!!!
Домой, Ольга вернулась вся «в слезах и соплях»: Стас ей полюбился, до «потери пульса» – и она уже настроилась с ним на одну «волну», и жаждала стать его женой!!! Но тот, кто еще недавно, клялся ей в любви, нынче выказал Ольге полное пренебрежение…- и это было, чрезвычайно, обидно!!!
- Оля, ты, наслышана о жизненном законе: «клин, клином вышибают» - перестань плакать и сходи на праздничную дискотеку?! Выпусти из себя весь негатив, при помощи танцев! Завтра женский праздник…– негоже тебе, молодой и красивой, превращаться в «царевну-Несмеяну»: в конце концов, на Стасе «свет клином не сошелся»!!! Собирайся на дискотеку!!! – потребовала Вера от дочери.
***
Глеб, увидев чаровницу Ольгу в одиночестве, проявил настойчивость – и практически не отходил от нее, а Ольга, танцуя с Глебом медленные танцы, смотрела ему в глаза и думу думала: годится ли этот парень на роль «клина», что вышибет из ее сердца коварного Стаса?! Сомнительно, но попробовать стоит?! Проводить себя до дома, Глебу, Ольга не позволила, впрочем, пригласила своего поклонника на праздничный обед: решила, что не стоит «отшивать» такого преданного воздыхателя…
Верный кавалер, вернувшись в свою комнату…, долго лежал без сна!
К праздничному обеду Глеб явился вовремя и обнаружил, что оказался в «женском царстве», а он, в День 8 Марта, пришел с тощей веточкой мимозы– его, это обстоятельство, чрезвычайно, смутило! Встречен он был радушно и мамой Ольги, и пожилыми тетушками: словно, появление Глеба и было даром!
После праздника, Стас подкараулил Ольгу, но только лишь затем, чтобы, в очередной раз, ей высказать свое презрительное «фи…»!
- Моя мама была права, в отношении тебя: стоило мне отвернуться, а ты, уже перед другим... раздвигаешь ноги! – его глаза выглядели стеклянными, от бешенства.
- Стас, мой старший брат, а не ты, ли, первым, покинул меня?! Да, ладно: какие, теперь, могут быть счеты между родственниками?! – и, ели сдерживая слезы обиды, Ольга пошла своей дорогой, но ушла она недалеко…- Глеб нагнал ее и напросился в провожатые…
Тетушки Роза и Римма были, несказанно, рады очередному визиту Глеба – накормив «голодную молодежь», пожилые женщины заторопились в магазин, а Ольга увлекла поклонника в свою комнату…
***
Прежде, чем оказаться в постели, они, некоторое время, страстно целовались. Ольга и сама, до времени, не осознавала себя особой, пылкой, но первый же сексуальный опыт ей пришелся по нраву – немногим, позднее, она осознала, что желала бы заниматься сексом, как можно чаще! Для исполнения ее хотелок, ей требовался муж: не взирая на пророчества злобной мамаши Стаса – Ольге вовсе не хотелось перед всяким мужиком стелиться…
Глеб, не смотря на его неопытность, прошел проверку Ольги и был признан ею, подходящим кандидатом в мужья…: всякий опыт приходит со временем…, а «потенциал» у Глеба имеется! – резонно, рассудила Ольга…
***
Глеб стал постоянным гостем в доме Ольги – и Вера, и тетушки радушно привечали его… Ольга, тем временем, собиралась с духом, чтобы сделать предложение «руки и сердца» своему избраннику…
- Оля, у тебя приличная задержка месячных: может ты, застудилась?! – ее мама Вера выглядела встревоженной, а Ольга ничего не ответила: зазвенел звонок в прихожей – и она пошла, открыть дверь…
На пороге их квартиры стоял улыбающийся Глеб, а в руках он держал торт…
- Проходи, любимый! Ты, очень кстати: выяснилось, что мы с тобой беременны… Что будем делать?! – опешивший Глеб смотрел на Ольгу и не знал, как ему реагировать…, но, едва он встретился с испуганными глазами Веры Ивановны, мамы Ольги, ответ вырвался из его уст, сам собою:
- Раз беременны…, то следует родить…, но, прежде, нам следует пожениться! А, вы, Вера Ивановна, как думаете: гожусь я Ольге в мужья?
После слов Глеба, у Веры Ивановны отлегло от «сердца»: ее Ольге не грозит участь матери-одиночки…
- Твой торт Глеб, придется очень кстати: сейчас сядем за стол, выпьем чаю и обсудим вашу будущую свадьбу… Глеб, а твои родители в каком городе живут? – поинтересовалась Вера Ивановна.
Глеб призадумался прежде, чем ответить:
- Видите ли, с моим папой произошел несчастный случай, на стройке: он прорабом был…- и в четырнадцать лет, лишившись папы, я оказался на попечении тети Агриппины… Агриппа - родная сестра моей матери, но не мать, а тетя воспитывала меня до тех пор, пока я не завершил свое обучение в средней школе. Потом, я уехал от нее, поступать в Медицинский институт… Из меня вышел непутевый племянник: редко пишу тете Агриппе, деньгами помочь не могу…- Глеб, заметно, погрустнел: было похоже, что подобное положение вещей его смущает…
- Глеб, пока мы накрываем на стол ты, можешь позвонить своей тете, если у нее имеется телефон дома…? – Глебу не нужно было повторять, он ринулся в прихожую, где и располагался вожделенный телефон - роскошь, доступная не всем советским гражданам…
***
Тетушки Римма и Роза, в тайне от своих любимых девочек – Верочки и Олечки, разыскали и стали поддерживать связь с Кириллом Дмитриевичем, бывшем возлюбленным обожаемой племянницы и отцом их внучатой племянницы – соответственно, он, одним из первых, был извещен и о беременности его дочери Ольги, и о намечающейся свадьбе…
- Глеб, по имеющейся у меня информации, мы в скором времени породнимся?! – Кирилл Дмитриевич столкнулся со своим будущим зятем в коридоре института, но поскольку Ольги не было рядом…- будущий тесть решил заговорить с женихом дочери: - После лекции подойди…, я дам денег на дорогу: вам с Ольгой следует съездить к твоей тете Агриппине, за благословлением на брак! Чтобы все было по-человечески…
Глеб поведал своей Оленьке, о встрече с Кириллом Дмитриевичем – и о его предложении…
- Точно, раз тетя Агриппа заменила тебе маму, к ней и нужно обратиться, чтобы она одобрила наш брачный союз! Отец вдруг решил поучаствовать, в устройстве моей судьбы…- отлично: за деньгами пойдем к нему вдвоем! – Ольга, ныне, пребывала в возбужденном состоянии: то ли от того, что была счастлива…, либо ощущала себя спортсменом, готовящимся к прыжку с 1000 метровой вышки… Глеб, глядя на свою избранницу, не знал: радоваться ему или тревожиться?!
Агриппина – та, что «паслась сама по себе» …
Отец Агриппины, страстно, мечтал о сыне, но жена родила ему дочь… Очевидно, кто-то, Свыше…, чтобы подсластить молодому отцу «горькую пилюлю» несбывшегося, наградил новорожденную малышку его внешностью. Вдобавок ко всем бедам девочки, ее бабушка, заглянув в святцы, выбрала ей имя - Агриппина (в переводе с греческого, «дикая лошадь») …
Будучи маленькой девочкой, Агриппина не слишком переживала, что природа одарила ее крупными и грубоватыми чертами лица, и красноватым оттенком кожи…, но все познается в сравнении… Агриппине исполнилось семь лет, когда ее мама родила еще одну дочку – вот, эта девочка уродилась в свою мать: с мелкими чертами лица, но с красивыми глазами – и кожа, у сестренки Агриппины, была нежной и белоснежной! Едва взглянув на малышку, лежащую в кроватке и посмотрев в зеркало на себя, Агриппа (так звали ее близкие), моментально, осознала: какой неказистой смотрится она, на фоне младшей сестренки…
Агриппа, теперь, ежедневно наблюдала, как родители относятся к своим, воистину любимым дитяткам: если с Агриппой, ее родители вели себя с прохладцей, следили только за тем, чтобы дочь была сыта и одета, но никогда не сюсюкались с ней, не обнимали, не ласкали…, то маленькую сестренку они зацеловали, всячески лелеяли ее и, практически, не выпускали из рук…, и та же бабушка отыскала для красивой внучки более благозвучное имя…- Лариса!
С рождением сестренки, Агриппа ощутила: родители всегда стеснялись ее…- некрасивой дочери Агриппы… Ныне, все было иначе: отца и мать буквально распирала гордость, от того, что они произвели на свет такую красивую малышку, как Лариса!!! Куда бы они не пошли с Ларисочкой, повсюду находились люди, что отмечали красоту их доченьки и сыпали комплементы в адрес младшенькой… Агриппа, лично, не помнила, чтобы кто-то восторгался ею…- ей лишь оставалось, признать превосходство младшей сестренки – и, незаметной тенью, следовать за своими близкими, стараясь своим внешним видом, не портить триумф своим родителям и сестренке…
***
Осознав свою ущербность, девочка Агриппа стала еще неприметнее и немногословнее…- вот, обожаемая дочка Лариса, долго не раздумывая, закатывала отцу и матери бурные истерики, если что-то ей было не по нраву!!! Так и подрастали две дочери у одних родителей: старшей – Агриппе все сгодится…, а для младшенькой, Ларочки все самое лучшее! А, как иначе: ведь, Лариса - родительская гордость?!! Для примера: мама замечала, что Агриппе, ее платье стало мало – и семья отправлялась в Детский мир, за покупкой! На деле выходило, что непривередливая Агриппа, из магазина выходила без обновки, в которой нуждалась, а торжествующая Лариса, пыхтя, несла под мышкой два свертка…: родители приобрели для младшенькой два платья…
- Не беда, Агриппа поносит еще свое платье: под мышками поставлю ей незаметные заплаточки…- сгодиться! Махать руками не будет…- и не приметят заплат…: да, никто и не проявляет интереса к их старшей дочке -дурнушке! А Ларисочка всегда в центре внимания – эта дочка должна выглядеть хорошо! – мысленно, рассуждала мама, девочек Агриппы и Ларисы.
***
Все же люди, похоже, обращали внимание и на Агриппу: по-иному она не смогла, обосновать себе, поступок бабушки… Но чудо случилось, когда Агриппе шел уже пятнадцатый год: давняя приятельница принесла, в подарок, ее бабушке отрез ткани в мелкую клеточку… Приятельница ушла, а бабушка поманила к себе старшую внучку:
- Агриппа, возьми себе эту ткань – и, вот, тебе десять рублев, закажи портнихе платье для себя…- промолвила несентиментальная старушка…- потом, на удивление девочки-подростка, и отец Агриппы, что оказался невольным свидетелем поступка своей матери, выделил неказистой дочери еще десять рублей…
Агриппа свернула, аккуратно, отрез ткани, спрятала двадцать рублей…и побежала в ателье, что располагалось рядом с их домом. На удачу Агриппы, одна из закройщиц, в этот день, вышла из отпуска, на работу – поэтому и принимала заказы на месяц… Промерив ткань, закройщица сообщила своей юной заказчице: у нее ткани с избытком – из данного отреза получиться и платье, и классическая прямая юбочка… – и двадцати рублей было достаточно, дабы оплатить пошив и платья, и юбки… В тот день, счастью Агриппы не было предела!
В течении двух недель Агриппа дважды посетила ателье: для примерки своего заказа. И, настал тот день, когда благодарная Агриппа предстала перед бабушкой в своем новом платье: отрезное по талии; спереди, застежка с «планочкой»; вырез горловины «под горлышко»; рукава короткие, по моде - «фонариком»; юбка «колокол»… В тот момент, Агриппа ощущала себя красавицей – и от восторга, покрутилась, вокруг себя!!!
- Да, Грипп, где же ты, отхватила платье в «шотландку» такой темной расцветки: такая ткань только старухам и годиться?! – неслышной сапой, за спиной старшей сестры встала восьмилетняя привереда-сестрица Лариса.
- Серое с голубым…- очень элегантно смотрится! – невозмутимо, парировала Агриппа, на дерзость младшей сестры.
- Да, было бы неплохо, если бы серого цвета было меньше, чем голубого, а не наоборот…- настаивала сестра, младшая - затем Лариса презрительно фыркнула и удалилась…, но Агриппа, заметив смущенный и расстроенный вид бабушки, поцеловала ее в щеку и произнесла:
- Спасибо, бабуля! Теперь, у меня есть платье на праздничный случай и юбочка, для повседневной носки! Потом, я же не павлин и не такая красотка, как наша Лариса…- в неброском наряде я буду чувствовать себя уютно!
- Да, Агриппа, ты не уродилась красоткой, но ты, и не уродина какая…- найдется и для тебя «принц», что оценит твое «золотое» сердце и кроткий нрав! Верь!!! – никогда еще бабушка с ней не заговаривала с такой теплотой – и Агриппа, вновь, поцеловала старушку.
Через три дня, после описанного события, старушка получила пенсию – и, втихаря, дала Агриппе тридцать рублей, на покупку новых туфель…, но она приобрела туфли за двадцать пять рублей, а на оставшиеся пять рубликов, купила белый воротничок, отделанный машинной вышивкой…- этот воротничок, чрезвычайно, украсил и освежил новое платье Агриппы…
***
Агриппе шел двадцать первый год, когда ее тринадцатилетняя сестренка Лариса стала дружить с мальчиком из соседнего подъезда. Поскольку двум сестрам родители отвели одну комнату…- Агриппа, студентка строительного института, была вынуждена готовиться к занятиям… на кухне: в их общей комнате, вечерами, проходили свидания Ларисы с ее Валерой.
- Знаешь Грипп, а я раньше тебя выйду замуж…, а, возможно, ты, так и останешься в старых девах! – однажды заявила Лариса своей старшей сестре Агриппе: самоуверенная малолетка лежала в своей кровати, задрав ноги к верху… Агриппине, нечем было возразить сестренке: за ней еще ни разу не попытался, ухаживать ни один мальчишка…
***
В возрасте двадцати пяти лет и у Агриппы, наконец, появился поклонник – тридцатичетырехлетний Никита Глебович, прораб стройки: его строители и он находились в подчинении у Стройтреста, где работала Агриппа…
Их отношения завязались, когда привлекательный мужчина и холостяк – Никита, зашел в Стройтрест к начальнику, чтобы отчитаться за текущие дела на стройке, которой он руководил, но в коридоре Никита встретил Агриппину: она шла ему навстречу – и эта скромная девушка приглянулась Никите, он и пригласил ее в кино. Далее, они не раз, вместе бывали в кино, посещали и театр – и Никита взял за правило, ежедневно, провожать Агриппину с работы домой. После того, как Агриппина побывала с Никитой в ресторане, ее родители, по совету дочери Ларисы, возжелали, познакомиться с кавалером Агриппы… Сама Лариса желала сравнить, кто лучше: ее Валерик или Грипкин Никита?! Она не собиралась, отдавать «пальму первенства» невзрачной Агриппе: ее прораб, со стороны, выглядел заманчивее, чем водитель автобуса – Валера…
Смотрины состоялись – родители Агриппы нашли, что Никита немного староват, но в целом, подходящий жених, для старшей дочери… Лариса, едва глянув на жениха Агриппы, осознала: такого солидного и образованного, и интересного поклонника у нее еще не было…- и задалась целью – увести Никиту у Агриппы!!!
***
Ноябрьским вечером, накануне праздника Великой Октябрьской социалистической революции, родители Агриппы и Ларисы собрались в магазин, за продуктами к праздничному столу – и в помощь, позвали с собой дочерей. Агриппа быстро откликнулась, но Лариса прикинулась захворавшей: она уже прикинула в уме, что скоро должен прийти Никита – ей захотелось, воспользоваться удачным стечением обстоятельств – и попытаться, отбить у сестры перспективного кавалера…
***
Все сложилось так, как и рассчитывала коварная Лариса: Никита пришел к ним в дом в отсутствии родителей и главное – Агриппы не было…
- Никита, проходите, проходите: Агриппа ушла с родителями в магазин, но с минуты на минуту должна вернуться… А, вы, снимайте с себя верхнюю одежду: смотрю вы, изрядно промокли под дождем…- и присаживайтесь на диван! - младшая сестренка Агриппины - Лариса источала дружелюбие – и Никита, замерзший и уставший, за день…, с удовольствием присел на мягкий диван.
Лариса объявила ему, что пошла ставить чайник на плиту, но так и «застряла» на кухне, а между тем Никиту в тепле разморило – он и не заметил, как задремал…
Молодая, но весьма лукавая девица приступила к выполнению своего плана: в комнате, где вздремнул Никита, предприимчивая Лариса выключила свет, но оставила включенным свет в коридоре. Когда раздались шаги на лестничной площадке, Лариса, потихоньку, прилегла на диван, положив свою голову на колени сонного Никиты – и сама притворилась спящей…
Родители были потрясены видом, почивающих на одном диване: их невинной Ларочки и «прожженного искусителя» Никиты…- разразился грандиозный скандал!!! Спросонья, Никита не понимал: почему на него кричат, обзывают совратителем невинных девственниц, ведь, он просто уснул, сидя на чужом диване?! Но Лариса пустила слезу и принялась лгать, что между ней и Никитой возникло серьезное чувство…- и это ее откровение взбесила главу семьи еще больше: отец Агриппы и Ларисы орал, с пеной у рта и грозил Никите парткомом, и всеобщим порицанием…
Никита, наконец, сообразил, в какие «силки» его загоняет Лариса – и попытался оправдаться, откреститься, от связи с беспринципной нимфеткой, но Лариса уже, ухватисто, вцепилась в свою добычу…- не вырваться!
- Любимый, не отрекайся от меня, как честный человек ты, должен на мне жениться! – все твердила и твердила младшая сестрица Агриппы, изредка пуская скупую и лживую слезу. И родители Ларисы, поостыв, стали напирать на Никиту – и требовать от него, чтобы тот поступил как мужчина…
Агриппа слишком хорошо знала своих близких…- она сразу раскрыла коварную ложь своей сестрицы, но она и знала о другом: если Ларисе что-то взбрело в голову, она не отступиться, а родители «в лепешку» расшибутся, лишь бы угодить своей любимице! Интересы старшей дочери Агриппы в семье никогда не брались в расчет, а Никиту они постараются «вывалять, замазать грязью», если тот пойдет против желания Ларисы…- об этом Агриппа и поведала Никите, при их следующей встрече.
- Никита, мне так больно и обидно, но тебе придется, жениться на Ларке! В противном случае, мой отец дойдет до парткома, исполкома, обкома…- и повсюду, с праведным гневом, он будет бить себя в грудь и поносить тебя!!! Еще может и в милицию заявление написать: Ларке только через неделю исполняется восемнадцать…- вполне, смогут и в тюрьму упрятать!!! – Агриппа не стерпела, расплакалась – и пошла от Никиты прочь…
Никита все же предпринял еще одну попытку, чтобы расстроить брак с паскудной Ларисой – и попробовал поговорить с ней «по душам»…:
- Лариса, не тебя я вижу своей женой, а Агриппину, а ты, молода – и наивно полагаешь, что твоя юность и красота служит достойным оправданием твоему, мягко говоря, подлому поступку?! В своей жизни я познал немало красавиц…- и я научился ценить истинную красоту женщины: чистые помыслы и душевную красу… Не принесет нам счастья брак, начавшийся с обмана! Не возникнет промеж нас любви - не видать счастья ни мне, ни тебе!
- Ты, ошибаешься: я буду счастлива, непременно…- и ты, тоже…, если приложишь усилие…- беспринципная Лариса не собиралась отступать, от задуманного…
***
Свадьба Никиты и Ларисы состоялась, но это празднество больше походило на похороны… Впрочем, траурный вид ее жениха, а тем более Агриппы, не смутили душевного покоя новобрачной, лишь добавили ей чувства триумфа: увела-таки она жениха у Гриппки презренной…!!!
***
После брачной ночи, Никита бросил в лицо своему тестю простынь, испачканную кровью:
- Вот вам доказательство того, что я и пальцем не коснулся, тогда, вашей лживой мелкой сучки!!! Подыхать будите, вспомните, что вы, мою жизнь и жизнь вашей дочери Агриппы смяли, словно газету – и подтерли нами сральники свои!!! Нет вам прощения!!! – от бессильного бешенства, Никиту трясло…
Из комнаты показалась Лариса, она прежде потянулась, словно сытая кошка, а затем «промурлыкала» …
- Дорогой! Ты, радоваться должен: тебе досталась в жены красивая и молодая, и цветущая девушка, а не сушеная старая дева Гриппка… Я, ведь, лучше ее в сотни раз!!! И я моложе тебя на шестнадцать лет!!! Радуйся!!!
- Сомнительный ты, подарок судьбы! Повторюсь Ларочка, в моей жизни было немало таких смазливых и тупых бабенок, вроде тебя?! Вот, такую, как Агриппа, я встретил впервые! Ты, своей сестре и в подметки не годишься! Молодостью своей козыряешь, красотой…, но это все товар скоропортящийся, а за душой у тебя пустота!!! – устало махнув рукой, Никита пошел собираться.
- Ты, куда?! – поинтересовалась Лариса и услышала в ответ: - На работу!
***
Лариса, став женой Никиты, не пожелала, покидать отчий дом…– пришлось Агриппе переселяться в двухкомнатную квартиру Никиты. Не так представляла себе Агриппа, жизнь в данной квартире…- обливаясь слезами, она наводила уют в холостятской берлоге бывшего, но своего любимого...
***
Совместная жизнь у Ларисы с Никитой не заладилась с первых дней: Никита с трудом переносил свою супругу – и, забеременев, Лариса отыгралась на муже…
Февральской морозной ночью Никита позвонил в дверь Агриппы:
- Агриппина, не прогоняй меня: я промерз до костей, а Ларка домой не пускает, без арбуза… Этой гадине захотелось «подснежников», среди зимы! Порой, убил бы…, но она беременна…- возможно, материнство сделает ее человеком?! – посиневший, от мороза и постаревший, от семейных неурядиц, любимый Никита стоял у ее порога – и Агриппа широко открыла входную дверь, давая пройти, внутрь, желанному гостю.
Вслед за тем, она накормила Никиту и напоила горячим чаем – и он разомлевший, от тепла и сытости, сперва, молча держал Агриппу за руку – после, принялся, страстно, целовать любимую женщину…
Рассвет они встретили в одной постели…, но наступивший день все вернул на свои круги. Только суровой действительности были не подвластны ее мысли и воспоминания - и долгие годы Агриппа была благодарна судьбе, за ту ночь любви…- и лелеяла в своей душе память, о кратком миге счастья… Порой, Никита ей снился во сне – и, вновь, словно наяву, она ощущала запах любимого мужчины и его прикосновения, страстные поцелуи...- пробуждение, после этих снов, было невыносимо горьким и болезненным…
***
Родившийся мальчик, которого Никита назвал в честь своего отца – Глебом, ни на йоту не поспособствовал, укреплению брака младшей сестры Агриппы, но Лариса и не думала унывать: благодаря своему недотепе-мужу, на одном из праздничных вечеров, она познакомилась с руководителем Стройтреста…- и стала любовницей, этого состоявшегося мужчины.
После трех лет совместной жизни с Ларисой…- Никита осознал, что находится на грани нервного заболевания – и он пошел на прием к любовнику своей жены, и своему непосредственному начальнику. Конечно же, Никита не жаловался ему, на свою неудавшуюся личную жизнь, а лишь попросил: направить его на работу в другой город…- исключительно, из-за того, что основательно притомился, жить вместе с родителями своей жены.
Анатолий Борисович, тайный соперник Никиты Глебовича, пообещал ему помочь, при первой же возможности, но сам, главным образом, действовал из своих интересов и с учетом пожеланий его пассии Ларочки…
- Милый, оправь этого хлюпика подальше…, сделай мне одолжение!!! Этот упертый Никита еще пожалеет, что посмел, пренебречь моей милостью! Но не думай…, я не собираюсь следовать за этим придурком: меня не прельщают лавры декабристок! – такова была реакция Ларисы, на услышанное от «сладкого душки» - Борюси.
***
Незамедлительно, руководитель Стройтреста вызвал прораба Никиту Глебовича на аудиенцию…
- Вы, замечательный работник – и вас жалко отпускать…, но учитывая ваши пожелания, предлагаю вам длительную командировку в Казахскую республику: там наметилась очередная стройка века – требуются специалисты вашего класса! – начальственный Анатолий Борисович смотрел, в упор, на своего соперника, но ни один мускул не дрогнул, на лице сурового прораба:
- Я согласен: Казахстан, так Казахстан…- твердо ответил Никита…
- Отлично! Оформляйте свою командировку, командировочные деньги получайте в бухгалтерии – и в добрый путь!!! По приезду, вам будут положены еще и «подъемные»…- Анатолий Борисович потер свои ладони и углубился в чтение бумаг, что, в беспорядке, лежали на его столе.
***
Лариса, проинформированная любовником о планах мужа, спокойно восприняла известие о длительной командировке Никиты в Казахстан…
- Не нравиться тебе климат средней полосы…, поезжай в свой Казахстан, но и сына своего забирай с собой!!! Да, да! Сына своего забирай с собой! А, на что ты, рассчитывал?! – с потрясающим хладнокровием, изрекла Лариса, а ее двухлетний сын Глебушка, что в тот момент, находился рядом с матерью, и не почувствовал: его, пока еще, краткая жизнь тоже сделала «крутой вираж»…
***
Агриппа провожала обожаемого Никиту на вокзал: неудобно одному управляться с маленьким ребенком и объемным багажом…- он и попросил о помощи у нее. Разложив свой багаж в купе вагона, Никита вышел на перрон, держа на руках сына…- некоторое время эти двое, молча, смотрели друг другу в глаза…:
- Позови меня с собой! Я готова все бросить, лишь бы быть с тобой!!! – молили Никиту глаза Агриппы.
Женский голос в репродукторе объявил, об отправлении поезда с третьего пути…- и Никита, на краткий миг, крепко прижался своими губами к губам Агриппы – затем поспешил, заскочить в свой вагон.
***
Всю дорогу, от вокзала до дома, Агриппа не позволяла себе заплакать, но дома она дала волю своим слезам. Внезапно, прозвенел дверной звонок – и Агриппа открыла входную дверь…, на пороге ее квартиры стояла Лариса…
- Выходит, Никитка не такой дурак…- и не взял тебя с собой, как ты, не просила!!! Жаль, лишили меня возможности: написать на вас заявление в милицию…, в связи с кражей моего сыночка Глеба!!! Ладно, живи убогая, но знай: Никите не быть твоим никогда!!! – зло и презрительно усмехнувшись, Лариса отвернулась от Агриппы и пошла своей дорогой, так и не заглянув в жилище сестры.
***
Потянулись годы однообразной жизни одинокой женщины: по ночам Агриппа плакала в подушку, а днем, с усердием, погружалась в работу - вечером, уставшая, возвращалась к своему «холодному очагу».
По прошествии десяти лет, после отъезда Никиты, к 38-летней Агриппе посватался 60-летний вдовец: этот Аким работал мастером, на стройке...
- Агриппина, давно приглядываюсь к тебе: ты, баба серьезная, а не хабалка какая…, но одной небось невмоготу жить…? Давай сойдемся: на пару жить все веселей, чем холостячкой! – и уставшая от одиночества, Агриппа приняла предложение Акима – и он переехал от своей замужней дочери на квартиру Агриппы. Они и в загс сходили, чтобы узаконить свои отношения…
Агриппа, первое время, недоумевала: зачем Аким женился на ней? Проживая на одной жилплощади вместе с семьей дочери, от одиночества Аким явно не страдал…- и, как мужчина, он в женщине похоже не нуждался!?
С появлением Акима, в жизни Агриппы произошли незначительные изменения: холодильник и телевизор, что Агриппа взяла из пункта проката, Аким вернул в тот пункт…, на их место определил свой холодильник и свой телевизор – и еще любил посмеяться, что пришел к Агриппе с приданным.
Агриппа, по-прежнему, спала в своей постели одна... Аким занял вторую комнату: там стояла раскладушка, и, еще в бытность Никиты, на ней спали его гости – и для них же…- пара стульев, чтобы было куда повесить одежду. Просыпаясь среди ночи, Агриппа прислушивалась к могущему храпу Акима, раздающегося из соседней комнаты, и убеждала себя, что муж все-таки нужен:
- И правда, на пару жить не так тоскливо: живая душа совсем рядом, в соседней комнате спит…- перевернувшись на другой бок, вскоре Агриппа засыпала: интимной близости, именно с Акимом, ей тоже не хотелось…
По выходным дням Агриппа и Аким вместе занимались стиркой, готовили еду, а откушав стряпню своего приготовления, отправлялись, с визитом, к дочери Акима. Но в том доме, надолго они не задерживались: слишком много шума производили два внука Акима – и их родители не отставали от детей…- постоянно были заняты выяснением отношений… Покинув беспокойное семейство, Аким и Агриппа шли в кинотеатр, а после просмотра фильма гуляли в парке – домой возвращались лишь к вечеру. В общем, более насыщенной жизнью зажила Агриппа, рядом с Акимом…
***
По истечении двух лет их супружеской жизни, суровые и трагические обстоятельства нарушили привычный ритм жизни Агриппы и Акима. Все началось с того, что от дочки Акима все же муж ушел – и та угодила в клинику с нервным расстройством – и пока его дочь находилась на излечении, Акиму пришлось вернуться в свою квартиру и взять на себя, заботу о внуках.
В отсутствие ее мужа, и болеющей ангиной, Агриппе пришло печальное известие: в результате несчастного случая, погиб на стройке Никита Глебович! Перед самой смертью, тот пришел в сознание и успел продиктовать адрес Агриппы своему другу, что дежурил возле него…: умирающий Никита вверял, именно Агриппе, опеку над его несовершеннолетним сыном Глебом…
***
Управляющий Стройтрестом, Анатолий Борисович почти сразу оказался в курсе случившегося – и свою любимую Ларочку он поспешил, известить по телефону, что отныне она - вдова! Лариса пришла в ужас от мысли, что, теперь на ее плечи ложиться забота о сыне-подростке, которого она почти не знала…- да, и по прошествии стольких лет, и знать не хотела!
- Успокойся Ларочка, твой Никита, перед своей смертью, просил друзей разыскать Агриппу, чтобы, именно она, взяла опеку над его сыном Глебом! – осведомленный любовник успокоил свою пассию.
- Борюсечка, срочно, вызови с больничного… эту Гриппку чертову, извести ее о просьбе Никиты и пусть твоя секретарша поможет ей, собрать все необходимые документы, для оформления опекунства над Глебом!!! Лично я, нахожусь в «неведении», случившегося с Никитой – и отбываю на курорт, по горящей путевке: сегодня нашему ЖЭКУ одну…предлагали… Когда вернусь домой, надеюсь Гриппка уже выполнит волю покойного – и Глеб будет жить при ней! – Лариса, капризно, скривила губы и повесила телефонную трубку…- затем, она ринулась в профком, за «горящей» путевкой.
Анатолий Борисович сделал все так, как и повелела ему «пушистик»-Ларочка: вызвал к себе Агриппину, чтобы выразить сочувствие, в связи с гибелью ее близкого родственника; предложил помощь, в срочном сборе всех необходимых справок - для оформления опекунства над несовершеннолетним племянником Глебом; отдал распоряжение бухгалтерии, чтобы Агриппине выписали материальную помощь…
Покуда хворающая Агриппина собиралась в дорогу, личный секретарь Анатолия Борисовича выяснила: какие справки необходимы Агриппе – и к трем часам дня все документы, необходимые для оформления опекунства над Глебом, были готовы, а в бухгалтерии Агриппу ждала материальная помощь…
Агриппа, в спешке, забыла дозвониться до мужа, но в последний момент вспомнила о нем – и написала Акиму коротенькую записку, извещая его, что ей пришлось, срочно, вылететь в Казахстан, за осиротевшим племянником…
Забежав на минутку, чтобы проведать хворую жену, Аким не нашел своей Агриппы, а лишь записку…, что привела его в тихое бешенство! Ранее, ему казалось, что он все рассчитал до мелочей: одинокая и скромная, и непритязательная Агриппа была рада и такому мужу, каковым был для нее Аким. И правда, Агриппа тихо смирилась с тем, что ее муж не спал с ней, совсем: они жили, как брат и сестра. Его жена не возражала - и каждую зарплату Аким относил дочери, а Агриппе ежемесячно перепадала лишь часть его пенсии, на расход… Неприхотливость жены внушила Акиму уверенность, что со временем, основную часть забот о его внуках, можно переложить на Агриппу: его психически неустойчивая дочка, все чаще ложилась в больницу! Он немолод…- и в случае его смерти, нестарая Агриппа оформит опекунство над его внуками: все-таки она приходится женой Акиму… И, вот, вам…- какой-то осиротевший племянник Агриппы нарисовался…- и позабыв о своем недомогании, жена помчалась «к черту, на куличики» - вот, как не вспылить?!!
Угрюмый Аким поплелся в психиатрическую больницу, к дочери: подошло время приема посетителей в том, скорбном учреждении, а дома его ждали внуки, которые тревожились за свою мать и за свое будущее…
По возвращению, у подъезда дома, Аким повстречал одинокую соседку, которая когда-то дружила с покойной женой Акима – ей пожаловался он, на свою теперешнюю жену, которая, не спросясь Акима, уехала за сиротой-племянником! Соседка его утешила, как могла: предложила себя в жены…
Эта знаковая встреча, у подъезда, закончилась тем, что Аким вывез из квартиры Агриппы свой телевизор и холодильник – и подал заявление на развод! И, с того вечера, вместе с соседкой, Аким приглядывал за своими внуками, а когда он был на работе, его новая жена-пенсионерка занималась воспитанием и уходом за внуками Акима. Эта идиллия продлилась недолго: крановщица Зина, прознав, что ее любовник – Аким, снова сошелся с какой-то бабой, пришла к нему домой и устроила грандиозный скандал:
- Как свою мужскую нужду справлять…, так я хороша для тебя, а как семью создавать…, то и такая старая кошелка сгодиться, лишь бы не я?!!! – орала разгневанная Зина, да так громко, что и на улице ее было слышно…
Бочком, бочком… и по-тихому, ушла от Акима «старая кошелка» - бывшая подруга его покойной супруги: эта женщина была оскорблена тем обстоятельством, что Аким использовал ее как домработницу и няньку, а сам, гад, на стороне забавлялся с молоденькой любовницей! Добилась своего разбитная Зинка: женился на ней пожилой Аким…- а, где бы он нашел себе еще такую, молодую и заводную возлюбленную?! И неважно, что в постели страстной Зины перебывали почти все мужики данной стройплощадки: Аким должен благодарить Зину, что она на нем остановила свой выбор!?
***
Лариса позвонила Анатолию Борисовичу из санатория – и он успокоил свою симпатию: документы нужные собрали, деньги на дорогу выписали…– и Агриппина отбыла за племянником в тот же день…
- Как славно мой Борюсик, что на тебя можно положиться!!! – ворковала Лариса в трубку, а перед Анатолией Борисовичем, внезапно, предстало лицо Агриппины: залитое слезами и искаженное болью невосполнимой потери, каковую она даже не попыталась скрыть…- так дорог ей был Никита!
- Две родные сестры – и такие разные: одна полна любви и сострадания к дорогому ее сердцу, а вторая любит и сострадает лишь себе… Но не беда: с Ларочкой детей мне не крестить, а любовница, из этой стервы, отменная! - после разговора с Ларисой, у него поднялось настроение: через неделю его чаровница возвращается…
***
Почти месяц ушел у Агриппы на то, чтобы оформить опекунство над племянником Глебом. За это же время, при помощи приятелей почившего Никиты, Агриппа отправила на свой домашний адрес, контейнером, мебель, посуду…- все то, движимое имущество, что принадлежало покойному Никите и его здравствующему сыну Глебу. Ей захотелось, чтобы несчастного сиротку, на новом месте жительства, окружали привычные вещи…- сама-то Агриппа жила в спартанских условиях: минимум мебели и прочих вещей!
***
Глеба, после смерти отца, сразу отправили в детский дом – и, даже приезд Агриппы ничего не изменил – поэтому поводу она очень переживала: при каждой их встрече, Агриппа отмечала, что Глеб не пришелся «ко двору» коллективу, состоящему из сирот… – и ее племяннику приходиться тяжко!
- Тебя избивают? – как-то, без обиняков, спросила Агриппа, Глеба…
- Нет! – последовал короткий ответ, но его затравленный взгляд, полный печали и непролитых слез, говорил об обратном, лучше всяких слов…
Впрочем, встречались Агриппа и Глеб нечасто: его отпускали из детского дома лишь на пару часов…- помянуть отца на третий день и девятый день…- и на один выходной… У Агриппы создалось впечатление, что кто-то, умышленно, тормозит рассмотрение ее дела, с оформлением опекунства над Глебом: возможно, некто, из местных, желал усыновить парнишку, хотя бы для того, чтобы завладеть жилплощадью покойного Никиты… Похоже, так мыслила не только Агриппина – и в ее застопорившееся дело, вмешался влиятельный друг покойного Никиты!
Наконец, делу осиротевшего подростка Глеба, был дан «зеленый свет…: с учетом того, что гражданка Агриппина приходится родной тетей сироте - Глебу; она имеет высшее образование; достойную профессию и работу; среди коллег, в быту характеризуется отлично; является замужней женщиной… И законный супруг гражданки Агриппины имеет среднее специальное образование; трудиться мастером строительного участка; имеет положительную характеристику… Супруги обладают стабильным и хорошим доходом, своей жилплощадью - и метраж позволяет, проживание третьего члена семьи… С учетом всех этих фактов, было удовлетворено ходатайство Агриппины – и дозволено получить опеку над несовершеннолетним Глебом.
Под бдительным присмотром все того же влиятельного друга…, за два часа были оформлены все документы, подтверждающие опеку Агриппины над Глебом – и еще не верящие, в положительное решение…, Агриппина и Глеб вместе покинули детский дом! Далее, их дорога привела на местное кладбище: Агриппа и Глеб, перед своим отъездом, пришли проститься с любимым ими, Никитой, на его могилку…
- Ах, Никита, Никита, что же ты, так далеко уехал от меня?! Теперь, мы с твоим сынком возвращаемся в родные края, а ты, остаешься здесь – и уж не прийти нам к тебе, когда душа пожелает!!! – Агриппа, не стесняясь Глеба и влиятельного лица, запричитала, расплакалась у могилы Никиты. Потом, достала из своей сумочки целлофановый пакетик…- в него положила горсть земли, что взяла с могилы обожаемого, но покойного Никиты.
Поздно вечером, на своей служебной машине, влиятельный друг… проводил Агриппину и Глеба в аэропорт – и до тех пор, пока не объявили посадку на их рейс, он находился, неотлучно, с ними...
***
Только, в самолете Агриппина окончательно поверила, что, отныне, Глеб предоставлен ее заботам…- и, с облегчением, выдохнула!
Глеб, сидя в кресле самолета, вспомнил детский дом: отвязанных ребят, что приняли его, папенькиного сынка, в штыки – и при всяком удобном случае, задирали его и били… Он, с наслаждением, закрыл свои глаза: теперь, рядом с тетей, ему не угрожают ни озлобленные сиротки, ни вредные воспитатели… Такое освобождение и счастье, Глеб испытал в тот миг!!!
Влиятельный друг, вернувшись к себе домой, сел перед фотографией покойного приятеля Никиты и налил себе водки, полный стакан – немного помедлив, выпил до дна и заплакал…
- Мой дорогой товарищ, на кой тебе нужно было: отталкивать работяг, от летящей на них, строительной «люльки» - ведь, сам угодил под ее жуткий удар??!! Ответь?!!! Осиротил Глеба и меня!!! Не сомневайся, я сгною того, кто эту «люльку» так скверно закрепил, сгною!!! Но, как тошно мне, без тебя!!! Хорошо, что похоронили тебя здесь, а не увезли на твою малую родину – ныне, в утешение, твоя могилка осталась мне!!! – полночи он пил горькую… и не пьянел.
***
Вернувшись домой, первое, что бросилось в глаза Агриппе – из квартиры исчез телевизор и холодильник – затем, она обратила внимание на записку: Аким в ней выражал свое возмущение, безрассудным поступком Агриппы, ее самовольством…- и грозил ей разводом!
Немного поразмыслив, Агриппа поняла, что развод со сторонним Акимом был бы благом: за два года их странного брака, они так и не стали родными друг другу! Теперь, в ее жизни появился Глеб, сын любимого мужчины – и этот мальчик нуждался в ней…
***
Прошло некоторое время – из почтового ящика, Агриппа достала письмо, которое подтвердило, серьезность намерений ее мужа: в конверте лежал документ, свидетельствующий о расторжение брака между Акимом и Агриппой…
***
Вскоре, прибыл и контейнер с вещами Глеба, и покойного Никиты… Вся мебель была в разобранном виде – и Агриппа позвонила своему отцу:
- Папа, прибыл контейнер…, но почти вся мебель находиться в разобранном состоянии – не поможешь мне и Глебу собрать ее: в воскресенье ты, не свободен?!
На другой же день, после обеда, тишину в квартире Агриппы нарушила трель дверного звонка – и Глеб открыл дверь пришедшему…
- Каким большим внучок, ты, стал! Небось забыл своего деда и бабку? Дозволишь, войти в дом? Разрешишь, обнять тебя: давно мы не виделись…?!
Когда Агриппина вернулась с работы, мебель в комнате Глеба, в собранном виде, стояла на своих местах: кровать, шкаф для вещей, книжный шкаф, письменный стол...- и цветы…, на подоконнике.
На кухне работал холодильник и на тумбочке стоял телевизор, а мать Агриппы хлопотала у плиты…
- Вернулась дочка, скоро ужин будет готов! – давненько Агриппа не видела свою мать в приподнятом настроении.
Вчетвером, они сели ужинать…
***
Отныне, по возвращению с работы домой, Агриппу встречала семейная идиллия: ее отец, вместе с внуком Глебом собрали спальный гарнитур - его они разместили в комнате Агриппы. Затем, очередь дошла и до стенки, производства ГДР – эту стенку, за неимением третьей комнаты, определили на кухню – благо, что метраж кухни позволял вместить и ее, и мягкий диван, и одно из кресел, а обеденному столу определили место в середине кухни… Если телевизору нашлось место в нише ГДР-эровской стенки, то холодильнику и второму креслу сыскалось место только в коридоре.
Расставив по определенным местам всю мебель, что доставили контейнером из Казахстана, развесив все три люстры – Агриппин отец и Глеб принялись, разбирать шкаф и кровать, что, ранее, стояли в комнате Агриппы.
Вслед за тем, помалу, на машине «Запорожец», все лишнее из жилища Агриппы, было перемещено на родительскую дачу. Последней, вывезли на дачу раскладушку, на которой, некогда, спал Агриппин бывший муж, Аким.
***
В выходной день Агриппа осталась дома…: следовало разложить, по полочкам, вещи, посуду…– потом, произвести влажную уборку в квартире, а внучонка Глеба, бабушка с дедушкой, повезли на свою дачу.
Через три часа, встревоженный, приехал с дачи отец Агриппы…
- Глеб еще не объявлялся дома?! Не дай Бог, в беду попадет: он ведь наших мест еще не знает! Ах, Ларка-стерва: принес ее черт на дачу – и стала она выражать свое недовольство, и все ей мешает, а Глеб особливо! Пока я затыкал рот этой стерве, глядь, а Глеба и след простыл! Вот, где он ходит?! – отец Агриппы едва сдерживал свои слезы.
***
Запыленный и уставший, Глеб добрел до дома ближе к вечеру. Прежде, чем пойти в ванну, чтобы смыть с себя изнеможение и дорожную пыль, он сел в кресло, что стояло в коридоре - и перевел свой дух…
- Все-таки я дошел до дома, хотя и не надеялся… Дорогие родственники, прошу запомнить: для меня существует только мой отец – матери у меня никогда не было и не будет – даже не говорите мне, о той, чужой тетке!!! Какое счастье тетя Агриппа, что именно вы, приехали за мной в Казахстан: жизнь моя в детском доме была очень трудной, но рядом с этой, так называемой, маман, было бы еще невыносимее мое каждодневное существование!
Глеб пошел в душ, Агриппа достала из холодильника кастрюлю с борщом и сковородку, полную жареных котлет – все поставила на газовую плиту, подогреть…, а своему отцу, она налила полную рюмку водки.
- Папа, сними стресс – выпей водочки, Глеб выйдет из ванной комнаты, будем кушать борщ… Заночуешь у нас: зачем, на ночь глядя, тебе на дачу возвращаться?
- Нет, дочка, поеду я: твоя мать, за ночь, истерзается от неизвестности, ведь и она волнуется за Глеба! У нее с давлением беда: скачет… – отец встал, подумав, взял со сковороды одну котлету и направился к выходу.
Агриппа, проводив отца, сама выпила ту водку, чтобы успокоиться: пока Глеб бродил, неизвестно где, ее богатое воображение, «жирными мазками», рисовало ей жуткие картины происшествий, готовые обрушиться на ее Глеба!
***
В сентябре Глеб пошел в школу…- Агриппа тревожилась и по данному поводу: племяннику предстояло влиться в слаженный коллектив – и не факт, что появление новичка, одноклассники встретят с восторгом?! И, правда: поначалу, в классе Глеба встретили «прохладно», но школьной баскетбольной команде потребовался игрок – и Глеб предложил свою кандидатуру… Постепенно, Глеб обзавелся друзьями не только в среде одноклассников, но и среди ребят старших классов…
***
Профсоюз Стройтреста заботился о досуге своих работников…- на постоянной основе, им предлагались билеты: на футбол, в кино, на концерт заезжей знаменитости… Агриппа приобретала эти билеты: на хоккейный или футбольный матч…- для себя, Глеба и пары его друзей, а на просмотр кинофильмов, чаще всего, Агриппа ходила вдвоем с Глебом. Летом, два года подряд, Агриппа и Глеб путешествовали по Волге, на теплоходе...
***
Три счастливых года пролетели незаметно! Глеб окончил среднюю школу и надумал, поступать в Медицинский институт…- Агриппе предстояло, вновь, оторвать от себя дорогого человека, что кратких три года являлся смыслом ее жизни! Выбор Глеба пал на институт, расположенный в крупном областном центре - расставание с любимым племянником стало неизбежным!
С отъездом Глеба, жизнь Агриппы, вновь, наполнилась пустотой и одиночеством, которое временами нарушал отец: и ему приходилось тоскливо в жизни, где отсутствовал внук Глеб – он и приходил в гости к старшей дочери, чтобы за чашкой чая, вспомнить о тех временах, когда их любимец был рядом с ними! Письма от Глеба приходили редко, все больше открытки, по «красным дням» календаря…- и Агриппа, и ее отец ждали Глеба на весенние каникулы…
Нежданный междугородний звонок, внес сумятицу и оживление в жизнь родных Глеба: тот позвонил Агриппе с домашнего телефона своей подружки. Вечером, ее отец зашел «на огонек» к своей старшей дочке, чтобы узнать подробности, состоявшегося разговора, между Агриппой и Глебом. Оба - и отец, и дочь сошлись в главном: плохо то, что Глеб так рано жениться и станет отцом…, но хорошо, что будет жить своей семьей…- и не избалуется… Главное - чтобы Глеб, будучи обремененным семейством, институт не бросил!
Той ночью, после телефонного разговора с Глебом…- и Агриппе, и ее родителям было не до сна: Агриппа волновалась, перед встречей с невестой Глеба, а ее родители планировали, как встретят будущую невестку, и чем будут угощать… Прабабушка Глеба тоже готовилась к встрече со своим правнуком – открыла свой тайничок, чтобы перебрать его содержимое…
Родственники Глеба и не догадывались, какие страшные думы терзают, в предрассветный час саму Ольгу, а ее страшила очередная встреча с близкими жениха: в памяти еще были свежи воспоминания, как встретила Ольгу мать Стаса, ее любимого, но несостоявшегося мужа! Сколько гнусных оскорблений посыпалось, тогда, в адрес Ольги!!! Ныне, когда она беременна, что в этот раз придется выслушать ей?! Но назад пути нет: Ольга ждет ребенка, а у него должен быть отец…- придется «проглотить» самое невыносимое оскорбление, стерпеть любое унижения, лишь бы еще и Глеб не бросил ее!!!
***
Поезд прибыл в пункт назначения…– и Глеб взял в свои руки их небольшую поклажу, а завидев на перроне знакомое лицо, он, радостно, помахал рукой, встречающей их женщине. Почитаемая Глебом, тетушка Агриппина выглядела женщиной простодушной, и, внешне, назвать ее симпатичной можно было с натяжкой… Вот улыбка у нее была ослепительной – стоило этой невзрачной женщине улыбнуться, ее лицо преображалось, озаренное внутренним светом красоты неосознанной! Все переживания Ольги, ее терзания оказались напрасными…– это она осознала, когда тетушка Глеба улыбнулась ей: все страхи покинули Ольгу, мигом!
- Глеб, Оленька, прямо с вокзала мы поедем в дом моих родителей: там нас ожидают бабушка и дедушка Глеба…- а еще и прабабушка… Глеб, все ужасно соскучились по тебе, а еще им хочется, поскорее, познакомиться с твоей избранницей! В путь! – тетя Агриппа, вновь, лучезарно улыбнулась, приглашая молодых, проследовать к автобусной остановке.
***
Родственники Глеба, основательно, подготовились к их встрече – об этом говорили ароматные запахи, что витали в подъезде…
- Глеб, наконец, ты, приехал..., а то бабушка твоя третий день стряпает… - весь подъезд пропах благоуханиями кушаний, которыми потчевать тебя будут!! Нам, твоим соседям, остается слюнки глотать! – соседка рассмеялась и побежала по лестнице, вниз…
Дедушка и бабушка Глеба встретили Ольгу приветливо…- показали ей, где находится их ванная комната, чтобы Ольга могла, с дороги, умыться… Когда Ольга вышла из ванной…, в коридоре ее дожидалась прабабушка Глеба. Ветхая старушка, сурово, поглядела на нее прежде, чем спросить:
- У вас с Глебом все серьезно?! Нынче молодежь пошла легкомысленная: им жениться и развестись…- это, как раз плюнуть… Тогда, прежде, чем сесть за стол, отмечать вашу помолвку…- я благословлю вас, на брак, вот этой иконкой! – старушка показала иконку, что держала в своих руках – Глебу и Ольге ничего не оставалось, как проследовать в закуток, который занимала прабабушка. Было заметно, что старушка подготовилась основательно…- возле ее кровати, на тумбочке стояли две горящие свечи, а в маленьком блюдце лежали два золотых кольца…
- Встаньте перед образами, вот, здесь и возьмитесь за руки…- потом, минут десять, прабабушка Глеба шептала молитвы своими посиневшими, от старости, губами, а в завершении обряда благословения, она, троекратно, перекрестила иконкой Глеба и Ольгу и заставила их поцеловать лик святого…
- Эти кольца достались мне и моему покойному супругу от моей бабушки…- ноне, они ваши! Вот эта мужская печатка будет отныне твоей, Глеб, а это колечко с бриллиантовым глазком носи ты, Ольга – в память о вашей помолвке… Можете этими кольцами обручиться и на свадьбе – дело ваше! – она протянула молодым блюдечко, на которых лежали кольца…
С каким-то священным трепетом, Глеб надел кольцо на руку Ольги…- затем и она «окольцевала» Глеба…- за их спиной раздались аплодисменты…
- Теперь, пройдемте к столу, наши дорогие! – бабушка и дедушка Глеба радовались за внука: им понравилась девушка по имени Ольга.
***
Выйдя из полутемного закутка прабабушки, на свет, Ольга решила: повнимательнее, рассмотреть золотое колечко червонного золота, что, ныне, красовалось на ее левой руке. Бриллиантовый глазок колечка, оказавшись на свету, ярко сверкнул своими гранями, как подмигнул: типа, не тушуйся красавица, в этот раз все будет по-иному…
***
Они уже распробовали и салаты, и солянку, и плов…, когда в зальной комнате возникла молодая и ярко-красивая, и дерзко-озорная женщина… При появлении данной особы, тетушка Глеба – Агриппа, вмиг, из оживленной женщины со сверкающими, радостными глазами, превратилась в унылое, скукоженое существо; дед Глеба нахмурился и строго посмотрел на вошедшую, а его мама – ветхая старушка пробурчала нечто неодобрительное – и лишь бабушка Глеба, радостно, кинулась ей на встречу:
- Доченька, Ларочка, садись за стол с нами: ты, говорила, что не придешь сегодня – вот, мы и сели, не дожидаясь тебя…- оправдывалась любящая мать, перед младшей и любимой кровиночкой.
Та, которую звали Ларисой, вперила свой пронзительный взгляд в Глеба и, лишь, затем, принялась, бесцеремонно, рассматривать Ольгу…, а в комнате, между тем, повисла гнетущая тишина...
- Что-же сыночек…, Глеб, я одобряю твой выбор: похоже ты, больше похож на меня – любишь красивое!? Если бы пошел в отца, то рядом с тобою, сейчас, сидело бы убогое и унылое существо… Нет, ты, выбрал невесту, похожую на меня…: красивую, яркую, кокетливую ветреницу… Я, благословляю тебя на брак! Рядом с такой эффектной особой и тебе следует выглядеть достойно…- вот, Глеб, прокатись в Москву, до магазина «Березка»: купи себе приличный костюм… Ну, все: я увидела, что хотела…– мама, не переживай…- я, сыта и тороплюсь! – Лариса положила конверт перед Глебом и удалилась…
После ухода матери Глеба, в зальной комнате, некоторое время, все еще царило напряженное безмолвие. Ольга, наоборот, выдохнула с облегчением: родная мать Глеба, в отличии от матери бывшего…- Стаса, одобрила и ее яркую красоту, и кокетливость… После успешно пройденных ею смотрин, у Ольги возникло острое желание: отведать холодца, что так призывно источал аромат специй и чесночка… Поступок Ольги разрядил ситуацию – и, вновь, воцарилась непринужденная обстановка – и руки потянулись к салатницам, и тарелкам, и, вновь, завязалась раскованная беседа…– и, даже к Агриппе вернулся прежний аппетит и утраченное, было, настроение…
***
Поздним вечером, вместе с тетушкой Агриппой, Глеб и Ольга вернулись в квартиру, где три года, счастливо и беззаботно, проживал Глеб. Молодые и расположились в комнате, что ранее занимал племянник Агриппы.
Оставшись наедине с Глебом, первое, что сделал Ольга – достала из кармана пиджака своего жениха заветный конверт и заглянула внутрь его…
- Глеб, твоя мама одарила тебя долларами, из пяти купюр! Вау, пятьсот долларов!!! Щедрая у тебя мать, однако… Сессию закроем, на каникулах, поедем в Москву…: тратить твои доллары…- Ольга, мечтательно, закатила свои глаза – Глеб не сдержался – и притянул ее к себе…
На следующий день Глеб проснулся раньше своей возлюбленной Ольги – встал, чтобы посетить туалетную комнату, а Агриппа уже поджидала его…
- Глеб, нам надобно сходить в сберегательную кассу: деньги, что удалось скопить твоему отцу, мы не все потратили на тебя – на книжке еще осталось полторы тысячи – и они твои… Собирайся, пока Ольга спит, деньги те снимем – вам, на вашу свадьбу – и, надеюсь, что-то останется, и на создание семейного «гнездышка»!
***
Со сберегательной книжки сняли только тысячу: Глеб настоял на этом:
- Тетя, пятьсот рублей оставьте себе, на всякий случай: вдруг заболеешь, или профсоюз путевку в санаторий предложит…- без небольшой заначки никак нельзя! Я думаю, и папа хотел бы этого – и мне будет спокойнее: я далеко уехал, от тебя…- свою мысль Глеб не закончил, лишь виновато улыбнулся Агриппе.
Когда они вернулись домой, Ольга уже не спала, но, по-прежнему, нежилась в кровати…
- Ольга, засоня ты, моя – вставай, не то все счастье свое проспишь! – они принялись дурачиться, а Агриппа проследовала в свою комнату.
Из своей спальни она вышла, держа в руках серебряное ожерелье, украшенное синими сапфирами, поразительной чистоты цвета и красоты…
- Ольга, мне думается, что это ожерелье весьма подойдет к твоему свадебному наряду…- в любом случае оно твое: Бог мне не дал ни сына, ни дочку, но дал племянника Глебушку…- позднее, моей внучатой племяннице передадите мой дар! – грустная Агриппа, протяжно вздохнула прежде, чем передала ожерелье в руки Ольги.
***
Когда они вернулись домой, Глебу и Ольге дверь открыла Вера… Взглянув в лицо матери, Ольга была поражена своей догадкой…
- Боже, и моя мама боялась, и ужасно переживала: вдруг, и родные Глеба встретят меня «в штыки», как некогда, это проделала мать Стаса…! Моя бедная мамочка!!! – и Ольга поспешила, успокоить свою маму Веру.
- Мамулечка, нас встретили радушно, кормили вкусно, благословили на долгий и счастливый брак, одарили подарками и деньгами, а мама Глеба еще и пятьсот долларов подарила…! Знакомство с родственниками Глеба прошло превосходно!!! – и, беспечной «бабочкой», Ольга упорхнула в свою спальню, за ней последовал и Глеб.
В глазах Веры блеснули слезы радости – и гнетущая тревога, что неделю «грызла» ее, растворилась вмиг…: любимая доченька, свет ее очей была принята родными жениха Глеба, как Оленька того и заслуживала!
***
Предстоящая свадьба Глеба напомнила его тете Агриппе, что и она, когда-то, была счастливой невестой…- и получила в подарок от своей бабушки то серебряное ожерелье… Счастье, обещанное ей, не сбылось: их брак, с любимым Никитой, расстроила завистливая сестрица Лариса… Столько лет прошло с тех пор…- уже и Никита пребывает в Мире Ином, а его сын Глеб надумал жениться…, но достала Агриппа ожерелье из тайника – и резануло ее по сердцу, болью – и две ночи Агриппа проплакала: оказалось, ничего не поросло быльем – и душа, и сердце, по-прежнему скорбят по несбывшемуся!
***
К неудовольствию Веры, бывшая и несчастная, и вероломная ее любовь – Кирилл Дмитриевич сумел очаровать и подружиться с Розой и Риммой, любимыми тетушками Веры – и стал частым гостем в их доме…
Вот и, теперь, он сидит на их кухне, а Роза и Римма угощают Кирилла Дмитриевича плюшками с вишневым вареньем и поят индийским чаем…
- Славно, что родные Глеба радушно приняли нашу Оленьку! У меня, тоже завалялись доллары – свожу Ольгу и ее Глеба в Москву: бывал я в магазине «Березка» - знаю, как там «двери открываются» - стану гидом для наших молодым! Потом, и деликатесов, и фруктов прикупить на свадебный стол необходимо, а в Москве выбор большой…- делился своими планами тот, кто 19 лет назад потребовал, от влюбленной в него студентки Веры, чтобы она избавилась от его ребенка…
Вера никак не могла смириться с тем, что по прошествии 19 лет, подлый Кирилл Дмитриевич, вдруг, воспылал любовью к ее дочери Ольге…- на кухню она не пошла: надумала Вера, отсидеться в своей комнате, пока этот горе-отец не покинет ее жилище!
***
Счастливая Ольга продемонстрировала однокурсницам золотое колечко с бриллиантом, что подарили ей на помолвку..., поведала и о серебряном ожерелье, и о наметившейся поездке в заветный магазин «Березка»… Потом, случайно подслушала разговор – и была поражена тем, что немало завистниц учиться в их группе…
- Слушайте девчонки, и, что Глеб в этой Ольке нашел?! Кривляка сисястая – и покрасившее ее, в нашей группе сыскать можно! Хвальбишка! Вот, Глеб… - никогда не хвастал, что золотые побрякушки от прадеда-купца сохранились в их семье! Рановато они женятся…- явно…, по залету! – сплетничали те, кто в глаза всегда высказывал Ольге восхищение…
- Ничего, ничего: я на свадьбе такой красивой буду…- вы, позеленеете, от зависти!!! Мама права, корону красоты нужно нести достойно, хотя и много желающих, подставить подножку, чтобы узреть падение королевы…! Со мной, такой номер не пройдет! – и, осмелевшая, Ольга вошла в аудиторию…
***
Они вошли в заповедный магазин «Березка» - и у Ольги с Глебом «глаза разбежались», от изобилия превосходного товара…- Ольга даже ущипнула себя, чтобы избавиться от желания: купить все, что под руку попадется!
- Глеб, отец, в первую очередь, мне необходимо приобрести свадебное платье! – изрекла Ольга - и все трое отправились в отдел для новобрачных…
Свадебный костюм для Глеба в магазине «Березка» не приобрели – ему пришлось идти «под венец» в импортном костюме, некогда принадлежащему отцу Ольги – Кириллу Дмитриевичу: шикарный костюм - творение заграничного производителя, в великой спешке, местный старичок-портной подогнал по фигуре жениха-Глеба. Но было куплено роскошное свадебное платье для чаровницы Ольги – и длинная фата, по зарубежной моде: воздушный и нежнейший, и белоснежный ворох шелковой «пены» увенчивал венок, из россыпи беленьких цветочков с умеренным количеством зелененьких листиков…- роскошно и так… миленько!!! Вот, желанные джинсы и футболки к ним, приобрели и Ольге, и Глебу – затем, Кирилл Дмитриевич вспомнил, что полагается и нарядное платье для невесты, на второй день свадьбы – и они присмотрели соответствующий наряд…
***
Свадьбу Ольги и Глеба справляли в кафе, что порекомендовал Кириллу Дмитриевичу друг - директор гастронома «Центральный» - соответственно, столы были накрыты восхитительными деликатесными закусками…
Вечно голодные студенты, сперва набросились на салаты и колбасную нарезку, но, едва насытившись, стали озираться по сторонам – и подмечать: мама Ольги – Вера Ивановна весьма элегантная, красивая, но с печатью печали на лице…- и это понятно…- отец Ольги – Кирилл Дмитриевич, их преподаватель, он еще тот донжуан! Тетя Глеба – женщина невзрачная, но, как улыбнется, забываешь о ее некрасивости, а дед и бабушка Глеба…- старики еще крепкие и солидные… Чувствуется, что эта семья живет в достатке: на тете и бабушке надеты платья от финского производителя; дедок в импортный костюм принарядился; обувь на них, все сплошь чехословацкая; украшения золотые, старинные… - прадед-купчина немало сумел утаить от пролетариев!
В середине свадебного торжества, потянулись, вереницей опоздавшие – ректор Медицинского института с супругой; несколько преподавателей, из профессорского состава; работники горисполкома и обкома…- их посадили за отдельный стол, но в непосредственной близости от жениха и невесты…
***
Студенты известные юмористы и затейники – свадьба у Глеба и Ольги прошла весело, словно на одном дыхании…- в первом часу ночи, персонал кафе напомнил гостям, что их время вышло – и пора по домам… Тетушки Ольги – Роза и Римма стали раздавать студентам пакеты, для продуктов, что остались еще на столе… Студенты, те пакеты быстро наполнили снедью, бутылки с недопитым алкоголем закрыли пробками – и прерванное застолье перебазировалось в студенческое общежитие…
Провожая гостей, Вера Ивановна и Кирилл Дмитриевич, близких друзей Глеба и Ольги, приглашали завтрашним днем, пожаловать к ним, на дачу…
Когда исчезли со своего торжества Ольга и Глеб, многие гости и не заметили: эта новоиспеченная супружеская пара отбыла в гостиницу, где Кирилл Дмитриевич забронировал для новобрачных номер-люкс…
***
Вера – мама Ольги, за свадебным столом сидела рядом с Агриппиной – тетей Глеба…- и во время общения, между ними пробежала искра симпатии. Затем, во время празднования свадьбы на даче…, Агриппа сдружилась и с Розой, и с Риммой – тетушками Ольги, и, как ни странно, с самим Кириллом Дмитриевичем…- поэтому она и приняла, приглашение родственников Ольги: Агриппа задержалась в этом городе еще на недельку…
А бабушка и дедушка Глеба вечером, второго дня, заторопились домой: очень уж бабуля переживала за дочку Ларису – Глеб и Ольга были вынуждены, покинуть дачу и друзей, чтобы проводить пожилых родственников на вокзал.
***
После непродолжительных праздников наступает период затяжных будней, но Агриппе, ныне, было не так одиноко: время от времени ей звонили Роза и Римма, но чаще тетушки и Вера Ивановна писали Агриппе подробные письма…- и она была в курсе, как складывается жизнь ее новых подруг и, как поживают молодожены - Глеб и Ольга… Всеми, полученными новостями, Агриппа делилась со своим отцом и прабабушкой.
Не передать словами, сколько радости испытали близкие Глеба, узнав, что тот стал отцом мальчика Никиты…- и только Агриппа сорвалась с насиженного места, чтобы повидать и Глеба, и кроху-Никиту, и своих подруг.
***
Агриппа не ведала, сколько тревоги пережили и мама Ольги, и ее отец, и тетушки, и сама Ольга: малыш Никита уродился копией своего отца – Стаса. Но нет, конфуза не случилось: Агриппа не скупилась на добрые слова – и все нахваливала новорожденного… Глеб, с приездом тети, не переменил своего отношения к Ольге и малышу. Сама Агриппа видела, что любимый племянник Глеб доволен своей жизнью, женой и малышом – так, какое ей дело до того, на кого похож новорожденный?! Потом, Агриппа не видела никогда Стаса…
Отныне, в отпуске Агриппа не путешествовала по Волге, а ездила, погостить к племяннику…- и родственники его жены всегда были рады видеть Агриппу в своем доме…
***
Лариса, будучи в Москве, всякий раз, посещала магазин «Березка», который был недоступен обычному, советскому гражданину: за купленный в этом магазине товар, надлежало расплачиваться валютой… У Ларисы имелась в наличии валюта: долларами ее снабжал пылкий любовник…- Анатолий Борисович входил в круг избранных – и мог позволить себе многое…
Перешагнув порог валютного магазина, в этот раз, Лариса направилась не в отдел косметики и не в отдел женской одежды, и не в обувной отдел…, а в секцию, торгующую товарами для новорожденных…- и все имеющеюся у нее доллары, она потратила на внука Никиту.
Вернувшись из Москвы, Лариса узнала у своих родителей адрес, где ныне проживал ее сын Глеб – и все, приобретенные для маленького Никиты, дефицитные вещи переслала им посылкой… Из отделения почты, Лариса вышла с торжествующим видом: ей, снова удалось переплюнуть противную сестру Гриппку…- эта убогая, все свое свободное время, трется возле ее сына, его семьи…, но она не может им дать того, на что способна Лариса!
Глеб и Ольга…
Глеб не сожалел о своей ранней женитьбе: он любил Ольгу, и он желал ее, так же страстно, как и в первый день их знакомства…- и то, что жена родила малыша Никиту от стороннего…- Стаса, а не от него…- это потрясло его, он изведал жгучую обиду, но испытанное… не поколебало любви Глеба к Ольге.
Узрев личико новорожденного мальчика, Глеба «окутала» та же горечь, отчаяние и боль, как в тот февральский день – впору в ледяную воду с головой: его Ольга держала на руках малую копию, похожую на ее бывшего…- Стаса - и с этим… Глебу предстояло смириться! Те, пять дней, что Ольга провела со своим малышом в роддоме, Глеб изображал перед родней жены свою радость, хотя «на душе у него скребли кошки», а по ночам Глеб плакал, в подушку – и понимал, что не в силах расстаться с обманщицей-женой: это было бы сродни тому, если бы он вырвал у себя сердце, из груди - и, постепенно, истек кровью!
- Что же, других женщин для меня не существует… - пока…: я люблю Ольгу всем сердцем - стоит принять, сердцем, и ее сынишку! – перед выпиской Ольги из роддома, разум Глеба все же заключил мир с его сердцем и душой...
***
Ольга полюбила своего сынишку сразу, едва увидела его… Конечно же, сходство новорожденного с ее, некогда, ненаглядным Стасом, заметила и она: очевидного трудно было не заметить – и Ольга решила:
- Будь, что будет! Мама же вырастила ее одна, без мужа…
Глеб, по-прежнему посещал ее в роддоме и не торопился, устраивать Ольге сцены ревности – и, как будто не помышлял о разводе с ней…- и Ольга успокоилась, но, весьма, заволновались другие: ее мама, тетушки - Роза и Римма, и Кирилл Дмитриевич: - Успокойтесь! Если мужчина любит женщину…- он сможет смириться и с присутствием в его жизни ребенка, от другого мужчины! – уверенная в себе, Ольга и не думала тревожиться, ныне…
Некоторая нервозность наличествовала, когда Ольгу и новорожденного, родственники забирали из роддома, но Глеб, без промедления, взял малыша из рук медицинской сестры…- и у остальных присутствующих отлегло от сердца.
Первое время, Глеб не проявлял особого внимания к маленькому Никите – подойдет, покажет малышу «козу» - и пойдет, заниматься своими делами… Через две недели, после выписки из роддома, Никитку стали мучить спазмы, в животике…- и он плакал, без устали. Пришлось вызвать на дом детского врача…
- Кишечные колики в его возрасте могут возникнуть и вследствие не усвояемости лактозы… Мамочка, исключите из своего рациона молочные продукты и делайте малышу массаж животика, легкими круговыми движениями… Попробуйте кормить ребенка чаще, но понемногу. Да, и поите ребенка укропной водой: наши бабушки успешно использовали данное средство…– таков был вердикт детского врача.
***
Как-то раз, Глеб проснулся среди ночи: его Ольга спала, беззаботно, рядом с ним, а в соседней комнате, не смолкая, плакал ее сынишка… Глебу пришлось встать с постели, по нужде…- и возвращаясь из туалетной комнаты в свою спальню, он, вскользь, бросил взгляд, в приоткрытую дверь, соседней комнаты: умаявшиеся - Вера Ивановна, ее тети - Роза и Римма, стояли над кроваткой орущего Никитки и сами плакали, от собственного бессилия…
Исключительно, из жалости к Вере Ивановне и ее пожилым тетушкам, Глеб перешагнул порог их спальни, вынул из кроватки плачущего малыша и вместе с ним направился в сторону коридора:
- Я понянчусь с нашим плаксой, а вы, дорогие…, попытайтесь уснуть! – попросил измученных женщин, Глеб, но равнодушие Ольги, к страданиям любимого сына Ники, неприятно, поразило его…
Предположив, что малыш голодный, он устремился в свою спальню, приложил мальчика к груди спящей Ольги и сунул ему в рот сосок... Никитка, нехотя, пососал материнскую грудь, но вскоре выплюнул и, вновь заплакал…
Глебу нестерпимо хотелось спать – и, чтобы не заснуть сидя, он решил, побродить, «кругами», с малышом на руках: из коридора на кухню и обратно… Потом, его посетила идея: сделать Никитке массаж животика, путем легкого кругового поглаживания и надавливания… – он и положил кроху на кухонный стол... Непродолжительный массаж помог…- и кое-какое количество скопившиеся газов, Никита из себя исторг…- боль, на время, младенца отпустила – и он заснул на плече Глеба.
Уснувшего малыша, Глеб положил в его детскую кроватку, а сам сел рядом…, на стул и руки положил на спинку кроватки… – и не заметил, как сон сморил его. Поспать, в сидячем положении, Глебу удалось не более часа – затем, своим криком, Никитка, вновь, разбудил его…- и, сызнова, Глеб унес орущего кроху на кухню, чтобы сделать ему легкий массаж животика…- и, вслед за тем, отнес малыша к матери: подошло время его кормления…
После бессонной ночи, не выспавшийся Глеб чувствовал себя скверно, но следовало идти на лекции, в Медицинский институт… Беззаботная Ольга сидела на кухне и сцеживала из своей груди молоко, для сына… Затем, Глеб и Ольга позавтракали и направились к выходу… Уже шагнув за порог, Глеб оглянулся: тетушки - Роза и Римма, со страхом смотрели им вслед…- и он, еще раз, осознал, какую несоразмерную, их возрасту, ношу, они возложили на этих двух пожилых женщин…– и старушки боялись, что не справятся, должным образом, с маленьким Никитой.
***
Глеб сидел на лекциях, но не мог никак сосредоточиться на учебе: его преследовали испуганные глаза двух пожилых женщин. Подошла пора обеденного времени, но Глеб не пошел за Ольгой в столовую: он решил отпроситься с лекций, что после перерыва им должен был читать Кирилл Дмитриевич.
- Кирилл Дмитриевич, наш Никитка почти не спал этой ночью, все плакал! С утра, мы с Ольгой пошли на лекции, Вера Ивановна на свою работу, а малыша нашего мы оставили на двух беспомощных женщин – Розу и Римму. Боюсь, сейчас, дома они втроем плачут… Раньше я не задумывался…, но мы с Ольгой возложили на ее тетушек неподъемную, для них, ношу! Сейчас, я хочу пойти домой…, а вообще, надо бы нам подумать о няне, для Никиты…- я, даже готов по ночам вагоны разгружать…- Глеб выглядел растрепанным, встревоженным – и Кирилл Дмитриевич, в душе, согласился с его доводами…:
- Хорошо Глеб, мои лекции сегодня можешь пропустить, а вечером я загляну к вам…- спокойно все обговорим…
***
Глеб вернулся домой вовремя: Никитка заходился криком…, аж покраснел, как вареный рак - от натуги, а тетушки – старенькие, Роза и Римма смотрели на малыша и плакали, от осознания своей старческой немощности.
Глеб взял непростую ситуацию в свои руки, а тетушкам – Розе и Римме повелел: непременно, пойти в спальню и подремать…– и две пожилые женщины, мысленно, возблагодарили Небеса, за свое избавление от мук!
Поначалу, он помассировал животик малышу – потом, Глеб дал Никите бутылочку, с подогретым материнским молоком – и когда кроха насытился, он принялся его убаюкивать... Глебу понадобилось минут пять, чтобы Никитка заснул, утомленный собственным криком и болью...
Пока малыш спал, он принял освежающий душ и перекусил наскоро… Проснувшись из-за колик в животе, Никитка, вновь, зашелся криком – и Глеб поспешил к нему…- и до возвращения Ольги из института, Глеб, прижимая к себе плачущего Никиту, все ходил и бродил по квартире, в поисках «пятого угла», с перерывами на массаж животика, болящего…
- Глеб, вот ты, утверждаешь, что твоей матери нет до тебя дела…, а она прислала тебе посылку! – с порога, Ольга помахала Глебу извещением…
- Давай мне Ники, а сам иди на почту, за посылкой: мне так интересно, что мать прислала тебе, Глеб? – плач сына мало тревожил Ольгу, ее больше интересовало, содержимое посылки…- и Глеб, прихватив авоську, и свой паспорт, уныло побрел на почту…
***
Когда посылку вскрыли, Ольгу ждало разочарование: содержимое посылки предназначалось, исключительно, для малыша Никиты… Благодаря Ларисе - матери Глеба, родные Ольги и она, и Глеб узнали о существовании памперсов, но им не один раз пришлось прочесть, прилагаемую инструкцию на английском языке, чтобы понять, как памперс одевать на малыша…? В посылке еще находились: бутылочки с мерными отметками; две упаковки импортной смеси, для самых маленьких малышей, страдающих не усвояемостью лактозы; небольшая электрогрелка, для подогрева жидкостей, непосредственно, в бутылочке… Последним, из недр посылки, Глеб вытащил флакон с белесым содержанием, внутри – это было лекарство от немецких фармакологов, для младенцев, страдающих кишечными коликами…- и, в срочном порядке, Глеб взялся за перевод инструкции к применению…
Плачущему, жалобно, Никите скормили разовую дозу импортного лекарства, а затем, его накормили теплой смесью…- и он, практически, сразу заснул, издав лишь, некий выдох облегчения…- и во всей квартире воцарилась долгожданная тишина…- и эта тишина, весьма, обеспокоила Веру Ивановну, когда та вернулась с работы:
- Что с Никитой? Почему его не слышно? Он не в больнице? – озадачилась она…- и очень удивилась, узрев Никиту, мирно посапывающим, в своей кроватке.
- Мама, это благодаря матери Глеба, в нашем доме наступило затишье…- надо позвонить ей и поблагодарить ее, за посылку! - пояснила Ольга своей матери метаморфозы, произошедшие с их Никитой.
Ужинали они в целительной тишине, а потом Глеб перенес и спящего Никиту, и его кроватку в их с Ольгой спальню…
- Мы сами должны позаботиться о малыше… Правда, Ольга? Вы, Вера Ивановна, встаете ночью к Никитке, а потом, вам трудно заснуть вновь…– и с утра вы, чувствуете себя «разбитой», и у наших любимых - Розочки, и Риммочки сон чуткий… Да, как далеко шагнула зарубежная фармакология: средства наших прабабушек, типа - настойки из укропа, не так благотворно и стремительно исцеляют младенцев от кишечных колик! - Вера Ивановна и ее тетушки, молча, оценили поступок Глеба, а вот Ольга, капризно, скривила губы…- нет, своего Ники она любила, но и поспать, она была горазда…
Позднее, Глеб дозвонился до квартиры матери, но Ларисы все еще не было дома – и переговорив со своим дедом и бабушкой, и прабабушкой…- Глеб – на прощание, попросил их: поблагодарить мать, за ее посылку…
***
Кирилл Дмитриевич пришел к ним с визитом, когда стрелка часов подходила к 9 часам вечера. Он ознакомился с содержимым посылки и почесал свой затылок…:
- Честно, мне и в голову не приходило: в магазине «Березка» посещать секцию детских товаров! Но о нянечке, для Никиты, я, кажется, договорился…
***
На следующее утро, обещанная Кириллом Дмитриевичем, нянечка для Никиты объявилась в их квартире ровно в 8 часов – в это время Глеб с Ольгой уже сидели на лекции, а Вера Ивановна приступила к своим обязанностям заместителя директора по учебной части…
Глеб, перед своим уходом в институт, скормил Никите разовую дозу лекарства…-и накормил его детской смесью – затем, он поговорил с малышом, как мужчина с мужчиной: просил кроху бережно отнестись к тетушкам – Розе и Римме…- и не плакать понапрасну… Затем, Глеб ушел, а маленький Никита некоторое время еще бодрствовал, словно обдумывал слова, сказанные ему…
К приходу няни, малыша Никиту не беспокоили кишечные колики, и он был сыт, и доволен своим состоянием…- и, посему, беззаботно спал. Тетушки Роза и Римма пригласили няню Галю на кухню, испить с ними чаю…
Поскольку, Никиту, ныне, не мучила боль – и детская смесь, присланная Ларисой, пришлась по вкусу его желудочку…- теперь, он просыпался лишь затем, чтобы в очередной раз насытиться и, чтобы ему сменили памперс…, а понапрасну не плакал…
Пребывая в благоприятной обстановке, тетушки Роза и Римма сварили щи и гречневую кашу, и пожарили котлеты… Няня Галя, чтобы работодатель не обвинил ее в ничегонеделании, прибралась в комнатах и влажной тряпкой протерла полы: все-таки маленький ребенок в доме- наличие пыли неуместно!
***
Агриппа, с утра пребывала в унылом настроении: после звонка Глеба, ее мать дозвонилась до нее и сообщила Агриппе, что Глеб звонил им, совсем недавно - хотел поблагодарить Ларису, за посылку! Самой Агриппе – Глеб не звонил давно… - было от чего, ей расстроиться.
Ход невеселых мыслей Агриппы прервал сослуживец:
- Агриппина Федоровна, вас к телефону!
Она очень удивилась, услышав в телефонной трубке голос тетушки Розы:
- Милая Агриппина, беспокоим вас, исключительно, из благодарности: его отец и вы, так замечательно воспитали Глеба!!! Боже, какой он чуткий, добрый, все понимающий!!! Честно, говоря: Верочка и Оленька привыкли к нашей поддержке – и не осознают, что с годами, мы не молодеем и силы уже не те…, а они, по-прежнему, надеялись на нашу помощь! И, только ваш Глеб увидел, как нам с Риммочкой тяжело справляться с маленьким Ники! Глеб обсудил эту проблему с Кириллом Дмитриевичем – и для Никитки нашли няню! Теперь, Никите не грозит, что тетушки, беря кроху своими, слабыми и дрожащими руками, уронят его, нечаянно, на пол! Агриппина, примите нашу благодарность и земной поклон!!! Надеемся, праздновать Новый год вы, приедете к нам!? Ждем вас! Очень!!!
Трехминутный разговор с тетушкой Розой, вдохнул в Агриппу надежду и радость: она не одинока – и есть люди, которые ей благодарны за Глеба, и рады видеть ее…- и этот Новый год, Агриппа встретит с Глебом и людьми, ставшими для него воистину родными и близкими ей!
***
Кирилл Дмитриевич не был уверен, что тесть Андрон Семенович уважит его просьбу: все-таки Никиту родила Ольга…
***
Свою будущую жену Нонну, Кирилл Дмитриевич облюбовал с первого взгляда… Она ослепила его своей красотой: роскошная и жгуче-черная грива волос; дерзкий изгиб соболиных бровей; огромные карие глаза, в обрамлении пушистых ресниц; нежная кожа цвета топленого молока, а какая фигура…!!! Еще и папа, у Нонны, трудился в обкоме…- не девушка…- мечта!
На горе Кириллу, и Нонна выделила его, выпускника Медицинского института…- и привела в родительский дом, и объявила Кирилла своим женихом! Через две недели состоялась свадьба Кирилла и Нонны – и суженый остался в областном городе, а не поехал в деревню, отрабатывать положенные три года, после окончания института. Если бы знать заранее, Кирилл выбрал бы деревню, вместо женитьбы на девушке «своей мечты», но он не ведал…– и радовался, своей «удаче»…
То, что его Нонна грешила резкими перепадами настроения: от возбужденно-веселого до мрачно-злобно-подозрительного…- первоначально, Кирилл воспринимал за избалованность жены…- все-таки единственная дочь, а, затем, стал списывать на ее южную кровь…- прабабушка Нонны была осетинкой… Вскоре, Нонна забеременела – и ее неуемное веселье, резко, меняющееся на озлобление, подозрительность…- Кирилл оправдывал ее беременностью…
Пришло время – и Нонна родила мальчика, которого назвали Станиславом, а близкие стали величали его Стасиком… Кирилл надеялся, что с рождением сына, его жена станет более уравновешенной, но у Нонны развилась послеродовая депрессия – и ей потребовалась помощь психиатра…
Психическое здоровье дочери стало постоянной заботой ее отца Андрона Семеновича – этот ответственный партийный работник предпринял меры – и дочь Нонна, в тот раз, прошла курс лечения, не выходя из дома. Маленькому Стасику наняли няню - и Кирилл заходил в его детскую комнату ненадолго, чтобы Нонна не вздумала ревновать мужа еще и к няне… К помощнице по хозяйству, Нонне придраться было сложно: эта тридцатилетняя некрасивая и мощная женщина не вызывала подозрения даже у нее...
Шесть лет брака Кирилла и Нонны, с натяжкой, можно было назвать счастливыми… За это время, Кирилл полностью влился в преподавательский состав Медицинского института, защитил кандидатскую диссертацию и работал над докторской… В отпуск, на пару месяцев, ежегодно ездил к Черному морю: в обществе жены, сына, тестя и тещи – и заселялись они, всегда, в люксовые санатории… Тесть его был «слугой народа» - и служил не где-нибудь, а в обкоме…- поэтому и его родные имели доступ к импортным вещам высокого качества, к различным изыскам и деликатесам, путевкам…
Позднее, Кирилл так и не сумел докопаться, что послужило «спусковым механизмом», но в тот раз, приревновав мужа к очередному, «телеграфному столбу», Нонна схватилась за нож – и прилично «исполосовала» Кирилла, пока тот пришел в себя, от неожиданности…- и не перехватить руку жены, державшую нож…
Теща, в тот момент…, схватилась за сердце и опустилась на пол; няня потащила Стасика в детскую комнату… – и, только, помощница по хозяйству – Дора схватилась за телефонную трубку...
Андрон Семенович примчался на зов помощницы…- окровавленного Кирилла увезла скорая помощь, но в обкомовскую больницу… – и Нонну, родители были вынуждены, отправить в психиатрическую больницу…
Когда Кирилл выписался из больницы, он не пошел в дом тестя, а навестил его на службе… Андрон Семенович все уже решил за Кирилла – и объявил ему свою волю, как приговор: Кирилл, в свете случившегося, мог вернуться к своей матери, для постоянного проживания, но разводиться с Нонной ему не было дозволено… Андрон Семенович обещался и далее, помогать Кириллу в продвижении его карьеры… Если же выясниться, что Кирилл завел себе гражданскую жену…, а, тем более, еще одного ребенка…- в этом случае, Андрон Семенович обещал приложить все усилия, чтобы зятя выперли из института – и работать участковым врачом, Кирилл сможет только в сельской местности!!! Кирилл должен был вести себя так, чтобы у его жены Нонны больше не было желания, хвататься за нож!!!
По задумке Андрона Семеновича, Кирилл имел право, видеться с сыном Стасиком по выходным дням, но мстительная Нонна решила иначе – и Андрон Семенович перезвонил Кириллу – и поставил того перед фактом: если Кирилл не сумел простить Нонне, ее эмоциональный проступок – и желает жить отдельно, от своей жены…, то и сына своего, Кирилл не увидит!!!
В качестве утешительного приза, Кириллу каждое лето, через посыльного, Андрон Семенович передавал путевки: турне по ГДР, Болгарии, путешествие на теплоходе по Черному морю…, или отдых в Юрмале…
***
«Опаленный жаром» семейной жизни, Кирилл и сам больше не помышлял о браке, но не брезговал интрижками со своими студентками, а нерастраченный пыл, ныне, Кирилл разбазаривал, играя в покер…, на доллары… Обычно, они играли по субботам – и всю ночь, напролет…
***
Потом, он себя корил, что связался с этой «тургеневской барышней» -Верой, но поскольку данная студентка, вскорости, бросила институт, то и угрызения совести Кирилла Дмитриевича мучили недолго, как говориться: «с глаз долой, из сердца вон»! Через годы, он увидел Веру со стороны: красивая женщина, с печатью печали на лице, вела за руку девочку лет шести... Малышка была похожа на его покойную мамочку – и неосознанное сожаление, резануло циничное сердце, но более, Веру с дочкой, Кирилл Дмитриевич не встречал, то и сердце его успокоилось осознанием: психически больная Нонна, прознав про Веру и его дочь, может заявиться и к ним…, с ножом! И ничего Нонне – дочери второго секретаря обкома, не будет: папа, как и всегда, отмажет любимую дочь…
Прошли годы – и его, ранее непризнанная, дочь Ольга поступила в Медицинский институт – и более того, у нее случился роман со Стасом, законным сыном Кирилла Дмитриевича, и чтобы положить конец этой нежелательной связи, пришлось ему обращаться за помощью к тестю…
Жаль, что любовная интрижка Ольги со Стасом не осталась без последствий…, но ради внука Никиты, Кирилл Дмитриевич, вновь объявился в приемной тестя Андрона Семеновича…
- Что у тебя?! Излагай скорее, я тороплюсь! – недовольно, проворчал тесть…:
- У меня родился внук, который вам доводиться правнуком! – ответил ему Кирилл Дмитриевич… – и в кабинете повисло тягостное молчание…
- Моя дочь Ольга родила от нашего Стаса сына… Хороший мальчик – и вылитый отец, надеюсь, только внешне… Маленькому Ники нужна няня, а в вашем распоряжении находятся самые надежные и проверенные кадры…- «споткнувшись» о бездушный взгляд тестя, Кирилл Дмитриевич промолвил:
- Понял, моя просьба неуместна! – он встал…и направился к выходу, а тесть его не остановил…
На следующий день, Кирилл Дмитриевич узнал, что у маленького Никиты все же няня появилась…
***
Время от времени, няня Галя гуляла со своим подопечным в скверике, что располагался напротив обкома – и Андрон Семенович имел возможность, изредка, лицезреть своего правнука. Как-то, его дочь Нонна стала невольной свидетельницей краткого свидания прадеда с правнуком – и когда Андрон Семенович скрылся в здании обкома, Нонна, почти вплотную, подсела к женщине, качающую детскую коляску и, затем, бесцеремонно откинула уголок одеяльца, что скрывал от нее личико ребенка…
- Женщина, что вы, себе позволяете?! – возмутилась поступком незнакомки Галина, но сразу осеклась, встретившись взглядом со странной женщиной, в глазах, которой метался огонь безумие…- и хорошо, что эта особа тут же встала и ушла своей дорогой.
Чудная женщина показалась Галине, на миг, пьяной: она побрела восвояси, покачиваясь и спотыкаясь, и бормотала что-то, себе под нос…
- В той коляске, несомненно, лежит ребенок Стаса: сходство бесспорное! Если жена Стаса не родила ему до сих пор…, получается, от него родила та шлю.ка – внебрачная дочь Кирилла! И этот гнусный тип утверждал, что моя ревность безосновательна: он любит меня – и верен мне?! Порвать бы, на куски и Кирилла, и его шл.х…, но я не желаю вновь оказаться в клинике… Нет, только не это…: я больше не вынесу…- сумасбродная Нонна почувствовала себя опустошенной – и поплелась в сторону своего дома…
Пятикомнатная квартира встретила Нонну звенящей тишиной: ее мать и помощница по хозяйству Дора ушли из дома, почти, одновременно. Нонна решила, что это хороший знак – вошла в кабинет отца и на одной, из его деловых бумаг, написала крупно, но коротенько: - Я устала…
Затем, Нонна решила, принять ванну…- включила горячую и холодную воду – и немного поразмыслив, пошла на кухню, за ножом…
Ее нашла помощница по хозяйству – и о смерти Нонны, эта женщина известила Андрона Семеновича. Он прибыл домой так скоро, на сколько это было возможно…- к возвращению домой жены Андрона Семеновича, тело их дочери Нонны уже увезли в морг…
***
Кирилла Дмитриевича вызвали к телефону прямо с лекции – он сразу догадался: кто желает, говорить с ним…
- Твоя жена Нонна умерла: сердце…- завтра ее похороны…- и ты, обязан на них присутствовать! – тесть чеканил слова, словно гвозди забивал…
- Неужели я дожил до светлого дня…- и отныне я – вдовец?! – Кирилл Дмитриевич, до конца, еще не постигнул: злой рок отпускал его на свободу…?
***
Церемония прощания с покойной проходила в просторном помещении, соседствующим с моргом…- и тень печальной трагичности ситуации была обставлена надлежащим образом, и музыка звучала подобающая: траурная… Всяк входящий сюда, моментально, осознавал: смерть ходит по пятам…
***
Кирилл Дмитриевич нашел себе укромное местечко, подальше от людских глаз – и все его внимание было сосредоточено на бездыханном прахе Нонны: в посмертном обличье жены застыло состояние безмятежности и умиротворения – и, как ни странно, теперешняя Нонна напоминала ему ту, яркую девушку, которой он увлекся, не на шутку, когда-то – и Кириллом Дмитриевичем овладело чувство грусти и некого сожаления…
- Отец, ты, как будто, скорбишь из-за смерти моей мамы?! – он оглянулся на голос и увидел, что рядом с ним стоит его сын Станислав: тот так и не сменил свой мундир на штатское…, словно похороны родной матери были для Стаса делом обыденным…
- Почему бы и нет?! У нас, с твоей матерью, были и хорошие времена… Если бы не ее болезнь…! Как ни странно, но эта ее посмертная, безмятежная отрешенность от мира живых, и напомнила мне: нашу первую встречу…- тогда, она поразила меня, в самое сердце, своей восхитительной и блистательной красотой!!! – Кирилл Дмитриевич решил избегать «острых углов», в общении со взрослым сыном…- и говорил он спокойно и тихо, но желающие услышали его…
- Как вы, правы Кирилл Дмитриевич: Нонночка, в юности, была девушкой незаурядной, а уж какой красавицей она была…, редкостной!!! Да, болезнь никого не красит! – подхватили его слова дамы, стоящие от Кирилла Дмитриевича слева, в некоторой отдаленности…- и, далее, как эхо, эти слова были повторены многими, из присутствующих, лишь в разной вариации…
Андрон Семенович, как и всегда, не терял присутствия духа – и держал «руку на пульсе» - он слушал и запоминал, о чем говорят те, кто, якобы, пришли проститься с его дочерью… А, люди судачили о том, что сын покойной – Стас не удосужился одеться в траурные одеяния…, вот, вдовец выглядит грустным и, даже, потерянным…
- Отлично…- не подвел Нонну ее муженек: все присутствующие отметили скорбь и печаль Кирилла, а Стасик прибыл на похороны прямо с поезда…- ему можно и простить, его ненадлежащий вид! Посему, преследовать Кирилла не стану: он, почти, выполнил все пункты нашего договора… Дочка внебрачная родилась…, так эти, своевольные бабы, нас не спросясь, рожают…- зато у меня правнук народился…
***
Стоило Андрону Семеновичу появиться на службе, к нему сват заявился: на похоронах Нонны бедных родственничков не было, а теперь приперся…
- Сват, похороны моей дочери вы, проигнорировали, а ныне явился?! – Андрон Семенович и не думал, срывать свое недовольство, но зависимый от него родственник, не испугался его гнева, а веером, выложил фото перед ним!
- Андрон Семенович, мы с женой думали, что выдаем нашу дочь за приличного парня, а ваш Стас оказался садистом – и подвергает нашу Ирину постоянным избиениям - «полюбуйтесь» на фото! Иринка, пользуясь случаем, сбежала от своего мучителя и сейчас находится в больнице: из-за побоев Стаса, моя дочь потеряла ребенка! Мы требуем развода, иначе, все фотографии и выписка из больницы…, ляжет на стол первого… Ради дочери, я и в Москву поеду…, но лучше разойтись мирно! – бледный, с трясущимися губами и руками, отец Ирочки был готов, заплакать - от жалости к своей кровиночке…
Андрон Семенович, сперва, ознакомился с фотографиями, лежащими перед ним…- веский аргумент, для развода – и для служебных неприятностей: лично, для него…, да и для Стаса, если эти компрометирующие фотографии окажутся на столе командира его части… - и он изрек:
- Хорошо, развод так развод…- я вызову вас, когда у меня будет на руках свидетельство о расторжении брака…
Бледный и бедный, но пока еще родственник, тут же встал… и покинул кабинет Андрона Семеновича, не прощаясь…
Вернувшись домой, Андрон Семенович прошел в комнату, которую занимал внук Стас - и бросил перед ним, на кровать, злосчастные фотографии.
- Стас, что ты, творишь? В тюрьму захотел, за избиение жены? Придется тебя развести с Ириной: приходил твой тесть, грозил…
Стас, мельком, бросил свой взгляд на фото…- недобро усмехнулся…
- Мало я бил, эту малахольную…- и откуда только смелости набралась: вслед за мною, к своим родителям кинулась… Развод – это даже хорошо: это свобода…, и никто не скулит под ухом!!! – Стас поднялся с кровати, давая понять деду, что разговор на данную тему, исчерпал себя, но от Андрона Семеновича не так-то просто было отмахнуться: - Стас, зря ты, бил беременную Ирину, неужели ребеночка своего не хочешь заиметь?!
- Нет, я ненавижу детей! И таким, как моя мать и я…, лучше не заводить потомства! Кому, к примеру, я был нужен?! Мой отец отлично обошелся без меня – и я обойдусь без сыночка, и без дочки!!! – лицо Стаса перекосила презрительная ухмылка…
- Ничего не выйдет у тебя: твоя бывшая – Ольга родила сына, от тебя…- Андрон Семенович не ожидал такой реакции от внука: моментально, Стас превратился в свирепое существо со стеклянными глазами: - Как родила?!! Кто ей позволил?!!! – Андрона Семеновича испугала ярость Стаса, и он пошел на попятную: - Успокойся!!! Я пошутил, но сына Ольга родила, своему мужу…
***
В ближайшую субботу, Андрон Семенович поехал в село, откуда был родом – и в сельсовете, на законном основании, брак между Станиславом и Ириной расторгли, без их присутствия… В понедельник, личный секретарь Андрона Семеновича передала его бывшему бедному родственнику конверт, в котором находилось свидетельство о расторжении брака Ирины…
В среду Станислав покинул квартиру деда и родной город, в частности: ему надлежало вернуться в свою часть… Его служебная квартира встретила Стаса холодом запустения и тревожной тишиной, но он быстро справился с неприятными ощущениями: принял душ, затем переоделся в чистое… Когда он был готов, к выходу в свет, направился в офицерскую столовую, к поварихе Зине: теперь этой особе предстояло, сносить его тяжелый характер…– и вкусно кормить его - и следить за уютом, и чистотой, в жилище Стаса.
***
«Беда не ходит одна»! В этом пришлось убедиться Андрону Семеновичу - внезапно, скончалась его супруга, которая никогда не жаловалась ему на свое здоровье, но оторвался тромб…, что и послужило причиной ее печальной и быстрой кончины. Смерть супруги едва не выбила из колеи, непробиваемого Андрона Семеновича: тяжело потерять дочь и жену, с небольшой разницей во времени, но рядом с ним еще оставалась Дора - помощница по хозяйству его покойной жены, что бесшумной тенью, кружила вокруг него и обхаживала своего господина…- и Андрон Семенович, почуяв рядом с собой, любящее его существо, смирился, постепенно, со смертью своей жены. В конце концов, когда поздним вечером Андрон Семенович возвращается домой, по-прежнему горит свет в столовой комнате, извещающий его о том, что Андрон Семенович еще необходим кому-то, в этом мире – и его ожидают со вкусным ужином… Вот, избирательная память стерла у Андрона Семеновича воспоминания о его правнуке Никите, словно, ранее, его сердце и не трепетало, от одного взгляда на малыша Ники…?! Возможно, подобное произошло из-за того, что от малютки отрекся его кровный отец Станислав…- и подсознание Андрона Семеновича приняло решение: достаточно волнений – и положительных, и дурных этому немолодому, пусть и крепкому еще мужчине?! Тем более, что и времена наступили непростые, и непонятные: горбачевская перестройка неистовствовала в стране…- один только «сухой закон» Андрону Семеновичу стоил немалых убытков и нервов…
***
Время продолжило свой неумолимый бег: Глеб и Ольга перешли на шестой курс обучения, в Медицинском институте, а их Никите миновало четыре годика…- у этой молодой семьи было все еще впереди…!!!
На восьмидесятом году жизни скончалась тетушка Роза, а через два месяца за своей сестрой последовала и тетушка Римма…– две пожилые женщины, что изжили свои жизни до самого донышка, своей кончиной, осиротили племянницу Веру: эта красивая, но одинокая женщина всегда находила опору в этих милых старушках – и они, долгие годы, были ее спасением от одиночества! Да, у Веры есть дочь Ольга, но у той своя жизнь…
***
До Нового года оставалась неделя, а у Андрона Семеновича было смутно на душе – и ведомый своим подсознанием или чутьем, он заглянул в гости к своему бывшему зятю Кириллу Дмитриевичу…
- Вы?! Какими ветрами вас принесло к моему порогу? – изумленный визитом своего бывшего тестя, через столько лет, Кирилл Дмитриевич не сумел, скрыть удивления…
- Дедуля, ты, где?! Наши сосисочки начали подгорать! – с кухни донеся взволнованный детский голос – и Кирилл Дмитриевич, показав Андрону Семеновичу многозначительный жест руками, побежал в сторону кухни…
Андрон Семенович, неторопливо, снял с себя шапку, дубленку и ботинки на меху, и пошел на голоса… На кухне, у газовой плиты, хлопотал Кирилл Дмитриевич, а его действиями руководил бойкий мальчик, лет четырех: черноволосый, розовощекий крепыш с соболиными бровями, вразлет и с большими глазами цвета расплавленного янтаря… - этот мальчуган являл собой копию своего биологического отца – Стаса…
Андрона Семеновича, словно громом поразило: как он мог позабыть о своем правнуке Никите?! Ведь, существование этого малыша делает жизнь его, Андрона Семеновича, осмысленной!
- Ники, как ты, вырос, с тех пор, как я видел тебя в последнюю нашу встречу! Четыре года прошло…, как один день! Сосиски любишь?! – спросил Андрон Семенович, но мальчик не нашел нужным, отвечать незнакомцу-дяде.
- Вот, по случаю, достал два килограмма молочных сосисок – мы и решили с Никитой, устроить себе праздник… Небольшой… Да, кто бы мог подумать, еще лет, этак пять, назад, что продукты будут распределяться по талонам…?! – Кирилл Дмитриевич глубоко и опечаленно вздохнул, достал три чистые тарелки из стенного шкафчика – в них он положил, поровну, кусочки поджаренных сосисок, а на гарнир – отварных макарон…
Андрон Семенович достал из своего портфеля непочатую бутылку коньяка и плитку шоколада – и двое мужчин, сперва выпили, по рюмочке, а шоколад… достался, целиком, Никите…- чему тот был, чрезвычайно, рад…
Время, за беседой, летит стремительно…- где-то через полтора часа, за Никитой пришли Ольга и Глеб…- и радостный мальчик побежал в прихожую, собираться домой…
Ольга прошла на кухню, чтобы положить на стол небольшой пакет…- в нем лежали нарезанными, кусочки пирогов. С Андроном Семеновичем она поздоровалась, как с незнакомцем, отца своего поцеловала, на прощание, в щеку. Они ушли, а в квартире Кирилла Дмитриевича «повисла» тишина, которую более не нарушал детский смех или говорок…
- Сегодня поминали тетушку Римму…- и Никита с утра был у меня: мы его оберегаем, пока, от понятия существования смерти...- старенькие тетушки Роза и Римма ушли к ангелам… Ольга с Глебом на последний курс перешли – на следующий год у них защита диплома и распределение…, а Вера Ивановна, мать моей дочери, остается в одиночестве… Вот, ей, особенно плохо, придется без тетушек…- и я надеюсь, что это обстоятельство сблизит нас! Спасибо покойным тетушкам Веры: они позволили мне бывать в их доме! Выпьем еще, по рюмочке! – в заключении своей тирады, предложил Кирилл Дмитриевич.
- Выпьем! – поддержал его почин Андрон Семенович, потом высказал главное: - Кирилл, ты, же понимаешь, что мне хотелось бы встречаться с правнуком почаще…, а я помогу семье Ольги деньгами и продуктами…
Кирилл Дмитриевич, молча, выпил рюмочку коньяка и завел речь о другом…
- Как поживает наш Стас?! Я слышал, что он развелся… По службе, занят чуть ли не сотворением универсального солдата?!
Его внук Стас был особой болью Андрона Семеновича – и он встрепенулся, из-за вопроса бывшего зятя: в решающий момент, он не настоял, перед дочерью Нонной – и Стас вырос без всякого участия в его жизни отца - Кирилла Дмитриевича…- о чем, позднее, горько пожалел могущественный Андрон… Теперь-то, поздно «локти кусать»!
- Нет, Стас больше не женился, но он, с головой, погружен в создание сверх выносливых солдат, для армии… Боюсь, вскоре его ждет жестокое разочарование: власть советов трещит по всем швам…- нашу страну и нас ждут колоссальные потрясения…- в свете случившегося, не думаю, что новая власть станет финансировать утопические проекты! Вот, чтобы подсластить Стасу пилюлю, создал для него малое предприятие…- по документам, а на деле открыл частную клинику, для особ, обеспеченных… Знаешь, я жалею, что не отдал тебе, тогда, Стаса на воспитание! - Андрон Семенович, на минуту, подумал, что сболтнул лишнего, но Кирилл Дмитриевич лишь спросил:
- Долго еще ждать, этих кардинальных перемен?! – и услышал в ответ:
- Совсем, скоро…все измениться! – Андрон Семенович, вдруг, заторопился домой.
- Андрон Семенович, вы, сможете видеться с Никитой только в моем доме: я не стану, даже ради денег и продуктов, разрушать брак моей Ольги… По поводу Стаса: не корите себя…- если бы вы, пошли против воли Нонны, она и вас порезала бы ножичком, а возможно и зарезала, насмерть…- нам, тогда, обоим пришлось смириться с неизбежным…- Андрон Семенович потоптался у порога, обдумывая сказанное Кириллом Дмитриевичем – и, затем шагнул за порог…
***
Кирилл Дмитриевич был мужчиной сметливым – он быстро нашел предлог, чтобы почаще устраивать встречи Никиты с его прадедом Андроном.
- Молодежь: Ольга и Глеб, как вы, смотрите на то…, чтобы встретить Новый год в загородном санатории?! Четыре дня в хвойном лесу…- будут прогулки на лыжах…- это потом, а 31 декабря праздничный вечер в ресторане санатория и танцы… до самого утра… Заезд в санаторий 30 декабря, после двенадцати дня… Так, как?!
Ольга встрепенулась, моментально оценив заманчивость предложения, но взглянув на мать, сникла…: - Не знаю отец, а на кого мы бросим маму и Никиту?!
- На кого? На меня, конечно! Вашего Никиту и Веру я приглашу к себе – и у меня будут гости…- и, возможно, Дед Мороз заглянет к нам, тоже…, вероятность очень высока! Ники, ты, выучил стишок, что тебе дали в садике?!
Никита, обладавший хорошим воображением, как и его мама Ольга, представив себе, встречу с Дедом Морозом, просиял…
- Мама, папа, вы поезжайте в санаторий, а мы, я и бабуля Верочка, пойдем к деду Кириллу… Пожалуйста, бабулечка-красотулечка! Встретить Деда Мороза и поговорить с ним…- я даже и не мечтал…!!! - внук Никита так проникновенно смотрел на Веру Ивановну…- и она сказала «да»…
Потом, Кирилл Дмитриевич спустился к своей машине, чтобы забрать из нее две увесистые авоськи с продуктами…: их, он положил на кухонный стол, а сам вернулся в зальную комнату…
- Ольга, вот вам с Глебом путевки в санаторий… Вера, эти деньги на домашний расход…, продукты на столе, кажется ничего не забыл…, но я еще забегу к вам завтра, на ужин…- и Кирилл Дмитриевич ушел: он торопился, отчитаться перед Андроном Семеновичем, что Никита будет с ними встречать Новый год…- необходимо заказать, визит Деда Мороза…- внук будет надеяться…
***
Кирилл Дмитриевич ушел, а Ольга взяла со стола путевки в санаторий…, держа их в руках, от восторга, она закружила по комнате:
- Какое счастье: Новый год мы встретим в благопристойном месте и в приличном обществе, а не в институтской общаге, попивая «Портвейн 777» и закусывая консервами «Завтрак туриста»!!! Полагаю, в санатории будет накрыт изобильный и сытный стол, и «рекою» польется шампанское…- и в 1990 год мы войдем «как по маслу» - и удача нас не покинет! – нараспев, Ольга проговорила о своих надеждах …
- Здорово, я встречусь с Дедушкой Морозом!!! Ура!!! – мысленно, тешил себя надеждой сын Ольги – четырехлетний Никита…
За проявлениями бурных и радостных чувств Ольги и ее сына Никиты, со стороны, наблюдали серьезные…- Глеб и Вера Ивановна…
***
Номер, в санатории, Глебу и Ольге выделили превосходный! Новогоднее застолье для партийной и комсомольской номенклатуры организовали шикарное, словно, в стране не бушевала горбачевская перестройка, опустошившая прилавки продовольственных и промтоварных магазинов всей страны…- и обычному народонаселению, ныне, выдавались продукты по карточкам…
В ресторане санатория, 31 декабря, за столик к Ольге и Глебу посадили еще две семейные пары – и перезнакомившись, первоначально, все сидящие за этим столиком были настроены друг к другу дружелюбно! По мере того, как ведущий новогоднего огонька заводил публику своими шутками – и, затем провозглашал тосты…– и приглашенный цыганский хор добавлял свой градус задора и некой томности…- настроение присутствующих менялось…
Ольга была в восторге, от царящего в банкетном зале…: глаза ее горели, как самые яркие звезды, а щеки пылали, словно маков цвет… Она ловила на себе восторженные взгляды мужчин, сидящих за их столиком – и подмечала злобу и ожесточение, исходящее от их жен…, но ей были безразличны эти, выходящие в тираж, «кошелки»…: ради их удовольствия, блистательная Ольга не собиралась строить из себя скромную «курицу». Не сегодня!
По истечении некоторого времени, Ольге понадобилось пойти в дамскую комнату…- и она, шепнув Глебу о своем намерении, встала из-за столика и направилась к выходу из зала. Вскоре, вслед за Ольгой встали из-за стола и двое мужчин… Обеспокоенный Глеб надумал, пойти навстречу жене: ему померещилось нехорошее, в ситуации, что назревала…
Выйдя из банкетного зала, чисто интуитивно, Глеб направился в сторону, откуда издавались звуки некой борьбы… Завернув за угол, Глеб узрел «картину маслом»: двое мужиков тащили его, сопротивляющуюся Ольгу, в сторону мужского туалета…
- Оставьте мою жену в покое…- спокойно произнес Глеб двум мужикам, что выглядели перевозбудившимися, до чрезвычайности …
- Иди, своей дорогой, лошара: твоя дама желает нас! Непонятно, как такой пентюх попал в нашу компанию…- и с какой стати владеет такой восхитительной шл..кой?! – сказал, как пролаял, самый высокомерный, из двоих…
Внутри у Глеба все заклокотало, от возмущения, но он не показал вида…
- Попали мы в вашу «блистательную» компанию благодаря первому секретарю обкома…: Андрон Семенович приходиться нам родственником…- едва Глеб произнес имя их благодетеля, в мгновение ока, двое этих мужиков протрезвели и отшвырнули от себя Ольгу, словно прокаженную…
Отрезвевшие мужики, стремительно свернули за угол…- Глеб и Ольга остались наедине – и она ожидала упреков, от оскорбленного мужа, но Глеб лишь спросил:
- Ты, побывала в туалетной комнате? Нет? Пойдем, я рядом с туалетом постою, чтобы на тебя больше никто не напал…- и они направились в нужном направлении…
***
Ольга, наконец, справила свою нужду, вышла из кабинки и устремилась к зеркалу… Минут десять, она рассматривала свое лицо и печати продажности так и не узрела в своем лике…:
- Вот, сволочь партийная, загребают под себя лучшее, еще и оскорбляют!
Дверь отворилась и в туалетную комнату вошла цыганка, из хора…
- Что красавица, любуешься собой, но не понимаешь, отчего тебя приняли за доступную женщину?! Оттого, что тебе хочется очаровать, пленить всякого мужчину, что находятся в поле твоего зрения! Словно, ты, согласна пойти с любым! Не любишь и не ценишь своего мужа – и совершенно напрасно: в нем, едином, твое счастье и спасение! Не забывай об этом никогда: без своего нынешнего мужа пропадешь!!! Помни!!! – огромные черные глаза цыганки, пристально, смотрели в глаза Ольги, а, словно бы заглядывали ей в душу, обжигая своим пророчеством…- Ольге стало муторно…
Не сказав цыганке ни слова, Ольга вышла из дамской комнаты, а Глеб, как и обещал, дожидался ее, прижавшись спиной к стеночке…
До встречи Нового года оставалось полтора часа – и они вернулись в банкетный зал ресторана, но к своему столику не пошли: Глеб обратился, к проходящей мимо них, официантке:
- Девушка, мы попали в ваш санаторий по пригласительным от самого Андрона Семеновича…- и убедительно просим вас: подберите для нас другой столик…- на прежних местах… нам неуютно…
И вышколенная официантка повела их к столику, что находился почти у выхода из ресторана… Ольге и Глебу, ныне, составили компанию, за столом, две девицы пресного вида и неопределенного возраста, но благодаря обаянию и чувству юмора Ольгиного мужа, вчетвером, они превосходно встретили Новый год и разошлись по своим номерам после 3 часов ночи: веселились и танцевали чуть ли не до упаду… Но на сей раз, несколько уязвленной, себя почувствовала Ольга: для нее стало ошеломительным открытием, что ее Глеб пользуется успехом у женщин – и на него засматриваются, и юные чаровницы, и «спелые» дамы…
***
В семь часов утра, Ольга и Глеб были уже на ногах: большой грех дрыхнуть, когда вменяемые отдыхающие собрались на лыжную прогулку…
Вернувшись с лыжной прогулки к обеду, Глеб и Ольга вошли банкетный зал и осмотрелись, в поисках, к какому столику бы им, теперь присесть?!
- Ольга, Глеб, идите к нам! – из середины зала их позвал зычный голос самого Андрона Семеновича…
Вокруг них засуетились две официантки, накрывая на стол Ольге и Глебу, а сам Андрон Семенович тотчас переключил свое внимание - и ныне, с умилением взирал, как правнук Никита, взахлеб, принялся рассказывать родителям, о своей встрече с Дедом Морозом и его внучкой… Сидящие рядом, Вера Ивановна и Кирилл Дмитриевич, с тихой радостью, слушали внука.
- Как молодежь, вы вчера повеселились?! Никаких эксцессов не произошло?! – внезапно, поинтересовался властный Андрон Семенович.
- Помилуйте, все прошло превосходно! Вот, данная девушка, что обслуживала нас и вчера, позаботилась о нашем душевном комфорте и о наших желудках… Все прошло отлично! А, как вы, встретили…?! – был ответ невозмутимого Глеба…
Андрон Семенович, Вера Ивановна и Кирилл Дмитриевич лишь улыбнулись: четырехлетний Никита, вновь перехватил у них инициативу – и принялся, сызнова, рассказывать о Деде Морозе и Снегурочке, что пришли, в конце концов, чтобы поздравить его, Никиту с Новым годом!
- С нами встречали Новый год еще и мой ассистент с супругой, и дочкой Юлей – Никите, надеюсь, не было времени на скуку! – добавил Кирилл Дмитриевич, когда Никита смолк…
- Да, ну ее…: эта Юлька почти сразу уснула, стоило Деду Морозу уйти… Но я, как взрослый, уснул после 12 часов…- успел даже Новогодний огонек, одним глазком, посмотреть! – глаза Никиты сверкали, как самые яркие звезды, а щечки его алели, как маков цвет…- посмотрев на мать и ее сына, Глеб не удержался, от замечания:
- У нашего Никиты и у его мамы одинаково сверкают глаза, от восторга – и румянец алеет во всю щеку… Только беспечному Никитке четыре годика, а его маме уже двадцать один год…- и Глеб протяжно вздохнул.
Заволновалась Вера Ивановна – и переспросила Глеба:
- Что-то вчера все-таки случилось…, а сегодня?!
- Сущие пустяки, потом, на детей обижаться грех…- промолвил Глеб, а Ольга на вопрос матери, лишь отмахнулась: виноватой, она не считала себя…
***
Путевок в санаторий, к праздникам, Андрон Семенович им больше не даровал, но на постоянной основе снабжал Ольгу и Глеба, и Веру Ивановну билетами в театр или на концерт заезжей знаменитости, а Никита, тем временем, был предоставлен заботам Кирилла Дмитриевича… и Андрона Семеновича – и все были довольны…
***
Справив пятилетний юбилей их совместной жизни, Глеб и Ольга, затем, едва не развелись, а всему виной… было противозачаточное средство, что регулярно принимала Ольга – и вот, столь необходимое ей средство, пропало с прилавков аптек, что Ольгу опечалило и она, вслух, и высказала свою «боль».
- Ольга, а мне ты, не собираешься рожать ребенка?! – поинтересовался, ошеломленный своим открытием, Глеб.
- Вот, еще! – отмахнулась от мужа Ольга: - Мне и одного раза хватило…- больше беременеть я не собираюсь! Поищи другую дуру, которая согласится девять месяцев ходить с пузом, терпеть токсикоз и постоянно чувствовать себя бегемотихой! Б…р…ы…! – с отвращением, беспечно промолвила Ольга.
Глеб внимательно выслушал свою супругу, а, затем, направился в их спальню, чтобы сложить в спортивную сумку свои вещи, а Ольга, с интересом, следила за его действиями – и лишь, когда Глеб пошел в прихожую, с некой долей высокомерия, она полюбопытствовала: - И, куда же ты, намерен пойти?
- У наших пацанов, в общежитии перекантуюсь: там и удобнее будет найти ту, которой будет не противно, вынашивать моего ребенка…- накинув куртку, соответствующую погоде, Глеб шагнул за порог.
Ольгу покоробило потребительское отношение к ней Глеба, который рассматривал ее не как красивую женщину, а свиноматку: своего ребенка, он видите ли захотел…- собственник чертов!!! Чтобы прогнать смуту из сердца, Ольга надумала, пойти за сыном в садик, но лучше бы она не проявляла инициативы: в группе Ники она столкнулась с Андроном Семенович и Стасом.
- Дед, подожди тут, пока Никита сам оденется, а мы, с его мамой, потолкуем на улице: нам, ведь есть, о чем поговорить?! Не правда ли?! – взяв Ольгу под руку, Стас, практически, выволок ее на улицу.
Ольга не ждала от разговора со Стасом ничего приятного, но то, что произошло потом…, выходило за всякие «рамки» дозволенного: оказавшись на улице, Стас отшвырнул Ольгу от себя – и его мощный силовой швырок, словно «припечатал» ее к кирпичной стене, а в голове Ольги раздался звон и мелкие белые точки замелькали у нее перед глазами…
- С..а, кто тебе позволил, рожать от меня ребенка??!!! Приблуда, незаконная!!! По какому праву ты, не спросив меня, родила…- я спрашиваю тебя??!! Да, тебя убить мало, за твое своевольство!!! – он занес над Ольгой свой кулак, для сокрушительного удара…, но не ударил: из помещения, на крыльцо вышли Андрон Семенович и Никитка – и Стас отошел от своей жертвы. Затем, и Ольга сумела взять «себя в руки» - и несмотря на боль в голове, слегка покачиваясь, она последовала за Андроном Семеновичем и Никитой к машине, что ожидала их за воротами садика…
***
- Мама, я только сегодня осознала, почему ты, с первого взгляда, невзлюбила Стаса! Он – лютый зверь…- и он так напомнил мне свою мать!!! Похоже, и у него не все в порядке с психикой… Какое счастье, что наша свадьба не состоялась…, а, ведь я готова была, бросить себя к его ногам – и последовать за ним, хоть на край Света!!! Голова болит, нестерпимо – мама, у тебя нет болеутоляющего средства? – Ольга приложила ладонь к виску, а Вера Ивановна, со страхом посмотрела на дочь прежде, чем пойти за таблеткой…
***
Следующим утром Ольга убедилась, как быстро распространяются новости, тем более дурные: едва она вошла в аудиторию, две девицы из группы поздравили ее с новейшим этапом, в жизни Ольги, а парни бросали в ее сторону многозначительные взгляды... Глеб явил себя перед самым звонком и не обращал на окружающих, в том числе и на Ольгу, никакого внимания… Если бы у Ольги не болела голова, пожалуй, она устроила бы мужу небольшую взбучку: он бросил тень на ее репутацию…, но из-за плохого самочувствия, Ольга решила, поберечь хотя бы нервы – и, в отместку, не замечала Глеба …
Лишь с последним звонком, Ольга подошла к Глебу, взяла под руку и на виду у однокурсников, повела ошеломленного мужа к выходу из аудитории…
- Ты, хотел заиметь ребенка?! Придем домой, сразу займемся процессом зачатия…- и до самого дома, они шли рядом друг с другом, но не проронили ни слова…, а дома Глебу, сперва, пришлось лечить мигрень Ольги.
Через месяц, Ольга осчастливила Глеба известием: быть ему отцом!
Со Стасом более Ольга не встречалась - и Андрон Семенович помалкивал, что по просьбе внука, через знакомого военкома, он намеренно добился - и Глеба призовут на службу в часть, где ныне служит его внук Стас.
***
Подоспело время, которого так страшилась Вера Ивановна: Ольга и Глеб защитили свои дипломы – ныне, как дипломированных врачей, их ожидало распределение и отбытие к месту работы, а Вере Ивановне предстояла разлука с внуком, дочерью, зятем – и встреча, лицом к лицу, с горьким одиночеством!
Глебу прислали повестку из военкомата – и в положенное время, он явился на прием. Военком, в приватной беседе, предложил Глебу пройти воинскую службу военным врачом в засекреченной части, соседнего города - ему гарантировали служебную квартиру и приличное денежное довольствие...
Глеб долго не раздумывал, над предложением военкома…- согласился – и вскоре ему предстояло, прибыть в расположение воинской части…, а Ольге надлежало, как жене военнослужащего, дожидаться, когда муж призовет ее к себе…
Ее однокурсницы завидовали Ольге: кто белой завистью, а кто и серобармалиновой...- Полина испытывала к ней черную, как смола, ненависть!
- Эта Олька такая везучая, словно Бог ее в темечко поцеловал!!! Три года с мужем-лейтенантом перекантуется в военном городке, а потом вернется к мамочке!!! А, мы, словно убогие, должны по распределению, в глушь ехать!!! – роптали на свою судьбу ее бывшие однокурсницы-«подружки» …
***
В первых числах августа, ненавистница-Полина со своей приятельницей Диной заявились домой к Ольге. Ее мать Вера Ивановна была в это время на работе, а сын Никита в садике…- и Ольга согласилась, прогуляться с ними по центральной улице города… Две коварные девицы привели ее к месту встречи со знакомыми парнями Полины…
- Все в сборе? Вот подъезжает троллейбус, который доставит нас к вокзалу… На дачке сейчас замечательно…! – произнес один, из трех парней.
- Девочки, ваше дело молодое…- отдых на даче, для вас, самое то…, но мне через два часа сына из садика забирать…- и вообще, в моем положении, мне лучше к городскому туалету ближе быть…- Ольгой овладела неясная паническая тревога, она, даже, почувствовала некую боль в животе – и приложила свою руку к ноющему месту, а сама сделала шаг, в сторону подземного перехода: ее устрашила «нечаянная» встреча с друзьями Полины.
- Ты, чего за живот хватаешься: беременная, что ли?! – поинтересовался гнусавым голосом, прыщавый парень…: - Ну, в таком разе, ты, свободна - чеши к своему теплому унитазу! – Ольге дважды повторять было не нужно: парни не стали ее задерживать - и она поторопилась, скрыться среди людей, в «недрах» спасительного подземного перехода… Тем днем, Ольге все мерещилось, что ее преследует кто-то…- наверное, по ее пятам, за ней ступала тень ненависти, что испытывала к удачливой Ольге «скромница» Полина…
Ольге, до поры, не дано было знать, но ее тревога передалась Дине, приятельнице Полины – та сумела убежать от странной компании перед самым отходом электрички…- и лютые помыслы Полины, бумерангом, вернулись к ней! Не беременной Ольге и не девственнице Дине, а Полине пришлось на той дачке познать «любовь» троих парней, поочередно, и с ней не церемонились! А, Полина была так уверена, что Павел испытывает к ней пылкую симпатию, но тот, после себя, отдал Полину на потеху своим друзьям – и очень удивился ее запоздалым претензиям:
- Хватит строить из себя целку, кочевряжиться: твои подружки, если не желали близости с первыми встречными, быстро смотались, а ты, одна, поехала с тремя мужиками…- и на, что ты, рассчитывала?!?!
***
Через неделю, после группового насилия над ней, Полина вновь позвонила в дверь Ольги, но ей никто не открыл…
- Что названиваешь, «красавица»? Ольга с сыном поехала к мужу: к месту его службы…- в воинскую часть - и ее мать, и отец с ними, чтобы проводить свою дочь и внука…- сообщил Полине сосед Ольги.
Из-за кипящей, внутри нее злобы и ожесточения, Полина несколько раз пнула входную дверь Ольги, да, только ногу свою ушибла…- и обливаясь злыми слезами, Полина пошла своей дорогой, на ходу давая себе клятву: придет время – и она поквитается с Ольгой, за все… и сполна…!!!
***
Военный городок, в котором семье Глеба предстояло прожить три года, находился в живописном месте…и недалеко от города, что несомненно было немалым плюсом. В их трехкомнатной служебной квартире, обставленной казенной мебелью, пахло краской…- перед самым заселением Глеба, в данном помещении содеяли косметический ремонт – и это обстоятельство обрадовало Ольгу: в обновленной квартире начинать жизнь «с чистого листа» не в пример лучше, чем в грязной и обшарпанной обители…
Приехавшие вместе с Ольгой, ее мама Вера и отец Кирилл Дмитриевич принялись, сообща, наводить уют в жилье, где их Ольге предстояло жить три года, как минимум… Пятилетний Никита, между тем, был отпущен на прогулку, где он быстро подружился с мальчишками, что играли в футбол на детской площадке – и вскоре ему доверили, постоять на воротах…
***
Три недели Глеб жил один, без семьи – питался в госпитале тем же, чем кормили и больных…, а закупить, к приезду жены, картофеля и круп, у него все не получалось. Наконец, его Ольга и сын Никита приехали к нему, а с ними подтянулись, в помощь Ольге, и ее родители, а у Глеба, что в холодильнике, что в шкафчиках пустота, хоть шары катай… Такая же пустота царила на прилавках продуктового магазина военного городка: времена настали такие…
По совету мужа, ближе к обеду, Ольга устремилась в офицерскую столовую с авоськой, где лежала кастрюлька… Ознакомившись с меню, Ольга остановила свой выбор на картофельном пюре и приобрела восемь порций, а к пюре еще и десять штук шницелей докупила…- и на обратном пути к дому, Ольге повстречался Стас…- и это было большой неожиданностью для нее…
- Я смотрю: ты, совсем не меняешься! Собираешься кормить моего сына тошниловкой, приобретенной в общественной столовой! Допрыгаешься, отберу у тебя сына!!! – прошипел Стас и вздумал, ударить Ольгу в живот.
- Не обижай мою маму!!! Слышишь?! Иначе, мы, с папой, побьем тебя!!! – сын Ольги – Никита появился перед Стасом, словно из неоткуда – и стоял перед ним со сжатыми кулачками, и нисколько не робея, и дерзко взирая, на обидчика мамы…
Стаса удивила и обрадовала храбрость его кровного сына – и он спросил Никиту: - Любишь свою маму?! Она хорошая, по-твоему?!
- Моя мама самая лучшая, но тебя это не касается: ты, нам никто!!! – вызывающе смело, заявил Никита…
- Никита, это дядя Стас – и он приходится нам родственником: твой дедушка Кирилл является нашим отцом…- мы со Стасом сводные брат и сестра…- пояснила сыну Ольга, чтобы избежать неприятностей…
- Какой-то злой у тебя брат! Мне бы не хотелось дружить с таким сердитым и вредным дядей! – бросив подозрительный взгляд на Стаса, Никитка побежал играть далее…
Ольга, наконец, обрела душевное равновесие и решила: разъяснить Стасу, свой поход в столовую…, чтобы избежать гнева, этого неадекватного человека:
- Мы приехали сегодня, с раннего утра. Половину дня мы были заняты, наведением чистоты в квартире, а когда захотели подкрепиться, обнаружили, что в холодильнике пустота… Глеб питался в госпитале: сам знаешь, непросто нынче приобрести продукты без талонов, а Глебу их выдадут только через неделю! Моему сыну и мне самой придется питаться пищей, купленной в столовой, пока отец не приобретет для нас продукты в городском магазине сельхозпродукции… Вот такие дела, мой сводный брат…- и Ольга побрела домой, опасаясь получить удар в спину от того, кого совсем недавно считала идеальным мужчиной – и была готова последовать за ним на край земли…
***
Стас, будучи студентом третьего курса Медицинского института, сделал выбор в пользу изучения стоматологии, но после защиты диплома, ему недолго довелось проработать врачом-стоматологом: его призвали в армию. Андрон Семенович не мог позволить, чтобы его внук служил абы где…- через подчиненного ему военкома, Стаса направили служить в соседний город: в данной воинской части, в режиме особой сверхсекретности, малоизвестные общественности, военные врачи занимались разработкой технологий по созданию «солдата будущего»... Следует сразу отметить, что далеко не все призывники, прибывшие на срочную службу в данную часть, становились объектом, для экспериментов: только самые здоровые добровольцы…
Лишь теперь, Стас заинтересовался психологией…- вот, где сокрыта занятная тайна – это вам не гнилыми зубами пациентов заниматься! Б..р..р..- тошнотворное занятие!!! Совсем иное… – вторгаться в подсознание человека: в священную сферу каждой индивидуальности!!! На глазах Стаса, кудесники в белых халатах воздействовали на субъекты экспериментов: вводили их в измененное состояние, и минуя, на этом этапе, критическое восприятие сознания испытуемых, закладывали некие программы в их хранилище памяти. Основным методом воздействия являлся многоступенчатый гипноз: с его помощью и закладывали в испытуемых несколько программ, с определенными задачами, причем каждая личность не знала о существовании других… Военные психиатры стремились достичь того, чтобы в положенное время, по условному сигналу-паролю, солдат, вмиг, реагировал на ключевую команду, согласно заложенной в него программе… Для достижения цели, не гнушались использовать и психотропные препараты, и влияние низких, и высоких температур! Их «солдаты будущего» не должны знать ни страха, ни усталости; не быть чувствительными к боли; уметь не спать по несколько суток; видеть и слышать острее, чем обыкновенные люди… Выходило, что специалисты, работающие в данном проекте, каждый день примеряли на себя роль Бога…
Надо ли говорить, что Стас, приступив к службе в том секретном подразделении, в конце концов, нашел свое призвание, едва примерив на себя Божье занятие… Ощущение собственной сверх… значимости, увеличило в нем пренебрежение к тем, кто встречался на его пути, к примеру: к его жене, ныне бывшей; к сводной сестре Ольге и ее мужу Глебу…!
***
Немного пообщавшись со своим сыном Никитой, Стас осознал, что не может презирать этого мальчика: его копию и его продолжение…- и ему, впервые в жизни, сделалось неприятно оттого, что дорогой ему мальчуган, думает о нем плохо! Стас решил, добиться благосклонности сына к себе – и принялся за дело…
Вернувшись домой, первым делом, Стас ринулся в кладовую, где все полки у него были забиты банками: с тушенкой, сгущенкой, рыбными консервами…- офицерам, ежемесячно, помимо денежного довольствия, выдавали и продуктовый паек… Поскольку Стас был внуком видного обкомовского работника – он никогда не питался концентратами… Раз, в две недели, водитель дедушки Андрона, проехав немалый путь…, привозил на дом Стасу: готовый фарш, свежее мясо, тушки кур; замороженными – пельмени, голубцы, перцы …- кулинарные творения помощницы по хозяйству Андрона Семеновича. Через своего водителя, дедушка Андрон передавал внуку и немалые суммы денег: вдруг Стас пожелает сводить свою даму в ресторан…- или закатить холостятскую вечеринку - у его мальчика всегда должен иметься запас денег! В общем, в продуктовом пайке Стас никогда не нуждался – а получив его…, складировал в своей кладовой…- отдать кому-то, из нуждающихся…- Стасу и в голову не приходило…
Сынок Никита подвигнул Стаса на широкий жест благотворительности – вооружившись тремя холщовыми мешками, он принялся складывать в них банки: с кашей, с тушенкой, со сгущенкой, с консервированными персиками и грушами, рыбные консервы и шпроты, зеленый горошек, майонез… Из шкафа стал доставать упаковки: с мукой, гречкой, пшеном и рисом, сахарным песком – затем, очередь дошла и до бутылок с подсолнечным маслом…
Лично, унести Никите доказательства своего, особого расположения, Стас не смог бы, даже по одному мешку – за раз: это было ему не по силам…- пришлось Стасу просить в помощь шестерых солдат. На его звонок, дверь открыла Ольга – и Стас отстранил ее, бесцеремонно, а солдатам приказал, занести мешки на кухню. Ольгу, в очередной раз, потрясла беззастенчивость Стаса, но она, только, спросила его:
- Что за мешки принесли, вы?! Лично я, ни о чем тебя не просила… Мог о благоденствовать кого-то, другого…- добавила она, недовольно.
Стас, с подобающим ему хладнокровием, изрек:
- Это для моего Никиты…! Тебя мама, надеюсь, готовить научила? Еда домашнего приготовления, для ребенка, несомненно лучше столовской…
На кухню забежал Никита, заглянул в мешки и достал из одного… баночку шпрот…
- Спасибо, дядя Стас! Шпротики я люблю! Мама, зачем все это отдавать кому-то, когда у нас есть бедняжка Гриппа?! – Никита принялся, доставать из мешков банки…и раскладывать их на две кучки…
- Каши в баночках пошлем Гриппе: она, по утрам, всегда каши ест…- и тушеночка ей пригодится, и нам отложим…- Ольга прервала занятие сына вопросом:
- Почему ты, считаешь, что Агриппина бедная? Что за чушь взбрела тебе в голову?
- Это не мне взбрело: старушки - Розочка и Риммочка всегда говорили, что «бедняжку» Агриппу надо пригласить к нам…, а, потом, у Гриппы нет таких красивых платьев, как у тебя, мама!!! – Никита посчитал, что ответил маме исчерпывающе, на ее вопрос – и продолжил, сортировать банки из мешков по кучкам: себе и Гриппе…
- Перед тем, как Розочка и Риммочка отправились к ангелам, летом, мы отдыхали на даче деда Кирилла. Вы, с папой сдавали экзамены, а мне стало так тоскливо, что я заплакал, а Розочке с Риммочкой сказал, что шашлыков хочу… Розочка и Риммочка не умели, жарить шашлыки…- и принялись плакать со мной, но не Гриппа…: она призналась, что тоже не умеет жарить шашлыки…, но умеет запекать на костре картошку… Мне стало интересно – и я перестал плакать. Гриппа соорудила небольшой костер – и пока полешки догорали до углей, на костре мы поджарили хлеб, насадив кусочки на вилки. Поджаренный хлебушек, с одной стороны, Гриппа натерла чесноком, а сверху положила шпротинки…, у..м.., как же было вкусно! Даже Розочке и Риммочке понравилось! Потом, мы запекли картошку. Спичкой проверяли, пропеклась ли…- готовую вынимали из костра, очищали от кожуры. Как же было хорошо и вкусно…- тогда!!! На другой день Гриппа повела меня на рыбалку, а на речке наш сосед по даче уже ловил рыбу…- и он посмеялся, над нами… И зря: Гриппа, за час, поймала четыре рыбины – и мы вернулись домой, запекать рыбу на угольках… Это, тоже, было очень вкусно…! Потом, мы с Гриппой еще в лес, по грибы и ягоды, ходили… Гриппа хоть и старая, но подружка из нее классная!!! Нам было весело, а потом вы, приехали на дачу…, а у Гриппы кончался отпуск – и она уехала… Положу Гриппе еще несколько баночек шпрот: пусть и она вспомнит то лето! Хорошо было!!! – мечтательно, произнес Никита…- и Стас, словно завороженный рассказом сына, пообещал ему:
- Никита, для твоей Гриппозы, я еще продуктов принесу… Если она такая хорошая, подкормим и ее…- пообещал Стас и пошел своей дорогой…
***
После ночного дежурства, у Глеба был выходной день - вместе с тестем Кириллом Дмитриевичем, они отправились к Агриппине. На их удивление, застали ее дома: все строящиеся объекты, в данном городке, были или в стадии «заморозки», или уже «законсервированы» до лучших времен..., а поскольку строительство… не получало финансирования, то и рабочим, и служащим не из чего было, платить зарплату – и всех отправили в неоплачиваемый отпуск…
Агриппа увидев Глеба и Кирилла Дмитриевича очень удивилась: с тех пор, как умерли Розочка и Риммочка, она не имела никаких известий о жизни Глеба и его семьи. Когда мужчины внесли в дом мешки с продуктами, Агриппа не выдержала, расплакалась: с утра, у нее во рту не было ни крошки хлеба!
- Тетя, сам-то я еще не получал продуктовый паек: недавно служу…- это Стас, сводный брат Ольги принес, для Никиты, свои запасы…- и это Никитка вспомнил, как вы, картошку запекали с ним, как хлеб на костре зажаривали – и, как на рыбалку ходили…- вот, он и решил, что нам надо поделиться с тобой! Прости меня, если сможешь! Я и не предполагал, что в провинции голодают по-настоящему…– и Глеб пошел на кухню, чтобы поставить кастрюлю с водой на плиту…- в его планах было, приготовить для тети макароны по-флотски…
Агриппина, тем временем, достала из шкафа фотографии, на которых было запечатлено то лето, о котором говорил Никита – и Глеб, и Агриппина, и Кирилл Дмитриевич принялись рассматривать черно-белые фото…
Когда макароны по-флотски были уже готовы и бутерброды со шпротами лежали по тарелкам, в дверь Агриппы позвонили…- пришел ее отец и дед Глеба, и принес полное ведро картошки, а еще полпирога с капустой…
- Дочка, мама твоя с утра пирогов напекла, так я и пришел…, а тут нежданная радость: наш Глеб приехал! А, что так мало времени пробудите?! Бабушка твоя расстроиться, что не повидалась с тобою! Надо же, уже офицер и военный врач, а вроде, только вчера, тебя, испуганного мальчонку, Агриппа привезла от казахов! Время…, как летит время!!! – сконфуженно, произнес дед, Глебу…- и тот покраснел, из-за своей необоснованной беспамятности…
***
Всего-то три часа и погостили Глеб, и его тесть Кирилл Дмитриевич в гостеприимном доме Агриппины, затем, стали собираться в обратный путь: они торопились, засветло, вернуться в воинскую часть…- в лихие годы, ухари с кистенем или битой, неизменно «балуют» на дорогах… – и Ольга, и Вера Ивановна пребывают в тревоге, когда же их мужчины воротятся из поездки?!
Проводив дорогих гостей, стал собираться домой и отец Агриппины:
- Как славно дочка, что даже в такое тяжелое время Глеб, хотя бы изредка, но вспоминает о тебе! Не так страшно помирать будет, когда мое время придет: не совсем одна останешься на этом свете… Теперь, я часто вспоминаю твоего Никитку: виноват я перед ним и перед тобой, но ничего уже не исправить! Вот, он – локоть близко, но его не укусить!!!! Да, Лариска, ноне, второй раз, вроде, как овдовела: убили ее многолетнего полюбовника – Анатолия Борисовича…- и не удивительно!!! Государственные предприятия остаются без финансирования – и рабочим нечем платить, а Ларискин буржуй Толенька, со своей цепкой хваткой и бешенной энергией, такой крупный бизнес сумел создать…- и завистниками, влиятельными обзавелся! Его убили, а богатство, накопленное им, разделят - и по «кирпичику», по кускам растащат его бизнес, но праху Толика, теперь, это безразлично: в могилу с собой ничего не унесешь…- и там карманов нет, не то, что банков…!!! Интересно, а, как душа Анатолия: не чувствует себя ограбленной!? Вот, нашей Лариске, ноне, плоховастенько придется, без его поддержки…- а семья Толика, вмиг, обнищала!!! Вот, какая она…- горбачевская перестройка!!! Толи, еще будет!!! Ладно, Агриппа, продуктами Глеб тебя обеспечил, на некоторое время…- голодать, пока, не будешь…- и я пойду, успокою твою мать… Пенсию я получил дочка, - денежки, вот, возьми и задолженность по квартплате не забудь погасить! Пошел я, Агриппа! – пожилой отец, удовлетворенный своим визитом к старшей дочери, направился к входной двери.
***
Жигули, управляемые Кириллом Дмитриевичем, стремительно мчались по пустынному шоссе. Глеб сидел на переднем сидении, рядом со своим тестем, но мысли его все еще витали вокруг тети Агриппы.
- Странно, как-то…, живя рядом с ней, я постоянно испытывал благодарность к тете Агриппе: она не дала мне пропасть в детском доме, заботилась обо мне неизменно…- я был очень счастлив те три года, что провел в ее доме! Едва погрузившись в студенческую жизнь, я перестал вспоминать и думать об Агриппе, но ведь я был многим обязан этой женщине!? В конце концов, из-за меня Агриппу бросил муж – и, после моего отъезда, она осталась совершенно одинокой… Маленький Никитка оказался благодарнее меня: он не забыл ни одной мелочи, из хорошего, что было между ним и моей тетей, а я позабыл о ее бескорыстной любви и заботе, что Агриппа щедро изливала на меня, ежеминутно, все три года, что мы жили вместе… Выходит, что у Никитки, с учетом его возраста, душа незамутненная…– и помнит добро, а я, едва взглянув на Ольгу, в первую же нашу встречу… и по сей день, постоянно, озабочен моими отношения с ней?! Потом, жизнь в нашей стране, резко, поменялась – и не в лучшую сторону…- я, теперь, частенько опасаюсь, что не сумею обеспечить своей семье достойную жизнь! Ольга готова была отдать посторонним… все подношения Стаса, а я, шкурник такой, уполовинил бы продуктовую кучу…, что Никита приготовил для Агриппы…- и все из-за моей неуверенности в завтрашнем дне! Хорошо хоть, что Стас приволок еще продуктов, огромный мешок… Ольги и Никиты дома не было, в это время – и Вера Ивановна с Кириллом Дмитриевичем все банки с тушенкой и сгущенкой, и рыбными консервами…, и пачки чая, и какао, и упаковки с крупами разложили, по полочкам, в кухонные шкафы. Теперь, если и будет, вновь, задержка с денежным и продуктовым довольствием…, это будет некритично: запас еды в моем доме есть! Моей Ольге, вообще, нужно хорошо и полноценно питаться: она вынашивает мне ребенка! Вот, Андрон Семенович, совершенно, забыл о правнуке Никите: его посылочки с замороженным мясом и мясными полуфабрикатами были бы, сейчас, как нельзя, кстати… Ничего, ничего, я, сумею: позаботиться о своей семье…- это с непривычки, меня корежит, от страха! Я, взращу в себя делового мужика – и у моих близких все будет превосходно…- и, даже, у тети Агриппы!!! – дав себе установку на борьбу и успех, Глеб почувствовал облегчение… – и бросил свой взгляд на тестя…
***
Кирилл Дмитриевич, тоже, был занят думами о наболевшем... Вера Ивановна, Вера, Верочка! Встреча с ней, вновь, через столько лет, перевернула его душу и сознание…- спасибо, ныне покойным, тетушкам Розе и Римме: ведь, это они, предчувствуя скорый и закономерный конец своего жизненного пути, озаботились тем, чтобы их отрада – любимая Верочка не осталась совсем одинокой! Они созвонились с Кириллом Дмитриевичем и пригласили его на чай…- и, таким образом, милый Кирилл стал частым гостем ее тетушек в доме, где проживала и Веры с дочерью Ольгой…
Первоначально, едва узрев Кирилла – гордая Вера исчезала в недрах своей спальни – и не появлялась…, пока вероломный Кирилл не покидал их дома. Потом, случилось то, что случилось: сперва скончалась Розочка, а вскоре и Риммочка последовала за сестрой в мир иной…- Глеба призвали на службу – и Ольга с сыном Никитой поехала, вслед за мужем… На работе у Веры Ивановны, тоже, приключились перемены: отправили на пенсию старого директора…- и пришла на ее место молодая и хваткая особа… Вновь, назначенный директор медицинского училища принялась, расставлять на руководящие посты своих людей – и, соответственно, Веру Ивановну перевели на должность рядового преподавателя, с минимальной недельной нагрузкой в 18 часов… Свободного времени у нее появилось, хоть, завались им… Горькое одиночество и нужда грозились, стать уделом Веры Ивановны, этой еще нестарой и красивой женщины! Если бы не Кирилл Дмитриевич…
Поневоле, неприветливая, ранее, Вера перестала противиться обществу Кирилла: не сложилась, когда-то, их супружеская жизнь…- что уж, теперь, вспоминать об этом?! Грезы молодости…– в них все зло! Зато, в компании с теперешним Кириллом, не так страшно и одиноко жить в этом мире…: есть с кем и чаек попить, длинными вечерами; и в театр, на премьеру, есть кому пригласить; и в парке вдвоем прогуляться сподручнее; и в кафе посидеть…- и поплакаться Кириллу, на самодурство нового директора и ее заместителя, ныне, Вере не претит! Потом, теперешний Кирилл проявляет невиданную заботу о Вере: то продуктами с ней поделиться, то деликатесами Веру побалует, то деньгами поддержит… - а, ведь, она не жена ему, вовсе, но мать его дочери Ольги и бабушка их общего с Кириллом, внука Никиты…- и эти незримые, но неразрывные узы, ныне уже и не обязательно скреплять в загсе!
***
Помянул Глеб об Андроне Семеновиче нелицеприятно: вроде, тот забыл о правнуке Никите…- и зря грех на душу взял! Вернулись они домой от Агриппины, а на кухне у Глеба сидит, собственной персоной, тот Андрон…
- Отец, Глеб, поддержите меня: рано еще нашему Ники, в такие далекие вояжи отправляться, без родителей! – от волнения, Ольга раскраснелась, ее мать Вера Ивановна сидела смирно, потупив глаза и не участвовала, в жаркой дискуссии дочери с сыном Никитой и его прадедом… Ольга не привыкла проигрывать споры - поневоле, пришлось искать поддержки у мужа и отца.
Кирилл Дмитриевич присел на стул, рядом с Верой Ивановной, словно бы сообщая своей дочери, что Никита – ребенок Ольги… и Глеба – им и решать…: куда мальчику можно ехать, а, что ему, категорически, воспрещено!
- А, в чем, собственно, проблема? Не просветите меня? – Глеб надумал быть объективным – и счел нужным вникнуть в проблему…
Выяснилось, что Андрон Семенович вознамерился, провести остаток месяца августа и половину сентября в санатории, на побережье Черного моря... – и, правнука Никиту захотел взять с собой… Этому благому намерению, Ольга и воспротивилась!
- Вообще-то нашему Никите шестой год идет – с ним не должно возникнуть особых проблем у Андрона Семеновича…- и я понимаю, как Никите хочется к морю…- и тут… такая возможность! Но Никита, имеется один пунктик, против твоей поездки: ты, научился, чистить зубы и умывать лицо, и сам моешь свои ноги перед сном…, но не освоил ты, еще, как самолично, мыть себе попку…- мама каждый вечер и с утра помогает тебе… Представь, уехал ты, от мамы…, но, ведь не всякому ты, доверишь твою попку мыть? В этом я вижу большую загвоздку, а в целом, я не против, чтобы Никита побывал на море, позагорал на южном солнышке и, вдоволь, покушал фруктов…- усталый Глеб поставил на газовую плиту чайник: ему хотелось, испить чая и завалится спать – завтра снова на службу, в госпиталь…
В словах отца не прозвучало категорического «нет» - и Никита воспрял духом, и, безапелляционно, он заявил маме Ольге…
- Папа не против – и, значит я могу поехать к морю с дедом!!! Папа разрешил!!! Мама, сейчас же научи меня, как мне надо мыть попку…- и я, поеду с дедом на вокзал!!! Решено!!!– взволнованный скорым отъездом, Никита кинулся в сторону ванной комнаты, оставшаяся в меньшинстве, Ольга, понуро, побрела за сыном…
***
Пока Ольга, на пару с мамой Верой, собирали Никиту в дорогу, Андрон Семенович, из окна кухни, махнул, призывно, своему водителю – и тот, как навьюченный верблюд, занес в квартиру Глеба сумки: со свежезамороженным мясом, курами и мясными полуфабрикатами, что, заботливо, приготовила для семьи маленького Никиты помощница по хозяйству влиятельного и грозного Андрона…
Удовлетворенные своей победой…, Андрон Семенович и Никитка сели в служебную «Волгу» - и машина, мягко, тронулась с места…- вернувшись в квартиру, озлобленная Ольга заявила Глебу:
- Ну, что муженек, понравилось тебе, торговать моим сыном?!
Ошалевший, от такой постановки вопроса, Глеб смотрел на Ольгу и не знал, как реагировать на подобный выпад жены…, потом заговорил:
- Ольга, Андрон Семенович не меньше твоего любит своего правнука Никиту! И, что плохого в том, что твой Никита побывает на море? Лично я, даже затрудняюсь, назвать число и год…, когда смогу вывести вас к морю! Не того мужа ты, выбрала себе! – изрек Глеб, чай он пить не стал…- отправился в спальню.
Когда за Глебом закрылась дверь, Вера Ивановна решилась высказаться:
- Ольга, какая муха тебя укусила?! Зачем ты, обижаешь Глеба, ведь он прав?!
Ольга ничего не ответила матери, но спать пошла в зальную комнату: там стоял скрипучий диван… Этой ночью, она впервые задумалась – а, стоило ли выходить замуж, именно, за Глеба? Услужливое сознание, моментально, напомнило ей о Стасе, и как Ольга его боготворила, но тот оказался монстром! Глеб же, относиться к ее сыну с любовью…- и это немаловажно! Потом, Ольга вспомнила молодых врачих и медсестер, что работают с Глебом в одном госпитале… Нет, лично Ольга, не желает работать ни врачом, ни кем-либо: ей нравится быть домохозяйкой…- и Глеб не корит ее…, хотя на одну зарплату, в нынешних реалиях, выживать трудно… Она осознала, что обидела Глеба напрасно: пока он жил один…, не брезговал питаться тем, чем кормили больных в госпитале… Подношениям Андрона Семеновича он обрадовался, но, лишь затем, чтобы его беременная Ольга питалась слаще! На самом деле и она была не против того, чтобы Никитка побывал на море…- ее напугала мысль, что ее сын привяжется к Андрону Семеновичу – и станет любить его сильнее, собственной матери! Этого… Ольга не перенесла бы!
Убедившись еще раз, что она не прогадала, с выбором мужа – и, что Глеб всегда будет стараться, чтобы его любимые жили в достатке…- на этой мысли, Ольга решила, «не валять дурака»: на скрипучих диванах, пусть другие неудачницы спят - и вернулась в супружескую спальню… Глеб уже спал, или притворялся спящим – неважно: Ольга растормошила его:
- Глеб, обними меня, я была немножечко неправа…
***
Вера Ивановна и Кирилл Дмитриевич уезжали домой со спокойной душой: размолвка дочери с зятем быстро сошла на нет…- и между Глебом и Ольгой, вновь воцарилось взаимопонимание и нежное отношение друг к другу…
Разлом в стране и в судьбах…
С тех пор, как прежнего директора медицинского училища, эту милейшую старушку и знающего свое дело специалиста, отправили на пенсию, Вера Ивановна ходит на работу, как на казнь, а, ведь ей только 48… - до пенсии еще работать и работать… Еще, было непонятно, с чего теперешняя директриса и ее помощница пакостно и пренебрежительно относятся к ней?! Без скандалов и склок Вера Ивановна оставила свою должность: заместителя директора по учебной части, а, ведь могла и побороться за себя…, но не стала! Получается…- хорошо, что в этом году у нее будет ставка 18 часов – и в медицинском училище она будет находится, в среднем, три часа – в день… Как-нибудь переживет этот учебный год, а там время покажет…: так успокаивала себя Вера Ивановна, направляясь в учительскую, где должен был состоятся педсовет…- через четыре дня начало нового учебного года…
Педсовет прошел, на редкость, спокойно: коллектив училища недавно вышел из отпусков – преподаватели берегли свои нервы…
После педагогического совета, педагоги разошлись по своим кабинетам: далее, директриса должна была пройтись по всем учебным классам, чтобы оценить, готовность медицинского училища к новому учебному году.
Вера Ивановна вошла в кабинет, который был приписан за ней…- и ахнула: на учительском столе и под столом, на стуле, где она обычно сидела - повсюду была рассыпана земля, которой пару часов назад не было и в помине?
- Боже! Пока я была на педсовете…, кто-то не поленился, сбегать к вахтеру за запасным ключом, от моего кабинета – и так нагадил, и именно, на моем рабочем месте?! Кто же это был?! – задавалась вопросом Вера Ивановна, сметая в совок остатки земли: - Неужели, все только для того, чтобы директор имела очередную возможность: высказать мне, свое презрительное «фи…»!?
В кабинет Веры Ивановны вошла уборщица…
- Верочка Ивановна, уже успела отовсюду убрать землицу? Я, как вошла, так и обомлела…- и с тех пор думаю: не кладбищенской ли землице тебе набросали?! Завистников, ноне развелось, как грибов! Только и смотришь объявления в газете: наведу на соперницу порчу…- и, как жить?! Давай, протру под твоим столом сырой тряпкой, чтобы директриса не кудахтала…
***
Вера Ивановна напрасно уповала, что более трех часов в день в училище ей не придется находиться: ей составили расписание с «окнами» - и с восьми утра до двух часов дня, стены медицинского училища она не покидала…
В начале ноября, она почувствовала свою болезнь. Первоначально, Вера Ивановна списывала свое недомогание, на едва выносимую психологическую атмосферу, что на работе образовалась вокруг нее… Кирилл Дмитриевич заставил ее пройти полное медицинское обследование в клинике своего хорошего друга. Результаты обследования потрясли и друга Кирилла Дмитриевича, и его самого, и Веру Ивановну…- у нее диагностировали трудноизлечимое заболевание крови!
- Кирилл, не проговорись о моей болезни Ольге с Глебом, умоляю тебя! Ольге скоро рожать, перенервничает…- не дай Бог, выкидыш будет или роды с осложнениями…- исхудавшая Вера Ивановна, при этом, бессловесно и так трогательно плакала, что Кирилл Дмитриевич не смел, противиться ее воле, хотя и понимал, случись что…, Ольга не простит ему замалчивания… – и, как медик, понимал волнение Веры, из-за беременности Ольги…
Неумолимая хворь, немилосердно, «сжирала» его обожаемую Верочку, но медицина была бессильна ей помочь: Кирилл Дмитриевич уже списался с клиниками в Германии и в Израиле…- готов был, выложить на алтарь Верочкиного выздоровления все доллары, что ему удалось выиграть в покер.., но медики и Германии, и Израиля ему отказали…- они находили болезнь Веры безнадежно-неизлечимой…
Сама Вера Ивановна крепилась изо всех сил – и ноябрь месяц ей удалось отработать, а затем, последние силы покинули ее – и она согласилась, лечь в клинику.
Знакомые Кирилла Дмитриевича, специально для Веры, привезли из заграницы препарат, который недавно прошел клиническое испытание в США – и имел обнадеживающий процент излечения пациентов, с заболеванием крови. Кирилл Дмитриевич, не раздумывая, раскошелился на крупную сумму.
Сама Вера Ивановна, как послушная девочка, неукоснительно следовала указаниям своего лечащего врача – и последовало улучшение ее самочувствия – Кирилл Дмитриевич, буквально, воспарил в своих мечтаниях о лучшем… Тем горше и труднее ему было принять, резкое ухудшение состояния Веры. Он взял в институте отпуск за свой счет – и, почти, не покидал свою Веру…
- Надо же, мечты все-таки сбываются, в положенное им время: в молодости я мечтала о неувядающей любви…- и состариться с Кириллом на одной подушке! И, вот, он носит меня на руках: самой ходить, у меня нет сил…- и засыпает, ночами, сидя рядом с моей кроватью, держа мою руку в своей, а голова его находит приют рядом с моей головой!!! Жаль, что немного времени было отведено нам…: чувствую, мой конец близок…- на него оставлю Ольгу и моих внуков…- размышляла в ночи, истерзанная болезнью, несгибаемая Вера Ивановна.
***
Умирающую Веру Ивановну навестила та, что заняла ее должность… Нынешний заместитель директора по учебной части вошла в ее палату – и Вера Ивановна, с удивлением, посмотрела на нее…
- Это я разбросала, повсюду, в вашем кабинете кладбищенской земли, заговоренную на смерть: я боялась, что не справлюсь…- и вас вернут, а меня уволят! Теперь, серьезно заболел мой ребенок, а колдунья говорит: очень похоже на то, что вы, прокляли меня! Снимите с меня проклятье свое…- мой ребенок вам ничего плохого не сделал!!! – эта молодая и самоуверенная особа пришла к Вере Ивановне, чтобы умолять ее…, но сама требовала…
- Так…, вы, смотались к колдунье, а затем и на кладбище, за землицей, чтобы уморить Веру Ивановну, а самой счастливо жить?!!! Теперь, явились к больному человеку, чтобы требовать?!!!! Пошла, вон, дрянь мерзостная, иначе я сам убью тебя!!! Раздавлю, гадина!!! – Кирилл Дмитриевич неслышно вошел в палату – а две женщины и не увидели, что они не одни…
Красная и злая, и напуганная угрозами незнакомца, беспринципная соперница Веры Ивановны вскочила со стула и рванула к двери…
- Я никогда и никого не проклинала…- врет ваша колдунья! Вам надо в церковь сходить…- и покаяться: жизнь вашего сына, как и моя, и всех… находиться в ведении Сил Небесных…- как они решат, так и будет! – вслед заместителю…, тихо промолвила Вера Ивановна.
***
Вера Ивановна умерла 23 декабря, а двумя днями, позднее - 25 декабря 1991 года в 19 ч. 35 м: в то время, когда спускали флаг СССР, возвещая человечеству о крушении СССР - именно, тогда Ольга рожала своего второго ребенка - и в 19 часов 40 минут, своим криком, новорожденная девочка сообщила этому миру о своем приходе, наперекор грядущему лихолетью!
***
25 декабря 1991 года выдался у Глеба хлопотным и полным волнений: после ночного дежурства ему следовало отработать дневную смену, а тут еще подошло время рожать Ольге…- сплошная нервотрепка!
- Идите домой, папаша: ваша Оленька, возможно, родит и через час, а может и под утро разродиться…- и коллеги отправили Глеба домой.
Поскольку их сына Никиту забрала к себе, на денек, приятельница Ольги – измотанный Глеб, вернувшись домой, решился подремать, немного…, но, как провалился, в глубокий сон.
- Сынок, мы вверяем тебе нашу славную девочку…- береги ее!!! – покойный отец Никита Глебович смотрел на своего сына с нежной улыбкой – затем, словно растаял…, а Глеб, моментально, проснулся…
Часы, висящие на стене, показывали восемь часов…- вечера – и Глеб схватился за телефонную трубку…
- Поздравляю вас: у вас только, что родилась славная девочка…- оповестила Глеба, дежурившая на телефоне, медсестра.
Глеб испытал истинную радость, которой ему, непременно, захотелось поделиться с близкими, но Вера Ивановна к телефону не подходила – и до Кирилла Дмитриевича невозможно было дозвониться…- и Глеб вспомнил о тете Агриппине…
- Милый Глеб, я очень рада за тебя: из тебя вышел замечательный отец! Ну и Ольге передавай мои поздравления, и наилучшие пожелания! Теперь, о грустном: 23 декабря скончалась Вера Ивановна… Совсем недавно ко мне приехал Кирилл Дмитриевич: Боже, как он мучительно переживает смерть, любимой им Верочки!!! Ему было нестерпимо одному…- он и приехал ко мне, вот, мы с ним и помянули его Верочку. Даже не знаю, сколько ночей он не спал…, но недавно мне удалось его убаюкать… Сам Кирилл не решается, передать Ольге предсмертное письмо ее матери…- мы отправим его по почте… Глеб, на твои плечи ложиться, тяжелым грузом, страшное: известить Ольгу о смерти ее матери…- ты, уж выбери момент! Хотя, удачного момента, боюсь не будет! Береги свою кроху-дочку, Глеб! – на прощание, Агриппина вторила своему любимому мужчине…
***
Ольгу с дочкой выписали из роддома - и Глеб ждал, со страхом, реакцию жены, на известие о кончине Веры Ивановны. В тот день, когда Ольга узнала о смерти матери, она встретила, вернувшегося со службы мужа, болезненными и звонкими пощечинами…- и Глеб понял, что роковое письмо дошло до адресата… Ольгины ладони, как мухобойки, беспощадно «молотили» Глеба по щекам, а ее лицо, глаза пылали откровенной ненавистью к нему…
- Конец нашей семейной жизни: что бы я не обещал своей прабабушке и Вере Ивановне, но я не смогу жить с женщиной, которая испытывает ко мне такую неприкрытую и лютую ненависть! Ну, что же, как и мой отец, буду в одиночку растить свою дочку…- словно бы услышав мысли своего отца, тихо и жалобно заплакала его малютка – и, отстранив от себя Ольгу, Глеб пошел на зов беззащитной малышки, а ему, вслед, словно осатаневшая, кричала Ольга:
- Ты, и твоя дочь…- вы, лишили меня возможности, увидеться с мамой, пока она была жива!!! Вы, сволочи лишили меня права, похоронить мою маму – я ненавижу вас!!! Ненавижу!!! Ненавижу!!! Как же я ненавижу вас!!!!
Глебу уже все было понятно, в отношении его жены…- и он наклонился над дочкой… Неизвестно, сколько времени его малышка лежала распеленатой и обсиканной, и обкаканной…- тельце крохи успело закоченеть и посинеть, а сама она икала… Чтобы малышка хотя бы немного согрелась, Глеб накрыл ее одеяльцем.
Дабы Ольга, наконец, смолкла, а у него появилась возможность, искупать дочку и накормить ее смесью, которой Глеб, запася, загодя…- он, спокойно, заговорил с Ольгой…
- Ольга, случившегося не исправить! Но ты, сегодняшним вечерним поездом можешь уехать домой: встретишься с отцом и вы, вместе навестите могилу Веры Ивановны… Кстати, о болезни и смерти твоей мамы я и сам узнал лишь три дня назад…- Глеб пошел на кухню, чтобы приготовить смесь.
- Мне не нужны твои советы и твое разрешение, тоже…: я и сама намеревалась уехать домой сегодня же…- мне противно дышать с вами одним воздухом!!! Могилу моей мамы я смогу найти и без твоего Кирилла, если только он захоронил мою мамочку рядом с бабушкой Еленой и тетушками…, а не в другом месте?! Если, так, я…убью и его!!! – Ольга, как разбушевавшаяся огненная лава, исторгала из себя, исключительно, жар презрения и ненависти, угрожая все «сжечь», на своем пути…
- Ники, Ники, милый, быстро домой: ты, мне нужен! – с балкона, Ольга позвала домой сына - и голос ее прозвучал совершенно иначе…, чем звучал доселе.
Всего час потребовался Ольге на сборы, затем она позвонила своей приятельнице: попросила, чтобы та, вместе со своим мужем Жориком, проводили Ольгу и ее сына Ники до железнодорожного вокзала…
- А, как же Глеб и твоя дочь?! – поинтересовалась, заинтригованная подружка…
- Глеб, как кормящая мамаша, остается с дочерью… Не переживай за него, он справиться: у него была возможность потренироваться на моем Ники! - беспечно, ответила Ольга: настроение ее улучшилось от одной мысли, что она покидает этот занудный военный городок…– и младенца, который, постоянно, будет требовать от нее внимания к себе…
***
Ольга уехала – и в служебной квартире Глеба водворились тишина и покой…- и он надумал, вернуть порушенный уют его жилищу. Через два часа его дочка, вновь, подала свой голосок – и Глеб сменил малышке мокрые пеленки, накормил ее теплой детской смесью, и его девочка сладко уснула…
Глеб, вновь ощутил себя скверно: звенящая тишина давила на него, щеки его, по-прежнему пылали, напоминая о пощечинах и жестоких словах Ольги…
- Тетя, сегодня меня бросила Ольга…- Глеб дозвонился до Агриппы, ему захотелось искреннего сочувствия близкого человека: - Возможно, это к лучшему: она так обозлилась на меня и мою дочку…- ведь, из-за нас, Ольга не повидалась с матерью, пока та была жива – и роды помешали ей, присутствовать на похоронах Веры Ивановны… Я клялся перед иконой, что буду рядом с Ольгой и в горе, и в радости…, но, если ей этого ненужно, я посчитал неправильным, задерживать ее возле себя…- и, я устрашился, что она сможет причинить вред моему ребенку, пока я буду на службе. Вот, такие мои дела, тетя…- из трубки, до Агриппы донесся тяжкий вздох.
- Ничего, ничего: сегодня расстались, а через месяц помиритесь! Не сможет Ольга долго держать на тебя зло! Только, вот чрезмерно избалованную жену ты, выбрал себе! Глеб, а как вы, дочку свою назвали? – внезапно, поинтересовалась Агриппа, а потом предложила: - Найти работу в нашем городке нынче тяжело - я могла бы у тебя погостить и пособить тебе с крохой?!
***
Через день, уладив свои немногие дела, тетя Агриппа уже стояла перед Глебом. С приездом милой тети, постоянное напряжение, что испытывал Глеб, покинуло его: теперь, он просыпался утром, а на кухне его уже дожидался горячий завтрак. Затем, Глеб спокойно шел к своим пациентам, уверенный, что за его дочкой Агриппа присмотрит как следует! И, наконец, их малышка обрела имя: немного посовещавшись, Агриппина и Глеб дали новорожденной имя – Ия (от греч. фиалка). Выбор имени был сделан в пользу цвета глаз малютки: они у нее были редкого, насыщенно сине-фиалкового цвета…
***
Возвращение Ольги в родной город, да еще и без мужа, чрезвычайно удивило ее бывших сокурсниц по институту…
- К нашему сообществу матерей-одиночек прибило еще одну?! – не без доли злорадства, посмеивались одинокие приятельницы.
- Вот, еще…- и не надейтесь! Мой Глеб с месяц покочевряжиться, а потом приползет, на брюхе – и будет «хвостиком» вилять, как верная собака! – надменно, заявила Ольга, уверенная, что Глеб до сих пор любит ее…
Они давно не виделись…- и приятельницы завели разговор о том, как они дожили до жизни такой: одна утратила работу, из-за ликвидации сельского медпункта – и ее муж, лишившись работы, запил…- пришлось ей развестись с этим недотепой и вернуться к матери; другую бросил муж, ради малолетки; у третьей…, мужа забили до смерти…- тот отказался платить «крыше»…
***
Глеб к Ольге не приполз через месяц и, даже, ни разу не позвонил! Данное обстоятельство ничуть не обеспокоило ее: случайно, она встретилась с бывшим одноклассником Димой – и с ним, когда-то, она целовалась в подъезде…- и Ольге показалось, что возмужавший Дмитрий, по-прежнему ею очарован! Его бывшая жена, при встрече с Ольгой попыталась, вразумить ее:
- Ольга, мы с тобой ровесницы…- значит и тебе не 17 лет…, а скоро 27…- по нынешним временам мы почти «старухи», практически вышедшие в тираж… Дмитрий бросил меня, ради молоденькой - и тебя он бросит, совсем скоро! – грустная женщина ушла, а уверенная в своей неувядаемой красоте – Ольга, с сочувствием, вслед, смотрела ей…
Но после месяца пылких свиданий, Дмитрий, и правда, исчез с горизонта Ольги, но она уже знала, где может с ним «случайно» столкнуться… Он вышел из своей иномарки и встретился, взглядом, с улыбающейся Ольгой – и на лице милого она не узрела радости, а усмотрела лишь тень досады, но Ольга не привыкла отступать – и беззаботно помахала Дмитрию рукой…
- Ты, коза, старая с какой стати машешь своей оглоблей моему мужчине?! – юная особа модельной внешности, незаметно возникла за ее спиной и готова была впиться, своими длинными когтями, в лицо Ольги, но миролюбивый, по своей натуре, Дмитрий всячески избегал непристойных сцен - и он поспешил, успокоить свою пассию:
- Бельчонок, к чему устраивать разборку на ровном месте: эта дама моя бывшая одноклассница…- и ты, верно приметила, что она немолода…- от нее скоро нафталином будет разить…, а ты, мое чудо, нафантазировала себе что-то… - Дмитрий помог своему Бельчонку сесть в иномарку…– и машина тронулась с места, словно бы давая понять Ольге: ей-то нет места в жизни этого мужчины, хотя и Ольга страстно рассчитывала на него…
Проплакав всю ночь и распрощавшись с иллюзией по имени Дмитрий – Ольга, наконец, осознала, что времена настали лихие – и женщине ее возраста, еще и с ребенком, уже чрезвычайно трудно, составить конкуренцию юным и откровенным хищницам…- и она приняла непростое решение: ей необходимо избавиться от ребенка искусителя-Дмитрия…- и она позвонила тому, кого все еще ненавидела и презирала…
- Отец! – сквозь зубы процедила Ольга: - Мне необходимо лечь в больницу, на недельку…- надо позаботится о Ники! Потом, ты, поможешь мне вернуть Глеба! – требовательно, произнесла Ольга и повесила трубку…
Ольга была уверена, ее отец «в лепешку» расшибется, лишь бы заслужить благосклонность дочери – а задачка эта непростая: дочка вовсе не была мягкосердечной, как ее мама Вера… – и не «размякнет», как мякина!
Всю дорогу, что она шла до женской консультации, за направлением на аборт, Ольге на память приходили строки, из предсмертного письма матери. Дочь все еще злило, что мать выбрала этого вылинявшего донжуана – Кирилла тем человеком, с кем она провела свои последние дни: Ольга должна была быть тем дорогим существом, которого бы желала видеть ее мать, перед своей смертью!!! Еще Ольгу бесило заверение матери, что той совсем нестрашно было умирать: любимый Кирилл находиться, постоянно, рядом с ней и держит ее руки в своих руках! Что за «розовые сопли» развезли эти бывшие любовнички?! И, совсем, невозможно читать эту чушь: ее девичья мечта сбылась…- и, ночами, ее голова покоиться на одной подушке с головой ее обожаемого Кирилла?! Она уходит из жизни счастливой…- это, уж, вообще, дикий бред?!!! Похоже, ее мама, перед смертью, совсем разума лишилась?!
***
Кирилл Дмитриевич не стал обращаться за помощью к «всесильному» Андрону Семеновичу, а попросил о содействии свою теперешнюю любовницу Аглаю Викторовну: ведь, ее троюродный братишка служит в военкомате. Родственник милой Аглаи пообещал, подсобить с переводом в родной город военного врача - лейтенанта Глеба Невзорова, но следовало подождать: в военном госпитале данного областного города вакансия врача освободиться только к весне - выйдет в отставку пожилой капитан…
Узнав, что ее воссоединение с мужем затягивается и не на один месяц, Ольга испытала жгучую досаду: тут каждый день на счету…- того и гляди, какая-нибудь врачиха, посчитав, что ее муж свободен от уз брака…- и вцепиться в Глеба мертвой хваткой. Позвонить покинутому мужу, теперь, Ольга не решалась: слишком много ею сказано обидных слов…, в его адрес и в адрес их дочери – и с тех пор прошло немало времени… Если уж извиняться, за произнесенное, в гневе…- следовало по горячим следам! Из-за Дмитрия, время было упущено…- Ольге оставалось, утешиться тем, что у нее есть время, на лечение воспаления ее половой сферы…: аборт не прошел без последствия… И сын Ники, постоянно, теребит Ольгу расспросами: когда же к ним вернутся папа с сестренкой?
До Ольги, только теперь, стало доходить, в какую сложную ситуацию она загнала себя: ведь, она, даже, не знает, как Глеб назвал их дочь?! А, знакомые, словно сговорились: всех интересует, как зовут дочку Ольги - и почему младшая дочка живет не с матерью, как ее старший брат Никита?
Пришлось ей, вновь, обращаться, за содействием к отцу: у него с Глебом сохранились хорошие отношения!!! Наконец, Ольга узнала имя нелюбимой и нежеланной дочери…: Ия…- такое дурацкое имя!!! Если бы Ольга была рядом, она не позволила бы Глебу эту девчонку наречь Ией… На худой конец…- имя Дуня, как-то привычнее, для слуха!
***
Прошло четыре месяца с тех пор, как Ольга покинула своего мужа…- ее «подруженьки», решив, что брак Ольги с Глебом, безнадежно, разрушен – перестали задавать ей вопросы о Глебе... Но, все чаще, вопросами об отце ее стал донимать сын Ники:
- Если папа не может приехать к нам, почему мы не возвращаемся в военный городок?! Почему папа не позвонил нам ни разу?! – Ольгиного сына тревожили сплетни досужих кумушек…- и однажды Никита заявил матери:
- Вы, с папой разводитесь? Если так…, я хочу жить с папой: не хочу, чтобы меня травили и дразнили, как Хосе Игнасио…- и тебе будет легче искать себе еба…й! – ее Ники вернулся с прогулки агрессивным – и Ольга поняла, что сын наслушался очередных сплетней…
- Ники, сынок, что за грубость и, что за фантазии?! Мы с папой любим друг друга…!!! Интересно, кто надоумил тебя – и ты, стал сравнивать себя с сыном героини мексиканского сериала?! Даже, если на минуточку представить, что мы с папой разошлись…- Никита не дал договорить матери…
- Если вы, разойдетесь, терпеть твоих хахалей я не стану: на худой конец, уйду жить к деду Андрону…, если папа не возьмет меня к себе! – голосок Ники дрожал, а в его глазах сверкали непролитые слезы. Произнеся все, что хотел высказать матери, Никита убежал, вновь, на улицу, а Ольга осталась, наедине, со своими невеселыми думами…
***
Она всегда считала, что вышла замуж за парня, который, не по всем параметрам, был достоин ее: слишком простоватым выглядел ее Глеб, словно Иванушка-дурачок, из сказки... Саму Ольгу никто не смог бы уличить в простодушии...- и ей всегда нравились парни «себе на уме», в которых было с избытком хитрости и лукавства: вот, как Стас, к примеру… В тот же миг, Ольга припомнила, каким жестоким может быть Стас – этот не побрезгует поднять руку и на женщину – и поняла она, что пример ею был выбран неудачный! Дмитрий хорош был всем, но тот зациклен на малолетках… В остатке получается, только «Иванушки-дурачки» и способны: хранить верность своим, пропахшим «нафталином», женам...?! «Дмитрии-умники», в принципе, не в состоянии быть преданными кому-либо?!
От подобных мыслей, у Ольги разболелась голова…- потом, требовалось что-то предпринять – и срочно: прознай Андрон Семенович о тревогах Никиты – этот умный хмырь, на раз, сумеет отсудить у нее сына! В такое время живем – большие деньги решают все!!! Вновь, Ольга бросилась к телефону, чтобы рассказать отцу о разговоре, что состоялся между ней и ее сыночком Ники…
***
- Никита, я собираюсь на выходных навестить твоего папу и сестренку – не хотел бы и ты, составить мне компанию?! – этим же вечером Кирилл Дмитриевич решил действовать: семья его дочери Ольги разваливалась у него на глазах…- необходимо было что-то предпринять…
- Дед, ты еще спрашиваешь?! Да, да, да, я очень хочу увидится с папой!!! – голос Никиты срывался, от восторга.
После разговора Никиты с дедом Кириллом, сын Ольги стал послушным и спокойным, словно и не было им сказано, тех, обидных слов... И очередную серию мексиканского сериала «Просто Мария», Никита смотрел отстраненно, не примеряя на себя горькую долю мальчика-изгоя Хосе Игнасио…
***
Глеб обрадовался приезду тестя с Никитой – по этому поводу, и тетя Агриппа приготовила праздничный ужин. Вечер удался на славу: Кирилл Дмитриевич не спускал с рук внучку Ию, а радостный Никита не отходил от отца и, затем поинтересовался у Глеба:
- Папа, а почему вы, назвали сестренку Ией: глаза у нее, и правда, фиолетовые, но волосы, волосы белые и торчат вверх, как у одуванчика?!
- Наша Ия - девочка необычная, но не одуванчик, а воздушная фиалка! – смеясь, отвечал сыну Глеб: - Правда, ведь, наша Ия хорошенькая?!
- Даже очень!!! – отвечал Глебу, Никита…
Когда дети и Агриппа отправились спать, Кирилл Дмитриевич решился на откровенный разговор с Глебом…
- Глеб, как дальше с Ольгой вы, жить намерены? Не пора ли вам снова сойтись…- ведь, житье на расстоянии не способствует укреплению вашей семьи! В мае освободиться место в госпитале – и тебя переведут в наш город. Да, это я хлопотал о твоем переводе: у вас двое детей и им необходима полноценная семья - довольно вам с Ольгой проживать врозь! Ты, бы знал, как Никита переживает?! – и Кирилл Дмитриевич рассказал Глебу, какие вопросы задает матери Никита и, как ранят мальчика сплетни «доброжелателей» …
- Кирилл Дмитриевич, а я попробую отказаться от перевода: в военном городке я имею, хотя и служебное, но жилье… Перееду в ваш город, останусь и без жилплощади, и без прописки…, а у меня дочка! Взбрыкнет, вновь, Ольга – и куда нам податься с дочерью?! Честно скажу, на Ольгу у меня надежды нет: она никогда не любила меня – теперь, не любит и мою дочь! – было видно, что Глебу неприятен, этот разговор «по душам»…
Кирилл Дмитриевич, нервно, закурил прежде, чем ответить зятю:
- Глеб, та вспышка несправедливого гнева, была следствием депрессии, послеродовой… Я, гарантирую тебе, что ты, и моя внучка не останетесь на улице: давно подумывал о том, чтобы прописать тебя на моей жилплощади…- даже, если Ольга не изменит своего отношения к тебе и моей внучке…, я смогу быть вам опорой… Ты, подумай об этом! Представь себе, что в целях экономии бюджетных средств, ваш госпиталь расформируют…- жилье, может, и останется за тобой, а, где будешь искать новую работу? В город, каждый день не наездишься… Глеб, нынешние обстоятельства складываются в пользу твоего переезда… – и мне очень хочется, чтобы моя внучка росла у меня на виду… Я помогу тебе, перевезти все вещи и вас перевезу… - нам стоит быть постоянно на связи! – Кирилл Петрович почувствовал, что ему удалось, уговорить Глеба, не отказываться от нового назначения…
- Хорошо! Попробуем сохранить наш с Ольгой брак…, опять же…- дети: через них трудно перешагнуть! Что же, Ольга, поживем – увидим, к чему нас приведет вторая попытка… Кирилл Дмитриевич, ради крохи-Ии, пожалуй, и пропишет нас, в свою квартиру. Попытка номер два…- с этой незаконченной мыслью, Глеб провалился в глубокий сон…
***
С крахом СССР, поменялось и направление деятельности секретного отдела, в котором служил Стас: ныне, перед их отделом стояла еще одна задача – подготовить супершпионов из группы детдомовских детей… В эту сложную, но интересную задачу Стас погрузился с головой – и чуть было не «прошляпил» приезд своего биологического сына Никиты…
- Ники, привет! Приехал с моим стареньким папочкой навестить Глеба? Какие у вас планы на будущее?
Никите не понравилось, что дядя Стас назвал деда Кирилла стареньким – он, посмотрел на маминого брата с укоризной прежде, чем ответить:
- Дедушка Кирилл вовсе нестарый! Планы у нас хорошие: через месяц освободиться место в госпитале…- и папа вернется к нам, в родной город. А вы, не собираетесь уезжать из этого захудалого городка?
Стас, услышав о планах Глеба, огорчился: он надеялся, что его Ники вернулся насовсем…, а выходит, что вскоре и Глеб сменит место службы…
- Ники, когда соберетесь уезжать, скажи мне: я все остатки продуктов, из моей кладовой, соберу для тебя…- чтобы ты, не голодал в большом городе! Когда будешь кушать мою тушенку, вспоминай обо мне, по-доброму…- грустно, попросил Стас, Никиту…, чем очень удивил недоверчивого мальчугана.
***
Через неделю, после отъезда Кирилла Дмитриевича и Никиты, его вызвал к себе…начальник госпиталя:
- Ну, что лейтенант Невзоров, пришло распоряжение о вашем переводе... – неделю вам на сборы – и в добрый путь! – начальник госпиталя указал рукой в открытое окно, а на улице ярко светило майское солнышко, зеленела молодая травка и на деревьях распускались листочки…
***
В первую очередь, Глеб созвонился со своим дедом Федором:
- Деда, меня, снова, переводят в областной город…- не смог бы ты, приехать за тетей Агриппой на своем «Запорожце»: брат Ольги – Стас, опять подкинул нам продуктов – и тетя не сумеет с двумя тяжелыми мешками управиться одна…- потом, еще кое-что, по мелочи набралось!? И увидеться с вами хотелось бы…
Дед Федор и бабушка Мария приехали к Глебу на пару дней: и в самом деле, когда еще доведется свидеться с внуком и правнучкой?!
Пройдясь по трехкомнатной служебной квартире Глеба, бабушка Мария подошла с житейской сметливостью ко всему…
- Глебушка, а, что занавески и тюли еще не снял с гардин? Да ты, с ума сошел, если надумал оставить их будущим жильцам! Разве можно быть таким расточительным в такое-то лихое время?! – и дедушке Федору пришлось снимать те тюли и занавески: так распорядилась его жена… Если можно было, то и казенную мебель, бабушка не оставила бы, а забрала с собой…
Мешки, в которых лежали пакеты с крупами и мукой, а также с тушенкой, сгущенкой, консервированной рыбой…и подсолнечным маслом…- бабушка Мария тщательно обследовала и рассудила, что все продукты поделены по совести: полный мешок продуктов Агриппа заслужила и, потом… – дочь, старшая до сих пор сидит без работы, а им, на троих…, второй мешок будет, как вспоможение пенсионерам… Глеб отдал своим близким еще три тюка с гуманитарной помощью – их еще Ольга приобрела в военторге, по сходной цене, но так и не удосужилась, поинтересоваться, что же за вещи находятся внутри: многие офицерши скупали помощь, заморскую – и Ольга прикупила, за компанию! Глеб передал, лично Агриппе, всю одежду, что его Ольга носила во время второй беременности: хорошие, между прочим, вещи, но покидая Глеба, Ольга и эти одежды отвергла - а безработной тете пришлись по вкусу и фигуре Ольгин плащ, теплый пуховик, стильные туфли, сапожки…
Время пролетело незаметно – и подошла пора Глебу расставаться с милой тетей Агриппой и с дедом Федором, и бабушкой Марией… Все мешки и тюки загрузили в «Запарожец» и, на прощание, бабушка троекратно перекрестила Глеба и маленькую Ию…
- Помоги, вам Господи! Чтобы ангел-хранитель был с вами в трудную минуту! Надеюсь, еще свидимся…, в добрый путь!!! - родные заняли места в машине, а Глеб, напоследок, взял руку Агриппу и без слов поцеловал ее…, а щеки самой Агриппы были залиты слезами: ей показалось, что Глебу она больше не понадобиться…- расходятся их пути-дорожки навсегда!
***
В субботу за Глебом и маленькой Ией приехал Кирилл Дмитриевич – и не один, а с Ольгой… Вот, Никиту, на сей раз, они не взяли: Ольга обосновала сыну отказ тем, что места в машине на всех не хватит…
Ольга вошла в квартиру – и Глеб почувствовал ее напряжение – и в этот раз, он решил: если он дает Ольге второй шанс, не следует придираться к ее словам…, а она, не поздоровавшись, сразу перешла к сути:
- Глеб, я, тогда, слишком вспылила и наговорила лишнего…, но ты, же понимаешь, в каком я была состоянии?! – Глеб выдохнул и, затем, промолвил: - Я все понимаю…- и отдал дочку в руки Ольге…
Глеб и Кирилл Дмитриевич, на пару, вынесли оставшиеся вещи из квартиры и сложили в багажник – детскую кроватку Ии закрепили, веревками, на крыше автомобиля. Пришел завхоз, прошелся по квартире, которую покидала семья Глеба: поскольку все было в порядке, он принял из рук Глеба ключи и остался, чтобы закрыть служебное жилье, а Глеб спустился к машине.
Он хотел забрать у Ольги спящую дочку, но она не отдала… – и Глебу пришлось сесть на переднее сидение, рядом с водителем – Кириллом Дмитриевичем… Машина тронулась с места, увозя их в неопределенность…
***
До дома они добирались в течении четырех часов, а у подъезда, в величайшем нетерпении, их дожидался Никита… Стоило Глебу выйти из машины, восторженный детский голос прокричал:
- Ну, что бабушки-старушки…, как видите, мой папа и сестренка вернулись домой!!! А, вы, все языками, как помелом, чесали…- и, чего только не сочинили! У, злыдни!!! – и Никита, позабыв о хороших манерах, показал язык, женщинам, что сидели на лавочке у подъезда …
- Пацаненок весь в мать пошел: такой же надменный и никакого уважения к старым людям! - произнесла одна, остальные только кивнули ей.
Торжествующая Ольга, с дочкой Ией, на руках, молча, шествовала, мимо зловредных соседушек. Внезапно, малышка Ия проснулась, повернула свою головку на голоса – и, по-доброму, улыбнулась старым женщинам.
- Какая хорошенькая малышка, и как славно улыбается! – умилились пожилые тетки.
- Глазки у нее больно похожи на глаза ее прабабушки Елены: такой же необычный цвет..., но незлобивая – это она в отца, Глеба пошла! – подытожила самая пожилая, из женщин, что давно жила и еще помнила прекрасную Елену.
Ольга пропустила мимо ушей, почти все замечания соседушек. Про себя она уже решила: Глеб не самый шикарный муж, но с ним разводиться она не намерена…- и она не даст больше повода, чтобы у нее за спиной ее обсуждали, как разведенную… «Жена за мужем славиться» - Ольга, наконец, осмыслила мудрость пословицы, за то время, что жила врозь с Глебом…
***
С дочкой, Ольга проследовала в комнату, что некогда была спальней ее мамы Веры – и положив Ию на кровать, Ольга стала всматриваться в глаза малышки:
- Стало быть и ты, нашего поля, ягодка! Глаза унаследовала моей бабушки…- это хорошо! – Ольга взяла дочь на руки и поднесла ее к портрету:
- Знакомься, мама – это твоя внучка Ия…
***
Глеба приняли в госпиталь на 0, 75 ставки – и, ныне, он работал с восьми часов утра и до часу дня, без перерыва на обед… Затем, наскоро перекусив дома, он торопился в Медицинский институт: по протекции Кирилла Дмитриевича, здесь он трудился четыре часа, в качестве младшего научного сотрудника… В общем, на скромное, но сытое содержание своей семьи, Глеб зарабатывал…- и Ольга не роптала: она по-прежнему не собиралась работать.
Все познается в сравнении – и если учесть сколько заводов, фабрик, проектных и научных институтов… закрылось по стране - это же целая армия безработных образовалась! Вот, ученым, специалистам разных степеней, оставшимся не у дел, пришлось продавать газеты, у подземных переходов, а высококвалифицированные рабочие и работницы, в поисках заработка, подались на рынки - и кто-то нашел работу грузчика, а кто стал продавцом! Опять же, бывшие учителя и врачи, чтобы прокормить свои семьи, были вынуждены, «челноками», ездить в Китай или в Польшу, за товарами, для дальнейшей перепродажи в России… Чтобы выжить, бывшие советские люди зарабатывали, как могли и, где придется! Нехилые «бабки» зашибали «бойцы» криминальных ОПГ, но и жили, многие из них, недолго! Самые расторопные и деятельные, и предприимчивые граждане бывшего СССР решились на эмиграцию - и покинули страну Россию, выбрав новым местом своего постоянного проживания кто США, а кто и Германию, или Италию, а кто-то находил приют в Голландии….
***
Ольге, в эту лихую годину, за «широкими спинами» Глеба и отца, и Андрона Семеновича жилось вольготно: как прочие, она не маялась на рынке, с раннего утра у прилавка…- в мороз и в дождь, и в жару; не таскала тяжелые баулы на себе, словно навьюченная лошадь…- и не надрывалась, как те, что занимались «челночным» бизнесом; не пришлось Ольге и у шеста танцевать полуголой, чтобы прокормить Ники… Вставала с постели она не раньше десяти утра, сытно завтракала с сыном Никитой – и затем они шли на прогулку… Похоже, и правда, Ольга была поцелована в темечко Боженькой!
***
Свою славную малышку Ию, Глеб мог доверить только знакомой няне Галине, что в свое время нянчила маленького Никиту…- и вернувшись в город, Глеб, немедля, обратился к ней, по месту ее прописки, что было весьма своевременно: он разыскивал ее, а Галина искала работу... Эти двое обсудили график работы и оплату труда няни Ии, и ударили по рукам…
Отныне, Глеб мог, спокойно, проводить день в трудах праведных: он знал, что Галина вовремя накормит и убаюкает его дочь, и подгузники поменяет своевременно… – и его кроха выглядела довольной!
***
Через два месяца, после их последней встречи, до Глеба дозвонилась тетя Агриппина: скоропостижно скончалась его бабушка Мария… Глеб, сперва, бросился в госпиталь, чтобы отпроситься у заведующего отделением на похороны бабушки, а затем помчался в Медицинский институт: и там было необходимо написать заявление… Кирилл Дмитриевич, кроме словесного сочувствия, вложил в руку Глеба приличную пачку наличных:
- Держи и не вздумай отказываться, а мне студенты еще соберут: сам понимаешь, наступила горячая пора экзаменов и защиты дипломов…, а тебе необходимо, достойно похоронить свою бабушку! С Богом! – напутствовал Глеба его тесть.
***
- Глеб, ты бы знал, как нас выручила гуманитарная помощь, что нам передал ты?! В этих трех тюках много хороших, почти новых вещей оказалось – и все импортные…- Лариса, твоя мать, все распродала, как горячие пирожки! Эти деньги и на похороны, и на поминки нашей мамы, и твоей бабушки кстати пришлись…- лицо тети Агриппы было мокрое, от слез…- у Глеба не нашлось слов, чтобы утолили ее печаль…- он, молча и крепко, обнял тетю…, затем, достал из кармана деньги - и большую часть отдал Агриппе, а оставшееся…, передал деду Федору, справедливо решив:
- Моя мать, женщина хваткая…- думаю, на продаже гуманитарной помощи она неплохо заработала: и бабушке Марии на достойные похороны хватит, и себя она не обидела… Эти деньги для вас, на всякие «пожарные»…- и Агриппа, с облегчением, выдохнула: работу уборщицей, она нашла, но до зарплаты еще дожить нужно…
***
Похоронили бабушку Глеба рядом со свекровью…- когда уходили с кладбища, дедушка Федор наказал Агриппине и Глебу:
- И меня похороните рядом с женой Марией и матерью моей, когда придет мой час...
***
Домой Глеб возвращался на автомобиле «Жигули» - это приличное авто он получил авансом: старинный друг деда Федора отдал ему свою машину, чтобы впоследствии, Глеб и Агриппина взяли на себя хлопоты по его похоронам… Одинокий старый друг деда Федора лишился своих близких: его жена умерла от болезни, а, ранее, их сын погиб в аварии…- и сноха, распродав все имущество, уехала с сынишкой на ПМЖ, заграницу. Этот старик пожелал, избежать печальной участи одиноких…: быть захороненным в общей могиле за государственный счет, а «Жигули» все равно заржавели бы в гараже…
***
Обзаведясь автомобилем, Глеб перестал походить на загнанную лошадь: на своей машине, не торопясь, проще везде поспеть…- и в выходные дни Глеб вывозил своих домочадцев, куда их душеньки желали…
***
Срок службы Глеба в армии подходил к своему завершению – в госпитале с ним желали подписать контракт, но и в Медицинском институте для Глеба открывались перспективы… На семейном совете мнения Ольги и Кирилла Дмитриевича склонили Глеба к выбору в пользу института…
***
Заведующая кафедрой… Аглая Викторовна вызвала к себе Глеба…
- Глеб Никитич, вам предоставляется шанс, показать свои знания и возможности в деле… Из Министерства пришло распоряжение – и до завтрашнего утра нашей кафедре необходимо предоставить научную работу листочков этак на 180 – пустяковое дело! И у меня даже некоторые наработки имеются, но мои мысли что-то забуксовали – и никак не получается «связать концы с концами». Вот, прочтите…- и выскажите свои соображения, и свои идеи, по поводу того, как нам выйти из щекотливой ситуации, не потеряв лицо! – Аглая Викторовна положила перед Глебом листы, исписанные ее мелким подчерком.
***
Глеб углубился в чтение…- временами он делал пометки в своем блокноте…- и в течении полутора часов, план научной работы у него созрел окончательно… Он был так поглощен своим «мозговым штурмом», что даже не замечал, что время от времени, Аглая Викторовна оставляла его, одного, в своем кабинете…
Когда научная работа обрела в его сознании ясные очертания, все свои наметки он предоставил на «суд» Аглаи Викторовны – и она высказалась одобрительно, об идеях Глеба, только вот материала было маловато, для 180 страниц…
- Сейчас мне пришла в голову идея…: как-то, на дежурстве, я прочел статью в журнале «Doйчec эpцтebлaтт» - и опираясь на свой небольшой врачебный опыт, я нашел спорными, доводы немецкого коллеги-врача… По моему суждению, нам стоит увязать статью немца с нашей темой и с нашими аргументами… Что скажите? Только тот журнал, что так сиротливо валялся в ординаторской, я прибрал себе, но он находится у меня дома… Потом, дома у меня есть и компьютер – его подарил моему Никите его прадед, так вот…, у нас вся ночь впереди: чтобы доработать данную работу и напечатать ее…, а в Министерство отправим дискету… - Глеб, выжидательно, посмотрел на Аглаю Викторовну.
- Мне ваши идеи нравятся, только мужа необходимо поставить в известность…- а вы, пока, можете быть свободны…- и Глеб вернулся в аудиторию, к Кириллу Дмитриевичу…
***
Через полчаса к ним в аудиторию заглянула Аглая Викторовна и она улыбалась…
- Глеб Никитич, муж дал добро…- поспешим в ваш гостеприимный дом!
***
Дверной звонок зазвонил, как тревожная сирена – и Ольга поспешила открыть входную дверь. На пороге стоял запыхавшийся сын Никита и он был взволнован:
- Мама, наш папа с работы приехал раньше времени – и не один, а с какой-то теткой…
Едва Никита выговорил свое предупреждение, на лестнице показался Глеб, а за ним следовала, начальственного вида, молодая женщина и довольно привлекательной наружности…
- Вот, Аглая Викторовна, на пороге квартиры меня встречают мои домочадцы: жена – Ольга и сын – Никита. Прошу вас, проходите и будьте, как дома… Никита, мы намерены весь вечер и часть ночи поработать на твоем компьютере…- ты, ведь не против? Оля, у нас остались еще замороженные пельмени…- кушать хочется, страсть как…?! - поинтересовался Глеб.
- Нет, пельменей не осталось, но в морозильнике лежат манты и котлеты... – выбирай, что душа пожелает…- ответила мужу Ольга, уязвленная появлением привлекательной незнакомки в ее доме: - Прости…, но ко мне пришли подруги! – из комнаты тут же вышли их бывшие однокурсницы, наперебой, принялись здороваться с Глебом…
Аглая Викторовна была дамой неробкого десятка – и быстро взяла ситуацию в свои руки…
- Глеб Никитич, вы поищите нужный нам журнал, а я, с позволения вашей супруги, похозяйничаю на вашей кухне…
***
Откушав манты и выпив чаю – Глеб и Аглая Викторовна приступили к главному: утвердили план, которого они были намерены придерживаться, при написания научной работы; обговорили в какой части их работы лучше включить фрагмент, из статьи немецкого коллеги - и свои комментарии, к данной проблеме… Вслед, за тем, Аглая Викторовна углубилась в черновые наработки, чтобы внести оговоренные коррективы, а Глеб сел за компьютер и приступил к печатанию текста страниц, которые не подлежали изменению…
***
На кровати, напротив своего папы Глеба, молча сидела крошка Ия, в окружении подушек и кукол: как и ее прабабушка Елена, и бабушка Вера, малышка Ия обожала играть с куклами. Время от времени, Аглая Викторовна отрывалась от своих научных изысканий и печально смотрела на прелестную кроху Ию и, про себя, удивлялась благоразумному поведению малышки… Аглая тоже мечтала, заиметь этакую дочку, но не имела такой возможности!
Где-то, часов в девять вечера дверной звонок известил об очередном посетителе – и Аглая Викторовна пошла, открывать дверь: на пороге стоял ее муж – профессор Генрих Арнольдович... Неизвестно, в чем заподозрил Аглаю ее немолодой муж, но без всякого объяснения, высокомерный и бездушный профессор «одарил» супругу болезненной затрещиной… Бог знает, что еще он предпринял бы, но из комнаты вышла Ольга – и надменный профессор, холодно раскланялся с хозяйкой дома…
- Однако, как много на свете мужчин, которые истязают женщин?! - удивилась, увиденному Ольга, но промолчала: ее Глеб и «пальцем не трогает», а другие…, если терпят побои…- это их выбор…
Тем временем, Генрих Арнольдович проследовал в комнату, где Глеб бойко стучал по клавиатуре, набирая текст…- он был так увлечен своим занятием, что и не сразу заметил, присутствие декана факультета в своем жилище…
Между тем, профессор, бегло, осмотрелся вокруг…, поинтересовался: сколько листов Глеб успел перепечатать…
- Работой вы, обеспечены на всю ночь…- переночевать можешь и здесь, Аглая! - и надменный старец, напоследок, прошелся по прочим комнатам…
- Полный набор у этого Глеба: жена, дети…, пожалуй, у Аглаи не будет возможности согрешить…- к такому выводу пришел профессор – и, удовлетворенный увиденным, Генрих Арнольдович удалился: у него-то, как раз и появилась возможность погрешить самому…- с юной студенточкой, которой грозило отчисление…- он позвонил ей и приказал бедняжке, явиться к нему, на квартиру…
Профессор заблуждался, в отношении жены: в три часа ночи Глеб отправил свою начальницу… - поспать, благо, что ее машина дожидалась хозяйку около его подъезда… Аглая села за руль…, но поехала она не к себе домой, а к Кириллу Дмитриевичу – и остаток ночи любовники провели вместе… А, Глеб? Глеб, как истинная «Золушка», все стучал и стучал по клавиатуре компьютера – и к 6 часам утра текст научной работы был напечатан и, затем, скопирован на дискету… После, с чувством выполненного долга, Глеб прилег рядом с дочкой и провалился в беспробудный сон…
В половине восьмого утра в дверь квартиры Глеба позвонил посыльный, присланный из Медицинского института – и, поскольку дискета лежала на столе…- посыльный, в присутствии мальчика Никиты, вставил ее в дисковод, чтобы проверить... Данная научная работа была напечатана, с учетом всех требований… - дискету достали из дисковода, положили в конверт – и посыльный отбыл. Высокое начальство дозволило Глебу Никитичу появиться на работе во второй половине дня – и сын Никита будить отца не стал…
***
В шесть часов вечера, того же дня, ректор Медицинского института вызвал к себе профессора Генриха Арнольдовича…
- Профессор, я знаю, что вы, намеревались выступить с данной работой на международной конференции - забудьте: я и сам не ведал..., но докладчиком будет кто-то, из министерских… Не огорчайтесь и не возмущайтесь: в конце концов, это, ведь ваша Аглая и Глеб Невзоров не спали ночь, но меньше, чем за сутки сумели сотворить качественную научную работу, с которой не стыдно и перед иностранцами выступить… Вас пошлют читать лекции иностранным студентам, но позднее…- запаситесь терпением! Аглае Викторовне и Глебу Никитичу эта работа пойдет в плюс… Наш институт не ударил в грязь лицом! Все голубчик, и помните: никаких обсуждений случившегося и никаких возмущений…- обо всем, тут же, станет известно наверху! Вам нужны неприятности?! – и ректор, устало, махнул рукой…
Генрих Арнольдович, невозмутимо, выслушал ректора, хотя внутри него бушевала буря: его поставили в очередь, как юнца, но когда она дойдет до него?!! Вновь, может статься…, что Генриху Арнольдовичу перейдет дорогу какой-нибудь молокосос с огромными связями?! Хорошо ректору рассуждать о терпении: ему всего шестьдесят…, а он уже и звание академика получил, а, что делать профессору, которому под семьдесят, но он все еще в профессорах ходит?! Нет у него времени, на стояние в очередях!
Генрих Арнольдович больше не мог, сдерживать свои эмоции…: ему требовалось, незамедлительно снять стресс - и он направился в сторону кабинета Аглаи, чтобы унизить, поколотить свою молодую талантливую жену – и непременно на ее рабочем месте!!! Только таким образом, этот пожилой, но еще довольно крепкий мужчина мог обрести душевное равновесие – у него зудели, чесались кулаки, предвкушая удовольствие, от мук своей жертвы…!
Но, не удалось Генриху Арнольдовичу «отвести душу» на Аглае – не теперь! Вслед за профессором, в кабинет его супруги, вошел вездесущий Глеб Невзоров и протянул ему журнал «Doйчec эpцтebлaтт»: ведь, это издание заинтересовало профессора… Внимание благообразного монстра - Генриха Арнольдовича, моментально переключилось: ему предстояло проявить некоторое усилие, чтобы перевести статью с немецкого… на русский язык…
***
Аглая возвращалась домой позднее своего супруга – ее терзала тревога и страх: она была уверена, что избиения на сей раз ей избежать не удастся…
Дрожащей рукой, Аглая открыла замок входной двери и перешагнула порог квартиры, словно ступила на территорию пыточной камеры…
- Генрих, вы, успели обговорить с нашим ректором завтрашний прием в мэрии? В наш город прибыл небольшой «десант» зарубежных ученых – и мэр устраивает прием…- мы с тобой приглашены, ректор с супругой и Невзоров, как молодой ученый, подающий надежды, и, тоже с супругой …
Подрастерявший свой злобный пыл, в коридоре возник тот, кого Аглая страстно ненавидела и жутко боялась, а ведь, еще совсем недавно она боготворила и благоговела перед этим «светилом науки» и «образцовым» мужчиной – Генрихом…
- Что тебе еще удалось узнать за те два часа, что ты, провела без меня? – угрожающе, поинтересовался супруг.
- Завтра, и послезавтра, с утра, иностранцы намерены посетить наши лекции: хотят поближе познакомиться, как в провинциальных ВУЗах нашей страны налажено обучение студентов… И, Генрих, ректор просил не говорить тебе эту новость: он сам хотел известить тебя… Короче, в рамках обмена опытом, тебя намерены направить в США на пару месяцев…- это намечено на сентябрь месяц…- увидев тщеславное самодовольство на лице мужа, Аглая посмела понадеяться, что ее линчевание откладывается, на время…
***
Во времена СССР Генрих Арнольдович находился в числе постоянных приглашенных на все значимые городские мероприятия, устраиваемые обкомом партии. Но страна переменилась, и правители поменялись – ныне, профессор не ведал, как открывается входная дверь мэрии: туда его не звали…
***
Смутные времена порождают чудные нравы – если некогда ученые были в большом почете у прежней власти, ныне, все наоборот: необязательным стало быть образованным, если ты, умеешь делать деньги – и неважно, каким образом! Образование, в целом, нынче обесценилось: зачем пять лет корпеть над учебниками, если имеется возможность, купить в подземном переходе диплом любого ВУЗа?! Молодежь не стремится к знаниям еще и потому, что в наше время диплом не гарантирует работы по специальности и достойной оплаты труда. Вот, в их Медицинском институте, совсем недавно, обучали: готовили студентов к благородной миссии врача…- ныне, преподавательско-профессорский состав оказывает студентам, лишь, образовательные услуги!!! Это равносильно тому, как тривиальная парикмахерша или бармен, так и профессор Генрих Арнольдович, нынче не взращивает высококлассных специалистов…- их всех уравняли и все заняты оказанием услуг! Сообразно, упал престиж педагогов…- и, как следствие, мизерной стала, и заработная плата... Вузовские умники быстро сориентировались: услуги, так услуги – и стали брать деньги со студентов, к примеру, за отметки, которые те хотели бы получить на экзаменах! Выживать институтским преподавателям как-то надо?!!! Почему бы и не заняться продажей оценок, раз жизнь так сложилась: кто, что имеет, то и продает, если еще и спрос на «товар» имеется…?!!!
Но, все подвержено переменам - еще философы древности подметили, что в мире подлунном нет ничего постоянного!!! Вот, и в жизни Генриха Арнольдовича произошло долгожданное диво – и завтрашним вечером он, профессор Генрих Арнольдович перешагнет порог запретной территории… В данный момент, он испытал чувство истинного триумфа! О заграничной командировке, в сентябре, Генрих Арнольдович решил, пока, не думать, чтобы не сглазить…! Не сказав Аглае больше ни слова, ее Генрих удалился в свой кабинет – и до утра, она его не видела, чему Аглая была, чрезвычайно, рада!
Замуж выйти…- не напасть?
Аглая уродилась красавицей, унаследовав внешнюю красу от своей матери Валерии – и, казалось бы, ее отец должен был любить свою малышку-дочь, насколько сильно любил и жену, но, как ни старалась подрастающая девочка, все же не находила у отца одобрения, участия и нежности… Малышка, сперва, не унывала: если отец не обращает на нее внимания, Аглая сама заползала в его кабинет и сидела там тихой мышкой, но, едва Виктор Анисимович обнаруживал присутствие дочери, моментально, раздражался:
- Нюша, вам за, что деньги платят? Почему вы, плохо следите за ребенком? – отец сурово отчитывал няню Аглаи - и та стала присматривать, чтобы ее подопечная кроха не проникала туда, куда не следовало.
***
Со временем, Аглая нашла объяснение сухости матери, по отношению к ней: она предположила, что для Валерии, Аглая служит напоминанием, что годы проходят…- постепенно, увядает и ее красота… Неизменному равнодушию отца, Аглая не находила объяснения – и это больно ранило ее… Няня Нюша, видя терзания своей подопечной, высказала ей свою догадку…
- Папа, ты не любишь меня потому, что я родилась девочкой, а ты, мечтал о мальчике? Или я служу тебе напоминанием о чем-то, плохом? – тем же вечером Аглая попыталась, объясниться с отцом.
Виктор Анисимович сперва не понял, о чем говорит Аглая, а осознав, ответил ей в своей манере: - Кто тебе внушил подобную чушь?! Ты, бы лучше настоящим делом занялась, чем вещать всякий вздор! – и отец, в очередной раз, повернулся к ней спиной.
Тогда-то, Аглая и дала себе слово: она окончит школу с отличием – и поступит в Медицинский институт, где преподает ее отец…Она станет, со временем, видным ученым…- и, возможно, тогда отец одобрит ее, Аглаю?!
***
Умница Аглая выросла простодушной красавицей: ей весьма не хватало роковой загадочности ее матери Валерии – и все потому, что мама Аглаи не грезила, стать выдающимся ученым… Валерия, с детства и целенаправленно, готовилась стать женой человека, выдающегося! Красивая молодая особа, которой не требовалось завоевывать отцовскую любовь, разумеется, добилась своего…
Правда, позднее, Валерия пожалела, что вышла замуж за одаренного ученого Виктора, поскольку на ее пути возник, скорее бездарный, как ученый, но ловкий интриган и пройдоха, а главное – искусный любовник Генрих, но Валерия уже была несвободна… Вот, такая печаль!!! И причуда фортуны: она всем и каждому капнет «ложку дегтя, чтобы жизнь медом не казалась»!!!
***
Окончив с отличием среднюю школу, Аглая, как и планировала, ранее, поступила в Медицинский институт. В соответствии со своими намерениями, и в институте Аглая училась, исключительно, на отлично – и ей, как лучшей из лучших, предложили: продолжить обучение в аспирантуре!
- Аглая, женский век короткий…- и красота не вечна…- нет, чтобы мужа, подходящего себе поискать ты, как «заумный червь», все над книжками чахнешь!!! В канализацию свои лучшие годы спускаешь!!! – обеспокоившись будущим дочери, Валерия предпринимала попытки, вразумить Аглаю, но бесполезно: детская мечта Аглаи еще не сбылась – и отец, по-прежнему, смотрит на дочь, как на пустое место… Совсем, не до замужества Аглае…
В тот год, когда Аглая заканчивала свое обучение в аспирантуре, у нее уже была почти готова, к защите и кандидатская диссертация, но сей факт не восхитил ее отца Виктора Анисимовича – и она поняла: ему, вообще, нет до Аглаи никакого дела! Она могла бы и в космос слетать, но равнодушие не сменилось бы восторгом, на лице Виктора Анисимовича…
Осознание того, что отец, теперь уж, никогда ее не полюбит и не восхититься ею, далось ей нелегко - Аглая не спала ночами – все плакала… Тем не менее, кандидатскую диссертацию Аглая Викторовна защитила с блеском…- и, только теперь, на нее обратил внимание, бывший любовник ее матери Валерии – ныне, доктор наук, доцент Генрих Арнольдович…
***
Он встал неподалеку от Аглаи, когда та, раскрасневшаяся и счастливая, принимала поздравления своих коллег. Затем, Генрих Арнольдович оказался рядом с ней за столиком, в ресторане, где отмечали ее успешную защиту…– и он же, первым, поднял тост, за талантливую молодую ученую… Генрих Арнольдович был, весьма, опытным обольстителем: прежде, он соблазнил не одну профессорскую жену, а те были дамами многоопытными…– и вскружить голову неопытной деве, каковой являлась Аглая, для Генриха Арнольдовича не составило труда!
Их головокружительный роман развивался стремительно…- и Валерия попыталась, предостеречь дочь от ошибки:
- Аглая, Генрих Арнольдович - многолетний холостяк и мужчина, неоднозначного характера…- как бы не пожалеть тебе, о своем выборе! - но счастливая Аглая, лишь, отмахнулась: ей не хотелось верить в плохое…
Узрел, наконец, что происходит в жизни Аглаи и Виктор Анисимович…
- Валерия, как ты, можешь, спокойно, взирать на то, что твой бывший любовник, теперь, кружит голову вашей дочери?! Не находишь, что он староват для Аглаи? – ему не хотелось привечать в своем доме ничтожного и завистливого Генриха, даже изредка …
Валерия, удивленно, взглянула на мужа прежде, чем ответить:
- Аглая такая же моя дочь, как и твоя…- почему бы и тебе, не поговорить с ней?! Умник, как же тебя угораздило, ошибиться в расчетах? Я забеременела, когда между мною и Генрихом все было закончено - и родить решилась, чтобы внести в нашу жизнь хоть немного позитива!!! Генрих – мужик сволочной, но нашей дочери уже исполнилось 24 года – нет, пусть Аглая лучше выходит замуж за него, чем на наших глазах, превратится в высушенную старую деву! Если, что…- разводы в нашей стране разрешены… и не наказуемы! – Валерия ушла в свою спальню, а Виктор Анисимович, впервые, осознал, что своей ревностью, он испортил жизнь себе, Валерии, а главное – их дочери Аглае…
***
Если бы Аглая, хотя бы на секундочку, допускала мысль, что зрелый мужчина - Генрих мог заинтересоваться ею вовсе не из-за того, что она молодая и красивая девушка…: этого «добра» ему и в среде студенток хватало…- вот особу ее интеллекта и способностей, в совокупности с красотой и простодушием…, Генрих Арнольдович до сей поры не встречал! Подобная встреча стала ему нежданным подарком: вылинявший донжуан, в силу своего возраста, больше не был тем альфа-самцом…- и не пользовался прежним успехом у скучающих супруг талантливых ученых, а значит и не имел доступа в домашние кабинеты тех даровитых ученых, где хранились сокровища интеллектуального содержания - и возможности не было, порыться в их письменных столах или в мусорных корзинах – в поисках незаурядных идей… Генрих Арнольдович и вознамерился, расстаться со столь дорогой, его духу, свободой холостяка, но за его жертву, Аглая подсобит ему в исполнении его желания: стать профессором, а затем и академиком! Уж, он принудит Аглаю, поработать на любимого супруга - в этом Генрих Арнольдович не усомнился!
***
Аглая, как и всякая сентиментальная девушка, желала подарить свою девственность нареченному супругу – и никому другому! Но не все случается, как мечталось…- и невинность Аглаи досталась ректору, хотя он на нее и не претендовал! Все случилось спонтанно, для Аглаи, а ректор просто пожелал ее как молодую и красивую женщину – вот и вызвал к себе, для «разговора»…- и был очень обескуражен, что оказался первым мужчиной у такой пригожей особы… Никак не ожидал ректор, что Аглая окажется девушкой с «изъяном»!
Неопытная в делах амурных, практически изнасилованная Аглая, тем не менее истерить и скандалить не стала: она, стремительно, привела себя в порядок – и пунцовая от стыда, и смущения, покинула кабинет ректора. Прибежав домой, Аглая разрыдалась: сама того не желая, она изменила любимому Генриху…- и не он стал ее первым мужчиной! Ее матери Валерии понадобилось немало времени и сил, чтобы внушить дочери азбучные истины:
- Не вздумай каяться, перед Генрихом: что случилось, то и случилось! Не стоит плакать: возможно, позднее ты, вознесешь хвалу Господу, что все вышло так, как вышло! О том, что произошло между тобой и ректором никто не должен узнать…- иначе, Генрих затаит злобу и на тебя, и на ректора – и с самого начала ваша супружеская жизнь будет отравлена ядом измены! Испорчены будут и служебные отношения между вами, и ректором… Ничего не было…, НИЧЕГО…: ты, не встречалась сегодня с ректором!!! Запомни, крепко запомни мой наказ!!! – и Аглая уступила уговорам матери.
Валерия проявила еще одну, пусть и запоздалую, заботу о дочери: она свела ее к знакомому гинекологу – и та просветила Аглаю, что той следует предпринимать, в случае незначительных воспалений половой сферы, которые случаются у женщин, когда те начинают жить регулярной половой жизнью…
Славно, что Аглая послушалась маму и зря она переживала: ее Генрих никак не отреагировал, на отсутствие крови на простыне, после их первой брачной ночи - его заботили иные думы – до девственности Аглаи ему не было дела…
- Действительно, ничего сверхъестественного, с ректором, у меня и не было…- он в мою сторону больше и не смотрит…- Аглая, наконец, обрела душевное спокойствие: некомфортно чувствовать себя обманщицей…
***
Ректор в сторону Аглаи ныне не глядел: потерял к ней интерес…- он не был любителем прелестниц, неопытных в амурных делах! Вскоре, в его личной жизни произошли кардинальные перемены: ректор развелся с женой! Теперь, он чувствовал себя, словно бы он вновь родился! Сорок лет ректор прожил со своей женой, его одногодкой- это целая жизнь, но сбылась его мечта – и постылая, и «поношенная» супруга осталась в прошлом! При коммунистах его развод был невозможен, но нынче настали иные времена и переменились нравы – и, множество состоятельных российских «джентльменов» посчитали необходимым: развестись с прежней благоверной, заменив ее на молоденькую куколку модельной внешности! К молодой жене или подруге полагался и красный пиджак, и диковинка – сотовый телефон, весом с гирю – очень удобно…: постоянно находишься на связи и есть, чем отбиться от грабителя…
И ректор прикупил себе модный пиджак…, но насмотревшись в ресторане на красные пиджаки разных тонов…- свой он подарил племяннику. Затем, последовала судьбоносная встреча с прелестной женщиной, которая была моложе ректора на тридцать пять лет… Тут уж совсем не до Аглаи…
Все же ректор не оставил без внимания, скромное замалчивание Аглаей их разовой близости…- неожиданно для других, именно профессор Виктор Анисимович был назначен проректором, а вместо него, на освободившееся место декана, был поставлен доктор наук и доцент Генрих Арнольдович, а саму Аглаю, кандидата медицинских наук, назначили заведующей кафедрой…
Она не испытывала особой радости, от своего назначения: невольно, но заняв должность заведующей кафедры, Аглая обидела своего бывшего преподавателя, доктора медицинских наук и доцента Кирилла Дмитриевича - и при встрече с ним, теперь, она, виновато, опускала глаза…
Обойденный должностью, Кирилл Дмитриевич, до поры, испытывал стойкую неприязнь к молодой выскочке Аглае, которая была старше его дочери Ольги всего на три года…- и сама годилась ему в дочери! Да, Кирилл Дмитриевич очень рассчитывал на повышение: надеялся, что новая должность придаст ему веса, в глазах любимой женщины Веры и их дочери Ольги…, но не сложилось у него, как хотелось…
***
Романтичная Аглая быстро осознала, что вышла замуж не за «дивного короля», а за зловредного «Кощея»: холодного, бездушного, черствого…, который был придирчив и скуп, до мелочности…- и не гнушался ударить ее… После «медового месяца» он отселил Аглаю из своей спальни в другую комнату, где диван и письменный стол имелся…, чтобы «любимая» супруга могла полноценно работать над каждым научным трудом…, что принесли бы ее любимому Генриху звание профессора… Соответственно, работу над своей, докторской диссертацией Аглае пришлось отложить в сторону, на неопределенное время… - и себе, в «копилку», научные работы писать было некогда, а стало быть и звания – доцент, ей в ближайшее время не получить…
Сексом, ныне, они занимались изредка: лишь когда Генрих считал, что Аглая достойна «сладкого» поощрения, а в остальное время его молодая супруга должна была неустанно трудиться… И Аглая трудилась: со временем, она поняла, что за письменным столом проводить время намного приятнее, чем в постели с немолодым супругом, который стал источать запах несвежести - его возраст брал свое… Потом, Генрих добрел, когда видел усердие жены: в такие часы он не придирался к ней, не проявлял свою злобу - и не давал ей болезненных подзатыльников…- это, чтобы не спугнуть вдохновение Аглаи…
Понадобилось три года титанических усилий - и Аглая написала-таки за супруга 38 научных работ, к положенным 50…- ее Генрих был удостоен звания – профессор, но кресло закачалось под самой Аглаей – ей, срочно, требовалось написать всего лишь 20 научных трудов, чтобы получить звание – доцент. Только Генрих был неумолим: ничего страшного не случиться, если Аглаю разжалуют в преподаватели…, но женой академика она стать обязана!!!
***
Драматическим событиям сопутствуют повседневные и радостные дни, которые «наматываются» друг на друга, как снежный ком…
Сперва, Генриха вывело из душевного равновесия известие, о присуждении отцу Аглаи – Виктору Анисимовичу звания – член-корреспондент академии наук…
Когда-то, они учились на одном факультете, а затем Виктор добился больших успехов, как ученый, а посредственный Генрих, с трудом, поспевал за ним! Казалось, что с помощью Аглаи, Генриху удалось нагнать Виктора: оба, ныне, ходили в профессорском звании…- ан, нет…- теперь Виктору «светит» звание академика, а Генрих, вновь, в отстающих! Вернувшись с банкета, на котором чествовали новоиспеченного член-корреспондента академии наук, дочь Виктора – Аглая, что так радовалась за отца…- она была избита, раздосадованным и тщеславным мужем, профессором Генрихом…
Целая неделя понадобились Аглае, чтобы прийти в себя, после побоев мужа: и все эти дни, превозмогая боль, ей приходилось читать лекции студентам; исполнять обязанности заведующей кафедры; беспечно улыбаться коллегам, чтобы никто не заподозрил, что ее муж – тиран и избивает Аглаю! Затем, по возвращению из института в логово «Кощеево», Аглая продолжала работать над очередным научным трудом, который поспособствовал бы - и ее постылого, жестокого и бездарного мужа, в научном мире посчитали бы достойным - и представили к званию: член-корреспондент академии наук...
Боль и труд стали каждодневными буднями замужней Аглаи…- без права на отдых и праздники, и на любовь, а ведь ей миновало лишь тридцать лет – молодая женщина, страстно, жаждала любви и нежности, и ласки…
***
Странно, но в этом выпускнике аспирантуры Романе, Аглая не признала молодую копию своего мужа-тирана Генриха: и этот альфа-самец, не обладая талантами, которые необходимы для истинного ученого…, тем не менее и Роман решил, проложить себе путь в мир науки через постель… Находились женщины, которые содействовали ему: сорокапятилетняя доцент помогала ему сдавать все экзамены…, она же и написала за Романа дипломную работу - и поспособствовала, чтобы ее любимого протеже приняли в аспирантуру; невзрачная умница, молодая кандидат медицинских наук помогла Роману с учебой в аспирантуре… Но получив от этих женщин желаемое, Роман их бросал, без всякого сожаления…
***
Следующей «ступенькой», на пути к вершине вожделенного, Роман избрал красавицу Аглаю Викторовну: она является заведующей кафедрой – из нее можно извлечь максимум пользы! - так мыслил этот субъект – и он приступил к соблазнению, выбранного им объекта…
Этот высокий и накачанный парень с белозубой улыбкой, и глазами с хитринкой, источающий приятный запах дорогого парфюма, непринужденно вошел в кабинет заведующей кафедры:
- Аглаечка Викторовна, я совсем недавно приступил к своим обязанностям, а некоторые… уже требуют с меня, как с доцента, но вы, же понимаете, что «всякому овощу свое время»...?! – Роман смотрел на Аглаю, глазами преданной собаки, а его шаловливая рука, с нежностью, прошлась по ее ладони.
Поскольку, Аглая Викторовна не остановила его…, Роман продолжил:
- Мне предложили заменить преподавателя, на подготовительных курсах - и вот я занимаюсь с теми, кто желает поступить к нам…- а эти борзые десятиклассники выдвигают мне претензии… Может вы, найдете время и придете на мои занятия - и подскажите мне, как укрощать недовольных?! – Роман положил свою теплую ладонь на ее руку…- Аглая, поняв неловкость момента, молча, убрала свою руку, но легкая волна услады пробежала по ее телу: этот Роман был незначительно моложе ее – и он красив, и дерзок, и ласков, а Аглая, до костей, промерзла в «царстве» пожилого тирана «Кощея»...
Такие особи, как Роман, моментально, считывают внутреннее состояние своих жертв – и, хотя Аглая постаралась взять себя в руки - и достала свой блокнот для записей, открыла его и принялась записывать, пожелания Романа, а тот, между тем, «гнул свою линию»:
- Аглаечка Викторовна, еще у меня застопорилась работа над моей кандидатской…- не посмотрите?! Возможно, что-то подскажите?! – и, как бы невзначай, его шаловливая рука коснулась груди Аглаи…
В этот момент, Аглая узрела два глаза, что внимательно наблюдали за ней через окно…- она встала со своего места и призвала Романа к порядку:
- Роман Иванович, пожалуйста, следите за своими руками: что они, у вас, будто тряпичные, болтаются туда, сюда… Скоро прозвенит звонок, попрошу вас покинуть мой кабинет…- и она указала Роману на дверь, которая открылась, но не по желанию Аглаи…- Кирилл Дмитриевич зашел в ее кабинет, якобы по делу…, но он желал, знать причину любопытства женщины-доцента, которая подглядывала, за происходящим в кабинете Аглаи…
- Аглая Викторовна, вы, все же посмотрите мою кандидатскую? – напоследок, жалобно вопрошал молодой ловелас, но Аглая промолчала…
Прозвенел спасительный звонок – и Кирилл Дмитриевич ретировался, но обещался заглянуть к Аглае Викторовне после лекций…
***
Аглая понятия не имела, о существовании отвергнутых женщин Романа, а между тем они, ревниво, следили за каждым его шагом…- и вскоре, по институту пронесся слушок: Аглая Викторовна состоит в отношениях с новеньким, Романом…- и не стесняясь окружающих, они закрываются в кабинете Аглаи…
Отвергнутая доцент пошла дальше остальных: она посетила Генриха…, перед тем, как уйти домой – и поведала ему о распутстве его жены…- ведь, ее щупают за титьки и лезут ей под юбку, прямо на рабочем месте!!!
И, вновь, Генрих Арнольдович потерял над собой контроль: сука-жена, вместо того, чтобы трудиться на благо мужа, завела «шашни» в институте…- и теперь о его ветвистых рогах судачит весь институт!!!
Время было позднее, в институте, кроме вахтера никого не наблюдалось - и «рогатый» муж дал волю своему гневу! Он ворвался в кабинет Аглаи, как смерч, сметая все на пути – и от удара его кулака, Аглая отлетела к стене, а ожесточенный Генрих принялся лупить супругу, как боксерскую грушу…
Кабинет Кирилла Дмитриевича находится напротив кабинета Аглаи Викторовны – и он, случайно, увидел, с каким зверским лицом Генрих Арнольдович вбежал в кабинет супруги, потом он услышал, как вскрикнула, застигнутая врасплох, Аглая – раздались глухие удары, а затем, ее стоны…
Нет, Кириллу Дмитриевичу было не жаль эту молодую легкомысленную женщину, которая, вдобавок ко всему, лишила его повышения…, но Аглая все-таки женщина – и избивать ее…- последнее дело! В общем, Кирилл Дмитриевич вышел в коридор и погремел ведром, что в неприметном углу оставила уборщица – и этот шум, страшным гулом отозвался в пустом коридоре - и отрезвляюще подействовал на ревнивца, и Генрих Арнольдович, спешно, покинул кабинет супруги…- только его удирающие пятки и видели…
***
Спустя некоторое время, из своего кабинета, покачиваясь и держась за голову, вышла потрепанная Аглая, со следами побоев, крови …
- Куда, это она направилась? – заинтересовался Кирилл Дмитриевич и, держась на расстоянии, последовал за ней, а Аглая, видимо, плохо соображая, что к чему…, устремилась к лестнице: ей захотелось побыстрее оказаться рядом с мудрой мамой…- уж она подскажет Аглае, как ей дальше быть…
Аглая, держась за перила, тихонько спускалась по ступенькам вниз, но на площадке, перед следующим пролетом лестницы, упала и осталась лежать, не шевелясь…- Кирилл Дмитриевич сбежал по ступенькам, к неподвижной Аглае и наклонился над ней, и увидев, что она в сознании, он проговорил:
- Голубушка, Аглая Викторовна, как же вас угораздило, упасть с лестницы? Вы, разбились - идти сможете?!
Аглая, хотя и плохо соображала, из-за шума в голове и головокружения, но тут же ухватилась за его подсказку, как утопающий хватается за соломинку – и своими развитыми губами, она прошептала Кириллу…
- Да, я упала с лестницы, ударилась головой и мне больно дышать, а голова жутко кружиться…- позвоните моей маме…
- Дорогая, вам не маме звонить нужно, тут помощь медиков нужна…- вы, лежите, не двигайтесь, а я на вахту…, по телефону скорую…вызову! – перед тем, как побежать вниз, по лестнице, Кирилл Дмитриевич еще раз глянул на распростертое и беспомощное тело Аглаи – и в этот момент, она напомнила ему, любимую им, но ныне покойную, его Верочку… Кирилл Дмитриевич больше не мог презирать эту девочку – Аглаю! Ему стало бесконечно жаль молодую женщину, которая, из какого-то заблуждения, вышла замуж за жестокосердечного старца – и тот вытягивает, словно вампир, из нее: ее талант, молодость, здоровье, красоту…! Еще и бьет, немилосердно!
Вызванная скорая помощь, приехала быстро – и перед тем, как потерять сознание, Аглая успела, сообщить врачу, что она оступилась – и упала с лестницы… Когда скорая уехала, увозя с собой избитую Аглаю, Кирилл Дмитриевич поднялся в ее кабинет. На столе, в коробке, у нее лежал черновик ее докторской диссертации, над ней Аглая работала в столь позднее время…- возможно, еще и этот обнаруженный факт, так взбесил этого злобного Генриха? Как бы там не было, по какому-то наитию, Кирилл Дмитриевич собрал, разбросанные в беспорядке по полу, отдельные листы черновой версии ее докторской… и сложил в туже коробку. Он вытер со стены, стола и на полу капли подсохшей крови Аглаи, чтобы не давать лишнего повода для сплетен, потом заветную коробку взял в свои руки и выключил свет в ее кабинете…
На следующий день, с утра Кирилл Дмитриевич зашел в кабинет проректора института Виктора Анисимовича и протянув ему коробку Аглаи, промолвил:
- Вчера, вечером ваша дочь оступилась на лестнице и сильно ушиблась – ее забрала скорая…, а это ее черновики: очевидно, она задержалась…, чтобы поработать над своей докторской… Я забрал эту коробку из ее кабинета, оставшегося открытым, чтобы в ее отсутствие, ничто не пропало… Потом, в кабинете осталась и ее верхняя одежда...
Кирилл Дмитриевич пошел к выходу и услышал, как проректор поблагодарил его, вслед: похоже, что дежуривший тем вечером вахтер, успел поведать, в каком состояние дочь проректора увезла скорая…- и, как суетился около Аглаи, Кирилл Дмитриевич.
***
Вахтер, после отъезда скорой..., дозвонился до Виктора Анисимовича…- и вместе с женой Валерией, они поехали в больницу, куда увезли их дочь… Дежурный врач учился, когда-то, у Виктора Анисимовича – он и позволил родителям лицезреть, спящую под действием обезболивающего, Аглаю…
- Может она и упала…, потом…, но такие ушибы, как у вашей дочери, можно получить, только, в результате зверского избиения! У нее еще и сотрясение мозга, и сломаны два ребра… - докладывал им врач…
- Пожалуйста, голубчик, версию избиения не нужно озвучивать! Наша дочь оступилась на лестнице…: не хотелось бы привлекать к нашей девочке внимания милиции – это ненужные слухи, сплетни… Муж у нее… - зверь, явно его рук, дело…- Виктор Анисимович тяжко вздохнул…
Вернувшись домой, эти супруги, порознь, плакали: из их памяти не уходил вид их несчастной дочери...– и они проклинали злого монстра Генриха!
***
Почти месяц провела в больнице Аглая, но виновник ее страданий – муж Генрих так ни разу ее и не навестил. Валерия каждый день проведывала дочь в больнице – вот, Виктор Анисимович не мог вырваться из института: дела не отпускали, а по вечерам и в выходные дни он был занят тем, что работал над завершением докторской диссертацией своей дочери. Когда Аглая узнала об этом, она расстроилась…
- Мама, зачем папа так делает? Он не верит, что я смогу представить ученому совету достойную докторскую диссертацию? – она готова была заплакать.
- Глупенькая! Отец прекрасно знает, что ты, способна стать даже академиком…- ведь, ты, его дочь – и его талант ученого, передался тебе! Он так же ведает, что Генрих, нещадно, эксплуатирует тебя…: ему не удалось бы получить звание-профессор, если бы не ты! Виктор тебя любит…- и хочет, таким образом, доказать тебе свою отцовскую любовь!!! – Валерия гладила Аглаю по голове, как маленькую: их дочке все же удалось, разрушить стену, из невысказанных взаимных обид, что встала на пути к счастью ее родителей давным-давно, из-за пройдохи и карьериста - Генриха! Страх за единственную дочь, сплотил их – и сцементировал брак Валерии и Виктора, теперь…
***
Прикинув, что следы побоев, на лице Аглаи Викторовны, не должны выглядеть столь явно…- ее навестил и Кирилл Дмитриевич. Он пришел с двумя термосами…: в одном… находился куриный бульон, а в другом термосе – картофельное пюре с паровыми котлетками…
Аглаю растрогало внимание Кирилла Дмитриевича – и не дожидаясь его ухода, она принялась пить куриный бульон…
- Боже, как вкусно! Я, только теперь, поняла: насколько я голодна… Больничная пища пресная, а мама приносит одни творожки и йогурты! - и, с аппетитом, Аглая принялась поглощать картофельное пюре с котлетками…, а Кирилл Дмитриевич, по-доброму, смотрел на нее и улыбался…
- Голубушка, к вам вернулся аппетит…- несомненно, вы, на пути к выздоровлению – я, непременно, вас еще навещу…- пообещал он.
- Аглая, почему ты, утаила от меня, что тебе не нравится больничная пища? Неловко получилось… Сегодня же Нюше накажу, чтобы она сварила тебе куриный бульон, а на второе…, что приготовить тебе?! – Валерия чувствовала себя никудышной матерью: не догадаться принести дочери элементарный куриный бульон?!!
- Не смущайтесь, Валерия: вы, должно быть, придерживаетесь диеты – вот и решили, что вашей дочке достаточно больничной пищи и творожков – и она сыта! Знаете, а ведь вашего мужа Аглая Викторовна, навестили товарищи из милиции – и задавали ему неприятные вопросы, в отношении ваших травм: не поверили ему, что вы, упали с лестницы…- вот и грозили ему тюремным сроком… Такого страха на него нагнали, что наш декан на больничный сбежал! - Кириллу Дмитриевичу это показалось забавным – и он не сдержался, громко рассмеялся… Но Аглая и Валерия, сперва оторопели, от этакого известия…- и, лишь затем, и они расхохотались, до слез...
***
Практически месяц ушел у Аглаи, на излечение полученных травм, а с обретением прежнего, телесного здоровья, к ней воротился и ее красивый, и цветущий внешний вид! И былой, но утраченный вкус к жизни, к ней возвратился, тоже! Выписавшись из больницы, Аглая поехала жить к своим родителям - и ее муж Генрих ни словом не возразил, ни взглядом: их общение, ныне ограничивалось обсуждением учебно-рабочих моментов, и только - словно «арктическая стужа» соорудила стену отчуждения между супругами…
***
В личном плане, Аглая, пережив крах своих девичьих иллюзий в браке с пожилым и деспотичным Генрихом Арнольдовичем, обрела надежду на женское счастье в потаенных отношениях с Кириллом Дмитриевичем…
Сам Кирилл Дмитриевич тяжело пережил утрату любимой Верочки, но их дочь была настроена агрессивно, по отношению к своему отцу: Ольга не могла ему простить, что от нее скрыли, как тяжело болела ее мама - и о ее смерти, Ольга узнала слишком поздно! Это их замалчивание, лишило Ольгу возможности, поведать умирающей маме, как она любит ее – и попросить прощения, за все свои прегрешения, перед той, что даровала ей жизнь!!!
В общем, непростые жизненные обстоятельства послужили сближению двух одиночеств – Аглая и Кирилл потянулись друг к другу - и в жарких объятьях они обрели телесное тепло…- и душевное, тоже…, что и позволило им отогреться…, и с оптимизмом посмотреть в будущее!
***
Как с самым близким человеком, Кирилл Дмитриевич делился, именно с Аглаей своими горестями: его дочь Ольга ушла от своего мужа Глеба, бросив на него и их новорожденную дочку; в родной город и в квартиру, где проживала с самого рождения, вернулась Ольга не одна - и семилетнего сына Никиту привезла с собой, но лучше бы и его оставила на Глеба - мальчик сильно привязан к отцу; внука Никиту беспокоит разлад, случившийся между родителями и сплетни соседок, по этому поводу; Ольга интрижку завела со своим бывшим одноклассником…- и это не сулит добра…
Затем, Кирилл Дмитриевич объявил Аглае, что на следующей неделе, их встречи на его квартире отменяются: дочь Ольга ложиться в больницу – и на его попечении остается внук Никита…
После выписки Ольги из клиники, Кирилл Дмитриевич попросил Аглаю: посодействовать в переводе его зятя из воинской части города Р, в их городской госпиталь…- и Аглая, через троюродного брата, устроила перевод военного врача лейтенанта Невзорова… Невозможно было не поддержать Кирилла Дмитриевича: он осунулся, из-за семейных неурядиц дочери, а Аглая не могла видеть дорогого мужчину потерянным – вот, оказала ему посильную помощь и с трудоустройством Глеба в их Университет, на полставки…
***
В свою очередь – и Генрих Арнольдович, пока Аглая находилась в больнице, времени даром не терял – и «навел мосты» к невзрачной умнице, кандидату медицинских наук, что помогла Роману с учебой в аспирантуре… И все бы ничего: неказистая молодая женщина была рада и крохам внимания к себе, но эта умница, хотя и очень старалась, но уступала его жене Аглае: и в интеллектуальных способностях, и в плане работоспособности…
Генрих Арнольдович, наконец, уразумел: надежда на исполнении его мечты становится все призрачнее – и получение звания - член-корреспондент академии наук грозит и вовсе перейти в разряд неосуществимых!
Бросится к Аглае и умолять ее вернуться…, к этому Генрих был еще не готов: он знал себя и чувствовал, что может вновь сорваться и отдубасить, хорошенько, свою умненькую и одаренную жену Аглаю, а это грозило ему, объяснением с милиционерами и сроком… Невзрачная кандидат наук не вызывала в нем такого приступа бешенства: она не была столь яркой и одаренной личностью, как его жена…- и Генрих решил, дать этой дурнушке еще один шанс…
Потом, Генрих Арнольдович пожалел о своем «милосердии»: он и не заметил, как упустил свой шанс, на примирение с Аглаей – теперь, и дурнушка бесила его, словно во всех его бедах была виновата эта покорная «моль»!
Генрих Арнольдович совсем уж, было, отчаялся, примирится с Аглаей, чтобы в последствии, с ее помощью, стать академиком, но удача – капризная и азартная дама - и играет людскими судьбами, словно раскладывает пасьянс... Будто бы по взмаху волшебной палочки, исчезла из жизни Генриха… не очень талантливая и некрасивая кандидат наук – а ему, даже, не пришлось идти с ней на обострение отношений…
***
Один, из четырех проректоров Медицинского университета, готовился к своему юбилею – он подошел к старине Генриху с пригласительным…, на два лица: для самого Генриха и его жены Аглаи… Даже, продемонстрировал, на листе, план рассадки гостей в ресторане, чтобы приглашенные знали заранее, где находятся их места! Генрих Арнольдович понял: судьба дарит ему еще один шанс – и он направился в сторону кабинета Аглаи…
- Здравствуй… Проректор Михаил Иванович напомнил мне, что мы с тобой все еще супруги, хотя бы в представлении наших коллег: он вручил мне пригласительный билет, для нас, двоих… Аглая, в пятницу состоится чествование юбиляра в ресторане…, где мы должны присутствовать! Я заеду за тобой к шести…, вечера – к этому времени почисти свои «перышки» и надень красивый наряд: жена профессора Генриха Арнольдовича должна выглядеть безукоризненно!!! - ее презентабельный муж направился к двери, а Аглая осталась в растерянности, не понимая, как ей поступить…
Она обратилась за помощью к матери, но Валерия недолго раздумывала:
- Аглая, как ни печально, но тебе придется, в ресторан явится в обществе Генриха: вы, по-прежнему муж и жена – и не стоит шокировать коллег! Потом, если ты, объявишься в ресторане под руку с Кириллом…- это может вызвать ненужный резонанс – и ваш поступок будет выглядеть, со стороны, как жест пренебрежительного отношения к мнению окружающих… И то, и другое пагубно отразится на авторитете твоего отца…- и на твоей репутации… Лучше тебе доченька, вечер побыть женой профессора! Или женщиной-одиночкой?!
***
Кирилл Дмитриевич согласился с мнением Валерии: несмотря на то, что он был свободен от уз брака, женится на Аглае, Кирилл Дмитриевич не мог…- дочь Ольга восприняла бы его поступок за предательство памяти ее матери…- и указала бы отцу на дверь, и запретила бы ему общаться с внуком и внучкой...- Кирилл Дмитриевич, честно, поведал о своих опасениях Аглае:
- Аглая, я хотел бы быть тебе мужем, но не все в моей воле… – и любить тебя могу только тайно! Большее пообещать, только тебя и себя обманывать, понапрасну! – Кирилл Дмитриевич смотрел с грустью, а в его глазах светилась нестерпимая тоска и умная Аглая приняла обстоятельства каковыми они были!
***
Перед самым приездом Генриха Арнольдовича, Аглая все же приняла решение и сообщила о нем своим родителям:
- Я долго думала и решила, если Генрих предложит сойтись…- я приму его предложение: быть женой злобного тирана непросто, но и одинокой женщине несладко живется…- мне бы не хотелось, застрять в их рядах! Попытаюсь не злить Генриха, хотя это и сложно: его настроение не поддается корректировке! Если же он вновь поднимет на меня руку, уйду от него, насовсем и не оглянусь, напоследок! – и родителям пришлось смириться, с выбором дочери.
***
После вечера, проведенного в ресторане, Аглая приняла предложение Генриха – и вернулась в «царство Кощея». Первое время, Генрих Арнольдович успешно усмирял свой нрав, памятуя о том, что ему, без помощи Аглаи, не достичь заветной цели – и не стать член-корреспондентом академии наук!
***
Время шло…- и воспоминания недалекого былого притуплялись, а гонор прорывался наружу: он-профессор, а вынужден подстраиваться под молодую зазнайку! Потом, Генрих Арнольдович был опытным сердцеедом: с его-то прошлым - он отлично научился, разбираться в настроении женщин – и, хотя Аглая больше не давала повода для сплетен, но Генрих Арнольдович «носом чуял», что его жена наставляет ему рога… Узнать бы с кем?! Во всяком случае, он не мог сдерживаться, чтобы не надавать ей хороших тычков, когда его Аглаи представала перед мужем, с подозрительно горящими глазами…
В тот раз, он сам разрешил Аглае не ночевать дома: у ее ассистента Глеба Невзорова дома имелся компьютер, а отдать в печать готовую научную работу следовало спешно...- через день Генрих Арнольдович собрался, лично, выступить на семинаре, с данным научным творением Аглаи и Невзорова!
Генрих Арнольдович благословил жену, на работу в ночное время, но попозже надумал, проверить ее – и, как на грех, Аглая открыла ему входную дверь, а глаза ее сияли, как у кошки…– в темноте, словно она только, что вылезла из постели любовника – он и отвесил жене пощечину! Оказалось, зря: у этого Невзорова жена была дома и дети…
- Надо взять себя в руки – это обидно, конечно: с презентацией данной научной работы собирался выступить я…, но этот удачный труд присвоил себе другой, более могущественный…- и ректор оказался в курсе, кто на самом деле корпел над той работой… Завтра мы с Аглаей приглашены в мэрию, а в сентябре намечается моя командировка в США… - главное, держать себя в узде и не распускать руки! Если я сорвусь на Аглаю, могу и загреметь в тюрьму, а не заграницу! Не хотелось бы! – Генриху Арнольдовичу, с трудом, удалось уговорить себя - и смирить свой завистливый гнев! Он отправился в свою спальню, хотя его кулаки и зудели, и так хотелось отлупить Аглаю!
- Как смеет эта «курица» быть умнее своего мужа?! – с этой мыслью, Генрих Арнольдович «провалился» в тревожный сон, как в глубокую яму…
***
Аглая лежала в постели, но ей не спалось: она чувствовала настроение мужа – и интуиция ей подсказывала, что Генрих намерен, всю свою досаду и накипевшее зло, «выплеснуть» на нее!
- Интересно, от кого ректор узнал, что, именно, мы с Глебом работали над этим научным трудом?! Славно, что все лавры достались незнакомцу, а Генрих остался «с носом»! – Аглая вспомнила лицо мужа, когда тот узнал, что ему не следует никуда ехать: нашелся специалист, из Министерства - он сумеет достойно представить наш ВУЗ…
За стенкой раздался храп – сперва, Аглая не поверила своим ушам…, тем не менее она не обманывалась: ее линчевание, по какой-то непонятной ей причине, откладывалось на неопределенный срок…
***
Прием в мэрии прошел превосходно! К тому же Глеб Невзоров повстречал на приеме своего дальнего родственника Андрона Семеновича, весьма успешного бизнесмена – и представил его ректору, и Генриху Арнольдовичу… В дальнейшем, эти трое нашли тему для серьезного и занимательного разговора – им было не до окружающих…– и Аглая могла позволить себе, танцевать с незнакомцами, но в основном танцевала с Глебом.
Ольга не ожидала, но на том приеме, в мэрии повстречалась со своим недавним любовником Дмитрием: мэр и его помощники предпочитали видеть в своем окружении бизнесменов, состоятельных…
- Знакомьтесь - Глеб, мой муж, а это мой бывший одноклассник Дмитрий…- нисколько не смущаясь, Ольга представила мужчин друг другу.
Хваткий Дмитрий тут же закружил Ольгу в танце, а Глеб пригласил Аглаю…
- Ольга, у тебя замечательный муж…- не понимаю, зачем тебе захотелось его бросить?! – Дмитрий вел себя надменно, смотрел на Ольгу свысока…
- Все познается в сравнении…- благодаря тебе, я осознала, что лучше Глеба, мне мужа не сыскать! Не скрою, после нашего расставания я горевала – и довольно сильно – у меня даже случился выкидыш… Пролежав в отделении гинекологии три дня, и насмотревшись на женщин в разной жизненной ситуации, я поняла, как же мне повезло в жизни с мужем…- и я вернулась к своему Глебу! – Ольга улыбнулась Дмитрию особой, каверзной улыбкой, а ее партнер по танцу больше не улыбался…
- Ты, забеременела от меня? Почему ничего не сказала? – жестко, осведомился бывший одноклассник…
- Что, теперь говорить об этом? Срок был небольшой…- я и сама не догадывалась о беременности, пока живот не разболелся… – пришлось скорую помощь вызывать…- Ольга, только теперь, поняла, что душка-Дима мало отличался от Стаса: похоже и этот милашка, при случае, может поднять руку на женщину – и Ольга возрадовалась, что Дмитрий бросил ее по собственному желанию…
Потанцевав, Глеб и Ольга, и Аглая вернулись к шведскому столу: вкусная еда и бокал шампанского… всегда и практически всем поднимают настроение…
***
После приема в мэрии, мужа Аглаи будто подменили: он ходил, словно окрыленный! Впереди Генриха Арнольдовича ожидала поездка в США…- и новый знакомый - Андрон Семенович вознамерившись открыть новый цех по производству детского питания…- он и уполномочил Генриха Арнольдовича: приглядеть в США, необходимое ему оборудование, естественно, за плату… Генрих, и правда, почувствовал себя помолодевшим, лет на десять: ему, вновь удалось обойти своего соперника!!! Виктора Анисимовича никто заграницу не посылает – и такого могущественного приятеля, каковым является Андрон Семенович, у Виктора нет…
Несмотря на бодрый настрой своего мужа, Аглая все же вела себя настороженно: у ее Генриха в любой момент могло испортиться настроение – а плохое расположение его духа грозило бедой Аглае…
Все страхи остались позади: день тот наступил - и в конце августа Аглая провожала мужа в аэропорту…, тому предстоял долгий перелет в США.
- Аглая, веди себя прилично: я попросил кое-кого приглядеть за тобой, если что-то пойдет не так…- пеняй на себя и пощады не жди!!! – зловеще, прошипел муж Генрих, на прощание…
***
По приезде в Америку, первое, что сделал сам Генрих Арнольдович - сошелся, близко, с перезрелой и невзрачной дочерью американского доктора философии и декана факультета, где ему предстояло, прочесть курс лекций студентам. Благодаря этой связи, его командировка продлилась еще на четыре месяца – и домой Генрих Арнольдович вернулся только в конце марта месяца.
За эти семь месяцев, что муж отсутствовал дома, Аглая тоже времени не теряла: она защитила докторскую диссертацию – и получила степень доктора наук, а также была удостоена звания – доцент…
В личной жизни Аглаи, по-прежнему присутствовал ее спаситель и милый друг - Кирилл Дмитриевич. Жаль, что его отношения с дочерью Ольгой оставались неизменно-прохладными - и милый ее сердцу мужчина все время пребывал в страхе, что его дочь может запретить ему, видеться с внуками - Никитой и Ией…, а он их любил, притом с нежной страстью!
***
Добившись определенного положения в науке – и самой Аглае хотелось родить ребенка, тем более, что ей перевалило за тридцать, но немолодой муж ставил крест, на ее желание! Вновь, горько пожалела Аглая о своем выборе…
***
Воротившийся домой, муж Генрих не оставлял времени Аглае на личные переживания: его желания, стать член-корреспондентом академии наук, ничто не отменяло! Чтобы Аглая не тратила драгоценного времени на дела домашние – Генрих Арнольдович взял ей, в помощницы по хозяйству, мать и дочь: эти две особы приходились дальними родственницами Генриху Арнольдовичу и приехали они с Украины. В общем, трудилась Аглая на поприще науки, только с перерывом на обед и ужин…- и урывала времечко, чтобы с милым Кириллом встретиться, а, в противном случае, Аглае «светила» бы затяжная депрессия…
***
Генрих Арнольдович недолго ходил «гоголем»: быстро выяснилось, что его соперник – Виктор Анисимович, тоже, с месяц читал лекции студентам в Германии… Из Германии, им же, было выписано необходимое оборудование, для цеха по производству детского питания… Андрон Семенович щедро отблагодарил старину Виктора, за его хлопоты…– с той поры Виктор Анисимович и Андрон Семенович поддерживают приятельские отношения!
Потом, пока Генрих Арнольдович преподавал в Америке…, хлопотами Виктора Анисимовича, в пустующем здании, относящемуся к Медицинскому университету, произвели небольшой ремонт и закупили на средства спонсоров необходимое медицинское оборудование… Так была создана университетская клиника, где, на платной основе, преподаватели университета ведут прием страждущих излечения, а студенты-медики проходят в той клинике практику...
***
Два часа, пять дней – в неделю, Аглая и Глеб ведут прием пациентов в университетской клинике. Она выбрала себе в напарники Глеба Невзорова по совету Кирилла Дмитриевича: муж Аглаи в курсе, что Глеб любит свою жену, а стало быть и не станет ревновать ее к данному коллеге… Потом, Глеб располагает некоторым опытом врачебной практики..., а Аглая теоретически «подкована»! Их совместная работа сладилась…- и пациенты выстроились к ним в очередь, по записи: у Аглаи и Глеба появились свои, благодарные пациенты, кому своевременно и верно они поставили диагнозы заболеваний…
Беда приходит нежданно…
Отработав в госпитале положенные три года, Глеб уволился из армии – ныне он -кандидат медицинских наук и старший преподаватель Медицинского университета…: на той же кафедре, где преподает и его тесть – доцент Кирилл Дмитриевич, который поддерживает своего зятя и советом, и делом…
В семье Глеба царит некое благополучие: сын Никита перешел в пятый класс, а дочке Ии исполнилось четыре годика, но в садик она не ходит…- ею, по-прежнему, занимается няня Галина. Жена Глеба - Ольга, утомившись от однообразной жизни неработающей женщины, нашла себе занятие по душе: в ближайшем, к дому, Дворце Культуры она ведет платный кружок танцев, для девочек дошкольного возраста… (в этот кружок водит Галина и малышку Ию).
***
Невольно или намеренно, но однажды на занятия к Ольге заявилась ее давняя недоброжелательница Полина. Она пришла не одна, а с сынишкой Сашей, который был младше малышки Ии на пару месяцев…
Когда занятие закончилось, Галина увела вместе с Ией и мальчика Сашу, погулять в парке, чтобы двум бывшим однокурсницам ничто не помешало, погрузиться в воспоминания о счастливом, но прошлом…
- Ольга, ты прекрасно выглядишь и хорошо устроилась, словно в стране не бушует безработица и нищета… Обучением детей танцам, ведь много не заработаешь? – с завистью, смотрела поблекшая Полина, на цветущую Ольгу…
Ольга взглянула на завидущую соперницу с улыбкой и некой долей превосходства прежде, чем ответить:
- Да, я веду этот кружок для собственного удовольствия…, но Глеб и не требует от меня, чтобы я превратилась в добытчицу денег… Вот, он старается зарабатывать по максимуму: читает лекции в Медицинском университете – и как врач подрабатывает в университетской клинике…- именно, там он зарабатывает за два часа больше, чем чтением лекций… Крутиться, как может, мой Глеб, но ему нужно еще оплачивать няню для нашей Ии – и он, постоянно, высылает деньги своей тете…- пусть и вкалывает! Потом, мой отец, тоже трудится, можно сказать, исключительно на нашу семью…, но больше всех нам помогает Андрон Семенович: тот и деньги дает, не считая; и продуктами обеспечивает…; и сына моего берет с собой то в Турцию, то в Испанию…- вот, в Италию и меня взяли отдохнуть! Такая там красота, неописуемая!!! Да, у меня все складывается замечательно, несмотря на тяжелые времена…- мне без разницы, кто правит страной: я и при Брежневе жила, горя не знала…- мне «по барабану» и Ельцин…- не от них зависит мое благополучие!!! Я слышала, что ты, вышла замуж за Гришу? Как он? – поинтересовалась Ольга.
- Твой Глеб…- редкий мужчина: принял твоего сына, рожденного от другого…, на такое немногие способны!!! Стало быть, дед Стаса не забывает своего правнука… Кстати, и Стас скоро в городе объявиться: расформировали их спецотдел, как нерентабельный...- некоторых сотрудников отправили в отставку, остальных – на вольные хлеба, подопытных детей – в детский дом вернули, а солдат уволили на гражданку. Мой Гриша тоже остался вольным: не у дел, но в нашем городе надеется устроиться в поликлинику, на грошовую зарплату…- ему только на должность участкового терапевта и можно рассчитывать! Твоего сводного брата Стаса дожидается целая клиника…, но редко кому так повезет с дедом…- молодец этот Андрон Семенович! – завистливая Полина тяжко вздохнула и со злостью посмотрела на Ольгу…
Впереди показалась Галина: после прогулки по парку, она вела детей – Ию и Сашу к их матерям… Подходило время ужина – и Ольга распрощалась с Полиной, в надежде, увидеть ее нескоро…
***
Распрощавшись с Ольгой, Полина погрузилась в воспоминании о том дне…: она так рассчитывала, что приятели Павла позарятся на красивую Ольгу – и не избежать той изнасилования… Но все вышло наоборот: Ольга с Диной не поехали на дачу к Павлу – и Полине пришлось «отдуваться» за троих…
Почувствовав первые признаки беременности, Полина возненавидела, тотчас, еще не рожденного, но своего малыша: его отцом мог быть один, из троих насильников… Как-то, ей пришла в голову идея: не делать аборт, а женить на себе слизняка-Гришу…- ведь, и с ним у нее была близость, «по пьяни»… Она раздобыла адрес его полевой почты – и сообщила Грише, в письме, что беременна от него… Совестливый Гриша вызвал к себе Полину – и в том военном городке состоялась их скудненькая свадьба…
Длительное время жить с Гришей она не смогла бы, но в той же части служил и Стас – ее первая и единственная любовь, которую разбила противная Олька, одним своим появлением! Конечно, Полина не могла, не ненавидеть эту скверную выскочку Ольку!!! Эту гадину следовало, жестоко, проучить!!!
В общем, Полина, в отличии от Ольги, собиралась сойтись, поближе с ней, мерзкой разлучницей: нужно было отомстить за себя и Стаса - и нанести Ольге сокрушительный удар, от которого она не оправилась бы никогда!!!
- Необходимо стереть со смазливого личика Ольки ее самодовольную улыбку! Тварь, мерзостная! Родила сына от моего любимого Стасика – и теперь жирует, за счет прадеда своего Никитки!!! Пусть, эта зазнайка, наконец, познает скорбь и тяжесть потерь!!! Пусть отведает горя, горького!!! – с пылкой страстью, она призывала лихо, на голову ненавистной Ольги… – и Полина была намерена: перешагнуть, через любые моральные условности, лишь бы уничтожить эту самодовольную су..у-Ольку, которая увела у Полины парня ее мечты и лишила ее мужа, о котором та грезила, чуть ли не с раннего детства!
***
Тот солнечный июньский день не сулил беды…, но с самого утра все пошло не так…: спозаранку позвонила няня Ии, чтобы отпросится до обеда; после завтрака, на пороге ее квартиры, объявилась нежеланная и нежданная Полина, со своим сынком…- и поневоле, Ольге пришлось пойти «на поводу» у своей дочери Ии – той захотелось пойти в гости к Саше, чтобы поиграть с его щенком… Жаль, Никита не пожелал, идти в гости к тете Полине: сын Ольги собирался на тренировку…
Вскоре, объявился и Андрон Семенович: тот намеревался, сопроводить Никиту в спортзал, а из-за могучей спины Андрона Семеновича вышел, на свет - Стас… Приход ее бывшего жениха, вовсе не обрадовал Ольгу, но привел в восторг Полину…- и она стала зазывать Стаса в гости…- и тот, со странной ухмылкой и диковатым блеском, в глазах…- согласился!
***
Еще в троллейбусе, Ольге стало не по себе, едва она перехватила взгляд Стаса: с неприкрытой враждой тот смотрел на детей – Ию и Сашу, но Полина не обращала внимания, на подобные мелочи…- повисла на руке желанного мужчины и что-то лепетала Стасу на ушко…
Наконец, они добрались до частного дома, где проживала Полина с сыном, мужем Гришей и его матерью… Миновав небольшой огородик, проследовали в деревянный домик: там немилосердно скрипели половицы и царивший сумрак, и вся обстановка, придавали жилью вид таинственного ведьминого чертога… Из спальной комнаты…, навстречу гостям, вышел взъерошенный Гриша – и увидев Стаса, он замер, почуяв беду…
- Стало быть, в таких избушках, на «курьих ножках» живут правдолюбы, типа твоего супруга, Полина? Ваша квартира, в военном городке, выглядела приличней…- Стас говорил на повышенных тонах и весь его вид говорил, о крайней степени возбуждения: встреча с Гришей подействовала на него, как на быка, красная тряпка…
Ольга, хорошо усвоившая нрав Стаса, решила, от лиха…, выпроводить детей на улицу: - Саша, уведи Ию в огород, там и поиграете со щенком…
Стас понял намерение Ольги, но у него, очевидно, были свои планы на этих детей…- и он подтолкнул, к выходу Сашу, а Ии перегородил дорогу:
- Давай пацан, неси своего собакена: в доме с ним позабавимся! – и послушный мальчик Саша пошел за своим, любимым питомцем...
Стас, тем временем и не думал, укрощать свою злобу – так и исходил желчью на Гришу:
- Ну, что, правдоискатель: помогла тебе, твоя кляуза? Оба мы оказались не у дел, но ты, ведь на другой результат рассчитывал? Смотрю, и сынок твой таким же слюнтяем растет, но ничего: сейчас, преподнесу вашим деткам урок!
В этот момент, в дом вошел Саша, в его руках находился милый и забавный «комочек»… – и впечатлительная Ия бросилась, на встречу другу.
- Какой он у тебя потешный и хорошенький…- успела восхититься Ия…- и щенком завладел Стас…
- Дети, жизнь – штука непростая, и в ней хорошо живется только тому, кто не распускает восторженные сопли, при виде таких пухленьких собачонок! Вы, с детства, должны воспитывать в себе спокойствие и хладнокровие…- и сердцам, своим прививать необходимую привычку: быть нечувствительными, к мукам других… В этом залог успеха, при построении карьеры – в вашем, будущем…- и такие качества, как хладнокровие и умение перешагнуть, через желания и страдания других…, приведут вас, к чрезвычайно, обеспеченной жизни!!! Я, понятно говорю? Саша, если не хочешь, по жизни, быть таким же ничтожным червем, как твой папаша…- «мотай на ус» все, чему я учу вас…- лицо Стаса приняло изуверское выражение – и Ольга поняла: после присказки последует нечто, ужасное…- и не ошиблась!
Стас посмотрел на детей – Ию и Сашу уничижительно – и продолжил вещать:
- Сейчас, я преподам вам дети, первый урок: это будет первая прививка нечувствительности к мукам других…- смотрите!!! – и Стас, что есть силы, швырнул милое создание о стену – и покалеченный щенок заскулил, от боли…
Ольга и Гриша, и их дети – Саша и Ия затряслись, от ужаса…, а Стасу этого показалось мало…- он принялся, топтать ногами, издыхающего малыша. Только, Полина спокойно взирала на страдания, истекающего кровью, щенка!
Кара, но не Небесная, настигла Стаса, почти моментально: собака Альма каким-то чудом, услышала предсмертное тихое поскуливание своего щенка – вмиг, она оказалась на крыльце дома, и принялась, когтями царапаться в дверь… Саша, было, направился ей на помощь, но окрик Стаса остановил, перепуганного ребенка: - Стоять! Не смей… приближаться к двери, гаденыш!
Сашина ровесница, четырехлетняя Ия оказалась смелее, своего друга – она намеренно ослушалась Стаса – и отворила дверь, перед рассвирепевшей собакой Альмой: лишь бы злой дядька прекратил мучить маленького щеночка!
- На куски, тебя порву, дрянь!!! – только и успел проорать Ии, жестокий дядька Стас – потом, ему было не до отважной девочки: разъяренная собака, принялась рвать его, самого…- этот ненавистный человек пах кровью детеныша Альмы…
***
Вовремя, появилась на пороге дома Полины няня девочки Ии… Галина не стала разбираться, что к чему, а потянула, за собой свою воспитанницу и ее мать Ольгу: - Нечего тут смотреть - пойдемте, скорее, из этого дома!
Они так и не узнали, что Полина сбегала за увесистым поленом – и, не увидели, как эта невозмутимая женщина изловчилась и нанесла сильный удар тем поленом, по голове, соседской собаке Альме, спасая обожаемого Стаса…
Добивал уже мертвую Альму, покусанный и окровавленный Стас, пока Полина вызывала ему скорую помощь, а тем временем, ее сын Сашенька, от испытанного ужаса, пребывал в состоянии невменяемости…– и муж Гриша был близок к обмороку…
***
Вернувшись домой, Ольга и Галина, молча, принялись, накрывать стол, к обеду… Потрясенная жестокосердием взрослого дядьки, Ия сидела в зальной комнате, на диване, в окружении любимых кукол: рядом с ними она всегда чувствовала себя защищенной…
Почти, одновременно, к обеду подоспели: из спортзала – Никита и Андрон Семенович, следом, Кирилл Дмитриевич и Глеб – после своих лекций.
- Андрон Семенович, вашего Стаса покусала собака, но я не знаю, в какую больницу его увезли…- необычайно серьезная и побледневшая Ольга, нашла нужным, известить деда Стаса, о случившемся…- и Андрон Семенович кинулся к входной двери…
Встретившись, с вопросительными взглядами мужа и отца, и сына Ники - Ольга пояснила им:
- Сегодня, Стас преподал не только Ии и Саше жизненный урок…: на наших глазах, он, сперва, шваркнул щеночка Саши о стенку, а затем, принялся его топтать своими ножищами! Тихий скулеж умирающего щенка, услышала собака Альма, его мать. Эта Альма примчалась, незамедлительно, но в дом попасть не могла, а наша Ия распахнула дверь, перед свирепой собакой! Обозленный Стас пообещал: порвать, на куски, нашу Ию! Эта Альма сильно покусала Стаса… - Ольга замолчала, но из ее глаз потекли слезы…
Присмиревший Никита смотрел, с жалостью, на плачущую мать…
- Успокойся, Оля: пока не улягутся все страсти, до той поры заберу Ию к себе…- Галя, завтра придете ко мне, домой, присматривать за нашей Ией…- решение отца принесло некое успокоение в сердце Ольги…
Умиротворенные и притихшие, близкие Ольги сели за стол, обедать…
***
Было уже довольно поздно, но девочка Ия никак не могла уснуть: из ее памяти не желали уходить расплющенные…- мордочка и тельце щенка…, и его выпученные глазки, ноздри, раскрытая пасть и высунутый, прикушенный язычок…- отовсюду, малыми струйками, вытекала кровь на нечистый пол…
Ии было безумно страшно, от преследующего ее, видения – и она, тихо заплакала. Затем, произошло дивное: последствия зверской и подлой расправы над беззащитным щенком, внезапно исчезли – и перед взором Ии предстали ее любимые куклы, но ожившие и заговорившие…
- Наша любимая девочка пережила страшный стресс…- как бы мы могли помочь нашей малышке?! – произнесла самая красивая кукла.
- Помочь милой Иечки наша обязанность…- промолвила другая кукла.
- Надо спеть нашей любимице веселую песенку…- предложила третья… - и ее четыре куклы, выстроившись полукругом, запели…- и их приятные голоса зазвучали в голове Ии тихим утешением, сладостным убаюкиванием…
Поутру Ия проснулась, но ужас пережитого и парализующий ее страх, и воспоминания о вчерашнем злодействе, и вид замученного щенка…- все потеряло свою остроту, перестало пугать – затем, исчезло, как улетучивается темная дымка и дурной запах…: в открытую форточку, гонимые сквозняком…
***
Вчерашним вечером и Ольга долго не могла заснуть: перед ее глазами застыла «картина» расправы Альмы над Стасом, как ожесточенная собака кусала, рвала, зубами, его плоть… Ольге не было жаль щенка, она жалела себя и того, бессердечного, но любимого…- и знала, что Стас им не простит, нанесенного ему увечья…- и непременно, спросит с нее, как с матери… Ее, заранее, пугала надвигающая, как неотвратимое зло, встреча!
- Чертова девчонка, от нее одни неприятности: из-за нее, я не смогла быть с мамой, в ее последние дни и не проводила в загробный мир! Теперь, Стас, непременно явится и предъявит «счет»! Плохо я воспитываю эту Ию, вот у Полины – Сашка послушный: Стас только цыкнул на него – и тот отступился, а, ведь, это был его любимый песик! Ия открыла дверь и не побоялась, что собака кинется на нее? Хорошо, что отец забрал к себе эту маленькую хавронью! Да, не люблю я свою дочь, не люблю! Но, до сих пор, люблю Стаса!
Горестные мысли измучили Ольгу, нагоняли жути на нее…- и все из-за невеселых перспектив, что сулил очередной визит Стаса… Потом, Ольга отказала Глебу в интимной близости, хотя она и обладала отменным сексуальным аппетитом: не смогла она предаваться плотским утехам, теперь, когда любимый Стас так изранен, по вине ее дочери - и лежит в больнице…
***
Последующие четыре дня прошли без эксцессов – и визит в дом Полины, и смерть щенка, и покусанный Стас…- потихоньку, стали изглаживаться из памяти Ольги, тем более, что Ия все еще гостила в доме своего деда Кирилла.
Иначе обстояли дела у Стаса: он возлежал на больничной койке и чувствовал себя конченным неудачником! А, ведь, еще совсем недавно Стас ощущал себя, если не Богом, но тем, кто стоит почти рядом с Ним… У Стаса была, по-настоящему, интересная работа, заслуженный авторитет среди коллег и у начальства…- и все пошло прахом, из-за детдомовского пацана: после очередного сеанса гипноза, с этим мальчишкой случилась истерика, затем, с наступлением сумерек, он стал подвержен паническим атакам – и ни гипноз, никакие психотропные средства не помогали унять его страх!
- Если бы Глеб Невзоров, по-прежнему, служил в нашем госпитале…- он сумел бы привести того бедолагу-мальчишку в норму: ведь, смог же он, ранее, «выудить», испытуемого солдата, из «тихого омута» помешательства – и скорректировал согласованность его сознания с подсознанием…, не будучи психологом! Пришедший на замену Невзорову, чмошный Гриша оказался бессилен, в ситуации с детдомовцем – и помчался, с письменным доносом, к командиру части: требовал, прекратить эксперименты над детьми! Командир хорошо его «отбрил»: действительно, этот профессиональный импотент - Гриша решил, что он святее, благороднее всех, кто рядом с ним… Сволочь! Не смог помочь пацану, в его «пограничном» состоянии…, хотя бы приглядывал за ним: тот, оставшись без надзора, гонимый страхом, пошел «куда глаза глядят» - и набрел на часового с автоматом…- и был застрелен тем часовым, согласно инструкции… Да, Глеб Невзоров – мужик сведущий, понимающий, только Ольку в «узде» держать не может! Из-за никчемного Гриши, прибывшие проверяющие, цинично, усомнилась в необходимости наших разработок! Дебилы-проверяющие поставили «крест» на нашем отделе, мотивируя свои действия тем, что Россия и НАТО «закопали топор холодной войны» – теперь, между нами царит мир…- и суперсолдаты не требуются нашим вооруженным силам?!! - Стас никак не мог смириться: с ликвидацией их отдела, со своим увольнением из армии… – и его нисколько не успокаивали доводы деда, и наличие у него немалых денег, и личной клиники …
- Только такие набитые дуры, как Полина, полагают, что обладание большими деньгами ведет к безоговорочному счастью! Человеку, думающему необходимо заниматься делом: интересным, увлекательным… Меня лишили такого дела! Эти дети…, во всем виноваты сволочные дети: пожалели щенка, а меня им не жалко – пусть собака загрызет??! – рваные раны Стаса, хотя и зашили…- они болели, но сильнее всего изнемогала, от недуга, его душа – и в его воспаленный мозг, словно вонзали раскаленные иглы…
***
Стас предпринял попытку, психологического воздействия на себя: глядя в зеркало…- глаза в глаза, он пытался запрограммировать себя на прежний успех… И, потом, лежа в постели, перед сном решил навести, нужный ему, порядок в своем подсознании: мысленно, переставлял события, как вещи на чердаке - задвигая на задний план нежелательное и выдвигая вперед нужное...
Ответ на свои манипуляции, Стас получил незамедлительно: во сне, словно наяву, он смотрелся в зеркало, но белое пятно, размером с овал, скрыл черты его лица…- и плотным бельмом, глядело на него из-за зазеркалья… Очевидно, его подсознание, таким образом, резко протестовало против того, что Стас сравнивал, самое непознанное в мозге человека, с незапертым чердаком! Проснувшись, Стас встал с кровати и подошел к зеркалу – из него на Стаса смотрели, размытые белесым, черты его лица…, ввергая в трепет!
- Неужели, в дополнение ко всем моим неприятностям, я теряю себя, как личность?! – подобная мысль любого привела бы в ужас, не только Стаса…
***
В общем, неудачная попытка психологического воздействия…, не добавила Стасу уверенности, а лишь усугубила его депрессию – и, чем дольше он лежал на больничной койке, тем больше им овладевала неконтролируемая ненависть, именно, к детям! В них, только в них, Стас видел причину всех его фиаско, но, если детдомовского пацана он достать не может: того уже догнала пуля, а, вот, Ольгина дочка должна, ответить за свои деяния - и за неудачи, что настигли Стаса…- он не желает и дальше быть неудачником!
Упертый и избалованный, Стас никак не хотел, отпустить свое успешное былое – и без страха, открыться, навстречу неясному грядущему…
***
На пятый день, своего пребывания в клинике, Стаса уже трясло от злобы и красная пелена, периодически, накрывала его…- и требовала от Стаса действий, во имя отмщения его страданий: телесных и душевных! После врачебного обхода, Стас вышел в больничный сквер, но не затем, чтобы подышать свежим воздухом: он намеревался, уйти из клиники…
- Держитесь! Олька и твоя дрянь-дочка, я иду к вам – и вам мало не покажется!!! – словно, полоумный, Стас плохо контролировал свои эмоции и беспорядочные мысли, но полагал, что смерть Ии принесет ему облегчение – и белое бельмо, вместо его лица…- оно исчезнет из его снов!!!
***
Никита пошел, выбросить мусор…- поэтому входную дверь не закрыл на замок, а когда вернулся, ошалел, от увиденного: словно обезумев, дядя Стас пинал в живот его маму, а она, беспомощная, пыталась прикрыть себя руками.
- Ты, что творишь?! – закричал Никита и отважно кинулся на защиту матери.
Хотя, он и не обладал той силой, которая была у Стаса, но Никите удалось: оттащить свирепого дядю от его жертвы.
- Почему ты, всегда обижаешь мою маму?! – дерзко смотря в глаза Стасу – Никита вопрошал палача своей мамы.
- Она не говорит мне, где ваша Ия! - Стас ответил мальчику только потому, что на него смотрели его, знакомые черты лица, а не размытый овал…
Лишь из желания, защитить мать, Никита, не подумав, ответил…
- Не трогай маму: Ии нет дома, она у дедушки Кирилла…- но, сообразив, что Стас собирается пинать и его младшую сестренку, Никита схватился рукой за свой рот…- поздно: Стас ринулся к входной двери.
Если бы Никита сразу взялся за телефонную трубку, чтобы известить деда, о своей оплошности, возможно, беды и не случилось бы…, но он увидел, что с внутренней стороны, по ногам его матери, струйками, течет кровь – и Никита ужаснулся: - Мама, он, что…убил тебя: откуда кровь?!!
Плохо соображающая, Ольга сначала посмотрела, чтобы убедиться: да, по ее ногам течет кровь и жутко разболелся живот:
- Нет, я не умру Ники, но скорую помощь вызвать нужно…- и она поплелась к телефону: звонить в скорую…- затем, она стала дозваниваться до отца, но трубку никто не брал – и Ольга, нужное…наговорила на автоответчик.
***
В их подъезде ждали приезда жениха с невестой – после загса: Кирилл Дмитриевич вывел Ию на балкон, внучке захотелось, посмотреть на нарядных молодоженов… – оттого и пропустил звонок Ольги… Вернувшись в комнату, Кирилл Дмитриевич не сразу обратил внимание, что на автоответчике ему оставлено сообщение – это увидела Галина, вернувшаяся из булочной…
Прослушав взволнованное сообщение дочери, Кирилл Дмитриевич, первым делом, распорядился, чтобы Галина пошла домой: на сегодняшний день лимит ее дел исчерпан – и она свободна…
Закрыв за Галиной дверь, Кирилл Дмитриевич, на минуту задумался, как ему поступить, перед грядущей опасностью: сперва, он решил, что Стас ему неопасен, но Ию необходимо спрятать в квартире… – поэтому и отодвинул кресло, чтобы открыть потайную дверцу:
- Ия, детка, сейчас мы сыграем в прятки…- ты, ведь не испугаешься, посидеть здесь, в темноте – и куклы будут с тобой! Только сиди тихо и голоса не подавай, пока я тебе не открою!
- Хорошо, дедушка! – и Ия залезла в нишу, а дед помог, уместить и ее кукол…
Неясная тревога нагнала его, но прежде, чем покинуть квартиру, Кирилл Дмитриевич прибрал детские вещи, что лежали на виду- и, когда он шагнул за порог, чтобы покинуть жилье, где оставаться было опасно…, он наткнулся на невменяемого Стаса – и прочел в его лице смертный приговор себе…
- Куда это ты, старикашка торопишься? Или с сыном своим увидеться не хочешь? Впрочем, ты, мне и не нужен: мне нужна эта мелкая гадина, твоя внучка…- так, где она??!!! – Стас пребывал в состоянии сильного нервного возбуждения и всякое промедление его бесило еще сильнее.
- Как видишь, Ии у меня нет…- ответил отец сыну – и получил сильный удар в челюсть…
Стас перешагнул через упавшего отца, со скоростью вихря пробежался по всем комнатам и заглянул во все шкафы…, но «маленькой поганки» нигде не было…
- Не зли меня, старик!!! Где эта мелкая гадина? – Кирилл Дмитриевич, только развел руками – и Стас принялся его избивать, приговаривая:
- Ты, мне скажешь, где эта тварь или умрешь!!!
Кирилл Дмитриевич, стоически, переносил избиение и только одно тревожило его: лишь бы Ия никак не раскрыла, свое присутствие в комнате…
***
Галина не пошла домой, хотя Кирилл Дмитриевич ее отпустил: она не могла, повернуться и спокойно уйти, после того, как вместе со своим работодателем прослушала запись беспристрастного автоответчика…
Галина вышла из подъезда и смешалась с толпой зевак, но, если люди желали еще поглазеть на жениха и невесту: скоро те появятся, вновь, чтобы сесть в машину и отбыть в кафе…, а Галина ждала у подъезда Стаса…
Она признала в нервном мужчине сына Кирилла Дмитриевича: одетый в спортивный костюм, он быстро шел и заметно прихрамывал, бинты на его руках, местами, промокли от крови - сейчас, он смахивал на вестника из Ада…
Стас равнодушно прошел мимо толпы незнакомцев и направился к подъезду - и Галина последовала за ним, с некоторой задержкой во времени, и подойдя к заветной двери, она услышала:
- Как видишь, Ии у меня нет! - и, следом, донеся глухой звук, упавшего тела… - Галина схватилась за телефон и принялась звонить в милицию…
- Поторопитесь, родненький! Как бы не изувечили хорошего человека, ученого, профессора…- молила Галина человека, принявшего ее звонок, но дежурный привычно отвечал ей:
- Успокойтесь, гражданка! На ваш вызов уже отреагировали… – и ближайшие, к вашему дому, патрульные направлены по вашему адресу.
Милицейский патруль прибыл быстро, но было поздно…- для Кирилла Дмитриевича: разгневанный Стас, совсем осатанел, когда его взгляд упал на одинокий цветной карандаш, что Ия забыла, впопыхах:
- Так, говоришь этой твари нет у тебя!!! – он взревел, как бык, на бойне – и, что есть силы, вонзил этот карандаш, почти на всю длину, в глаз своему отцу…
***
Галина, не дожидаясь милиции, потихоньку, открыла входную дверь своим ключом…- и появление блюстителей порядка оказалось неожиданным для Стаса, но и перед ними, он проявил величайшую степень неповиновения – четверо милиционеров, приложив немало усилий, насилу скрутили его…
Галина, в качестве понятой, стояла в сторонке и прислонясь к стене, оплакивала славного человека…- Кирилла Дмитриевича. С небольшой задержкой, подъехали сотрудники уголовного розыска и приступили, к скрупулезному осмотру места преступления, опросу свидетелей, потом, приехала специальная служба, за телом убиенного. После проведенных следственных мероприятий, «следаки» дверь квартиры закрыли и опечатали…
***
О произошедшей трагедии, Глеб узнал от Галины: ему, первому, позвонила она. Выслушав от нее все подробности, Глеб позвонил деду Стаса:
- Андрон Семенович, случилось ужасное…, но горевать вам, времени нет: необходимо, чтобы подробности убийства Кирилла Дмитриевича не просочились в народ… – дозвонитесь до командира части, где служил Стас и пусть военная прокуратура займется этим делом… Короче, набейте свой портфель деньгами – и вперед! Главное, чтобы патологоанатом дал заключение, что Кирилл Дмитриевич умер от сердечного приступа… Никита, рано или поздно, узнает, что его биологическим отцом является Стас – и, как ему дальше жить с осознанием, что его отец - убийца Кирилла Дмитриевича…
Андрон Семенович был человеком догадливым и расторопным…
- Глеб, я понял тебя…- и спасибо, что печешься о моем правнуке…- из телефонной трубки понеслись гудки: Андрон Семенович приступил к делу…
***
Расстроенный смертью тестя, Глеб шагнул на порог, но квартира отозвалась ему тишиной. Он прошел на кухню, там на кухонном столе белел листок…- это была записка от Ольги, в ней она извещала мужа, что ее увезла скорая…, а Никиту забрала к себе соседка, на денек… В дверь позвонили – и Глеб пошел открывать…, пришедшему...
- Глеб Никитич, нам надо найти Ию, но, где искать я не знаю! Вот такая беда! Погиб Кирилл Дмитриевич – и куда он спрятал Ию, теперь не спросишь! Сыскари по всем комнатам прошлись – и я за ними, а вашей дочери и след простыл! Но я знаю точно, что квартиры Ия не покидала: я бы увидела…- плачущая Галя чувствовала вину, за пропажу своей воспитанницы…
Не тратя время на пустые выяснения, Глеб направился к выходу: примерно, он знал, где Кирилл Дмитриевич мог спрятать Ию, но осознание того, что его обожаемая малышка, несколько часов провела в замкнутом и темном пространстве, вызывало в нем оторопь!
***
В подъезде, где проживал его, ныне покойный, тесть было тихо и безлюдно: свадьба еще «пела и плясала» в кафе – следовало поторопиться… Глеб осторожно отклеил полоску с печатью, отворил входную дверь и вошел внутрь квартиры. Он включил свет в коридоре и направился к креслу и прежде, чем открыть нишу, он заговорил с Ией, чтобы не напугать ее:
- Моя умница-малышка так надежно спряталась…- и, где теперь ее искать?! Ия, я сдаюсь: ты, выиграла - выходи! - из ниши послышалось легкое шевеление – и Глеб понял, что нашел свою дочку, только в каком состоянии?!
Он отодвинул кресло и открыл незаметную дверцу – в нос ему ударил запах мочи: его дочка, пока сидела в своем убежище, похоже, не раз сходила под себя. Беседуя, сперва он вытащил кукол, которых к себе прижимала Ия:
- Храбрая моя птаха, тебя всю куколки обсикали…- сейчас пойдем с тобой душ принимать…- Глеб вытащил из ниши смеющуюся дочку: Ии показалось смешным, что ее папа подумал, будто бы куклы посикали на нее…
Потом, его дочка плескалась в теплой воде, а Глеб ликвидировал следы, пребывания его дочери в нише, а вдруг еще пригодиться, это потаенное место?
- Ия, тебе очень страшно было, сидеть в нише? Ведь там тесновато и темно? – спросил Глеб, не из праздного любопытства, а из опасения…
- Нет, совсем даже не страшно: со мною были мои куколки…- они успокаивали меня, пели мне песни и рассказывали сказки… Нам было даже интересно, сидеть в темноте, как взрослым… Потом, я немного поспала – и не заметила, что во сне обсикалась…- стыдно как-то… Папа, а, где дедушка? В больнице, из-за Стаса? Он так кричал на дедулю…- вот, тогда, мне было жутко…- и вспомнился раздавленный Стасом, щенок… - откровенно, призналась Ия, но отец ей не ответил, на ее вопрос, лишь поцеловал в макушку свою фантазерку: придумала же, что куклы ей сказки сказывали…
В десять часов вечера, Глеб позвонил Аглае Викторовне…
- Я беспокою вас, в столь поздний час, чтобы вы, знали: Кирилл Дмитриевич скончался сегодня…- сердце подвело… Я могу рассчитывать на три дня отгулов…? Необходимо достойно похоронить моего тестя…
- Боже, Кирилл…- это такая утрата… Да, Глеб Никитич, завтра, в течении дня забегите в деканат, чтобы написать заявление…- Аглая Викторовна, не попрощавшись, положила трубку, чтобы Глеб не услышал, что ее душат рыдания: убитый Кирилл был ее любимым мужчиной…
***
Пока идет следствие…- и Ольга в больнице – и Глеб не придумал ничего лучшего…, но первым делом, отвез свою любимицу - Ию к тетушке Агриппе: только ей он мог доверить самое дорогое, ведь его лапочке-дочурке, за несколько дней, довелось пережить немало потрясений и переживаний…
Тетя сердечно встретила Глеба с его дочкой, но у Агриппы он пробыл не более двух часов…- потом, вернулся в город, где его ждали неотложные дела: следовало опознать тестя…; навестить Ольгу в больнице; позаботиться о достойных похоронах и поминках по Кириллу Дмитриевичу…
Переступив порог квартиры, сперва, Глебу пришлось успокаивать, плачущего Никиту, тот винил себя в смерти деда…
- Никита, сынок, я уверен, что дедушка Кирилл не считает тебя виновным, а напротив: ты, спас маму от жестокой расправы…- думаю твой дед одобрил бы тебя, за твою храбрость! Не сомневайся, ваш дедушка нежно любил вас…- поэтому и готов был, принять побои… и смерть…, лишь бы вы, не пострадали! Твой дядя Стас так поступил не со зла, а из-за серьезной болезни: в тот миг..., у него помутился разум – и им руководили необузданные, неконтролируемые эмоции – и случилось то, что случилось!
Успокоив сына Никиту, Глеб поспешил в больницу, чтобы проведать Ольгу…- и она вышла ему навстречу, бледная и нерадостная…
- Глеб, мы потеряли двоих детей, но больше беременеть и рожать я не смогу…
Он с грустью посмотрел на жену, нежно погладил ее ладонь, что держал в своей руке – и переспросил:
- Оля, а почему двоих? В этот раз ты, вынашивала двойню?
Ольга посмотрела на Глеба, как на дурачка…
- Как-же…, бесследно исчезла Ия: вот, где ее искать? И у меня случился выкидыш, из-за Стаса…
- Оля, лечись и не переживай: Ию я найду… Я согласен с тобой: сына и дочки, нам «за глаза» хватит…- времена непростые, на пороге маячит 21 век - и какой будет грядущий год, и век - неизвестно… Скоро к тебе придет Галина, она приготовила для тебя куриный бульон и нажарила котлеток…- кушай и поправляйся! Я займусь похоронами Кирилла Дмитриевича: надо проститься с ним достойно, как он того и заслуживает! Но ты, поправляйся и о плохом не думай! – Глеб поцеловал Ольгу в щеку и побежал к своей машине, он торопился в отделение милиции…
***
Опознавать Кирилла Дмитриевича, Глебу не пришлось – это сделал Андрон Семенович, он же передал вещи и обувь, в которые следовало обрядить покойного, купил своему бывшему зятю роскошный гроб… Затем, вручив пачку денег и водостойкую косметику, он повелел экспертам, чтобы усопшего Кирилла Дмитриевича так загримировали, что и самый дотошный любитель «жареных» сплетней не догадался о насильственной смерти: всему виною слабое сердце – оно и подвело покойного Кирилла…
***
На встречу со следователем Глеб все же опоздал, минут на десять…
- Вы, преподаете в том же университете, что и покойный Груздев? – это первое, что спросил следователь – и Глеб, молча, мотнул головой…
- Убитый приходился вам близким родственником - вы, не собираетесь, оспаривать действия командира части и деда…, подозреваемого в убийстве вашего тестя: этот Станислав Ягудин показался мне вменяемым, а его рядят в полоумного, чтобы «откосить» от тюрьмы… - продолжил следователь.
- Позвольте, с вами не согласиться: при задержании, Станислав Ягудин оказал патрульным такое сопротивление, что четыре здоровых мужика насилу справились с ним… Я раскрою вам некоторые детали, которые ныне не являются тайной: секретный отдел, где служил Стас, расформирован… Когда тот отдел здравствовал, там проводились «дивные» эксперименты, по созданию солдата будущего…, но про применяемые там… техники я ничего поведать не могу, поскольку как врач, я имел дело, только с последствиями осложнений: с ожогами, обморожениями и с невменяемыми субъектами…, которых нам следовало исцелить… Короче, как понял я, испытуемых подвергали многоступенчатому гипнозу, добиваясь от них, чтобы они забыли о страхе и усталости, терпели невыносимую боль, могли не спать по несколько суток, видеть и слышать острее, чем обычные люди…- и, много еще чему, о чем и подумать страшно… Так, я полагаю, что на прощание, кто-то из коллег Ягудина, для которого навредить…- это, как меду испить – и клятва Гиппократа для него пустой звук - вот этот некто, чертовски виртуозно владеющий гипнозом, загипнотизировал удачливого мужика Стаса, а тот и не догадывается, но умом он тронулся конкретно! Теперь Стас, совершенно не способен владеть своими эмоциями, его одолевают всевозможные мании, но вместе с тем, он стал чрезвычайно силен и вынослив…- и не чувствителен к боли: его совсем недавно собака серьезно покусала – другой бы с постели поднимался только, чтобы сходить в туалет, а этот бегает…- Глеб умолк.
- А, где теперь эти чудо-специалисты, из того, секретного отдела? – заинтересовался, пораженный рассказом Глеба, следователь.
- Да, где попало: кто-то заграницу уехал, со своими наработками… - и это плохо…; кто-то устроился в психиатрическую клинику, по профилю; кто-то примкнул к бандюгам, в поисках «бешенных» денег; кто-то открыл свой специальный отдел на дому – и на своих близких проводит психологические эксперименты – и это, крайне, скверно… Как-то так…- ответил Глеб следователю…
- Да, невеселая картина… В свете рассказанного вами, согласен, что Станиславу Ягудину лучше в психиатрической больничке полечится годков, десять…- и люду, простому спокойнее будет…- следователь расписался в повестке и Глеб покинул его кабинет…
***
Зря грешил Глеб на сослуживцев Стаса: это он, лично, и не один раз, предпринимал попытки, психологически воздействовать на самого себя…- из себя, в первую очередь, Стас желал сотворить сверхчеловека! В том секретном подразделении он был не одинок, в своем желании: подняться, высоко, над заурядной толпой, состоящей, преимущественно, из сирых людишек… Только, подсознание человека – не чердачное и не подвальное помещение, где завалявшийся хлам допустимо перекладывать в нужном тебе, порядке…- никому подсознание не прощает, насильственных действий над собой – и жестоко мстит…
***
В положенный день, родственники, сослуживцы и друзья простились с Кириллом Дмитриевичем – он был захоронен рядом с его любимой Верочкой – теперь он упокоился в обществе любимой женщины, ее тетушек – Розы и Риммы… – и Елены, матери Веры. Хорошая собралась компания под тенью векового дуба – и ничто, ныне, не тревожит их покоя, лишь щебет птиц да шелест листвы, или завывание ветра – в непогоду…
***
Сын Никита раньше Ольги обрел душевное равновесие и былой, утраченный ребячий задор, но жена Глеба, временами, стала подвержена приступам паники – и Галина, бывшая няня Ии, теперь приглядывает за Ольгой, а заодно взяла на себя обязанности помощницы по хозяйству…
К Андрону Семеновичу нагрянула другая беда, откуда он и не ждал: пока он улаживал дела своего внука Стаса, его заместитель воспользовался случаем – и тридцать миллионов долларов перевел на свой счет…и исчез, вместе с семьей, на бескрайних просторах «гостеприимной» Америки! С учетом того, что на урегулирование проблем Стаса…, затем, медперсоналу психиатрического заведения следовало «позолотить ручки», чтобы к внуку Андрона Семеновича отнеслись снисходительно…- на все ушло более 50-ти миллионов…- в прибыльном бизнесе Андрона Семеновича образовалась финансовая «дыра» - и этот факт привел в отчаяние его владельца!
- Андрон Семенович, вам понадобиться новый заместитель…- выберете его на конкурсной основе и объявите своим ближайшим сотрудникам: кто представит лучший план, по выходу из финансовой рецессии и дальнейшему развитию вашей компании, того и назначите своим заместителем… Можете дать шанс, поучаствовать… и вашей секретарше: расторопная особа…- предложил Глеб, Андрону Семеновичу, в качестве моральной поддержки.
- Хорошее предложение Глеб, но я пришел, чтобы предупредить вас: в свете случившегося, помогать вашей семье больше не имею возможности…- от огорчения, он причмокнул губами – и обратился, непосредственно, к правнуку Никите: - Не обессудь, Никита, но твой прадед обеднел, из-за проходимца, которому доверился…, а он ограбил меня!!!
- Не переживай, деда: еще разбогатеешь…- какие твои годы! – ответил Никита, но в душе огорчился: он надеялся, что и в этом году прадед оплатит его путевку в спортивный лагерь – и, позднее, даст ему денег, чтобы с помпой справить его день рождения…
***
Учебная нагрузка у него прибавилась: Аглая Викторовна расписала все лекции, что читал покойный Кирилл Дмитриевич – Глебу…- и это хорошо! Прибавка к зарплате заметная выходила, но с нового учебного года… Потом, Глеб, по-прежнему, два часа, пять дней в неделю принимает пациентов в университетской клинике…- в месяц кругленькая сумма набегает! Но и расходы у него немалые: оплата коммунальных услуг + зарплата помощнице по хозяйству Галине + ежемесячные расходы на семью из 3 человек и…+ ежемесячное содержание дочки Ии и тетушки Агриппы…- без денежной поддержки Кирилла Дмитриевича и Андрона Семеновича, Глебу предстояло покрутится, как белке в колесе, чтобы обеспечить своим близким прежний уровень жизни…
***
- Ольга, скромнее надо быть, в своих желаниях…- не то Глеба твоего ненадолго хватит…- и останешься ты, как та старуха…: у разбитого корыта! – пеняли Ольге ее подружки, но та лишь пренебрежительно отмахивалась от них: ей было скверно…- и тем более Глеба, Ольга не собиралась жалеть…
Она никак не могла прийти в себя, после нападения обожаемого Стаса на нее: ее преследовало зверское лицо…- его Ольга до сих пор любила, а Стас, без всякой жалости, швырнул ее на пол и принялся пинать…, в живот… Если бы не заступничество сыночка Ники, он запинал бы ее – и, возможно, до смерти...! Стас не пощадил Ольгу, так почему она должна жалеть Глеба?! Муж обещал заботиться о ней и беречь ее…– пусть выполняет свое обещание! В общем, Ольга не собиралась сочувствовать Глебу…- более того, она потеряла вкус к плотским утехам – и, ныне, отказывала мужу в насущном: не желала Ольга интимной близости с Глебом – и тот смирился, с капризом жены…
***
Поскольку Глеб, по-прежнему, принимал пациентов в университетской клинике на пару с Аглаей Викторовной, заведующей кафедрой…, однажды он высказался ей, в сердцах:
- Аглая Викторовна, вы находите правильным такое распоряжение сверху: мы обязаны свои научные работы выкладывать на определенные зарубежные сайты, причем бесплатно?! А, так хотелось бы подзаработать!!! Как было бы славно, появись возможность, за деньги, печатать свои статьи в каком-нибудь медицинском журнале или газете, в специальной рублике, посвященной медицине…– Глеб выглядел утомленным, подавленным – и, как женщина, Аглая пожалела своего напарника Глеба: провела рукой, нежно, по его взъерошенным волосам – и томно произнесла:
- Не печалься Глеб Никитич, из-за мелочей: все поправимо… - и, потянула его на себя - далее, между ними произошло то..., в чем жена Ольга, Глебу отказывала долгое время…
После спонтанной интимной близости с Аглаей, у Глеба изменилось настроение: серую, нудную монотонность повседневных будней заместило расположение духа иного, увлекательного порядка – и Глеб уже не ощущал себя загнанной лошадью, а желанным мужчиной, добытчиком…
Глеб и Аглая стали любовниками – об их связи не догадывался даже подозрительный муж Аглаи – пожилой Генрих, профессор и декан…: Глеб не позволял себе вольностей с Аглаей, на людях; обращался к ней на «вы» и величал, исключительно, Аглаей Викторовной…- и она ценила, что Глеб не компрометирует ее, а, наедине, он добр с ней и ласков, и как мужчина – силен!
***
Глеб вернулся домой в приподнятом настроении: на дворе начало июля месяца – погодка славная; он получил отпускные деньги – и заехал в спортивную школу, чтобы оплатить путевку в спортивный лагерь, для Никиты; милая Аглая составила для обожаемого Глеба великолепное расписание, приема пациентов в университетской клинике – теперь, заменяя коллег, которые могли себе позволить, уйти в отпуск…- у Глеба появилась возможность подзаработать в режиме работы с 8 утра до 14 часов дня – и три дня выходных…- остается время и на любимую дочку Ию, и тетушку Агриппу… Выходило, что Глеб сможет обеспечить своим близким приличный уровень жизни, к которому они привыкли…- и, даже, без денежных вливаний Андрона Семеновича – и это прекрасно, и есть чему радоваться!
Пройдя на кухню, Глеб повстречался, лицом к лицу, со своими бывшими однокурсницами: те пришли проведать его жену Ольгу – теперь, с аппетитом, поглощали пельмени со сметаной…
- Здравствуйте, дамы! Что-то я не вижу Никиту? Галина, и мне пельмешек положи, пожалуйста… Ольга, где все же Никита? – вновь, поинтересовался Глеб, но его жена хранила молчание.
Из своей комнаты вышел печальный Никита, постояв, недолго, у кухонной двери, он собирался, вернуться в свою комнату…
- Никита, не унывай: сегодня я получил отпускные деньги в университете – и первым делом, заехал в спортшколу, чтобы оплатить твою путевку! Садись к столу, самое время «червячка заморить»! – Никита просиял, от его плохого настроения не осталось и следа.
- Ники еще и ракетку купить надо, и спортивный костюм..- изрекла жена.
Ольгу, весьма задело, что Глеб, не посоветовавшись с ней, так, запросто, потратил часть отпускных денег…- и, снова, в глазах Ники, ее муж выглядит любящим отцом, который расшибается в «лепешку», лишь бы у ее Ники было все, необходимое, а она, родная мать…, в этой ситуации не при, чем…?!
- Глеб, вот потратишь ты, свои «кутарошные» отпускные – и уже, с августа месяца, будем сидеть без денег и «сосать лапу»…- миловидное лицо Ольги перекосило от презрения…
- Спасибо, милая: поразительно, как же ты, «любишь» меня!!! – Глеб усмехнулся, невесело, и принялся вкушать пельмени, не чувствую их вкуса…, а за столом повисла гнетущая тишина – только, Никита уплетал пельмени и радовался, что отец все же изыскал средства на путевку – и ему не придется, скитаться во дворе, как неприкаянному… Конечно, у всех родителей разные возможности – и немало осталось таких ребят, что все летние месяцы, с утра и до вечера, болтаются во дворе, но Никите не хотелось, быть в их числе…
***
Перемыв посуду, Галина стала собираться домой – и Глеб вышел из зальной комнаты, что, с недавних пор, служила ему рабочим кабинетом…: он протянул женщине купюры:
- Галина, вот ваша зарплата…- и спасибо вам, что подождали… Вы, не волнуйтесь: «лапу сосать», от голода мы не станем…- я продолжу работать с 8 утра и до 14 часов дня в университетской клинике, а вам с Ольгой, может перебраться на дачу, на свежий воздух, пока Никита будет находиться в спортивном лагере? – задался вопросом Глеб – и Галина ответила ему: - Идея хорошая, завтра с Ольгой обсудим ее…- и она направилась к выходу.
Ольга слышала разговор мужа с помощницей по хозяйству – и, вновь, ее накрыла волна раздражения к Глебу…
- Вот, сволочь! Он уже прислугу вводит в курс, относительно своих перспектив, а меня на дачу хочет сплавить! Да, пожалуйста: сил нет, выносить его…!!! – и, от злости, Ольга принялась, бить подушку…
***
Галина осталась в душном городе: Ольга не пожелала, проводить летний досуг в обществе прислуги - на дачу, что досталась ей от отца, она пригласила, погостить двух своих малоимущих приятельниц…- и проводив сына Никиту в спортивный лагерь, на следующий день, после 14 часов, Глеб повез на личных «Жигулях» жену Ольгу и ее приятельниц на природу…
Две малоимущие подружки пребывали в приподнятом настроении…- месяц отдыха на даче…- и спортивная сумка, что находится в багажнике машины, полна продуктов, которые не требуют длительного приготовления: в банках - тушенка и каши с мясом; пакеты - с рисом, гречкой и макаронами; потом - шпроты, рыбные консервы, сгущенка…– это все Глеба и Ольги припасы, а их вклад…– две бутылки водки, батон хлеба!
Похоже, и Ольга, и ее приятельницы, мысленно, уже купались в речке или загорали, или гуляли в лесу…, а, возможно и отплясывали на дискотеке, в ближайшем Доме отдыха…: они всю дорогу, до дачи, молчали и, лишь загадочно улыбались своим мыслям…
- Глеб, смотри, не забалуй, в отсутствие своей Оленьки! – шутливо, погрозила ему пальчиком одна…, на прощание: - Не забалует, иначе развод – и видится будет с сыном и…дочерью раз, в три месяца…! – мечтательное настроение его жены, как рукой сняло – Ольга, зло, сверкнула глазами: в данный момент, шутить она была не намерена…
Глеб ничего им не ответил, а сел в машину и отправился в обратную дорогу с невеселыми мыслями. Домой он вернулся засветло – и квартира встретила Глеба благодатной тишиной…
Поужинав тем, что Галина приготовила ему, затем, Глеб направился в комнату, которая, нынче, служила ему и рабочим кабинетом, и спальней, поскольку Ольга, после возвращения из больницы, отселила мужа из их спальни… Глеб, первоначально, переживал – старался вымолить у Ольги милости: спать рядом с ней – вскоре, смирился с данным положением вещей… - и не иначе, как Бог послал ему Аглаю! С тех пор, Глеб не нуждается в Ольге... – и проживают они на одной жилплощади, как хорошие соседи…
***
В очередной четверг, едва закончился прием пациентов, Глеб сел в свои «Жигули» - его путь пролегал в провинциальный городок: к тете Агриппе и дочурке Ии... Все его мысли были заняты предстоящей встречей – и осознание того, что три выходных дня Глеб проведет в обществе любимой тети и обожаемой доченьки Ии, наполнили его душу теплом, а его жизнь - смыслом!
Вот и заветный подъезд – Глеб припарковал свой автомобиль и посмотрел на окна…- да, родные лица, дочери и тети, ожидали его приезда, сидя у раскрытого окна...
Поздним вечером, когда Ии уже полагалось спать, Глеб и тетя Агриппа сидели на кухне, и разговаривали по душам…
- Знаешь тетя, раньше я и не замечал, что Ольга похожа на мою мать – не внешне, а своим естеством: Лариса попыталась отыграться на моем отце, непосредственно, через меня…– и Ольга пригрозила, в случае развода, Ию заберет себе! Которую неделю дочка живет вдали от матери, но Ольга даже и речи не заводит о том, чтобы вернуть Ию домой – она не вспоминает о ней! Подружка, ради смеха, завела речь о том, что в отсутствии жены, я могу налево завернуть…- ты, бы видела Ольгино лицо…- и, совершенно серьезно, она пригрозила мне разводом – и, тем, что лишит меня дочери! Какова штучка! Тетя, я хочу, сколько возможно будет…, чтобы моя Ия жила у тебя…- я сутками работать буду, но вас всем обеспечу: рядом с Ольгой, боюсь, она вырастет ее подобием…- Глеб, горестно, вздохнул…
- Не вздыхай так тяжко: силушка, пока, у меня имеется – буду только рада, если Ия останется жить со мной! И дед Федор будет рад: он любит свою правнучку так, как и Ларку не любил! – Агриппа и сама не хотела, расставаться с внучатой племянницей: без Ии, дом Агриппы опустел бы, а ее жизнь, вновь, потеряла бы всякий смысл …
На кухню заглянула заспанная Ия: в длинной ночной рубашке, с босыми ножками и волосики разлохматились, во сне…: - Папа, я хочу жить у бабули Гриппы: она хорошая и она моя единственная подружка, а домой мне нельзя! Я и мама можем опять пострадать…- так мне кукла Роза сказала… Лучше будет, если я останусь здесь, а ты, будешь нас навещать…
Его дочка вспомнила, зачем встала с постели – и побежала, в сторону туалетной комнаты…
Желанные перемены.
В первых числах августа Глеба, с приема, вызвали в регистратуру – извинившись перед пациентом, он поспешил на зов... Незнакомец, что поджидал Глеба, представился приятелем Аглаи Викторовны, протянул Глебу свою визитку и сообщил, что им необходимо встретиться, чтобы обсудить взаимовыгодное дело. Завершив прием пациентов в университетской клинике, Глеб созвонился со своим утренним визитером Алексом Холлом: импозантным мужчиной лет 60-ти, приятной наружности и милым, в общении.
Они встретились через час в ресторане, гостиницы «Аврора» - и за обедом, неспешно, приступили к обсуждению дел насущных:
- Глеб, при нашем общении, очаровательная Аглая попросила меня о содействии, а такой восхитительной женщине отказать невозможно! Видите ли, я являюсь юристом одного из американских издательств, а вы, как поведала мне чаровница-Аглая, желали бы отдать в печать, некоторые личные статьи научного содержания… - Алекс говорил медленно, тщательно подбирая слова – и, словно прочитав мысли Глеба, он пояснил: - Родом я из России, но давно живу заграницей. Сперва, работал при посольстве СССР в Англии, затем в Алжире – потом, послали в США - в этой стране я и остался, с приходом Горбачева... Ныне, я, полноправный гражданин США – редко общаюсь на русском языке, отсюда и некоторая трудность, в общении с бывшими соотечественниками… - Алекс замолчал, и они продолжили трапезу.
Когда они вышли из ресторана, Глеб предложил Алексу, проехаться до его дома, чтобы в спокойной обстановке новый знакомый имел возможность: ознакомиться с некоторыми его статьями, готовыми к публикации…- и заморский гость Алекс согласился с предложением Глеба.
***
Квартира встретила их тишиной и желанной прохладой: август, в этом году, выдался на редкость жарким… Любопытный гость, по очереди, заглянул то в одну, то в другую комнату – и остолбенел, узрев фотографии юной Верочки с ее мамой Еленой и портрет взрослой Веры Ивановны...
- Милая Верочка…, кем она приходится вам? – последовал вопрос, от изумленного Алекса: - Прошли многие годы – и все переменилось…- и я не признал дома, где проживали Елена и Верочка…- задумчиво, произнес он…
Глеб, глядя на взволнованное лицо своего нового знакомого, сам почувствовал некую обеспокоенность:
- Вера Ивановна – моя теща: приходится матерью моей жене Ольге, но, к сожалению, Вера Ивановна умерла более четырех лет назад…- какое-то редкое заболевание крови…- Глеб говорил и непонятное чувство вины овладевало им, хотя с чего бы?
- Верочка… Ивановна…- странно это…? - Глеб не понял, в чем странность, а Алекс не стал пояснять…
Потом, Глеб достал из письменного стола рукописные тексты своих статей и передал их на «суд» Алекса…- и тот углубился в чтение.
- Я, не медик, но статьи написаны толково: к вашему знанию немецкого языка вообще нет никаких вопросов, а английский… у вас прихрамывает…- и Алекс сел за стол, редактировать текст…
Пили чай они уже, когда стемнело – и рассеянный свет, от абажура отбрасывал замысловатые тени на предметы, придавая нотку некой грустной интимности… их вечерним посиделкам. Внезапно, Алекс встал из-за стола и, сообщив Глебу, что ему пора в гостиницу…- наотрез, отказался, чтобы его довезли до места – и удалился…, но, как показало время, не навсегда!
***
Алекса некогда величали Алексеем Холмогоровым – и 14-летним юнцом он познакомился с маминой коллегой – Еленой: ее пригласили, отдохнуть в загородном доме, чтобы та отвлеклась от гнетущих дум… Алексей влюбился в Елену, едва увидел ее: от взрослой женщины исходила магическая аура женской привлекательности, а ее огромные глаза, цвета луговых васильков, в определенные моменты, становились бархатисто-фиолетовыми…- в такие мгновения омут глаз Елены околдовывал, манил, суля неземное наслаждение всякому, кто имел неосторожность, попристальнее, вглядываться в бездонную фиолетовую бездну… Ни одна знакомая девчонка, даже самая красивая и доступная ему, не пробуждала в душе и теле Алексея таких чувств, такого томления…, что ощущал он, лишь, созерцая прекрасную Елену!
Не смотря на большую разницу в возрасте между Еленой и Алексеем, он не собирался, отрекаться от своей любви – и ходил за предметом своей страсти, как верный щенок – и любовь его, казалась Елене, чрезвычайно, наивной и трогательной…
- Ты, не боишься, что твоя Елена совратит нашего мальчика?! – обеспокоился отец, подростка Алексея…, но его жена, лишь посмеялась, над страхами мужа…
Узрев красавицу Елену, к ней воспылал любовью и приятель Алексея – Гоша…- отныне, как привязанные, они повсюду следовали за своим предметом обожания…
***
А Елена, будущая мама Верочки, вдали от города и своего многолетнего любовника, переживала крах своих иллюзий: со студенческой скамьи, она была влюблена в своего преподавателя – и он не отпускал от себя, необычайно красивую, студентку… Окончив медицинский институт, Елена поступила в аспирантуру – и ее роман с деканом факультета продолжился…, но поскольку Елена не грезила наукой, кандидатскую диссертацию она так и не написала – и предмет ее влечения не помышлял о разводе со своей немолодой женой…
Прозревать Елена стала, когда ей «стукнуло» 28 лет: она все еще молода и красива…, но в студенческой среде появилась юная прелестница – и тот, кто клялся Елене в вечной любви, стал проявлять интерес к более молодой…, но и Елену, декан бросать, пока, не собирался… Елена поняла, что ее дорожки с любимым педагогом рано или поздно, но разойдутся, пусть уж лучше раньше!
Почти год, Елена просыпалась и засыпала с мыслью: ей пора расстаться с мужчиной, к которому она прикипела душой и телом…, за те долгие годы, что длилась их мучительная связь. Эти отношения себя изжили – и, если Елена найдет в себе силы: уйти из института, и от своего любовника, теперь…- ее жизнь наладится, промедлит и может все сложиться драматичнее…- для нее...!
Настало лето, которое внесло свои коррективы: Елена не поехала, сопровождающей, на симпозиум со своим учителем-деканом, а уехала загород с приятельницей. Ее любимый волосы на голове рвать не стал, из-за отказа Елены…- его сопровождающей стала юная чаровница-студентка…
Как-то, Елена залюбовалась природными красками вечернего заката … – и, казалось бы, совсем не к месту, к ней пришло осознание: ее восхитил ум, познания мужчины, что был намного старше ее…– и это восхищение юная Елена приняла за любовь!!! Из-за того, что она ошиблась в своих чувствах, мимо Елены прошли важные вехи взросления…- и невинные поцелуи со своими сверстниками, и девичье увлечение каким-нибудь старшекурсником: ее девственная душа и тело достались немолодому, но умудренному ловеласу!
В тот самый момент, Елена почувствовала себя ограбленной! Но рядом с ней находился ее верный рыцарь – юный Алеша, а он молод и душа его не искушена…- Елена не сумела, отказаться от соблазна: познать пылкую страсть неопытного мальчишки и ощутить упругую свежесть его загорелого мускулистого тела…- и она завлекла страждущего Алешу в свою комнату…
Через день, приехал отец Алеши – он сразу учуял перемены, произошедшие с его мальчиком…- и он увез сына домой, а Елена осталась на даче в одиночестве…, но ненадолго: ее навестил другой рыцарь – Гоша…- и у Елены в голове мелькнула шальная мысль: - Уж, если брать от жизни свое…
***
В институт Елена вернулась, словно заново переродившаяся – она вошла в кабинет своего бывшего возлюбленного без малейшего душевного трепета и положила на стол свое заявление: - Артур Михайлович, я осознала, что научная деятельность…- это не мое…, но, возможно из меня еще выйдет врач: я неплохо подготовлена теоретически?! Вот, мое заявление об уходе с кафедры по собственному желанию. У меня есть маленькая просьба к вам: не могли бы вы, подыскать мне приличное место работы…? - она улыбнулась декану – и он пообещал предпринять что-нибудь… (на добрую память о себе…)
Артур Михайлович тем же вечером переговорил со своей женой, которая являлась заведующей отделением интенсивной терапии, в обкомовской больнице…- так Елена попала на работу в престижную клинику.
По прошествии некоторого времени: когда выяснилось, что принятая на работу несколько месяцев назад – врач Елена Г. беременна, ее вызвала к себе заведующая отделением – и без всяких предисловий, ее начальница поинтересовалась:
- Милочка, вы, не от моего мужа забеременели?! – с неприязнью, на Елену смотрела ревнивая женщина…- и она, сперва, удивилась этому вопросу: Артур Михайлович не единственный мужчина, во Вселенной…
- Простите, мою нескромность, но и я спрошу…– а вам случалось, беременеть от вашего супруга? – спросила она свою начальницу.
- Можете быть свободны…- услышала Елена в ответ, на свой вопрос – и больше ее никто не тревожил своими расспросами.
Да, Елену не допекали ее коллеги вопросами о личной жизни, а, что спрашивать: красивая неудачница, утратившая надежду на успешное замужество, надумала родить ребенка для себя…?! Бедняжка!
Судачили о ней и медперсонал среднего звена, и технический персонал, мало беспокоясь о том, что Елена может их услышать:
- Все-таки, она такая красивая, аж завидно…, а я похожа на заезженную лошадь! – промолвила как-то одна, из медсестер…
- Красивая, очаровательная…- это ерунда – зато мы каждый день спим с мужьями! – вдохнула нотку уверенности в медсестру, махая шваброй, зачуханная санитарка…- и, как эхо, долетел до Елены ответ…: - И, то верно…
Счастливая своей беременностью, Елена не обращала внимание на шепотки и пересуды за спиной – и бережно, и гордо несла выпирающий живот!
***
69-летний Алекс лежит на постели, в гостиничном номере…- и вспоминает свое прошлое… 55 года прошло с тех, волнующих ночей, проведенных с прекрасной Еленой, но, кажется ему, что все события произошли только вчера…– и они смущают покой Алекса, как и всегда, словно и не прошли многие годы… А, еще он вспоминал тот день, когда узнал от мамы, что ее бывшая приятельница Елена, наконец, родила дочку Верочку, правда неизвестно, кто отец ее крошки… Красивая, но несчастливая…- такой приговор вынесла Елене, его мама. Сам Алеша сосчитал месяцы, положенные для вынашивания ребенка – и, по его подсчетам, выходило, что он – отец Верочки! На другой день, когда родители ушли на работу, Алеша вскрыл свою копилку – и все деньги, что ему подарили на день рождения, он отослал, по почте Елене…- для Верочки… С той поры, Алеша копил деньги, чтобы иметь возможность, отослать Елене…- и так продолжалось восемь лет… Затем, его вместе с женой отправили в Англию…- потом была работа при посольстве СССР в Алжире. Вот, когда его перевели на дипломатическую работу в США, брак Алексея распался: жена вышла замуж за американца – и он решил не отставать от экс-супруги – остался в Америке на постоянное жительство…
***
Отец Алекса никогда не говорил сыну, что после его отъезда заграницу, случайно, нашел квитанцию на почтовый перевод, а получателем значилась Елена… Тогда, и он произвел подсчеты – и пришел к выводу, что это он - дедушка Верочки… К тому времени девочка пошла в первый класс – и ее дедушка, издали, наблюдал, как растет его внучка – и два раза в месяц посылал денежные переводы ее матери, вплоть до своей смерти… Жаль, что пережил он Елену всего на год – Вера лишилась и поддержки отца! (по ее разумению).
И, теперь, немолодой Алекс Холл никак не может, пройти мимо, проблем семьи его внучки Ольги, хотя и прошло много лет…– и он приложит немало усилий, чтобы в двух журналах, выпускаемых издательством, на которое Алекс работал, появилась рублика – здоровье, и на ее страницах будут печататься статьи российского врача и преподавателя Глеба Невзорова…- в первую очередь!
***
Наступил сентябрь, проводив сына Никиту в пятый класс, Глеб направился в Медицинский университет: ему, как и прежде, предстояло читать лекции студентам и принимать пациентов в университетской клинике.
Появившаяся для него перспектива: подрабатывать писательским трудом, подвигла Аглаю, пересмотреть учебную нагрузку Глеба – и, чтобы он не перетрудился - определенное количество лекций, что Глебу достались от покойного Кирилла Дмитриевича, с началом нового учебного года, были перераспределены между двумя дамами – доцентом и кандидатом наук…
На удивление Глебу, малознакомый юрист - Алекс оказался человеком слова, хотя он и не имел выгоды, от продвижения в печать научных статей российского доцента Невзорова… (по мнению самого Глеба). Как бы там не было, но два раза – в месяц, отныне, Глеб отправлял на адрес электронной почты американского издательства свои медицинские статьи, переведенные тетей Агриппой на английский язык… На немецкий язык Глеб сам переводил свои статьи - для интернет-журнала из Германии: те, тоже, оплачивали труд тех, кто печатался на просторах их, интернет-страниц… Соответственно, на две зарубежные банковские карточки Глебу приходили и его гонорары…- Ольга пребывала в недоумении, как ее простофиля-Глеб умудрился, найти издателей, которые сочли научные работы ее мужа, достойными для тиражирования…
Мало ценя своего мужа, тем не менее, Ольга не отказалась, от покупки машины, в кредит, лично для нее: Никиту отвозить в школу, на тренировки, в бассейн… престижнее и приятнее на новом автомобиле, от немецкого производителя… Потом, ездить в магазин, за покупками - и забирать мясные полуфабрикаты, производства личной помощницы по хозяйству Андрона Семеновича, тоже, удобнее на машине… Ольга никак не может привыкнуть к тому, что, ныне, за все, изготовленное Дорой, приходиться платить – и деньги для расчета дает Глеб, а раньше Андрон Семенович их одаривал, без всякого счета…
***
Далее, Глебу стало еще проще, повсюду успевать: во сне, ему приснился Кирилл Дмитриевич и он дружелюбно улыбался ему…– потом, открыл свой письменный стол и стал вынимать из его недр, исписанные мелким подчерком, свои научные работы…:
- Пользуйся моими изысканиями, без оглядки: ты, все делаешь на благо семьи…- как внезапно он появился, перед Глебом, так нежданно и исчез…
Ранее, Глеб считал непорядочным, воспользоваться чужими мыслями и наработками, но раз Кирилл Дмитриевич сам разрешил…- теперь, у Глеба не возникало проблем, с написанием очередной статьи на медицинскую тему… Позднее, Глеб воспользовался трудами покойного Кирилла Дмитриевича, для написания своей докторской диссертации: он понял, что ему помогают, Оттуда, из-за его терпеливого отношения к их взбалмошной Ольге – и Глеб стал хорошим отцом для их Никиты…- и они, Там, понимают тоску, и озабоченность Глеба…- ведь его и их Ия растет, вдали от своих родителей, в отличии от Никиты…
***
Благодаря незримой помощи…, жизнь Глеба перестала быть похожей на борьбу за выживание: читать лекции студентам…, не проблема - он хорошо усвоил учебный материал, еще будучи студентом; пациенты университетской клиники, Глеба боготворят – это благодаря его вдумчивому подходу к их болячкам…– и денег не жалеют, лишь бы попасть к нему на прием; в интимной жизни…, Ольга пару раз, за месяц, снисходит до мужа - и допускает Глеба до своего тела, но и это обстоятельство перестало мучить его…- у него появилась подруга…, верная и страстная Аглая; по-прежнему, с дочкой Ией и тетей Агриппой – Глеб видится, в основном, два дня в неделю… Так вышло, что к его дорогим девочкам протоптал дорожку и расторопный Алекс – он балует и Ию, и тетушку Агриппу посылками…, а все потому, что «иноземного» Алекса «приворожили» бархатисто-сине-фиалковые бездонные глаза прелестной девочки Ии - по его смешливому признанию…
***
После очередного свидания со Стасом в психиатрической больнице, куда того определили на принудительное лечение (из-за убийства Кирилла Дмитриевича), дед Стаса - Андрон Семенович объявился на их пороге, в величайшем смятении:
- Глеб, как врач помоги моему Стасу! Он потерял всякий интерес к жизни, а препараты, которыми его колют, лишь добавляют ему безразличия, к происходящему! Сейчас, он похож на безучастного зомби, а, если так и дальше дело пойдет, то Стас превратиться из человека в растение…- помоги, внуку! – он собирался, упасть перед Глебом на колени, но тот опередил его:
- Андрон Семенович, я сделаю все, от меня зависящее…, только к этой проблеме надо подойти обдуманно, чтобы еще больше не навредить Стасу!
- Ну, так думай скорее!!! – Ольга встряла в разговор мужчин и была она, крайне, озлоблена: словно бы, это Глеб повелел Стасу, убить своего отца – и, ныне, тот страдает безвинно…
***
Доверившись заверениям Глеба…- Андрон Семенович отбыл, решать проблемы своего бизнеса. Зато, Ольга все еще пребывала, под впечатлением рассказанного Андроном Семеновичем…– и гневалась на Глеба, и не могла скрыть свою злобу…
- Ольга, хватит дуться: я обещал помочь твоему сводному брату – и я помогу, насколько это возможно! Может, перекусим, немного...– миролюбиво, предложил Глеб.
- Тебе бы только жрать! – явные нотки ненависти, вновь прозвучали в голосе Ольги – и Глеб решил, ответить жене взаимностью…:
- Мда…, и куда только подевалась прежняя Ольга, своим нравом, походившая на игристое шампанское: шаловливая и умеющая опьянять, и дурманить - и вызывать чувство счастья, и легкости, от близости с тобой… С недавних пор - и особенно в последнее время, ты, напоминаешь сосуд, в котором шампанское перебродило и превратилось в уксус…- эти слова Глеба вызвали в Ольге взрыв негативных эмоций…:
- Подонок! Да, как ты, смеешь сравнивать меня с уксусом?! Знаешь, а ты, как был пресным, словно каша для язвенника, таким и остаешься по сей день!!! Это ты, и только ты, виноват в том, что я растратила свое, былое жизнелюбие…
Лишь, для того, чтобы Ольга не промолвила роковые слова, после, которых их совместная жизнь была бы невозможна – Глеб остановил поток ее слов жестом руки, а, затем вымолвил:
- Ольга, не стоит так, категорично, демонстрировать мне свою нелюбовь: я и сам знаю об этом! Может, договоримся, не говорить друг другу тех слов, после которых наш брак, неизбежно, развалиться: все-таки у нас дети…
- «Милый», не стоит меня пугать разводом: возможно, этот шаг стал бы благом, для меня?! По поводу наших детей: твою хавронью я оставлю тебе…- мне, ни к чему, иметь рядом с собой, постоянное, напоминание о тебе! Вот, к моему Ники ты, не имеешь никакого отношения: он, сын Стаса – и, если мы разведемся с тобой, Андрон Семенович нас не оставит в беде! – хищная и презрительная гримаса портила лицо Ольги, но Глеб не отвернул своего взора:
- Как ты, все хорошо продумала: значит Андрон Семенович – твоя опора, на будущее? Теперь послушай меня: Никиту я не отдам тебе!!! Это я не имею к нему никакого отношения?! Я?! Который с самого его рождения, делил с ним и его боль, и радость: ведь, это не ты, не спала ночами и, ежечасно, делала ему массаж животика, когда его мучили колики! Это не ты, носила Никиту на руках и говорила ему ободряющие слова, когда у него резались зубки – нет, это была не ты: в это время ты, спокойно дрыхла! Когда ему делали прививки, у Никиты всегда поднималась температура и он испытывал недомогание, а, где была ты?! Нет, мальчика, которому я дал имя своего отца, тебе я не оставлю! Никита мне так же дорог, как и моя Ия…- и, да, через мою дочку Ию нас с Никитой связало кровное родство…- я судиться с тобой буду, из-за Никиты!!! На Андрона Семеновича она уповает, а, если тот умрет вскорости, что будет, тогда?! А, ты, надеешься на то, что прадед не оставит Никиту без наследства?! Никиту я тебе не отдам: тебе ребенок помешает, заниматься поисками мужчины твоей мечты…- не позволю, чтобы Никита страдал, как это было ранее…
- Ты, же понимаешь, что рано или поздно…, но Ники узнает: кто его настоящий отец! – торжествующе, произнесла Ольга.
- Повторюсь, его настоящий отец...- я!!! Это я был рядом с ним с его рождения, и это я научил его плавать, кататься на коньках, ходить на лыжах…- и, еще много чему… Стас, его биологический отец – и только! Ничего страшного я не нахожу в том, что Никита узнает о Стасе… Никита счастливчик у нас: по нашему двору бегают пацаны, которые не знают и одного отца, а у нашего Никиты два отца и оба любят его, и обоим он дорог!!! – устало, заключил Глеб.
Ни Ольга, ни Глеб, в запале ссоры, не слышали, что их Никита вернулся с улицы, домой – и слышал каждое их слово… Пригорюнившись, Никита вернулся на улицу, у соседнего подъезда сидел его сверстник Сережа, а остальных… позвали родители домой, ужинать…
- Ты, что домой не пошел? – поинтересовался грустный паренек Сережа.
- Дома родители ссорятся…- задумчиво, произнес Никита.
- Как поссорились, так и помирятся, а меня мамка скоро отдаст, правда не знаю кому: сожитель настаивает…- ему чужие дети не нужны! – с отчаяния, соседский мальчик открылся Никите и заплакал…- потом, устыдившись, вскочил с лавочки и побежал в противоположную, от его подъезда, сторону…
***
В величайшем смятении, Никита вернулся домой. Глеб сразу узрел, что с сыном творится неладное – и поинтересовался…
- Никита, ничего страшного у тебя не случилось? Ты, словно сам не свой…- Глеб, пристально, смотрел на Никиту, но тому не хотелось, признаваться, что он, невольно, подслушал ссору родителей…
- Мальчик, с которым я играю, открылся мне: сожитель его матери требует от нее, чтобы она отдала моего друга кому-то… Он плачет и мне его жалко! – у Никиты блеснули слезы в глазах…- Глеб поторопился, успокоить сына: слишком близко он принял к сердцу беду друга….
- Никита, не переживай, заранее, за друга: мало ли, что хочет сожитель его матери! Не факт, что мама мальчика отдаст своего ребенка посторонним: непросто, ох, как непросто оторвать от своего сердца дитя, которое ты, растишь долгие годы… Помню, тебя принесли из роддома такого махонького: ты, на моей ладони умещался – и, вот в какого орленка оформился…- страшно подумать, что мне пришлось бы расстаться с тобой!!! Если мать твоего друга не любит себя больше…, она не расстанется с сыном: повторюсь, оторвать от себя своего ребенка…- это совсем непросто!!! – Глеб погладил Никиту по голове, а, потом поцеловал в макушку – и на Никиту снизошло успокоение: по-прежнему, его папа, к которому он привык, не отказывается от него, а то, что психически больной Стас приходится ему биологическим отцом…, об этом его приятелям и одноклассникам неведомо!
***
И на Ольгу снизошло озарение: ее Ники слишком привязан к Глебу, а Стас для него посторонний дядя – следует быть к Глебу добрее, ведь он, и правда, намного моложе Андрона Семеновича… Потом, она вспомнила, как несладко ей и Нике было, когда соседи поставили большой крест, на ее браке с Глебом … Самое время было, показать Глебу, что их ссора была лишь пустяшной перепалкой: выпустили накопившийся «пар» - и довольно…- и смиренная Ольга пошла, накрывать на стол…
Глеб и Ольга сели за стол, ужинать, с одинаковой мыслью: повздорили – и довольно… (в конце концов они, оба, не готовы были к разводу). Съев пару ложек картофельной запеканки, Никита, внезапно, спросил у матери:
- Мама, а когда вернется домой Ия: я скучаю по ней?! Или ты, не хочешь этого?! – Никита посмотрел на Ольгу враждебно и с подозрением…
Глеб поспешил, оправдать Ольгу, в глазах сына…
- Никита, ты, зря подозреваешь маму… Наша малышка-Ия, как и мама, тоже боится кого-то – и вовсе не Стаса… Кто-то еще представляет опасность для твоей мамы и сестренки: во всяком случае, их женская интуиция предупреждает их об опасности! Знать бы, кто так ненавидит их…??
Никита, сперва не поверил, заверениям отца, но узрев на лице Глеба неподдельную озабоченность, уверовал в его искренность и ответил отцу, не задумываясь:
- Это тетка Полина: похоже на нее… Как появиться в нашем доме, жди беды!
***
Через день, Никита прибежал домой взволнованным…
- Папа, помнишь, я говорил тебе о Сереже?! Представляешь, его родной отец нашелся! Правда, Сережа своего отца еще не видел, но он передал для него пачку денег, вот такусенькую…– чтобы мама купила Сереже все необходимое… Сережа с мамой, сейчас в магазин пошли, за покупками… - Глеб смотрел на сына с улыбкой: Никита так радовался за друга, словно сам нашел что-то важное…- и решил, что наступил подходящий момент, для непростого разговора:
- Никита, ты, добрый и чуткий, и многое уже понимаешь… Я так говорю потому, что твоя доброта, понимание, чуткость…необходима еще одному человеку – я говорю о Стасе… Только, твое появление может встряхнуть его, взбодрить и вселить в него некую надежду, что для него жизнь не кончена… Я прошу тебя поехать со мной на свидание к Стасу: если ты, не окажешься тем, целительным лекарством, для него…- я не знаю, что сможет помочь ему, в принципе?! Ты, же знаешь, Стас любит тебя, очень любит! У тебя есть время на обдумывание и, чтобы морально подготовится к непростому свиданию…- Глеб смотрел на Никиту с надеждой…- и мальчик, утвердительно, кивнул головой.
Никита пошел в свою комнату, а Ольга, глядя сыну в след, тихо спросила Глеба:
- Ты, уверен, что это свидание необходимо? Вдруг, эта встреча окажет отрицательное воздействие на Стаса? – Ольга всегда сомневалась, в способностях мужа…- усомнилась и теперь, в правильности оценки ситуации, Глебом…
- Сто процентной гарантии дать не могу, но надеюсь на положительный результат…- задумчиво, промолвил Глеб.
***
Не судьба, так не судьба! Иначе и не скажешь: в день своего рождения, Сережа ждал в гости отца…- тот обещался прийти, но пришли его коллеги…
- Сережа, мы принесли тебе печальное известие: твой отец торопился к тебе…– и выехал на встречную полосу, чтобы объехать пробку, но попал под машину, что развозит бетон… Смерть твоего отца была мгновенной…- не сможет он поздравить тебя с днем рождения! - коллеги, ныне покойного отца, опустили глаза: чем, еще можно помочь пацану, в такой роковой ситуации?!
Горе Сережи перехлестнуло через край: теперь, уж точно у него не будет отца, а он, даже, не успел с ним познакомиться!!! От отчаяния, Сережа смахнул со стола торт, вслед за тортом, на пол полетела, и бутылка с пепси-колой… Сожитель матери ошалел, от поступка «мелкого пакостника» - Сережи и рванул на него с кулаками:
- Гаденыш, ты, что творишь?! – он отшвырнул от себя мать Сережи, что бросилась ему, наперерез, чтобы защитить сына – и та упала, весьма, неудачно.
- За гаденыша ты, нам ответишь!!! – возмущенные произошедшим, коллеги… достали свои «корочки» оперуполномоченных уголовного розыска.
- Защитники появились! Ладно, не утруждайте себя: я ухожу из этого дома!!! Ты, Машка не ищи меня: между нами все кончено! – побросав свои вещи в старую и потертую сумку, сопровождаемый злыми взглядами оперуполномоченных…, теперь уже бывший, сожитель вышел за порог…
- Позвоните, пожалуйста, в скорую: мне понадобится помощь медиков… Сережа, а, как ты, один будешь? – его мама плакала: в очередной раз, разбились ее надежды на счастье…
***
Зазвенел звонок - и входную дверь открыл Глеб: плачущий мальчик Сережа смотрел на него и молчал…
- Простите за беспокойство, мы хотели взять его с собой, но Сережа уперся: говорит, пойду к Никите… Видите ли, мать мальчика увезла скорая – дня три – самое малое…, ее не будет дома…- не приютите пацана у себя, на это время?! – оперуполномоченные, вопросительно, взирали на Глеба…
Из своей комнаты выбежал Никита, он услышал разговор взрослых – и поторопился своему другу, на встречу…
- Заходи, Сережа! Конечно, три дня ты, можешь пожить в моей комнате, даже больше…- он обнял Сережу за плечи – и повел в свою комнату…
В коридоре объявила себя и Ольга, увидев ее недовольную физиономию, коллеги отца Сережи стушевались, а один протянул визитку, со словами:
- Если мальчик станет вам в тягость, позвоните – и мы заберем сына, нашего погибшего друга…
- Как…, погибшего…?! – поразился Глеб.
- Да, сегодня погиб в автомобильной аварии: торопился к сыну… Мы пошли, но, если, что…- звоните! – и трое мужчин ушли…
Молчавшая, до поры, Ольга заговорила…
- Тебе не кажется, что всего через-чур, для Никиты: сегодня он утешает этого мальчишку, а завтра ему предстоит встреча со Стасом?! Я волнуюсь, а тебе, хоть бы хны…! – она ушла в свою спальню, но Глеб так и не понял: рада ли она, намечающейся встрече Стаса с Никитой?!
Весь, оставшийся день, Никита успокаивал своего друга Сережу: ведь, и врагу не пожелаешь, чтобы у того отец умер в день его рождения…- когда столько надежд было связано с этим днем – и ожидали, только, радости… На деле, Сережа, тихо, плакал, а Никита гладил его по голове и плечам, и говорил слова утешения... Ольгу, траур, царящий в комнате Ники, чрезвычайно, утомил…- потом, за ужином, она не скрывала своего недовольства, от присутствия некого Сережи в ее доме…
- Мама, а я и не знал, что ты, можешь быть такой злой и гадкой! – прошипел ей Никита, так, чтобы Сережа не услышал – и он ушел, не пожелав маме спокойной ночи…
***
Они выехали с утра, пораньше: путь до психиатрической клиники неблизкий…- там Стас отбывал свой срок, за убийство отца и сопротивление стражам порядка.
Встреча со Стасом, нынче, для Глеба, была равносильна встрече с тревожными тенями прошлого… Он посмотрел на Никиту, но было похоже: не Стас занимает мысли, не выспавшегося мальчика - и оказался прав…
- Папа, как ты, думаешь: мама не выгонит Сережу из нашего дома, пока нас нет? – Никита выглядел, крайне, встревоженным.
- Думаю, что нет…, но на всякий случай, я попросил прийти, пораньше, Галину – и она согласилась, взять на себя заботу о Сереже…- пока нас не будет дома…
- Спасибо, папа: ты, такой хороший! – успокоившись, Никита, моментально, уснул – и проспал всю дорогу…
***
Глеб и Никита прошли по плохо освещаемому коридору прежде, чем попали в палату, где содержался Стас... Он лежал на кровати в спортивном костюме: обросший, небритый, помятый с потухшим взором, в глазах…
Едва, только Стас увидел Никиту..., тотчас, вскочил с кровати и попытался, руками, причесать свои лохмы…
- Стас, так-то ты, хорошо выглядишь, но почему не бреешься и коротко, не стрижешь свои волосы, на голове? – Никита был добрым и понимающим мальчиком – увидев прежнего красавца-Стаса в плачевном виде, он заговорил с ним мягко…, но Стас, только, смотрел на него, «во все глаза» и молчал…
- Стас, помнится, тебя покусала собака…- у тебя все раны зажили? – вновь, спросил Никита…- нужно же было, о чем-то говорит ему, если Стас, упорно молчал…
Стас, и в этот раз, промолчал, но показал Никите, зажившие розовые рубцы, на своих руках - и Никита, опять, спросил:
- Раны вижу, зажили, но они тебя не беспокоят? – и Стас, отрицательно, помотал своей головой…:
- Это хорошо, что не болят… Я привез для тебя фотографии, с моего дня рождения – можем вместе посмотреть, а сначала, чай попьем: у меня с собой термос, бутерброды, салат – в контейнере, пирожки и плюшки… Пока, папа с врачами общается, мы покушаем… Согласен?
Стас так и не произнес ни слова, а все смотрел и смотрел на Никиту: он никому не говорил, что причина его бессонницы – сны, в которых его лицо замазано, словно белилами… И стричься, и бриться он отказывается, чтобы в зеркале не узреть, пугающе размытое, белым, пятно – вместо своего лица…- и так приятно смотреть на мальчика, унаследовавшего его черты…
- Ты, знаешь, что я твой отец? – внезапно, хриплым голосом, спросил его Стас…
- Да, случайно услышал разговор между папой и мамой…, но папа… Глеб сказал, что я счастливый мальчик: многие дети, вообще, не имеют отца, по разным причинам – а у меня два отца…- и оба любят меня, и дорожат мною! Я подумал, что лучше иметь двух отцов, чем ни одного…- некоторое время, они молчали и, только, смотрели друг на друга…
Никита достал припасы из сумки – они сели за стол и принялись кушать…- и, находясь под впечатлением – Никита рассказал Стасу, печальную историю мальчика Сережи, а, заодно, Никита открылся, что очень переживает…, ведь мама может выгнать его друга, пока Никиты нет дома!
- Ты, меня поразил: никогда не думал, что Ольга может быть такой мелочной кусочницей…- и пожалеет крова и еды для несчастного ребенка, тем более, Сережа – твой друг! – и Стас, и Никита были довольны, что единодушны, хотя бы в чем-то…
Затем, Никита достал из сумки стопку белой бумаги и коротенький карандаш – и положил на стол, со словами…
- Стас, нам задали по английскому языку написать сказку – ты, не поможешь мне? Я оставлю тебе, эти чистые листы и карандаш…, как сказка будет написана, попросишь врача позвонить мне… Выручишь меня? Папа с мамой отказались, а ты, помоги…- Никита, умоляюще, смотрел на Стаса – и тот согласился…
- Только, моя сказка может получиться страшной…- предупредил Никиту, Стас…
- Сказкам положено быть страшными…- как получиться, так и хорошо: я подкорректирую… Зато, мне будет, от чего отталкиваться, а тебе, спасибо…, что не отказал! – от радости, что ему удалось выполнить наказ Глеба, Никита потер свои ладошки – и, Стас улыбнулся, впервые, за их свидание….
Потом, они рассматривали фотографии, с дня рождения Никиты…- и он, оживленно и красочно, рассказывал Стасу, как замечательно погуляли они, с одноклассниками, тем днем – до сих пор вспоминают его день рождение…
В палату Стаса вошли главврач и его лечащий врач, а за ними вошел Глеб – Никита и Стас поняли, что их встреча подходит к концу…
- Говорят, тебя мучает бессонница, Стас? Будешь ложиться спать, обложись фотографиями Никиты: другим этот метод помогал, избавиться от бессонницы – отчего бы и тебе не испытать?! Во всяком случае, попробуй! - посоветовал Глеб своему бывшему сопернику, а, ныне, родственнику…
Расстались эти трое, довольные друг другом – и последующей ночью, Стас спал, крепко…
***
Первым делом, Никита бросился в свою комнату, как вернулся домой, а Сережи и след простыл… Мысли мальчика заполонили дурные предчувствия – и Никита пошел на кухню, настроенный на обидную откровенность: высказать матери всю правду…- несмотря на присутствие ее подруг!
- Все-таки выгнала моего друга? Знаешь, а я рассказал Стасу о Сереже и твоем отношении, к нему… Стас был удивлен: он не думал, что ты, окажешься мелочной кусочницей… Своих подружек, смотрю, привечаешь, а моего друга, единственного, выставила на улицу!!! Значит, для тебя существует, лишь женская дружба, а у меня друга не должно быть?! Ты, знаешь, кто…?!- Никита выскочил из кухни: он не желал, чтобы эти тетки видели его слезы…
Тут на пороге квартиры и возник Глеб – и претензии Ольги посыпались на его голову…
- Как ты, позволил, в присутствии тебя, Никите и Стасу обсуждать меня? Еще обзывали меня??!! – голос возмущенной Ольги, сорвался на крик…
- Дорогая, о чем говорили Никита и Стас мне неведомо, я все время находился в кабинете главврача: у того возникли проблемы, с написанием кандидатской диссертации… Если Андрон Семенович не может, ныне, разбрасывать деньги направо и налево, чтобы к Стасу проявляли благосклонность – теперь, я стану консультировать психиатров…, а, что делать?! Как тебя обозвали?! – усталый Глеб, не знал, как ему умаслить злую Ольгу…
- Отвратительными словами меня обозвали – и, где Стас таких словечек понабрался? Я не мелочная кусочница, понятно!? – Ольга, демонстративно, отвернулась от Глеба и вернулась на кухню: - Девочки, сейчас у Глеба коньяк изымем: мне необходимо стресс снять!!! Поддержите?
Глеб направился в комнату Никиты, его следовало помирить с матерью.
- Сынок, вы, со Стасом ошиблись, в оценке поступка твоей мамы: она, вовсе не мелочная – и, тем более не кусочница…- нет! Твоя мама – собственница, впрочем, этим страдают многие женщины! Короче, мама просто приревновала тебя к Сереже: любимый Ники должен обожать только ее, у тебя должны быть такие же интересы, как у мамы – и поступать ты, обязан, сообразно интересам мамы… Как-то так… Я звонил Галине – сейчас, она привезет Сережу к тебе… Никита, а ты, извинись перед мамой: она не кусочница…- она, лишь желает владеть тобой, всецело…- представляю, какие баталии будут происходить…, когда ты, влюбишься и женишься!!! И, как мама, и твоя жена станут тебя делить?! Извинись…- и Глеб направился в свой кабинет…
Известие о том, что Галина привезет Сережу к Никите, сделало его терпимее – и он пошел на кухню, извинятся перед матерью, прилюдно…
***
Перед самым уходом подружек Ольги, Глеб объявился на кухне с рекламной брошюркой, в руках…- он нашел ее в своем почтовом ящике…
- Девочки, мне видеться это предложение заманчивым: через две остановки от нашего дома, открылся косметический салон…– и они предлагают пакет услуг, по приемлемой цене… Это же классно, в течении пяти часов, никуда не спеша, принять: сеанс массажа и шоколадное обертывание, маникюр, педикюр свой освежить…, а, перекусив и испив коктейля, вам положен сеанс ароматерапии или в солярий сходить – это на выбор… И, за все эти блага всего-то десять тысяч просят…- почти даром, можно сказать… Так, как: пойдете перышки свои чистить? Я оплачу ваш вояж в косметический салон, но, в благодарность мне, вы, поприсутствуете, послезавтра, на похоронах отца Сережи: в качестве моральной поддержки, так сказать… Я вижу вы, согласны…- я пошел за денюжкой! – Глеб, вскоре, вернулся и выдал, каждой, по десять тысяч…
Ее приятельницы ушли – и Ольга вошла в кабинет Глеба…:
- И, не жаль было: бросить «на ветер» тридцать тысяч? Я и без них, могла бы сходить… Лично, мне десяти тысяч мало – добавь еще десять…: вдруг, мне захочется получить услугу, за которую потребуется платить отдельно или, к примеру, лишний коктейль заказать… Никита, своей выходкой, мне все нервы расшатал – мне необходимо капитально развеяться!!!
Глеб достал из стола пятнадцать тысяч и протянул их Ольге…:
- Возьми, дорогая…- и, ни в чем себе не отказывай!!! – положив в карман халата деньги, Ольга, молча, вышла из кабинета мужа …
***
В это же время, хлебнув водочки из фляжки – для храбрости…, зрелый майор милиции достал из своего кармана листок, на котором был записан московский номер телефона. Еще, немного подумав, он набрал нужный номер.
Ему ответил неприветливый мужской голос, но майора, сей факт, не обескуражил:
- Мне хотелось бы, переговорить с моей бывшей супругой Аленой…- промолвил в трубку майор.
- И, мне хотелось бы, поговорить с ней, но наша Алена в отключке… Что понадобилось вам Даниил Петрович, от Алены, через столько лет молчания? – поинтересовался неприветливый…
- Собственно, ничего особенного: хотел, только сообщить ей, что наш сынок Женя погиб в автомобильной аварии…- такая, вот печаль! Хотя, может ей и не интересно будет, знать об этом?! Тридцать четыре года назад принесла она, из роддома, нашего сына и бросила его на меня – и не подумала, как я стану поднимать слабенького мальца: Алена родила его семимесячным… Да…, так ей захотелось стать вашей женой и проживать в Москве, что переступила через сына… Ладно, Михаил Иванович, сами посмотрите, по обстоятельствам: сообщать Алене о смерти сынка или не стоит. Прощайте…- майор уже собирался положить трубку служебного телефона, но неприветливый… его остановил:
- Постойте, Даниил Петрович, когда Алена проспится, станет задавать вопросы, если станет…, а мне и ответить ей будет нечего… Как жил ваш Женя, все, это время? Остались ли после него дети? Кем работал? И, наконец, когда хоронить его будите?
- Да, жена и дети у Жени были - вот, только, после его смерти Ирка – вдова Жени, как с цепи сорвалась…- и, даже на похороны мужа не собирается приходить, и их детей приводить – и папашка Иркин что-то брызжет ядом, в нашу сторону… Вот, Маша, бывшая девушка Жени, хотя он на ней не женился, а более того, бросил эту Машу беременную…, но она не стала настраивать Сережу против отца…- они, теперь, и оплакивают нашего Женьку… В отделении милиции, где он служил оперуполномоченным…, коллеги тоже, шибко жалеют нашего Женю… Хоронить сына буду через день, как и положено по-христианскому обычаю… - решив, что он удовлетворил интерес своего бывшего соперника, что увел у него любимую жену, Даниил Петрович, не попрощавшись, положил трубку…
***
Надменный мужчина, Михаил Иванович, после непредвиденного разговора с Даниилом Петровичем, пребывал в задумчивом расположении духа… - и, когда он не отреагировал на появление своего отца, тот сел напротив него и стал задавать сыну вопросы:
- Михаил, в чем дело? Кто тебя так озадачил, что ты, не реагируешь на вопросы отца? Говори, с кем ты, сейчас болтал по телефону? – несмотря на тот факт, что его сыну Михаилу исполнилось уже 55лет, он, по-прежнему, робел перед своим отцом, Иваном Романовичем, которому было за 80…
Михаил пристально посмотрел на отца, прежде, чем ответить:
- Позвонил Даниил Петрович: хотел известить Алену о смерти сына… Интересный вышел разговор…: ненамеренно, выяснилось, что мальчик Женя родился семимесячным! Это значит, что ребенок Алены мог быть и моим ребенком: к тому времени она вовсю со мной путалась…, но все же отдала Женю, бывшему мужу, на воспитание… В ту пору, еще тест ДНК не делали – она и решила: наградить брошенного мужа, возможно, что и моим ребенком! Вот, курва! Теперь, Женя мертв, но в браке у него двое детей родилось…- и есть еще и незаконнорожденный, Сережа, который горько плачет по отцу… Как быть? – спросил совета сын Михаил у отца Ивана Романовича.
- Пороть горячку не станем: своими необдуманными действиями ты, уже лишил себя детей, а меня…- внуков… Зачем, только полез в эти горы? Чтобы отморозить все значимые органы? Ладно…- дело прошлое! Алене, о смерти сына сообщи – и под капельницу положить ее нужно, чтобы в божеский вид ее привести… Объявимся втроем на похоронах Жени, но мы с тобой, вроде, как для поддержки… Думаю, что я сумею взять образцы для анализа ДНК у всех троих детей Жени… Первое…- приставить к этой стерве охрану…- как слегка очухается…- сразу, ее под капельницу положить, а я частный самолет закажу…- послезавтра мы будем на похоронах! – пафосно, заявил старый живчик Иван Романович – и Михаил Иванович успокоился: если его папаша наметил себе цель, к ней он идет, как хорошая гончая…
***
Днем следующим, Глебу, с утра, предстояло читать лекции студентам, его жена Ольга, со своими приятельницами, отбыла в косметический салон, их сын Никита в школу не пошел, а остался дома, чтобы оказать поддержку другу Сереже – соответственно, за мальчиками согласилась приглядывать их помощница по хозяйству Галина…
Прочитав по утвержденному расписанию, положенное количество лекций, Глеб Никитич возвратился домой… Он пообедал, вместе с мальчиками и втроем, они пошли в больницу, чтобы навестить маму Сережи – медсестру ведомственной клиники Машу.
Сережина мама, как и ее сын, пребывала в унылом состоянии: умер любимый ею, мужчина Женя; ее бросил сожитель, но перед тем, как уйти, он так швырнул Машу…- при падении, она сильно ударилась…и в результате - случился выкидыш; «вишенкой на торте» стало известие, что Машу, по надуманному предлогу, уволили с работы…- это подсуетился тесть Жени, который узнал о существовании Сережи и его мамы Маши…
О последней беде, Маша поведала Глебу Никитичу – и он быстро успокоил, удрученное сердце Маши: работу по специальности он найдет ей – все свои связи подключит, но безработной Маша не останется…! Осознание того, что она сможет заработать, чтобы прокормить своего Сереженку, добавило Маше настроения…: хорошо, когда есть на кого опереться…!!!
***
Искать работу для Маши, Глебу не пришлось: из Москвы прибыла Алена – мама покойного…, в сопровождении мужа и свекра… Еще довольно слабая, после продолжительного запоя, неровной походкой, Алена проследовала к гробу, в котором лежал ее сын Женя…
Она наклонилась над прахом сына и поцеловала покойного в лоб, а, затем села рядом с гробом:
- Прости меня, сынок, что так поздно мы встретились! Не держи на меня зла, что бросила тебя совсем крохой: дурой была твоя мамка – шибко ей в Москве захотелось жить…, но тебя я оставила с надежным человеком, моим бывшим мужем Данилой… Видишь, как тебе свезло – и ты, прожил на этом свете 34 года, и детей нажил…, но, если бы я забрала тебя с собой, возможно, ты, и года не прожил бы…- и, точно, не 34…! - постаревшая мать, не обращая внимания на присутствующих, винилась перед своим покойным сыном Женечкой и, время от времени, гладила его ладони, скрещенные на груди…
Михаил Иванович, муж Алены и его отец Иван Романович убиваться по покойному не стали: теперь-то уж, «волосы на голове рвать» поздно - и они осмотрелись по сторонам…
- Михаил, похоже Евгений, и в самом деле, был твоим сыном, а не Данила Петровича…: мальчик Сережа очень напоминает тебя, в детстве…- ты, также наклонял свою голову, когда плакал и плечики у тебя подрагивали, тоже… Вот, девочка Оксана совсем не походит на нашего Женю…, да, и мальчик Руслан, тоже… Нагуляла их, похоже, его жена Ирка…- и обманом, женила на себе нашего мальчика… Маша, мать Сережи, очень приятная женщина…- их можно забрать с собой, в столицу…, подальше от царящей нищеты! – Иван Романович был старичком твердым – и в то время, что Маша и ее сынок Сережа оплакивали покойного Евгения, их судьба была уже решена двумя деспотичными мужчинами, а мама и ее сынок, и не ведали, что их ждет Москва, и обеспеченная жизнь…, но в «золотой клетке»!
***
Ирина, вдова покойного… и, правда, вышла замуж за паренька Женю, будучи беременной от начальника своего отца. Замуж она выходила поневоле, чтобы скрыть свою связь с женатым мужчиной, но совсем скоро, Ирина прониклась симпатией к своему случайному мужу… Ее муж Женя, тоже, женился на ней не из любви - его мачеха Тамара Дмитриевна оговорила девушку Машу…: ее любил Женя и на ней желал жениться… Вот, только мачеха Жени не желала, терпеть в своем доме, постоянное, присутствие той, что так напоминала мать Жени – Алену…- и Тамаре Дмитриевне удалось, разбить хрупкую любовь пасынка Жени к Маше …
Ирина родила двойню: девочку Оксану и мальчика Руслана – и было ясно, что их отцом, вряд ли, является Женя, но Тамара Дмитриевна полюбила малышей всем сердцем – и ей было неважно, кто их отец, поскольку сам Женя не состоял в кровном родстве с женщиной, которая его выходила и вырастила!
Если Тамара Дмитриевна и Даниил Петрович приняли детей Ирины за родных внуков, то Михаил Иванович и его отец Иван Романович не желали, пригреть на своей груди «кукушат»…- в личной беседе с отцом Ирины, они, напрямую, заявили об этом…
Мальчика Сережу несколько утешило известие, о наличие у него двух влиятельных дедушек…– и перспектива переезда в Москву, ему показалась заманчивой: совсем недавно он являлся сирой безотцовщиной, а, ныне, ему завидовали все дворовые мальчишки!
Попрощаться с другом Никитой, Сережа приехал в сопровождении своих дедушек и те торопили мальчика: их ожидал частный самолет…
- Никита, мы были очень рады познакомиться с тобой и твоими родителями! И мы весьма благодарны вашей семье: вы, не бросили нашего мальчика, когда его мать положили в больницу, а сам Сереженка переживал смерть своего отца…- поэтому, в память о вашей дружбе, купи себе подарок, Никита, какой сам захочешь! – прадед Сережи – Иван Романович положил перед Никитой две внушительные пачки денег, в банковских упаковках…
Никита вышел проводить друга Сережу до машины…- и, на его глазах блестели слезы, когда он махал, вслед уезжающему приятелю…
- Никита, деньги, что подарили тебе, обменяем на евро… Я получил по электронной почте приглашение: принять участие в конференции, которая будет проходить в Мюнхене. Хочу взять вас с мамой с собой: говорят, стоит побывать в Европе перед Рождеством - и посетить рождественские ярмарки...- это заслуживает того…- этим известием, Глеб несколько развеял печаль сына Никиты и поднял настроение жене Ольге…
***
Лечащий врач Стаса дозвонилась до Глеба, чтобы сообщить ему: у ее подопечного наблюдается ухудшение психического состояния – и Стас, вновь, почти не спит по ночам…, но, в категорической форме, отказывается от приема снотворного.
В этот раз Глеб отправился, навестить Стаса, без сына Никиты: тот уехал на соревнования по теннису. Первоначально, Глеб переговорил с лечащим врачом – и, затем, направился в палату к Стасу:
- Привет, Стас! Я сегодня приехал один: Никита уехал на соревнования, но, когда он вернется, он навестит тебя - не сомневайся! Поскольку мы вдвоем, может ты, откроешься мне – и расскажешь о причине твоей бессонницы?! Иначе, как помочь тебе? Мы не чужие люди, если ты, не можешь доверится мне, кто в состоянии будет помочь тебе? – Глеб, пристально, всматривался в глаза Стаса – и видел его тревогу и смятение…
Стас не сразу ответил на вопрос Глеба, а, с высшей степенью недоверия, взирал на мужа своей сводной сестры Ольги… Похоже, остатки здравого мышления взяли верх, над его страхом – и Стас заговорил…
- Дед Андрон поведал мне, что ты, считаешь: будто мое, теперешнее состояние, является следствием, воздействия на меня гипнозом, со стороны зловредного коллеги… Зря ты, грешишь на моих коллег: мое неадекватное состояние – дело моих рук…- это я… и, только я воздействовал на себя! Страстно хотелось, сотворить из себя выдающегося человека: мною двигало желание подняться, очень высоко, над заурядной толпой!!! И, стоя перед зеркалом, глядя в свои глаза, я занимался самовнушением... Все вышло из-под моего контроля, когда я надумал, в своем подсознании содеять «перестановку» событий: «задвинуть» не желаемые события, происходящие в моей жизни, на задний план, а вперед выставить желаемое мне… После этой перестановки, меня стал преследовать один и тот же сон: вместо своего лица, я видел в зеркале размытый белый овал! Это так страшно: я чувствовал, что теряю себя как личность – и меня охватывал ужас, который я не мог контролировать!!! Не скрою, что после твоего совета, перед сном, я стал обкладывать себя фотографиями моего любимого мальчика Ники – и, первое время, засыпал без снотворного, и спал крепко… Потом, во сне, я, снова увидел себя в зеркале, но вместо размытого белесого овала лица, узрел, что моя голова повернута затылком вперед…- вместо размытого овала, меня стал преследовать мой затылок… Следом, во сне, меня стали мучить неприятные ощущения, словно мою голову, вместе с шеей выкручивают, а, возможно и откручивают от моего тела! Лично ты, смог бы спокойно спать, в подобной ситуации??!! – Стас выговорил последние слова с неимоверной горечью, прежде, чем замолчать.
Глеб, внимательно, выслушал откровение Стаса – и, затем не сразу ответил ему: Глебу нужно было правильно оценить ситуацию…- от его вывода зависело психическое здоровье Стаса, которого Глеб уважал, с первой минуты их знакомства…- еще со времен увлечения подводным погружением…
- Стас, а, если посмотреть на твою ситуацию иначе: ты, с помощью самогипноза, все перемешал в своем подсознании, а, заодно, и задвинул свое сознание, черт знает, куда… – и, образно говоря, где раньше располагались «глаза», образовалась «стена»…- произошел разрыв важных связей... и твое сознание «ослепло», лишившись многих «маячков», на которые, ранее, ориентировалось в реальности! И с тобой случилось то, что случилось! Но, возможно, ныне ты, встал на путь выздоровления – и, уже твое подсознание возвращает прежний, порушенный порядок…! И, как следствие, во сне ты, почувствовал, результаты трудолюбия твоего подсознания, но тебя испугало, происходящее с тобой – и ты, перестал, вновь, спать… Стас, вспомни, каким отважным ты, был ранее: ведь, и зимнее подводное погружение требовало от тебя немалой смелости! Предположим, что твое подсознание, специально, дает тебе почувствовать: сколько ущерба нанесло твое самовольное вторжение в работу твоей же психики – это для того, чтобы, излечившись ты, не смел, более, вторгаться в область, неподвластную человеку! Стас, я призываю всю твою храбрость и отвагу…- и, наперекор страху, предлагаю все же принимать снотворное: тебе необходимо спать – притом, два раза в день!!! Как бы страшно тебе не было, но, даже во сне крепко помни: твое подсознание работает над восстановлением твоего психического здоровья…- и, чтобы твое оздоровленное сознание, осознанно проложило курс к потухшим «маячкам», тебе в помощь полноценный сон - лучшего лекарства не изобретено! Как врач ты, и сам знаешь об этом! – Глеб взял в свои ладони, его дрожащие руки и долго держал, пока дрожь в руках Стаса не уменьшилась…
- Хорошо: ты, все так толково «разложил по полочкам»…- я готов поверить твоим выводам! Я стану принимать снотворное, чтобы спать: самое время и мне вспомнить, что я, по своей природе, не слабак! Глеб, а, когда мой Ники сможет навестить меня? – с мольбой, во взоре, поинтересовался Стас.
- Через неделю, Никита вернется с соревнований – и мы приедем к тебе! Стас, тебе стоит запастись терпением и смелостью: путь к твоему излечению не будет столь короток…, как та дорога, что привела к болезни, но помни…- мы с тобой!!! – прежде, чем Глеб покинул палату Стаса, он проследил, чтобы тот поел, принял лекарство и лег в кровать – спать…
***
Дорога от психиатрической клиники, далее пролегала в небольшой городок, где Глеба, с нетерпением, дожидались два дорогих ему человека: дочка Ия и тетушка Агриппа…
***
После трудового дня, усталый Глеб возвратился домой, где его, уже дожидался Андрон Семенович, встревоженный очередной проверкой…
- Глебушка, не дай пропасть!!! Выручи деньгами: тысячи долларов вполне хватит, чтобы положить на лапу этим…- ты, ведь получил гонорар?! – Андрон Семенович, от переживания, сильно вспотел – и, постоянно, вытирал пот со лба.
- Андрон Семенович, сочувствую вам: на вас всякие проверки сыплются, как из рога изобилия…- Глеб не успел закончить свою мысль: зазвонил его телефон:
- Здравствуйте… - произнес он, в ответ…
Минут десять, Глеб выслушивал невидимого собеседника прежде, чем ответить:
- Честно говоря, мне странно слышать, сказанное вами: не прошло и полгода…, а, вам, вновь, потребовались разработки секретного отдела?! Непонятно, а, зачем его ликвидировали – притом…, в такой спешке!!! Выдающихся специалистов, как ненужный мусор, просто выбросили на улицу, без предоставления нового места работы! Я хорошо понимаю Стаса: зачем ему, теперь, возвращаться к прошлому – он, слишком болезненно перенес крах дела, которому посвятил столько времени, сил – интеллектуальных и моральных!!! Зачем ему, нынче принимать ваше предложение?! Чтобы, что…: вновь, остаться у «разбитого корыта»?! В этот раз все получится?! Докажите мне, что вы, обладаете достаточными полномочиями и властью: передо мною сидит дед Станислава Кирилловича…- и его задолбали всевозможные проверки – не иначе, как на его бизнес кто-то «глаз свой положил»…?! Сможете организовать бизнесу Андрона Семеновича уверенное и спокойное функционирование – поверю, что за вами стоят серьезные люди…- и, тогда наш разговор tet –a- tet станет возможным!!! А, пока, прощайте! – и Глеб нажал на отбой…
Глеб заметил, какой неподдельный интерес светился в глазах его жены Ольги и Андрона Семеновича, но посвящать их в подробности дела не стал:
- Андрон Семенович, не торопитесь, умасливать завтрашнюю проверку: посмотрим, насколько могущественны люди, стоящие за моим собеседником – и стоит ли Стасу, второй раз, наступать «на те же грабли»! – промолвил он и принялся вкушать овощное рагу…
***
С утра, дня следующего Андрон Семенович дозвонился до Ольги: Глеб в это время читал лекции студентам – и на его звонок не ответил:
- Ольга, передай мою огромную благодарность Глебу: все-таки он у тебя молодец!!! С утра мне позвонили и все проверки отменили…, на раз…!!! Надо до церкви доехать, чтобы свечку поставить за здравие твоего мужа: такое ярмо с меня снял…, что не приведи Господи!!! Я вечерочком к вам заеду: мне интересно, что же предлагают моему Стасу…- и в какой блудняк его, опять хотят затянуть?! – Андрон Семенович, похоже, без волнений жизни своей не представлял…
***
По настойчивой просьбе людей весьма могущественных, Глеб и Никита отправились на свидание к Стасу…
- Не прошло и полгода, как твое страстное желание начинает сбываться! Лично тебя, после всего пережитого, утешает перспектива, возвращения к прежней деятельности?! Я не психолог, но мне думается, тебе не стоит бросаться, с головой, в прежний «омут»… Начни с того, что, в подробностях, изложи на бумаге свои первые шаги в прежнем секретном подразделении: полагаю твоим новым боссам будет интересно узнать, как профессиональные психологи вводили специалистов-новичков, каковым являлся и ты…, в столь щекотливую тему…- создание «сверх…выносливых солдат будущего»…- высказав свою мысль, Глеб, почему-то, тяжко вздохнул.
Стас сидел на кровати и прижимал к себе, сидящего рядом, обожаемого сыночка Никиту – и Глебу, на минуту, показалось, что Стас не слушал его…
- Не волнуйся, к броскам с головой, куда бы ни было, ныне, я и сам не готов: поостыл, притом прилично! Твоему совету я последую сегодня же: после вашего отъезда засяду за стол и займусь писаниной… Возможно, краткий экскурс в прошлое мне будет полезен, и, заодно, отвлекусь от дурацких дум…- промолвил, задумчиво, Стас – и, словно что-то вспомнив, он потянулся к столу:
- Никита, твою просьбу я выполнил: написал, как сумел, для тебя сказку, а ты, отредактируешь ее, как тебе нужно…- Стас не удержался и поцеловал Никиту в макушку головы, нежно-нежно…
Глеб перехватил у Никиты исписанные листы, и положил их в свой дипломат:
- Отлично! Никита, и тебе будет, чем заняться по возвращению домой…
Потом, к разговору о делах они не возвращались: рассматривали фотографии с последнего соревнования, в котором участвовал Никита и слушали его рассказы о смешных курьезах... После обеда, в палату Стаса заглянула медсестра, давая понять, что ее пациенту пора принимать лекарства, а его гостям… самое время, отправляться в обратный путь.
- Стас, на пути к твоему выздоровлению тебя ожидает самая каверзная ловушка, которую тебе готовит подсознание: в самый неподходящий момент, всплывет в памяти воспоминание о твоей последней встрече с отцом… Как бы не было, но помни главное: твой отец всегда любил тебя, как теперь ты, любишь Никиту! Крепко запомни: ты, был очень дорог своему отцу, чтобы ты, не думал о нем!!! – на прощание, Глеб попытался предостеречь Стаса, но ни один мускул не дрогнул в лице психически неуравновешенного мужчины…
***
Когда они дошли до своей машины, Никита осведомился у Глеба:
- Папа, а, это правда, что Стаса переводят из этой психушки в Москву?
- Не совсем так: в Подмосковье будет располагаться, ныне, секретный спецотдел, где предстоит работать, в меру его сил, нашему Стасу... – ответил сыну Глеб и Никита, вскоре, задремал…
К ужину они были дома, где их встречала обеспокоенная Ольга: она всегда нервничала, если ее Ники встречался со Стасом…
Поужинав, Никита удалился в свою комнату: ему необходимо было выполнить домашние задания на день завтрашний, а Глеб удалился в свой кабинет, воспользовавшись благоприятной ситуацией…- к жене Ольге пришла ее приятельница - и Глеб был освобожден от расспросов о Стасе…
***
Прочитав полубредовое сочинение Стаса, Глеб сел за компьютер и принялся за написание сказки для взрослых, где главным героем выступал десятилетний мальчик Ягс, который проживал вместе с мамой в огромном доме, что находился на окраине средневекового города. Его герою Ягсу предстояли многие испытания, поскольку злая ведьма, из зависти, лишила его маму разума – и та позабыла, что Ягс – это и есть ее любимый сынок! В очередном приступе безумия, мать увидела в нем угрозу – и захотела лишить мальчика жизни… Ягс, в страхе, бежал из родительского дома среди ночи – и блуждал, и скитался по безжизненному заколдованному лесу, преследуемый злобной ведьмой и ее прислужниками…, пока не встретил чародея…
Сказка у Глеба получилась жутковатой, но, говорят, что именно такие истории и обожают некоторые жители сытой и благополучной Европы…- в качестве «острой приправы»… к их пресному счастью… В час ночи, Глеб решился на радикальный шаг - и после отправки своей медицинской статьи, на электронную почту немецкого интернет-издания, Глебом была отправлена и сказочка-жуть: с его припиской…Поскольку, он использовал в своей сказке, описанные переживания Стаса, автором Глеб записал его: Я. СТАНИСЛАВ...
Сказка-жуть, очевидно, пришлась по нраву немецкому читателю – об этом свидетельствовал гонорар, что перечислили на банковскую карточку Глеба: за его медицинские статьи ему так щедро не платили…
***
Вечером, в очередную пятницу, после приема пациентов в университетской клинике, Глеб отправился в небольшой городок: к самым любимым на свете…- дочке Ии и тетушке Агриппе…
***
В поезде было тепло – уставшего за день, Глеба разморило, и он уснул – если бы не проводница, он проехал бы свою станцию…
Наконец, вдали показалось помещение вокзала…: запорошенное снегом, оно походило на сказочный торт-бизе... От перрона, протоптанные людьми тропинки, расходились змейками…– а, вокруг безмолвствовали снежные сугробы…- для начала декабря, вполне привычная картина в провинции.
Когда Глеб добрался до заветного дома, стрелки на часах приближались к десяти вечера. Квартира тети Агриппы встретила Глеба запахами ветчины, борща и лимона. После шумной встречи и крепких объятий, шестилетняя Ия забралась на колени к отцу, а тетушка Агриппа захлопотала у стола: Глебу, после долгой дороги, не мешало сытно перекусить… Они любили эти пятничные вечера: впереди целых два дня, что Глеб проведет рядом с ними!
В двенадцать часов ночи Ия сдалась во власть сна – и Глеб отнес дочку на руках, в ее постель, а Агриппа, тем временем, занималась переводом на английский язык очередной медицинской статьи для Глеба. К переводу на английский… сказки-жути, Агриппа приступила в шесть часов, но только поутру... В это время проснулся и Глеб, встал с постели: спать ему больше не хотелось, но возникло желание напечь оладушков…– в восемь утра его маленькая принцесса Ия, обычно, просыпалась…
В восемь часов утра, зазвонил дверной звонок – и босая Ия побежала, чтобы открыть дверь прадеду Федору: он всегда появлялся у дочери Агриппы в это время…- знал, что внук Глеб уже успел приехать…Сели завтракать и завели неспешный разговоры, а за окном бушевала декабрьская метель, наметая сугробы.
Только в воскресение, перед своим отъездом, Глеб сообщил дочке Ии и тетушке: через неделю ему предстоит поездка в Германию, для участия в научной конференции – и две недели он не сможет бывать у них…
- Не беда, Глеб: твой знакомец-Алекс пригласил нас в путешествие по «Золотому Кольцу» - в качестве подарка для Ии, к дню ее рождения. Представляешь, Глеб: этот Алекс обещался достать для нашей Ии пригласительный билет на Кремлевскую елку! Глеб, но начало января ты, проведешь с нами? – Глеб ответил Агриппе утвердительно.
От самых близких ему людей, Глеб уехал опечаленный: ему хотелось бы, чтобы и его Иечка, и тетя Агриппа поехали с ним в Германию… Новый год он жаждал встречать с ними, но за столом, рядом с ним, всегда находятся жена Ольга и Никита, но ведь и Ии полагается место, рядом с ее родителями?!
- Что за жизненная причуда развела меня с дочкой? Почему Ольгу не терзает тоска по нашей дочери? – Глеба часто мучили подобные вопросы, зато его тетя Агриппа была рада, что жизненные обстоятельства привели в ее дом малышку Ию: иначе ее ожидало бы унылое и немилосердное одиночество, наедине со старостью, а, что может быть хуже, подобной перспективы…?! Ей часто казалось, что это незабвенный Никита, отец Глеба применил свое влияние, чтобы его ненаглядную Агриппу миновал злой рок забвения!
***
Возвратившись из Мюнхена, Глеб занялся своими отложенными делами - и Стас отправил за сыном Никитой сотрудника, из службы безопасности секретного отдела, поскольку сам Стас был сильно ограничен в передвижении - и территорию подмосковной воинской части покидать не имел права…
У школьников наступили зимние каникулы – вот, Стас и решил, что его Никита вполне волен пожить у него некоторое время: во всяком случае сын имеет право встретить этот Новый год со своим биологическим отцом…
Ольга пришла в ужас, когда узнала о планах Стаса, но она так же знала: если ее бывшему возлюбленному что-то взбредет в голову…, спорить с ним бесполезно! Ольга потребовала от Глеба мужского поступка – он был просто обязан, хотя бы и угрозами, но отговорить Стаса от его затеи: в новогоднюю ночь ее Ники должен быть рядом со своей мамой! Глеб созвонился со Стасом, но требовать от него ничего не стал, а вежливо напросился в гости…
***
Видимо так распорядился господин случай, но в канун Нового года девочка Ия встретилась с тем, кто еще недавно обещал порвать ее на куски…
***
Узнав от Глеба, что и Никита находится в двадцати минутах езды от Москвы, Алекс решил попросить у влиятельного друга детства два билета на Кремлевскую елку, вместо одного: Никита, как и крошка Ия, приходится несравненной Елене правнучком - грех его оставить без новогоднего подарка!
Ошеломленный Никита, узнав от папы, что ему предстоит встреча с младшей сестренкой Ией..., данному обстоятельству обрадовался больше, чем пригласительному на главную елку страны! Полный радужных надежд, мальчик Никита отбыл в Москву, в сопровождении сотрудника службы безопасности. Он был счастлив, словно ему снова посулили встречу с мечтой!
Посмотрев новогоднее представление, поводив хороводы вокруг елки, получив подарки, светящиеся счастьем Ия и Никита, держась за руки, пошли на встречу дяде Алексу и тете Агриппе… Потом, они вышли на заснеженную улицу, тут их и встретил сотрудник службы безопасности…- и согласно инструкции, полученной от Станислава Кирилловича, он начал, настойчиво, зазывать в гости пожилого Алекса, тетю Агриппу и девочку Ию…
Первой приняла приглашение Ия: ей очень захотелось встретить Новый год с папой и братом Никитой – и она не устояла перед искушением! Алексу и Агриппе ничего другого не оставалось, как согласиться, хотя и страх за Ию обуял обоих…
***
У Глеба сердце екнуло и покатилось куда-то, едва он увидел счастливое личико дочки Ии…, но ко времени подъехали Андрон Семенович со своей Дорой, а, затем подошли двое коллег Стаса со своими супругами и детьми…- собралась большая компания!
В предновогодней суматохе, Глеб старался не выпускать из вида свою Ию, а его обожаемая доченька нарядная, словно принцесса, искренне радовалась наступающему празднику, встрече с папой и братом Никитой…- и думать забыла, что, находящийся рядом – Стас представляет для нее опасность… Давно, очень давно Ию не окружало столько людей: с тетей Агриппой они жили уединенно – и только папа, и прадедушка Федор, иногда, и дядя Алекс нарушали их уединение, а детский садик Ия не посещала…
Внезапно, наткнувшись на пристальный взгляд дяди Стаса, Ия своих сине-фиалковых глаз, глубоких, как озера, не отвела…– и она стала, внимательно, вглядываться в глаза своего недоброжелателя… Потом заговорила:
- Никита был прав, когда сказал, что вы, выздоровели! Теперь вы, совсем другой…- и глаза у вас живые и красивые…- по-детски откровенная, Ия так и не отвела своего изучающе-удивленного взгляда от дяди Стаса.
- Значит, сейчас у меня глаза живые и красивые…, а раньше какие были? – поинтересовался Стас, вглядываясь в завораживающую глубину глаз Ии…
- Когда вы, заболели, ваши глаза были блестящими и словно бы, стеклянными… Вот, как этот красный шарик! – Ия указала на елочную игрушку, что висела на елке: - Вы, больше не болейте, пожалуйста! - попросила Ия того, кто был виноват в смерти ее любимого дедушки Кирилла.
К ним подошла Ольга, а за ней и Глеб…
- Что вы, так смотрите друг на друга, словно бы гипнотизируете…?! – поинтересовалась у Ии и Стаса, уязвленная Ольга: с ней дочь только поздоровалась, притом на «вы», как с посторонней женщиной и больше не подошла к ней ни разу…
Стас оторвал свой взор, от бездонных и завораживающих, детских глаз племянницы Ии – и, внимательно, посмотрел на Ольгу, прежде, чем ответить:
- Ольга, неужели в самом деле ты, являешься мамой этой пригожей, разумной и глазастой малышки?! Удивительно…: в это трудно поверить! – и он отошел, чтобы пообщаться с той, кого очень уважал его сынок Никита: с Агриппой, тетей Глеба возжелал поговорить Стас…
Глеб остался рядом, с расстроенной женой Ольгой:
- Дорогая, не обращай внимание на Стаса: что бы ты, не делала и не говорила…, он все охает… Он ревнует тебя к вашему отцу – в этом сокрыт секрет его неприязни к тебе… Пошли к гостям, следует проводить год, уходящий…
***
Вопреки всем опасениям, в компании Стаса новый 1998 год встретили весело, с «огоньком» и без всяких эксцессов, а следующим днем Никита вместе с папой Глебом и мамой Ольгой провожали Ию, тетю Агриппу и дядю Алекса в аэропорту: они улетали в Америку, в гости к дяде Алексу…
Через два дня, Глеб вместе с сотрудником службы безопасности провожали Никиту, Ольгу и Андрона Семеновича с Дорой – эти улетали в Италию, отдохнуть на вилле, что по документам принадлежала Стасу…
Затем, Глеб вернулся в подмосковную воинскую часть: у Стаса возникли к нему вопросы профессионального характера – и Глеб постарался помочь, по мере возможности, сводному брату своей жены и биологическому отцу его любимого мальчика Никиты…
Несколько позднее, Глеб вернулся в город, который стал для него родным - и взялся за написание новой главы сказки-жути: американское издательство и немецкий интернет-журнал, словно бы сговорились – и заказали Глебу продолжение повествований о злоключениях мальчика Ягса… Славно, что в такой тяжелый период…, у Глеба появилась возможность зарабатывать немалые деньги – это было гарантией, что его семья не будет голодать и даже сможет позволить себе некие излишества…– это в то время, когда некоторые россияне, только по праздникам едят жареную картошку – в остальное время…, отварные макароны, иногда и без приправы подсолнечным маслом! Тяжелые времена, одним словом…, которые следовало пережить!
Не было бы счастья…
В свой очередной приезд, Глеб нашел Стаса в состоянии уныния, но решился вызвать его на откровенный разговор лишь, когда Никита ушел спать.
- Глеб, ты дал мне хороший совет - жаль, что я не способен им воспользоваться! Не выходит у меня, складно изложить на бумаге мои воспоминания о первых днях службы, в предыдущем отделе: память выдает какие-то обрывки, притом перепутанные, в хронологическом порядке… Вот, прочти! – он, с горечью, швырнул на письменный стол, несколько исписанных листов…: - Я совершенно бесполезен здесь – меня скоро вернут в психушку…- печально, заключил Стас.
Прежде, чем ознакомиться с трудами Стаса, Глеб нашел необходимым, приложить усилия, чтобы к Стасу воротились зачатки утерянной уверенности.
- Стас, не стоит впадать в меланхолия! Ты, перенес сильнейшую психологическую встряску, сравнимую со взрывом… Естественно, что в твоем сознании многие события перемешались, какие-то затерялись, но усидчивым трудом и каждодневными кропотливыми занятиями ты, восстановишь в своей голове разорванные нейронные связи… Как маленький ребенок учиться ходить: шаг за шагом…- и ты, считай, заново воссоздаешь свою оперативную память, что формирует наш «здравый смысл»; хаотично «бродящие» нейроны, в твоей голове, должны вспомнить, как доселе они образовывали обширную взаимодействующую сеть… Нет, ты, на правильном пути – и пусть сперва все получается невпопад и коряво: мы, только в самом начале пути, к твоему полному выздоровлению – и опускать руки - грех! Слушай, а, где хранились твои черновые записи: ведь, ты, же вел свой дневник наблюдений за испытуемыми?! Сейчас, бы он очень пригодился тебе! – направленная по правильному пути, больная память Стаса выдала ответ, на вопрос Глеба.
В двенадцатом часу, уснувшего Андрона Семеновича разбудил телефонный звонок – это был Стас и он был взволнован… Дед Андрон, болеющий, душой, за внука, не стал на него обижаться, за прерванный сон - и среди ночи, вместе с Дорой, они искали в кладовой и на антресолях записные книжки и научную литературу, принадлежащую Стасу, что перевезли из его прошлой служебной квартиры…
Андрон Семенович и его Дора появились в жилище Стаса во второй половине дня, следующего и привезли с собой весь архив внука – и правнук Никита помог им, перенести всю поклажу из багажника машины…
Глеб, к тому времени, был на пути к провинциальному городку, где его заждались дочка Ия, тетушка Агриппа и дед Федор, но от Стаса он уехал со спокойной душой: Глебу удалось, «вдохнуть» утерянную надежду, в своего пациента-родственника и более того, он указал Стасу, в каком направление ему следует работать далее…
***
Сам Стас и его родственник Глеб понапрасну переживали: не грозило Стасу возвращение в психиатрическую клинику, поскольку и он, тоже являлся участником психологического эксперимента…Многоопытным психиатрам, вновь созданного секретного отдела, было интересно наблюдать со стороны, как их бывший коллега, перенесший сильное нервное потрясение – и, едва не сгинувший в мрачной бездне безумия, ныне балансирует на ее краю…! По мнению этих психиатров, стараниями врача общей практики Глеба Невзорова, у Станислава Ягудина появился шанс, на возвращение к полноценной жизни и деятельности, хотя лекарственные препараты, пусть и в малых дозах, придется принимать до самого конца… Молодые специалисты секретного отдела ставили на провал, методики лечения психически больного Стаса, которую выбрал «доморощенный психиатр» Невзоров. Лишь, один психиатр не занял ничью сторону: он наблюдал и фиксировал результаты…- для кандидатской диссертации, которую он должен был написать, не бесплатно, для дочки очень важного господина…
***
Когда Глеб, невзначай столкнулся на улице с бывшим сокурсником Гришей, он решил, что в его жизни настала такая полоса: утешать и взбадривать упавших духом…
- Гриша, где ты, теперь трудишься и, как поживаешь? Как твоя жена Полина? – говорить о чем-то надо было – вот, Глеб и поинтересовался, хотя можно было и не спрашивать: за то время, что они не виделись, Гриша постарел, был одет в ветхие одежды…- и выглядел хуже некуда…
- После увольнения из армии, удалось устроиться в психиатрическую больницу, медбратом… Нужно было пойти в обычную клинику, а то моя жизнь и так стала похожа на один сплошной дурдом…, но Полька настояла: в психиатрической платят немного больше…- унылый Гриша едва ворочал языком, но, похоже его посетила какая-то мысль – и легкий румянец окрасил его щеки, сероватого оттенка …: - Смотрю, а ты, Глеб, по-прежнему «верхом, на коне»: цветешь и пахнешь, и все у тебя хорошо! Как твоя Ия поживает?
Глеб удивился вопросу Гриши, но ответил: - Спасибо! С моей Ией все хорошо: в сентябре в 1 класс пойдет…
После слов Глеба, лицо Гриши перекосилось, от гнева и презрения, что в данный момент он испытывал к бывшему однокурснику…
- Не нужна мне твоя благодарность!!! С твоей Ией все хорошо, а с моим Сашей хуже некуда…- и все из-за твоей дочурки!!! Из психбольницы он не выходит, в овощ превратился!!! – Гришу затрясло, от злости и он сжал свои кулачки…- а на него взирал, с недоумением, потрясенный Глеб: бывший однокурсник Гриша обвинял его, безвинную дочку!
Глеб быстро пришел в себя и решил прояснить, сложившуюся ситуацию…
- Гриша, вроде мы с тобой живем в одной реальности, но ты, меня убеждаешь, что твой Саша превратился в овощ?! Я точно знаю, что мальчик Саша, твой и Полины сын, в данный момент находится на попечении подруги Полины - Дины, а не в психбольнице – и он в полном здравии… Гриша, кто из нас, двоих бредит наяву? И, причем моя дочка? Уж она точно не виновата в тех бедах, что обрушились на тебя!!!Ты, давно навещал своего сына в больнице? – полюбопытствовал, рассерженный Глеб…
Гриша не сразу осознал, сказанное Глебом – и ответил не сразу…
- В больнице у Саши я был лишь раз: это невыносимо больно видеть, как угасает мой милый мальчик!!! Если бы твоя Ия не захотела, поиграть со щенком Саши…, в мой дом не заявился бы Стас – и Саше не пришлось бы пережить весь, тот ужас!!! Не рассказывай мне сказки про какую-то Дину!!! – Гриша сорвался на крик – и прохожие стали обращать внимание на них, таких разных… - Глеб остановил поток его криков, жестом руки.
- Гриша, зайди, ради интереса, в больницу, где, как ты, думаешь, находится твой сын: его там нет!!! Мы встретились с Диной в сквере, когда я шел в другой корпус…, читать лекции студентам… Они гуляли с твоим Сашей, перед обедом. Тогда, под большим секретом, Дина и поведала мне, что взяла опеку над вашим Сашей, с согласия Полины: твоя жена не желала забирать мальчика из клиники…- он бесил ее! Вот, Дина и пожалела твоего сына – и предложила Полине: она возьмет на себя заботу о вашем сыне…- после смерти ее матери, Дине стало одиноко и тоскливо! Вот, что я скажу тебе, Гриша: разберись со своей женой, а мою дочку оставь в покое…- не виновата она ни перед тобой, ни перед твоим Сашей!!! - и не попрощавшись, Глеб пошел к своей машине…
Через день Гриша объявился вновь, на «горизонте» Глеба: озябший, он поджидал его перед входом в Медицинский университет – поняв, что разговор предстоит долгий, Глеб пригласил Гришу в ближайшую блинную.
Глеб заказал официантке две порции борща и блинов со сгущенкой… Первым заговорил, смущенный Гриша:
- Прости, Глеб! Эта Полька-змея всю кровь из меня выпила…- хожу, словно тень отца Гамлета, дурак дураком: это же надо было ей, эдакого… насочинить про родного сына?!! Я набрался смелости и позвонил в больницу, поинтересовался здоровьем Саши, но меня приняли за алкаша – посоветовали меньше пить…, иначе сам стану их пациентом. Я никогда не думал, что противен своей жене до такой степени, что ее неприязнь распространится и на сына, рожденного от меня! Нашел адрес Дины, летел к ней окрыленный, в надежде встретиться с сыном, а оказалось, что Дина вышла замуж за иностранца и уехала с ним…- и моего Сашу забрала с собой! Глеб, что мне делать? – по серым щекам Гриши потекли обильные слезы…
- Сперва Гриша, съешь борщ, иначе он совсем остынет, а тебе силы понадобятся… Ольгины подруги судачили, что Дина вышла замуж за Павла, который был знаком с твоей Полиной…- ее он и разыскивал, когда объявился на пороге квартиры Дины…, но этот Павел еще в 1992 году эмигрировал в Америку, там он устроился в пожарную службу... Я попытаюсь, невзначай поинтересоваться у Ольги и ее приятельниц, конкретно, в каком штате живет, ныне, этот Павел. Подсоберем побольше данных на этого Павла, потом съездишь по путевке в США…- копи, пока, деньги! – большего, Глеб не мог посоветовать бывшему однокурснику Грише, но и этого было достаточно – тот узрел свет «в конце тоннеля» …
Насытившись борщом и блинами…, Гриша поблагодарил Глеба: за обед и его участие, и ушел своей дорогой, не оглянувшись…
***
После последней встречи Глеба с бывшим однокурсником Гришей, несколько месяцев, прошли спокойно, без всяких потрясений: Глеб по-прежнему читал лекции студентам и принимал пациентов в университетской клинике; в свободное время он работал над своей докторской диссертацией, писал медицинские статьи для журналов и трудился над продолжением очередных глав сказки-жути, повествующие о драматических злоключениях мальчика Ягса… Когда история жизни средневекового мальчика Ягса себя исчерпала, Глеб приступил к написанию новой сказки…- в этот раз, несчастной героиней стала девочка Нереида… Отношения с женой Ольгой оставались монотонно-прохладными …- и Аглая прочно заняла место в сердце и мыслях Глеба, где, ранее единолично царила Ольга… И, конечно же Глеб, по-прежнему навещал Стаса, тем более, что их встречи, ныне, строго не регламентировались, как это практиковалось в психиатрической клинике закрытого типа, где Стас содержался ранее…
***
Праздничный день выпал в том месяце на пятницу – и Глеб с сыном Никитой с раннего утра поехали с визитом к Стасу…
Пока, Стас заботливо выслушивал рассказы Никиты о его очередной победе в соревновании…- Глеб знакомился с отчетами самого Стаса…
- Знаешь, Стас, а ты далеко продвинулся: твои воспоминания, ныне описаны тобою более конкретно и последовательно – это, несомненно, большой прогресс! Явно, что твои рабочие записи, что сохранил Андрон Семенович, служат тебе хорошим подспорьем, на пути к твоему излечиванию. – Глеб призадумался, на минуту и заговорил о другом:
- К Ольге на этой неделе подружки забегали, как вороны, в клюве, последние сплетни принесли… Представляешь, мой бывший однокурсник Гриша, сперва выгнал жену Полину из своего дома, а, вскоре, развелся с ней! Такой удар по ее самолюбию нанес! Но, не это мне кажется занятным…- этот Гриша продал родительский дом, а на вырученные от продажи дома деньги, купил билет на самолет до Нью-Йорка… Заявил знакомым, что в Россию он возвращаться не намерен – и, похоже, так и есть: не зря же он продал свое единственное жилье? В связи с этим у меня возник вопрос: откуда у Гриши взялась такая уверенность, что в Америке его примут с распростертыми объятьями?! Стас, как ты думаешь…, а этот Гриша не мог похитить часть документации из вашего секретного отдела – это, когда запустили процесс его расформирования…??! Тогда многое становиться понятным: предположим, информацию, что хранилась на дискетах, Гриша прихватил с собой, для дальнейшей продажи людям, заинтересованным…, но всю сворованную информацию о разработках бывшего секретного отдела, он взять с собой не мог – слишком большая опасность попасться при досмотре… Если я прав, то Гриша должен вернуться за остальным… Как бы тебе Стас, пригодились эти документы, которые, наверняка, лежат себе на чердаке бывшего дома Гриши и дожидаются, когда за ними придут… Этому Грише деньги нужны до «зарезу»: он собирается искать своего сына Сашу, которого подруга Полины увезла в Америку…- и оплатить услуги американского детектива он сможет, если у него на руках ценная информация! Работая в США полотером или официантом, даже медбратом…, на частного детектива не заработаешь! Может быть, мне наведаться к новым хозяевам домика Гриши и попросить: отдать Гришину «заначку»… за вознаграждение, конечно?! – рассуждал Глеб, но Стаса больше интересовал его сын Никита, а не мифический схрон, ненавистного им Гриши…- и Глеб не стал больше говорить на эту тему…
***
Глеб не ведал, что квартира Стаса находиться на контроле: все-таки этот индивидуум, совсем недавно, по решению суда, находился на излечении в психиатрической клинике закрытого типа, из-за убийства отца… Прослушав рассуждения Глеба, по поводу Гриши, сотрудники отдела безопасности сочли, что его высказывания не лишены здравого смысла – и к поиску, возможно, украденной секретной документации привлекли особую службу…
***
Ветхий домик у Гриши купили русские беженцы из Узбекистана: свое нажитое добро они продали за бесценок и бежали в Россию в великой спешке. Внезапное появление в их домике, теперь, крепких мужчин в штатском с удостоверениями… испугало супругов, чрезвычайно – они не стали отрицать очевидного, только указали на шаткую лестницу, ведущую на чердак. Самый молодой сотрудник рискнул своим здоровьем – и полез на чердак, но спускаться с тяжелым рюкзаком по хлипкой лестнице, и он не рискнул – сбросил находку вниз, и тяжелый рюкзак благополучно приземлился на полу, при этом подняв облако пыли…
Крепкие мужчины с удостоверениями… поблагодарили супругов за сотрудничество, прихватив с собой ценный рюкзак, они покинули дом, где когда-то приходили в этот мир, страдали, любили… и умирали предки Гриши.
После ухода мужчин…, по неустойчивой лестнице, на чердак поднялась теперешняя хозяйка дома: она была хрупкого телосложения – и хлипкая лестница выдержала ее «бараний» вес… Она пробыла на чердаке дольше молодого сотрудника и спустилась к мужу взволнованная…
- Миша, на оконце, за занавеской лежало вот, это…: похоже, их Гриша туда положил и забыл прибрать на место?! Что нам с этим делать, теперь??! – она вложила в руку мужа четыре дискеты, а сообразительный Миша, живенько спрятал находку жены в карман своих брюк.
- Лизок, не наша вина, что молодой «сосунок» проморгал эти дискеты – зато, когда Гриша заявится за своим рюкзаком, нам будет, чем оправдаться: рюкзак забрали сотрудники властных структур – и мы, естественно, не могли им перечить, но мы с тобой сохранили, из имущества Гриши, что могли! С риском для себя, ведь нам грозили большие неприятности, если бы открылось, что кое-что мы утаили…
- Боюсь я, Миша! Приедет Гриша и потребует от нас доплаты за дом: ведь, мы не сохранили его рюкзак…- Лиза пребывала в крайней степени озабоченности…: - Ничего Лизок, прорвемся! – успокаивал ее супруг Миша.
***
Через две недели, после экспроприации Гришиного рюкзака, за ним пришел посыльный с «той», заграничной стороны, и он был весьма огорчен тем обстоятельством, что его опередили русские спецслужбы! Посланец Гриши направился к выходу, но его остановил прыткий и сметливый Миша:
- Передайте Грише, что у нас не было никакой возможности спасти его рюкзак со всем содержимым, но памятуя о доброте Гриши…, мы решились на отчаянный шаг – и утаили его четыре дискеты…- вот, они…- Миша вспотел от волнения, ведь они посмели обмануть спецслужбы, а, вдруг, обман откроется?!
Посланец Гриши, моментально, прибрал утаенные дискеты в свой карман, а супругам Мише и Лизе протянул конверт – и исчез, так же внезапно, как и появился…
В конверте, что передал им незнакомец, лежало десять купюр по сто долларов, каждая…- представляете себе радость супругов?!!
***
Незнакомец, покинув опасный дом, шел и озирался по сторонам: если спецслужбы пронюхали про архив и изъяли его, по закону жанра, они должны были следить…, кто явиться за ценным рюкзаком? Обеспокоенный мужчина шел по улочке и его взгляд шнырял по сторонам…, но ни одна занавеска не колыхнулась и ни одна тень не промелькнула в домах, мимо, которых он проходил – и незнакомец успокоился…
Зря он успокоился: русским спецслужбам не нужно было следить из-за занавески за посланцем…, крепкие мужчины, обрядившись электриками, установили на фонарный столб, что стоял напротив дома супругов Миши и Лизы, камеру слежения…- и у них появилась фотография посланца в режиме реального времени… Главное – спецслужбы установили, что и американцы ведут свои разработки по психологическому воздействию на подсознание определенной категории граждан…- и их ученые, весьма, заинтересовались прежними изысканиями русских! Плохо, что такой индивидуум, как Гриша выехал, беспрепятственно, из России с материалами психологических экспериментов, представляющими собой особую ценность…
***
Глебу Невзорову позвонили на кафедру: его настоятельно попросили прибыть в подмосковную воинскую часть, как можно скорее…
Глеб не на шутку обеспокоился: он решил, что у Стаса произошел нервный срыв, но прибыв на место, он понял, что ошибался…
Глеба и Стаса привели в отдельный кабинет, где на широком столе лежала, в беспорядке, документация: рукописная и записанная на дискеты…
- Вся эта документация была сохранена, но в беспорядке - вам предстоит всю информацию систематизировать…- распорядился начальник секретной службы, вновь созданного секретного отдела…
Три дня Глеб провел в подмосковной воинской части, три дня Глеб контактировал, практически, только со Стасом, но работали они слаженно – и многое успели классифицировать… Потом, Глеба вынуждены были отпустить домой, из-за настойчивого требования проректора Медицинского университета… На прощание, Глеб поинтересовался у начальника секретной службы:
- Я правильно понял, что ваша служба прослушивает жилище Стаса – и вся эта документация была найдена в домике, что некогда принадлежал моему однокурснику Грише…?
Начальник службы безопасности секретного отдела посмотрел на Глеба уверенно и спокойно произнес:
- Было бы верхом глупости, если мы оставили бы, без присмотра, человека с неустойчивой психикой, к тому же изобличенного в убийстве… Сейчас, пройдемте в мой кабинет: долго вас я не задержу, но документ о неразглашении… вам придется подписать… Вы, допущены к работе с материалами, имеющими гриф «секретно» …
***
Четыре дискеты, что доставил посланец в США из России, принесли на личный счет Гриши еще два миллиона долларов – плюс к тем пяти миллионам долларов, что Гриша получил за информацию, которая хранилась на дискетах, кои он ухитрился провести через российскую границу…
Глеб Невзоров, тоже был премирован за свою догадливость: ведь благодаря его смекалке, большая часть похищенной документации, осталась в стране, а не была, тайно, вывезена за рубеж… На премию, что Глеб получил от Министерства обороны…, его жена Ольга купила себе шубку из соболя и полушубок из белька… Естественно, четвертую часть, из полученной премии, Глеб утаил для тети Агриппы и дочки Ии…
***
До бывшей жены Гриши - Полины дошли слухи, что ее никчемный муженек перебрался на ПМЖ в Америку, но презрение, что испытывала она к Грише не позволило ей реально оценить возможности этого человека:
- Молодец, что уехал, там климат теплый…– чмошный Гриша сумеет круглый год жить в коробке, что, некогда служила тарой для бананов… Большего, этот придурок не добьется, даже, если бы и на Луну попал…
***
Наличие дискет, которые содержали результаты секретных разработок, не обнаружили при досмотре российские службы, в скудном багаже Гриши, но без особого труда, американцы выявили нехитрый тайничок, едва он ступил на желанную землю – и Гришу задержали спецслужбы, до выяснения…
Поскольку информация на дискетах была на русском языке, после краткого пояснения Гриши, о содержащемся материале..., был вызван необходимый специалист… Так, на американской земле, Гриша повстречался с Эдгаром Львовичем, бывшим руководителем бывшего секретного отдела….
- Кого я вижу?! Ты, оказался не таким глупым, как считали многие! Изловчился и упер ценную информацию…- браво!!! У меня в отделе есть вакансия…- так и быть, приму тебя под свое «крыло»!
Гриша принял покровительство Эдгара Львовича: не мог не принять, хотя и тяжко было ему, под начальственным «крылом» этого неоднозначного человека. По настоянию все того же Эда Льюфа (так, на американский манер, ныне величали Эдгара Львовича), Грин Дью - Гриша купил себе дом по соседству с ним…
Новоявленный Грин Дью догадывался, что влиятельному Эду Льюфу доставляет удовольствие, иметь рядом с собой человека, с которым можно поговорить на русском языке, во внеслужебное время – и, потом, они были знакомы еще по прошлой жизни, в России – это, тоже, немаловажно: иметь общие воспоминания! Этот же покровитель Эд Льюф оказался препятствием, на пути Грина Дью (Гриши), когда тот пытался, разыскать сына Сашу – и, даже частные детективы, которых нанимал Грин-Гриша, через некоторое время объявляли ему, о тщетности поисков… Потратив на детективов около пятьсот тысяч долларов, Грин-Гриша отказался от своей затеи: «покровитель» - Эд Льюф не позволит своему бессловесному рабу Грину-Грише разыскать сына…- он, великий психиатр Эд Льюф - одинокий волк, по жизни, а его раб станет греться у семейного очага?! Не бывать этому!!! У Эда нет детей – и Грин не увидит своего сына! И, Грину-Грише оставалось, только, в тиши ночи, в одиночестве, фантазировать: его сынишка растет в любви и заботе…- Дина, она добрая… Далее, Грин-Гриша благодарил судьбу, что где-то, совсем рядом, живет его любимый сынок… и он здоров, наперекор желанию Полины - и эта мысль всегда привносила невеликое успокоение, его страдающей душе!
***
А, годы, между тем шли своим чередом – и девочка Ия, живущая в России, и мальчик Саша-Алекс, ныне проживающий в Америке, оба закончили пятый класс…- когда их пути, через восемь лет, вновь пересеклись, но… во Флориде: на берегу Атлантического океана…
***
Обожаемый Ией, дядюшка Алекс, в силу возраста и состояния здоровья, больше не посещал Россию, но, неизменно зазывал к себе, в гости свою любимицу Ию, ее отца Глеба, Агриппину... Тем летом, Глеб отправил во Флориду с Ией и Никитой их мать Ольгу: тете Агриппе, как и Алексу Холлу тяжело давались перелеты из России в Америку…– постарев, отныне, она предпочитала проводить лето на даче, в привычном для нее климате...
***
Который день, с самого утра, Ольга была не в духе: целый месяц она должна была заботиться о дочери Ии, как курица-несушка; проводить вечера в обществе старичка Алекса, а Глеб, видите ли, занят на кафедре – и присоединиться к своей семье, лишь в конце июля! Ее не радовала солнечная погода, превосходный песчаный пляж, на котором Ольга загорала - и красивая природа, окружающая ее, не добавляла ей радости…- Ольга, попросту, скучала! Девятнадцатилетний Никита быстро нашел себе приятелей, с которыми стал «пропадать» в парке Сент-Эдрюс – это превосходное место для плавания, подводного погружения, рыбалки…- по личному мнению Никиты.
При желании, и Ольга могла бы организовать себе, и подростку-дочери отличный досуг, помимо лежания на пляже: посетили бы с Ией парк на реке Мякки и полюбовались бы на здешние красоты природы, во время катания на каноэ; побывали бы в Семейном парке, наполненным аттракционами, развлечениями на тему LEGO… Потом, шопинг и ресторан с хорошей кухней способны поднять настроение любому…, но в том-то и дело, что, пожелав испортить каникулы нежеланной дочери…, Ольга коверкала отдых и себе…
***
Столкнувшись на заморском берегу, вдали от Родины, с бывшей приятельницей Диной и ее малознакомым мужем, Ольга приняла эту встречу за подарок Небес: отныне, Никита, Саша и Ия весело проводили время втроем…– им составлял компанию и муж Дины – Пол (русская мама, когда-то, кликала сына Павлом). Теперь, Дина с Ольгой не проводили дни, напролет, на пляже…- и вечерами, перепоручив своих детей заботам дяди Алекса, в сопровождении Пола - Дина и Ольга пропадали в увеселительных заведениях… Пожилой Алекс находил эту ситуацию приемлемой: Ольга – молодая и красивая женщина, находиться на отдыхе во Флориде – грех торчать вечерами дома, тем более, что Пол и Дина - приличная супружеская пара – и стало быть в их обществе Ольга не перейдет рамки дозволенного, хотя соблазнов, в этом раю, хоть отбавляй!
***
Через две недели, Дина с мужем и сыном покинули Флориду: у Пола заканчивался отпуск – и ему предстояло вернуться к службе пожарного… На прощание, Саша-Алекс и Ия обменялись своими адресами проживания и адресами электронной почты…: не смотря на тот факт, что их последняя встреча, восемь лет назад, произошла при трагических обстоятельствах, чувство симпатии друг к другу все еще теплилось в них!
Когда Ия показала отцу фотографии, на которых рядом с Никитой и Ией был запечатлен подросток Саша - Глеб, изумившись, воскликнул:
- Вот, и не верь утверждениям некоторых: мир, действительно, тесен!
***
Воротившись домой, Ольга поведала своим приятельницам о встрече с Диной…
- Живется ей неплохо, это заметно: ее муж Пол кажется славным мужчиной…и сын Алекс такой послушный… Пол пожарным служит, и Дина говорила, что он неплохо зарабатывает…, но на отпуск во Флориде, они два года деньги копили – и, в барах, за коктейли, частенько я платила и за них…- загорелая, как мулатка, довольная собой и своей жизнью, эффектная Ольга выглядела излишне самоуверенной – ее приятельницы испытывали к ней жгучую неприязнь, помимо своей воли…
- Эта Ольга такая зазнайка: не было бы у нее знакомого Алекса, с его домиком во Флориде, посмотрела бы я…, сколько лет она копила бы доллары, чтобы отдохнуть на побережье Атлантического океана?! Как Глеб ее терпит? И, дочка Ия вернулась к тете: нелегко ей, похоже, рядом с такой мамой?! – высказалась, в сердцах, одна, а остальные ее поддержали…, молча!
***
Воротившись к любимой тетушке Агриппе, Ия, печально, объявила ей:
- Больше никуда не поеду отдыхать вместе с мамой: она, насилу меня переносит! Я слышала, что она сказала папе обо мне: у меня неплохие внешние данные, но я веду себя, как хавронья, как «синий чулок» …- поэтому не буду иметь успеха у мужского пола и, возможно, останусь старой девой….
Умудренная опытом, Агриппина, крепко, приобняла встревоженную и расстроенную племянницу, и произнесла:
- Слава Богу, что твоя жизнь и судьба Иечка, в его Воле…- что ОН положил тебе на душу, то и свершится!!! Как странно, но Ольга совсем не походит ни на свою мать Веру, ни на тетушек Розу и Римму! Бывает же такое?
***
После отдыха во Флориде, Никита поехал навестить своего отца Стаса… В свете сложившихся обстоятельств и прошедших лет, сын больше не стыдился своего биологического отца…- и без страха посещал его, когда возникало желание…
***
Их истинное сближение, как отца и сына, началось с первого сентября, шесть лет назад: Ия пошла в первый класс – и Глеб не мог пропустить столь значимое событие в жизни его единственной дочери… Стас, в свою очередь, напрашивался на праздник знаний к своему сыну – и смущенный его напором, Никита не сумел сказать кровному отцу категорическое «нет»…
И, заветного первого сентября, Стас приехал в гимназию, где учился его сын, под конвоем трех сотрудников службы безопасности: ему, по-прежнему, было предписано, не покидать территорию подмосковной воинской части…
***
Солидный черный внедорожник и сопровождающие Стаса лица, смахивающие на его телохранителей, были восприняты педагогическим коллективом и одноклассниками Никиты уважительно – потом, на красавце мужчине-Стасе была надета военная форма…- и люди, понимающие сразу узрели, что перед ними предстал майор медицинской службы... Стас появился не с пустыми руками: он вручил классной руководительнице Никиты огромный букет роскошных чайных роз и пакет, наполненный деликатесами…
К нему поспешила, на встречу и директор гимназии…– ей, Стас отрекомендовал себя биологическим отцом Никиты…- впрочем, их родство бросалось в глаза всякому…- и подоспевшая Ольга подтвердила его слова… Затем, к Стасу подошел один из сотрудников службы безопасности… и передал ему букетище из алых роз, и пакет, побольше…, с вкусностями – Стас, в свою очередь, и розы, и пакет деликатесов вручил директору гимназии, с пожеланиями всего наилучшего…– и удовлетворенная женщина, покинула Стаса и Ольгу: ей предстояло произнести вступительную речь…
Закончилась общая линейка – и ученики гимназии, потоком, хлынули в помещении, а Стас отпросил у классного руководителя своего Никиту: только с ним, вдвоем, он желал отметить начало учебного года сына – и Ольга была вынуждена смирится с капризом Стаса…
***
Заинтригованная директор гимназии, через влиятельного знакомого, пожелала навести справки о биологическом отце своего учащегося Никиты Невзорова. Влиятельный господин очень скоро сообщил любознательной директрисе о результатах поиска, чем, еще более распалил ее любопытство:
- Воинская часть в Подмосковье имеется, но все данные засекречены…– и, моя попытка что-либо узнать о майоре медицинской службы Станиславе Ягудине, ни к чему не привела: к его личному делу доступ закрыт, словно он Королев или Гагарин… В общем, совсем непростой господин, этот Ягудин Станислав – и мне самому стало любопытно, чем он занимается?!
***
Красавец военный – Станислав Ягудин долго будоражил воображение директора гимназии, но поскольку он больше не появлялся, во вверенной ей гимназии, ее любопытство, постепенно, сошло на нет…: грезить, понапрасну, эта расчетливая особа не любила. Изредка, она все же спрашивала Никиту, когда отец, вновь, навестит его в гимназии, но, неизменно, слышала в ответ:
- Отец, чрезвычайно, занят на службе: я сам навещаю его по выходным… - и подросток Никита, переключал свое внимание на телефон новейшей модели, где у него имелись увлекательные игры, а за его спиной всегда нависали одноклассники: благодаря американскому дяде Алексу, у Никиты, у первого в классе, появлялся новейшей марки смартфон…- и много, еще чего…
***
Итак, годы, стремительно, «проносились» – и, вот, уже младшая дочь Ольги и Глеба – Ия учится в седьмом классе, а старший…- Никита студент второго курса Медицинского университета… Глеб Никитич, по-прежнему, преподает, но, ныне, он доктор медицинских наук и доцент. Его жена и мать его детей – Ольга занята лишь собой: борется с первыми признаками старения не на жизнь…, но природа неумолима! Галина, по-прежнему, выполняет в этой семье обязанности помощницы по хозяйству…, но Глеба Никитича…
В личной жизни Глеба произошли некоторые перемены: его бессменная любовница Аглая Викторовна, вдруг, забеременела…- нежданный привет от менопаузы! Правда, Аглая и сама не знает, кто отец ее будущего ребенка? В санатории, где она находилась на отдыхе, летом, ее навестили и муж Генрих Арнольдович, и сердечный друг Глеб Никитич – и, внезапно, ректора Медицинского университета, вновь, «прибило к ее берегу» Аглаи… Саму Аглаю Викторовну совсем не волнует ее незнание: наконец, после стольких лет тщетных ожиданий, она станет матерью – теперь, ей не до романов на стороне, Аглая поглощена своим будущим материнством!!! Ее злобный муж Генрих Арнольдович сразу открестился от отцовства, а тут еще о нем вспомнила блеклая дочка доктора наук из США…- и пригрозив неверной жене разводом, Генрих Арнольдович улетел в Америку, к блеклой ученой даме, которая за прошедшие годы еще более потускнела, но и жизнь в Америке выглядела весьма соблазнительно, для пожилого профессора Генриха…
***
Такие импозантные и занятые важным делом мужчины, еще и при деньгах, долго в одиночестве не остаются – и к «берегу» Глеба, тихой сапой, прибилась умненькая, но невзрачненькая кандидат наук Маша…– и Глеб пожалел одинокую бедняжку, и пригрел на своей груди: его Ольга была бы очень удивлена, если бы узнала, что эта серенькая «мышка» Маша, в глазах Глеба, выглядит привлекательнее ее… Сама Ольга, наконец прозрела и обнаружила, что ее Глеб как-то слишком ровно дышит, в ее присутствии – и давным-давно не выпрашивает у нее милости: быть допущенным к ее телу?!
- Глеб, ты, разлюбил меня? Помнишь, а обещал любить меня вечно?! Не рановато ты, превратился в импотента, или завел себе пассию, из числа смазливых студенток?! И, это так примитивно и пошло! - резюмировала она...
Глеб внимательно посмотрел на Ольгу прежде, чем ответить ей:
- Оля, чтобы любовь длилась вечно…, в ее «костер» необходимо, время от времени, «дровишек» подбрасывать… Огорчу тебя, но и на смазливых студенток я предпочитаю смотреть с безопасного расстояния: зачем они мне…- мне и тебя хватает, с твоими бесконечными заявлениями типа, «я этого достойна»?! Что мои студентки, что ты, - все живете по правилам рекламы и придерживаетесь советов, вычитанных из глянцевых журналов…- вот, где настоящий примитив!!! – высказавшись, Глеб удалился в свой кабинет.
- Грубое животное…- этот Глеб: всегда был примитивным «Иваном-дураком», таким и помрет! Я и без его дурацкой рекламы всегда знала, что достойна самого наилучшего!!! Печально, что наилучшие… не женятся на женщине с ребенком, зачатым от постороннего мужика…- пришлось мне довольствоваться тривиальным браком с простачком-дурачком…- Ольга, тяжко, вздохнула и пошла в свою спальню, где ее ожидал новый номер журнала ELLE…
***
От отца Стаса, Никита вернулся с «сияющим» лицом – и с порога заявил Ольге и Глебу:
- Дорогие родители! Отец Стас согласился с моими доводами…- и он купит мне роскошную квартиру, в элитном доме!!! Буду жить как хочу, приглашать в гости кого желаю видеть - и стану закатывать вечеринки, хоть каждый вечер!!! Отец сказал, что в моем возрасте – нормально желать, чтобы в моем доме, табуном, «паслись» красивые и раскованные девахи!!! Через день, отец приедет, чтобы купить для меня желанную свободу! Мама, на мою территорию вход для тебя будет строго ограничен: хватит опекать меня, как маленького! Твой сын вырос! - Ольга смотрела на своего сына и постигала, что теряет свою власть над Ники – и у нее остается, в остатке, только Глеб…
Грезы юности – в них корень многих бед…
Благополучно миновали еще три года – затем, очаровательная Ия, на пороге своего пятнадцатилетия, совершенно непроизвольно, почувствовала влечение к шестнадцатилетнему парню Роману, что проживал в соседнем подъезде…
Итак, герой из грез Ии – Роман имел не только красноречивое имя, но и весьма привлекательную внешность: был ловок, статен и высок, а особый шарм его приятным чертам лица придавали глаза цвета голубой лазури с поволокой и дерзкий, проникновенный взгляд. Невзирая на то обстоятельство, что отец Романа занимал пост заместителя начальника отделения милиции, хорошим поведением его сын никогда не славился…, а, уж, когда сей почтенный блюститель закона ушел из семьи, Роман, из плохо контролируемого подростка, превратился в неуправляемого беса…
Противоположности, как известно, притягиваются, тем более, что до поры, Ия с Романом близко не контактировала: она наблюдала за своим избранником, лишь со стороны…- ее богатое воображение и нарисовало ей, радужными мазками, образ Романа, как этакого бунтаря и благородного разбойника «Робин Гуда»… Он стал наваждением для романтичной, но неопытной Ии – снился ей по ночам: в этих сновидениях они гуляли с Романом по парку, разговаривали…- затем, она стала грезить и о его объятьях, и поцелуях…
***
В середине декабря месяца Ия с тетей Агриппой проходили мимо соседнего подъезда – им и повстречался Роман, и его одноклассница Майя…
Ия, заприметив предмет своего обожания, густо покраснела и прошла мимо Романа, опустив глаза…, чем, весьма позабавила разбитную Майю:
- Ром, ты, только глянь, как эта скромная «овца» тащится от тебя: не иначе, как возжелала твоей любви… Появился шанс на этой скромняге подзаработать – не рубли, а доллары! – заметив, как вспыхнули, вниманием, глаза ее приятеля, Майя продолжила: - Ко мне вчера тетка одна подвалила и предложила: устроить этой невинной «овечке» групповое изнасилование…- и аванс дала… Похоже, этой бабе, семейка нашей малахольной сильно насолила… Как ты, смотришь на то, чтобы послужить приманкой для этой чудилки: мы с ней не общаемся, но если пригласить ее ко мне домой, для знакомства с тобой…- полагаю, эта «овца» клюнет…- Майя долго смотрела на Романа, выжидающе, прежде, чем он кивнул в знак согласия…- и она достала из своего кармана двести долларов, и протянула их Роману…
- Ну, что же, совместим приятное с полезным…- промолвил «герой» -Роман…, пряча доллары в потайной кармашек…
***
Приманка Майи сработала безотказно – и смущенная Ия дала согласие, на знакомство с Романом в ее квартире… В назначенный день и час, Ия позвонила в дверь Майи, и улыбающийся Роман открыл ей дверь, помог снять шубку, сапожки… и проводил в комнату, где все действующие лица пребывали в полной готовности…
Едва Ия шагнула в ту комнату, ее тут же опрокинули на диван и случился самый страшный кошмар в ее недолгой жизни: девчонки прижимали к дивану голову и руки Ии, а два дружка Романа держали ее за ноги и за туловище, пока «герой» из ее грез стаскивал колготки и трусики, с обездвиженной жертвы!
- Отпустите меня! – молила их плачущая Ия: - Я вам ничего плохого не сделала!!! Отпустите!!! Пожалуйста!!! Молю!!! Отпустите: я не хочу…!!!!
Ее мольбы, только забавляли мучителей, а ее слезы распаляли их…- Ию обуял настоящий ужас – и с болью пришло понимание, что живой, из этой квартиры, ей не выбраться…
Майя все рассчитала правильно: ее родители должны были вернуться из гостей на другой день - они помехой не станут, но на счастье Ии, не был учтен фактор внезапности: парень, что снимал комнату в квартире родителей Майи, заскучал и вернулся раньше времени из своей, зачуханной деревеньки…
Алексей, едва открыл дверь своим ключом, понял, что в квартире происходит что-то ужасное: плакала и молила о пощаде девчонка, раздавались звуки пощечин, дикий хохот…- и он, отложив в сторону авоську с картошкой, направился на плач незнакомки… Алексей вошел в комнату вовремя: Роман уже подверг насилию Ию…- теперь, ее собирался насиловать второй…
Ошалевший от увиденного, Алексей, высоченный и богатырского сложения восемнадцатилетний парень, отшвырнул от несчастной жертвы сперва двух пацанов, а, затем пошвырял, в разные стороны, Майю и ее подружек…
- Идиоты, дураки, за групповое изнасилование захотели двадцатку лет схлопотать?! Кто, только додумался до такого?! У кого мозги куриные?! А вы, дуры не боитесь следующими быть, вместо этой девчонки?! – Алексей поднял с дивана плачущую, трясущуюся от страха и боли, Ию и тряпкой, что попала ему в руки, стал вытирать кровь Ии, что, тонкой струйкой, неспешно, текла по внутренней стороне ее бедер…
- Бедолага! Как же тебя угораздило, попасть в эту квартиру? – потом, он, молча, помог Ии натянуть трусики, колготки: дрожащие руки плохо ее слушались…- и повел за руку к входной двери.
Побоявшись, что пацаны, которых он отогнал от Ии, могут поджидать ее на улице…- Алексей проводил бедняжку до ее квартиры и вернулся домой.
***
До Романа, первого, дошло, что они вляпались по-крупному – он повел своих сообщников к себе домой, чтобы неторопливо решить, как им избежать наказания, за содеянное злодейство…
- Маман, что присоветуешь своему сынуле: как мне избежать наказания за изнасилование одной лохушки?! – с порога, поинтересовался Роман…
Лидия, его мать, подробности выспрашивать не стала, а сразу схватилась за телефонную трубку и набрала нужный номер…:
- Вадим! Гад похотливый! Козел ты, рогатый, доскакался…- теперь, твой сынок, козлик серый, изнасиловал какую-то козу!!! Немедленно и быстро беги к нам: вызволяй сына из тюрьмы и спасай свой авторитет, козлиный!!! – она не стала слушать, что ей ответит невидимый собеседник, положила трубку, в сердцах, продолжая ругать бывшего мужа…
- Маман, это верный ход! – послав матери воздушный поцелуй, Роман проследовал, впереди своих соучастников…, в просторную залу…
***
У Ии не было сил, чтобы своим ключом открыть входную дверь – она потянулась к дверному звонку…- и тетя открыла ей. Едва глянув на опухшее, от слез, ее лицо и встретившись с потухшим взором Ии, мудрая Агриппа поняла: случилось страшное!!! Прежде, чем задавать внучатой племяннице наводящие вопросы, Агриппа сняла с ее плеч шубку, принялась помогать ей, скинуть с ног сапожки – и, в этот момент она узрела на колготках Ии пятнышки крови... От страшной догадки, сердце Агриппы, буквально, улетело куда-то…, у нее перехватило дыхание и потемнело в глазах, но она, поддерживая Ию за локоток, помогла ей дойти до комнаты.
- Дорогая, прости, что спрашиваю о таком…, но милая ты, подверглась насилию?! – Ия подняла глаза на тетю – и увидела, что Агриппе так же, и больно, и страшно, из-за ее догадки о произошедшем… - и Ия дала волю своим слезам, потом ответила:
- Я такая дура: сначала придумала себе парня, а, потом влюбилась во внешне похожего, но моя беда в том, что в реальный Роман оказался сущим монстром!!! – и юная Ия, и зрелая Агриппа - обе залились горючими слезами.
По прошествии некоторого времени, обе немного успокоились и Агриппа произнесла:
- Надо позвонить Глебу: он должен узнать, что с тобой случилась беда! Господи, как ему поведать, что я не уберегла тебя…?!?! – причитания Агриппы прервал выкрик Ии: - Нет, не звони папе!!! О моем бесчестии сразу узнает она…- и станет насмехаться надо мною! Я вообще не хочу, чтобы кто-то узнал, о случившемся со мной…- пожалуйста, тетя, давай никому и ничего не будем рассказывать!!! Молю, тебя!!! – Ия сложила свои ладошки вместе…
Она снова расплакалась, а ошеломленная Агриппа не сразу поняла, что под местоимением «она» Ия подразумевала свою мать Ольгу…- и Агриппа была уже готова, сохранить надругательство над Ией в тайне, но в их дверь позвонил участковый и пришел он не один, а привел с собой врача, который должен был засвидетельствовать: факт изнасилования несовершеннолетней!
***
Кажется, так и осталось тайной, кто из пятерки сообщников Романа донес сослуживцу майора Вадима Анатольевича, о вопиющей «выходке» его сына...– и были приняты срочные меры, чтобы факт изнасилования девочки Ии не был сокрыт! Местный участковый, прибывший на квартиру Агриппины Федоровны, Ию расспросами не тревожил, в протокол записывал со слов тети потерпевшей, а пришедший с ним врач зафиксировал насилие, совершенное над девочкой, которой не исполнилось и пятнадцати лет, сфотографировал все синяки, что появились у Ии на руках, теле, коленках и лодыжках… Выполнив полагающуюся работу, участковый и врач отбыли, а Ия, теперь не плакала, а пребывала в состоянии прострации: о ее позоре узнают все…- и, как ей с этим жить, ныне?! Ия стала задумываться о смерти, как об избавлении от кошмара...
Шкодливый коллега майора Вадима Анатольевича быстро осознал, что ситуация складывается не в его пользу – и поспешил отойти в сторону, и основной удар пришелся, даже не на Ию, а на… Алексея, ее спасителя…
***
Вызванная повесткой, Ия пришла в отделение милиции вместе с тетей, но в кабинет следователя Агриппу не допустили – и стоя в коридоре, она слышала, как из пострадавшей, Ию рядят в виновницу произошедшего. Такого поворота дела…, Агриппа вытерпеть не смогла, вышла на улицу, чтобы дозвониться до Глеба…
Ия, сперва, равнодушно выслушивала, как пожилой следователь называл ее малолетней развратницей и клеветницей, потом, ознакомил ее с показания вчерашних мучителей Ии – и с их слов, (которые были «приняты на веру» правоохранителями…), события развивались совсем иначе, чем их описала «клеветница» - Ия! По показаниям ее шестерых мучителей выходило, что Ия влюбилась, как кошка, в Романа и ходила за ним по пятам, а когда тот отверг ее притязания, эта малолетка подговорила своего приятеля Алексея и тот овладел ею, чтобы, в дальнейшем, Ия Невзорова могла оболгать честного парня Романа… Следователь, взирал на подозреваемую…- и временами, ему казалось, что сидящая перед ним девчушка, совсем не слушает его…- и отчасти он был прав, в своем предположении: Ию, помыслившую о смерти, мало беспокоили ложные обвинения в ее адрес - они, лишь, служили подтверждением, что Ия приняла правильное решение - и после вылитого на нее ушата грязи, в виде сегодняшних обвинений, ей, уж точно, жить не стоит!!
Произнеся все обличительные слова, в адрес Ии, следователь взялся за телефонную трубку… и, вскоре, в кабинет ввели задержанного Алексея, со следами побоев... Едва, увидев своего спасителя избитым…- Ия позабыла о своих планах: сразу стало не до смерти…- ее спасителя, огульно, обвиняют и ему грозит реальный срок, а настоящие преступники избегут наказания?!?!
Следом за задержанным и его конвойным, в комнату следователя вошел и майор Вадим Анатольевич…- и позабыв всякий страх, Ия встала перед ним, и глядя прямо в глаза отцу насильника Романа, она заговорила, разгневанно:
- Вам, придется жить с этим…: «хороший» парень Роман, ваш сын – монстр и насильник!!! А, этому монстру и насильнику придется поискать того, кто доносит на него!!! Впрочем, что ожидать от шакальей породы?! Роман-монстр, а его приближенные истинные гиены!!! Я, не клеветница!!! И, после свершенного насилия надо мною, не я прибежала в милицию, а участковый пришел ко мне на дом и, даже, привел с собой врача – и, поскольку, я не хотела говорить о произошедшем с посторонними, ваш участковый что-то записывал со слов моей тетушки…Выходит, что доносчик, заранее, предупредил кого-то, что меня собираются насиловать…, но блюстители порядка позволили свершиться преступлению!!! «Наша милиция нас бережет» таким образом?!? Теперь, надумали невинного парня посадить за преступление, которое совершил ваш сын!!! Сатрапы вы, а не защитники!!!!!
Хрупкая девочка-подросток, вещала ему, в лицо, как плевала в него обличительными словами…– и Вадиму, страстно, хотелось ударить ее, сильно: до крови, разбить ее смазливое личико…, но завораживающий омут ее бездонных сине-фиалковых глаз, словно, лишил воли Вадима Анатольевича, обездвижил его…- и он не смел шевельнуть, и пальцем…
- Отпустите его!!! Он спас меня от жестокой расправы, ваших так называемых «свидетелей»!!! – потребовала от майора милиции, подозреваемая в клевете - Ия, и она, рукой, указала на Алексея…- следователь, наблюдавший за происходящим и обалдевший от перемены, произошедшей с Ией, молча взирал на своего начальника и зятя, и не понимал: почему, скорый на расправу, Вадим выслушивает подобные слова от «сопливой» девчонки??!!
Нежданно, открылась дверь в кабинет следователя и вошел тот, кого не звали и не ждали, а Алекс Холл прибыл в Россию, к обожаемым Ии и Агриппе.
- Я, являюсь адвокатом этой девочки – и первое, о, чем хочу спросить: почему несовершеннолетняя Ия Невзорова допрашивается в отсутствие ее взрослого представителя, скажем учителя или тетушки, которой вы, не позволили, даже, войти в кабинет, вместе с несовершеннолетней?!
Майор Вадим Анатольевич Мыров, отвернувшись от Ии, обрел дар речи:
- Ваша «мелкая» клеветница не нуждается ни в каком представителе: мои сотрудники имели возможность убедиться, что эта ненормальная готова была, вцепиться мне в глотку, защищая своего соучастника преступления!!!
Убедившись лишний раз: его любимице – Ии грозит реальная беда…- умудренный опытом, Алекс не стал вступать в полемику с сотрудниками милиции, а молча вышел из кабинета следователя. Последовав за ним, следом, майор… узрел, как адвокат схватился за свой сотовый – и у Вадима Анатольевича засосало «под ложечкой», в предчувствии бури…
И «ураган», в виде полковника Знамова, вскоре накрыл майора, в его кабинете:
- Как ты, мне надоел, со своим шкодливым «щенком», по которому тюрьма давно плачет!!! Ты, совсем ум потерял, если решил, что твоя авантюра, по спасению Романа, от заслуженного наказания…, прокатит и на сей раз!!! Изнасилование девчонки, которой нет и пятнадцати…!!! Все, я умываю руки: устал я от такого проблемного заместителя!!!! Скоро прибудет проверка, инициированная Москвой…- с тобой на нары я не собираюсь!!! – проорав, что накипело у него на душе, полковник, пулей, вылетел из кабинета заместителя – и, теперь, его сокрушительную силу познал следователь…
- Ты, с какого перепуга удумал такое?!! «Белыми нитками шьешь» дело на несовершеннолетнюю пострадавшую???!!! Совсем ума лишился??!!! Вот, что старик, готовься к министерской проверке, инициированной Москвой, по данному делу!!! Хотя бы зашел посоветоваться, прежде, чем затевать такой тухляк! На мою помощь не рассчитывай: мне в отставку еще рано!!! – и, словно, растеряв весь пыл, обессиленный полковник вышел из кабинета, своего подчиненного и шурина…
Наконец, и до пожилого следователя дошло, как он промахнулся, желая помочь зятю, вернее ему было жаль дочь, которая, как и пострадавшая Ия, без оглядки, влюбилась в мужика много старше ее, еще и женатого… Вадим все же сделал выбор, в пользу его дочери…- вот, следователь и радел, теперь, за карьеру зятя…- а, ныне, ему грозит увольнение, вместо пенсии!!!
«Спасение утопающих…- дело рук самих утопающих!!!» - вовремя вспомнил пожилой следователь – и собрав всю волю в кучку, он распорядился: подозреваемый Алексей Макаров должен присесть на этот стул, что находиться рядом с ним, а потерпевшая Ия Невзорова может позвать в его кабинет своего адвоката и тетю…- разговор предстоит долгий!
***
Когда и Алекс Холл, и Агриппина Федоровна присели на стулья, пожилой следователь завел речь о главном…- издалека…
- Итак, Ия Невзорова, я, внимательно, наблюдал за вашей реакцией, когда знакомил вас, со встречным заявлением, которое было подано на вас и Алексея Макарова, со стороны шестерых фигурантов данного, сложного дела: двое против шестерых…- согласитесь, здесь любой следователь испытает затруднение!? Глядя, с каким равнодушием вы, Ия, реагировали на встречное заявление…, у меня создалось впечатление, что вы, осознали свою вину… Только, ваша реакция на задержание Алексея Макарова, по вашим же словам - вашего заступника, поколебала мою уверенность, в правдивости заявления тех, шестерых… Но, для того, чтобы следствие не пошло по ложному пути, в своих выводах, нужно время: на поиски свидетелей, которые бы подтвердили вашу правоту и опровергли заявление шестерых…, опять же, предстоят очные ставки… В поисках истины, пройдут недели, а, возможно и месяцы…- потом, будет суд, решение, которого можно обжаловать… Жаль, что Алексею Макарову, все это время придется находится в СИЗО…: не повезло тебе, парень! – лицемерно, посочувствовал пожилой следователь…- и он получил отклик, на который рассчитывал!
- Мне не нужен суд: я не жажду крови моих, вчерашних мучителей!!! Я верю, что жизнь спросит с них, за все и сполна!!! Таким образом, я сберегу и свои нервы, и здоровье: в течении долгого времени «предаваться», вслух, воспоминаниям, об ужасе и боли, что я испытала…- нет, я хочу поскорее забыть и монстра-Романа, и его дружков, и подружек!!! Вот, что я, искренне, желаю в данный момент…, чтобы Алексей, сегодня же, вышел на свободу!!! Без него, из вашего отделения я не уйду!!! Надо будет, ночевать здесь буду – и, первой встречу министерскую проверку!!! – намерения Ии не вызывали сомнений у пожилого следователя, а, еще, это напоминание о проверке…
- Правдолюбивая вы, наша! Путь к освобождению Алексея прост, но он лежит через загс: если вы, Ия желаете закрыть, поскорее, данное дело… Вот, через пару дней принесете справку о вашем с Алексеем бракосочетании…- и мы прекращаем следствие, за примирением сторон! Никаких свидетелей нам искать не придется, а вы, избежите лишних встреч со своими обидчиками, на очных ставках…, но главное – избежите излишней огласки!!! – пожилой следователь смачно причмокнул, от намечающихся радужных перспектив…
Ия недолго думала: каждый день, что малознакомый ей, Алексей будет проводить в неволе, грозит ему большими бедами…- а, ведь, благодаря его благородному поступку, Ия, физически, не так сильно пострадала, от своих мучителей, как могла бы... Думать страшно, что было бы, если бы Алексей за нее не заступился! - и, собравшись с духом, Ия предложила своему спасителю:
- Алексей, женись на мне! Через три года мне исполниться восемнадцать лет – мы разведемся и ты, сможешь жениться на девушке своей мечты!
- Да! – только и прохрипел он, но про себя, Алексей отметил смелость и привлекательность юной девушки, на которой ему предстояло жениться - и так стремительно!!! Главное – прекратятся издевательства, избиения…– и он, вновь, обретет свободу, станет спать на обычной кровати, а не на нарах…
Потом, Алекс Холл улаживал все вопросы, связанные с освобождением Алексея Макарова из-под стражи: подписывал необходимые документы – и вызволил героя, пострадавшего за Ию, под свое поручительство…
***
Свое пятнадцатилетие Ия встречала в статусе замужней дамы и в окружении очень близких людей: папы Глеба, тетушки Агриппы, дядюшки Алекса, мужа Алексея – и… свекрови Феклы, что приехала проведать милого сыночка, а тут… такое! Но Фекла недолго держала зло на новоявленную сношеньку Ию и ее родню: ее Алеша попал в такую интеллигентную и обеспеченную семью, и за съемную комнату больше платить не придется…- кругом одни плюсы…
Потом, приехал навестить своего старинного друга Алексея-Алекса друг детства и юности Гоша, ныне Георгий Георгиевич…- это его стараниями и благодаря его вмешательству, Ия и Алексей избежали ложного обвинения - и, возможно, реальных сроков… Стоило Алексу, по телефону, сообщить давнему другу Гоше, что в беду попала правнучка Елены…- из Москвы последовало распоряжение - и в провинциальном отделении милиции многим стало дурно...
- Деточка, как же ты, похожа на свою прабабушку, восхитительную Елену: такая же пригожая и умница…!!! – с ностальгической грустью, смотрел пожилой генерал на юную Ию…
***
Попозже, когда задумчивый и печальный Глеб вышел курить на лестничную площадку, за ним последовала и тетушка Агриппа…
- Глеб, простишь ли ты, мне, мой грех? Не уследила я за нашей девочкой! – она обреченно заплакала, но вовремя появилась Ия и заступилась за нее: - Тетя Гриппочка, не вините себя: я повзрослела…- не можете вы, как и прежде, ходить за мной по пятам! Моя беда…: нафантазировала себе Бог знает, что…- и угодила в лапы монстра! Я получила хороший жизненный урок: «не все то…- золото, что блестит»! Расфуфыренный Роман оказался насильником, а простой парень, не знавший меня, тем не менее, не прошел мимо…- вызволил меня из беды! Папа, и, это я попросила тетю, чтобы не звонила тебе…: тогда, она бы узнала…- и стала бы насмехаться надо мною! – Ия, как внезапно появилась…, так же стремительно и вернулась в квартиру.
- Тетя, о ком Ия говорила? Кто бы стал насмехаться над нею? – Глеб не понял страха Ии, перед неизвестной – и Агриппина ему пояснила: - Я, тоже, не сразу поняла, что под местоимением «она», Ия имеет ввиду Ольгу, свою мать… Вот, такие дела!
Ночью, Глеб долго лежал без сна: невеселые думы не давали ему уснуть:
- Ольга уступила моему требованию и родила мне дочь, но матерью так и не стала для нее! Глупо обижаться и винить в бедах Ии – Агриппу: благодаря тете, моя дочка росла в любви, которую она не видела от Ольги… И, да, Ия права: Агриппа, ныне, не может всюду ходить за ней… Может и хорошо, что Ия обрела мужа: с Алешей будет ходит в кино, посещать ночные клубы, кафе, концерты…- у его единственной дочки должна быть полноценная юность, а не существование «за спиной» пожилой тетушки… После встречи Нового года, Никита едет в Париж…- нужно попросить у него ключи от виллы в Италии – и отправлю туда, отдыхать Ию с Алешей, и Агриппу с Феклой, может и Алекс присоединиться к ним?! Срочно, нужно сделать загранпаспорта для Алеши и его маменьки Феклы… Так и поступлю…- и пусть беды и печали Ии останутся в уходящем году…!!! - и, далее, кручина отпустила Глеба – он не заметил, как сон сморил его.
Утром, за завтраком, он предложил домочадцам: - Как вы, смотрите на то, чтобы Новый год встретить в Италии? Ия, думаю твой брат Никита будет только рад, если со своим Алешей, его мамой, тетей Агриппой и дядей Алексом, все вместе отдохнете на его вилле! Другая страна, где тепло…- там по-другому посмотрите, на произошедшее с вами, недавно…– и сбросите с себя весь негатив последних дней, уходящего года…- затем, вернетесь в нашу зиму… Решено, Алеше и его маме Фекле необходимо, в срочном порядке, оформить загранпаспорта – и в путь, а я решу вопрос с твоим надомным обучением, Ия – и в первых числах января присоединюсь к вам…Прежде, твою маму Ольгу отправлю, отдыхать в Испанию – «дешево и сердито», и она давно хотела там побывать…
У Алексея и его мамы Феклы головы закружились, от такой радужной перспективы: совсем недавно, они перебивались с хлеба на картошку, а, ныне, сидят, за обильно накрытым столом – и им «светит» поездка в Италию… Очуметь можно!!!
- Алеша, подбери в шкафу подходящие брюки, пуловер, рубашку…- на время: в Италии приоденем тебя по последней моде! Вот, деньги…- погуляйте по предпраздничному городу, сводите тетю, Алекса и Феклу в кинотеатр, кафе…- жизнь продолжается и радуйтесь ей…! – Глеб посмотрел на часы и встал из-за стола: он торопился на встречу с директором гимназии, где училась его дочь…- он очень надеялся, что имеющиеся у него доллары, помогут уладить, сложившуюся непростую ситуацию, с обучением его дочери… Затем, ему следовало договориться об изготовлении загранпаспортов для Алексея и его мамы Феклы – предстоит визит в паспортный стол…
***
Глеб ушел по делам…, а Фекла, Агриппа и Алекс Холл, сперва взялись за приготовление пищи на обед и ужин…- поэтому Ия с Алексеем пошли в кино, но в обществе друзей мужа - Вани и Люси: все трое учились в одной группе профессионального училища…
После просмотра фильма, они завернули в кафе, подкрепиться – и лакомясь заварным пирожным, Ия пыталась свыкнуться с резкой переменой ее жизни: еще десять дней назад в кино она ходила в компании тети Агриппы или двух своих одноклассниц – теперь же, родители запретили подругам Ии общаться с ней…- ведь, их дочки - целомудренные девочки, не в пример Ии… Поразмыслив, Ия пришла к выводу, что, пожалуй, она сумеет привыкнуть и к простоватой речи Алексея и Вани, и к их, подчас, неизящным выражениям…, и к громкому, вызывающему смеху немудреной Люси…: теперь, это ее круг общения…– следует принять эти перемены в ее бытие!
После кафе они побродили по заснеженному городу, который слегка приукрасили к Новому году. То тут, то там… появились стихийные базарчики по продаже елок…- и запах хвои, и разноцветные огни уличных гирлянд, и оживленное поведение прохожих…– во всем чувствовалось, что люди живут предвкушением новогоднего чуда – и возлагают свои надежды на 2007 год!!!
Слегка замерзнув, Алексей и Ваня пригласили своих спутниц - Ию и Люсю, заглянуть в Диско-бар… Полуподвальное помещение бара встретило их томным «шери…шери, леди…», полумраком, мерцанием серебристых и синих огоньков, приглушенными разговорами…- и разомлев от тепла, и осмелев из-за двух глотков слабоалкогольного коктейля, что Ия пригубила из бокала мужа Алеши… – она почувствовала, как напряжение отпускает ее…
- Да, если бы в мою жизнь не вошел Алеша, я не осмелилась бы никогда, переступить порог данного заведения: мы с подругами и тетей посещали театр, музей, специальные вечера в библиотеке…, но не Диско-бар, где собираются «порочные особи»… Да, в библиотеке, конечно, не встретишь пьяных…, но «стерильная» жизнь, которую я вела доселе, теперь, мне кажется излишне пресной и не лишенной снобизма…- следует признать, что основная часть посетителей бара ничем не хуже, подобных мне… Замужем жизнь, пожалуй, гораздо разнообразнее – и, эта жизнь мне начинает нравится, ведь, главное…– близко не приближать к себе людей, подобных Роману и его подружки Майи…
В Диско-баре они задержались…– и домой вернулись в одиннадцать вечера. Увидев на милом личике Ии радостное оживление и Глеб, и тетя Агриппа испытали огромное облегчение: их девочка справляется со стрессом..
***
Тридцатого декабря Глеб провожал в аэропорту свою ненаглядную дочку Ию, ее мужа Алешу и сопровождающих их лиц… По прошествии некоторого времени, что необходимо для перелета из заснеженной и морозной России в Италию, наши путешественники ступили на землю малого Рима… Верона встретила их ярким солнцем и приятными + 15 градусов тепла…- и это показалось им истинным чудом, после – 17градусов мороза и сугробов…
Просторная вилла, принадлежащая брату Никите, располагалась на самой окраине Вероны, в отдалении от ее главных достопримечательностей, узких старинных улочек… Выбрав себе спальни и разложив по комодам, и шкафам свои малочисленные вещи, Ия, Алеша и тетя Агриппа поехали на арендованном автомобиле в ближайшие магазинчики, чтобы закупить провиант для новогоднего стола: свежего мяса, рыбы, колбас и сыра, зелени, овощей и фруктов… Свекровь Ии – Фекла и дядя Алекс остались дома: они решили «отдышаться» с дороги…, и, затем, набросать приблизительное меню, для новогоднего стола…
***
Тетя Агриппа, уверенно, управляла арендованным авто…- и дорога была ей хорошо знакома…: пару раз, вместе с Ией, они уже гостили в Вероне... Алексей, с непривычки, озирается по сторонам: неисчислимые виноградники и оливковые рощи простирались до горизонта; слепящее солнце и насыщенная синева неба…- потрясли его воображение! Ия, тоже, смотрела, на мелькающий в окне ландшафт, но погружена она была в свои размышления:
- Боже, как же все хорошо устроилось! И Алеша вернулся вовремя из деревни, и дядя Алекс прилетел из Нью-Йорка кстати…– и мне, вновь, хочется жить…, а готова была умереть!!! Бедный папуля: видеть свою любимую дочку замужем в пятнадцать лет…- представляю, какой стресс он переживает!!! Как же хорошо папулечка все придумал…- и, вот, мы в Вероне – городе Ромео и Джульетты…- и мерзкий Роман, и его Майка, и их приятели-шакалы…- все растворилось в прошлом!!! Прежде, мне казалось, что их мерзкие рожи будут преследовать меня до скончания жизни…, но нет: из-за последующей насыщенности событий, случившееся насилия надо мною, незаметно потеряло интенсивность мрачного тона, свою горечь и остроту – и, теперь, мнится дурным сном… Мое будущее, вновь, видится мне прекрасным!!!
***
Узнав о том, что Глеб одолжил у Никиты ключи от его виллы в Вероне, Ольга пришла в негодование…- и, даже, наметившаяся поездка в Испанию, ныне, не так радовала ее:
- Твой любимый папенька-негодяй завел себе любовницу, а ты, сынок, еще и поощряешь дурные наклонности Глеба!!! Зачем ты, позволил ему, чтобы он привечал на твоей вилле людей, сторонних??!!! Прежде, со мной нужно было посоветоваться!!!
Стремительно «проросшее» зерно недоверия и некой враждебной обиды, за «обманутую» маму, заставило Никиту переменить свои планы – и после встречи Нового года в обществе отца Стаса: первого января, вечером, Никита «рванул» в Верону… Конечно же, в Италии его ожидала встреча со сводной сестренкой Ией, которую Никита нежно любил, а вовсе не с соперницей его матери Ольги… - и ошеломленного старшего брата ожидало знакомство с Алексеем, мужем Ии - и с Феклой, мамой Алексея…
- Хорошо, что все хорошо закончилось, для тебя, сестренка! Иначе, я нашел бы киллера, чтобы поквитаться с гадом-Ромой и его сотоварищами!!! Водятся же такие гниды, среди людей!!! Ия, ты права! Обещаю, маме я ничего рассказывать не стану…- незачем ее расстраивать!!! Сейчас, мы организуем шашлыки…: свежее мясо имеется…- Алексей, будешь мне помогать! - и оживленный Никита развил бурную деятельность…
Алексей воспринял приезд старшего брата Ии с воодушевлением: Никита оказался славным и компанейским парнем, хотя он и был старше Алексея на четыре года, но воспринял его за равного себе…
Тетя Агриппа, неизменно была рада, встречам с Никитой – и дядя Алекс увидел в этой, нежданной встрече, добрый знак…- а Фекла, узрев, как ее Алешенька преисполнился энтузиазмом, с появлением Никиты - в очередной раз, помыслила, что ее сынок все же удачно женился….
К полудню сели за стол: кушали шашлыки, заедая лепешками и спелыми помидорами, сельдереем… куски прожаренного сочного мяса - притом, вели неспешные разговоры и пили местное вино. Такая сладкая жизнь: дольче вита!
Вечером, Никита объявил, как бы между делом: - Завтра, после завтрака, я намерен вас отвезти на озеро Гарда…- шикарное место! Остановимся в гостинице на пару дней: ознакомимся с достопримечательностями этого райского уголка; поднимемся на фуникулере к вершине горы Монте-Бальдо, чтобы полюбоваться ночным видом на озеро и его окрестности… Дискотеки на озере Гарда…- это нечто фееричное, красочное и зажигательное!!! Гурманам, предлагают на выбор не только горячительные напитки, но и горячие блюда, всевозможные десерты…- немного подумав, Никита добавил: - Сестренка, вам с мужем рано еще иметь раздельные спальни – попрошу тебя переселится к Леше: я не люблю спать на диване, еще и в проходной гостиной!
***
Ия переодевалась в ночную рубашку…, в ванной комнате – и, затем, краснея и смущаясь, легла на кровать, рядом с Лешей… Несмотря на то, что их ложе было двуспальным – и их тела не соприкасались, взволнованная близостью мужчины, юная скромница-Ия долго не могла заснуть!
Проснулась она, когда часы в гостиной пробили восемь раз, но Ию разбудил не бой часов и не яркое солнышко…, а пристальный взгляд Леши, которым он смотрел, на спящую Ию…
- Слушай: ты, очень красивая, а, когда спишь, вообще на богиню похожа! Правда, правда…!!! Если бы какой-нибудь античный Бог пролетал мимо, он, точно, украл бы тебя, сраженный твоим очарованием!!! – Ия, даже, не думала, что ее муж может быть таким романтиком…- они поцеловались, впервые с их свадьбы, но стук в дверь прервал столь приятное пробуждение… Это Никита возвещал своим гостям, что пришла пора покинуть кровати: их ждут красоты озера Гарда и прочие, сопутствующие прелести…
Два часа ушло на сборы и завтрак – и в десять часов, путешественники тронулись в путь на внедорожнике Никиты, который был вместительнее арендованного авто… Молодых людей ожидали восхитительные развлечения на озере Гарда, их пожилых родных прельщала тихая неспешность во всем…
***
Два изумительных дня, проведенные на озере Гарда, пролетели незаметно – пришла пора возвращаться в Верону, но Никита решил: для полного погружения в «дольче вита», необходимо свозить своих новых родственников еще и в Болонью…
На сей раз и тетушка Агриппа, и дядюшка Алекс не соблазнились прелестями зимнего шопинга в Болонье…- они остались в гостинице, чтобы перевести дух, после долгой дороги… Свекровь Ии – Фекла, не смотря на свою усталость, увязалась за молодыми: когда еще судьба приведет ее в такое благодатное местечко?! Отдохнет она, когда вернется домой, в деревеньку…
Никита не повез своих спутников на оптовые рынки города: в январе нет того изобилия туристов, как летом…- и бутики, и магазины на центральных улицах Болоньи, в это время года, тоже предоставляют своим покупателям скидки на товары…, а, по ходу их передвижения, Алексей и его маменька Фекла, заодно, познакомятся с шедеврами архитектуры данного местечка…
В первом же магазине, Фекла засмотрелась на детские туфли: - Глянь, Алеша, такие были бы в самый раз нашей Арише…- встретившись с вопросительным взглядом Никиты, она пояснила: - Ариша, моя внучка от старшей дочери Насти…
- Понятно! Мы позабыли, что новобрачная должна, одарить подарками близких родственников своего супруга – простите нас! Сейчас же мы исправим наш промах! - и Никита повел Феклу выбирать подарки для Ариши, ее мамы Насти и папы Игоря – и, для самой Феклы, естественно…
Фекла и Алексей выбирали вещи, а Никита, не глядя…, платил за их покупки своей банковской карточкой – у новообретенных малоимущих родственников дух захватывало, с какой легкостью Никита расставался со своими денежками!!!
Затем, Никита увлек Ию и Алексея за собой в бутик, где приобрел для своей сводной сестренки и ее мужа коллекционные наручные часы - в качестве подарка, каждому, к их свадьбе. В следующем бутике, Алексею приобрели пару пуловеров, несколько сорочек, джинсы, трикотажную куртку на меху…
- Алексей, остальные вещи, что я выписал по каталогу из Парижа, пришлю тебе через своего папу: сегодня же созвонюсь с ним…- и, по приезду из Италии, тебя будут дожидаться зимние обновки…
Прежде, чем зайти в уютный ресторанчик – перекусить…, они заглянули в магазинчик, где торговали изделиями, выполненными из перламутра – и закупились подвесками, заколками, брошами, гребнями – себе и в подарок…
***
Навьюченные пакетами, словно они носильщики, Никита, Алексей и Фекла ввалились в гостиницу, а Ия шла налегке: ее пожалели муж и брат, ввиду хрупкости телосложения Ии… Все пакеты с покупками сложили в номере, который занимали Фекла и тетушка Агриппа – и Никита, и Алексей удалились в свои номера, чтобы принять душ…, перед ужином.
***
- Никита, прости за спрос, но я не одобряю, что ты, повсюду селишь Ию вместе с Алексеем…- а, зачем?! Ия еще так юна, чтобы жить полноценной супружеской жизнью!!! – тетя Агриппа выбрала момент, когда они остались наедине – и, теперь, смотрела на Никиту осуждающе, а сама, едва сдерживала слезы: так ей было жалко Ию, которой едва исполнилось пятнадцать…
- Тетя, я понимаю вашу озабоченность, но ничего не поделаешь: моя сестренка подверглась насилию – и, возможно, в ней уже зреет новая жизнь! Так пусть не будет столь явным, кто отец ее ребенка: насильник или муж Алексей?! Нашей милой Ии никак нельзя жить порознь от Алексея, как бы это не было трудно для нее! Ничего, надеюсь все обойдется: я проинструктировал Алексея, как он должен вести себя в постели со столь юной женой – будем надеется на лучшее! – признав правоту намерений Никиты, все же Агриппа не сумела сдержать своих горьких слез: она все еще винила себя, в бедах Ии…
***
Пришло время для расставания с Никитой: приятели заждались его в Париже… Расцеловав всех на прощание, он обратился к Ии и Алексею:
- Ну, что молодожены, далее, ваше свадебное путешествие будет проходить без меня, но я надеюсь на новую встречу с вами, в марте месяце - теперь в Париже… Тетушку Агриппу, дядю Алекса и вас, многоуважаемая Фекла, я, тоже, приглашаю: присоединится к нашим молодым… Гостиницу бронировать не нужно: у меня имеется просторная квартира почти в самом центре Парижа – я покажу вам все прелести этого города, устроим шопинг по моим любимым бутикам и небольшим магазинчикам – и, непременно, побываем в тех ресторанчиках, где, особенно, вкусно кормят… На прощание, Ия, вручаю тебе мою банковскую карточку – будь гостеприимной хозяйкой и балуй своих гостей новыми покупками и вкусными обедами в ресторанах Вероны… Короче, я желаю оплатить, лично, ваше свадебное путешествие!!! В конце концом, единственная и любимая младшая сестренка вышла замуж – и я намерен проявить свою щедрость сполна!!!
***
Никита покинул их, а вместе с ним исчезла и его радостная, и бодрящая, и активная энергетика…- и родные Ии загрустили…
- А, не прогуляться ли нам в сторону торговой улицы Виа Мадзини: надо бы прикупить овощей, фруктов, рыбы, пармезана и ветчины, палочек салями, поскольку нами съедена вареная колбаса Мортаделла, привезенная из Болоньи - потом, мы еще толком не распробовали веронские сладости… Леша, возьми себе банковскую карточку Никиты: правильнее будет, если за все покупки и ресторанные посиделки станешь расплачиваться ты, как глава нашей семьи… - после такого жеста Ии, у ее Алеши, враз, повысился градус настроения – воспряла духом и свекровь Фекла, а тетушка Агриппа и дядя Алекс, молча, одобрили благоразумный поступок своей любимицы…
***
Оставшиеся от новогодних каникул дни, они проводили, на залитых ярким солнцем, улицах Вероны: помимо магазинов, посещали музеи и величавые церкви, как Сан-Фермо... Неспешно бродили по старинным и узким улочкам старого города, и как-то набрели на винтажный рынок, где было не менее занятно и увлекательно, чем в музеях! Устав, заходили перекусить в бар, ресторан или кофейню: их довольно на площадях Пьяцца Эрбе и Пьяцца Бра...
***
Глеб так и не сумел вырваться в Верону: Ольга потребовала, чтобы муж сопровождал ее в поездке по Испании, но он встречал родственников и обожаемую дочку Ию на пороге квартиры, когда те вернулись из солнечной Италии в заснеженную Россию. Эта встреча, после недолгой разлуки, была поистине теплой и радостной… Особенно, утешил Глеба тот факт, что его Ия нисколько не огорчилась, узнав о своем отчислении из гимназии…
- Папа, не переживай: полгода осталось, до завершения обучения в 9 классе! Потом, находясь на домашней форме обучения, какая разница, в какой школе учиться: главное – получить аттестат о среднем общем образовании! Он даст мне право на поступление в колледж, куда зачисляют и замужних особ…
***
В последние предновогодние дни, душевный покой Глеба омрачала и «ела» его, поедом, проблема: ему так и не удалось договориться с директором гимназии, о переводе Ии на домашнее обучение... Свой категорический отказ директриса мотивировала тем, что наличие в их гимназии замужней ученицы..., бросает тень на данное, престижное учебное заведение – и она уже издала приказ, на отчисление Ии Невзоровой, из состава учащихся гимназии! Подоспевшая секретарь директора гимназии, выдала Глебу, под роспись, документы его дочери…
За два дня, до наступления Нового года, Глеб остался с животрепещущей проблемой наедине! Ни в одну, из ближайших к их дому средних школ, Ию брать не желали: в пятнадцать лет…- и замужем – такая невоздержанность, а какой дурной пример для остальных - и прецедент?!! Глеб, было, заподозрил вмешательство майора Вадима Мырова: согласно его распоряжения, Ия, в наступившем году, не должна продолжить свое обучение… в их городе - пусть проваливает в областную столицу, к маменьке и папеньке, чтобы не доводить до нового греха его Романа??! Иначе, чем объяснить: все директрисы, словно сговорившись, отказывались от пухлой пачки долларов, предлагаемой Глебом? Идти наперекор милицейскому чину…- себе дороже!??
***
Вовремя позвонил влиятельный Георгий Георгиевич, чтобы справиться, как обстоят дела у Иечки? Глеб излил ему всю свою боль: его любимую дочку отчислили из гимназии, как двоечницу или совсем пропащую! Он обошел несколько школ, но везде встретил отказ! Теперь, как ему сообщить Ии, по ее приезду из Италии, что директора школ шарахаются от нее, как от чумной!?
- Георгий Георгиевич, я бы мог Ию забрать с собой…- жила бы с нами в областной столице, но, стыдно признаться, родная мать не любит дочь…- и Ия сторонится матери: ей милее тетя Агриппа… Потом, Алексей, муж Ии, учится в здешнем училище по специальности: автомеханик…- как быть с ним? Голова кругом идет! – закончил свое печальное повествование, удрученный Глеб.
- Глеб, успокойтесь: я решу нашу проблему! Вам сразу стоило набрать мой номер телефона: я никому не позволю, глумится над правнучкой Елены! Вы, пообедать успели? Сходите, покушайте…- и ждите моего звонка! – в телефонной трубке раздались гудки, которые подействовали на Глеба, как успокоительные таблетки: если Георгий Георгиевич считает проблему Ии и его, личной…- стоит ожидать положительного результата…
Под вечер перезвонил Георгий Георгиевич и назвал Глебу номер школы, где Ию будут рады принять: на домашнюю форму обучения… Глеб знал, где находится данная школа, так же ведал, что раньше эта школа обучала своих учащихся только 8 лет, включительно…- желающих поступить в 9 класс, автоматически, переводили в среднюю школу, что располагалась поблизости.
***
Новогодние праздники миновали, Глебу следовало возвратится домой, к жене и своим делам… И Алекс Холл уехал с ним: пожилой мужчина, почувствовав, что не за горами тот, его последний день…, решил провести недельку в городе своего детства и юности. На сей раз Алекс поселился не в гостинице, а в квартире, что досталась Глебу и его дочери Ии от покойного Кирилла Дмитриевича… Глеб навещал его ежедневно, пару раз они посетили ресторан… За день, перед отъездом в Нью-Йорк, Алекс поведал Глебу о своей страстной любви к Елене, раскрыл и тот факт, что Ия доводиться ему правнучкой… Свой покаянный рассказ-исповедь Алекс завершил просьбой: захоронить его прах рядом с могилой любимой Елены, когда наступит время…– и, потрясенный Глеб, обещал, исполнить его последнюю волю!
***
Одиннадцатого января, проводив мужа Алешу на занятия, в училище – Ия, тоже решила приступить, самостоятельно, к учебному процессу. Открыла дневник: прошлогоднее расписание уроков сгодится вполне… Обычно, новая четверть в их гимназии начиналась с повторения, пройденного материала – Ия решила три примера и одну задачу – по математике, а, затем, приступила к упражнениям по русскому языку... Когда Ия принялась за задания по английскому языку, раздался звонок…- и, следом, из прихожей донесся знакомый голос:
- Документы дочери Ии Невзоровой ее отец забрал из нашей гимназии, а справку нам не предоставил: куда он, далее определил свою дочь?! Теперь, мы должны ходить за вами?! – недовольный голос надменной бывшей директрисы, вызвал у Ии неприятные эмоции…
- Зачем же ходить за нами? Я и сама занесла бы в школу, необходимую справку, когда у меня время выдалось бы… Или секретаря своего прислали бы… Зачем же вам, утруждать себя?! - спокойно, ответила спесивой женщине, мудрая Агриппа.
Снова, прозвенел дверной звонок – и заинтригованная Агриппа открыла входную дверь, пришедшей…
- Я не ошиблась: наша новая учащаяся Ия Невзорова проживает здесь? – на тетю Ии смотрела другая…, не менее властная женщина, но вела себя данная особа приветливее – и, открыв, по шире, входную дверь, Агриппа пригласила незнакомку, войти в квартиру…
- Я, являюсь завучем…, в школе, где Ия Невзорова продолжит свое обучение…– представилась незнакомка тете Ии: - Я могу пообщаться с нашей ученицей? - и на положительный кивок пожилой женщины, завуч принялась, снимать с себя пальто…
В прихожей зазвонил телефон и Агриппа сняла трубку, услышав голос звонившего, она просияла и ликующе произнесла:
- Георгий Георгиевич, как я рада вас слышать!!! Ия, в своей комнате, она занята повторением, пройденного материала: каникулы и для нее закончились! Да…, из школы, куда вы, помогли Ию устроить, пришла завуч, чтобы познакомится с ней…- завуч и сейчас у нас находится... За справкой, пожаловала и бывший директор гимназии, откуда Ию отчислили…- вам, кого к телефону позвать?! Действительно, зачем вам бывший директор? – и она передала телефонную трубку завучу, которая представилась генералу Раисой Ивановной. Агриппа пошла к холодильнику, где лежала справка, которую так жаждала заполучить директор гимназии - не поленилась, сама явилась за ней.
***
Довольная своим визитом к Ии, завуч Раиса Ивановна, стремительно, вошла в кабинет директора школы – и несмотря на то, что в кабинете находился, небезызвестный нам, Вадим Мыров – майор..., она победоносно изрекла:
- Людмила Игоревна, нашей школе выпал «сектор приз»: теперь, нам будет, кого отправлять на олимпиады по математике и русскому языку, и химии, и физике…! Наша новая ученица Ия Невзорова…- просто чудо!!! Представляете, прихожу к ним домой, а Ия, не дожидаясь наших указаний, сидит за столом и решает примеры, и упражнения, на повторение пройденного материала!!! Я так и обомлела: такое нечасто увидишь!!! Потом был звонок влиятельного Георгия Георгиевича: он продиктовал мне номер телефона и наказал, передать этот номер всем учителям, кто будет заниматься с его Ией…- на всякий случай… По этому телефону можно звонить в любое время дня, только секретарю нужно отрекомендоваться учителем Ии – и нас соединят с ним… Странно, но его отношение к этой девочке, совсем не походит на заботу о протеже его друга детства – этот Георгий Георгиевич волнуется за Ию, словно за дорогою и кровную родственницу?! Его Ия… Нам же лучше! Людмила Игоревна, вы не станете возражать, если я сама назначу, кого прикрепить к занятиям с учащейся Невзоровой? Троим, заодно, передам рабочие тетради Невзоровой, на проверку… - положив на директорский стол листок с номером телефона влиятельного Георгия Георгиевича - и довольная, произведенным впечатлением, Раиса Ивановна удалилась: она торопилась в учительскую…, а Людмиле Игоревне предстояло, продолжить неприятный разговор с заместителем начальника отделения милиции…
- Как видишь, Игорь: «против лома нет приема»! На правах твоей бывшей невесты, позволь дать тебе совет: лучше займись развитием и воспитанием своего младшего сына-аутиста…- возможно, из него выйдет какой-то толк! Сын Роман уродился в твою бывшую, Лидию – он, словно сорная трава: одни хлопоты с ним и муки, а пользы никакой! Выходных дней было много – я созвонилась со своей тетушкой, что проживает в областной столице… Представляешь, она училась в педагогическом институте - и сестры, этой Елены Прекрасной – прабабушки Ии, преподавали в их группе! Вообще-то, до Елены, в их роду все были педагогами, но она нарушила традицию и поступила в Медицинский институт, затем в аспирантуру…, но наукой не увлеклась – и ее куратор, свою любимицу устроил на работу в обкомовскую больницу! Представляешь, какие связи были у этой женщины! Вот, кто являлся отцом ее дочери Верочки, неизвестно и по сей день… Верочка, тоже, училась в Мединституте, но после трехлетней отработки на станции скорой помощи, пошла преподавать в медицинское училище – и поднялась до заместителя директора по учебной части… Свою дочь Ольгу, Вера родила так же, не будучи замужем, но отцом ее дочери стал Кирилл Дмитриевич Груздев: доктор медицинских наук, доцент… Это он потянул зятя Глеба в науку – и, ныне, Глеб Никитич Невзоров, доктор наук, доцент и заведующий кафедрой…- как врач общей практики, ведет еще и прием больных, в университетской клинике – и народ к нему валом валит! Может, мне попросить Ию, чтобы она записала твою нынешнюю жену на прием к этому Невзорову: все говорят, что он великолепный врач…- возможно, сможет помочь твоему младшенькому сынишке?! Романа тебе надо отослать от себя, подальше: хотя бы в суворовское… его пристрой…
***
Людмила Игоревна смотрела в глаза тому, о ком когда-то грезила…, но любимый Вадик бросил ее «у алтаря» и женился на ее подруге-разлучнице Лидке… Хотя бы они жили ладно, не так обидно было бы, но нет…- и четыре года назад Вадик развелся с Лидкой, но женился, теперь, на молоденькой дурочке, которая «смотрит ему в рот»…: дышать боится, без его дозволения! Грезы молодости, почти всегда не соответствуют реальной действительности - и многие, столкнувшись с суровой правдой жизни, обречены на несчастье!
- Наивная и правильная девочка Ия увлеклась ничтожным Романом – и, результат: в пятнадцать лет вынуждена была выйти замуж за абы кого…- и, только благодаря связям Георгия Георгиевича, она оказалась ученицей в моей школе, которая имеет самый низкий рейтинг в нашем городке…Вот, напротив меня сидит «мой герой», который, ранее, сделал меня глубоко несчастной…, но все же явился, ныне, чтобы мне грозить…- невеселые думы Людмилы Игоревны прервал ее бывший «герой»…- Вадим Анатольевич:
- Ты, так пристально смотришь мне в глаза, словно каверзу какую надумала, против меня устроить…- его голос прозвучал угрожающе…
- Поздно мне, против тебя козни строить! Потом, в разных структурах трудимся мы… Вспомнилась моя влюбленность в тебя – и на ум, сразу пришла ученица Невзорова: это же надо было…, ей влюбиться в парня, который промышляет киллерством, по дешевке… За изнасилование Ии, твой Роман получил от неизвестной 200 долларов, еще его Майке перепало 200…, а двум дружкам Романа только по 50 долларов – двум соучастницам-подругам Майки ни рубля не досталось… Недоумки, за гроши, поставили «на кон» свое будущее, свободу…, а Роман еще и твою карьеру присовокупил!!! Я обалдела, когда Георгий Георгиевич поведал мне о своих изысканиях. Глеб Невзоров – мужик умный…- и согласился на свадьбу своей любимой дочери с этим деревенским простаком, я так полагаю, чтобы в крайнем случае, не было столь очевидно, кто отец ребенка…- насильник или муж Алексей?! Тест ДНК никто делать не станет: у свекровушки Ии денег нет, а Глебу Невзорову уточнение не потребуется - важно, что матерью его внуков будет Ия… Дураки языками чешут, что выдали осрамленную девчонку замуж, чтобы та по рукам не пошла…- вот, идиоты!!! Довольно лирики…- Вадим, тебе есть, что мне еще предъявить? Мне пора на урок…
Вадим Анатольевич Мыров, отрицательно, помотал головой и вышел из кабинета своей бывшей невесты, не попрощавшись…
***
- Визит к мудрой Людке вышел ненапрасным: эту малахольную Ию надо оставить в покое – а, вдруг она и правда забеременела от Романа?! Своего не родившегося внука или внучку гнобить…?! Людка права и в другом: Романа необходимо отослать от себя, подальше…- передам его на поруки маминому брату Егору – и пофиг, что тот уголовник с большим стажем: более, моего Романа испортить никто уже не сможет…- он и так калека, моральный… Но, тогда: семнадцать лет назад я сделал правильный выбор, в пользу вздорной Лидки…- иначе, до сих пор выслушивал бы рекомендации премудрой жены Люды…, а баба не должна быть умнее своего мужика! – отметил, про себя, Вадим Анатольевич – далее, он созвонился со своим начальником, полковником Знамовым, чтобы отпросится со службы на пару дней…
***
Бывшая жена Лидка, выведав, у Вадима о его замысле: отправить сына Романа, на житье, к своему дяде Егору…- встала «на дыбы»:
- Ты, что козел удумал?! Своего родного сына решил передать дяде, на воспитание!!! Ты, со своим дядей Егором сколько десятилетий не знался?! Теперь, вспомнил об этом уголовнике…- только, не факт, что эта бандитская рожа захочет разговаривать с тобой, ныне… Хорошего же воспитателя ты, выбрал для родного сына!!! Главное, ведь, чтобы твоя карьера не пострадала, а сыном можно пожертвовать??!!! Алика своего, полоумного, кому передашь, когда тот подрастет?! – стенания матери прервал сам Роман:
- Маман, уймись! Пахан, с какой стати я должен бросить свой город, друзей и подруг, и любимую гимназию?! Какой мне резон, тащится к какому-то уголовнику?! Что мне делать с этим старым «перцем»: слушать байки о его «героическом» прошлом?! – сын нагло улыбался отцу: знал, что тот силой его не потащит, к злосчастному дяде Егору…
Вадим Анатольевич и не собирался, применять силу к сыну: он знал на какие рычаги, в его душе, стоит надавить…– и жадный до денег, сынок побежит впереди отца:
- Что вы, заладили: уголовник, уголовник…?! В настоящее время, бывший криминальный авторитет по кликухе «Свищ», остепенился…– теперь, твой дядя Егор уважаемый бизнесмен…- и не думаю, что у него есть время, чтобы предаваться воспоминаниям… Скорее всего Роман, дядя предоставит тебя заботам парочки телохранителей, чтобы те отвозили тебя в школу: 9 класс закончить нужно! Станет снабжать тебя карманными деньгами, чтобы ты, Рома, весело проводил свободное время и не путался у него под ногами… Возможно, первое время тебе будет скучно, без твоих старых дружков…, но уехать из города тебе необходимо: милицейский генерал, родственник твоей «забавы», крепко вцепился в вас…- он раскопал, что за изнасилование этой девчонки, тебе заплатили – и, даже, в курсе…, сколько…! 200 долларов ты, получил…- или информация неверна?! – свирепый взгляд, словно «буравил» Романа – и он поднял руки…
- Сдаюсь! Если дядюшка Егор не станет мне досаждать, а будет снабжать меня деньгами в достаточном количестве…- я согласен уехать в ссылку!
- Это правильное решение, сынок! В данной ситуации, лучше быть подальше от твоих приятелей и подружек… Много вещей в дорогу не набирай, через два часа я заеду за тобой! – и довольный собой, Вадим Анатольевич ушел…- ему нужно было заскочить домой, чтобы поставить в известность свою супругу Алину: слишком впечатлительная она у него - нафантазирует…, потом, давление у нее «скачет» …
После ухода бывшего мужа Вадима, Лидия заявила своему сыну:
- Я, тоже поеду с тобой! Это не обсуждается!!! В чужом доме, среди незнакомых людей, мое присутствие будет весьма кстати. И мне не придется мучиться, от неизвестности: что с тобой и как ты?! – и Роман уступил матери…
***
Они приехали по нужному адресу, но сам дом не было видно…: его надежно укрыли, от любопытных глаз, за высоким забором. Вадим вышел из машины, позвонил в звонок и представился охраннику по домофону:
- Доложи своему хозяину: его хочет видеть племянник Вадим и с ним, его близкие…
Им пришлось ждать ответа минут пять, пока прозвучало желанное:
- Проходите… - и дверь открылась, автоматически…
К двухэтажному особняку они шли по широкой тропе, тщательно расчищенной от снега, а по краям, с обеих сторон тропы «дремал» ухоженный кустарник, припорошенный снегом…
- Не ждал, совсем не ждал тебя, Вадим!!! – седовласый крепкий пожилой мужчина, сидящий в кресле, поодаль от камина, жестом руки предложил и им, присесть на кушетку… Поскольку, Вадим оставил без ответа, замечание хозяина особняка, тот продолжил…
- Напрасно, твоя мать считала, что я причастен к убийству ее мужа…, но было бы верхом глупости, с моей стороны, не ввяжись я в борьбу, за овладение частью бизнеса, убиенного Анатолия! Твой отец был мертв – и я не желал, чтобы все, что он создал, досталось посторонним!!! Пришлось вступить в кровавую войну: в борьбу не на жизнь…, за владение тем, что мне перепало… Схлестнулся я на смерть, с недругами твоего отца…
Вадим Анатольевич тяжко вздохнул прежде, чем ответил своему дяде:
- Дядя Егор, я пришел говорить с тобой не о прошлом… Мой сын Роман, похоже в вашу породу пошел: любит ходить по краю, в поисках приключений! Доигрался до того, что изнасиловал несовершеннолетнюю родственницу генерала МВД… Дело, заведенное на него и его сообщников, замяли еле-еле, но «угли» изнутри тлеют… Если Роман еще раз оступится или хотя бы «дорогу перейдет на красный свет», тот генерал его «в асфальт закатает»! Главное, никак мне не удается узнать, кто, из пяти его сообщников, «стучит» генералу на Романа? Привез кровиночку к тебе: дай Роману приют, на время, а там, глядишь, может генерал «ласты склеит», от старости…- и некому будет на Романа «бочки катить»! – Вадим, вопросительно, посмотрел в глаза дяде…
Лидия, мать Романа, решила, что пришло время и ей молвить слово:
- И я собираюсь, пожить у вас, рядом с сыном – не могу оставить его без присмотра…: душа изболеется, в переживаниях за моего Ромочку!
Хитрый старикан, недобро усмехнулся…
- Что же красавица, поживи у меня, коль охота есть! Только, поздно ты, спохватилась: раньше надо было за Романом своим присматривать…- теперь-то, что?! Вон, какой вымахал, словно «верста коломенская»… Вас проводят, до ваших комнат – располагайтесь… Скоро ужин, прошу не опаздывать… Вещичек, смотрю, взяли маловато…
- Дядя, не до вещей было…, уезжали к тебе в спешке…, старались чтобы меньше народа узнало, об отъезде Романа…- ответил дяде Вадим.
- Мало вещей…- не беда: выделю твоим… денег, водителя…- он прокатит сына с женой по всем бутикам нашего города… Приоденутся… Вадим, заночуешь у меня: поговорить бы надо обстоятельнее…? - и Вадим, утвердительно, кивнул своему родичу, которого долгие годы считал виновным в гибели своего отца!
***
Роман покинул родной город, гимназию и двоих своих верных «вассалов»-приятелей…- их недруги быстро сообразили, что без своего предводителя-Романа, эта парочка лишилась и покровительства майора милиции…- и превратилась в обычных лузеров… Вскоре пару неразлучных приятелей встретили в безлюдном месте – и были они жестоко избиты: за свои прегрешения перед конкурирующей группировкой…, но главным образом, за провинности Романа пострадали его верные «вассалы»… После длительного лечения в больнице, пострадавшие дружки Романа, тоже, были отосланы из города их родителями: одного отправили к тете, в соседний город, а другого -в деревню, к бабушке…
***
В марте, когда в воздухе запахло весной…, неумолимый рок расплаты отыскал Майю и двух ее приятельниц в блинной, куда после гимназии эта троица заходила перекусить. Рок бумеранга предстал перед ними в образе импозантного молодого мужчины, источающего аромат дорогого парфюма…: «змей-искуситель» подсел к ним за столик, воздал дань восхищения их очарованию - и в самых радужных красках, живописал картину их «светлого» будущего, если, без промедления, они последуют за ним! Майя и ее пособницы вкушать блины не стали, а бросились домой…- пока, родителей нет дома, им необходимо было успеть, взять в дорогу свои паспорта и смену белья…
В результате, за импозантным мужчиной последовала Майя и одна, из ее приятельниц: их другую подругу, «на пути к счастью», перехватила старшая сестра Лера, которая выслушав байки, которыми вместо блинов, их накормил незнакомый мужик, поставила младшей сестренке свой диагноз:
- Ты, дура!!! В какое модельное агентство вас примут?! Взять тебя хотя бы, для примера: ты, пухленькая и ростом метр с «кепкой» - а, теперь, погляди в журнал…: по подиуму ходят двухметровые каланчи и худые, как оглобли!!! – Лера ткнула, лицом, младшую сестренку в глянцевый журнал.
Словно, протрезвев, одураченная девчонка спросила у сестры:
- Куда же он собрался нас пристроить?! Майка, ведь, не дура…- ее на «мякине» не проведешь! – наивная глупышка никак не желала расставаться со сладкой иллюзией, которой ее «заразил» незнакомец…
- Такие молодые дуры, как вы, вполне сойдут для «подиума» в каком-нибудь борделе, или, на худой конец, посадили бы тебя дуреху, в подвал – и строчила бы ты, без устали, на машинке…, или заграницей, но на ферме ишачила… Про рабство ничего не слыхала? Знаешь, сколько желающих развелось, нажиться на труде таких дурех?! – прогнозы Леры пробудили в ее сестренке смутную тревогу…: - Надо сбегать к Майке – и все ей рассказать…
Лера отлично знала: если ее сестренка встретится с Майкой…, остатки разума ее покинут – и, тогда вздорную девчонку дома не удержать…
- Сиди и не рыпайся, и слушай меня! – таков был строгий ответ Леры…
Лера взяла свой телефон и удалилась в туалет, чтобы знакомому менту поведать, о кознях незнакомца…
- Лерочка, палится не будем: родители этих двух дур в розыск еще не подавали, а мы шум поднимем?! Тебя, первую, «за жабры» возьмут, а мой начальник быстро «два и два сложит» - и поймет, кто ему палки вставляет…- и откуда информацию я черпал… Ничего не поделаешь: придется этим малолеткам, за глупость свою, высокую цену заплатить! Главное – с твоей сестренкой все в порядке будет!!!
***
Майя и ее спутница, как мотыльки, полетели на зов прекрасной мечты - и пропали, бесследно! Хотя, несовершеннолетних девчонок, усердно, искала милиция, но и «продавцы иллюзий» научились путать следы, за собой …
***
В начале февраля месяца, Ия поделилась с тетей Агриппой своими сомнениями: будто бы месячные у нее пришли, но в этот раз не такие обильные..., слегка мажут…- и все?!
- Не волнуйся, Ия: ты, пережила немалый стресс, а на нервной почве такое бывает! В нашем городе приличного гинеколога сыскать трудно, но через месяц мы поедем в Париж…- Никита тебя покажет специалисту, а, пока, своему Алеше и его Фекле ничего не говори: муж любит жену здоровую…- и тетя, нежно, поцеловала свою любимицу…
На другой день, когда Алексей ушел в училище, а его мама Фекла пошла в магазин…- Агриппа созвонилась с Глебом и поведала ему о разговоре с Ией.
- Тетя, вы, правильно поступили: время терпит…- через месяц покажем ее гинекологу – и я, даже, знаю…- кому...- ответил тете Глеб.
***
Повторное приглашение от Никиты поступило – Ия и ее Алеша, а также тетя Агриппа и свекровь Ии, Фекла отправились в Париж – поспешил к ним присоединиться, и Глеб… Первый день в Париже у них пошел совсем по иному сценарию, нежели Никита запланировал, ранее.
***
- Доченька, я созвонился со своей бывшей коллегой – и она назначила нам время, когда примет нас… Мы с тобой и Алеша отправимся на прием к гинекологу: она хороший профессионал – а тете Агриппе и Фекле наш Никита покажет Париж…
Ушлая Фекла учуяла подвох, в намерении Глеба – и объявила: она, тоже, последует за невесткой и сыном, а Парижем налюбуется, но потом…
Потом, так потом…- и на променад по Парижу, Агриппа отправилась с Никитой вдвоем…, но сперва они подвезли Ию и сопровождающих ее лиц до частного гинекологического кабинета, где, ныне, принимала французских пациенток их бывшая соотечественница…
При входе, за отдельную плату, всем выдали одноразовые халаты и бахилы, но в кабинет гинеколога пригласили одну Ию, что было естественным - и после того, как ее осмотрела знакомая Глеба - Ию и Алешу, как ее мужа, направили в кабинет УЗИ…
Глеб, между тем, заглянул в кабинет гинеколога, чтобы переговорить с бывшей соотечественницей, но вскоре их привлек шум в коридоре…- это Фекла качала свои права: тоже, возжелала, присутствовать на УЗИ…
- Глеб, это кто такая?! – услышав в ответ, что эта особа приходится мамой будущему отцу, гинеколог не стала себя сдерживать и приструнила вздорную бабу по-советски: - Мама, значит?! Вы, мама над молодыми, каждую ночь, тоже свечку держите?! Чтобы уж все было у вас под контролем?!! – встретившись с достойным отпором, Фекла «сдулась» и присела на стул, в коридоре…
Нужное Глебу, заключение: по осмотру Ии, знакомый гинеколог написала на русском языке, завизировала своей подписью и печатью – приняла от Глеба конверт с долларами, пока отсутствовала ее медсестра – и, оба довольные, они проследовали к кабинету УЗИ… Тут и Алеша с Ией вышли им навстречу…- Малыш еще такой махонький, что и не понятно: девочка родится у нас или мальчик?! – промолвил будущий отец, щеки Алексея пылали, от возбуждения: он увидел своего малыша…- и, это его, чрезвычайно, взволновало…- а Ия, словно замерла, осознавая: в ее чреве зреет новая жизнь…– ее ребеночек – это и есть настоящее чудо жизни!!!
Вышедшая из кабинета, следом за своей пациенткой, специалист по УЗИ принялась объяснятся с гинекологом и Глебом на французском...- и те, с пониманием, кивала ей головой:
- Срок еще ничтожно мал…- естественно, что на этом этапе, трудно определить пол ребенка! – потом, произнесла гинеколог на русском, вроде бы для Глеба, но Фекла ловила каждое ее слово – и приняла его за истину: все-таки врач французский, ей виднее…
Вечером этого же дня, украдкой, Фекла попеняла сыну:
- Алекша, я тебя презервативами снабдила: специально за ними в аптеку бегала… – и, как же так вышло, что твоя жена забеременела?!
- Очевидно я ошибся, высчитывая в уме безопасные дни… Да, я помню, что ты, наказывала: всякий раз… надевать презерватив, но без него, ощущения от секса совсем иные! Мама, что ты, переживаешь? Заботу о нашей семье проявляет отец Ии, а если тебе будет неохота нянчить нашего ребеночка – ты, в любое время сможешь вернуться в деревню…- беспечно ответил маме Фекле ее сынок и больше она не приставала к своему Алеше с подобными вопросами.
***
Прочие четыре дня, его гости провели, как и распланировал Никита: на арендованной машине совершили ознакомительную экскурсию по Парижу и его окрестностям; посетили значимые бутики и магазинчики, рестораны, бары и кафе; немало мест обошли пешком, прогуливаясь по центральным площадям и улицам города - в Россию они вернулись, влюбленными в Париж!
***
Окончив, благополучно, 9 класс, Ия поступила в педагогический колледж, на дневное отделение по специальности: преподавание английского языка в начальной школе. Она так устала от домашней формы обучения…- теперь, с удовольствием, общалась с девчонками в группе. Правду о том, что она совсем скоро станет мамой, Ия все же от них утаила, чтобы не шокировать особо нравственных и чувствительных… Вот, только в середине месяца, сентября на ее пути вновь возник Роман…
С наглой ухмылкой, он обошел ее по кругу, чтобы стать перед ней лицом к лицу…
- Слышал я, что родить ты, скоро должна?! Так знай, если ребенок родится до двадцатого сентября…- значит это мой ребенок…- мы, с мамой отберем его у тебя! Чтобы такая малахольная растила моего ребенка...- никогда такого не будет!!!! – он сплюнул рядом с ней и пошел своей дорогой.
Внутри Ии все затрепетало от страха, перед грядущим - и сердце ее часто забилось, словно желая вырваться наружу – и болезненные колики прошлись по ее животу… Она присела на ближайшую лавочку, положила свои ладошки на живот и тихо заговорила со своим, не рожденным малышом…
- Знаешь мой маленький, а мы не станем с тобой торопиться: ты, погодишь родиться, а я повременю рожать! И все у нас с тобой будет просто замечательно!!! И боятся нам будет нечего и некого! Мой малыш, ты обдумай там… мои слова и прими свое решение… Договорились?! – когда сердце ее успокоилось и неконтролируемый страх покинул ее – Ия встала с лавочки и продолжила свой путь домой…
***
До двадцатого сентября у Романа не получилось дожить: дядя Егор внял его просьбам – и приобрел для внучатого племянника мотоцикл «HARLEY…» - на нем бесшабашный Роман и разбился! Правда, умер он не сразу: пару дней на больничной койке промучился, от невыносимой боли, но полученные им травмы, были несовместимы с жизнью – и зловредный, и настырный, и жадный до жизни, и денег…- Роман все же скончался…
О своей последней встрече с Романом, Ия поведала своему отцу и тете Агриппе, после его смерти…
- Бог – не Яшка, он видит кому тяжко! Избавил тебя и малыша, и нас… от этого супостата! – высказала свое мнение тетя Агриппа, а Глеб промолчал…
***
Несмотря на гибель Романа, малыш Ии все же не торопился со своим появлением на Свет Божий – и только, двадцать девятого сентября Ия почувствовала первые схватки…
Всполошились ее близкие – муж Алеша и тетя Агриппа: они так растерялись, что не знали, что им предпринять – и все метались по квартире! Невозмутимая Фекла вызвала скорую помощь…- и через полчаса, после того, как юную женщину доставили в родильное отделение, Ия благополучно родила мальчика Кирилла… Вес у новорожденного был маловат: всего 2400 граммов, а в остальном, при осмотре сына Ии, медиками никаких патологий выявлено не было – и материнскую грудь сосать у малыша силенок хватало…, и он плакал редко…- через три дня, после родов, Ию и маленького Кирилла выписали из роддома…
Как обычно: в пятницу, словно на крыльях, ворвался в дом тети Агриппы ее племянник Глеб. Бросив на пороге авоську, полную фруктов, сбросив с себя ботинки и плащ, но ополоснув свои руки, он ломанулся в спальню дочери…
- Покажите, покажите мне, скорее, моего замечательного внука!!!! – Глеб, буквально, светился от счастья – и узрев малыша-Кирилла, он промолвил: - Какой же ты, чудесный, малыш!!! Жаль, что до этого времени не дожили Вера Ивановна и Кирилл Дмитриевич, и мой отец…, тоже!!!
Поздним вечером, ураганом, влетел в квартиру сестренки Ии ее старший брат Никита, в одной руке он держал огромный букет роз, а в другой… бутылку шампанского – едва узрев своего племянника Кирилла, Никита схватил за руку Алексея и потряс ее, с чувством:
- Какой малыш!!!! Замечательный!!! Старик, поздравляю…- я тебе завидую: мне тоже надо родить такого сыночка!!! Какой же он славный у тебя!
- Сестренка, а ты, вдвойне молодец: родила своему Лехе такого орленка!!! Рад за тебя!!! Очень рад!!! Ваш Кирюша, однако, уродился в свою бабушку Ольгу… Слушай сестрица, ты, же не будешь против, если я твоего Алексея заберу с собой: завтра мы устраиваем себе мальчишник – отец Стас совсем не против, присутствия твоего Алексея на нашем гульбище… Ничего неприличного: с утра намечена рыбалка, после обеда – стрельба по тарелочкам…, а вечером – шашлыки! Еще у нас намечена поездка на конюшню…
***
Сводная сестра Алексея – Анастасия и ее муж Игорь набрались храбрости и, тоже приехали в гости к обретенной богатой родне: уж больно им хотелось посмотреть на новорожденного, но более всего их интересовала жена Леши -Ия и ее близкие… Из природной скромности, эта супружеская пара, не будучи приглашенными, в квартиру, где ныне жил Алеша, врываться, с шумом, не стали – они тихонько постучали в дверь… Агриппа все же услыхала их стук, больше похожий на тайный скрежет – и открыла им дверь…- и были радушно встречены ближайшие родные Алексея - Анастасия и Игорь!
После множества восторженных комплиментов, произнесенных в адрес молодой мамы Ии и новорожденного мальчика Кирилла, родственники, дружно, покинули спальню: подошло время кормления малыша, а взрослых ожидал на кухне накрытый стол и шампанское…
Потом, Никита поманил мужчин за собой – и Алексей, Глеб и Игорь отправились в подмосковную воинскую часть, на мальчишник… Они уехали в ночь и увезли с собой веселое оживление – квартира погрузилась в тишину.
Агриппа принялась, убирать со стола грязную посуду, а Настя, сестра Алеши, взялась за мытье этой посуды… Наведя порядок на кухне, Агриппа удалилась в свою спальню…, а Фекла разложила диван, что стоял на кухне: он служил ей ложем не одну ночь – а, сегодня на этом диване ей придется спать с дочерью Настей…
- Как твоя жизнь, доча? – дожидаться ответа от Насти, Фекла не стала, а завела речь о своем: - Лешка наш вырос дурак, дураком: сперва за эту Ию заступился и чуть в тюрьму не загремел…- теперь, как идиот, радуется рождению сыночка, хотя полной уверенности нет, что это, именно его сын…!
От неожиданности, дочь Настя села на диван и расширенными, от удивления, глазами посмотрела на свою мать…
- Мама, чего ты, добиваешься? Чтобы Леша бросил свою жену, сына и вернулся на съемную квартиру, а ты, в деревню?! В путешествиях по Италиям и Франциям тебя все устраивало…, но вдруг тебе осточертела сытая жизнь – и тебя, вдруг стали глодать сомнения?! Прекрати, наводить «тень на плетень», мама!!!! Алеша счастлив с Ией…– это видно невооруженным глазом! Я убеждена, что Кирилл – сын, именно нашего Леши, а ты, надумала внука своего без отца оставить?! Какая «вожжа тебе под хвост попала», мама?! Нет, ты, мне ответь: чего ты, добиваешься, в своем желании, посеять раздор между Лешей и его женой?! Чего добиваешься?! Может, тебе вернутся, на недельку, в деревеньку твою, чтобы охолонуться и понять: стоит ли ломать жизнь своему любимому сыночке, ведь он тебе спасибо не скажет, за твои козни!!! – Настя легла, на выделенную ей, половину дивана и отвернулась к стене…
- Вырастила дочку: никакой от тебя помощи и не понимания!!! Вот, Аришу замуж выдашь, тогда поймешь: матери лучше жить в холоде и голодать, только бы ее любимому сыну «кукушонка» не подкинули! От своих детей обиды терпеть невмочь, а чужого растить, сил не жалея, а потом тот жопу свою покажет…- так обидно Алеше будет!!! – Фекла даже слезу пустила, из жалости к сыну, младшему…, но Настя, поняв, что мать ей не переубедить, притворилась спящей…
***
Фекле не спалось, она смотрела и смотрела в окно, на рожок зарождающейся Луны – и, наконец, осознала: откуда, вдруг, в ней проснулась стойкая неприязнь к снохе Ии и маленькому Кириллу… Она, вновь, ясно увидела восторженного Никиту - и, снова, к запаху роз, примешалась та, отчаянная боль и горечь, когда Никита показал ей фото своей матери Ольги:
- Ия, ваш с Алексеем сыночек уродился в бабушку Ольгу! Правда, правда! Смотрите, Кирилл наследовал глаза своей бабушки! – и он достал из кармана телефон, чтобы продемонстрировать окружающим фотографию Ольги, жены Глеба…
Уж, лучше бы она усмирила свое любопытство и не посмотрела на то фото... Да, глаза матери Ии – Ольги отливали почти той же бирюзой, что и глазенки подлого Романа, из-за которого ее Алешенька был бит и, едва не угодил в тюрьму… Главное – всем своим роскошным и пригожим видом, мать Ии показала ей: деревенской бабенке, подобной Фекле, не составить конкуренцию богатой и холеной городской красавице! Такой мужчина, как Глеб, никогда не полюбит простушку Феклу - и никогда не будет ее, даже на час!!! Отчаяние завладело Феклой – и, сперва, неосознанно, но в отместку, ей захотелось отобрать своего Алешеньку у благополучной, молодой и красивой Ии и ее сынишки-крохи Кирилла… Зуб за зуб, как говорится…
***
Пока ее Алешенька гостил в Подмосковье, Фекла уехала-таки в свою деревеньку: невмоготу ей было видеть сношеньку и ее сынка, которые, одним своим счастливым видом, постоянно, напоминали Фекле, о ее неразделенной любви и нереальности ее мечтаний, и надежд, в отношении Глеба…
После отъезда Феклы, Агриппа и Ия вдохнули полной грудью: они осознавали, какого напряжения и скольких нервов им стоит…, постоянное проживание матери Алексея рядом с ними – и возрадовались своей свободе…
Поскольку роды у Ии прошли без всяких осложнений - через неделю, после выписки из роддома, она вернулась к учебе в педагогическом колледже. Пока Ия была на занятиях, ее тетя Агриппа заботилась о малыше Кирилле, а поскольку этот кроха был на редкость спокойным младенцем – и понапрасну не плакал, а все больше спал…- у Агриппы оставалось время на домашние дела…
В обеденный перерыв, на «Запорожце», что достался ей от покойного деда Федора, домой приезжала Ия. К ее приезду, у Агриппы уже было накрыто на стол…- и они садились обедать, а заодно, Ия кормила своего сынулю грудью. Насытившись, Кирилл сразу засыпал, а Ия, положив сына в кроватку, продолжала трапезу. В оставшиеся 15 минут, до начала занятий, Ия успевала нацедить молока, для следующего кормления сына – затем, спешно садилась за руль «Запорожца» и возвращалась на занятия в колледж…
После завершения очередного учебного дня, возвратившись домой, Ия сперва, вручную перестирывала, испачканные за день, вещи Кирилла, а немного передохнув, Ия принималась за выполнение домашних заданий – и, если ее малыш начинал капризничать, она брала его на руки и с сыном на руках, продолжала свое обучение… Тетя Агриппа, тем временем, готовила им ужин - и завтрак, на день, следующий… В спокойном ладу тетя и ее внучатая племянница провели все то время, что Алеша отдыхал в Подмосковье, а его маменька гостила в родной деревеньке.
***
Если Фекла рассчитывала, что без ее помощи и участия, у Ии и Агриппы наступит коллапс…- она просчиталась! Первым, домой воротился Алексей…- и у него было время, хотя и немного, чтобы заметить: как спокойно дома, без присутствия его матери – и тетя Агриппа с Ией рады отсутствию Феклы, хотя и стараются, не проявлять своего удовлетворения…
Но Фекла объявилась: нервная, дерганная, злая…- и едва она шагнула на порог квартиры Агриппы и Ии, принялась сыпать проклятья на голову своего коварного, но бывшего мужа Илью!
Ия и Алексей, в это время, были уже на занятиях – Агриппе, одной, довелось выслушивать ее печальную «оду»: как муж Феклы, наслушавшись деревенских кумушек, приревновал ее – затем, беременную, бросил…- и, даже дочку старшую, любимую Настю не пожалел – ни разу денег не выслал, на ее содержание! От односельчан она узнала, что «окопался» злодей в Молдавской ССР и там подал на развод с Феклой…, а она «ни сном, ни духом»! Посетовала Фекла - Агриппе, что окаянный муж не забыл, бросая свою жену и детей, прихватить документы на дом и землю…- и долго коварный «носил камень за пазухой»! Ноне, жизнь в Молдавии не «сахар» - и злодей вернулся в Россию, остановился у своих дальних родственников – и жил там до тех пор, пока свои права на родительский дом и землю не узаконил! Объявился в деревне ирод, вместе с новой семьей своей, под вечер, но главное - про его существование Фекла думать забыла! А он, тряся перед ее лицом документами собственника, погнал Феклу, из дома (где она прижилась за 32 года), в домик-развалюху, что остался ей после смерти бабушки! Как, теперь ей жить: все плакалась Фекла?!
Выслушивая стенания Феклы…, Агриппа, не желая того, приняла на себя, часть Феклиного негатива – и разболелась у нее голова! Несвоевременно, подоспела Ия – и ей досталась «добрая» доля стенаний свекрови – поневоле, и она приняла на себя часть печали Феклы… Воистину, истинным счастьем стал тот миг, когда вернулся с занятий Алексей: один его приход, странным образом, утихомирил Феклу, словно, разом она забыла о своих несчастиях….
По сложившийся традиции, приехал к дочери на выходные, Глеб – он, очень участливо, выслушал повествование Феклы - и подумав, постановил…:
- Синоптики обещали еще неделю октябрьского тепла…- завтра же отправимся в вашу деревеньку Алеша, чтобы посмотреть на бабушкину развалюху. Фекла, вы подумайте: кому из деревенских мужиков можно доверить, срочное восстановление наследства вашей бабушки? Покойную бабушку свою не обижайте: «дареному коню в зубы не смотрят», а домик восстановим – и весной, и летом, а может и зимой будем ездить, на шашлыки, в вашу деревеньку… Землю на вашем участке распашем – весной засадим… Все будет хорошо, на зависть вашему бывшему…, Фекла! – уверенность Глеба передалась вздорной бабе – ужин прошел в спокойной обстановке.
- Глеб, таким бы благом обернулось, если бы тебе удалось, со временем, отправить Феклу жить в ее деревню!!! Раньше я не осознавала…- эта Фекла, словно вампир, вытягивает из нас с Ией жизненные силы! Она, только сегодня вернулась, а мы уже без сил ходим…- посетовала Глебу, тетушка Агриппа, когда он зашел к ней в спальню, чтобы пожелать спокойной ночи…
***
Глеб устроил своим любимым - Ии и тетушке Агриппе еще три недели спокойной жизни, без Феклы…
Домик-развалюху взялся, привести в надлежащий вид, степенного вида мужик с двумя своими сыновьями – и обещался этот Степан, что сам позаботиться о закупке необходимого стройматериала. Глядя, прямо в глаза, кряжистому мужику с обветренным лицом, Глеб узрел явное сходство зятя Алеши с односельчанином Степаном…– и понял, что на этого мужика можно положиться: отец, подобный Степану не станет наживаться на проблемах сына, пусть он и не признал Алексея своим… Не дрогнувшей рукой, Глеб отсчитал сумму, которую запросил Степан, в виде аванса - и вручил ему… Феклу, Глеб тоже оставил в деревне, чтобы та готовила еду для работяг и порядок в доме наводила, после их рабочей смены…
На обратном пути, Глебу довелось увидеть бывшего «коварного» Феклы: хмурый мужик стоял у изгороди и курил, завидя Глеба, он проводил его машину неприветливым взглядом, чему Глеб ни капли не удивился…
- Прости, мужик, но придется смирится, с присутствием в вашей деревни твоей блудливой бывшей жены… Понимаю - это больно: знать, что твоя любимая женушка забеременела от постороннего мужика!!! Вот, времени, с той поры прошло немало, пора и остыть! Потом, спокойствие моей Ии и тети Агриппы мне дороже любых денег, и твоих переживаний…- я постараюсь, чтобы, как можно подольше, Фекла задержалась в родных пенатах! Хотя и непросто будет, выжить Феклу с нашего дивана, стоящего на кухне: к хорошему быстро привыкаешь – поди отвыкла она, заботиться о себе самой…
***
В следующее посещение деревни, Глеб убедился, что Степан с сыновьями работает качественно и быстро: за неделю они укрепили стены покосившегося домика – теперь, тот стоял ровно…; заново покрыли крышу – и в самом доме успели кое-где заменить, прогнившие доски пола. В данный момент, деревенский печник осматривал печку…
Обговорив со Степаном дальнейший фронт работ…– Глеб выделил ему очередную часть денег – и Фекле выделил средства на продукты… Довольный увиденным, Глеб поехал к своим родным: за неделю он успел соскучится по малышу-Кириллу…, не говоря об Ии и тете…
В свой третий приезд в деревню, осмотревшись в доме Феклы, Глеб понял, что бывшая развалюха…- в нынешнем виде, очень даже пригодна для постоянного проживания… Он тут же созвонился с зятем Феклы – Игорем, чтобы договориться с ним о машине, для перевозки мебели…
- Фекла, вот тебе денюжка…- найми деревенских баб, покрепче, чтобы к завтрашнему дню внутри дома все блистало чистотой: я давно замыслил мягкую мебель из кухни тети Агриппы заменить на новую…- переместим диван и два кресла в этот загородный домик, чтобы уж, когда приедем сюда -летом, отдыхалось нам здесь с комфортом! Прощаюсь с тобой до завтра, а ты, Фекла проследи, чтобы бабенки чисто прибрались…
Глеб пошел к своей машине, а Фекла смотрела ему вслед и печалилась: если диван из кухни Агриппы перевезут завтра в этот дом, ей придется здесь задержаться, пока Глеб не приобретет в квартиру Агриппы новую мягкую мебель… Немного погоревав, Фекла решила, что Глеб слишком щедр…- ее соседкам и по 5 тысяч, каждой, хватит, за глаза...- за генеральную уборку в ее доме… Отсчитав 20 тысяч, оставшиеся, сэкономленные на соседках деньги, Фекла завернула в мятый носовой платочек и спрятала в свой лифчик...
Соседки, которых Фекла позвала себе в помощь – и, правда были счастливы, заработать за день по 5 тысяч: для их деревеньки, это немалые деньги! К работе они приступили с песнями, а пение, как известно, рабочему люду «строить и жить помогает» - и уже через три часа результат усилий четырех женщин стал заметен: приятно побелели потолки, отмытые от «вековой» копоти; стекла, на окнах, смотрелись прозрачными; очищенные от пятен жира и пыли, дивно преобразились и два кухонных шкафчика, и стол со стульями…- вымыли полы, и во всем доме Феклы чудесно запахло свежестью!
- Фекла, вот завтра привезут мебель…- тебе и не захочется в город возвращаться, из такого-то рая: здесь ты, сама себе хозяйкой будешь! – позавидовала Фекле, одна из соседок.
- Да… Когда твой сват замутил ремонт…- я крепко сомневалась, что из бабкиной развалюхи что-то путное можно сколотить… Затраченные деньги и руки мастеров способны сотворить чудеса…!!! Сват твой, Глеб деловой мужик, несмотря на то, что ученый…- вторила ей другая бабенка…
Фекла, окрыленная похвалами соседок, иным взглядом осмотрелась: белоснежный потолок; ровные стены обклеены дорогими красивыми обоями; вымыты до блеска окна; полы, покрытые новым линолеумом; сверкает свежей побелкой переложенная, заново печь…- теперь, ее дом ничем не напоминает ту развалину, что оставила Фекле покойная бабушка…- с гордо поднятой головой, теперь она сможет проходить мимо дома бывшего мужа Ильи…
***
Расплатившись с соседками за их труд, этим вечером Фекла не пошла, с ночевкой, к ближайшей соседке, а осталась в своем доме. Растопила печь, бросила в топку несколько поленьев, что нашла под навесом…- и устроила себе ночлег недалеко от печки: принесла старый матрас из сеней и положила на чистый пол, а укрылась, вместо одеяла, бабушкиным зипуном…
Избавившись от пустых огорчений, но ощутив моральное удовольствие: от результатов ремонта ее дома - спала Фекла этой ночью крепко, словно в пору беззаботного девичества…
На следующий день грузовик, груженный мебелью, приехал к десяти утра… В кабине грузовика, рядом с зятем Феклы – Игорем, на пассажирском месте, сидела его Настя, а в кузове находились еще два мужика: их взял с собой Игорь, чтобы не возникло проблем с разгрузкой мебели.
По прибытию на место, мужики принялись выгружать в дом: мягкую мебель; подержанный, но исправный холодильник; платьевой шкаф… Фекла и ее дочь Настя руководили их действиями: под каким углом заносить в комнату мебель, чтобы не повредить обои, и где поставить диван, а где кресла. Последними в дом занесли тумбочку под телевизор, а, затем и сам телевизор…
- Почти всю мебель, что стояла у Агриппы на кухне и в коридоре, Глеб переместил в мой дом – жаль, что стенку, производства ГДР, оставили на прежнем месте! – задумчиво, промолвила Фекла, в данный момент она испытывала странные чувства, но не разобралась, пока, какие…?
К двенадцати часам, когда мебель была расставлена по местам – и Настя успела протереть пол влажной тряпкой, за поворотом показался внедорожник Глеба: он привез с собой мастера по установке кабельного телевидения… Этот мастер оказался молодым и юрким парнем, словно обезьяна, он залез на крышу, чтобы установить телевизионную «тарелку». Игорь и его сотоварищи стали заносить в дом полные пакеты с провизией, матрас и подушки…: все, что привез с собой Глеб в багажнике машины…
Включили в розетку шнур от холодильника и тот, негромко, заработал. Обеденный стол накрыли новой клеенкой – Фекла побежала к соседке, чтобы прикупить у нее самогонки, а Настя принялась за нарезку колбасы, сыра и разделку копченной курицы – потом, нарезала хлеб и овощей, чтобы поставить на стол. Вовремя подошел и Семен: Глеб остался ему должен денег под расчет.
Мужики принялись выпивать и закусывать: отремонтированный дом требовалось обмыть! Фекла, тоже, рюмочку самогонки испила – Игорь и Глеб не пили, поскольку им еще за руль садиться…, а Настя взялась развешивать льняные занавески на окна…
Телевизионный мастер выполнил свою работу – и включил телевизор, просторная комната, моментально, заполнилась звуками стрельбы и взрывов, криками раненых…- по данному каналу показывали боевик, но пощелкав по кнопкам пульта, Фекла быстро нашла любимый канал «Шансон»…
- Славный получился дом, после ремонта – жаль, что большую часть времени будет пустовать! – произнес Семен, как бы между делом…
- Не волнуйся, твой труд не пропадет даром: я надумала здесь поселиться! Глеб, не посчитай за труд, привези на неделе все мои вещи, что остались у Агриппы! Просторная комната – и диван мой здесь, и кресла – вот, и телевизор напротив…, а в холодильнике продукты… Что еще нужно зрелой женщине для счастья?! – и, словно для храбрости, Фекла, залпом, выпила вторую рюмку…
- Фекла, мне нетрудно привезти тебе все необходимое, но… твое желание верное?! Если передумаешь, вернешься…? – осведомился Глеб.
- Верное, верное…- услышал он в ответ.
Гости Феклы засобирались домой, вышли из дома, глядь, а около грузовика Игоря, его жену Настю дожидается мужик…
- Настена, доченька, нам бы поговорить… Увидел тебя…- и понял, как я перед тобой виноват: из-за подлой измены Феклы, я и на тебя осерчал, дурак! Ты, так похожа на свою бабушку…- прямо одно лицо с моей мамой: такая же красавица и умница, похоже… Как живешь, дочка? – Илья, словно нашкодивший щенок, заглядывал в лицо дочери Насти и не выдерживал ее открытого взгляда, виновато, опускал глаза…
- По-разному бывало, но медицинское училище я все же окончила, хотя и по ночам пришлось подрабатывать, нянечкой, в больнице… Хорошо, что по окончанию медучилища, работа нашлась мне в селе, что вблизи от мамы и брата… В этом селе меня ожидала самая большая удача в моей жизни: познакомилась я с Игорем, теперешним мужем моим… Вот, он…- мой Игорь!
***
Глеб вернулся домой, преисполненный радости, а дома была только Агриппа и малыш Кирилл: Ия и Алексей пошли на премьеру нового фильма…
- Милая тетя, я боюсь сглазить, но Фекла выказала намерение: захотела жить в доме своей бабушки – просила все ее вещи привезти ей… В следующий выходной так и сделаю… Завтра же пойдем покупать холодильник в наш дом и новую прихожую присмотрим, и диван, кожаный – на кухню…
***
И, вновь, жизнь пошла своим чередом: Фекла жила в своей деревне и обратно, в город не просилась; Ия и Алексей продолжали свое обучение; Агриппа занималась домашними делами и приглядывала за Кириллом…- и каждую пятницу, несмотря на свою загруженность…, к ним приезжал на выходные дни Глеб – ныне, он не только доктор наук и заведующий кафедрой, но и был удостоен звания профессор… Его Ольга, устав от ничегонеделания, снова принялась, обучать танцам детей дошкольного возраста…- и находила в этом занятии некую отдушину.
Как, это всегда и бывает, вереницу обыденных дней нарушают события, из ряда прозаических выходящие: Никита, случайно, пересекся с Юлей у их общих знакомых…- и это была та, самая Юля, с которой он познакомился в возрасте четырех лет, ожидая прихода Деда Мороза… Ныне и Никите, и Юле по двадцать пять лет – он является выпускником Медицинского университета, она – получает финансовое образование в Лондоне – и встретившись, нечаянно, тем не менее, они почувствовали серьезное обоюдное влечение. Теперь, Никита все свое свободное время проводит в Лондоне, рядом с Юлей… Близких к ним людей, радует, что двое молодых людей нашли друг друга, через столько лет…
После приятного события, пришло и печальное известие из Нью-Йорка: скончался дядюшка Алекс – и Глеб, отложив, на время, свои неотложные дела, вылетел в Америку… Американские коллеги и приятели отдали Алексу свою дань уважения, затем покойного кремировали…- и с урной праха Алекса, Глеб вернулся в Россию: ему надлежало выполнить последнюю волю покойного. Урну с прахом Алексея Холмогорова (Алекса Холла) захоронили рядом с могилой, возлюбленной им Елены, а провожали его в последний путь - Глеб, Агриппина Федоровна и Ия…: Никита в это время был в Лондоне; Ольга не пошла на прощальную церемонию потому, что не любит кладбищ; Феклу, якобы, не выпустили из деревни дела, но на деле, она испугалась встречи с Ольгой; Алексей, муж Ии остался дома, приглядывать за сыном…
Ия и Агриппина, впервые, посетили место захоронения Веры Ивановны и Кирилла Дмитриевича, на этом же участке, кроме Елены, были еще захоронены и ее сестры, старшие - Розочка и Риммочка – привелось Ии и Агриппе, и их могилкам поклониться…
После похорон праха Алекса, близкие отправились помянуть усопших в квартиру, где некогда жили те, кто ныне покоились на кладбище, рядышком друг к дружке: сестры - Елена, Розочка и Риммочка, их любимица Верочка и ее любимый мужчина Кирилл – теперь, к ним присоединился и Алекс…
В квартире, где, теперь проживали Глеб с Ольгой, их помощница по хозяйству Галина все приготовила, для поминального стола... Едва Ия перешагнула порог квартиры, в которой проживала в раннем детстве, она сразу узнала свою няню:
- Няня Галя, здравствуйте! Очень приятно видеть вас! – Ия, почему-то разволновалась, встревожилась и Галина, припомнив: натерпелась же страха она, не ведая куда, перед своей смертью, спрятал Ию ее дедушка…- теперь, перед Галиной стояла молодая, красивая и уверенная в себе женщина…
- Ия, как же я рада знать, что ты, жива и здорова…- и такой красавицей выросла…- на диво! Жаль, что Вера Ивановна и Кирилл Дмитриевич не дожили до этого дня! Очень жаль: уж они бы порадовались такой внучке!
***
С Ией связался по скайпу поверенный в делах Алекса Холла – и, поведал ей, что согласно воле и завещанию покойного: его квартира в Нью-Йорке, дом во Флориде, акции и средства на его счету, в банке…- все Алекс Холл завещал обожаемой Ии…
***
Узнав от сына Алеши, что все свое наследство Алекс Холл завещал Ии – Фекла была поражена: она никогда не понимала, что американский старик нашел в этой глазастой чувырле (так величала Фекла, сноху Ию, «за ее спиной»)?! Факт налицо: даже, Никиту обошел с наследством этот старик?!
Призадумалась Фекла: как бы сына Алешеньку развести с порченной снохой - и при их разводе, немалое наследство Ии чтобы было поделено, пополам, между бывшими супругами… И Феклин сынок станет богатым, и завидным женихом – и уж женит она, сына своего, на той, что ей угодна будет!!! Отомстит Фекла умнику Глебу, за его равнодушие к ней, такой спелой и жаркой, и любящей женщине!!! Уж, так хочется поквитаться с обидчиком!!!
Надумала она подружиться с самым богатым мужиком в их деревне: Алеша когда-то «сох» по младшей дочке Трофима – Амалии. Удобный случай, вскоре, Фекле подвернулся: сошлась она на одной дорожке с женой Трофима – Зиной…
- Все богатеете? – поинтересовалась Фекла у спутницы Зины.
- Гляжу, и ты, вроде поднялась, а уж Лешка твой…- последовал ответ…
- Сытно и богато живет мой Алеша, ноне, но не лежит у меня душа к его жене: не девственницей она досталась ему – подозреваю, что и сына родила от постороннего мужика. Порченная деваха, но богатая: недавно, чужеродный ей дядя, умер в Нью-Йорке, так все, чем владел, Лешиной жене и отписал…- может меж них, что и было, раньше?! От моей снохи, чего угодно ожидать приходится! Скрывать не стану: мечтаю я, чтобы мой Алешенька со своей змеей развелся, вернулся бы в дом родной и присмотрел себе в жены нашу, деревенскую… - вот, ваша Амалия больно мила была сыну, моему… Только, все думаю, а при их разводе, половина наследства, полученного снохой от дяди, американского, моему Леше не полагается?! Не слыхала такого закона? – Фекла, заискивающе, посмотрела в глаза Зины…
- Нет, я в законах ничего не смыслю, но мой Трофим, наверняка, в курсе! Заходи вечерком в гости: Трофим раньше шести вечера домой не возвращается – хозяйство у нас немалое, а за наемными работниками «глаз, да глаз»! - на этом их разговор прервался…- дорожка расходилась в две стороны…, но по телефону, тут же, Зина поведала мужу Трофиму, о задумках Феклы…
Вечером, как и был уговор, Фекла зашла в гости к Трофиму и Зине, и засиделись они допоздна: все планы строили, на будущее их детей – Алексея и Амалии… И принялась Фекла названивать сыну: то потребовались лекарства ей; то колбасы, любимой и пирожных; хотелось ей и фруктов, и овощей…
Первоначально, Алексей не горел желанием, исполнять хотелки своей взбалмошной мамаши, но всякий раз, приезжая навестить Феклу, ныне, он виделся и с Амалией, которая из дерзкой девчонки, перевоплотилась в такую завлекательную и привлекательную особу… – Алексея потянуло к ней, по старой памяти! Теперь, он ждал выходных дней, как чуда – и уезжал к матери с ночевкой: знал, что его ждет встреча с дивной Амалией…
***
Почуяв неладное, Ия решила поговорить с мужем «по душам»:
- Алеша, что-то ты, зачастил в деревню, к маме?! Может тебя влечет туда вовсе не мама?! Ты, скажи…
- Ия, а, если и так, то ведь греха в том нет!? Помнишь, тогда, в кабинете следователя ты, сказала: «женись на мне…, а разведешься со мной, когда встретишь девушку своей мечты»?! Так, вот, пришло время – и я встретил ее: девушку моей мечты! Я не осмеливался сказать…, но мне нужен развод! Надеюсь, ты, сдержишь слово – и мы разведемся, как можно быстрее! Ладно, я побежал: меня ждут…- и, уверенный в своей правоте, Алексей ринулся к входной двери…
Ия опустилась, без сил, на кровать: она, вновь, ошиблась в намерениях своего избранника - теперь, уже Алексея… А, ведь, еще пару месяцев назад, муж молил ее: родить ему второго ребенка! Ия, уверовав, что Алексей намерен прожить с ней долгую и счастливую жизнь…- прекратила принимать противозачаточное средство! Получается, что второй ребенок нужен был Алексею лишь затем, чтобы избежать службы в армии, но жить с Ией, далее, он не собирался: отыскал девушку своей мечты!!! Как же ей быть, дальше?!
Ия долго не выходила из своей спальни – и сердце тети Агриппы почуяло дурное, она и заглянула в комнату. Вид оцепеневшей Ии напугал тетю - и она присела, рядом, с внучатой племянницей, обняла ее и, потом спросила:
- Ия, что-то случилось?! – но Ия ей не отвечала до тех пор, пока не заплакал Кирилл: мальчик проснулся и что-то его испугало…
- Да, тетя, случилось: я, вновь, забеременела, как и просил Алексей, а он встретил девушку своей мечты…- и теперь, просит развод…- по щекам Ии, наконец, потекли обильные слезы…
Агриппа ахнула, от неожиданности, но она не знала, чем можно утешить Ию…, а та занялась сынишкой Кириллом, на ходу смахивая слезы с лица… Немного погодя, под предлогом того, что дома закончился хлеб, Агриппа, якобы, побежала в магазин, но ее дорога пролегла совсем в другую сторону…
***
- Лариса Федоровна, вас какая-то тетка там… спрашивает? – один из автослесарей известил свою хозяйку о приходе Агриппы…
***
- Странно видеть тебя здесь…, но проходи! – надменно, промолвила Лариса своей старшей сестре Агриппе – и, когда они остались в кабинете наедине, она поинтересовалась: - Так, что тебя привело ко мне, Агриппа?!
Агриппе было безразлично высокомерие сестренки, по отношению к ней – пусть хотя бы и плюет ей в лицо, но лишь бы, помогла Ии…: неприятель, в лице Феклы, слишком нагл и беспардонен…- и станет «резать по живому»…
- Глеб находится заграницей, на каком-то симпозиуме – ему звонить бесполезно: помочь, пока, не сможет, а тревожится станет сверх меры… Наша Ия попала в беду…, а я не сумею ей пособить: это все происки Феклы, гадкой…- удалось-таки ей внести рознь, в отношения между Ией и ее мужем… Так поможешь внучке, или как…?! Только тебе «по плечу», поставить на место эту хабалку-Феклу и ее сынка, обнаглевшего!!! Я так и не научилась, указывать наглецам на их место! – объяснила сестре свое появление Агриппа.
Второй шанс, что ей давала жизнь, Лариса и не подумала упускать…
- Могла бы и не спрашивать, Агриппа: я, эту Феклу и ее недоросля -Алешу в порошок сотру!!! Вздумали, обидеть мою внучку…- я их порву, как «Тузик…– грелку»!!! Сейчас, только поручу своему заместителю, чтобы на себя взял руководство автосервисом…- и пойдем, спасать нашу Ию!!!
***
Ия удивилась, что Агриппа вернулась без хлеба, но с красивой и модной женщиной, где-то под пятьдесят…, а та, с порога, произнесла:
- Ия, не робей: твоя бабушка Лариса с тобой - вместе, мы всех недругов одолеем!!! Сейчас, за чашкой чая, мы и решим, как нам дальше действовать!
***
В субботу, с утра, Лариса повезла на своем внедорожнике правнука Кирилла, внучку Ию и сестру Агриппу в сторону поселка городского типа «Софьино» - там, на границе поселка, вблизи лесополосы, располагался ее таунхаус…- уютное, двухэтажное строение с приусадебным участком. На первом этаже, помимо кухни и хозяйственных помещений, располагалась просторная гостиная и спальня - и на втором этаже разместились две спальни, ванная комната соседствовала с туалетной комнатой – кругом уют и все удобства, для проживающих. Ия и Агриппа выбрали спальни на втором этаже.
Чистый воздух, живописная окрестность и тишина…- благотворно подействовали на мышление Ии, и она стала мыслить здраво… Главной своей опоры она не утратила - и предстоящий развод, уже не виделся Ии катастрофой: в конце концов, это папа Глеб, полностью, содержал не только их молодую семью, но и маменьку мужа… Рядом, по-прежнему, любящая тетя Агриппа и, даже, бабушка Лариса пришла, чтобы помочь…- и загородом так хорошо ее сыну Кириллу: очень понравилось ему бегать босиком по траве…, на приусадебном участке! И сосед – Павел, мужчина тридцати лет, производит впечатление уравновешенного и доброго человека: не зря, наверное, ее сын потянулся к малознакомому мужчине – и Павел полюбил играть с Кириллом. Во всяком случае, выходные дни Ия и ее близкие провели великолепно!
***
Поздним вечером, в воскресенье, доверив внучку Ию и двухлетнего Кирилла заботам своей помощницы по хозяйству Нюры – Лариса и Агриппа вернулись в родной городок. Они ненамного опередили Алексея: перевели дух, так сказать, поставили чайник на плиту…, тут и объявился изменщик…
- Алексей, моя внучка Ия уполномочила меня, говорить от ее имени: она не станет противится разводу с вами, но поскольку с маленьким ребенком трудно ходить по инстанциям – заявление о расторжение брака подадите вы… Вы, ведь не возражаете?! Теперь, поскольку между вами все кончено, вы, понимаете, что жить, далее, в этой квартире не можете?! – на Алексея, холодно, смотрела красивая и надменная женщина – вот, с Агриппой можно было бы договорится, нажать на «жалость»…, но все «мосты сожжены» и назад, обратной дороги нет!
- Я, собственно, и вернулся, только, чтобы забрать свои вещи! Ведь они мои?! – бесстыже, спросил Алексей, но ответ выслушивать не стал, а отправился в спальню, складывать в две объемные спортивные сумки свои пожитки, которые ему надарили, в разное время, Никита, Глеб и Ия…
В какой-то момент, он усомнился, в правильности своих действий, но Ии и маленького Кирилла дома не было – это обстоятельство значительно облегчало ему уход из прежней семьи: в жизнь новую, где не будет чудных - Ии и ее тети Агриппы, но будет понятная Амалия – девушка из его деревни, с которой в раннем детстве они лазили по чужим огородам, купались в речке и катались на санках…, позже, сидели за одной партой в школе - он и влюбился в нее, в седьмом классе...
- Ия, «мы странно встретились с тобой и странно разойдемся»! От девчушки, которая сделала мне предложение «руки и сердца» в кабинете следователя, я ухожу к той, о которой грезил, будучи подростком… Отступать некуда: родители наши сговорились, Амалия согласилась, стать моей женой – все, теперь, куда кривая жизни вывезет! Ия – пройденный этап! Не дрейфь, Леха! Вперед – в новую жизнь! – подбадривал себя Алексей, про себя…
***
Трофиму очень хотелось, поскорее выдать замуж дочку Амалию: ей уже 21 год сравнялся и все не замужем…- старая дева, по меркам деревни… Еще, ему страсть, как хотелось: отщипнуть у Алексея от его части «пирога», что тот собирается отсудить у бывшей жены! Денежки, которые так и плывут ему в руки, очень уж желалось Трофиму пустить на расширение своего дела, и Алексея пора привлекать к семейному бизнесу: парень вроде не дурак – станет ему подмогой! Покумекал Трофим – и «позолотил» ручки нужным людям – и развели Ию с Алексеем так стремительно, у них аж «дух зашелся»…
Вот, в наглую, оттяпать у Ии половину ее наследства, у бывшего мужа не получилось: на суде выяснилось, что покойный Алекс Холл таким образом составил свое завещание, что кроме Ии, никто претендовать на его наследство не имел права… Нет, если бы данное наследство находилось в юрисдикции России, то обходные пути нашлись бы…, а так… завещанные дарителем: и квартира, и домик во Флориде, и ценные бумаги, и счет в банке…- эта вся прорва богатства находится в Америке…- и там же поверенный покойного Алекса Холла, который чтит законы своей страны… - и вышли из российского суда Алексей Макаров со своей Амалией и маменькой Феклой в величайшей кручине: как мыльный пузырь, лопнула их надежда…- разбогатеть за счет Ии!
- Вот, Алешенька, на какой змее ты, женился! Из-за нее ты, чуть на нары не угодил, а как тебя били супостаты…– еще бы чуть-чуть и тебя бы искалечили… И, как оценили твои муки, эти жадные до денег, жабы: выгнали из своей квартиры с сумой поношенных вещей, как попрошайку! – все «скулила» Фекла – и ее причитания были услышаны Ией…
Вернувшись домой, опустошенная душой, Ия, все же осмелилась на откровенный разговор, в первую очередь, со своим отцом:
- Папа, после суда, вдруг, вспомнился мне тот, декабрьский вечер: Роман, Майя и их приспешники! И, правда, Алексей, тогда, мне жизнь спас: мои мучители вошли в такой кураж…, а я была целиком в их власти…- они замучили бы меня до смерти, если бы не вмешательство Алексея… Как-то я услышала выражение «дыхание смерти»…- в тот вечер, это смертельное дыхание я ощутила на себе: всем своим телом и душой! Я говорю об этом к тому, что намерена, из восемьсот тысяч долларов, половину передать Алексею…- и дай Бог ему здоровья, и процветания! Ведь, и правда: я обещала его отпустить, когда мне исполниться восемнадцать лет – пришло время, выполнить данное слово! – печальная Ия смотрела на своего отца, тетю Агриппу и бабушку Ларису, но те молчали, потрясенные откровением ее воспоминания…, потом, первым отозвался Глеб…
- Дочка, те восемьсот тысяч долларов ты, не торопись тратить: у тебя есть сын Кирилл и еще будет ребенок, даст Бог – а поскольку с Алексея алименты ты, брать не намерена…- пусть те доллары пойдут на оплату учебы твоих детей в ВУЗе, который они выберут, когда подрастут… С Алексеем мы расплатимся «деревянными» рублями: у меня, на одной из карточек, скопилось чуть больше пяти миллионов…- эти деньги ему и отдадим! Захочет, сможет и эти рубли перевести в доллары…
- У меня, на одном из счетов, тоже четыре миллиона рублей лежит…- это будет моим вкладом Алексею, за твое спасение! – произнесла бабушка Лариса…
Любящая тетя Агриппина промолчала, хотя и у нее долларовая заначка скопилась за десяток-то лет: за перевод на английский язык научных работ Глеба и книг, которые он писал под псевдонимом «Я.Станислав», а зарубежные издательства их печатали и переиздавали, неоднократно…
В общем, сказано-сделано - и почти десять миллионов рублей было переведено на оформленную банковскую карту Алексея Макарова… Отец Ии вызвался передать банковскую карточку бывшему зятю: он позвонил Алексею и назначил ему встречу в сквере, на которую тот пришел вместе с Амалией…
- Алеша, на этой карточке лежит почти десять миллионов рублей, захочешь – переведешь эту сумму в доллары…- твоя воля! Надеюсь, все в твоей жизни сложится, как ты, желаешь!!! Очень надеюсь, что больше ты, не потревожишь покой моей дочери и ее Кирилла: уходя, уходи совсем…- без возврата!!! Прощай!!! – грустно улыбнувшись, Глеб встал со скамейки и пошел своей дорогой, а у Алексея, вдруг, защемило сердце: люди, в обществе коих он провел счастливых три года, ушли из его жизни, безвозвратно, а, что ждет его впереди с Амалией…- неизвестно!
***
Амалия настояла на своем – и близким они не рассказали о даре Глеба, в сумме, состоящей почти из десяти миллионов рублей… Эти деньги были переведены Алексеем в доллары, по настойчивому требованию все той же Амалии, его молодой жены... По-тихому, они получили разрешение на въезд в Америку – и поведали о своем скором отъезде родным, когда уже билеты на самолет были у них на руках. Узнав о переезде ненаглядного сынка Лешеньки в Америку, Фекла, в одиночестве, ревела в голос и рвала на себе волосы, а толку: Амалия стремилась на ПМЖ в США…- ей до своих родителей не было дела, а Феклу новая сноха за человека не держала…
***
По прошествии некоторого времени, Лариса решилась поговорить с внучкой откровенно:
- Ия, перестань жить прошлым и не копайся в себе: в семейном разладе между тобой и Алексеем ты, не виновата! С самого начала, ваша совместная жизнь до «гроба» была под большим вопросом: слишком вы, разные! Ты, дочь образованных родителей и воспитывала тебя тетя - заумная Агриппа, этакая «тургеневская особа» - и общими усилиями, из тебя сформировали всесторонне развитую творческую личность, к тому же, владеющую двумя иностранными языками… Алексей, меж тем, рос в своей деревеньке, как травка в поле…- и в бедности, посему, часто, недоедал… Вырос парень малообразованным недорослем, но по своей природе, человеком незлым и порядочным – поэтому и не прошел мимо твоей беды! Первое время, живя с тобой в браке, Алексей был счастлив, что спит в чистой постели с красивой женой, вкусно накормлен и хорошо одет… Затем, как человек неглупый, стал задумываться…- а, что он из себя представляет, рядом с тобой?! Вот, окончит он училище…, найдет работу…, но тех денег, что может заработать твой отец Глеб, доктор медицинских наук и профессор, Алексей получить честным путем не смог бы… Опять же, он смотрит на тебя, учащуюся педагогического колледжа, которая уже зарабатывает переводами немалые деньги, сам Алексей знанием английского и немецкого языков похвастаться не может, от слова «совсем»… Потом, перед его глазами, частенько, возникал твой брат Никита – мечта любой девушки и образец для зависти неудачникам… Было от чего Алексею впасть в тихую депрессию! Он желал стать истинным главой своей семьи, но не имел такой возможности, ввиду его воспитания и образования…- похоже, посчитал себя не достойным тебя! И ему было недостаточно того, что ты, любишь и принимаешь его, целиком и безоговорочно, таким каков он есть! Тут, еще маменька Фекла надумала вас развести – и сыпала сыну соль на «раны»…- появление Амалии, в жизни Алексея, стало прогнозируемой закономерностью! Они из одной деревни…- за одной партой, поди, сидели и одинаковые ошибки по правописанию… делали – она близкая по духу особа - и рядом с Амалией, твой Алексей стал дышать ровнее и почувствовал себя свободнее… Нет, эта Амалия ничем не лучше тебя…- и вскоре, Алексей поймет, что не любит ее, но останется с ней: в ее обществе, он ощущает себя полноценной личностью… Повторюсь, Ия: дело не в том, что ты, не так что-то сделала или сказала…- комплекс неполноценности, что взрастил в себе Алексей, разрушил вашу семью!!! Печально…, но факт!!! Дорогая, у тебя есть, кого любить и о ком заботиться…- пройдет время и жизнь еще преподнесет тебе, на «блюдечке», истинную любовь! Сейчас…- отпусти свою неудачу и заживи с легким сердцем, ради себя и детей! Подумай о моих словах, хорошенько! – Лариса наклонилась над своей внучкой и поцеловала ее в щеку, а, потом предложила: - С самого первого дня, твоего появления в нашем городке Ия, я шпионила за тобой и Агриппой…- посмотри этот фотоальбом и оцени мое мастерство, как фотографа…
Проснулся сынок Кирилл и пришел в гостиную, в поисках своей мамы, увидев фотографии, что рассматривала Ия, он воскликнул:
- Мама, а ты, тоже, была маленькой?!! Ведь, это, ты??! – его удивление развеселило Ию, Ларису и, подошедшую Агриппу – они, задорно, рассмеялись – затем, продолжили рассматривать фотографии, где были запечатлены, неразлучные - Ия и ее тетя Агриппа…
- Надо признать, тетя, что такого количества моих детских фотографий у нас нет…- и, кто бы мог подумать, что бабушка Лариса восполнит этот пробел?! – повеселевшая Ия, оживлено, посмотрела на Агриппу, а двухлетний Кирилл, своим пальчиком, принялся указывать взрослым на фото мамы, которые ему, наиболее, приглянулись…
Разные поступки и должные результаты…
Сосед Павел подружился с маленьким Кириллом – и стал частым гостем в доме у его прабабушки Ларисы… Как-то, в разговоре выяснилось, что Ия и ее тетя Агриппа прилично владеют английским языком – и Павел, набравшись смелости, попросил своих соседок об одолжении:
- Видите ли, наш Агрохолдинг закупил новое оборудование заграницей, а инструкция по его установке и эксплуатации написана на английском, корейском…, но не русском языке… Вызывать заграничных наладчиков, полагаю – это дорогое удовольствие, для нашей фирмы… Переводчик с английского…, в нашем Агрохолдинге имеется, но поскольку собранное нами оборудование, не желает работать …- я подозреваю, что перевод ею был сделан «неточно»… Не посмотрите своим глазом на оригинал инструкции и перевод…- я готов заплатить вам за хлопоты, до того «забодался» с этим оборудованием! Вроде, собираем, согласно переведенной инструкции, а оборудование не запускается?
- Что вы, Павел? Поможем вам с переводом, по-соседски: бесплатно…- Агриппу смутил Павел, своим предложением…, заплатить им…
Поскольку тетя Агриппа взяла на себя этот труд, Ия не стала вникать в проблему Павла, а вместе с сыном стала смотреть оскароносный мультфильм «Король Лев». Вместе с сыном Кириллом она печалилась, удрученная гибелью короля-отца! Обоим им было жаль и осиротевшего львенка-сына…- и понятно его безысходное горе, и не проходящее чувство вины, что малыш познал!
***
Казалось бы, благое дело совершила Агриппа, откликнувшись на пылкую просьбу их соседа Павла: исправила ошибки, которые допустила, очевидно, по незнанию или рассеянности, штатный переводчик Агрохолдинга. Во всяком случае, опираясь на переведенную Агриппой инструкцию, специалисты Агрохолдинга пересобрали заграничное оборудование…– и запустили его, на сей раз, с первого раза…
Посмотреть на «ожившее» оборудование, явился хозяин Агрохолдинга – и от него последовал естественный вопрос:
- В чем истинная причина задержки, с введением в эксплуатацию данного оборудования? – и получил короткий ответ от одного, из механиков: - В неверности перевода…, а все «косили» на нас…- не сдержался он и попенял начальству…
Владелец Агрохолдинга отозвал, в сторонку главного механика, тот и поведал, что его подчиненный – Павел, вконец отчаявшись…, обратился за помощью к своей соседке…- и в этот раз они строго последовали новой версии перевода инструкции, хотя она и не была утверждена руководством! Результат налицо: наконец-то, удалось запустить, простаивающее оборудование…
Потом, довольный хозяин ушел – и, казалось бы, конфликтная ситуация исчерпала себя, но не для Ии и…
***
В дверь позвонили – Ия поторопилась открыть ее: на втором этаже, тетя Агриппа убаюкивала Кирилла… Оттолкнув Ию в сторону, к ним в дом проник наглый мужик, плотного телосложения и усиленно потеющий…
- Так это ты, сучка, стремишься занять место переводчика в нашем Агрохолдинге!!! – он ухватил Ию за подбородок своими потными пальцами…: - Что же, я не против, но тебе, прежде, придется очень старательно поработать своей пиз….ной!!! – он схватил Ию за локоть и потащил ее к дивану, что стоял в прихожей…- Ия, безуспешно, пыталась вырваться из его цепких рук.
Когда он швырнул ее на диван, Ия поняла, что без посторонней помощи, ей не высвободиться из рук насильника…- она решилась нарушить покой и тети Агриппы, и сынишки Кирилла:
- Тетя Агриппа, помоги…!!! – но беспардонный мужик, кулаком своим, заткнул Ии рот – ей пришлось его укусить!
Она получила оглушительную затрещину, но на несколько секунд ее рот освободился – Ия закричала, вновь:
- Помогите!!! Помогите!!! – на сей раз, мужик использовал, как кляп, маечку ее сына, что попала ему под руку – и обездвижил Ию, нажатием своей мощной руки, поперек ее грудной клетки - еще и налег на нее, своей «тушей»!
Ии стало совсем трудно дышать – и пережитый ею, однажды, ужас, вновь вернулся и окутал ее, своей неминуемой неотвратимостью…: ей, снова, не избежать насилия!!! Вновь, дыхание смерти пробежало по ее искаженному лицу, немощному телу…- на мгновение, ей пригрезился лик смерти! Внезапно, вонючий мужик ослабил свою хватку…– и теряя последние силы, Ия все же вытащила кляп из своего рта и задышала: отрывисто, но свободно…
Немного отдышавшись, Ия увидела, что Нюра, помощница по хозяйству Ларисы: она первая пришла на помощь Ии – и, теперь, охаживала незваного мужика шваброй по спине… Вот, и тетя Агриппа, все же услышала крик Ии – и поспешила ей на помощь, прихватив массивный подсвечник…
Озлобленный своей неудачей, тем не менее, мужик решил, пока, не связываться с разъяренными бабами, вооруженными шваброй и массивным подсвечником…- он пятился к выходу, но по ходу…, грозя всем, троим:
- Вы, прош……ки, старые, вспомните меня, когда вас станут резать на куски!!! И ты, познаешь еще сексуальное удовлетворение, разом, от десятка крепких мужиков! Вы, еще не знаете моих возможностей и моих знакомых!!! – на его угрозы, бесстрашная Нюра достойно ответила, неудачливому насильнику:
- Вали, отсюда! Да побыстрее, пока я не отшибла твой хрен…- вот, этой шваброй! Разом лишу тебя гад, главной твоей возможности!!!
Отбившись от мужика, в облике которого, явно проглядывало уголовное прошлое – и переведя дух, теперь, женщины испугались по-настоящему…
- Ия и Агриппина, пока Кирюша спит, вам следует собрать свои вещи, а, когда мальчик проснется, уедите в свой город: с водителем я договорюсь!
Нюрин знакомый повез Ию, Агриппу и маленького Кирилла домой: в их городскую квартиру… Хотя, цену водитель «заломил» немилосердную, но они не возражали: лишь бы сбежать от насильника и его дружков…
Нюра, закрыв на замки все двери и окна, в загородном доме Ларисы, по дороге домой, созвонилась с хозяйкой и в самых мрачных красках, описала незнакомца-уголовника, его посягательство на Ию…- ее короткое сражение с ним – и об угрозах поведала, каковыми этот «хрен» одарил их, на прощание… Сообщила, что Ия и Агриппа были так напуганы – сразу собрали свои вещи и вернулись в город…- и она, Нюра, тоже, опасается, возвращаться в тот дом…
***
Теперь, настал черед пугаться Ларисе: из-за какого-то мудака, ее Ия и Кирюша вернулись в город…– и она, рванула, за помощью, к бывшему мужу Егору по кличке «Свищ»…
Нажав на кнопку домофона, Лариса долго ее не отпускала…- сам Егор заинтересовался, нервозным поведением своей бывшей…- и позволил ей войти…
- Егор, пусть мы давно и разведены, но ты, обязан защитить мою внучку Ию и моего правнука Кирилла, от преследования одной уголовной морды…- правда, не знаю, кто он, тот гад, что напал на Ию в моем доме!!! Я проверяла работу своей автомойки…, в это время, а была бы дома…, пристрелила бы гада!!! – свою пламенную речь, Лариса произнесла, почти на одном дыхании и на повышенном тоне.
Услышав знакомые имена…- Ия и Кирилл - Егор и его племянник Вадим молча переглянулись – и старший, из двоих, заговорил:
- Ларочка, ты пришла за помощью по адресу: хотя, я тоже с уголовным прошлым, но терпеть не могу, когда обижают молодых женщин и маленьких детей! Тем более, обидели твою внучку и правнука, а мы с тобой, люди не совсем чужие…- стало быть нанесли обиду и моим, пусть и дальним, но родственникам! – Егор «Свищ» готов был, отдать приказание своим подручным, но его остановил племянник…
- Не стоит пороть горячку, дядя! Не станем ввязываться в разборки- междусобойчики, а потревожим генерала…, который, тоже, очень обеспокоен, безопасным существованием своей протеже…- и Вадим достал свой сотовый.
- Людмила, по старой памяти, не пришлешь мне смс номер телефона того генерала…- это, исключительно, чтобы обезопасить нашу Ию…- невидимая Людмила, ответила что-то нелицеприятное, но смс с номером… прислала…
Глубоко вздохнув, для храбрости, Вадим Анатольевич Мыров набрал заветный номерок и ему ответили…
- Девушка, мне необходимо переговорить с генералом – притом, срочно: его протеже Ии угрожает опасность! - и после небольшой паузы, Вадим услышал в ответ: - Ждите…: вам перезвонят…
Дядюшка Егор пылал, от нетерпения – и пройдясь по комнате, он изрек:
- Нет, сидеть и ждать…- дело последнее: своего врага нужно знать в лицо! Лариса, в твоем доме имеется видеонаблюдение: нам необходимо, установить личность того хмыря?!
- Видеонаблюдение установлено у Павла, моего соседа…, но сначала я позвоню ему, чтобы он был готов, к приходу твоих парней…- теперь, Лариса достала из сумочки свой телефон…
***
Двое сотрудников службы безопасности влиятельного бизнесмена Егора Анисимовича и собственник Агрохолдинга – Евгений Ильич, почти, одновременно ввалились в половину таунхауса Павла: и те, и другой разыскивали его соседку…
- Как видите, на их половине не светиться ни одно окно…- и это странно: они мне не говорили, что собираются уезжать… Что-то случилось? Сейчас просмотрим запись…- Павел включил компьютер, чтобы просмотреть запись видеонаблюдения второй половины сегодняшнего дня…
Опознав своего подчиненного на записи, владелец Агрохолдинга – Евгений Ильич пришел в тихую ярость…
- Вот, скотина!!! Все неймется ему: едва под суд не угодил, но, снова за старое принялся!!! Тварь!!! Теперь, все…: его грехи всплывут наружу! Жаль его жену и детей, но против решения Москвы я бессилен! Спасибо, Павел! Хотя бы буду знать, что за гнида наш Агрохолдинг под «монастырь» подвела! Кстати, не в курсе, где эту Ию искать?! Извиниться хочу! – Евгений Ильич не скрывал своей озабоченности и усталости.
- Не пойму, а причем Ия? Какое имеет к ней отношение этот «хряк»? – теперь, заволновался Павел.
- Эта скотина, что фигурирует на твоей записи, заявился в дом, чтобы предъявить претензию Ии: ведь, благодаря ее переводу, вы, смогли завершить монтаж, простаивающего оборудования..., но в результате, попытался изнасиловать ту переводчицу… - пояснил владелец Агрохолдинга.
- Переводом инструкции с английского на русский… занималась ее тетя Агриппа…- Ия к инструкции, даже, не притрагивалась: в это время, она смотрела со своим сынишкой мультик «Король Лев»… Теперь, понятно: Ия открыла дверь этому сексуально озабоченному…- и он накинулся на молодую и красивую женщину! Беременную! Вот, тварь: у него такая приятная жена…- и детей его, теперь, затравят в школе сверстники!!! Печально! Где живет Ия, я не знаю, но ее бабушка Лариса владеет автомойкой и парой автосервисов – в городе, что полчаса езды от нас…- ответил Павел своему работодателю…
Влиятельный Евгений Ильич покинул дом своего работника Павла, а двое крепких качков из службы безопасности… задержались – и Павел всем своим, некогда, покалеченным телом почувствовал: сейчас случится нечто…- и не ошибся…
- Павел, ты, такой услужливый, но не понял еще, что «благими намерениями выстлана дорога в Ад»?! Из-за тебя и твоей Гриппы, брошена тень профнепригодности на мою сестру, мой зять был вовлечен в очередной блуд красивой бабой…- и, как итог: на мою сестру станут косо смотреть, а моих племянников начнут травить в школе…- и зятю грозит срок! За намерения, пусть и благие, надо держать ответ!!! – самый крепкий, из двоих, зловеще посмотрел на Павла и угрожающе пошел на него…- Павлу ничего не оставалось, как просветить, не ведающего родственника…
- Ваш обожаемый зять и так ходит по краю: недавно, он изнасиловал 11-летнюю внучку-сироту нашего сторожа – и мало того, он заразил несчастную малышку венерическим заболеванием! Наш хозяин — это гнусное дело замял, но из сострадания к девочке-сироте: чтобы, как можно меньше народа было в курсе случившегося – ведь, пострадавшей жить среди людей… И, все же, слухи поползли: ваша сестра и ваши племянники были вынуждены сдать кровь на анализ… Ныне, уже на них смотрят косо и с отвращением, а вы, ни духом? У сиротки-девочки умерла мама, а неизвестный отец жив…- не грозите мне расправой, а лучше поберегите своих племянников, сестру…и драгоценного зятя: неизвестно, что предпримет отец девочки, когда узнает о ее беде?!!! – Павел приготовился, что его, сейчас, собьют с ног и начнут пинать..., но услышал:
- На зятя я «положил…» - и плевать мне, что с ним случиться!!! Вот, на моей сестре, как честный человек, ты, должен жениться, а ее пацанов усыновить…- и, тогда, получишь мое прощение!!! Короче, я сейчас же, съезжу за ними и перевезу их к тебе, на постоянное житье – свадьбу справим… - Павел, ошалело, посмотрел на качка…, тот был настроен решительно…
- Хорошо, если ваша сестра и племянники будут согласны на переезд…, милости прошу, к моему «шалашу», но учтите, что таких женщин, как ваша сестра, неволить не стоит…- выразил свое мнение Павел…
- Вот, и хорошо! Готовь ужин и жди гостей: мы скоро…- заверил Павла качок…- и сотрудники службы безопасности… отбыли.
***
Пока, его напарник Гоша поднялся в квартиру за сестрой Надей…, он нашел нужный номер, в своей телефонной книжке, потом сделал дозвон, а когда абонент ответил, заговорил:
- Слушай, это не твой братуха хороводился с Валькой, дочкой сторожа – та еще девку родила, потом? Представляешь, Валька померла, а девчонка ее с дедом осталась, невезучая такая: зятек моего напарника Гоши изнасиловал девочку и заразил ее… Один перец утверждал, что хозяин Агрохолдинга делу ход не дал, чтобы о беде девочки меньше народа узнало, но поместил ее в платную клинику, где малышку усердно лечат… А, твой братан хороводился с Валюхой еще до армии?! Хорошо, что не его дочку осквернил тот хрен, гнилой! Да, так уж вспомнилось… Знаю, что «благими намерениями устлана дорога в Ад»: сегодня, вспоминали об этом… Девчушку жаль!!! Пока…
***
Нежданно, негаданно, но у Павла поселились квартиранты: братец Гоша решил спасти, от всех неприятностей, свою сестру Надю и двух племянников таким, кардинальным образом…
- Павел, вы не переживайте: когда все гадкое уляжется, мы вернемся на квартиру к моему отцу! Господи, как все неожиданно завертелось, но вы, не волнуйтесь: у меня есть некоторые сбережения – я оплачу наше проживание у вас…- Надя была женщиной деликатной…- даже и скажешь, что ее отец -закоренелый уголовник…и братишка «трется» около подобных…
- Надя, и вы, не волнуйтесь: места в моем доме достаточно – второй этаж в вашем распоряжении – и, только, время покажет, как все образуется… Полагаю, работу в школе и в Агрохолдинге вам поможет сохранить Светлана, жена Евгения Ильича, но ваших детей, чтобы не затравили в школе, лучше перевести на домашнее обучение, пока! – по тому, с каким облегчением выдохнули Сережа и Макар, одиннадцатилетние двойняшки, Павел понял, что пацанам нелегко приходилось в школе…, имея такого отца и деда…
***
В дверь квартиры Агриппы позвонили – и, если бы рядом с импозантным мужчиной не стояла сестра Лариса – Агриппа дверь не открыла бы: довольно с них визитов незнакомцев… - Агриппа, позови, пожалуйста Ию, с ней хотят поговорить… Вот, Демид Георгиевич – сын Георгия Георгиевича…
Зрелый Демид, внимательно, разглядывает протеже своего, недавно скончавшегося отчима: хороша собой, даже очень – и красота ее незаурядная; глаза, словно два огромных омута или озера, где синева синяя, до густо-фиолетового…- весьма завораживающе и необычно…- и фигурка, что надо, и так далее… Прекрасная…, чертовка!!! Поскольку отчим сделал его своим единственным наследником, почему бы ему не выполнить просьбу покойного - и не позаботиться о такой красавице?!
- Ия, перед своей смертью, мой покойный отец просил за вас…- вот, я и прибыл по первому вашему зову… Как же нам, теперь, быть?! Вы, не желаете подавать жалобу на субъекта, который пытался вас изнасиловать, угрожал вам и тете …- и владелец Агрохолдинга молит: не предавать широкой огласке изнасилование одиннадцатилетней девочки – это может, пагубно, сказаться на ее настоящем и будущем…- Демид Георгиевич многозначительно замолк – Ия поняла, что он ждет ее решения.
- Простите мне, мою несговорчивость, Демид Георгиевич, но и я пекусь о своем настоящем и будущем, и о будущем своих детей…- не желаю я быть участницей судебного процесса – и стать объектом для пересудов… Остается надеяться, что этого мерзавца жизнь покарает! – Ия, открыто, посмотрела на собеседника – и сраженный ее таинственной и завораживающей красотой, Демид Георгиевич, только, развел руками…
- Попробуем ухватить его с другого конца…- он, ведь, у нас завскладом: на свободе такую гнусь оставлять никак нельзя!!! Я ухожу, но совсем не прощаюсь с вами, милые дамы: перед своим отъездом, еще заскочу к вам…
***
К сексуально озабоченному завскладом пришли с проверкой внезапно – и нашли у него пять килограммов синтетического наркотика: жадный «боров» не желал себе существования на одну зарплату, хотя и немаленькую – его участь была решена! Жене «борова» не пришлось заморачиваться с разводом: через месяц, после его ареста, будучи в камере, «боров» перерезал себе вены… Его Надя овдовела, а сыновья осиротели – тут уж братец Гоша «надавил», что есть мочи, на Павла – и тот был вынужден жениться на его сестре Надюше. «Против лома нет приема»! Во всяком случае, у него… Павел знал, что еще одного зверского избиения он не перенесет: попросту, здоровья уже не хватит!
Что касается Демида Георгиевича, то он, изредка, навещает Ию и ее близких, когда ему бывает по пути…- на праздники посылает, почтой, милые безделицы, шоколад…: на большее у него не хватает времени…
***
Владелец Агрохолдинга Евгений Ильич все же разыскал Ию и ее тетю… Он заявился к ним домой с охапкой белых хризантем и коробкой конфет с ромовой начинкой:
- Дорогие дамы! Я пришел извиниться перед вами за своего бывшего сотрудника: из-за него вам пришлось пережить немало мерзостного…!!!
Евгений Ильич встретился взглядом с Ией… и его мысли стали путаться, что и сказалось на его речи: ранее, он полагал, что женщины, красивее его жены Светланы, в природе не существует… Глядя в бездонный иссини-фиолетовый омут глаз Ии – Евгений Ильич осознал, что он ошибался: эта молоденькая женщина поразительно красива!
- Я пришел справиться у вас, дамы: если в нашем Агрохолдинге возникнет надобность…, не выручите нас, снова?! Теперь, я намерен действовать напрямую: лично, попрошу вашей помощи! Ия, а вы, стало быть, являетесь студенткой педагогического колледжа?! Это правильно: женщине и матери не повредят знания детской психологии…- и будите в курсе, методики обучения учащихся начальных классов…- вот, какой орленок подрастает у вас… - Евгений Ильич еще поговорил о том и сем…- и откланялся…
После его ухода, тетя Агриппа высказала свое мнение о нем: - Приятный и порядочный мужчина…- и Ия согласилась с ней.
Позднее, Евгений Ильич заехал в один из автосервисов, принадлежащих Ларисе, бабушке Ии…
- Лариса Федоровна, хочу сделать вам предложение: продайте ваш таунхаус и приобретите другой, который будет находиться, непосредственно, в черте нашего поселка городского типа «Софьино»… Данный таунхаус расположен так же, в окружении зелени и вдали от шоссейных дорог, но в тоже время в шаговой доступности от благ цивилизации: детских площадок и кафе, кинотеатров и гимназии… Вы, уже осознали, наверное, что теперешнее местонахождение вашего загородного жилища слишком удалено и от людей, и от правоохранительных органов…- и это небезопасно!!! Если согласитесь с моим предложением, я, даже, знаю, кого вам выбрать в соседи…- и вы, останетесь довольны, своим соседством…- Евгений Ильич хитро посмотрел на Ларису, но ее уговаривать долго и не нужно было: если новое жилье так прекрасно, как рекламирует его владелец Агрохолдинга…- Ия и Кирюша, позабыв о пережитом ужасе, вновь поселятся в ее, новом загородном доме…
- Говорите вы, складно, Евгений Ильич, но прежде нужно посмотреть ваш дом…- и, затем, продавать то, что имею… В принципе, я с вами согласна! – и они ударили по рукам…
***
- Свет-Светик, кажется я нашел достойных соседей нашему Артему…- это небезызвестная тебе, Ия и ее тетушка Агриппа…- но жена Евгения Ильича перебила мужа, с долей некого страха: - Женя, зачем нашему сыну соседство с бывшей женой криминального авторитета?! Подумай, ведь этот «Свищ» станет наезжать в гости к своей Ларисе?!
- Милая, насколько я знаю, Ию и ее тетю Агриппу частенько навещает и немалый чин из МВД России - Демид Георгиевич… Что такого: в лихие 90-е вышла эта Лариса замуж за уголовника «Свища»: выживать как-то надо было, но ныне они в разводе – и многие уже позабыли, что у уважаемого бизнесмена нашей области Егора Анисимовича уголовное прошлое…- не он один этим грешен! Зато родной сын Ларисы и отец Ии – Глеб Никитич Невзоров доктор медицинских наук и профессор, а ее мама Ольга, тоже имеет диплом врача…- Всеволод Игоревич лестно отзывался о Глебе Невзорове: и как о педагоге, и как о враче… Не такая уж и плохая родословная у Ии – и, возможно, наш Артем увлечется ей: сколько ему еще оплакивать свою покойную жену?! –Евгения Ильича весьма удручало, неизменное состояние грусти его сына…
Красавица-жена Свет-Светик ненадолго призадумалась, а, потом своему любезному супругу Евгению предложила:
- Скоро состоится осенний бал в нашем поместье – пригласим родителей и тетушек этой Ии, посмотрим на них в массе, так сказать…- и со стороны - чего гадать «на кофейной гуще»…- решим, потом: годится ли эта Ия в соседки нашему Артему…
Через неделю, Евгений Ильич нанес очередной визит Ии и ее тетушке…
- Я принес вам пригласительный билет на всю вашу семью: в начале сентября, по сложившейся традиции, в поместье-музее состоится осенний бал! Милости просим, присоединится к нам…- милейший Евгений Ильич, излучая радушие, передал пригласительный Ии…
Лариса Федоровна сразу всполошилась: правнука Кирюшу не на кого будет оставить – и она, требовательно, посмотрела на сестру Агриппу, ожидая от нее правильного ответа, но Ия опередила…:
- Бабушка, не тревожься, прошу: я, вовсе не любительница исторических реконструкций – и балы меня не привлекают…- со своим сыном останусь я…, а вы, сходите на прием и повеселитесь, от души!
Узнав об ответе Ии, на ее приглашение, потомок барыни Софьи – Светлана хмыкнула, но ее муж не понял, что это было: одобрение…или?!
- Хорошо, я не против, чтобы эта Ия проживала по соседству с Артемом – Женя, можешь показать ее бабушке, пустующую половину дома…- это ответ пришелся по сердцу Евгению Ильичу….
Знать бы заранее, Лариса ни в коем случае не продала бы свой прежний таунхаус младшему брату Нади, Гоше – и не приобрела бы новое жилье по соседству с сыном Евгения Ильича…
***
- Ларочка, пока осматривают мою «ласточку», у тебя есть минутка…, чтобы поболтать о том, о сем…? – давняя и щедрая клиентка ее автосервиса потребовала внимания к своей персоне – и Лариса не могла пренебречь ее желанием…
- Слышала, ты, прикупила себе новый домик в заповедной зоне поселка городского типа «Софьино»? Хороший выбор и сосед тебе попался славный, и перспективный: молодой вдовец и он богат…- в самый раз твоей Ии будет! – дама болтала, вроде бы, пустое…, но сердце подсказало Ларисе, что после «присказки», клиентка поведает ей нечто…, от чего Ларисе станет плохо – и она приготовилась к худшему…
- Только, пусть твоя внучка учтет, что Светлана – мать Артема не одобряет ее, за раннее материнство! Прости, тебе будет неприятно услышать и такое, но твое бывшее супружество со «Свищом», тоже не приветствуется этой барыней: она беспокоится, что твой Егор станет навещать тебя… Дворяне так щепетильны в вопросах этикета и людей, которые их окружают… Если вам удастся миновать эти «подводные рифы», возможно и путь к Артему будет открыт…- щедрая клиентка, явившись к Ларисе, вовсе пеклась не об ее благе…: Ия представляла подлинную угрозу планам ее взрослой дочери – и «сердобольная приятельница» пожаловала в автосервис Ларисы лишь затем, чтобы «вбить клин», в отношения между близкими соседями…
- Ты, так добра…: все печешься о ближних!!! Честно скажу: плевать, что обо мне думает эта барыня Светлана…- моей Ии с ней детей не крестить!!! – только и промолвила Лариса, затем в кабинет вошел автомеханик, чтобы сообщить клиентке, что ее автомобиль в порядке…
После ухода «доброжелательницы», Лариса не находила себе места: ее обожаемую внучку втаптывают в грязь, а она не знала, каким образом, возможно защитить ее кровиночку?! Только, через час ее осенило – и Лариса стала действовать! Прежде, она покинула кабинет автосервиса: «и у стен могут быть уши», и направилась к своей машине…- убедившись, что ей никто не помешает, в величайшем волнении, Лариса набрала номер телефона Демида Георгиевича:
- Простите, возможно я совсем несвоевременно, обращаюсь со своей проблемой, но мне необходимо защитить Ию! – собеседник, на том конце…, промолчал – и Лариса, сбивчиво, поведала Демиду Георгиевичу, какие сплетни «циркулируют» вокруг их семьи: - Мне давно безразлично, что говорят обо мне, но я не желаю, чтобы и мое прошлое, темным пятном, легло на будущее единственной внучки и правнуков!!! - Лариса не сумела сдержать своих эмоций и разрыдалась…
Демид Георгиевич, в ответ, протяжно вздохнул – и монотонно изрек:
- Успокойтесь! Поскольку я нахожусь на совещании…- ничего предпринять не могу, но в течении двух часов я перезвоню вам, ждите! – и он отключил свой телефон…
***
Демид Георгиевич перезвонил через полтора часа…
- Лариса, я уверен, что полученной информацией вы, сумеете распорядиться с толком…- слушайте меня внимательно!
***
Она припарковала свой автомобиль около дома, где проживал владелец Агрохолдинга… Затем, с олимпийским спокойствием, Лариса нажала на кнопку звонка – и, поскольку домашняя прислуга ушла домой, отработав положенное…- ей открыла дверь хозяйка «медной горы» - лично…
- Я пройду внутрь, Светлана Фроловна: нам предстоит серьезный разговор! – не поздоровавшись, заявила Лариса – и две женщины одарили друг друга острыми, как булатные клинки, взглядами…
- Понимаю, как неловко вам, такой, якобы, белоснежно-пушистой…, принимать в своем доме меня, бывшую супругу криминального авторитета «Свища»! Но ничего, потерпите: мы-то с вами знаем, что в свое время, лихое… вы, были подружкой серийного маньяка Трофима…- и даже родили от него! Так почему вы, меня прилюдно осуждаете, за мое замужество??? Ладно я, но какое вам дело до моей дорогой внучки??!!! Вот, за нее, я могу вам и глаза выцарапать – и, в отместку, опозорить вас…, что мало не покажется!!! Как вы, можете осуждать юную женщину, попавшую в беду, за ее раннее материнство??!! Вы, которая родила своего сына Сережу в 17 лет, еще и без мужа!!! Кичитесь своим дворянским происхождением…, но в былые времена, вам, незаконнорожденной, не было бы дозволено приближаться к усадьбе, не то, что встречать гостей на парадной лестнице... Ведь, вы, не Светлана Андреевна, а Светлана Фроловна - биологический отец Андрей, совсем недавно и скрепя зубами, признал свое родство с вами!!! Черт с вами: мне по барабану и этот прием, в барской усадьбе, и кто там «играет первую скрипку», а моей внучке Ии нет никакого дела до вашего приемного сына Артема!!!! Но, если ты, коза драная, еще хотя бы раз, косо глянешь, в сторону моей Ии или, не дай Бог, слово худое бросишь, в ее адрес…- держись!!! Я умею быть беспощадной – и все твое благополучие полетит в трам-тарары…- берегись!!! – вид Ларисы был ужасен – и Светлану, впервые – за много лет, обуял настоящий ужас…- звук, открывающегося замка, оказался, как нельзя, кстати.
Входная дверь отворилась и сияя улыбкой, в дом вошел Евгений Ильич, собственной персоной…
- Лариса Федоровна, вот уж не ожидал, увидеть вас…- он, сконфуженно улыбнулся, сбившись на полуслове…
- Ваше приглашение на осенний бал, в барскую усадьбу, подвигло меня, вспомнить о хороших манерах… Дело в том, что нам принесли и приглашение на обед, в ресторан…: там соберется областная гильдия предпринимателей, которые имеют купеческие корни! Мы, Невзоровы происходим из купеческого рода, тоже…– поэтому и сделали выбор, в пользу приглашения на обед… Согласитесь…- это нам ближе! – Лариса положила на столик пригласительный билет, что даровал ее семье Евгений Ильич…- и в тот момент, она так радовалась, этому приглашению, а, теперь, оно жгло ей руку…!!!
- Прощайте! – вежливо и тихо произнесла Лариса и пошла к выходу…
- Что, это было?!! – изумленный супруг, посмотрел на свою половинку.
- Женя, что тебе не понятно?! Купеческий потомок все доступно объяснила…: они возжаждали быть ближе к кругу, к которому принадлежат, благодаря своим пращурам-купцам! Дорогой, ужинай сегодня без меня, а мне необходимо повидаться с мамой! – и его Свет-Светик, впопыхах, похватав сумочку и ключи от машины – ринулась к входной двери…
- Что-то произошло, из ряда вон, выходящее, хотя Света и утверждала обратное… Странное ощущение посетило меня, когда я вошел в свой дом: словно призраки прошлого, неведомой дымкой, проплыли передо мной?! – с чувством смятения, Евгений Ильич приступил к вечерней трапезе.
***
Светлана, пересказав матери весь монолог, с которым к ней заявилась Лариса, поведала и об ее угрозах…- теперь, взахлеб, рыдала на плече матери:
- Мама, мама, мне так страшно: эта купчиха-Лариска окунула меня в грязь минувшего, с головой!!! Да, я оберегаю благополучие моей семьи – и, намеренно, сторонюсь людей, которые, доселе, связаны с личностями, типа Егора «Свища», а Лариска с ним не порвала, окончательно, хотя и развелась! И, да, я высказала свое удивление Глафире, ранним материнством этой Ии: девчонке не больше восемнадцати лет, но она беременна уже вторым…- конечно, я переживаю за Артема! Посудачили мы с Глафирой…, но, как об этом узнала эта мегера?!
- Доченька, смотрю ты, очерствела душой – думаешь только о своем благополучии! Тебе в голову не приходило, что, эта Лариса вынуждена была, искать помощи у криминального бывшего мужа не от хорошей жизни?! Сторонишься ты, подобных особ и сторонись, но не осуждай!!! Вот, внучку ее судить… - совсем грех, тем более беременную… Рядом с Женей ты, совсем позабыла, как тебе несладко было, одной, с сыном…, как пирожки воровала…- представляешь, как тебя, тогда, «полоскали» особы «порядочные»?! Этот знак тебе подали Свыше: можешь всего лишиться, через гордыню свою, что сама взрастила в себе… Горничную свою уволь: эта она не может «держать язык за зубами» - с кем-то поделилась… - родная мама, как умела, утешила свою дочь – и, воспарив духом, величавая Светлана Фроловна отправилась, с легким сердцем, к своему супругу…
Ночью, уже лежа в постели, ее Женя, вновь, вернулся к визиту Ларисы:
- Все-таки, этот визит Невзоровой показался мне странным: ведь ты, так боишься ее прошлого супружества с Егором Анисимовичем? И, вдруг, она, у нас дома?!
- Милый, я передумала, боятся Егора «Свища»…: нам надо опасаться Демида Георгиевича, хотя он и стоит на страже правопорядка в стране… У него такие возможности…!!! Ох, уж мне, эти Демиды…– его Свет-Светик вздохнула, глубоко - и прильнула к плечу своего мужа…
Поутру, его Свет-Светик, вновь удивила Евгения Ильича: без всякого объяснения, жена рассчитала и указала на дверь своей прислуге, но на этом дивные происшествия и закончились - жизнь их семьи потекла по-прежнему…
***
В отношениях Ии и Артема не произошло ни малейшего намека на их сближение: ни он, ни она не стремились к общению, несмотря на то, что жили по соседству! Похоже, эти двое не желали, вообще, присутствия посторонних в их жизни…
В середине февраля месяца Ия родила дочку, которую нарекла Алисой… Поскольку со времени развода с Алексеем прошло более семи месяцев – и с тех пор бывший муж не позвонил ни разу, чтобы справиться хотя бы о Кирилле – Ия дала дочери отчество своего отца Глеба, а в свидетельстве о рождении, в графе «отец», у ее малышки поставили прочерк…
***
Несмотря на сложности в личной жизни, зимнюю сессию Ия успешно закрыла и приступила к написанию дипломной работы… И, как всегда: и в горе, и в радости рядом с ней была тетушка Агриппа – было Ии кому поплакаться в час печали и тоски… Бабушка Ии – Лариса, внезапно сблизилась с Демидом Георгиевичем - и, ныне, каждую свободную «минуту» проводила с ним, в Москве, чему ее сестра Агриппа была рада, безмерно…
***
Вновь, в семействе Невзоровых светлая полоса жизни сменила свою окраску…- любимый Ией, брат Никита оказался на больничной койке в состоянии комы…, а всему виною его легкомысленное отношение к связям с прекрасным полом… Этой слабостью Никиты и воспользовалась давняя недоброжелательница Ольги – Полина и «приложила свою руку» к данной трагедии: она подстроила знакомство Никиты со своей племянницей Викой…
Не в добрый час, столкнулся Никита с бывшей приятельницей своей мамы - Полиной, но отделаться от нее, по-быстрому, не получилось: рядом с этой «крокодилицей» стояла совершенно очаровательная девушка…- и он потерял всякую осторожность… Нет, любви с первого взгляда у Никиты к Вике не случилось, просто подобная особа, как нельзя, кстати подходила для прощания с холостой жизнью: вскоре должна была состоятся свадьба Никиты с Юлей…- следовало пошалить, напоследок…– и поставить жирную точку…!
Сходу, Никита предложил Вике: провести вместе недельку на его вилле, в Вероне – и многозначительно улыбнувшись, Вика промолвила заветное «да». И, тем же днем, ближе к вечеру, они улетели в Италию…: Верона бесподобна, но дискотеки на озере Гарда…- это нечто с чем-то!!! Особый «писк» - шопинг, а Болонье, где на оптовых рынках, по приемлемой цене, можно купить отличные вещи известных брендов!!! Никита покупал ей все, что ее душе пожелалось!!! Их ночи были похожи на фейерверки, сотканные из нежных, но и жгучих, и взрывных страстей!!! Такой сладкой жизнью она еще не жила!!!
Порой, истомленная бурным сексом с Никитой, перед тем, как отдаться во власть сна, Вика предавалась мечтам об их общем будущем: то, что Никита, по приезду домой, сделает ей предложение «руки и сердца», Вика в этом ни на минуту не усомнилась… Потом, последовал звонок, который сбросил Вику с Небес на грешную землю…
- Юлька, милая, я жутко соскучился по тебе!!! Сижу в аэропорту, ожидаю своего рейса на Москву – и с нетерпением жду момента, когда смогу обнять тебя и наречь своей супругой!!! Ты, мне готовишь сюрприз?! Жду с нетерпением: твоя непредсказуемость заводит меня! До встречи, любимая!!! – Никита мечтательно улыбался: в данный момент, душой своей, он находился рядом с какой-то Юлькой, хотя, почти вплотную к нему, сидела Вика…
- Никита, а кто я, для тебя?! – не удержалась – и спросила его Вика.
Никита, сперва, не понял ее вопроса: ему понадобилось время, на осмысление, произнесенного Викой…– потом, ответил: - Ты – подружка, с которой я знаком, всего-то, неделю…– и мы с тобой классно провели эту неделю…, но, вскоре, меня ждет свадьба, и брачные обязанности перед той, кого я избрал себе в спутницы жизни!
- Никита, но почему не меня ты, выбрал в жены? – Вика готова была заплакать от отчаяния и злости, и зависти, что испытывала к неведомой Юлии.
- Вика, я знаю свою будущую жену с четырех лет – мои и ее родичи «сто лет» знакомы: можно сказать, нас с Юлькой, Дед Мороз свел, которого нам пригласил мой прадед Андрон… С тобой я знаком всего-то неделю! Прости мою откровенность, но, в следующий раз, не стоит с первым встречным отправляться в путешествие, если ты, желаешь, чтобы тебя рассматривали, как потенциальную жену… Прости… - и Никита углубился в чтение итальянской прессы…, тем самым давая понять, что более обсуждать нечего…
Тем временем, все самое худшее, что дремало в душе Вики, поднялось на «поверхность» - это, как взбаламученный ил, мутит чистую и прозрачную воду – теперь, Вика вспомнила про наказ тетки Полины и решила, что она приведет ее план в исполнение: если Никита не желает быть мужем Вики…- значит, он не жениться вообще!!! Покойнику, земная жена без надобности!!!
Оказавшись в родной стороне, Вика попросила Никиту: помочь ей сдать ее багаж в камеру хранения…, а папа, потом, приедет за ним…
- Никита, у тебя дома есть шампанское?! Мне бы хотелось проститься с тобой на брудершафт! Ты, не возражаешь?? – Вика грустно улыбалась, но выглядела она спокойной – и казалось, девушка примирилась, с утратой своей иллюзии: в конце концов она привлекательная особа – найдется еще и для нее принц…
- Хорошо! Только я ограничен во времени: у меня встреча через два часа.
- Не волнуйся, выпить по бокалу шампанского…- много времени не потребуется! – и Вика лукаво улыбнулась…
***
У этой взбешенной чертовки все бы получилось – и ничего ей не было бы, за содеянное злодейство! Порошок, что подсыпала Вика в бокал Никиты (едва тот на миг отвернулся), растворился в его шампанском стремительно, подействовал на организм Никиты быстро и губительно! Вслед за тем, как Вика протерла фужер, из которого пила…- и затем, положила в целлофановый пакет: фужер, из которого пил Никита и опустевший флакончик от тети Поли…- ей бы, следовало все эти улики, изобличающие ее, спрятать в сумочку - и бежать из квартиры Никиты, резво и с оглядкой! Вика сочла, что она вне опасности – и у нее есть еще время, чтобы прибрать себе, понравившиеся ценные вещицы, что находились в квартире, умирающего Никиты…
***
Знать бы, какой сюрприз Юлька готовила Никите..– и, ведь та исполнила свое обещание!!! Открыла она квартиру жениха своим ключом – поэтому и появление в квартире Никиты его невесты, в сопровождении дюжего таксиста, что помогал Юле донести вещи…, стало для Вики, поистине, шоком!!!
- Ты, кто такая? Нет, ты, никуда не уйдешь, покуда я все не выясню! Ники, Ники, где ты??! Не дайте ей уйти – и получите 300 евро…- посулила Юля таксисту – и тот вцепился в Вику «железной» хваткой…
Юля прошла вглубь комнаты и обнаружила своего Никиту: тот лежал на полу и выглядел так…, словно жизнь его уже покинула…
- Гадина!!! Ты, что сделала с Ники, моим женихом?!!! Алло, скорая, приезжайте, поскорее: молодой человек лежит при смерти… Алло, полиция…, приезжайте, скорее: в квартире моего жениха мы поймали воровку, с поличным, но она убила и моего жениха – тот лежит, в лице не кровинки и не дышит… Алло…, Стас Кириллович, какая-то гадина уморила нашего Ники… Алло, Глеб Никитич… Алло, Андрон Семенович… Алло, мама, папа, беда…!
Первыми, на зов Юлии, приехали сотрудники правоохранительных органов, а за ними, подоспела и скорая… Врач скорой усмотрел признаки жизни, в бездыханном, казалось, теле Никиты – и его, в срочном порядке, госпитализировали, в одну из лучших клиник города…
***
Вика сидит напротив следователя и пишет признательные показания: деваться некуда…- вместо того, чтобы уничтожить следы своего пребывания в его квартире, ей захотелось ограбить, умирающего Никиту… Если бы не ее пальчики, на том пузырьке…, можно было скосить на то, что дверь была открыта и она вошла…- не удержалась, взяла несколько красивых безделушек. Отрадно то, что на пузырьке с порошком… эксперты обнаружили и пальчики тети Полины…- Вика не стала тетку выгораживать…- сдала ту, со всеми «потрохами»… Неожидающую расплаты, за ее козни, Полину задержали…
***
Вике пришлось еще раз встретиться с Юлькой, на очной ставке:
- Да, я взяла у тетки флакон с порошком, неизвестного мне состава: эта Полина ненавидела мать Никиты страшной ненавистью – и готова была уморить, ужасной смертью, и саму Ольгу, и ее детей! Мне Никита полюбился, если бы он сделал свой выбор в мою пользу, был бы жив до сих пор!!! Смотрю на тебя: ни кожи, ни рожи в тебе…- и такой красавец готов был на тебе жениться!!! Чем ты, лучше меня, скажи?! – бледное, но миловидное лицо Вики перекосила гримаса злобы, а глаза ее сверкнули ожесточением…
- Не знаю, чем я лучше, в первую очередь для Вселенной, но я через месяц буду в Лондоне, а ты, еще долгое время проведешь в неволе…: такова правда жизни! И мой Никита еще жив, и есть возможность, что выживет: на ноги поставит его папа Глеб Никитич…- врач от Бога…- с достоинством, отвечала своей сопернице Юля.
- Вот, гады, избранные!!! Что-то слишком много заполучили вы, от Бога!!! Да, чтоб вас…- Вика длинно и грязно выругалась, и хотела, было, вскочить, чтобы вонзиться, своими грязными когтями, в лицо ненавистной соперницы, но ее охранник оказался проворнее – и умелым, и молниеносным ударом в бок, охладил ее пыл…
***
В отделении милиции Юля столкнулась и с таксистом – дополнительные 500 евро, значительно, подняли ему настроение! Он получил эти деньги от Юли в качестве компенсации, за потраченное время: таксиста уже два раза вызывали в милицию, в качестве свидетеля…!
***
Глеб смотрит, на лежащего в гробу Стаса и умом понимает…: для него, это закономерный конец… Его биологический сын Никита был для Стаса смыслом жизни!!! Он жил и дышал, ради Никиты!!! И, «как гром, среди ясного неба», прозвучало нервозное сообщение от Юлии: его обожаемого Никиту уморила какая-то гадина?! Прослушав ее информацию, побледневший Стас осел на пол, а перед его глазами все поплыло…- его коллеги-медики, что находились с ним, рядом, привели его в сознание и отправили в госпиталь…
Военным врачам, в госпитале, удалось стабилизировать состояние Стаса – потом, ему сообщили обнадеживающее известие: его сын Никита жив, но находится в состоянии комы! Глеб Никитич, врач от Бога, дежурит у постели сына - и предпринимает все возможное, для выздоровления Никиты…
Через неделю, до Стаса дозвонился его дед, чтобы сообщить внуку печальное известие: сердце Никиты перестало биться! Андрон Семенович, при этом, плакал, навзрыд и надеялся услышать от внука слова утешения, но Стас, в ответ, молчал…: вторичное известие о смерти его дорогого сыночка Никиты, оказалось фатальным для Стаса - его измученное сердце перестало биться! Вот, молодое сердце Никиты заставили забиться, вновь: дежурный врач и подоспевший Глеб Никитич, применили положенные, в подобной ситуации, медицинские манипуляции с отчаянным упорством…
***
Глеб смотрит на покойного Стаса и при этом испытывает глубокое чувство печали!!! При их первой встрече, Глеб проникся к нему симпатией и испытывал восхищение, перед старшекурсником Стасом… Затем, его симпатия переросла в чувство глубокой неприязни: этот восхитительный красавчик увел у него любимую Ольгу! Потом, все же Ольга стала его женой, но родила ему сына… от Стаса – и вновь, сердце Глеба заплакало от боли!!! Далее, последовала стадия смирения с обстоятельствами - и Глеб, даже, сумел принять сына Стаса в свое сердце - и долгие годы был Никите единственным и любящим отцом… Стас никогда не отдавал то, что ему приглянулось, а сына Никиту он полюбил всем сердцем потому, что этого мальчика невозможно было не полюбить – и Глебу пришлось поделиться сыновней любовью Никиты со Стасом!!! Ради любимого сына Никиты – он приложил немало усилий, чтобы вытащить Стаса из бездны безумия и вернуть того, к относительно, нормальной профессиональной деятельности…- и у Глеба все получилось!
Отношения Глеба и Стаса выглядели запутанным клубочком, где симпатия, неприязнь, ненависть друг к другу, переплетались с чувством восхищения и, даже, признательности! Сын Никита, между тем, стал неразрывным связующим звеном, между его двумя отцами - Глебом и Стасом! Лютая воля завистливой и ничтожной Полины, сумела разорвать то, что прикипело друг к другу и казалось неразрывным!!! Ныне, Стас мертв, а за жизнь и здоровье Никиты, его здравствующему отцу Глебу предстоит долгая и изнурительная борьба!!!
***
Ия и ее тетушка Агриппа, с замиранием сердца, следили за тем, как Глеб, ежедневно и ежечасно, борется за жизнь дорогого им Никиты - от постоянных переживаний, у Ии пропало молоко – и пришлось ей перевести свою малютку-Алису на искусственное вскармливание!
В нынешней ситуации, тоскующий Глеб, тем не менее, не мог позволить себе, как прежде, навещать раз в неделю Ию и внуков, и тетушку Агриппу: все свое свободное время Глеб проводил в палате, у постели Никиты.
Прошел месяц, другой, третий…- Ия защитила свою дипломную работу на «пять» - и завершила свое обучение в педагогическом колледже; ее дочка Алиса уже, предпринимала некие попытки подняться на колени, вцепившись в деревянные перекладины своей кроватки, но потуги девочки были излишне преждевременными и потому…- напрасными; брат Алисы - Кирилл пожелал, научиться игре на фортепиано…- Ия нашла ему педагога…; после суда и приговора, Полину и Вику отправили к месту их заключения…- и, лишь, состояние Никиты оставалось неизменным! Впала в отчаяние его невеста – и ее родители увезли Юлю в Лондон… Прадед Никиты – Андрон Семенович заметно сдал, после смерти внука Стаса, но благодаря неустанным заботам любящей его Доры, все же находил в себе силы, заниматься бизнесом: сердце Никиты продолжало биться – и прадед считал себя обязанным, сохранить свой бизнес для него!
***
В середине месяца июля: прохладным и дождливым вечером, главный врач клиники Артем Евгеньевич возвращался домой. Поскольку погода стояла ненастная, то и прогуливающихся на улице не было…, но подъезжая к своему дому, Артем, моментально, узрел одинокую фигурку мальчика, одетого не по погоде. Его маленький сосед метался из стороны в сторону – казалось, ему требовалась помощь…- и Артем подъехал к нему:
- Идет прохладный дождик и ты, почти промок насквозь – почему не идешь…- он не успел договорить, как перепуганный ребенок схватил его за руку: - Дядя, дядя, помогите моей тете и маме: скорая помощь никак не едет, а им плохо и мне плохо, и моей сестренке плохо…!!! – и Артем последовал за ним, в дом, где проживали две одинокие и нелюдимые женщины: пожилая и молоденькая красавица…
В доме его ждала удручающая обстановка: пожилая женщина лежала на полу без чувств…, а молоденькая… обливалась слезами над ней, не обращая внимание на рев маленькой дочки:
- Тетя, прошу, умоляю…: очнись, открой глаза…!!! Не покидай меня!!! Как я буду без тебя?! Тетя!!! – Артему, с первого взгляда, стало понятно: молодая женщина, полностью, попала во власть страха… и не владеет собой… - так много для нее значит любимая тетя - и, если не предпринять никаких действий, то и молодой матери понадобиться скорая…, или помощь психиатра?!
Артем поднял Ию с пола, на секунду, заглянул в ее глаза-омуты и понял, что пропал…
- Я, врач…- и помогу вашей тете, только вы, пожалуйста, успокойтесь!!! – Артем склонился над тетушкой Ии и попытался нащупать у нее пульс… - тут и подоспели медики скорой помощи…
- Здравствуйте, Артем Евгеньевич! Сегодня такой хлопотный день: постоянные вызовы – и перекусить не было времени… Вы, давление у пациентки не успели померить?! – врач скорой склонился над Агриппой…
Предоставив пожилую тетю заботам врача со скорой…, Артем, прежде, строго наказал мальчику Кириллу: переодеться в сухую одежду, а, затем, взяв за локоток Ию, повел ее к кроватке орущей дочки… От перевозбуждения, Ию всю трясло – она не могла заняться дочкой – и Артем попросил фельдшера скорой помощи, сделать ей укол…, чтобы снять нервное перенапряжение Ии. В общем, Артему, самому, пришлось менять подгузник девочке – и, потом, кормить малышку теплой смесью – благо, что Ия успела приготовить ее…
Ненадолго, медикам скорой помощи удалось привести в сознание тетю Агриппу – и слабым голосом, она попросила любимую племянницу Ию: не переживать за нее… Затем, скорая помощь уехала и увезла с собой Агриппу: той требовалась срочная госпитализация… Тот факт, что ее любимая тетя пришла в сознание, благотворно повлиял на Ию – затем, и укол подействовал на нее, как и должен был…- и вскоре Ия, крепко, заснула. Насытившись, уснула и ее маленькая дочка Алиса…, а Кирилл успел переодеться в сухую одежду – теперь, с тревогой, взирал на Артема, как на единственного взрослого, в их доме…
- Тебя как зовут? Кирилл, не беспокойся: я не брошу вас одних…- переночую, сегодня, у вас! Только, мне необходимо переговорить с няней моего сына Никиты…- и Артем достал свой телефон.
Няня Никиты не смогла, провести ночь в доме Артема Евгеньевича – пришлось и его сыну Никите прийти с ночевкой в дом Ларисы. Понемногу, мрачная обстановка в доме менялась: словно позабыв о болезни тети Агриппы, беспечно, четырехлетний мальчик Кирилл играл с новым другом Никитой в игрушки, что имелись у него в наличии. В спальне спала Ия, а в детской комнате кроха-Алиса – и Артем, разыскав сотовый Ии, стал обзванивать тех, кто числился у нее в контактах… Первым был папа Глеб…
- Артем Евгеньевич, с моим старшим сыном случилась беда…- он не первый месяц находиться в клинике, в состоянии комы – и, в свободное время, я рядом с ним… Но и Ия, и тетушка Агриппа мне несказанно дороги – завтра, днем улажу все проблемы в университете, где я преподаю, а ночью, я буду у Ии…, так ей и передайте, когда она проснется! Сейчас, я созвонюсь с Ларисой, бабушкой Ии… Артем Евгеньевич, огромное вам спасибо, что не бросили, в беде, мою дочь и внуков!!! Спасибо! Большое спасибо, за вашу отзывчивость!!
После краткого разговора с отцом Ии, интуиция подсказала Артему: и бабушку Ларису могут задержать, на денек, дела в Москве…- и он углубился, в изучение немногочисленных контактом молодой и красивой женщины с дивными глазами… Он обратил внимание на двух Анастасий: одна была записана как староста группы, а вторая числилась Настей-хорошей…- ей Артем и позвонил…
- Настя, а кем вы, приходитесь Ии: в ее контактах вы, отмечены Настей, хорошей…- я такого еще не встречал?! – и приятный женский голос ответил ему: - Ии я прихожусь бывшей золовкой: мой дурень-братец развелся с ней…: не сумел удержать счастье свое!!! В любом случае: и Кирилл, и Алиса приходятся мне племянниками – и я не брошу Ию в сложной ситуации! К восьми я приеду…- Настя положила свой сотовый, подняла глаза и наткнулась на неодобрительный взгляд свекрови…
- Ты, собираешься, отпрашиваться с работы?! Опять?! Заездила ты, моего Игорька: он, только и решает проблемы твоей матери…- теперь, его услуги понадобились и бывшей родне…! – Нелли Фоминична еще, что-то, хотела добавить, но старшая и любимая своей мамой, дочь Ангелина вступилась за Настю: - Мамочка, как можно отказать, в помощи, одинокой женщине с маленькими детьми?! Настя, завтра иди на работу, а к Ии поеду я: у нее двое детей и я свою Любаву возьму…- авось управлюсь!!!
***
Было раннее утро, за окном едва забрезжил рассвет, когда Ия проснулась – она осмотрелась: дверь в ее спальню была распахнута - и приглушенный свет из коридора, проникал в ее комнату. Ия не сразу встала с постели: некоторое время она перебирала в своей памяти события дня, вчерашнего… Ничто не предвещало беды: они сидели в гостиной, на первом этаже и вели неспешный разговор, а рядом с ними, разложив свои игрушки на полу, играл Кирилл – маленькая Алиса спала в детской…
Внезапно, тетя Агриппа зачем-то поднялась с дивана, затем она негромко вскрикнула, схватилась рукой за свою голову…- и, потом рухнула на пол, как подкошенная! Ии, в тот момент, показалось, что любимая тетя и ее надежная опора испустила свой дух – и Ия осталась, совершенно одна, на этом свете, наедине со своими трудностями! Руки плохо слушались ее, но Ия все же вызвала скорую помощь…- потом, разрушительный страх накрыл ее с головой – она плохо соображала… и, только молила тетю, не бросать ее… Ия совсем потерялась во времени…– и не помнит теперь, как вышло, что сосед оказался в их доме? Приехала скорая помощь…- и тетя, наконец, открыла свои глаза, чтобы попросить испуганную Ию: не волноваться… Потом, Ии сделали укол, а тетю увезли на скорой…
- Господи!!! Что же с моими детьми??!!! – встревоженная внезапным домыслом, Ия бросилась в сторону детской комнаты.
Мягкий приглушенный свет слабо освещал коридор, но Ия все же приметила: кожаный диван был разложен и на нем, ближе к краю, спал их сосед, укрывшись пледом, а за его спиной почивали двое детей… Увидев спящего сына Кирилла – Ия почти успокоилась, а, когда в полумраке узрела и детскую кроватку, стоящую рядом с диваном, а в ней свою невредимую дочурку Алису…– Ия вознесла благодарность Небесам! Похоже, ее сосед неплохой человек и предусмотрительный: детей разместил спать рядом с собой, даже кроватку Алисы не поленился, выкатил в коридор…– и дверь в спальню Ии оставил открытой, чтобы приглушенный свет из коридора, проникал и к ней…- и проснувшись, Ия могла быстро сориентироваться, и убедиться, что с ее детьми полный порядок – и волноваться ей не о чем!!!
Ия вернулась в свою спальню, но спать ей не хотелось – она оделась и спустилась на первый этаж, чтобы приготовить горячий завтрак для всех, кто находился в ее доме…
***
Когда Артем спустился в столовую, завтрак был готов – и, вполне вменяемая, красивая и молодая соседка Ия встретила его страстными словами благодарности…
- Что вы?! Я и сам отец…- поэтому и не смог двух маленьких детей оставить на мать, которая пребывала в бессознательном состоянии… Вообще-то, ваш сын Кирилл – молодец: это он подкараулил меня на улице и попросил о помощи! Я, сегодня отправлюсь на работу пораньше, чтобы все разузнать о состоянии здоровья вашей тети – своего Никиту оставлю на вас: наша няня приходит к девяти часам…- потом, Артем поблагодарил Ию за завтрак и ушел в сторону своей половины дома, чтобы сменить сорочку…
***
В восемь часов утра в дверь Ии позвонили – это был Игорь, муж Насти, а за его спиной стояла Ангелина со своей сонной дочкой Любавой…- впрочем, сонливость девчушки, как рукой сняло, стоило ей узреть мальчиков: она сразу сообразила, что с ними можно будет поиграть вдоволь…
- Ия, нам вчера позвонил Артем, твой сосед – мы знаем, что твоя любимая тетушка прихворнула, но у моей Насти, с утра, прием больных…- вот, моя сестра Ангелина вызвалась помочь тебе… Ближе к ночи, должен приехать твой отец Глеб и бабушка Лариса – ты, крепись!!! – и потоптавшись в коридоре, смущенный Игорь отбыл: и его ждали неотложные дела…
Ия и Ангелина, первое время, испытывали некую неловкость, при общении: они слышали друг о друге, но встречаться им еще не доводилось…
- Спасибо, Ангелина, что проявили участие… Мне было столько же лет, сколько, теперь и моему сыну Кириллу…- и мой папа привез меня к тете Агриппе, на время… Мне так понравилось жить с ней – и я осталась у нее на долгие годы – и, теперь не представляю своей жизни без нее: она была мне и подружкой, и наставницей, и опорой – в горе и в радости…!!! - невольные слезы пролились из восхитительных глаз Ии…
- Не стоит говорить о любимой тете в прошедшем времени: она, сейчас находится в больнице, под наблюдением врачей…- даст Бог, поправится…- как могла, Ангелина успокаивала, обеспокоенную Ию.
- Мне хотелось бы надеяться, что тетя Агриппа еще долгие годы будет со мной…, но мне нынешней ночью приснилось пророчество: мой покойный дедушка Никита, который любил тетю и хотел на ней женится…, он пришел в мой сон и вел за руку свою Агриппу… Он просил меня о милости: отпустить с ним ту, которая так дорога нам, обоим! Дед Никита говорил, что бесконечно долго дожидался, когда я повзрослею…- он устал жить в разлуке с любимой!!! Потом, и тетя Агриппа сказывала, о своей непреходящей тоске, по любимому Никите… Во сне, я сжалилась над ними – и дала свое согласие… - тихие слезы печали, обильно текли по щекам Ии – Ангелина подошла и крепко обняла ее…
***
Ия и Ангелина - две молодые женщины, матери-одиночки, брошенные мужьями…- они быстро нашли общий язык… Потом, Ангелина надумала, поведать Ии о своих бедах, чтобы та отвлеклась, немного, от дум о грядущем:
- Знаешь Ия, а все мои беды в жизни происходили от моего чрезмерного послушания… К примеру: мама наказывала мне, не позволять мальчишкам целовать себя и трогать, а мама любимой дочке плохого не посоветует…- вот, я и стала недотрогой! Моя младшая сестра Соня не очень прислушивалась к наказам нашей мамы – и брат Игорь, тоже…- и оба только выиграли, от своего непослушания! Игорь женился на любимой девушке Насте, хотя она и пришла в наш дом с «голым задом» - по выражению нашей мамы…, но брат сумел защитить свою любовь – и они с Настей, счастливо, живут не один год!!! Сестра Соня позволяла многое парню, которого полюбила…- и тот женился на ней! Я упустила свое время – и к двадцати пяти годам не нажила, столь необходимого опыта, которым обладают многие шестнадцатилетние девчонки: они-то знают, как понравиться нужному парню; как себя вести, оставшись наедине с ним…; для них - не загадка, что же хочет мужчина от нее…; и как его до загса довести… Вот, наконец, встретился и мне достойный мужчина Павел – и стали мы с ним встречаться, но ненадолго его хватило: у меня не было, столь необходимого опыта общения с мужчинами – я, даже, не знала, как нужно себя повести в ту… или иную… минуту, а сидя на «пионерском расстоянии», смотреть кино можно и в обществе соседки-пенсионерки – и, Павел исчез из моей жизни, после второго похода в кино… Оценив свои шансы на замужество, я приняла решение: усыновлю ребенка! Сестра Соня родила второго ребенка – дочку, а я пришла ее проведать… Так, вот и узнала о младенце-отказнике: его юная мамаша была наркоманкой – ей ребенок виделся всего лишь обузой! Наперекор моей маме, я отдала все свои сбережения…, но по закону, усыновила этого мальчика…- и ушла в декретный отпуск: малыш Коля был слишком слаб и требовал большого внимания к себе! Что, только не говорили обо мне, в нашем селе…, но мне было все равно: у меня появилось маленькое существо, на которого я могла излить свою любовь, нерастраченную! Благодаря моему Коле, я вышла, наконец, замуж! Когда Коленьке исполнилось три месяца, его разыскал родной дед – отец той наркоманки…– и он стал грозить мне судом, если я, добровольно, не отдам ему внука! А, с какой стати: я усыновила Колю по закону?! И этому деду Александру ничего не оставалось, как повести меня в загс… Знаешь Ия, и, вновь, мне довелось ощутить свою ущербность, как женщине: мой муж был как-то неприятно удивлен, обнаружив в брачную ночь, что я девственница… Первый месяц нашего супружества мы провели довольно счастливо, но у моего немолодого мужа часто возникали проблемы…- и он просил, помочь ему…, а какая от меня помощь…?! Вот, мой супруг и возобновил свою связь с молоденькой, и многоопытной секретаршей…, а со мной, отныне, занимался сексом по необходимости…: где-то раз, в два месяца…
Ангелина смолкла – Ии показалось, что ее новая знакомая, заново, переживает ту боль, что, казалось бы, должна была покинуть ее давно… Еще Ия поняла: выслушивая горькую исповедь этой красивой женщины, она стала меньше тревожиться за тетю Агриппу и за себя…
- Потом случилось страшное…- продолжила свою исповедь Ангелина: - Мужа Александра навестил старинный друг с внуком…- они, вскоре, ушли, а наш Николенька захворал гриппом…- и его ослабленный организм, плохо справлялся с заболеванием…- никакие новомодные лекарства не приносили нашему сыну облегчения! Александр положил в больницу Колю – и я была рядом с ним: он, постоянно, плакал – я потеряла счет времени - и сама, от недосыпания, пребывала, словно, в горячке… Коля умер у меня на руках, а я не могла поверить в его смерть – и не выпускала его, из своих рук… Тело Коли смогли изъять у меня, когда я упала в обморок… Тогда и я подверглась медицинскому осмотру, и мне вкололи успокоительное…– я проспала часов шесть, как мне кажется, а, когда я проснулась, медики огорошили меня известием: оказалось, я была беременна уже два месяца… Тогда, я подумала о судьбе: ведь, немало и многоопытных женщин, но тем не менее и они не могут устроить свою личную жизнь?! Похоже, как бесполезная неопытность, так и избыточность опыта, в делах сердечных, могут стать помехой, на пути к счастью! В общем, после похорон Коли, муж мне объявил, что больше нас ничего не связывает – и он намерен развестись со мной…- мне же следует принять правильное решение…- и сделать аборт… Но я решила, проявить неповиновение перед мужем и родной матерью: я, страстно, захотела родить своего ребенка…- не взирая ни на, что… Потом, выяснилось: секретарша, тоже, забеременела и, возможно от моего мужа, а поскольку Александр собирался с ней создать новую семью…- то и мой ребенок был ему без надобности! Ия, знала бы ты, какой прессинг они устроили мне!!! Гинеколог заявила, что мне не родить здорового ребенка! Пошла на УЗИ – и врачиха-узистка, первоначально, никакого ужасного прогноза не озвучила мне…, но через день, ко мне домой, заявились Александр со своей новой женой: они трясли передо мною снимком УЗИ, на котором, якобы, был изображен плод, который я вынашиваю – и от этого уродливого эмбриона мне лучше было бы избавиться!!! Снова, в крайне навязчивой форме, мне диктовали, как «лучше» поступать…- и я указала им на дверь! Александр пришел в бешенство – и заявил, что на уродца, которого я рожу, он не потратит ни копейки!!! Его женушка еще не раз объявлялась в нашей деревне, обходила с тем снимком УЗИ всех деревенских кумушек…- представляешь, какой Ад она пыталась мне устроить?!!! Я, твердо, заявила своим родным, что ребенка, которого я ношу…, его я непременно рожу и буду любить свое дитя, не смотря на все его уродства!!! Моя мама пыталась изображать обмороки, но все же смирилась с моим решением…- оставшиеся пять месяцев я ходила по селу, а мне, вслед, крутили пальцем у виска… Теперь, я думаю, если бы я не изведала, ранее, горькие плоды повиновения чужой воле, я бы уступила желанию посторонних – и избавилась бы от своего ребенка! Сейчас, не радовала бы меня моя славная дочка Любава, которая родилась здоровенькой, на диво всем односельчанам! У Александра и его жены родился мальчик со множеством патологий…- это снимком ее УЗИ, она трясла перед всеми… Представляешь, какими тварями могут быть люди: эта секретутка требовала от меня, чтобы я лишила жизни своего здорового ребенка…- так боялась, что богатый папик бросит ее и вернется ко мне!!! Чтобы женить на себе Александра, она выносила и родила ребенка с ДЦП и кучей сопутствующих патологий… Бог с ними…- пусть живут, как могут – это их выбор!!! – щеки Ангелины порозовели, а интуиция подсказала Ии, что, ни с кем, эта женщина не была так откровенна, как с ней…
***
Ближе к вечеру, возвращаясь домой, Артем ненадолго зашел к Ии…
- Ия, крепитесь: я принес вам печальное известие! Несмотря на все усилия врачей…, ваша тетя Агриппа скончалась сегодня, во второй половине дня… Примите мои самые искренние соболезнования!!! Если вам будет что-то нужно… вы, только скажите! Я уже позвонил вашему отцу и вашей бабушке и оповестил их, о случившемся горе… Ия, вы можете рассчитывать на мою помощь – обращайтесь днем и ночью…- вот, мой номер телефона! Кирилл, положи листочек с моим номером в определенное место, когда понадобиться помощь, звони мне, а по улице, раздетым, в холод, не бегай! Договорились?
Артем ушел, дома его ждал сынишка… Ангелина подошла к Ии и крепко обняла ее, и не отпускала до тех пор, пока внутренняя дрожь не покинула Ию...
Поскольку Ии было трудно говорить - по телефону, с Глебом и Ларисой, говорила Ангелина…
***
Ночью зазвонил телефон, и сонная Ангелина взяла трубку…
- Ангелина, я стою у входа в дом…- откройте мне, пожалуйста…- и она побежала к входной двери.
Печальный мужчина, который переступил порог дома Ии, выглядел значительно моложе и привлекательнее ее бывшего мужа Александра – у Ангелины учащенно забилось сердце и смотрела она на отца Ии во все глаза…
- Вы, стало быть, Ангелина? Можете и вы, обращаться ко мне по имени, поскольку разница в годах, между нами, некритичная…- отрекомендовался импозантный Глеб - и Ангелина, отчего-то, густо покраснела.
Тем временем, Глеб поднял свои глаза вверх и узрел: по лестнице, к нему торопливо спускалась любимая Иечка… Прижав к груди милую дочь, Глеб не сдержался, принялся: изливать ей свою боль, в поисках сочувствия…
- Здравствуй, родная!!! Знаешь, мне нестерпимо горько – и не только из-за смерти любимой тети: твоя мать Ольга бросила меня…, а на прощание, среди прочих гадостей, она изрекла, что никогда не была счастлива со мною!!! Ни единого дня!!! И ушла, за потным и неряшливым мужиком - в секту: с ним она познала боль, но и высочайшее наслаждение, которое подняло ее до Небес! Сказала она… Ия, а я так старался, сделать ее счастливой…- расшибался в лепешку все годы…, а она… Я не мог к тебе приехать раньше: Ольга хотела продать посторонним людям квартиру, что досталась ей от ее матери. Я не хотел, чтобы в квартире Веры Ивановны, твоей бабушки, жили посторонние люди, пользовались ее вещами… Прости, дочка!!! Я отдал Ольге все девять миллионов рублей, что накопил для тебя и внуков, но, зато, Ольга и ее мужик, сегодня же, побывали со мной у нотариуса - и переписали квартиру Веры Ивановны в нашу пользу… Вот, держи кольцо моих прабабушек…- его я подарил Ольге на помолвку. Наш брак распался - и кольцо я забрал, и ожерелье, что было на Ольге в день нашей свадьбы…- теперь, все это твое!!!! – было заметно, какую нестерпимую боль все еще испытывал Глеб, из-за ухода жены…- Ия, оставив в стороне свою печаль, крепко обняла своего отца…
- Знаете, Глеб, а ваша жена еще пожалеет, что покинула вас…, только исправить ничего уже не сможет!!! – пророчески, произнесла Ангелина…
Потом, Ия и Ангелина накрывали на стол, чтобы в два часа ночи, удрученный Глеб мог утолить свой голод вкусненьким…- и он оценил их хлопоты, и градус его настроения повысился: невзирая на утрату любимой и преданной тети! Потом, Глеба посетила спасительная мысль: несмотря на все колкие и обидные слова Ольги, произнесенные ею с особым презрением, он вовсе остался не один, как перст, а со своей обожаемой доченькой Ией и восхитительными внуками – Кириллом и Алисой…, а еще есть Никита - и, несомненно, он нужен всем им! И миловидная Ангелина, его новая знакомая, с таким восхищением, поглядывает на него…- все в его жизни может вполне перемениться к лучшему!
Насытившись, Глеб отправился спать уже не в таком унылом настроении - и заснул он, едва его голова коснулась подушки… Он проспал пять часов, а проснувшись, Глеб был готов, к многочисленным хлопотам: его тетушка Агриппина должна быть похоронена достойно, как она того и заслуживала…
***
В столь поздний час, пожилой Андрон Семенович, в одиночестве, сидит у постели правнука Никиты: тот все еще пребывает в состоянии комы… Глеб, впервые за многие месяцы, покинул своего приемного сына – и отбыл в другой город: ему предстояло заняться похоронами дражайшей, но усопшей тетушки. Отсутствие Глеба в родном городе, лишило Андрона Семеновича душевного покоя, несмотря на то, что, вместо себя, Глеб оставил фотографию, которую положил на грудь неподвижного Никиты… На том фото был запечатлен Глеб и Никитка в возрасте двух недель, отроду: его маленькая голова и часть туловища уместились на раскрытой ладони Глеба…: так мал был когда-то их любимец - все, кто смотрит на эту фотографию, испытывают чувство умиления, как и сам Никита… Теперь, их Никита немощен – и непонятно: к границе жизни или смерти он находиться ближе всего?! Туманное обозначение…- кома…
После того раза, как сердце Никиты внезапно остановилось…– Андрон Семенович стал боятся, панически, отлучек Глеба: вдруг, у Никиты, снова остановится сердце, а Глеб далеко…- и врачи не справятся…- и Никита умрет, как умер его отец Стас!!! Чем жить, тогда, ему, если и правнук помрет??!! Андрону Семеновичу было намного спокойнее, когда он знал: Глеб всякий вечер навещает Никиту в больнице и лично осматривает его! Ранее, у их любимого мальчика дежурила его невеста Юля, но постепенно, она утратила надежду…- и впала в депрессию – родители увезли ее в Англию… Сегодняшнюю ночь, Андрон Семенович сам надумал провести с правнуком: наличие фотографии на груди Никиты, его прадед счел несерьезным оберегом.
***
В отделении реанимации постоянно царит тишина, но в ночные часы – безмолвие, особенно нестерпимо, и давит Андрону Семеновичу на мозг, уши и душу…– и грустные мысли начинают одолевать его: он немолод – и совсем скоро пробьет его час…, а ему так хочется пожить, еще годков двадцать…!
Вид немощного Никиты приводит Андрона Семеновича в состояние уныния…- он, даже пожалел о своем порыве: случись, что… с правнуком, чем поможет присутствие прадеда в палате Никиты?! Он вознамерился, убрать фотографию с груди Никиты и поставил ее перед своими глазами: ночь предстоит долгая и трудная, и эту тяготу Андрон Семенович, из страха, сам себе устроил – лучше уж заострить все внимание на маленьком Никите…
- Пра…, зачем ты, забрал у меня фотографию?! Мне понравилось, чувствовать ее на своей груди – верни, пожалуйста, фото мне…- сонным голосом, внезапно и тихо, произнес Никита…
От неожиданности, Андрон Семенович оторопел: на миг, ему показалось - слова, сказанные Никитой, пригрезились ему…, но дежурные - врач и медсестра вбежали к ним в палату…, подключенное к Никите оборудование, подало им сигнал…
Андрон Семенович положил фотографию на грудь правнука, как тот и просил – Никита прижал фото к себе, рукой и повернулся на бок…
- Я еще посплю немного…- промолвил Никита, сонно – и провалился в глубокий сон, присутствующие в палате, медики и его прадед, услышали его ровное дыхание…
- Поспи, поспи правнучек, коли не выспался за все эти месяцы…- Андрон Семенович вышел из палаты вместе с медиками, чтобы попросить их, вывести его из клиники, через приемный покой: все остальные двери, этого лечебного учреждения, в столь поздний час, были закрыты на ключ…
Быстрым шагом, возбужденный прадед Никиты дошел до стоянки, сел в свою машину…- и через двадцать пять минут, разбуженная им Дора, кормила своего обожаемого Андрона наваристым борщом…: так оголодал ее сокол!
Проснувшись поутру, Андрон Семенович, сперва позвонил в больницу: за ночь многое могло перемениться, но дежурный врач подтвердил – этой ночью, пациент из палаты реанимации...- Никита Невзоров вышел из состояния комы – на данный момент, его состояние удовлетворительное… Прослезившись, Андрон Семенович сделал дозвон Глебу… Это утро и Глеба, и Ию встретило доброй вестью…
***
- Папа, мне, вновь приснились дедушка Никита и тетя Агриппа: они вместе куда-то направлялись, но увидели заблудившегося мальчика, тот стоял на границе некой туманности и не решался шагнуть в нее…- дедушка Никита и тетя Агриппа указали, в какую сторону ему следует идти… Мне почему-то кажется, что на границе Миров, они повстречали заплутавшую душу нашего Никиты – и он сумел выйти из комы, благодаря их подсказке, и именно нынешней ночью… - Ия загадочно посмотрела на своего папу, но, что его дочь желала услышать в ответ, Глеб не понял – и промолчал…
- Понимаю, мое предположение выглядит смехотворным…, но, что ты, скажешь на это?! Во сне, мои куклы, вновь говорили со мной: утешали меня, подбадривали…, а, потом сказали, что я достойна владеть данной медалью – и наградили меня вот, этим: за мое терпение, выносливость и отвагу! На глазах у изумленного Глеба – Ия взяла в руки одну из своих кукол, которую звала Еленой, перевернула спиной к себе и расстегнула пуговки на ее платье – потом, нажала на невидимую кнопку – и тайник открылся… Ия достала из недр тела куклы Елены ожерелье: когда-то, очевидно, оно поражало всех своей красотой, роскошью и блеском бриллиантов…, но в дальнейшем, владелицы данного богатства проходили проверку, на прочность, голодом и холодом…- революции 1917 года, затем, голод 30-х годов и страшные испытания Великой Отечественной войны 1941-1945…- они и их близкие выживали благодаря бриллиантам, что вынимали из глазков «ожерелья» и меняли их на дрова, муку, крупу… Теперь, Глеб и его дочь Ия смотрели на пустые глазницы ожерелья, и по оставшимся бриллиантам, постигали историю величия и выживания рода, начиная с юной Елизаветы… Вот, последней владелицей ожерелья-«медали» была Ольга – это она была мамой трех дочек: Розы, Риммы и Елены…- чья красота приводила в смущение многих…
- Ия, с раннего детства ты, обожала играть с этими куклами – и не подозревала о существовании тайника в куклах?! Знаешь, я думаю, это не куклы говорят с тобой: полагаю, куклы являются средством связи с внешним миром для прабабушки Елены, тетушек Розы и Риммы, и для бабушки Веры…- необходимо этот бесценных дар беречь и далее, для нашей Алисы…
- Папа, а «куклы» меня почти уговорили: мне не стоит удерживать около себя любимую тетю Агриппу! Ведь, и она достойна счастья: быть рядом со своим любимым Никитой! Не стану больше плакать – не то тетя пожалеет меня и не последует за своей любовью, а застрянет из-за меня, между Мирами! Это было бы ужасно! Папа, а, что будем делать с землицей, которую Агриппа привезла с могилы твоего отца?! – Ия посмотрела на Глеба с волнением – и он ответил дочери: - Не волнуйся, дорогая: эту землю мы положим в ее гроб…
***
Сестра Лариса предстала перед гробом старшей сестры Агриппины перед самым захоронением усопшей…
- Прости сестра, что появилась поздно: так случилось, что на вчерашний день у нас с Денисом Георгиевичем была назначена свадьба – и гости были приглашены… Верю, что ты, Агриппа, отнесешься с пониманием и не затаишь злобу на меня! Мир твоему праху! – Лариса взяла горсть земли и бросила ее в могилу, на закрытый гроб - за ней последовал ее супруг Демид Георгиевич…, потом, подошел Глеб и, сперва, высыпал землю из холщового мешочка на гроб Агриппы… Когда все пришедшие отдали последнюю дань усопшей, ее гроб был засыпан землей – и свежий могильный холмик вырос рядом с могилами родителей почившей…
На поминках, в ресторане Глеб, Ия, Артем и Ангелина держались вместе – на них, четверых, легли все хлопоты, связанные с похоронами тети Агриппы – теперь, когда погребальная церемония осталась позади, они почувствовали облегчение: не подвели они дражайшую тетушку! И, конечно же, Игорь с Настей помогли им, чем могли…
***
Поздним вечером, Артем с сынишкой Никитой завернул на огонек в дом, родительский. Дремлющего внука Никиту, Евгений Ильич отнес на своих руках в детскую. Тем временем, Светлана Фроловна выпытывала у сына Артема: подробности церемонии похорон милейшей Агриппины Федоровны, в каком ресторане справляли поминки, и кто присутствовал…?
- Все прошло достойно, пристойно…- в общем, как и положено: на высшем уровне! Вот, сестра покойной – Лариса Федоровна со своим мужем, едва успели: гроб уже опустили в могилу – она, запыхавшаяся, повинилась перед старшей сестрой, за свой поздний приход и бросила горсть земли, на гроб Агриппы, за ней и ее муж…- любящий и любимый племянник Глеб был ими подвинут, не говоря об Ии… Нет, Глеб и Ия выложились по полной…
- Артем, не знаешь, где эта Лариска со своим Егоркой шлялась, что, даже, на похороны своей сестры, родной опоздала? – Светлана не смогла удержаться, чтобы не излить порцию желчи на свою недоброжелательницу.
- Мама, не знаю о каком Егорке ты, ведешь речь: мужа Ларисы Федоровны зовут Денис Георгиевич…- они вчера сочетались законным браком! Никто же не знал, что Агриппина Федоровна, скоропостижно, скончается, а у этих молодоженов и дата свадьбы была заранее назначена, и ресторан заказан, и гости приглашены… Когда сумели, сразу и объявились на похоронах…- Артем посмотрел на мать…- ее изумление, удивило его…
***
Через неделю, после похорон тетушки, Глеб объявился в палате, у выздоравливающего Никиты, со спортивной сумкой… В палате, кроме сына, находилась его бывшая невеста Юля со своей мамой…
- Здравствуйте… - поздоровался со всеми Глеб: - Юля, рад тебя видеть, вновь! Вы, давно вернулись из Англии? – добавил он и положил сумку на тумбочку, расстегнул на ней молнию - и из недр сумки донеслось чихание, шевеление…– затем, Глеб, как факир, вынул оттуда малыша, которому было с полгода, отроду…
Глеб, с крохой на руках, подошел, вплотную, к кровати на которой лежал Никита:
- Познакомьтесь друг с другом: Никита, эта дивная девочка доводиться тебе сводной сестренкой; Натэллочка, этой красивый и взрослый мальчик приходится тебе старшим братом…- и наравне со мной, он позаботиться о тебе…! - одной рукой, пододвинув стул к постели сына, Глеб присел и выдохнул, протяжно…, но несмотря на очевидное внешнее сходство Никиты и малышки Наточки, в палате повисла напряженная тишина: присутствующим необходимо было время, на обдумывание…
Первой, в себя пришла Юля и она потянулась за девочкой:
- Глеб Никитич, можно мне подержать Наточку на руках? Боже, а откуда у малышки такие синяки на теле? – ужаснулась Юля, завидев на ручке девочки следы избиения…
- Вот, и я ужаснулся, когда обнаружил синяки на теле крохи… Один раз, в месяц, я привозил ее матери деньги, на содержание малышки…- и, по-моему, семьдесят тысяч рублей – не мало, для такой крохи… Никита, ты, видел эту Любу - медсестру, что работала с твоим отцом? Она замужем и имеет двух сыновей… Когда забеременела третьим, не подозревающий об изменах жены, муж настоял, чтобы девочку она родила…Они оба светловолосые и белолицые – когда мужу показали новорожденное дитя: черноволосое и с глазенками цвета спелой вишни…, у него не возникло сомнений, что его жена нагуляла этого ребенка на стороне! Муж, тогда, ушел от Любы, обращаться к Стасу, за помощью, она не могла: тот в тяжелом состоянии лежал в госпитале – Люба подкараулила меня на улице, когда я, в очередной раз, приехал в их часть, консультировать… Все эти месяцы я исправно снабжал Любу деньгами, а в этот раз пришел в тот момент, когда малышке пеленки меняли, увидел синяки и обалдел… Пацаны и Люба убеждали меня, что бьют Нату дети, сами: из-за нее, их бросил отец, а они по нему скучают… Теперь, муж вернулся к Любе… Я решил не игнорировать факт избиения малышки и пригрозил полицией – и мне отдали девочку, и Люба написала отказ от нее, и свидетельство о рождении Наты, Люба в конце концов отдала, а сначала не хотела: придется Любе выходить на работу..., раз моих денег лишилась!
В разговор надумала вступить мама Юлии, по профессии – адвокат…
- Глеб Никитич, необходимо, безотлагательно провести медицинское освидетельствование – и все синяки девочки зафиксировать, по закону…- иначе эта Люба, позднее, может заявить, что вы, отобрали у нее дочь силой, без всяких на то оснований… Следует поторопиться - и приступить к ходатайству: о назначения вас опекуном несовершеннолетней… Смотрю вы, измотаны: похоронами тети, уходом вашей жены…- мы с Юлей дадим ход делу, а там и Никита выздоровеет окончательно! Но медлить не стоит: иначе, девчушку могут у вас отобрать – и Бог знает, в каких грехах обвинить!!!
В конце концов, Никита и Юля, они отправили Глеба домой, отсыпаться: в понедельник, с самого утра ему читать лекции студентам, а вечером у него прием пациентов, в университетской клинике…- Юля и ее мама Маргарита, пока, позаботятся о малышке – ведь, они Никите не чужие люди…
Вовремя, появился в палате у правнука Андрон Семенович со своей Дорой – и узрев маленькую Натэллочку, он заявил: всякую заботу о правнучке он берет на себя…- и в его компании имеется первоклассный адвокат…, но он намерен, обратится за помощью к отчиму Глеба…- Денису Георгиевичу…- тот способен подобную проблему разрешить быстро и без лишней огласки!
***
Юля со своей мамой Маргаритой вышли из клиники понурые – этот ушлый Андрон Семенович, своим вмешательством, может разрушить взаимоотношения Юли и Никиты, которые переживают период реставрации, если можно так выразиться… Ни Никита, ни Юля не обмолвились и словом о том, что ее жених оказался на больничной койке, в состоянии комы, из-за измены Никиты… Только, ведь, и Юля «не без греха»…
***
Юля некоторое время провела у постели немощного Никиты, но ее в Лондоне заждался еще один кандидат в мужья – и Маргарите удалось, уговорить дочь, «не валять дурака»: Юля давно не юная девочка – может остаться и одинокой…, если свое время упустит!!!
Юля жутко опасалась остаться в «старых девах» и поспешила в Лондон! Английский «джентльмен», без пяти минут муж, не удержал в узде свои порывы – и избил Юлю, перед самой свадьбой, за ее «фривольность» … В один миг Юля лишилась очередного жениха и ребенка: у нее случился выкидыш… Когда Юля вышла из клиники, «джентльмен» примчался к ней на квартиру: вымаливал у нее прощение, стоя на коленях; божился, что подобное не повториться никогда – и пытался вручить Юле дорогое ювелирное украшение. Отец Юлии был, категорически, против: чтобы дочь простила этого мерзавца и вышла за него замуж! Возможно, лишь затем, чтобы побывать в роли невесты…, Юля и согласилась бы на брак с таким буйным джентльменом – и, впоследствии была бы бита мужем и не раз… Отец Юлии использовал последний козырь, против англичанина: сообщил дочери, что Глебу Никитичу удалось-таки вывести Никиту из состояния комы…
В первую очередь, мама Юлии – неугомонная Маргарита развила бурную деятельность – и, пока ее дочь восстанавливала свое былое очарование и остатки девичьей свежести в косметических салонах Лондона, ее мать «содрала» с буйного бывшего Юлии немалую компенсацию, за нанесенный ущерб красоте и здоровью Юлии! И, вот, мать и дочь уже в России: у постели выздоравливающего Никиты – и все складывалось неплохо для Юлии – и Глеб, приемный, но любимый Никитой отец, высказал свое одобрение, в связи с появлением в жизни сына его бывшей невесты…- и, здрасти… вам – появился, совсем некстати, Андрон Семенович – и отобрал у них малышку Нату… Такая печаль! Только бы он не прознал о неудавшемся английском замужестве Юли!
- Поскольку ты, дочка больше не сможешь иметь детей, необходимо убедить Глеба …- и удочерение Натэллы оформить на Никиту и тебя! – вслух, рассуждала Маргарита, а ее Юленька уныло мотала головой: она уже разуверилась в своем счастье…
Бог, похоже, был на стороне Юлии: через месяц состоялась ее свадьба с Никитой, а еще через две недели молодые супруги стали приемными родителями Натэллочки…- сестренки Никиты. По настойчивому требованию Андрона Семеновича, молодые родители вместе с дочкой поселились в его квартире – и это было удобно для всех! Теперь, Андрон Семенович каждую свободную минутку мчался домой: к любимой крошке Наточке, которая была так… похожа на свою бабушку Нонну… Никита отложил подальше свой диплом врача – теперь, вместе с Юлей учиться управлять обширным бизнесом своего прадеда… Верная Дора поджидает своих домочадцев со вкусной едой. Маленькой Натэллочке подобрали няню, на конкурсной основе, а за ее добросовестной работой следит строгая Маргарита: она не желает, чтобы с единственным ребенком ее дочери Юлии случилось худое…
***
Признательный Андрон Семенович, в знак своей особой благодарности, клинику, которую некогда создавал для обожаемого внука Стаса, нынче, переписал на Глеба: ведь, благодаря разумным советам Глеба – Андрон Семенович подсуетился вовремя…- и внук его не сгнил в тюрьме... Потом, заботами того же Глеба, кровный сын Стаса - Никита так и остался в неведении, что биологический отец убил его любимого деда Кирилла… Глеб вытащил Стаса из бездны безумия – и внук, при помощи того же Глеба, вернулся к профессиональной деятельности…- и, когда сердце Стаса перестало биться, он был похоронен с воинскими почестями! А, ведь всего этого могло и не быть, но Глеб постарался, в первую очередь, ради любимого приемного сына Никиты! Того же Никиту он вытащил из комы, а все врачи, что осматривали правнука, не давали хороших прогнозов… И, теперь, не бросил в беде беспомощною дочку Стаса – Натэллочку… Страшно подумать, что стало бы с любимой крохой Андрона Семеновича, если бы Глеб, сперва не помогал ее матери деньгами, а, потом, когда малютка стала подвергаться избиениям – Глеб отобрал Натэллочку у ее непутевой матери! Натэллочка – она дана ему в награду, на старости лет… Он, Андрон Семенович, обожает правнука Никиту…, но Натэллочка…- это, нечто, особенное!!!
Последовал примеру прадеда и Никита: он отдал Глебу документы на квартиру, что когда-то ему купил отец Стас…- тогда он обожал свою «берлогу» - ныне, ненавидит: она напоминает ему о Вике!!! Это элитное жилье папа Глеб сможет продать, а вырученные деньги потратить на реорганизацию своей клиники, что он получил в подарок от прадеда Андрона…
***
С приобретением в дар клиники, у Глеба добавилось хлопот – потом, еще и бывшую квартиру Никиты следует продать…- отзывчивая Ангелина предложила Глебу свою помощь… Надо ли говорить, что общие хлопоты их сблизили – и Глеб с Ангелиной стали близки по-настоящему: как муж и жена…
Внутренний хаос…
Ольга лежит в постели, смахивающей на сеновал: ее подушка, матрас и одеяло, которым она укрывается, набиты соломой…– Ольге кажется, что и мозги, в ее голове, замещены сухой и колючей соломой… Кроме нее, в комнате находятся еще двенадцать «соломенных» женщин: их владыке – Зверобогу, подобным образом, легче контролировать своих поданных…- в каждой группе, состоящей из мужчин и, отдельно, из женщин всегда находиться тот, что доносит на своих, чтобы заслужить себе мизерные послабления, в их рабском существовании…
***
Совсем недавно состоялась очередная месса – и вновь, чтобы без труда вступить в контакт со Зверобогом, а через него ощутить гармонию земного с божественным, по кругу был пущен кубок с «духовным» напитком… Глотнув пару глотков из «священного» кубка, все поданные Зверобога, моментально, ощущают колоссальную внутреннюю свободу и готовы, принять «истину», которую им, всякий раз, внушает их земной божок – Зверобог! На протяжении всей мессы их земной Зверобог пребывает в состоянии интенсивного нервного возбуждения – и одновременно, он зоркий и затаившийся наблюдатель, за происходящим вокруг него - тем и опасен, как самый лютый зверь…
***
Второй раз, за те три месяца, что Ольга находится в секте Зверобога, до нее «священный» кубок доходит почти пустым – вот и сегодня ей досталось лишь несколько капель…- они, частично, сняли ее внутреннее напряжение, но не позволили ей войти в ту стадию упоения, от поклонения их верховному божеству и пережить, наравне со всеми, «божественное безрассудство»! Наоборот, совсем некстати, Ольга осознала всю глубину своей деградации - и познала парализующий животный страх, запнувшись о реальность!
***
С отцом Анисимом, Ольгу познакомила ее давняя недоброжелательница Полина – и поначалу, этого неопрятного и дурно пахнущего мужлана, она не восприняла никак, совсем никак… Но ее уже взяли на заметку: этот Анисим занимался вербовкой женщин в секту его предводителя «Зверобога»…
Повторно, Ольга натолкнулась на Полину и ее приятеля-самозванца «отца Анисима», когда возвращалась из клиники, где в палате реанимации лежал ее любимый сыночек Ники…
Прилипучий, словно изжеванная жвачка, Анисим потащился за Ольгой – и уговорил опечаленную женщину, откушать мороженного в кафе. Приглашение Анисима, Ольга приняла, чтобы…- затем, избавиться от него… Беседа между ними не завязывалась – слишком, неприятен был ей спутник – и Ольга была поглощена своими, невеселыми раздумьями! Несвоевременно, но ей пришлось, отойти в дамскую комнату – и, пока Ольга отсутствовала, Анисим, из своей фляжки, капнул чуток «духовного напитка», в ее мороженое.
Откушав мороженого, с «божественной» добавкой, Ольга почувствовала себя внутренне раскрепощенной – и несчастье, случившееся с ее Ники, не казалось, ныне, Ольге катастрофичным… - и она приняла предложение Анисима… Ольга сама удивлялась себе: теперь, этот «отец Анисим» ей не кажется узколобым вонючкой…- и на его несвежие простыни, Ольга легла без чувства гадливости - правда, до этого момента, Ольга сделала еще глоток, из его фляжки… Между Анисимом и Ольгой состоялась интимная близость – и она познала боль и блаженство - и пережитый ею, экстаз вознес Ольгу над обыденной реальностью – и для нее перестали существовать и сын Ники, и муж Глеб, и Ия…
***
- Зверобог поможет тебе, как помог и нам, найти путь к познанию себя… С ним и с остальными его подвижниками ты, постигаешь истину…- и освободишься от пут ложной нравственности, стыда, гордыни…: станешь частью Вселенского сознания… Вкусишь и свою, звериную сущность: она вырвется наружу, чтобы осветить все неприглядное в тебе…- и примирит твой разум с чувствами…- внушал Анисим, одурманенной действием наркотика, Ольге – и та была на все согласна…
***
Красивая двадцатилетняя женщина проснулась среди ночи – и до утра не смогла уснуть: в ее голове все звучал и звучал печальный женский зов, обращенный, именно к ней…:
- Ия…, Ия…, Ия… я пропала, совсем пропала!!! Прости, меня!!! Я пропала: сиганула в такую пропасть!!! Ия, прости меня!!! Я совсем пропала…
Утром, накормив своих детей Кирилла и Алису, Ия оставила их на помощницу по хозяйству Нюру, а сама отправилась в ближайший опорный пункт полиции…
- Послушайте, гражданка! Я правильно понял: ваша мать, добровольно, примкнула к секте, которых в России развелось, как грибов, после дождя…?! – участковый, в звании лейтенанта полиции, не вынес взгляда печальных и задумчивых бездонных сине-фиалковых глаз, восхитительной гражданки – и капитулировал…
- Пишите заявление…- объявим вашу мать во всесоюзный розыск.
***
Все познается в сравнении – теперь, Ольге было, с чем сравнить свою прежнюю жизнь с Глебом! Уходя от мужа, она наговорила ему много гадостей, но больнее всего резанули Глеба слова, сказанные Ольгой напоследок:
- Я никогда не была счастлива с тобой!!! Ни единого дня!!! – после этих ее слов, лицо у Глеба посерело, казалось его сейчас хватит удар…
***
В секте Зверобога, куда она попала стараниями «любимого» Анисима, Ольга быстро осознала, как же она заблуждалась, в отношении мужа Глеба!!! По прибытию на место, «милый друг» Анисим представил Ольгу главе секты Зверобогу, а сам удалился…– затем, помощники Зверобога лишили ее банковской карточки, на счету которой находилось девять миллионов рублей и изъяли все ценные вещи, драгоценности, с которыми Ольга прибыла в секту, а взамен ей выдали холщовое платье, клеенчатый передник, галоши…- и направили новую «сестру» на общественную работу: в свинарник…
Три месяца Ольга работает в свинарнике, с утра и до вечера, не разгибая спины – у нее было время осознать: как же берег и холил ее муж Глеб – и лицо той цыганки часто снилось ей, и ее вещие слова! Жизнь без Глеба оказалась для Ольги каторгой, а она бессловесной рабой главы секты Зверобога…
Поначалу, эти вечерние мессы, с «причащением» наркосодержащим напитком, веселили ее - и безудержные оргии, что следовали, затем – они забавляли Ольгу: до прихода в секту, она вела довольно однообразный образ жизни замужней дамы – и, вдруг такой поворот… Ольга довольно скоро испытала горькое разочарование: ее душе вдруг стали противны ежедневные совокупления с разными партнерами-«братьями» - и даже «божественный» напиток, содержащий наркотик, не мог притупить в ней чувство гадливости…
Тяжелая работа днем и безудержные вакханалии вечером…– таков был распорядок дня на каждый день, для «братьев и сестер» секты Зверобога – и после трех месяцев пребывания в секте, Ольга стала постепенно тупеть - и почти смирилась со своей участью… Прежняя жизнь с Глебом ей начала казаться райским сном, мечтой, упущенной грезой…, но, вот, ее разбудили – и о теперешней ее реальности Ольге лучше было не задумываться: Зверобог беспощаден ко всем, в чьем лице прочтет сомнение…
Однажды, в ее беспокойный сон прорвалась мама Вера – и она плакала…
- Дочка, что же ты, сотворила со своей жизнью?! Если ты, не выберешься в ближайшее время из секты богохульников и отщепенцев, в Ином Мире нам не быть вместе: тебе не найти дороги к нам…- не позволят! Пока не потерян последний шанс, беги из секты, шибко беги!!! Не бойся земного Зверобога: небесная кара пострашнее будет – не найдешь меня вовек!!! – плачущая мама Вера исчезла так же внезапно, как и появилась, а Ольга проснулась от страха – и до самого утра не смогла заснуть: все вспоминала, что слишком поздно узнала о смертельной болезни мамы, приведшей к ее смерти – ныне, ей грозит разлука с мамой…, вечная!!! Жуть пробирала Ольгу, словно морозная стужа…
***
Со следующего утра Ольга работала в свинарнике особенно усердно: убирала навоз за многочисленным поголовьем свиней, раздавала им корм, наливала воду в корыта, но мысли ее работали четко и в лихорадочном ритме.
- Чтобы не привлекать к себе внимание этого Зверо…, напиток следует испить – и, затем дожидаться удобного момента… Шанс, он быстротечный, как всполох, на небе…- не упустить бы его… Если и настигнут меня, и забьют до смерти, как того мужика…- все равно получится, по-моему - и я обрету возможность: сбежать из секты к маме, в Мир Иной…- Ольга, на миг, подняла лицо к солнцу, а на ее губах блуждала блаженная улыбка…
- Чему так радуешься?! – она встретилась глазами с главой секты…
- День хороший, работа спориться…- промямлила Ольга и покорно опустила глаза…
- Привыкает, похоже, к нашей жизни…- пояснил, затем, старший скотник…
***
Ольга испила из кубка даже больше, чем обычно – для храбрости, потом, посмотрела в сторону сектантского «божка»: тот отвлекся на новенькую – и Ольга, пригнувшись, под прикрытием надвигающейся темноты и кустарника, побежала в сторону коровника… Ее никто не окликнул – и она перелезла через невысокий забор: наркотик подействовал на нее – она не чувствовала ни боли, ни страха, а все бежала и бежала, к спасительной кромке лесополосы…
Побег Ольги обнаружили минут через пятнадцать: мужик, которому она должна была принадлежать этим вечером, не найдя свою забаву, подошел к главе секты:
- Зверобог, прости, что беспокою тебя из глупости, но женщины, обещанной мне сегодня, я не могу отыскать?! – под действием наркотика, он улыбался, улыбкой блаженного…: - Из глупости?!!! Идиот, не уследил за своей бабой!!! Анисим, бери мужиков в помощь и собаку…, но беглянку мне разыщите!!! Пожалуй, я с вами отправлюсь: загоним эту суку, как зверя!!! – его ноздри хищно раздулись - в этот момент, его изуверская сущность проявилась во всей «красе»…- несентиментальному Анисиму стало страшно, словно, расплата за побег ожидала его, а не Ольгу…
***
Загнать Ольгу, как зверя, у сектантов не получилось, хотя они, почти ее нагнали…: она бежала, не чувствуя своих ног и не разбирая дороги – и выскочила на шоссе, прямо под колеса грузовика. Из кабины машины выскочили водитель и командир…, из кузова повылазили солдаты-срочники...
Военных было больше, чем сектантов - отбить беглянку не удастся…– прикинул в уме «божок» сектантский…- им ничего не оставалось, только со стороны, наблюдать: за погрузкой окровавленной Ольги в кузов грузовика.
- Сдохла твоя зазноба – остаешься в этот раз без сладкого…- заявил Зверобог, по своему прибытию… Всех ждет смерть, лютая, кто надумает: изменить нашему Божеству!!! – одурманенных наркотиком сектантов, не тронули страшные слова, произнесенные их верховным «божком»: осознание случившегося, наступит завтра, а сегодня…
***
Военные доставили Ольгу в ближайшую районную больницу и поведали прибывшему следователю, что пострадавшую преследовали с собаками: издалека был слышен их лай…- поэтому женщина бежала, не замечая ничего, вокруг себя…
- Лицо пострадавшей я уже видел где-то?! Возможно, она в розыске?! – поделился своими мыслями с дежурным врачом следователь, который прибыл в больницу их по вызову…
***
Ии позвонил участковый лейтенант полиции и назначил ей встречу в опорном участке…
- Гражданка Невзорова, на ваш запрос… мы получили ответ – и для вас у меня печальное известие: женщина, назвавшаяся Ольгой Невзоровой, была сбита грузовиком и доставлена в районную больницу городка Л…, где и находиться по настоящее время, в тяжелом состоянии… Вот, адрес медицинского учреждения… - молодой лейтенант полиции смотрел на Ию и «тонул» в ее бездонных и загадочных глазах…
Вернувшись домой, Ия тут же созвонилась со своим отцом и поведала ему: в каком состоянии пребывает Ольга, ее мать…
- Как же, теперь быть?! Дочка, я предложил Ангелине обвенчаться через неделю: полагал, что следов Ольги не найти – позднее, рассчитывал получить развод автоматически…- поскольку вы, наши дети, совершеннолетние…, не должно было возникнуть препятствий…- известие Ии весьма озадачило Глеба.
- Папа, не ты, выступил инициатором распада вашего брака: мама сама бросила тебя, ради какого-то Анисима…– я не вижу никаких препятствий, для вашего венчания с Ангелиной!!! Считаю, что ты, достоин любви и счастья, папа!!! Когда мама поправится, заберу ее жить к себе… В данный момент, я прошу тебя поехать со мной в ту больницу: я видела маму последний раз, Бог знает, сколько лет назад – боюсь признать ее однофамилицу за свою мать… Понимаешь меня? Если, это мама, осмотришь ее, оценишь степень ее травм: ведь, она угодила под колеса грузовика… Еще, хочу обратиться к Демиду Георгиевичу: полагаю, что у него есть такая возможность, чтобы вертолетом, транспортировать маму в клинику нашего «Софьино»…- в другой город я к ней не наезжусь…Твою Ангелину я прошу приехать ко мне, в помощь Нюре: одной, той будет трудно справиться с домашними делами и присмотреть за Кириллом и Алисой…
***
Взволнованная Ангелина, уже оплакивала потерю желанного Глеба – и в поисках моральной поддержки, позвонила своей матери Нели Фоминичне:
- Мама, почему я такая несчастливая?! Дочь Глеба разыскала свою мать в клинике, аж другого города!!! Та сбежала из секты и попала под машину – теперь, Ия просит Глеба поехать вместе, к пострадавшей матери… Правда, якобы его дочь намерена, после выздоровления Ольги, забрать ее жить к себе: говорит, что Глеб достоин любви и счастья, а Ольга его сама бросила…, но, вдруг Глеб расчувствуется – и примет блудную жену назад?! Ия просила меня приехать к ней, чтобы присмотреть за ее детьми, пока она в отъезде будет…- мама, я так расстроена - привезу к тебе Любаву: приглядишь за внучкой?!...
- Чтобы оценить всю степень опасности…, мы вместе поедем к дочери Глеба: пора и мне познакомиться с его дочкой Ией и внуками… Уже хорошо то, что его дочь признает, право своего отца на новую любовь и счастье!!! Пора познакомится поближе с будущей родней, а Любаве будет с кем поиграть: Кирюша всего на год старше твоей дочки… Ангелина, не робей – и, даже, не думай, что какая-то сектантка сумеет отобрать твое счастье!!! - Неля Фоминична была готова, драться львицей: за счастье своей любимой дочери…
Зря переживал Глеб и напрасно волновалась Ангелина: ко времени их прибытия в районную больницу городка Л…, от полученных травм, Ольга скончалась – и Глебу с Ией пришлось, лишь опознавать покойную… С транспортировкой тела усопшей, по счастью, не возникло проблем: вертолет, одолженный Ии другом Демида Георгиевича, оказался весьма кстати…
***
Ия не спала почти полночи, но связала, крючком, своей покойной маме, облегающую ее забинтованную голову, шапочку из белой пряжи: в ажурный замысловатый рисунок вязки, Ия искусно прибавила россыпь мелких цветочков, из золотистого люрекса… Вообще, в гробу Ольга лежала, словно спящая красавица-невеста: три месяца каторжного труда не успели стереть с ее лица остатки былой красоты; на ее голове красовалась белая с золотистым, шапочка; платье на Ольгу надели белое, хлопковое и отделанное белым кружевом; покрывало, что накрывало ее чуть выше пояса, тоже было белое и отделанное кружевом, и на натруженные руки Ольги надели белые кружевные перчатки…- истинной Белоснежкой выглядела Ольга, на своих похоронах…
Стоя у могилы матери, Ия мыслила: хорошо, что она надумала разыскать свою мать, которая родила ее, но пусть и не любила, при своей жизни…- и, теперь Ия знает, что ее мама упокоилась рядом со своими родителями и тетушками, а не пропадает с сектантами неизвестно, где…
Глеб смотрел на лицо покойной жены Ольги – и вся их совместная жизнь промелькнула перед его глазами: их первая встреча, его любовь к Ольге, ревность к Стасу – затем, Ольга вернулась к нему, но родила сына от Стаса…
- Неужели, правда: Ольга не была счастлива со мною ни единого дня?! Теперь, не переспросить ее…, но к нелюбимой дочери Ии, взывала она, когда ей понадобилась помощь! Вероятно, что-то в своей жизни Ольга переоценила?
Бывшие приятельницы усопшей Ольги тоже присутствовали на ее похоронах, но прежде всего их внимание было сосредоточено на Глебе и Ии, солидных - Ларисе Федоровне и Демиде Георгиевиче, Никите и его жене Юле.
Та из приятельниц, что неизменно сообщала Полине, о происходящем в семье ненавистной им Ольги - и в этот раз, не взирая на траты, распечатала фотографии с похорон: Ольги – в гробу, и присутствовавших… - Глеба, Ии, Никиты, Юлии, Ларисы Федоровны…- они смотрелись такими успешными и цветущими! «Доброжелательница» Полины отправила ей фотографии на зону заказным письмом, с припиской:
- Думаю, немногим удавалось сбежать из секты, в которую ты, пособила Ольге попасть… Она, точно, была поцелована Богом – и, пусть из секты, Ольга прямиком угодила на Тот Свет…- зато, как красиво выглядит в гробу, а какие пышные поминки ей устроили…- сплошное объедение!!!
***
Получив письмо с воли, Полина внимательно просмотрела фотографии – и позавидовала мертвой Ольге, вновь…!!! И Никита, и Ия вышли «сухими», из каверз, что им подстраивала коварная Полина…- и, это вызвало в ней приступ отчаянного бессилия! Полину даже скрутило от физической боли – и вытирая злые слезы со своего лица, она рвала, в мелкие клочья, ненавистные фотографии…- и не ведала, что настоящее отчаяние еще поджидает ее…
***
Глеб с Ангелиной, с замирающими сердцами, выжидали, когда пройдет 40 дней, со смерти Ольги – и, затем им ничто уже не помешает, сочетаться законным браком… Ия, забыв о своих прежних любовных неудачах, «упала» в объятья надежного Артема, словно созревший плод – ныне, они вместе проводили ночи, полные страсти! Их дети – Кирилл и Никита скоро осознали, случившиеся перемены – и возрадовались сближению одиночек-родителей: между мальчиками всегда царило полное согласие, но, теперь, они посчитали себя истинными братьями! Маленькая Алиса, в силу своего возраста, не осознавала происходящего, пока…– и блаженствовала, стоило взрослым поменять ей памперс, покормить вкусной смесью, чтобы она не ведала голода.
Наконец, наступила долгожданная дата…- и, оставив под присмотром Нюры и Зины своих детей: Кирилла, Никиту и Алису – Ия с Артемом отправились на празднование бракосочетания Глеба с Ангелиной…
На том празднике жизни они веселились без оглядки и от души: Ии и Артему показалось, что все темное и печальное покинуло их навсегда! Хотя, с чего бы? Пару дней, до этого события…, по скайпу, с Артемом связался его тесть, который проживал в Новой Зеландии… Сей властный «джентльмен», ранее, отпустил Артема с сынишкой в Россию, после гибели его дочери Ларисы в автомобильной аварии: у ее машины отказали тормоза… Теперь, тесть обмолвился, что намерен Никиту забрать себе… От этого разговора, у Артема остался неприятный осадок, но он успокоил себя тем, что, ныне он находится в России – и без его согласия, Никиту вывезти заграницу тесть не сможет!
***
Дед Виталий объявился внезапно: нежданный, как прошлогодний снег – и трехлетний Никита испытал страх, увидев его! Внучонка всегда пугал взгляд деда…- ледяной, недобрый и пронзительный…, а еще и папы-защитника дома не было, как на грех…- Никита совсем растерялся.
- Ник, подойди и поцелуй своего дедушку! – властно, потребовал мужчина…: - Твоего отца дома нет? Не беда: мы и без него хорошо проведем время!
Няня мальчика Никиты обратила внимание, что вверенный ее заботам ребенок, боится родного деда – и поспешила, нарушить планы Виталия:
- Уважаемый дедушка Никиты: в данный момент, вашему внуку полагается дневной сон, который благоприятно воздействует на весь организм маленького мальчика – и, в частности, на детскую нервную систему…- няня Зина отметила, про себя, какой радостью вспыхнули глаза Никиты…
Няня Зина, лишь догадывалась, что пожилой Виталий не был человеком сентиментальным…- и его вовсе не интересовало мнение женщины, которая пыталась пойти ему наперекор…- внука своего он любил, по-своему, но и от него не потерпел бы неповиновения…
- Ник, дневной сон вреден, для настоящего мужчины!!! Что полезно, для такого мужичка как мой внук…- исполнение любых желаний – и мы поедем в большой магазин игрушек, и я куплю тебе все, что ты, пожелаешь!!!
Заманчивое предложение деда Виталия пересилило страх Никиты…- и он кивнул деду головой… Кирилл, что с тоской наблюдал, как злой дядька уводит от него названного брата, решил молвить свое слово:
- Дядя, а можно и мне поехать с вами? – на его просьбу, странный дядька ответил зло и откровенно: - Мальчик, а на кой… ты, мне??! Я приехал к своему внуку, которого давно не видел…- ты, нам совершенно без надобности!!! – он взял за руку Никиту и повел к машине, а няня Зина, почуявшая беду, тем не менее стояла, как вкопанная: понимала, если она встрянет опять…, этот жесткий мужик может взбеситься и избить ее, немилосердно…
***
Дед увез своего внука, а Зина все пребывала в состоянии остолбенения: не знала, как ей поступить… Нюра, теперешняя помощница Ии по хозяйству, надумала успокоить товарку:
- Зина, что ты, переживаешь: не чужой человек, а родной дед увез твоего Ники… Имеет право… Кстати, Кирилл: настало время тихого часа…- умой лицо и руки…- и в постель! В данный момент, это будет полезнее, чем поход по магазинам: всему свое время! – заключила Нюра и они направились в свою половину дома, а Зина поплелась в сторону другой половины…
***
В ресторане, где Глеб и Ангелина праздновали свою свадьбу, было весело и шумно…- еще и тамада, постоянно, пользовался микрофоном…- Артем пропустил три телефонных звонка от няни Зины… По страшному стечению обстоятельств, известие…: его сынишка был в машине, что взорвалась…- до Артема дошло раньше – и, только, потом до него дозвонилась няня Зина - и сообщила своему работодателю, что приехал дед Никиты и забрал его с собой…, а она никак не смогла, помешать намерениям того деда!
Узнав о страшной гибели своего трехлетнего сына, Артем, сперва не поверил…, потом ему на память пришла картинка из прошлого: жена Лариса поссорилась со своим деспотичным отцом – и села в его машину…, поскольку тесть отобрал у дочери ключи от ее машины… Его жена уехала, на встречу своей гибели! Теперь сомнений нет: кто-то пожелал убить его тестя Виталия, но погибла его невинная дочь! Чертов деспот явился в Россию, уверенный, что недруги, здесь его не достанут!!! Самоуверенная скотина: мало того, что сдох сам…- он потянул за собой и Никиту!!! – мозг Артема закипал, плавился, от догадок и предположений…, а, затем…, он, мысленно, стал проклинать Ию, с «ее свадьбой»: из-за нее, он оказался так далеко, от своего беззащитного малютки-сына!!! Права была мама - и стоило держаться подальше, от этой малахольной!!!! Теперь ничего не изменить: его сын мертв!!!
Не ко времени, к Артему подошла веселая Ия: она еще не ведала, какое страшное горе постигло ее любимого…- и беспечно, потянула Артема за руку. Его глаза, полные ненависти и ожесточения, и призрения…, как дуло заряженного пистолета, в упор, посмотрели на Ию: она - главная виновница, произошедшей трагедии!!! У Ии, машинально, мелькнула мысль: если бы у Артема был с собой пистолет, сейчас, он выпустил бы в нее всю обойму! Но в, чем ее вина??!!! Ия была растеряна: откуда у Артема столько ненависти к ней? Должна же быть адекватная причина??? Она не видела за собой вины…
Тот, кто совсем недавно был эталоном нежности…, грубо оттолкнул, теперь…, уже ненавистную Ию от себя – и ушел, не попрощавшись, и не оглянувшись… Ия осталась одна - стояла и плакала, от отчаяния: вновь, она приняла желаемое за истину – и, вновь ошиблась! Артем, даже, не потрудился объяснить, в чем она виновата перед ним?! Но, Боже, сколько ненависти в его взгляде, было обращено на нее!!!!! Убийственной ненависти!!!!!!
Ангелина, первая, узрела: что-то произошло, между Артемом и Ией – и она поведала о своей догадке Глебу – они вовремя увели Ию, от людских глаз... Оставшись наедине с отцом и мачехой, Ия дала волю своим слезам.
- Ия, не стоит так безутешно плакать! Я предоставлю тебе свой автомобиль – и мой водитель отвезет тебя домой. Через 3,5 – 4 часа будешь дома, рядом со своими детьми…- возможно, и Артем одумается, и явится, просить прощения…- вездесущий Демид Георгиевич не знал, как ему успокоить дорогую девочку Ию…
***
Смыв с лица горькие слезы и, слегка, охладив разгоряченное лицо, под струями холодной воды – затем, Ия направилась к машине, что уже ожидала ее… Ее отец Глеб и его Ангелина, Лариса Федоровна и Демид Георгиевич вышли, проводить ее…
- Милая, прошу: не терзай себя!!! – Глеб, глядя на переживания дочери, сам готов был заплакать: - Дочка, в субботу, во второй половине дня мы с Ангелиной приедем, проведать тебя и внуков… - Ия совсем обессилила – ничего не ответила отцу, на прощание, лишь, махнула рукой…
Машина тронулась с места…, Ия откинулась на спинку сидения и закрыла свои глаза…- всю дорогу, до самого дома, она даже не шелохнулась… Водитель решил, что Ия уснула – и не тревожил ее, но она не спала: ее всю дорогу преследовал взгляд Артема, пылающий ненавистью и ожесточением, и призрением…
К девяти часам вечера Ия была дома. Едва она вышла из машины, ей, навстречу, тут же поспешили: сынок Кирилл и нянюшки – Нюра и Зина.
- Мама, приехал дед Никиты и увез его… Такой противный и злобный дед, скажу я тебе…- он взял за руку Ию и повел ее к дому, а с другой стороны к Ии пристроилась Нюра, та тихо прошептала ей: - Такая беда приключилась с этим дедом и Никитой: их машина взорвалась…- сейчас, все об этом, только и говорят…
- Няня Нюра, что вы, шепчете маме? Мне тоже интересно знать! – заинтригованный Кирилл надеялся, что и его просветят…, но Нюра берегла мальчика от переживаний и сменила тему: - Кирилл, что такого интересного я могла сказать твоей маме? Артем уволил тетю Зину – теперь, она плачет… - ведь, ты, знал об этом… Ладно, Ия Глебовна, пожалуй, и мы поедем домой с Зиной: Алису я накормила и подгузник ей поменяла – теперь, она спит, а вы, с Кириллом поужинайте, пока не остыла еда на плите… Вашего водителя устрою на ночлег у себя, вдруг в нашей гостинице мест нет…
Расстроенная и заплаканная Зина, и притихшая Нюра направились к машине…- уставший от долгого сидения за рулем, водитель, не спеша отъехал от дома Ии…
***
Опустошенная, душевно, Ия медленно поднималась по лестнице, на второй этаж, она не смотрела себе под ноги: ее мысли были заняты Артемом…
- Горе горькое постучало к Артему: его малышка-сын погиб страшной смертью…, но причем здесь я???!!! Не я выступила заказчицей этого вопиющего преступления!!! Не я прикрепила бомбу к днищу машины…, но Артем, люто…, возненавидел меня!!! За, что??!!!
Почувствовав, что нога ее шагнула в пустоту, Ия успела схватиться за периллу – это спасло ее от падения с лестницы, на спину, с высоты собственного роста…, но она все же упала неудачно, подвернув ногу и сильно ударившись головой – после, ей было не до Артема: Ия потеряла сознание…
Кирилл стал свидетелем, как оступилась его мама на лестнице, и как неловко упала – он подбежал к Ии, но она лежала с закрытыми глазами и не отвечала ему, а одна ее нога была неудобно подвернута… Мальчик осмотрелся по сторонам: помощи ему ждать не от кого…- тети - Зина и Нюра, отработав свое время, уехали…, на втором этаже спит маленькая Алиса…- значит, он единственный, кто как-то может помочь своей маме?!
Внезапно, его осенило – и Кирилл побежал за листочком, где был записан номер телефона дяди Артема: уж он поможет маме, ведь он любит ее! Кирилл, словно в тумане, набирал номер телефона и ему ответили…
- Дядя Артем, мама упала на лестнице и ударилась головой – теперь, она лежит и не двигается, как будто умерла… Помогите, нам!!! – взмолился испуганный четырехлетний ребенок…, но услышал ответ, от которого повеяло могильным холодом…: - Твоя мать умерла?! Да, хоть десять раз помрет…- пусть на мою помощь не рассчитывает: мне все равно!!! – и в трубке Кирилла зазвучали пронзительные гудки…: его собеседник отключился от связи.
Перепуганный и шокированный ответом взрослого, Кирилл попробовал еще раз, дозвониться до Артема: возможно, тот был пьян – и не понял его…, но в этот раз ему ответили, что абонент не доступен… От отчаяния, Кирилл сел на ступеньку, рядом с неподвижной мамой и разрыдался: он плакал горько и безутешно, минут десять – лишь, затем, его рыдания прервал звонок в дверь!
Всхлипывая на ходу, Кирилл бросился к входной двери: наверное, дядя Артем понял все…- и поспешил маме на помощь…– во всяком случае, на это понадеялся, приободрившись, мальчик Кирилл?! Открыв входную дверь, он понял, что ошибся… Затем, в незнакомце Кирилл признал родного отца, но тот должен быть в Америке?!
- Кирилл, сынок, ты не узнал меня? Я твой папа, но почему ты, плачешь? – поинтересовался Алексей и, сквозь слезы, его сын промолвил: - Маме очень плохо: она упала на лестнице – и, теперь лежит, и не шевелится…
Алексей вбежал внутрь дома - и ему сразу бросилась в глаза, лежащая в неудобной позе, Ия… Он влетел, вверх, по лестнице – и склонился над ней…, Ия была жива, но без сознания – Алексей схватился за свой телефон…
- Алло, скорая!!! Молодая женщина неудачно упала на лестнице – теперь лежит без сознания! Приезжайте, скорее!!! Кто звонит? Муж…- и Алексей продиктовал адрес, где, ныне, проживала его Ия…
Алексей приобнял сына, но тот уже успокоился: его папа приехал из Америки, чтобы помочь ему и его маме, что может быть лучше?!! Проснулась и подала голос Алиса – и Алексей наказал Кириллу, чтобы тот открыл дверь медикам, со скорой, а сам побежал к дочери, которую не видел ни разу, за те девять месяцев, что малышка живет на этом свете…
Он сменил Алисе памперс и спустился с дочерью, на руках к Кириллу…, а скорая помощь все не ехала… Алексей присел на ступеньку, рядом с сыном – склонился над Ией и с любовью, и тревогой посмотрел на нее… В этот момент, Ия пришла в сознание…, но не сразу поняла, что с безграничной любовью и тревогой на нее смотрит бывший муж Алеша…
- Неужели он все еще любит меня?! Но, почему ушел к другой?! – пронеслось в больной голове Ии – и звонок в дверь добавил дополнительную боль ее, ушибленной голове…- перед тем, как снова отключиться, до нее донесся встревоженный голос Алексея: - Доктор, моя жена неудачно упала и сильно ударилась головой – и, кажется, повредила одну ногу… Я не стал ее трогать, чтобы не усугублять ее травмы…
Потом, Ия не почувствовала, как врач скорой помощи осматривал ее, но пришла в сознание, когда медсестра поднесла к ее носу ватку, смоченную в нашатыре… Про себя она отметила: пока она была без сознания, Алексей и доктор переместили ее на первый этаж и уложили на диван…
- Что скажете, голубушка? Вас необходимо доставить в больницу: у вас сотрясение мозга и, надеюсь, только растяжение…, а не перелом, в области щиколотки…
- Я не хочу в больницу: у меня маленькие дети…- Ия заплакала – Алексей бросился ее успокаивать: - Дорогая, не надо плакать: у тебя голова еще сильнее заболит! Доктор, может быть вы, назначите лечение, уколы… какие? Дома я присмотрю за ней, а в больнице, ночью, все равно никаких процедур не делают… Не беспокойтесь: ваши усилия я оплачу! – Алексей достал из кармана небольшую пачку стодолларовых купюр…- и врач согласился…: - Мы еще съездим на один вызов…- потом, нашей бригаде положен обед, но мы приедем к вам…- наложив тугую повязку на поврежденную ногу Ии, медики уехали…
Алексей напоил водой Ию, положил на ее лоб прохладную влажную салфетку, а под поврежденную ногу – подушку…- и боль, терзавшая ее, немного стихла – Ия задремала… Убедившись в том, что его мама не умрет…: не теперь…- спать отправился Кирилл – и его сестренка Алиса, выпив из бутылочки необходимое количество теплой детской смеси, крепко заснула… Алексей, еще не свыкшийся с разницей во времени…, бодрствовал и в одиночестве дожидался, обещанного визита медиков со скорой…
Медики приехали, но позднее обговоренного времени… Ию, вновь, осмотрели, смерили ей температуру и давление…- затем, медсестра сделала ей укол и еще Ию уговорили принять пару таблеток…- боль Ии утихла совсем, к тому же ее перестали, преследовать глаза Артема, сжигающие ее своей ненавистью…- она простила ему, нанесенную ей незаслуженную обиду и отпустила свою душевную боль - и крепко уснула…
Алексей решил быть благодарным до конца – и пригласил медиков перекусить с ним, чем Бог послал…- и они задержались в доме Ии минут на сорок, но когда поехали на следующий вызов, на прощание, Алексей их одарил долларами – и все остались довольны…
С утра, дня следующего, на работу пришла Нюра и она была встречена незнакомцем -Алексеем, который, ныне, помышлял лишь о сне – и ничего объяснять ей не стал, но его сынок Кирилл за ночь выспался – и оттого был полон сил… Ребенок и принялся рассказывать маминой помощнице, как Ия оступилась на лестнице, как она упала и лежала, неподвижная…, и, как Кириллу было страшно!!! Поведал Кирилл, Нюре…, что он обратился за помощью к дяде Артему и, что тот ответил, испуганному мальчику…- потом, когда Кирилл совсем отчаялся и только плакал, и плакал…, в дверь позвонили…, но пришел на помощь не Артем, а, это его папа прилетел из Америки, чтобы спасти маму-принцессу - Ию, сына Кирилла и дочь Алису!!!
Глядя в раскрасневшееся лицо мальчика и в его горящие глаза…, Нюра, без труда, воссоздала своим воображением, картину вчерашней трагедии, что разыгралась после их, с Зиной, ухода! Затем, она набрала номер телефона Ларисы Федоровны, бабушки Ии…- и прибавив от себя драматичных штрихов и темных красок, к рассказанному Кириллом…, Нюра поведала об ужасе, что вчера пережили Ия, Кирилл и маленькая Алиса…, пока не появился Алексей…
Нюрин рассказ, в пересказе Ларисы Федоровны, ввергнул в состоянии шока, в первую очередь – Глеба и Демида Георгиевича… И Ангелина, и Настя с Игорем посочувствовали мальчику Кириллу, которому не исполнилось и пяти лет, а он уже подвергся такому страшному испытанию: остался наедине, с пребывающей в бессознательном состоянии мамой!!! А еще и малышка Алиса…: если бы вовремя не появился Алексей, чтобы Кирилл, который сам недавно вырос из памперсов, делал с малюткой Алисой? Как бы Кирилл менял ей памперсы, а смесь сумел бы приготовить, чтобы накормить сестренку?! Как вовремя объявился их отец – Алексей!!! И позабыв, что, ранее, своих детей Алексей бросил…- теперь, близкие Ии… были готовы молиться на него!!!
***
Дожидаться, когда вернется водитель Демида Георгиевича они не стали: терпения не было – из областной столицы до поселка городского типа Софьино добрались на вертолете… Водитель, которому Демид Георгиевич повелел вернуться к дому Ии, успел вовремя – Ию удобно разместили на заднем сидении, а Глеб занял место рядом с водителем и они, не спеша, отправились в платный медицинский центр, чтобы Ии сделать МРТ…
***
По прошествии необходимого времени, Ия окончательно поправилась, но ее Алеша в Америку больше не вернулся: он развелся со второй женой Амалией – и вернулся к первой, Ии, что была дадена ему Богом… Маленькая Алиса обрела, наконец, отчество своего родного отца и в ее свидетельстве о рождении: в пустующей графе «отец», записали Макарова Алексея…
Ия, на сей раз, не собиралась рожать: ей казалось, что, глядя на ребенка, рожденного от двуличного Артема, ей будет мерещиться его взгляд, полный ненависти! Ия упорно сопротивлялась уговорам близких и планировала, пойти на аборт…, но приключилась беда с ее сыном Кириллом: с ним случился нервный срыв, когда он все же узнал о гибели друга Никиты… Кирилл стал плохо кушать, и главное - спать, а если и засыпал, его мучили кошмары – и в его сны, всякую ночь, являлся плачущий Никита… Полночи Алексей носил Кирилла на своих руках, а когда тот засыпал, отец ложился спать рядом с ним, чтобы вовремя среагировать, если его сына, вновь станут терзать кошмары…
***
Ия не донимала Алексея разговорами о личном: она не раз, за последнее время, вознесла свою благодарность Небесам…- своевременное появление ее Алеши, стало спасением для нее и их сына Кирилла… Ей и представить было страшно, теперь, как она, в одиночку, борется с нервным срывом Кирилла: убаюкивать пятилетнего сына, расхаживая по дому с ним, держа его на своих руках…- у Ии не хватило бы, физически, сил!
Потом, собравшись с духом, Алексей попросил Ию сделать УЗИ…, а не торопиться с абортом, и она не смогла ему отказать. Вернулись они из женской консультации с обоюдной уверенностью: этого малыша следует родить…
- Кирилл, посмотри на первое фото твоего младшего братишки Никиты! – Ия протянула Кириллу снимок УЗИ: - Если все сложиться хорошо, через семь месяцев у вас с Алисой появиться братик… Назовем его Никитой! Согласен?! – Кирилл плохо слушал маму, он, с интересом, смотрел на снимок УЗИ вместе с папой Алексеем…
- Этот малыш и правда, похож на моего друга Никиту: такой же большеротый и улыбается так же, как улыбался Никита… Спасибо тебе за братишку, мама! – Кирилл забрал себе снимок УЗИ, а Ия и Алексей переглянулись, не понимая, где Кирилл узрел улыбку и большой рот???
***
С того дня, Кирилл обрел прежнюю беззаботность и кушал, и спал нормально…- и погибший Никита, во сне, больше не тревожил своего старшего друга Кирилла…- и ночные кошмары отступились от него! Через семь месяцев народился на свет мальчик Никита: большеротый и улыбчивый, и больше всех, из родных…, этому крохе полюбился его старший брат Кирилл.
***
Жизнь продолжила идти своим чередом… Семья Ии перебралась, на постоянное жительство, в областную столицу: поближе к папе Глебу…
Глеб не может скрыть своей радости: теперь, он ежедневно видится со своей дочкой и внуками!!! Отныне, квартира покойного Кирилла Сергеевича не простаивает заброшенной: Ия поселилась в бывшем жилище деда, со своим семейством! К ним, часто, захаживает в гости брат Ии - Никита со своей женой Юлией и дочкой Натэллой. Особенно, по выходным дням и праздникам, когда собираются вместе их дети – Кирилл, Алиса и малыш-Никита, Натэлла и Любава, дочка Ангелины…- в четырехкомнатной квартире Ии становится шумно, как на птичьем рынке! Чтобы понизить градус детского шума, Алексей предлагает детям, поиграть в прятки…- вот, сестренку Алису не удается найти, даже ее старшему брату Кириллу – и все потому, что Ия показала дочке тайное место, где в раннем детстве ее прятал дедушка Кирилл…
Невзирая на то, что Ия работает на дому: занимается переводами с английского и немецкого языков, все же ей пришлось бы очень тяжело, без помощницы по хозяйству – Зины... С раннего утра, Ии следует накормить горячим завтраком мужа Алексея и сына Кирилла: муж работает в их частной клинике - у Глеба, его заместителем по хозяйственной части - а сын, ныне, учится в школе… Потом, дочка Алиса и сынок Никиточка требуют к себе внимания: их и накормить надо, и погулять с ними следует, и сказку им почитать, и рисованием заняться, и спать их вовремя уложить…- еще и приготовить пищу для семьи из пяти человек - на обед и ужин – и дом в чистоте содержать, и себя, и детей…- Ии, без трудолюбивой и ответственной Зины, никак не обойтись… Сама Зина довольна, что, наконец, нашла работодателей, которые ценят ее: как человека и все те усилия, что прилагает она…- и оплата ее труда соответственная, и почет, и уважение ей оказывают в этой семье…
***
Теперь, Ангелина нечасто навещает свою мать, Нелю Фоминичну: мужу Глебу и дочке Любаве требуется много внимания…- в очередной приезд дочери, Неля Фоминична поинтересовалась у Ангелины…:
- Дочка, не жалеешь, что второй раз вышла замуж: все ты, пропадаешь в заботах о Глебе своем, как некогда суетилась возле Александра?! Не вижу я разницы, между ними: что Александр пропадал, днями и ночами, на работе – и Глеб помешан на лекциях, пациентах и своей, личной клинике…
Прежде, чем ответить, Ангелина, загадочно улыбнулась своим мыслям...
- Что делать мама, если мужчины так устроены: на первом и втором… месте у них их дело?!!! Разница между Александром и Глебом огромная: если мой первый муж уезжал из дома в свой офис…- это вовсе не значило, что он впряжется в работу, а не станет «впахивать», лежа на своей секретарше? На всевозможных мероприятиях он предпочитал появляться в обществе своей теперешней жены… С Глебом все иначе: у него каждая минута расписана…- лекции, прием пациентов в университетской клинике…- потом, работа в своей клинике много времени отнимает – и хорошо, что из Алексея вышел хороший помощник ему… Потом, и Глеба приглашают на различные приемы… Еще он занимается научной деятельностью, начиная с вечера…- и если Александр, неизвестно где, бывал…, Глеба я имею возможность лицезреть, в его рабочем кабинете…- и далеко за полночь, устав от своих трудов праведных, он ложиться спать в нашу постель – и не пренебрегает близостью со мной… Раньше, когда я появлялась с Александром на приеме…, женщины улыбались мне, снисходительно, а за спиной…, посмеивались надо мною… Теперь, Глеб на всех мероприятиях бывает только со мною, может еще Ию взять с Алексеем, но, это другое… Ныне, на меня женщины смотрят уважительно, а «за глаза» они завидуют мне страшной завистью: моему статусу жены Глеба - талантливого доктора наук и профессора, востребованного врача и успешного бизнесмена… Любая, из них, с великой радостью, поменялась бы со мной местами – и обхаживала бы Глеба, и подавала бы в кабинет моему мужу, на подносе, куриный бульон или чай с лимоном…- и грелась бы в лучах его славы, но профессорской женой величают меня! К тому же, мой Глеб довольно молод и у меня велик шанс стать женой академика! К примеру, Александра никогда не интересовала его родная дочь, а Глеб не обходит вниманием и мою Любаву! Нет, между Александром и Глебом никак нельзя ставить знак «равно»!!! Нет!!! Хорошо, что Ольга не сможет встать между нами! - Ангелина улыбнулась матери, улыбкой женщины, довольной своей участью…
- Слава Богу, что тебе повезло с Глебом! Я рада за тебя, дочка! – Неля Фоминична была женщиной сметливой – она осознала сразу, правдивость слов, прозвучавших из уст ее Ангелины.
В дверь Нели Фоминичны постучали…- ее пришли проведать две подруги. Едва Ангелина глянула на них, сразу припомнила, что забыла о главном:
- Мама, я, ведь приехала попросить тебя об одолжении: моего Глеба пригласили выступить на международной конференции…- он, уже точно, в день твоего рождения будет в Америке… Дело в том, что он хочет и нас с Любавой взять с собой: посмотреть на другую страну, иных людей… У нас созрело предложение: твой день рождения отметить дважды… Двадцатого числа отпразднуешь в кругу подруг – и Игорь с Настей будут, а позднее, когда мы вернемся домой…, твой юбилей отметим с шиком: в ресторане…- Алексей уже и банкетный зал, в ресторане зарезервировал… Мамочка, если ты, против…- мы с Любавой не поедем никуда, хотя и очень хочется?! – Ангелина посмотрела на мать, умоляюще…
Неля Фоминична, придирчиво, оглядела своих подруг и осталась довольна впечатлением, что произвела на них Ангелина…
- Что поделать с вами, дочка? Поезжай и поглазей на энту Америку…: у меня такой возможности не было, так хотя бы вы, мои дети и внуки, мир посмотрите… В ресторане места будете заказывать - и моих подружек не забудьте сосчитать, и сестру Соню с мужем! – важная Неля Фоминична подняла вверх указательный палец…
- Как можно мама, о Соне забыть?! Никого не забудем! Впрочем, Алексей заедет к тебе, чтобы свериться со списком приглашенных… Кстати, тот же Алексей, на днях, получил свою часть прибыли, от американской закусочной…- и сестре Насте даровал триста тысяч долларов – теперь, наш Игорь свою фирму по перевозке грузов намерен открыть, на эти деньги… Мама, перестань Настю обзывать голожопой: пусть и с кое-каким опозданием, но за ней дали приданое… - и немалое! – пораженная известием, Неля Фоминична, шумно, сглотнула слюну…
***
Никиту Невзорова, с раннего детства, отличало от остальных детей: его обаяние вкупе с красотой, инициативность, умение найти общий язык со сверстниками… К своим тридцати годам Никита постарался довести до совершенства все полезные качества, коими владел с рождения. Ныне, он забыл про свой диплом врача…- успел получить дополнительное, финансовое образование, что было Никите крайне необходимо: обширная бизнес-империя, созданная его прадедом Андроном Семеновичем, перешла в его управление… А, старенький Андрон Семенович отошел от дел и радуется жизни, наблюдая ее со стороны: рано ушел из жизни любимый внук Стас, но его сын Никита оказался достойной сменой ему; жена Никиты – Юлия отличный финансист – и из нее вышла отличная жизненная опора правнуку; Натэллочка – эта славная малышка, как теплое солнышко, светит и греет своего прадеда…, одним своим присутствием рядом! Славно, что Никита и Юлия удочерили Натэллочку! Величественная, но постаревшая Дора, по-прежнему, дорожит своим соколом-Андроном и изо всех сил старается, продлить век своему любимому… Славно!
***
Бизнес-империя под руководством Никиты Невзорова процветает – и этого красивого, и обаятельного, и молодого, и успешного бизнесмена, журналисты с ТВ, часто делают героем своих репортажей… Один, из таких репортажей и посмотрела заключенная колонии Виктория…
Увидев на экране того, чьей женой ей страстно захотелось стать, когда-то…- теперь, побитая жизнью, Вика во все глаза смотрела на Никиту…
- Все-таки он выжил и здоров, хотя, и должен был умереть, чтобы не достаться ни одной стерве!!! По-прежнему, красив и излучает обаяние, богат…и женат на этой «пегой» козе Юльке…- теперь, эта облезлая ездит с Никитой в Верону и на озеро Гарда, закупается отменными шмотками в Болонье… Чего я добилась?! Тюремного срока! Лицо мое, некогда красивое, исполосовала бритвой, из зависти, одна отмороженная… Не стоило мне травить его…! Нет, отравить его следовало – и так, чтобы он не выжил!!! Вот, так глупо попасть в лапы к ментам…- «уметь» надо, а, ведь, дурой я не была, но «спалилась» тогда, по полной! Выходит, судьба моя такая…- мрачно, рассуждала про себя, заматеревшая в тюрьме, Вика…
Потом, в поле зрения камеры оператора попала чудесная девочка лет четырех…: невзирая на присутствие незнакомцев в кабинете Никиты, она уверенно подошла к нему и, требовательно, потянула Никиту за рукав…
- Папа, я устала тебя ждать…- и Алиса, и Кирилл, и Любава тоже устали, а мы все не едим и не едим к ним!!! Ну, их, этих дядек и тетенек…- поехали уже к твоей сестренке Ии!!! Если, сейчас же не поедим, я обижусь!!! – девочка, чрезвычайно похожая на Никиту, угрожающе нахмурилась…
- Натэллочка, дочка, еще две минуты…- и я весь твой…, а обижаться на папу нехорошо: я, ведь, делами занят! Господа журналисты, моя дочка грозит мне бойкотом…- нам придется «закруглиться»…- Никита встал с кресла и подхватил, обиженную девочку на руки…- кадр сменился: в заключении своего репортажа, журналистка что-то говорила…, но Вика не слушала ее…- слезы лились из глаз, помимо ее воли!
- Боже!!! Меня обокрали!!! Черт с ней, с этой облезлой «козой» Юлькой, но, это я должна была родить Никите замечательную дочку Натэллочку!!! Чертов Дед Мороз, почему не меня он свел с Никитой???!!! Я обворована, дочиста: у меня Юлька украла мужа, дочь, жизнь…- мне ничего не осталось!!!
***
На следующее утро, надзиратели обнаружили заключенную Викторию... мертвой: ночью она перерезала себе вены…
***
Отец почившей Вики – Леонид Иванович испытал чувство острой боли, когда тюремное начальство прислало ему уведомление о добровольном уходе из жизни его единственной и любимой дочери! О смерти их Вики он известил по телефону и Милену, свою бывшую жену: с ней Леонид Иванович расстался три года назад…- беда, случившаяся с Викой, разрушила и брак ее родителей.
Леонид Иванович, по профессии врач-эндокринолог, ныне, проживал в гражданском браке с Ириной Павловной, а по существу, являлся ее невольником: зависел от нее во многом… Его гражданская жена Ирина –женщина властная, занимала должность заместителя главврача по экономическим вопросам в клиники, где работал и он… Леонид Иванович и проживал на жилплощади своей гражданской жены, не будучи прописанным, на тех квадратных метрах…- еще у него были большие сложности в общении с сыном-подростком и с деспотичной матушкой Ирины… Получилось, что сбежал Леонид Иванович от жены Милены из-за тягостной ситуации, что сложилась в их семье, после ареста дочки Вики…, а оказался в более нелепой и подвешенной ситуации: гражданская жена Ирина жила с ним, но в ожидании более подходящего кандидата в мужья…
Когда Ирина Павловна узнала, что ее недотепа-Леонид собирается хоронить свою дочь-самоубийцу, она пришла в ярость – и, как тут было не озвереть?! Леонид совсем не думал, что ему не избежать крупных расходов: за проезд, в отдаленный конец страны; плата за место на кладбище и за работу могильщиков, покупка гроба… Бог знает, что еще может понадобиться…?!
- Леонид, ты получаешь сущие кутарки, где ты, намерен брать деньги?!! Скажи?! Не смей занимать и на меня можешь не рассчитывать: на такие траты я не пойду, ради какой-то уголовницы!!! – орала Ирина, забыв о приличиях…
- Успокойся, я и не рассчитывал на тебя: попрошу у папы… Думаю, не откажет: моя Вика приходится ему внучкой…- спокойно, изрек Леонид Иванович, хотя, про себя, он рассчитывал только на свои сбережения, что ему удалось утаить от вездесущей Ирины.
- Ах, ты, надеешься все-таки на своего папочку?!!! А как мне помочь, занять кресло в Министерстве здравоохранения…, так ты, с ним не общаешься долгие годы…!!? Он, видите ли, знать тебя не хочет, как женился на другой!!! Сволочь ты, Леня!!! Шмотки свои собирай и не возвращайся ко мне, из своего тюремного турне!!! – орала, как оглашенная, Ирина, а ее сынок и старуха-мать посмеивались над Леонидом в открытую…
Леонид Иванович не стал перечить разъяренной фурии – Ирине и направился в кладовую комнату, где лежал рюкзак с его книгами и чемодан с его носильными вещами…- не забыл и тех, немногих вещей, что находились в шкафу Ирины. Рюкзак и чемодан он поставил в прихожей и вернулся за своим дипломатом, и телефон забрал, что стоял на зарядке…
- Кажется, я ничего не забыл… Спасибо, за все хорошее Ирина и прощай! – Леонид Иванович направился к выходу…
- Неудачник! Все хорошее для тебя закончилось: в моей клинике работать ты, больше не будешь!!! Пошел, вон!!! – Прошипела, словно змея, «душевная» женщина Ирина…- и Леонид Иванович пошел…
***
Он долго стоял у порога квартиры родного отца, не решаясь позвонить...: они давно не виделись… И, что скажет очередная молодая жена отца?! Явно, будет не в восторге, но и его сыну больше некуда было податься! Соседка по площадке вышла из своей квартиры - и Леонид Иванович нажал на кнопку…
- Папа заметно постарел, за те годы, что мы не виделись…- моментально, отметил про себя Леонид Иванович, когда его отец открыл входную дверь.
Седой, сухощавый и суровый, Иван Федорович, тоже, первоначально, пронизывающе посмотрел на взрослого сына, кинул взор на его рюкзак и чемодан, что стояли у ног Леонида…- потом, посторонился и произнес:
- Заходи, коли пришел…- и Леонид Иванович шагнул вглубь квартиры, хотя, ранее и не надеялся, что отец с ним заговорит – и ругал себя за то, что ноги несли его к родительскому порогу, вопреки его воли, а не к вокзальной камере хранения вещей…
- Гляжу Леонид, и твоя шлюпка фатума разбилась о рифы жизненных обстоятельств?! Хорошо, что багаж небольшой – в две руки поместился… В этой комнате можешь вольно разместиться… Один я, ныне, живу – никому не помешаешь… Рассказывай, какие дела привели тебя ко мне, сын? – Иван Федорович, по-хозяйски, уместился в кресле и стал наблюдать, как Леонид раскладывает свои немногочисленные вещи…
- Я поживу у тебя некоторое время… От законной жены Милены я ушел три года назад: наша дочь Вика получила тюремный срок…- это трагедия, как коррозия, постепенно разрушила и нашу семью! Теперь, мне прислали извещение из тюрьмы: Вика наложила на себя руки…- сегодня, позднее, надо заказать билет на самолет… Мою единственную дочку хочу похоронить на городском кладбище, а не на тюремном…, как того требовала моя гражданская жена Ирина: иначе выходит, что моя Вика, и после своей смерти, не покинет пределов тюрьмы!!! Сама эта мысль для меня невыносима!!! Я пошел против воли Ирины – и бессловесный раб был изгнан из неволи, словно из рая… Теперь, я безработный врач-эндокринолог и к тому же бездомный – и хорошо, что ты, дозволяешь мне пожить у тебя, папа! – Леонид сел рядом с отцом, но на другое кресло и взялся за телефон, чтобы заказать билет на самолет…
***
Милена не приехала, чтобы похоронить свою дочку Вику, но прибыл ее отец, старый Семен…- вдвоем с этим дедом они и хлопотали повсюду: в тюремной администрации; на местном кладбище - о месте захоронения для их Вики; заказали у батюшки местной церкви поминальную, по заблудшей душе Вики; выбрали и гроб, и крест, и одеяние для усопшей, и венок, на могилу; закупали продукты, чтобы в церковной трапезной помянули заблудшую душу. За один день уладили все дела, связанные с погребением их любимой Вики…
Потом, стоя перед вырытой могилой дочки Вики, Леонид Иванович не удержался и попенял отсутствующей Милене, что та не нашла время, чтобы придать земле прах их единственной дочери… Старый Семен пыжился, все пытался смолчать, но не выдержал и ответил покойной Вике:
- Внучка, не слушай гневных речей своего отца: мама очень любит тебя…, но, как бы я справился с двухлетним мальцом, твоим братишкой, если бы она уехала так надолго?! Пойми свою мать Милену и не держи на нее обиду!!!! Прошу я – и она молила о том же, заранее! Сама теперь, понимаешь: жизнь ограничивает нас своими мерками – и не всегда выходит, как мы хотим…- старик заплакал и отошел от края могилы, уступая место батюшке.
Отпевать покойников-самоубийц не принято, по православной вере…- и батюшка лишь, помолился о заблудшей душе Вики – затем, бросил горсть земли на гроб покойной, по горстке землицы бросили и Леонид Иванович, и дед Семен - и могильщики приступили к своим, заключительным обязанностям… Когда вырос могильный холмик, к кресту с фотографией Вики приложили пышный венок, сплетенный из искусственных цветов и несколько живых цветочков, положили на середину могилы. Затем, малая процессия направилась в церковную трапезную, чтобы помянуть заблудшую душу Вики.
Только, в аэропорту, сидя в зале: в ожидании их рейса, Леонид Иванович решился, наконец, задать деду Семену, мучивший его вопрос…
- С чьим, это двухлетним мальцом осталась Милена? – дед Семен, враждебно, посмотрел на него, из-под своих кустистых бровей, но ответил:
- С твоим сынком «милок», осталась моя Милена: беременная была она, а ты, бросил ее, ради заполошной Ирки! Как же, такая хваткая баба…, она сразу добилась того, чтобы Милену уволили! Душенка твоя малодушная…- дед Семен махнул рукой на Леонида Ивановича – затем, отсел от бывшего зятя подальше…- и начхать тому было, что билет на самолет ему купил Леонид, а так бы, неделю, трясся старик в плацкартном вагоне поезда, пока добрался бы до родного города…
***
Вернулся к отцу Леонид Иванович и поведал ему, как прошли похороны их Вики, еще и о том, что заказал Леонид местному батюшке, чтобы тот молиться за их Вику год! Иван Федорович тоже поделился хорошей новостью:
- Сынок, я переговорил с бывшим учеником Глебом Невзоровым, тот обзавелся своей клиникой – и врачи твоего уровня ему нужны… Завтра, во второй половине дня, он ждет тебя…, а с утра, тебе необходимо забрать свои документы из клиники: твой главврач, тоже из моих бывших учеников – он обещал, не тормозить тебя, с увольнением…- Иван Федорович выглядел довольным…- затем, он позвал сына отобедать, с дороги. Во время их трапезы, Леонид и поведал своему отцу, что у того подрастает двухлетний внук!
***
- Сволочь ты, Леонид!!! – Ирина Павловна, с утра караулила своего бывшего…, чтобы высказать ему все, что она думает о нем…, но, увидев его, решила ограничить себя: если недотепа-Леонид помирился со своим папой, влиятельный старик может ей и навредить – у этого пенсионера сохранились связи в Министерстве…! Позднее, из окна своего кабинета она смотрела в спину, уходящему Леониду - и впервые Ирина осознала, что ее бывший вовсе и не рохля, а классный специалист и как мужик…, но ей попала «вожжа под хвост» - и она слетела с «катушек» - теперь, в поиске идеала…, снова…
***
- Вы, сын Ивана Федоровича?! Как же мы с вами работать будем? Между нами всегда будет стоять Вика… - у Глеба глаза «полезли на лоб», когда в его кабинет вошел отец той…, что покусилась на жизнь его сына Никиты: - Если уж я пообещал Ивану Федоровичу…, но, возможно вы, согласитесь работать в университетской клинике: там, очень прилично платят и условия для работы хорошие созданы?! – Глеб вопросительно посмотрел на Леонида Ивановича…
- Вика… Нет больше нашей Вики: только, вчера вернулся с похорон моей девочки! У меня ныне, остался маленький сынок, двухлетний – его надо поставить на ноги…, а, если я буду жить лишь местью, то и его жизнь загублю! – с горечью в голосе, произнес Леонид Иванович и немного подумав, произнес: - Пожалуй, я бы поработал в университетской клинике, если там достойно оплачивается труд врачей…- и Глеб взял в руки свой сотовый…
Когда вопрос с трудоустройством Леонида Ивановича был решен, Глеб не удержался от своего комментария, случившегося…
- Все-таки, какой гадиной, завистливой, уродилась Полина!!! Через зависть свою неуемную, она и жизнь своей племянницы Вики пустила под откос, и свою… Ее Гриша, без злыдни-жены, в Америке процветает: миллионером стал, а в это время, Полина носилась, как курица с оторванной башкой, со своей местью…- и все-то были перед ней виноваты!!! А, стоило, лишь, не гнобить Гришу, а прислушиваться к нему…- и, теперь не на нарах томилась бы, а моталась по бутикам… или путешествовала по миру! Сын Саша вырос… Дурища, безмозглая!!! – с особым чувством, произнес Глеб…
- Откуда вы, взяли, что Гриша стал миллионером? – подивился Леонид.
- Я недавно побывал в Америке…, столкнулся с ним в аэропорту лицом к лицу… Я, сперва и не узнал его: такой осанистый, вальяжный стал, а костюм на нем был… ценою, минимум, десять тысяч долларов и обувь, и кейс из кожи крокодила… Ныне, от Гриши, за версту, пахнет богатством…- я ему так и сказал… Он рассмеялся, а затем, подтвердил, что он – миллионер! И, не стал даже отрицать, что продал американцам некоторые сведения о секретных медицинских разработках, что велись в СССР - и их результаты…- поэтому и богат!!! – Глеб развел свои руки в стороны – в знак того, что он сказал все…
***
Леонид отправился с визитом, к ранее оставленной им жене Милене, и взял с собой своего отца, в качестве поддержки. Он позвонил в дверь, и Милена открыла им, но она, вовсе не собиралась пускать их внутрь! От Ивана Федоровича не так-то просто отделаться: он мигом узрел, что из-за угла, за ними подсматривает малыш…
- Кто там прячется…- не мальчик ли Егор? Славный малыш, выйди из своего укрытия и покажись на глаза: я твой дедушка и принес тебе игрушку, и вкусняшки… - он отвел, в сторону, руку снохи, что преграждала ему путь: величавый Иван Федорович направился к внуку…
- И, когда ты, успел помириться с отцом? – только и изумилась Милена: - Узнает твоя Ирина, что ты, был у меня…, ох…, что будет!!!
- Я ушел от Ирины, и место работы сменил: мне давно безразлично, что она надумывает себе! Последнее время, она мне напоминала Полину: такая же змея, ядовитая!!! Кстати, без едких понуканий Полины, ее Гриша в Америке стал миллионером! Достоверный факт! А, эта гадина, нет, чтобы наслаждаться жизнью американской богачки, сгубила нашу Вику, и сама на нарах «кукует»! - с неприкрытой злобой в голосе, поведал о наболевшем Леонид своей Милене.
- Это правда?! Откуда узнал?! – заинтригованная Милена сама потянула, за галстук, нерешительного Леонида в квартиру.
***
Тем вечером, покаянный визит Леонида Ивановича к жене Милене и сынку Егору вышел складным: Иван Федорович, едва присев за стол, принялся строить радужные планы, на совместную жизнь его Леонида с Миленой…
- Вам необходимо сойтись: не дело, что мальчик растет безотцовщиной, при живом отце! Леонид, хорошо, что мой бывший ученик поспособствовал твоему трудоустройству в университетскую клинику: я поговорю с ректором Медицинского университета – он примет тебя на должность преподавателя… И, засядем мы, вдвоем, за твою кандидатскую диссертацию…- пока силы есть и ясность ума, помогу: чтобы ты, поскорее защитил кандидатскую степень! Наш Егор должен гордиться своим отцом и дедом! Ты, Милена, займешься, исключительно, воспитанием и развитием нашего Егора…, а жить будите у меня: в пятикомнатной квартире мальчику будет просторнее… Хозяйством моим ведает домработница…- увеличу ей оплату, она - баба проворная…- всю нашу семью и накормит, и обстирает! Деда Семена тоже возьмем к себе: зачем ему одному «куковать», а квартиру вашу сдавать станем... Милена, надеюсь ты, разумная…- и правильно оценишь перспективы, что открываются перед тобой и нашим Егором… Сегодня же, после нашего ухода, собери все необходимое: завтра…, пока мой Леонид будет занят в клинике, я приеду за вами! - пожилой Иван Федорович, словно вещий ворон, пронзительно посмотрел на Милену, а она промолчала…, но не сказала «нет» …
После ухода Леонида и Федора Ивановича, отец Милены – старый Семен поинтересовался у дочери:
- Милена, что делать будешь? Простишь мужа или и, дальше, потянешь лямку матери-одиночки? – ее отец тяжко вздохнул, но дочь помотала головой: - Нет, папа: мне захотелось вернуть себе, свой прежний статус замужней…; в будущем, стать женой кандидата медицинских наук; проживать в просторной роскошной квартире; жить сладко и беззаботно, не считая каждую копейку… Иван Федорович прав: наш сын Егор не должен стесняться своих близких, чтобы не повторилась Викина история… Нет, я не хочу оставаться в статусе матери-одиночки…- пойду-ка я собирать вещи, которые будут нам необходимы, на первое время - ответила Милена своему отцу и добавила:
- Представляешь папа, какой тупой дурищей оказалась Полинка…: ее Гриша стал в Америке миллионером! Он сумел вывезти из России и продать американцам те сверхсекретные бумаги, что по-тихому прибрал себе: ведь их секретный отдел, тогда ликвидировали…– вот, тем и обогатился… Глупая Полинка смеялась, издевалась над ним, ругала, что всякий хлам домой тащит…, а Гриша ее оказался дальновидным! Сейчас, живет себе богачом: дом у него роскошный и лужайка перед домом, а в том доме заправляет всем Полинина бывшая подруга, Дина… Его сынок Саша, тоже проживает в своем доме, но напротив отца своего…- и собаки бегают на его лужайке… Видевший их, поведал, что Саша, по-прежнему, любит собак – и часть денег, которыми снабжает его Гриша, сын жертвует собачьим приютам… Вот, так…, папа!!!! Жар-птица счастья находилась рядом с Полинкой…, а она, самолично, отвергла все, о чем грезила!!! Такая идиотка уродилась в нашей семье!!! Я, Медицинского института не оканчивала, а лишь медицинское училище…- гордыню свою засуну подальше – и пойду навстречу своей удаче! В конце концов, в том, что мы расстались три года назад, виноват не один Леонид… Мною гордыня руководила – и я скрыла от мужа свою беременность…, но наш сын не должен страдать из-за моей глупости!!! Хорошо, что официально мы не развелись – и, по-прежнему являемся супругами! - донеслось из комнаты…
***
- Неужели, про Гришу правду говорят?! Да, моя Полинка обмишулилась – хуже некуда!!! – с горечью, констатировал отец взрослых дочек, Милены и Полины…
***
Милена не стала смотреть телевизор, а с сынишкой удалилась в свою комнату: - Дочка захотела остаться наедине, чтобы привести в порядок свои мысли…– догадался мудрый Семен: - Напишу-ка я письмецо Полинке, моей страдалице-дочке!
Начал он свое повествование с того, что сообщил Полине о смерти Вики – и как вместе с Леонидом они хлопотали…, но похоронили Вику достойно и на городском кладбище, хотя Леониду похороны дочери «влетели в копеечку».
Далее, старый отец поведал своей старшей дочери, что ее младшая сестренка Милена взялась за ум – и помирилась с мужем…- и, теперь они переезжают жить в пятикомнатную квартиру отца Лени, Ивана Федоровича…- богатый старик оказался! Потом, заботливый отец Семен поведал дочке Поле, что свою, пустующую квартиру намерен сдавать: к моменту ее освобождения и деньги поднакопятся ей на жизнь, и жилплощадь за Полей сохраниться! Лишь, в конце своего письма, Семен, вскользь, обмолвился дочери, что мол ее бывший – Гриша удачно пристроился в Америке и, даже разбогател…, но, возможно, люди брешут: язык-то без костей!
***
Получив весточку от отца, Полина не сразу прочла то письмо: ей были невыносимы отцовские слезливо-увещевающие наставления - она и отвечала на письма Семена раз, в полгода. От нечего делать, как-то вечерком, все же Полина вскрыла конверт…
Известие о самоубийстве Вики не смутило Полининого душевного покоя – племяшка оказалась слабачкой – и, что с того?! Виноватой, Полина себя не считала! Отец информировал ее и о том, что сестрица Милена ушла жить к свекру – и Полина, отныне, является единственной хозяйкой двухкомнатной квартиры… Вот, эта новость обрадовала ее - и то, что отец копит деньги к ее возращению, утешило Полину: стало быть, не все потеряно для нее! Далее, прочитав заключительные строчки отца, Полина ни на секунду не поверила, что этот поздний «обмылок» своей матери – Гриша добился успехов в Америке?! Это сообщение отца позабавила ее – и, только…
Информация о том, что чмошный Гриша где-то может процветать, засела ей в голову и не желала уходить – вот, Полина и написала письмецо бывшей приятельнице… Через месяц Полина получила ответ, который перевернул ее сознание, душу…- и в конечном итоге подведет желчную и мстительную, и непотопляемую Полину к роковой черте…
Приятельница свои слова подкрепила фотографиями…- и Полина, воочию, убедилась, как изменился ее Гриша: он заматерел, раздался в плечах и приосанился – и костюм, который, к слову, выглядел роскошным, ныне не висел на Грише, как на вешалке…; лицо его было загорелым, стрижка волос превосходной и оправа очков с бледно-дымчатыми стеклами…- придавали ему значительности… - в общем, нынешний вид Гриши вопил о его богатстве!
На следующем снимке, рядом с ее Гришей стоял и повзрослевший сынок Саша со своей невестой…- так Полина узнала, что отвергнутый и нелюбимый ею, сынок Саша не сгинул, без заботы со стороны мамы Полины, а повзрослел и выглядит довольным и уверенным в себе, рядом с отцом… Взглянув на следующий снимок, где к троице богатых и довольных своей жизнью, примкнула и ее давняя знакомая Дина…- перед глазами Полины, кругами, разверзлась бездна: ее Гриша…, теперь, вовсе и не ее, как и сын Саша…- мужа и сына у Полины украла эта противная Динка, ровно как и богатство, и дом….- все, это должно было принадлежать ей…, Полине!!! Динка, наглым обманом, завладела всем, что судьба преподносила ей, Полине!!!
Далее, она изучала фотографию, где был запечатлен дом Гриши…- а затем, на фото внутреннего убранство его дома…- и повсюду роскошь, которая кричала ором, о богатстве тех, кто проживает в таком дивном жилище!!!
- Как так вышло, что дарованное ей, Свыше, счастье уплыло к другой?! – задалась вопросом Полина…
Полина уже не могла, сдерживать своих слез – и окропила горючими слезинками…, последнее фото, особенно обильно: на нем были запечатлены гости, что присутствовали на свадьбе ее сына Саши с …- а Полине, теперь, не было дано, даже знать: как зовут ее невестку!!!
- Сволочь! Гадина Динка, эта верста коломенская украла и ее гостей, с которыми должна была иметь приятельские отношения, именно, Полина!!! Этой Динке не жить!!! Она не простит Динке такой коварной кражи!!!
С того злосчастного вечера, Полина утратила сон и покой, и аппетит – и перестала, в своих мыслях, строить планы по отмщению, в отношении семьи ее главной врагини – усопшей Ольги! Фокус ненависти Полины сместился…
***
Отныне, главной врагиней Полины стала ее бывшая приятельница Дина: это она, из-за непереносимости одиночества, выпросила у Полины опеку над ее больным и покинутым сыном Сашей… Потом, Дина забрала этого мальчика из детского отделения психиатрической больницы к себе, домой! Окружила несчастного мальчугана, с надломленной психикой, любовью и заботой!
Затем, лишь на недельку, приехал из Америки Павел - тот разыскивал Полину…- и ему указали на Дину… Она не стала скрывать от Павла, адрес проживания Полины - написала ему на листочке…, и из вежливости, пригласила Павла на чай… Испив с Диной и маленьким Сашей суррогатного чая, Павел почему-то решил: для создания благополучной американской семьи, ему больше подходит Дина, с ее приемным мальчиком Сашей! На следующий день он пригласил Дину с ее Сашей в детское кафе…- после, они прогулялись по парку – и Саша, даже, осмелился прокатиться на карусели: рядом с ним был Павел – почему бы и нет?! Вечером, того же дня, Павел сделал предложение Дине – и она согласилась: смена места жительства и страны может благотворно отразиться на психическом состоянии Саши – решила Дина… Чтобы ускорить выезд Дины и Саши в Америку, Павел изрядно потратился: через день Дину и Павла расписали в загсе, еще два дня ушли на оформление загранпаспортов для жены Павла – Дины и ее Саши…
Ни Павел, ни Дина, ни Саша не пожалели ни разу, что в столь короткий срок, они объединились в семью… В Америке Павел служил в пожарной части – пожарным…, а это тяжелая и опасная служба, но дома его ждала приветливая и услужливая жена Дина и ласковый ребенок Саша…
Жизнь проистекает по своим законам – и, по прошествии тринадцати лет благополучного, но монотонного брака, Павла накрыло любовной волной: он влюбился в свою коллегу, истинную американку – и та ответила ему взаимностью! Если Дину, Павел только уважал, то ласкового мальчика Сашу он полюбил, как родного…– и не желал, чтобы подросток-сын испытывал трудности, из-за того, что приемный отец создал себе новую семью - Павел и поведал Саше, что его разыскивает родной отец, правда умолчал, как давно…
***
Едва Павел сообщил Саше, что его ищет родной отец, из памяти подростка стали всплывать размытые образы Гриши и Полины…: кажется, отец его любил…- это он смутно, но помнил…- и припомнил, что отец пытался баловать его… Вот, его мать была злой…- об этом Саша не забыл... Даже, в семнадцать лет не хочется чувствовать себя покинутым отцом, ненужным - и опечаленный Саша написал родному папе, на адрес его электронной почты… Через неделю, отложив в сторону все дела, Гриша стоял на пороге квартиры, где после развода приемных родителей, поселился его сын… с Диной.
Гриша с Диной сидели на кухоньке… и разговаривали: от чая Гриша отказался… Потом, Дину осенило, и она принесла альбом с фотографиями…
- Вот, смотрите Гриша, у вашего сына было вполне счастливое детство! Мы жили, еще недавно, в просторном доме…, но ничего, разложу все вещи по местам – и в нашей квартирке станет попросторнее и уютнее…
Гриша, казалось, не слушал Дину, а внимательно рассматривал фотографии сына…, но она ошибалась.
- Дина, я не сомневаюсь, что вы, хорошая мать – и вы, не представляете, как я вам благодарен за сына!!! Теперь, вопрос в том, как нам быть дальше?! Может быть нам пожениться, чтобы не пришлось делить нашего любимого Сашу?! Хорошего мало, если я стану тянуть сына к себе, а вы, к себе… Мое материальное благополучие стабильное: счет в банке восьмизначный, двухэтажный дом и прочие блага…- вот, престижная работа отнимает у меня много времени…, но приятно вернуться домой, к уравновешенной жене и любимому сыну - и общаться с ними на родном языке… Так, как: расписываться будем? – ошеломленная Дина, промолчала…
С учебы вернулся Саша, он долго смотрел на мужчину, что заслонил своей спиной половину кухонного окна и из глаз, которого текли слезы... На миг, показалось, парнишка что-то вспомнил – и осипшим голосом произнес: - Здравствуй, папа! – они обнялись, отец и сын, после долгих лет разлуки …
- Саша, сынок, вот ты, и вырос! – промолвил, наконец, Гриша, но его сын помотал головой: - Я, не Саша давно…- меня, теперь Алексом зовут!
- Хорошо, значит будем привыкать к нашим американским именам: меня здесь величают Грином…Дью… Дина, а как к тебе обращаться, теперь? – полюбопытствовал Грин (Гриша)…
- Я осталась Диной…- просто, ответила она…
***
И, вновь, как много лет назад, судьба Дины и Алекса сделала крутой вираж… Во-первых, сын одобрил идею отца: не разлучать Дину с Алексом – и Грин с Диной расписались в мэрии… Затем, документы Алекса забрали из прежней школы, поскольку ему предстояло завершать свое обучение в школе другого штата…
В общем, из недельного отпуска Грин Дью вернулся, обремененным семьей - и на службе его ждала потрясающая новость: непосредственного начальника и «друга» Грина, с особой жестокостью, убила неизвестная…
- Так-то, Эдгард Львович: не стоит пренебрегать своими подчиненными – они могут и сдачи дать! – подумалось Грину-Грише, а вслух он произнес: - Эта «незнакомка» родом из России – и она была субъектом психологических экспериментов, лично, Эда Льюфа, еще в СССР – тогда, Эд Льюф был Эдгаром Львовичем, а как звали незнакомку, мне неведомо… Возможно, эта особа затаила обиду на Эда давно…, но встретились они через много лет – и эта, запрограммированная на убийство «машина», сделала из своего обидчика «отбивную»… У полицейских не было никаких шансов: остановить ее или взять живой! – и Грин Дью отложил в сторону фотографии убитого Льюфа.
***
Конечно же, он не собирался каяться перед нынешними работодателями и докладывать им, что, время от времени, он, Грин видел безымянную красивую убийцу в обществе Эда Льюфа: тогда Грин сразу предположил, что чванливый Эд использует свою бывшую подопечную, по кличке Мила, как киллера… Он решил, последовать примеру своего босса, едва прочел письмо сына Алекса, пришедшее Грину, на его электронную почту…
Его бывшая жена Полина всегда считала мужа размазней, тюфяком…, но когда речь заходила о безопасности его близких, тогдашний Гриша никогда не сомневался, а теперешний Грин…, тем более…
Перед тем, как встретиться с сыном, с которым Грина разлучила когда-то жестокая Полина…- сперва он разыскал красавицу по кличке Мила: Грин нашел ее в кафе – и подсел за столик, к ней… Красотка «Мила» молча посмотрела на мужчину, чей облик ей был смутно знаком: будучи Гришей, он работал в секретном отделе…- и, хотя бы мельком, «Мила» видела его... Теперь, Грин не дал ей времени на то, чтобы она вспомнила: где же они встречались? Проворно и лишь на несколько секунд, Грин положил на столик, перед ней, фотографию своего заклятого «друга» Эда и прошептал «Миле» пароль: «Клюквенный взрыв»…
Так же, стремительно, Грин Дью забрал со стола фото Эда Льюфа и убрал его в потайной карман…, потом встал и направился к выходу, а красавица по кличке Мила осталась… Теперешний Грин Дью не был на сто процентов уверен в успехе: ранее и лишь однажды, довелось ему, мельком глянуть в записи Эда Льюфа, касательно субъекта экспериментов по кличке Мила… С тех пор немало лет прошло – и, потом, Грин Дью не знал: какой «ларчик», в запрограммированной голове Милы, откроет ключик-пароль «Клюквенный взрыв»?! Но ради спокойствия и счастливого будущего сына Алекса, рискнуть стоило! И циничный Грин Дью рискнул собой…- потом, не дожидаясь результата своих усилий, он отправился на долгожданную встречу с обретенным и любимым сыном…
***
После похорон Эда Льюфа, Грина Дью вызвал к себе адвокат покойного: свое состояние Эд Льюф завещал своему «коллеге, другу и земляку»! Грина Дью, крайне, удивила воля усопшего: ему и в страшном сне не снилось, что он числится в друзьях у того, кто «реки» крови «выпил» из Грина, еще в СССР…- и неизменно, Льюф пытался утопить своего «друга» в «океане» презрения!
- Чему вы, удивляетесь?! Эд Льюф был очень одиноким человеком, а вы, оба из России, наедине говорили на родном, русском языке…- вот, Эд и решил сделать вас основным своим наследником… Все благотворительные фонды Эд презирал… Мне, тоже кое-что досталось…- сообщил адвокат «дьявола» Грину, но тот все еще пытался найти какой-то подвох, в несказанной щедрости коварного и неоднозначного Эда…- и, как не сомневался Грин, но вступил в права владения наследством Эда Льюфа…:
- Умирать он не собирался…- явно! Пусть его дом постоит без жильцов, а деньги Эда пригодятся моему Алексу…, тем более, что сын собирается поступать в колледж, где готовят врачей-ветеринаров … Опять же, Алекс просил денег, для собачьего приюта… Девушка у сына имеется, а та не ладит со своим отцом…- деньги Эда пригодятся, в любом случае…- рассудил Грин.
Деньги и дом Эда Льюфа пригодились Алексу через год: его подружка забеременела…- и Грин Дью сыграл свадьбу сыну! Теперь, молодожены живут в доме, где жил когда-то покойный Эд… Его Алекс, добрая душа…- поэтому сын приютил в своем доме неимущую тещу…, хотя у американцев принято, чтобы дети жили отдельно от родителей…
В России, тем временем, потихоньку, сходила с ума бывшая жена Грина – Полина. Сам-то Грин Дью стал забывать о существовании женщины, от которой не получил ни крохи счастья! Сын Алекс тоже вычеркнул родную, но злую мать из своей памяти: в его сердце царила приемная мама Дина!
***
Сумасшествие Полины становилось настолько явным, что тюремная администрация похлопотала - и данной заключенной была назначена психиатрическая экспертиза. Вследствие решения экспертной комиссии, Полину поместили, на лечение в психиатрическую клинику, каковое не приносило больной никакого облегчения: она все глубже погружалась в пучину безумия – и жестоко страдала!!! Зря отец Полины сообщил дочери, что ее бывший муж процветает в Америке…- и эти фото… стали ее постоянным кошмаром!!! Ненависть к бывшей приятельнице Дине сжирала ее: та украла у Полины ее мужа и сына, и несметные богатства, и роскошный дом, и богатых и важных друзей…- все, что должно было принадлежать Полине!!!
Реализовать свои планы отмщения, в отношении коварной Дины, сумасшедшая Полина не имела возможности, так, как это было с Ольгой…– и Полина страдала, мучилась, а мозг ее «закипал»: из-за невозможности осуществить свои мстительные замыслы…– и червь неудовлетворенности, и жажда мести сжирали ее, постепенно… И дожрали: Полина скончалась, но к тому времени ее отец Семен был уже мертв, а сестра Милена и ее муж Леонид так и не простили покойной, гибели их дочери Вики – поэтому и неизвестно, где, и как чужие, и равнодушные люди предали земле Полину…
***
Ия не знала о том, но почувствовала странное облегчение: ибо фокус ненависти, неизвестной ей Полины, резко сместился в сторону иной женщины, Дины! Отныне, Ия и ее брат Никита, и их дети находились в безопасности: позабытые, напрочь, женщиной, что была наделена, кем-то, темной энергией разрушительной силы…– и им не дано было знать, что эта сокрушительная энергия, не найдя себе выхода, уничтожила свою носительницу - Полину!
К сожалению, темная разрушительная энергия различной силы так и рыщет по свету, в поисках своих жертв… К беспокойству Ии и ее мужа Алексея, их двухлетний сынишка Никита потерял покой и сон, и начиная с вечернего времени все больше плакал: его пугал обожженный мужчина, что являлся в его сны и стремился увести за собой малыша…
По совету Нели Фоминичны, мамы Ангелины, маленького Никиту окрестили, а вместе с ним пожелали пройти обряд крещения - Кирилл, старший брат Никиты и их сестренка Алиса; Любава – дочка Ангелины…и Глеба; Натэллочка – дочка Никиты-старшего и его жены Юлии. Крестили детей в сельской церкви, а застолье, по данному поводу, накрыли в саду Нели Фоминичны… Гостей собралось немало…– прибыли и незваные: владелец Агрохолдинга – Евгений Ильич с супругой Светланой и пожилым Лукой Ефремовичем. Едва, завидев данную и незваную троицу, бабушка Ии – Лариса, едва не задохнулась, от возмущения – ее, с трудом, успокоил супруг Демид Георгиевич… В конце концов, отпраздновали крещение детей весело и беззаботно…- и дети, и взрослые остались довольны празднеством!
***
На прощание, Светлана, внезапно возжелала «закопать топор войны» - и лично, вручила своей недоброжелательнице - Ларисе Федоровне и ее мужу приглашение на бал, который должен был состоятся в имение прабабушки Светланы… Евгений Ильич попросил и Ию присутствовать на том балу, в качестве переводчицы с английского – в первую очередь…- и Ия приняла от владельца Агрохолдинга пригласительный на два лица: для нее и Алексея…
- Ия, надень на тот бал свою «медаль», чтобы все выскочки районного масштаба знали, что и в твоих жилах течет кровь, дворянская… Сделай такую малость, ради меня! - молила внучку Ию, бабушка Лариса: очень ей хотелось «утереть нос» заносчивой Светлане.
- Да, Ия, грех прятать подобную красоту от людского глаза: и в «полуразобранном» виде, это колье смотрится достойным царей…- такое роскошное и старинное украшение!!! – поддержал свою жену и Демид Георгиевич…
Ия с сомнением, покачала головой: ей не хотелось, привлекать к себе излишнего внимания окружающих, и тем более, вызывать в ком-то зависть…
***
Поскольку ей представился случай, побывать в местах, где прошло ее детство и юность, прежде, чем отправиться на бал, Ия попросила своих близких – и они отправились на кладбище, чтобы навестить могилки: деда Федора и бабушки Марии, и любимой тетушки Агриппы…
На бал они прибыли вовремя – и владелец Агрохолдинга Евгений Ильич, сразу увлек за собой Ию, оставив ее мужа Алексея в обществе Ларисы Федоровны и Демида Георгиевича…
- Простите меня, но Ия мне необходима теперь же: на балу присутствуют мои зарубежные партнеры – без переводчика мне приходится тяжко… - таким образом Ия оказалась в компании пятерых, весьма солидных, мужчин…
Переговоры пошли совсем не в том направлении, как рассчитывал Евгений Ильич, едва он появился перед зарубежными партнерами в обществе Ии… Самый солидный из иностранцев, внезапно заговорил на русском языке, обратившись, непосредственно, к Ии…
- Стало быть вы, дитя, приходитесь правнучкой вашей прабабушке Елизавете, жившей в начале 19 века?! Я сужу по колье, что украшает вашу стройную шейку…- и пусть сапфир присутствует и количество бриллиантов, в этом колье, стало значительно меньше, чем изображено на старинной семейной картине, написанной их крепостным художником в 1779 году, но я все же признал эту старинную вещицу: да, и трудно не признать, семейную реликвию князей…- Ия перебила русского иностранца:
- Простите, но я не знаю ничего о князьях…, а количество бриллиантов, на моем колье, стало уменьшаться с революции 1917 года: тогда, моя пра-пра-пра-прабабушка Варвара обменяла два бриллианта на дрова и продукты, чтобы ее родные не околели от холода и голода. Затем, ее дочь и моя пра-пра-прабабушка Ирина обменяла бриллиант на полтора мешка картошки – и это было в тридцатые, голодные годы. Два бриллианта обменяла на продукты и дрова моя юная, в ту пору, пра-прабабушка Ольга – это было в блокадном Ленинграде, а самый большой бриллиант, что находился по центру колье, а затем заменен ею же на сапфир, его пра-прабабушка Ольга выменяла на возможность, выехать из блокадного города и вывезти своих маленьких дочек – Розочку и Риммочку по Дороге Жизни… Ни о каких князьях в нашей семье и речь никогда не вели! О моих предках-купцах я наслышана - думаю, это их наследство украшает мою шею - никакие князья не имеют к нашему роду никакого отношения! Вы, что-то путаете…- Ия, смело и открыто посмотрела в глаза иностранцу - и он утонул в сине-фиолетовом омуте ее глаз…
- О, о, ох! Теперь, я представляю: каким взором одарила ваша далекая прабабушка Елизавета моего предка…- очевидно, когда он сообщил ей, что его родители подыскали ему подходящую невесту - и на ней, мелкопоместной дворянке, он жениться не сможет!!! Он, и правда, женился на равной себе, но забыть ту Лизу не сумел! Его, тяжело раненого в Бородинском сражении, родители вывезли из Москвы в загородное поместье дядюшки…, где мой предок умирал смертью, мучительной, но в бреду, он произносил имя не своей жены: - Лиза, Лиза, прости меня!!! – все молил он: - Лиза, прости меня! Не смотри на меня так!!!! Не смотри! Прости!!! - С ее именем на губах, он и умер.
Его беременная жена не вынесла, подобной измены и покинула мужа, не дожидаясь его кончины – и на его похоронах не присутствовала… Знаете, та молодая женщина давно чуяла, что с ее мужем твориться неладное: он не привез на их свадьбу колье, что она, как его невеста, по принятому в их семье обычаю, должна была надеть на свадьбу… Теперь, вы, утверждаете, что не имеете никакого отношения к княжескому роду…, хотя их фамильное колье, изрядно поредевшее, находится на вашей шее!? Кузина, будьте благоразумны! – взмолился иностранец, но Ия, почувствовав, что далеко не все происходило так складно, давным-давно, как рассказывает этот чужестранец с русскими корнями…- и она не спешила признавать то, о чем и понятия не имела…
- Евгений Ильич, как вы, имели возможность убедиться, мои услуги переводчика не так уж вам и необходимы…- позвольте, я удалюсь к своему мужу?! – попросила Ия – затем, напоследок, заявила иностранцу:
- Это колье давно находится в руках женщин нашего рода…- оно стало символом мужества моих прабабушек – и, чтобы вы, не говорили, колье я не верну вам…!!! – и не дожидаясь ответа…, Ия распрощалась с солидной компанией и направилась на поиски мужа…- с бала Ия и Алексей ушли тотчас же!
***
Сердце Ии верно подсказало: ее, совсем еще юная прабабушка Елизавета в возрасте 14 лет была продана родным отцом, на утеху, отпрыску княжеского рода! И те прискорбные, хотя и далекие события развивались стремительно…
Летом 1811 года молодой гусарский полковник торопился в Москву, где его дожидалась невеста, но притомившись в дальней дороге, он все же надумал задержаться в одном провинциальном городе, на пути к столице…
- Послушай, голубчик, где в вашем городе можно остановиться на постой, чтобы и хозяева были людьми приличными и их дочки ласковыми…? – княжеский отпрыск, гусар-Анатоль помахал перед лицом трактирщика ассигнацией…- и трактирщик, сперва, взял ассигнацию – затем, ответил…
- Накажите своей вознице ехать, сперва прямо, потом повернуть налево, на перекрестке. Дом, который вам нужен сразу бросается в глаза…, на фоне окружающих его хором: тот дом слегка покосился, поскольку его давно не ремонтировали… Думаю, вас там приютят, с радостью…- и ласки, очень возможно, дождетесь: хозяин семейства задолжал половине нашего города, а рассчитываться ему нечем… Слыхал я, что завтра того дворянина должны посадить в долговую тюрьму… Не поскупитесь, на многое тот господин может пойти! - трактирщик, который сам обслуживал важного и денежного барина, смахнул тряпкой со стола, несуществующую крошку – и отошел, чтобы не мешать гусарскому полковнику: вкушать яства, что заказ в его трактире сей важный господин…
Насытившись, гусарский полковник Анатоль проследовал к своей карете и наказал извозчику разыскать тот дом, на который ему указали... Трактирщик не соврал, нужный ему дом, был найден быстро: и, правда, слишком он выделялся, своей обшарпанностью… И, хотя свет не горел ни в одном окне, Анатоль решительно и громко постучал в дверь…, и хмурый, потрепанный мужик открыл ему…
- Голубчик, люди добрые сказывали мне, что у вас я найду надлежащий ночлег, за приличную плату?! Переговори со своим хозяином…- хмурый мужик зло посмотрел на Анатоля, затем произнес: - Проходите, я и есть хозяин этого дома…, пока…
Они прошли внутрь дома, их шаги гулким эхом, отзывались в полупустом помещении: похоже, из мебели все, что можно было продать, было продано и давно! Им навстречу вышла стройная, нестарая еще, но поблекшая женщина: нищета стерла с ее лица жизнерадостные и яркие краски.
***
- Мари, этот барин просит, чтобы мы предоставили ему, на ночь, чистую девушку: ему скоро венчаться – и он не хотел бы подцепить срамную болезнь! Уговори нашу дочь Анну, провести с этим гусарским полковником ночь: он хорошо заплатит… Не так уж и плохо, если девственность нашей Анны достанется заезжему, но дворянину, а не ее жениху, из скобяной лавки… И нам удастся сохранить наш дом, а мне…, избежать долговой тюрьмы…
- Николя, почему вы, не думаете о долговой тюрьме, когда садитесь играть в карты?! – блеклая женщина заплакала…, но направилась в сторону, где находилась спальня Анны.
Анна так и не дождалась визита гусара, в свою опочивальню – уснула, но ее младшая сестренка Лиза проснулась оттого, что на нее навалился голый незнакомец… Ужас и страх, жуть… – вот, что разом, испытала невинная девочка, воспитанная по правилам целомудрия – и она попыталась сбросить с себя, нежеланное тело, но незнакомец был много сильнее ее, и он промолвил:
- Милая, я заплатил твоему отцу – и хорошо заплатил, за ночь с тобою!!! Тебе стоит примириться, с неизбежным и быть умницей, и тебе не будет очень больно: я постараюсь…
Лиза обомлела от услышанного: отец продал и ее, как, ранее распродавал почти всю их мебель, посуду, драгоценности мамы…!!! Боже, что же с ней будет, дальше, если родной отец надумал сделать из родной дочери продажную женщину??!! Ее знобило, от пережитого потрясения и слезы, ручьями, потекли из ее глаз, она, словно оцепенела и не чувствовала ничего, какое-то время…– потом, Лизу бросило в жар, и голова ее разболелась, а лицо запылало жаром! И пришло понимание, как ей стоит поступить: необходимо умереть, только таким образом она спасет свою честь и не падет низко, словно дворовая девка - все-таки Лиза принадлежит к дворянскому сословию…
Летом светает особливо рано – и в комнату Лизы проник свет рассвета, тридцатилетний Анатоль и четырнадцатилетняя Лиза, внезапно посмотрели друг другу в глаза – и достаточно зрелого мужчину потряс, осуждающий его, взгляд юной особы, которую Анатоль сделал женщиной… Ему бы отвести свой взор в сторону, но он все смотрел и смотрел в глаза женщины-ребенка, и «тонул» в них, словно в колдовском озере…
Анатоль все же нашел в себе силы, чтобы отвести свой взор от юной прелестницы – затем, он слез с нее, но лег рядом с Лизой и, почти сразу заснул… Ему хватило пары часов, чтобы восстановить свои силы – и, когда он проснулся, Лиза сидела на постели и смотрела в окно – в окно глянул и Анатоль: день обещался быть жарким и солнечным, но вид обреченной красивой девочки с бездонными глазами, омрачил гусару настроение…- хотя, с чего бы? Он заключил сделку и честно расплатился с ее отцом…
Анатоль был почти одет, когда в комнату влетел Николай Агафонович, отец Лизы, и он был красным, как свекла, от возмущения…:
- Милостивый сударь, как вы, посмели надругаться над моей младшей дочкой: я такого согласия вам не давал?! Как вы, осмелились на такое?! – отец Лизы стал напирать на гусарского полковника…
- Ты, очумел, братец? Забыл, что я рассчитался с тобою, сполна! Я заплатил – и выбрал ту, что посчитал лучшей! Или эта барышня у тебя по более высокой цене продается, так я доплачу…- Анатоль выглядел невозмутимым…
- Как вы, смеете мне тыкать: я дворянин…- Николай Агафонович хотел еще что-то добавить и пошел, угрожающе, на гусарского полковника…
- Я разговариваю с тобой, как ты, того заслуживаешь! Какой ты, дворянин: ты, сутенер своих юных дочек!? – и Анатоль с такой силой отшвырнул от себя отца Лизы…- тот попятился назад и не удержал равновесие - упал на спину, сильно ударившись головой…
Поверженный Николай Агафонович, поднялся с пола не сразу, на лежащего дворянина, Анатоль побросал еще несколько ассигнаций – и, насвистывая веселую мелодию, гусар принялся приводить в порядок свой мундир: ему пора было отправляться в дорогу…
Растерявший свой пыл, отец Лизы встал, стряхнул пыль с сюртука и собрав с пола ассигнации, Николай Агафонович вышел из комнаты дочки… Он направился, прямиком, к жене Марии: ей вручил он все ассигнации, которыми расплатился с ним заезжий офицер:
- Мари, что-то голова у меня разболелась и кружиться – придет пристав со своей свиной…- выкупи сама, нашу закладную на дом…
Тем временем, Анатоль, из известных только ему соображений, надумал проявить благородство, перед хорошенькой и несчастной, и юной девушкой…
- Детка, пока ваш папенька не растерял остатки своей совести, попросите его и вашу матушку выдать вас замуж…- а это, весьма ценное колье я даю за вами, в качестве приданого… Не держите на меня зла, милая: я просто овладел тем, что мне любезно продали за немалые деньги…
Гусар покинул комнату Лизы – она осталась одна, наедине с роскошным колье, которое ярко переливалось цветами радуги и этот свет ослепил ее… Потом, она спрятала ценный подарок под подушку, и сама легла на постель: ей следовало подумать, как жить дальше…, но бессонная ночь и пережитое потрясение дали о себе знать…- и Лизу сморил сон.
- Деточка, не держи зла на моего правнука! – в сон Лизы наведалась ветхая старушка, вкусно пахнущая и разодетая в шелка…: - Милая, я советовала бы тебе, не показывать подарок моего правнука Анатоля, целиком, своим родителям и сестре… Возьми пилочку для ногтей и аккуратно, достань пару мелких бриллиантов и самый крупный… из их «гнезд», а оставшееся надежно спрячь! С тремя бриллиантами подойди, именно, к матери и скажи, что их тебе дал гусар, в качестве твоего приданного… Хочу дать тебе еще один совет: если к тебе посватается пожилой мужчина, обрати внимание… на его зубы и не пахнет ли от него старостью… Если нет…, можешь смело принимать его предложение…- старушка-модница, как внезапно появилась, так же, неожиданно и пропала, из сна Лизы…
Лиза вскочила с кровати, и поскольку ее сон выглядел реальностью, она прошлась по своей комнате, в надежде обнаружить ветхую старушку…, но никого, кроме Лизы, в ее опочивальне не было. Лиза достала из-под подушки колье и вооружившись пилочкой для ногтей, принялась доставать из золотых «гнезд» бриллианты – и, как ни странно, но она быстро справилась со своей задачей… Торчащие крепления для бриллиантов, так же: пилочкой, Лиза загнула – и теперь, опустевшие «гнезда» смотрелись, как цветки, не раскрывшие свои лепестки… Прежде, чем идти к матери, Лиза умылась, оделась и причесалась…
Она нашла свою маму, Марию Ивановну, в пустой зале: лишь обеденный стол и три стула…- это все, что осталось от прежней мебели, данного пространства… Мария Ивановна сидела за столом и вид у нее был, весьма задумчивым, а на столе, перед ней лежали: выкупленная закладная на их дом и пара ассигнаций…- долги мужа Николя были оплачены такой постыдной ценой! И пристав, и его свита успели покинуть дом, что по-прежнему принадлежал их семье – неизвестно, надолго ли?! Ее муж никак не мог избавиться от своей пагубной страсти – и стоило в его кармане появиться копейке, Николя бежал за игральный стол… У Марии Ивановны было много забот, и много поводов для печали…- вот, хотя бы о судьбе дочерей Анны и Лизы следует озаботиться…
Лиза долго смотрела на свою задумчивую мать прежде, чем окликнула ее: - Маменька, я к вам с просьбой… Подлый гусар пожаловал мне, в качестве моего приданого, три бриллианта…- возможно, они помогут мне, выбраться из беды бесчестья?! Как вы, думаете, у меня надежда есть, на будущее честной особы?! – Лиза смотрела на мать с надеждой, хотя в глубине души считала: никакие бриллианты не способны смыть с нее позор утраты девственности…
Мария Ивановна оживилась, при виде бриллиантов, она приняла их с ладошки младшей дочери и принялась разглядывать на свет…- похоже, в ее голове мелькнула спасительная мысль – и она передумала, идти самой в продуктовую лавку…
- Дуня, вот тебе ассигнация – беги в продуктовую лавку и закупи необходимых продуктов на неделю, если тяжко будет тащить, обернешься в два захода. Нюрке накажи картошку начистить, для обеда…- окрыленная Мария Ивановна, решила действовать незамедлительно…
Сперва она направилась в супружескую спальню и обнаружила мужа, лежащим на кровати…- это в то время, когда он должен был быть в суде и исполнять свои обязанности судебного писаря…
- Николя, что за капризы?! Почему вы, в постели до сих пор, а не на службе?! – на, что ее муж ответил, голосом умирающего: - Мари, этот гусар толкнул меня и я упал, сильно ударившись головой – теперь, она болит и кружится…- я не смогу дойти до службы…
Мария Ивановна потрогала лоб мужа…- похоже, и в самом деле, он чувствовал себя отвратительно…– его следует доставить в больницу для бедных: не дай Бог, умрет, хоронить мужа будет не на, что!
- Николя, вам следует взять себя в руки и встать с постели! Поскольку у нас не осталось денег, чтобы оплачивать визиты врача на дом, я отвезу вас в больницу…- потом, она обратилась к дочери: - Лиза, найди извозчика: отца вашего необходимо показать врачу… Расходы, кругом одни расходы!!!
Вторую ассигнацию, что оставалась у Марии Ивановны, после визита пристава…, она положила на стол врача…
- Доктор, наша семья находится в крайне затруднительном финансовом положении – мы не имеем возможности лечить мужа на дому…- я отдаю вам последнее, а вы, сударь, уж постарайтесь, вылечить моего супруга! По неосторожности, он оступился и упал, сильно ударившись головой – теперь, у него она болит и кружиться…
- Верю вам, сударыня: половина города в курсе ваших денежных затруднений – и хорошо, что закладную на дом сумели выкупить! Причина болезни вашего супруга, тоже понятна – будем его лечить - и поскольку, он из дворянского сословия, в палату к простолюдинам мы его не положим, а разместим в коридоре, ближе к окну и прикроем его кровать ширмой. Рядом мой служебный кабинет: здесь и воздух свежее, и стоны тяжелых больных не так слышны…- и врач отдал нужные распоряжение медсестре и уборщице…
Убедившись, что ее мужу создали сносные условия…- Мария Ивановна покинула больницу для неимущих – теперь, она устремилась в суд, чтобы встретиться с надворным советником Елизаром Степановичем…
***
С этим властным и крепким мужчиной лет под шестьдесят, Мария Ивановна познакомилась двенадцать лет назад: ее муж Николя проштрафился по службе – и ему грозило увольнение… В ту пору, она была еще молодой и красивой особой – одна приятельница ей и посоветовала: упасть в ноги его высокоблагородию – и она упала…, и оказалась в постели этого Елизара Степановича… А, что делать? Кроме жалованья мужа, других источников существования у их семьи не было! Мужа, тогда оставили на службе и даже жалование ему прибавили… Затем, Мария Ивановна еще через год обратилась к его высокоблагородию за помощью: мужу требовалось заплатить карточный долг – и она, снова пошла к Елизару… Вновь, переспала с ним – и нужную сумму получила… В третий раз ее не допустили к нему… Теперь, по прошествии стольких лет, ее гнала горькая нужда, к этому властолюбцу и любителю молоденьких женщин: не с их репутацией обанкротившихся, идти с бриллиантами к ювелиру – мигом станет известно в городе – и к Марии Ивановне выстроится очередь, из желающих вернуть деньги, кои одалживали ее мужу Николя, но потеряли всякую надежду, вернуть свое…
Мария Ивановна успела своевременно: время, отведенное для приема пищи, у Елизара Степановича еще не истекло – и он находился один в столовой… Закрыв за собой дверь и сделав три шага в сторону его стола, Мария Ивановна упала на колени, перед Елизаром Степановичем…
- Ваше высокоблагородие, я знаю, что вы, человек душевный и честный – поэтому я снова, коленно-припадаю к вашей милости и молю о вашем участии, в моем заблудшем деле…- Мария Ивановна раскрыла свою ладонь и три бриллианта, разной величины, блеснули своими гранями…
Величественного Елизара Степановича ни на йоту не тронули лестные слова этой блеклой женщины: душевный и честный…- данные словечки можно было посчитать оскорбительными, для такого человека каким был он – влиятельный столоначальник, вот, наличие бриллиантов, в руке этой женщины, заинтриговало его… Хорошо, что явилась не деньги клянчить!!!
- Сударыня, что вы, ждете от меня?! Не понимаю, цели вашего визита…- промолвил, недовольно, его высокоблагородие: в чине надворного советника, занимающий важную должность столоначальника - это в его руки стекаются все взятки от истцов…, он и распределяет деньги, между служащими, что находятся в его подчинении… Большими деньгами ведал сей господин!
- Видите ли, ваше высокоблагородие, сегодня нас должны были изгнать из нашего дома, за долги мужа… От отчаяния, мой Николя пошел на крайность: проезжему гусару, за приличные деньги, он дозволил провести ночь, в постели с нашей старшей дочерью … Этот гусар, миновав комнату Анны, проследовал в опочивальню дочери младшей-Лизы, которая и не ведала о соглашении отца с гусаром, в отношении Анны! Гусар овладел нашей Лизой, а по утру осознал зло, что причинил невинной девушке – эти бриллианты он дал Лизе, в качестве ее приданного… Наша семья находится в страшной нужде – к тому же Николя сегодня пострадал в стычке с гусаром – его определила я в больницу для неимущих – пришлось отдать последнюю ассигнацию, чтобы к нему больше внимания проявили... Николя теперь не работник, к тому же! Ввиду нашей великой нужды, я хотела бы перевести бриллианты в деньги, чтобы часть, из них, отложить на приданное Лизе - и нам, на проживание осталось бы, но пойти к ювелиру не могу, иначе ко мне выстроится очередь, из мелких кредиторов моего Николя… Ваше высокоблагородие, взываю к вашей милости: помогите нам, сирым!!! – Мария Ивановна все еще стояла на коленях, перед могущественным Елизаром Степановичем и подобострастно заглядывала ему в глаза…
Он долго обдумывал, сложившуюся ситуацию, прежде, чем изречь из себя: - Извольте, подойти ко мне и покажите свои стекляшки…
***
Вернулась Мария Ивановна домой в приподнятом настроении: завтра у нее будут деньги…- за ними повелел прийти его высокоблагородие - Елизар Степанович, но завтра… С владельцем скобяной лавки она переговорит, тоже, завтра: его сыну придется отдать в жены не Анну, а Лизу…- такая досада! Мужа навестить в больнице, затем…- планировала Мария Ивановна, но, как говорится, «мы предполагаем, а Небеса располагают»…
***
Обедать они сели ближе к вечеру: в пять часов. С утра, их незаменимая работница Дуня, бегала два раза в продуктовую лавку: запасала продукты на неделю – и, только потом, приступила к приготовлению пищи. Жаль, что от старой няньки Лизы – Нюры мало проку – и за порог старуху не выставить: Лиза к ней слишком привязана…- и не хочет понять, что ее старуха-нянька - лишний и бесполезный рот, в их нуждающейся семье…
Успели, только откушать картофельного супа – Дуня стала разносить второе блюдо: тушеную капусту с мясом… В их дверь постучали…- это заявился, движимый исключительно любопытством, его высокоблагородие – Елизар Степанович: ему было интересно посмотреть на девушку Лизу, за ночь с которой, гусар «отстегнул» немалую сумму денег и, поутру одарил девицу бриллиантами необычайной чистоты… Ювелир, без устали, восхищался теми бриллиантами, повышал закупочную цену, но Елизар Степанович устоя: он человек богатый – зачем ему сбывать с рук бриллианты подобной ценности?!
Его высокоблагородию, моментально уступили стул и место за столом, а для Марии Ивановны принесли табуретку, с кухни – и трапеза продолжилась в необычной тишине… Елизара Степановича тишина не напрягала, наоборот, в тиши ему лучше думалось, не замечала напряженности тишины и Лиза: она была погружена в свои мысли – вот, Марии Ивановне и ее дочери Анне было не по себе… Елизар Степанович, между тем, рассматривал, без всякого стеснения, Анну и Лизу, поочередно – и он нашел, что Анна более заманчивая, а Лиза слишком бледна, слишком неулыбчива…- не понял он причины, из-за которой, заезжий гусар наделил «бледную поганку» ценными бриллиантами!? Недоверчивый чиновник немалого ранга, было, решил: обманывает его Мария Ивановна, совсем из другого источника объявились эти «камушки»?!
Мария Ивановна долго думала и, коль, его высокоблагородие сам заявился к ним, она решилась заговорить с ним - и более того, коснулась личного Елизара Степановича:
- Ваше высокоблагородие, если посмотреть на вас…: вы, еще такой привлекательный мужчина, но долгие годы вдовствуете… Не возникает желания повторно жениться?! Уж вы, простите, ради Бога, мое любопытство! – его высокоблагородие не успел ответить, вновь раздался стук в их дверь – и Дуся открыла, пришедшему…, им оказался врач, из больницы для неимущих…
- Простите, что нарушил вашу трапезу, но ваш муж, сударыня, просил, чтобы ему занесли съестного: в нашей больнице суп жидок…- ваш супруг испытывает мучительный голод. Я исполнил его просьбу и посему, откланиваюсь…- доктор попятился к выходу…
- Ну, что вы, доктор, присаживайтесь и отобедайте с нами… Правда, разносолами мы вас не побалуем, но, отведайте, что Бог нам послал! – и Мария Ивановна повелела Дуне, принести с кухни еще одну порцию тушеной капусты с мясом…, а его высокоблагородие, тем временем, надумал пошутить - и для этого решил ответить на вопрос Марии Ивановны:
- Любезная Мария Ивановна, отвечая на ваш вопрос, заявляю: желание жениться вторично, периодически, возникает…, но я, как человек в годах, тем не менее, желал бы себе в жены особу молодую! Но юные особы грезят о лихих гусарах и младых, и дерзких студентах - на таких пожилых, как я…, они смотрят с чувством брезгливости…- Елизар Степанович задорно подмигнул Анне – и та покраснела, как маков цвет, а его высокоблагородие, внезапно, обратился, непосредственно, к Лизе: - Барышня, я ведь истину глаголю?!
Лиза не сразу осознала, что, это с ней заговорили: за весь обед, она ни разу не оторвала взгляда от своей тарелки – и Марии Ивановне пришлось окликнуть дочку, при этом она попыталась сгладить, неприятное впечатление, от своего вопроса – и Лиза, «вполуха», слушавшая важного чиновника, ответила ему, по-детски, откровенно:
- Не думаю, ваше высокоблагородие, что молодые особы смотрят на вас брезгливо: вы, очень богаты и, хотя немолоды, но вы, опрятны, у вас хорошие зубы и главное – от вас совсем не пахнет старостью…- она посмотрела в глаза Елизара Степановича откровенным и открытым взглядом, и он получил возможность, заглянуть в колдовской омут ее глаз… Откровенность юной женщины-ребенка развеселила его - и он громко расхохотался, прямо, до слез…, к нему присоединился и врач…
- Ох, и развеселили же вы, меня, детка! Давненько я так не смеялся! Мне пора домой, но на прощание, хочу попросить вашей руки, Лиза: так как, от меня не пахнет старостью, я могу рассчитывать на положительный ответ?! – ныне, Елизар Степанович удивлялся себе, как он сразу не сумел рассмотреть красоты, этой обворожительной девочки? И она, совершенно не походит на своих легкомысленных сверстниц…
Его высокоблагородие встало из-за стола – на прощание, первой, он поцеловал руку Лизе, а затем и Анне, а Марию Ивановну увлек за собой, к выходу, но о женитьбе на Лизе больше не обмолвился, а вручил Марии Ивановне пачку ассигнаций…
- Это плата вам за бриллиант покрупнее, а ваши два мелких я возвращаю вам… Будьте здоровы…- и он вышел за дверь, на крыльцо...
***
Мария Ивановна, сперва, спрятала деньги и бриллианты в надежное место, перекрестилась перед иконой и поспешила к столу: к чаю подавались мятные пряники… В общем-то, грех было обижаться на жизнь, сегодня: пусть кушанья были незатейливы, но с кусочками мяса, а его давно не ели в этом доме – и деньги появились на жизнь, и два небольших бриллианта его высокоблагородие не «зажилило» себе – есть небольшой задел на будущее…
- Дуня, остатки супа и тушеной капусты разложи по двум горшочкам…- не так, еще и поздно, Анна сходи к отцу: не хотелось бы, чтобы он умер от голода… Вы, Валерий Иванович, не имеете такой возможности: сопроводить мою дочь в больницу? – распорядилась Мария Ивановна: нужно было «ковать железо, пока оно горячо», если сын владельца скобяной лавки согласится жениться на Лизе, этот Валерий Иванович, как нельзя кстати, подошел бы их Анне…- и все вышло бы славно…
На следующий день, поутру, в доме Марии Ивановны объявилась известная модистка…
- Поздравляю вас, Мария Ивановна! Такого славного и богатого жениха вы, сыскали своей дочери Лизе! Его высокоблагородие выдало мне аванс, на приобретение материи, для пошива свадебного платья…- я пришла, чтобы снять мерки с его невесты Лизы…
- Доченька, выхода у нас нет – придется тебе принять, предложение его высокоблагородия…- иначе, отца погонят со службы, и мы останемся без средств к существованию – и дома лишимся!!! И получится так, что твоя жертва была напрасной!!! Выйдешь замуж – и покроет муж наш общий позор! - ничего не сказала матери, дочь Лиза, лишь кивнула: и правда, если выбирать между смертью и свадьбой с пожилым…- лучше, выбрать свадьбу…, тем более, что от пожилого мужа, пока не пахнет старостью, а там будет видно…
Две недели прошли в сплошных хлопотах: экипаж Елизара Степановича всякий раз, возил к модистке его невесту Лизу и ее маменьку, на примерки свадебного платья; потом, следовало закупить нарядов и обуви, с запасом, на будущие приемы; этот же экипаж, возил и кухарку Дуню на базар, и в продуктовую лавку, чтобы закупиться продуктами впрок… Дочь Анна, тем временем, в обществе Валерия Ивановича, навещала своего отца… Эта семья давно не жила такой насыщенной жизнью: с утра, мать и дочь проводили время у модистки, а по вечерам, Лизу жених выводил в театр, или в гости; Анна, ежедневно, навещала своего отца, в больнице – и попутно, пыталась очаровать, перспективного жениха Валерия…; Мария Ивановна стала бывать в гостях у своих, прежних приятельниц, те, что попроще – и ее приходу были рады: почему бы и нет – Мария Ивановна перестала клянчить деньги…
***
И крепостные крестьянки – Дуня и старая Нюра радовались перемене, произошедшей в жизни их барыни Марии Ивановны: иначе, Дуне предстояла высылка в деревню - и жизнь под гнетом жестокой помещицы - жена, родного брата Марии Ивановны, была люта, на расправу. Одинокую Нюру, просто выгнали бы на улицу… - какой работник из старухи? Но беда миновали их, лишь коснулась краешком – теперь, Дуня ездит на базар в экипаже, как барыня, а старую Нюру, ее воспитанница Лиза, обещает забрать с собой, в дом мужа – и тот, вроде, не против… Нынче, две крепостные женщины, переделав кое-какие дела, садятся у печки, на кухни и кушают, и чаевничают – их барыня закрутилась в делах – у нее нет времени, чтобы делать отметки: сколько супа или рагу, мясного осталось, после обеда…- и две оголодавшие женщины отъедаются! Всем хорошо: и господам, и их подневольным!!
По окончанию двух недель, непосредственно перед самой свадьбой: Мария Ивановна поняла, что дочь Лиза все же забеременела от заезжего молодца – лихого гусара Анатоля. В тот момент, Марии Ивановне показалось, что Небеса обрушились на нее и наступил конец всему, хорошему! Но Мария Ивановна была женщиной неробкого десятка, и выбравшись из-под обломков, своих разрушенных надежд, она нанесла визит Елизару Степановичу…
- Ваше высокоблагородие, ужасное все же случилось…- не смею подобное скрывать от вас: Лиза все же забеременела той ночью! Полагаю, свадьба не состоится…- Мария Ивановна больше не могла говорить, боялась разрыдаться перед этим мужчиной.
Пожилой жених прошелся по коридору: туда, сюда, обратно…- и принял решение:
- Мария Ивановна, мне по сердцу, ваша честность в делах, полагаю, что и Лиза пошла в вас…- наша свадьба с вашей дочерью состоится… Когда подойдет время родов, там и определимся: возможно, младенца отправим в поместье вашего брата, найдем дитю кормилицу – и Лиза сможет навещать своего малыша, изредка… Посмотрим…: сперва ребенка еще выносить нужно и родить… С чистой совестью, можете обращаться ко мне по-родственному: Елизар Степанович… Кстати, как себя чувствует мой будущий тесть? Заберите своего Николя домой, прямо сейчас, а попозднее, его навестит мой доктор - и я сам стану оплачивать, его визиты к вам: скверно, что мой будущий родственник лечится в больнице для неимущих... Для транспортировки больного можете воспользоваться моим экипажем…- Елизар Степанович раскланялся с Марией Ивановной и вернулся к своим делам.
***
В положенное время, Лиза родила очаровательную девочку и нарекла ее Ксенией. К тому времени, Елизар Степанович прикипел, сердцем, к своей, молодой жене – боялся огорчить свою любимую Лизу – и новорожденная девочка осталась со своей мамой...
***
После четырехлетнего счастливого брака, над благополучным Елизаром Степановичем нависла угроза позора и отставки: некоторые, из его подчиненных, осмелились написать коллективную жалобу, на своего столоначальника – он-де лихоимствует, берет непомерные взятки…- и отправили свою кляузу в Петербург! Незамедлительно, из надзорных органов столицы прибыл ревизор, чтобы на месте оценить работу надворного советника Елизара Степановича… Этим ревизором оказался бывший гусар, герой войны 1812 года – Артемий Матвеевич…, вышедший в отставку по ранению… Этот храбрый вояка, всерьез взялся за Елизара Степановича – его недруги, предвидя конец «царствования» премудрого Елизара, по-тихому, потирали руки, от радости…
***
Лиза поглядывает на часы, а те показывают четыре часа, после полудня – прошли все сроки, но муж так и не приехал на обед… Она волнуется: ее чуткое сердце чует лихую беду – и Лиза решается на отчаянный шаг… Она повелела нянюшке Нюре одеть дочку Ксюшу для прогулки..., а тем временем сама приоделась, надлежащим образом – и, вот, в экипаже мужа, Лиза с трехлетней дочкой и ее няней, отправились к месту службы своего кормильца и защитника…
С дочкой Ксюшей на руках, Лиза вошла в помещение, где трудился ее муж и его подчиненные. С порога, она поняла, что у ее Елизара крупные неприятности и виновником…, является сурового вида, незнакомец…
- Mon cheer, простите, что я явилась на службу…, но вы, не пришли на обед – прошли все сроки… и я волнуюсь: вы, ведь голодны! – встревоженная Лиза посмотрела на своего, более обеспокоенного мужа…- не испытывала волнения только маленькая Ксюша, находясь на руках своей мамы – она, улыбаясь, осматривалась вокруг себя и наблюдала немало любопытного…
- Да, Елизар Степанович, вам можно позавидовать: жена о вас так печется, что на службу приехала!!! Вот, я тоже голоден, но кому до меня дело? – суровый ревизор с интересом посмотрел на девочку, затем спросил: - Как тебя зовут, малышка? – и улыбнулся ей…, но Ксюша смутилась – и не сразу ответила незнакомку: - Ксюса…- все же представилась она…
- В таком случае, возможно, вы, не побрезгуете нашим гостеприимством и примите мое приглашение, отобедать с нами: у меня все готово! – Лиза, сперва посмотрела на незнакомца, потом перевела взгляд на мужа, пытаясь понять, правильно ли она поступает, но Елизар Степанович и сам не знал этого…, но решился поправить свою запоздалую оплошность:
- Позвольте, представить вам Артемий Матвеевич, мою жену Елизавету Николаевну и нашу дочку Ксению. И, правда, дела могут, и подождать – приглашаю вас к себе домой, отобедать, чем Бог послал! Похоже, и моя жена осталась без обеда, все дожидалась меня…
- В таком разе, нам следует поторопиться…- и Артемий Матвеевич последовал к выходу, а за ним и остальные…
***
Обед в доме Елизара Степановича проходил в раскованной обстановке – и напряжение, ранее витавшее между Артемием Матвеевичем и Елизаром Степановичем, как-то спало до минимума: этому, весьма, поспособствовала трехлетняя Ксюша и ее гостеприимная мама Лиза – и грозный ревизор покинул дом, объекта своей основной проверки, далеко за полночь…
На другой день, Артемий Матвеевич уже так не свирепствовал, но заключение, по результатам своей ревизии, написал нелицеприятное – и недруги Елизара, вновь воспряли духом…
Вернувшийся в Петербург, Артемий Матвеевич положил на стол, непосредственного начальника Сергея Мироновича свое заключение, тот его прочел и удивился: - Артемий, не понимаю: почему вы, на месте же, не определили степень наказания этому «трио спевшихся»?! Полномочия имели!
Артемий Матвеевич ответил не сразу своему начальнику и отцу, его погибшего друга: на минуту, перед ним возникли и Ксюша, и ее мама Лиза:
- Я повстречал ту Лизу…- и познакомился с ее Ксюшей, дочкой и нашего погибшего Анатоля, а мужем той Лизы, а стало быть и официальным отцом Ксюши является тот самый Елизар…, а подлый писарь – родной отец Лизы! Не хватило у меня духу, «распять» их! Что, тогда станется с Ксюшей, что смотрит на этот мир глазами своего отца Анатоля и улыбается его улыбкой…– и Лиза прелестная молодая женщина…- они не должны пострадать!!!
- Гибкости вам не хватает, Артемий…- гибкости в мышлении надобно иметь! - и Сергей Миронович, поразмыслив с полдня, своей влиятельной рукой, вынес порицание, проштрафившимся чиновникам!
Прибывший из столицы вердикт, зачитывал подчиненным, замещающий столоначальника: в своей душе, скользкий хмырь-замещающий…, уже давно взлелеял надежду, что освободившееся место столоначальника, перепадет, непременно, ему! Отстраненный от должности Елизар Степанович, покорно дожидался решения своей участи…- и дождался…
В том столичном вердикте, сперва, все было прописано, как «по накатанному»: высокое столичное начальство, провинившихся, многословно костерило за их провинности, грозило им суровыми карами...– и особливо доставалось Елизару Степановичу: и Указ, об его отстранении от должности столоначальника, последовал!!! К скрытому ликованию присутствующих…
Дошла очередность и до «постскриптума»…- и в нем сообщалось: Высочайшем Указом, за заслуги перед отечеством, Елизару Степановичу… присваивался очередной чин: коллежский советник и новая должность – прокурор! Так же, по Высочайшему Указу, чин: коллежский асессор присваивался Николаю Агафоновичу: его и назначили столоначальником, на освободившееся место! Третьего фигуранта-лихоимца высокое начальство никак не отметило, но тот был рад тому, что его никак и не наказали…
Отныне, «оку государеву» - прокурору Елизару Степановичу… вменялось в обязанность: надзирать за законностью, в деятельности административных органов… Николай Агафонович, получивший чин: коллежский асессор, к тому же без положенной выслуги 4 года - в чине титулярного советника, стал столоначальником! «Занавес» опустился!
***
Присутствующие, при чтении столичного вердикта, по результатам ревизионной проверки, шепотом злословили, терпеливо дожидаясь: какие карательные меры применят, к провинившимся… Зря злорадствовал народец и надеялся на торжество своей правды: от полученного результата, все так и обомлели!!! Вышло наперекосяк: жаловались в столицу, в надежде получить выгоду и послабление, но, похоже, некоторые ябеды выслужили себе отставку, а Елизар Степанович, вновь «вышел сухим из воды» - вот, ничтожному писарю подфартило!!! Откуда у такой жалкой гниды нашлись покровители в столице?
***
Елизар Степанович возвращался домой в своем экипаже – и чувствовал он себя неважно: словно, его выжили досуха… Будь у него сердце послабее…
помер бы Елизар Степанович, после того, как его торжествующий соперник, зачитал Указ, об его отстранении от должности… Любому трудно смириться со своим бесчестьем и позорной отставкой! В один миг, как в сказке, все перевернулось для него - теперь, Елизар Степанович получил чин коллежского советника и прокурорскую должность…
Завидев в окно экипаж мужа, Лиза выбежала на крыльцо, чтобы встретить его…
- Милая, все получилось, как в сказке, а я уж опасался, что в Сибирь сошлют – слишком, сильны мои недруги, здесь… Полагаю, mon cheer, вы, Лиза мой ангел-хранитель и счастливый талисман, вместе с Ксюшей: ваше появление смягчило, ожесточенное сердце Артемия Матвеевича… Теперь, все позади – и вы, мой ангел, можете поздравить меня с очередным чином и новой должностью прокурора! Так-то!!! – усталый пожилой муж и его молодая жена проследовали в дом…
***
Через неделю, в просторном и роскошном доме Елизара Степановича состоялся грандиозный бал, по случаю присвоения ему очередного чина и новой должности…- и на этот балу был сам губернатор с супругой и двумя дочками…
***
Ее муж, внезапно был отмечен по службе немалым чином и «хлебной» должностью – и Мария Ивановна решилась достать, из своей заначки деньги, вырученные, ранее, от Елизара Степановича, за бриллиант – теперь она передала их мужу Николя, а тот заказал зал, в ресторане, чтобы отметить свое повышение по службе: его бедный дом был не приспособлен для балов… Чествовать Николая Агафоновича, в ресторан прибыли: родной брат Марии Ивановны с супругой и детьми; дочь Анна с мужем Валерием Ивановичем и золовкой Варей; младшая дочка Елизавета с мужем Елизаром Степановичем; две верные приятельницы Марии Ивановны с супругами; двое коллег Николая Агафоновича, тоже с супругами… Посидели в ресторане славно: шампанское и водка с коньяком лились «рекой»; вдоволь, наелись изысканных закусок… – и танцевали вальсы, кроме старой девы Вари и Елизара Степановича с Лизой...
- Барышня, а вы, приходитесь сестренкой Валерию Ивановичу, как я понял? И, что до сих пор не замужем, и не были? – напрямую, спросил Елизар Степанович застенчивую и миловидную Варю…- такая бесцеремонность заставила старую девушку покраснеть и вжаться в стул, на котором она сидела.
Елизар Степанович, недавно избежавший опалы и позора, и разорения - он возжелал принять участие, в судьбе девушки, которую судьба-злодейка обошла в насущном…– он поманил к себе Марию Ивановну…
- Голубушка, Мария Ивановна, а, что сын владельца скобяных лавок и продуктовых, в придачу? Он женат или все холостяком ходит? Я подыскал ему невесту, дворянского происхождения, а, что бедна…, так я обеспечу ее приданным! Понравилась мне наша Варя – хочу поспособствовать ее счастью!
И Мария Ивановна, на следующий же день, встретилась с Евсеем, владеющим немалой собственностью и сыном Мироном, 23лет… Не ходя долго, вокруг да около, Мария Ивановна сообщила о цели своего визита: ее зять Елизар Степанович желает выдать за Мирона свою протеже Варю, 26лет, обедневшую дворянку, но приданое за ней дает сам Елизар Степанович. Осталось только договориться…, если данное предложение заинтересует Евсея и его сына Мирона? Обиженный на Марию Ивановну, Евсей ничего ей не ответил – и посрамленная Мария Ивановна, ушла домой ни с чем…
Богатый, но бывший крепостной Евсей страсть, как хотел породниться с дворянской семьей – и, казалось бы, свадьба его Мирона с дочерью Марии Ивановны – Анной была делом решенным, но все сорвалось в последний момент… Уж, как, тогда зубоскалили над ним, его приятели-толстосумы… Поразмышляв о предложении Марии Ивановны, тщеславный Евсей надумал рискнуть еще раз: поскольку в этот раз посредником выступает сам Елизар Степанович – прокурор, сорваться их затея не должна! Он послал с запиской к Марии Ивановне одного, из своих подмастерий…
Прочитав записку капризного Евсея, Мария Ивановна отправилась с визитом к зятю…- и они договорились о времени, и месте встречи… Тихая девушка Варя, между тем, не ведала, какие страсти разгорелись вокруг нее: она дожидалась повозки, из ветшающего имения своей пожилой тети, чтобы вернуться назад… Сердобольная и одинокая тетя приютила ее и маму – после того, как их отец был объявлен банкротом – и дом, и все имущество было продано с молотка… В ту пору, миловидной Варе было шестнадцать лет – и тетя понадеялась выдать замуж привлекательную девушку – ее старшего брата Валерия, тетя направила на учебу - и оплатила его обучение на врача, с условием: Валерий, став врачом, должен накопить денег, на приданное сестре Варе… Валера выучился, обзавелся немногими пациентами, но средств, чтобы скопить что-то и для Вари, не хватало: ведь он и сам молод, и сам надеялся на удачный брак с родовитой и богатой девушкой… К сожалению, в высокое общество ему путь был закрыт, за неимением необходимых знакомых. В тридцать лет ему подвернулась Анна – совсем небогатая, но ее сестренка выходила замуж за богатого и влиятельного чиновника…- и Валерий Иванович сделал предложение Анне. Как показало время, он не прогадал…
После того, как Евсей и Елизар Семенович договорились в главном, перед фактом были поставлены Мирон и Варя – и их знакомство состоялось! Потом уж, Варе было заказано свадебное платье и еще два наряда на последующие дни… Венчание молодых должно было состоятся в сельской церкви, недалеко от поместья тети – и первый свадебный день намеревались отпраздновать в усадьбе все той же тети… Хорошо, что у Елизара Семеновича нашлось время, он лично сопроводил Варю в имение тети…
Осмотревшись в барском доме, Елизар Семенович прислал из своего имения крепостных мужиков, пригодных к плотницкому делу: и скоро, протекающую крышу залатали, и чадящие печи отремонтировали – и в июле, принялись протапливать барский дом – слишком в нем пахло сыростью! Кое-какую подержанную мебелишку и бархатные занавеси, что пылились без дела на чердаке, Елизар Семенович повелел управляющему перевезти из своего загородного имения в дом милой тетушки Фаины…
Немногочисленная дворня пожилой Фаины, побросав свои неотложные дела, отмывали старый барский дом от копоти и выскабливали грязь и мусор около дома… Занесли и расставили подержанную мебель, повесили на окна и двери бархатные занавеси, что пожертвовал – от своей щедрости Елизар Степанович – и внутри дома повеяло милым уютом – пришлось побелить и внешние стены дома…- старая усадьба стала пригодна к приему гостей…
В назначенный день, свадебный стол накрыли в той стороне дома, где тень, от фруктовых деревьев, не позволяла лучам палящего солнца, проникать в жилище. Горячие и холодные закуски готовили повара, нанятые Елизаром Степановичем, обслуживали свадьбу крепостные девки, попроворнее…
Настал час икс…, не веря еще в происходящее, Варя, с помощью мамы и тети, обрядилась в свадебный наряд… Их дом заполнялся понаехавшей родней, которая долгие годы не хотела знаться, с обедневшей семьей... Теперь, они прибыли, поглазеть на старую деву Варю: как она будет смотреться у алтаря – и каков из себя жених, что жениться на просроченной деве – и, что эти неимущие станут подавать на стол…
***
Прибыл внушительный экипаж – из него вышли Елизар Семенович и его супруга Елизавета Николаевна, а за ним подтянулся и экипаж попроще – это прибыли Николай Агафонович и Мария Ивановна, их дочь Анна с мужем Валерием – это он приходился новобрачной Варе родным братом...
Пожилой, но крепкий мужчина, от которого за версту пахло богатством и начальственностью, повел Варю к алтарю… Когда от лица Вари откинули ту часть фаты, что была предназначена, чтобы прикрывать лицо новобрачной – народ, присутствующий в церкви ахнул…, до того была хороша невеста, невзирая на ее немалые годы!!! Отлегло от сердца и у жениха Мирона: с такой женой не стыдно и на люди показаться… После венчания, уже на выходе из церкви, молодых осыпали рисом и лепестками цветов, а присутствующую дворовую ребятню, одарили конфетами…
Пировали в барском доме пожилой тети не день, а три…- приказчики Евсея только успевали, подвозить подводы с продуктами и спиртным: не захотел Евсей заказывать ресторан, для проведения свадьбы сына – в городе духота, то ли дело усадьба, в деревне – все двери и окна, настежь открыты – с улицы веет ветерком и дух такой…: медовый! Хор цыган, прибывший на тройках, добавил особого шарма и задора свадебному торжеству…
- Дождалась своего счастья старая дева: незнатного, но такого богатого и пригожего жениха отхватила бесприданница Варя – поглядите, как ее свекор деньгами сорит и его друзья-толстосумы не отстают от него! Стало быть, сытно и весело, отныне жить будет! – судачили родственники Вари и Валерия.
***
Через пять месяцев, после столичной ревизии, на имя Ксюши, дочки Лизы, пришла посылка из Петербурга…- это Артемий Матвеевич прислал, в подарок, очаровательной девочке Ксении не менее восхитительную куклу и изысканное, и красивое платьице – и то, и другое было изготовлено руками французских мастеров…
Потом, еще три года подряд, на Рождество, Ксюша получала от Артемия Матвеевича, в подарок, очередную роскошную куклу и изумительное платье - лично для Ксении, заказанные во Франции другом ее отца…
***
Потом, Лиза прочла в газете некролог: герой битв, под Аустерлицем и Бородино, отставной гусарский майор Артемий Матвеевич… скончался из-за ран, полученных в тех боях…
- Ксюша, мне больно говорить об этом, но твой взрослый поклонник – Артемий Матвеевич скончался от ран…- сейчас, прочла в некрологе…- больше подарков, на Рождество, от него не жди… Как, это печально: он совсем нестарым мужчиной был! – откровенно, посетовала ее мама, а Ксюша заплакала…- и в память о своем взрослом друге, четыре куклы, полученные в подарок от Артемия Матвеевича, Ксения берегла всю свою жизнь, «как зеницу ока»!
***
XXI век на дворе - и жизнь, год от года, меняется – не стоит на месте, но не обошли стороною и прекрасную Ию извечные страсти…- зависть, коварное предательство, насилие и отчаяние, и боль, но и любовь, по сей день, присутствует в ее жизни – почти, все, случилось с ней, как и с ее прабабушкой Елизаветой, родившейся в конце XVIII века и жившей до середины XIX века.
Ия смотрит на мужа Алексея, она, по-прежнему видит в нем героя, из своих девичьих мечтаний…- и, как же славно, что судьба послала ей, именно Алексея: он всегда оказывается рядом, когда ей грозит истинная беда!
И, сейчас Алексей занят важным делом: в заранее, им закупленные недорогие медальоны, в форме сердечек, он вставляет округлые копии, снятые с миниатюрного портрета предка Ии -Анатоля…- не стоит его маленьким детям – Кириллу, Алисе и Никите носить золотые украшения…- и привлекать к себе внимание людей, с заниженной социальной ответственностью!
***
Тот медальон, из червонного золота, внутри которого доселе находится миниатюрный портрет и прядь локона Анатоля – его, в далекие времена, подарил своей невесте, по случаю их помолвки, лихой гусарский полковник Анатоль. Потом, случилась встреча Анатоля с юной Лизой – эта младая девица, не уходила из памяти взрослого мужчины, по неясной его близким причине…– и будучи тяжелораненым, находясь в бреду, Анатоль взывал, отнюдь не к своей беременной жене: с его обветренных уст, постоянно, слетало имя незнакомки – Лиза…, Лиза…, Лиза… прости! Не смотри, так!!!
Естественно, что законная жена Анатоля - Софи почувствовала себя оскорбленной…– она сняла со своей шеи заветный медальон и бросила его, на бесчувственное тело мужа… Эта молодая женщина покинула, умирающего Анатоля – и на его похоронах не пожелала присутствовать! Более того, когда родился ребенок Анатоля, оскорбленная женщина не пожелала, показать дитя родителям Анатоля – мальчик так и рос, вдали от бабушки и дедушки!
Среди родственников покойного Анатоля пошли слухи, что его прокляла, неизвестная никому из них, Лиза! Эта недобрая молва, стала передаваться из поколения в поколение, обрастая слухами! Если у кого-то из потомков случалось несчастье, в их настоящем, все пеняли на проклятье Лизы!
***
И в 21 веке мало, что поменялось, в мышлении потомков Анатоля: господин Вольдемар, тот важный компаньон, небезызвестного нам Евгения Ильича, встретив на балу Ию…, сразу опознал колье, что украшало ее шею! Но он, вовсе не претендовал на эту вещицу-«медаль», как подумалось Ии – этот мужчина пожелал: избавиться от медальона Анатоля! Через века, «месть Лизы» настигла и его семью – у Вольдемара умер сын, от передозировки…, а дочь никак не может найти себе мужа, несмотря на ее богатство и внешнюю привлекательность – и их отец серьезно полагал, что в несчастье его детей повинно, несомненно, проклятье, затерявшейся в веках Лизы! Этот успешный бизнесмен увидел отличную, открывшуюся возможность: передать медальон Анатоля правнучке той, что в давние времена, прокляла их род…
Движимый желанием, освободить свою семью от давнего проклятья – этот иностранец с русскими корнями, разыскал Ию в областной столице и заявился к ней домой, чтобы вручить Ии медальон Анатоля! Ия не пожелала взять золотую вещь у незнакомца – Алиса, ее маленькая дочка, приняла из рук дяди Вольдемара вещь, что принадлежала, некогда, ее предку Анатолю…
Теперь, Алексей сидит рядом с женой и для своих троих детей доводит «до ума» три медальона – и у Кирилла, и у Алисы, и у Никиты на груди будет находиться миниатюрный портрет их далекого предка, героя войны 1812 года, лихого гусарского полковника Анатоля…- как оберег от сил лиха…
***
Прежде, чем положить медальон червонного золота в тайник…, рядом с «медалью» своих прабабушек…- Ия посетила храм – и священник освятил, святой водой, медальон Анатоля: и снаружи, и внутри… Затем, священник прочел молитву, над раскрытым медальоном: об упокоении душ воина Анатолия и его супруги Софии, обиженной и оскорбленной им…
***
Вскоре, из Франции до Ии дозвонился названный родственник…
- Кузина Ия, как ваши дела? Звоню вам, чтобы пригласить, вас и ваших близких, на свадьбу моей дочери Натали… Такая радость: возможно, я еще покачаю на руках своего внука или внучку!!!
- Кузен Вольдемар, полагаю вам, давным-давно, была бы предоставлена судьбой, такая возможность, но вы, предпочитали держаться за старую байку - и во всех своих бедах, винили мою невинную прабабушку Лизу… Хотя, это так очевидно, что медальон нашего предка Анатоля был заряжен агрессивной энергией, именно, его женой Софи: это, ведь оскорбленная и обиженная Софи, в величайшем гневе, швырнула в мужа, тем медальоном?! И ушла, затаив злобу на род мужа: даже не позволила родителям Анатоля, увидеться с внуком! Так, скажите, кузен Вольдемар: причем была юная девица Лиза?! Но долгие два века, из поколения в поколение, ваш род возводил напраслину, на невинную женщину Елизавету – и все дожидались благоденствия!!! Вы, все, такие чудаки, право дело!!! На свадьбу Натали, к сожелению, мы с мужем не сумеем прибыть, но, возможно, в ту пору, в Париже будет мой папа: его пригласили на конференцию…
Вольдемар долго молчал, обдумывая слова Ии, лишь сопел в трубку, а Ия, терпеливо ждала ответа… Вот, она такая…- эта странная жизнь!!!
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.
Эта странная жизнь...
© Copyright: Нина Тарутина, 2026
Свидетельство о публикации №226021900942
Свидетельство о публикации №226021900942
Рецензии