Глава 15. Поезд в 13 13

Глава 15. Поезд в 13:13

Решение пришло внезапно, как всегда приходит понимание неизбежного.

Они стояли на заснеженном перроне заброшенной станции — Катя, Алексей, Слава, который едва держался на ногах, и Олег, появившийся из темноты получасом раньше. Олег был дальним знакомым Славы, занимался логистикой, ни во что не верил, но когда ему рассказали — почему-то поверил сразу.

— Дальше мы не пойдём, — сказала Катя, глядя на Олега. — Ты знаешь почему.

Олег кивнул. Он знал. За те несколько часов, что они провели вместе, книга рассказала достаточно. Катя передала ему гримуар, и тот принял тяжесть, будто всегда её ждал.

— Ты чувствуешь? — спросила Катя.

— Да. — Олег провёл пальцем по обложке. — Она тёплая. И... она думает. Я слышу.

— Теперь она твоя. До следующего перехода. А наш переход... он здесь заканчивается.

Алексей сжал плечо Олега.

— Тот, кто идёт за Ирой, не должен знать, что книга у тебя. Если он поймёт, что мы разделились, он бросится за тобой. А нам нужно, чтобы он думал, что книга всё ещё у Кати.

— Вы будете приманкой?

— Мы будем делать то, что должны. — Катя улыбнулась, но улыбка вышла горькой. — Ты идёшь к бабушке. Она знает то, чего не знаем мы. В её книгах, в её историях — ключ. Я чувствую.

— А если она ничего не знает?

— Знает. — Катя положила руку на гримуар, который теперь держал Олег. — Книга сказала. Твоя бабушка ждала этой встречи. Она просто не знала, что ждёт именно тебя.

Поезд показался из-за поворота — старый, дребезжащий, с облупившейся краской. Точно такой же, как тот, что увозил Странников. Только на табличке маршрута значилось: «13:13 — Ниоткуда — Никуда».

— Вовремя, — хмыкнул Алексей. — У них чувство юмора специфическое.

— Кто сядет в поезд, тот перейдёт черту, — тихо сказала Катя. — Обратно будет нельзя. Ты готов?

Олег посмотрел на книгу в своих руках. Потом на троих людей, которые доверили ему самое ценное.

— Готов, — сказал он.

И шагнул к поезду.

---

В вагоне

Олег выбрал место у окна. В вагоне было почти пусто — несколько сонных пассажиров, женщина с ребёнком, старик с газетой. Обычный поезд, обычные люди. Только за окном вместо платформы была белая мгла, и Олег знал: поезд уже не на той стороне.

Он открыл книгу.

Страницы шелестели сами, останавливаясь на одной — с рисунком старой женщины в кресле, с книгой в руках. Надпись внизу:

«Анна Сергеевна. 73 года. Библиотекарь на пенсии. Читала всё — от Брэма Стокера до Виктора Пелевина. Вампиры и постмодернизм — странное сочетание? Только для непосвящённых. Для неё это была карта. Карта миров, где границы тоньше. Где можно перейти, не сходя с места».

Олег усмехнулся. Бабушка. Он всегда считал её чудаковатой — сидит целыми днями с книгами, перечитывает одно и то же, спорит с соседками о природе вампиров и о том, существует ли на самом деле «Чапаев и Пустота» как философский трактат. А она, оказывается, всё это время...

Мысли прервал скрип двери.

В вагон вошёл мужчина в сером пальто. Тот самый. Олег узнал его по описанию — сосед Кати, тот, что выбросился из окна и вернулся. Он шёл по проходу медленно, вглядываясь в лица.

Олег опустил голову, прикрыл книгу курткой. Сердце колотилось где-то в горле.

Мужчина остановился прямо напротив его кресла.

— Молодой человек, — голос шипящий, нечеловеческий. — Вы не видели здесь девушку с книгой? Такую старую, в кожаном переплёте?

— Нет, — Олег постарался, чтобы голос звучал ровно. — Никого не видел.

Мужчина смотрел на него долго, очень долго. Олег чувствовал этот взгляд — буравящий, проникающий под кожу, в мысли.

— Странно, — сказал наконец мужчина. — Я чувствую её. Она где-то рядом. Пахнет старой бумагой и... надеждой. Гадость, правда?

Он засмеялся — тем самым скрежещущим смехом, о котором рассказывала Катя — и пошёл дальше.

Олег выдохнул только когда дверь в тамбур закрылась.

Он посмотрел в окно. За стеклом мелькали странные пейзажи — то лес, то поле, то вдруг город, которого не может быть, потому что он уже сто лет как разрушен. Поезд шёл сквозь время.

Олег закрыл глаза и попытался собраться с мыслями.

Бабушка.

Она всегда говорила странные вещи. Например: «Вампиры — это не те, кто пьёт кровь. Вампиры — это те, кто забирает жизнь, не спрашивая. Они могут выглядеть как люди, говорить как люди, но внутри них — пустота. И они ищут, чем её заполнить».

Он думал, это просто метафоры.

А теперь?

Или вот Пелевин. Бабушка могла часами рассуждать о том, что его книги — не фантастика, а инструкции. Что «Чапаев и Пустота» на самом деле про то, как люди теряют себя в чужих мирах. Что «Священная книга оборотня» — про любовь, которая невозможна, потому что один из двоих — не человек.

«Они среди нас, Олежек, — говорила она. — Всегда были. Просто мы их не видим, потому что не хотим видеть. А книги — они открывают глаза. Учат различать. Там, где другие видят людей, ты увидишь пустоту. Там, где другие видят тьму, ты увидишь свет. Надо только читать внимательно».

Он читал. Или пытался. Но тогда, в детстве, это казалось игрой.

Теперь книга в его руках пульсировала теплом, и Олег вдруг понял: бабушка всё это время знала. Знала о других мирах. Знала о тех, кто ходит среди людей. Знала о книге. Может быть, даже ждала её.

Интересно, она обрадуется или испугается?

Поезд качнуло. За окном появилась платформа — старая, деревянная, с одиноким фонарём. Надпись на табличке: «Лесная. 13:13».

Олег встал. Выходить или нет? Он не знал расписания, не знал маршрута. Книга молчала.

— Выходи, — раздался голос сзади.

Олег обернулся. В проходе стоял тот самый мужчина в сером пальто. Теперь он улыбался.

— Выходи, я сказал. Здесь твоя остановка.

— Откуда вы знаете?

— Я знаю всё, что касается этой книги. — Мужчина шагнул ближе. — Я чую её за версту. И тебя чую. Ты новый Хранитель. Глупый, наивный, ничего не понимающий. Идеальная жертва.

Олег отступил к выходу. Рука сама легла на ручку двери.

— Не трогай меня.

— Я и не трону. — Мужчина остановился, сложил руки на груди. — Пока. Ты сам придёшь. Они все приходят. Думают, что спасут мир, а в итоге просто отдают книгу тому, кто знает, как ей пользоваться. Иди, мальчик. Иди к бабушке. Пусть она расскажет тебе свои сказки. А когда начитаешься — мы встретимся. Обещаю.

Двери открылись. Олег шагнул на платформу.

Поезд тронулся сразу, будто только и ждал этого. В окне мелькнуло улыбающееся лицо в сером пальто, и состав растаял в белой мгле.

Олег стоял один на пустой платформе, сжимая в руках книгу, и смотрел на тропинку, уходящую в лес. Где-то там, в глубине, ждал дом бабушки. И ответы.

Или новые вопросы.

Книга Ночи переворачивала очередную страницу.