Честь короны шахматной на карте

«Шахматы не для людей слабых духом» — В. Стейниц (первый чемпион мира).



 В шахматы Вова играть не умел, но интересовался. Нравились ему статьи в «Советском спорте» известного в ту пору шахматного обозревателя Александра Рошаля, ведущего свои репортажи с разных турниров, включая международные.
 Конечно, в самых общих чертах Вова имел представление об этой умственной игре: знал и про шах, и про мат; как ходят все фигуры, включая пешки. И как вишенку на торте, Вова что-то слышал про пат и цуг-цванг. Поскольку он был юношей начитанным, то ему были также известны слова знаменитого  Остапа Бендера  о плодотворной дебютной идее. Хотя сути этой идеи Вова уловить никак не мог. Не может он  до сих пор и даже не старается. С другой стороны, – как  забыть ход е2 - е4 ??? Но строго по анекдоту про Леонида Ильича:
« - В чём разница между Брежневым и Карповым? - Карпов ходит «е2 – е4», а Брежнев - «е2 – е2» -.»

Зато друзья у Вовы были.... Один из них даже пригласил его на одну из партий за  титул чемпиона мира между Карповым и Корчным. Все кругом  сидели с карманными досками и беспрерывно исследовали меняющуюся позицию на главной доске. Вове было скучно, а друг был так вовлечён, что  не объяснял ему происходящее. Вова поэтому на доску смотрел мало, в основном – на двух действующих лиц. И эта картина у него до сих пор перед глазами.

Несмотря на это, Вове продолжало быть интересным то, что происходило в шахматном мире, и в качестве болельщика он не раз ездил на соревнования  со своими друзьями, выступавшими на первенство Москвы среди ВУЗов. Днём студенты учатся, поэтому соревнования проходили по вечерам. Был даже случай вечернего выезда на очередной тур первенства - с ВУЗом, в котором как раз училась будущая жены Вовы. Но тогда не сложилось, не пересеклись они в институтских коридорах, а  встретились они только лишь через семь лет. Это, однако, совершенно другая история. Не связанная ни с шахматами, ни с другими видами спорта, ни с другими играми.

Итак, всё было хорошо, ровно, легко и интеллектуально. Но бесконечно так быть не могло.

Как-то раз, после напряжённого учебного дня случился очередной тур первенства с неким ВУЗом, название которого сегодня Вова уже и не помнит. Два его друга, как всегда ненавязчиво, предложили Вове оказать им моральную поддержку. Долго его уговаривать не пришлось, хотя в этот вечерний день (оксюморон, однако) настроение у Вовы было не из лучших. Поэтому он, в отличие от своих спортивных товарищей, перед стартом просто взял и выпил два пива....

В зале всё было подготовлено к соревнованию. Установлены на 12 столах 12 шахматных досок. И 24 стула, понятное дело. Ибо в матче с каждой стороны по 12 игроков, а матч на 12 досках. По правилам, которые, вероятно, можно нарушать, на первой доске играют самые сильные шахматисты и так далее по убывающей до последней, 12-ой доски.

Друга Сергея капитан команды посадил за 3-ью доску, друга Сашу – за 9-ую. И тут выясняется, что у нас неявка – всего 11 шахматистов. На каждой доске за победу 1 очко, за ничью - 0,5 очка, за поражение - 0 очко, за неявку – минус 1 очко. Капитан внимательно, прямо в глаза, посмотрел на Вову, и он неохотно сел  за 12-ую доску.  Дали лист бумаги и ручку – чтоб Вова, как и любой настоящий шахматист, должен (обязан!) был записывать ходы, свои и соперника. Вова сидел на 12-ой доске под чужой фамилией, но чуть было на этом официальном листе бумаги не написал свою фамилию. Бог уберёг. И время пошлО!

«Плодотворная дебютная идея!!» – гремело в голове у Вовы, но он играл чёрными. Свои ходы Вова делал вдумчиво – с точки зрения количества затраченного времени, но не более того. Этим он напугал своего соперника, который тоже стал долго думать, ибо ходы Вовы не укладывались в наиболее известные в мире дебюты. Тем не менее, им постепенно удалось войти в «миттельшпиль».

Тем временем, на других досках постепенно партии заканчивались. Проиграли, к сожалению, Сергей и Саша.  На остальных досках было по-разному. А в конце отведённого на матч время в зале  почти все шахматисты столпились у 12-ой доски, анализируя позицию. Ход был за белыми, и сопернику Вовы стали что-то подсказывать на ухо. Кто-то предложил поставить им часы с лимитом по 5 минут, то есть доигрывать партию, как «блиц». Но в итоге решили, что позиция ничейная и пора по домам.

«И хвалёный пресловутый Фишер
Тут же согласился на ничью.»