Марс

1. Домой.

Звук будильника отвратителен даже на Марсе. После того, как тот отключился, в комнате еще некоторое время висела мертвая тишина, но Арни все таки решительно поднялся. Спал он в одних холщовых штанах, в отсеке поддерживалась определенная температура и газовый состав воздуха, пригодный для проживания переселенцев, а вот для коренных уже марсиан это было жарковато и слишком много кислорода. Сегодня у него много дел, поэтому Арни. накинув на себя такую же, как штаны домотканую тунику,  ловкий и сильный, он в одно движение убрал в нишу складную кровать и громко заявил, завязывая шнурки на своих сандалиях с подошвой из хорошо выделанной конопляной соломы:
- Доброе утро семья!
С других кроватей послышалось сопение, наконец бабушка Анна отозвалась:
- Доброе, мой дорогой!
В маленькой, очень тесной комнатке жилого отсека кроме Анны и Арни еще жила старшая из рода -  женщина почти столетнего возраста.   Впрочем это ей не помешало самостоятельно управиться с кроватью. Высокая и крепкая, она имела здравый рассудок и трудилась наравне со остальными.
 Анна и ее мать были одеты в удобные  комбинезоны из практичной ткани, полностью прикрывающие тело, привезенные вместе с другим оборудованием с земли. Эта одежда им была привычней, чем грубые одежды из местных тканей.

Анна  улыбаясь обратилась к Арни:
- Когда ты  приедешь?
Молодой человек повернулся к женщине:
- Теперь не скоро,  везем на место нового поселка семена, будем осваивать  поля . Но мы с Хельгой вас с Марией ждем на обряд  первого числа следующего месяца! Наш дом готов, и после обряда будет новоселье.
Старая женщина  сидела выпрямив спину на откидном стуле. Она с любовью смотрела на своего правнука.
 "Какой красивый мальчик вырос!" -  подумала она.
Могла ли Мария мечтать тогда, что тут на этой враждебной  планете, у нее будет такая большая семья и столько счастья.
- Арни, я очень хочу посмотреть на ваш дом, хорошо, что вы делаете обряд в первых числах, а то вылет запланирован на конец, успею. - поделилась мыслями Мария
Анна напряглась,  с надеждой и какой-то обидой в голосе обратилась к матери:
- Мама, ты все таки решила возвратиться? А как же я? Мы? Ты меня сюда привезла, что бы бросить?







2.На Земле.

- Аня!
- Мама!
Мария оторвалась от сбора образцов "марсианской" люцерны на полях экорезервации, и оглянулась вокруг ища Аню, свою дочку семи лет, она играла тут же в поле, пока мать работала. Девочка отозвалась и в припрыжку побежала навстречу женщине, а та завидев белокурую голову дочери среди высокой травы уже протянула руки, а потом подхватив Аню, подняла  ее высоко к голубому небу, яркому солнцу, приговаривая при этом:
- Доченька моя любимая!
И сердце матери радовалось, и счастье переполняло.
Мария дочь вынашивала сама, хотя можно было воспользоваться инкубатором, не мучиться, не выпадать из научной работы, а получить здорового малыша.  И хотя многие сейчас именно так и поступают, но есть еще женщины, и их меньшинство, которые хотят познать материнство. В современном обществе, благодаря почти двухвековой политике Синдиката, принято считать, что дети рожденные традиционным способом, не такие здоровые, ведь в инкубаторе имеется возможность корректировать  на самом раннем сроке различные аномалии развития, или же совсем уничтожить не жизнеспособный плод. И самое ужасное, по мнению Синдиката, при традиционном вынашивании детей между родителями и детьми устанавливается, такая ненужная в современном высокотехнологичном обществе ,родственная связь, привязанность на каком-то животном, инстинктивном уровне.
А Синдикату было выгодно население без родственных связей,   ведь так легче управлять: людям просто не за кого бороться, только за себя, а одного уничтожить всегда легче, если тот станет лишним. Но  естественные роды никто, конечно, и не думал запрещать.  Политика Синдиката была одновременно и лояльной, хотя люди его интересовали только как биомасса, и подчеркнуто узконаправленной: основная цель его правления была Земля, ее сохранность, благополучие. Добиваясь этих целей, надо было как-то управлять всеми процессами, в том числе и человеческим фактором, и люди все таки должны быть довольны жизнью, что бы не угрожать благополучию планеты, а мирно существовать.
 Планета  давно перенаселена.  Поэтому более ста лет разрабатывается программа освоения Марса.  Туда уже привезены десятки  атомных реакторов, что бы  топить полярные льды. Потекли реки, наполнились озера и моря, начались дожди. Часть планеты марсоходы засеяли той самой "марсианской"  модифицированной люцерной, и за сто лет там появилась пригодная для живого атмосфера. Только вода оказалась тяжелой, изотопной. и с переселением людей не спешили, хотя сама идея активно пропагандировалась.
Мария еще девчонкой, как многие, просто "заболела" Марсом, стала технологом, агрономом. Особенную гордость она почувствовала, когда утвердили для посевов на красной планете   два сорта сахарного тростника, в разработке которых  она активно участвовала,  просто не могла думать ни о чем-то другом,  как  о Марсе, поэтому в свое время записалась кандидатом на переселение...
Но в ее жизни появился Марк, они так  сильно полюбили друг друга, что нельзя было поверить в то, как можно чувствовать другого человека, зависеть от него.  Беременность стала  естественным продолжением их совместного существования. Когда   Мария нежась в объятиях Марка, тихонько поглаживающего ее большой живот,  чувствовала, как ребенок толкается под рукой мужа,  ей казалось , что большего счастья  не  может быть. Они - семья.  Мария полностью погрузилась в мир любви, материнства, в  крови постоянно был высокий уровень окситоцина.  Её жизнь наполнилась радостью, и единственным смыслом  существования стала дочь.  Даже Марк отошел немного на второй план, потому что только рядом с дочерью солнце светило ярче, небо было выше, и трава зеленее.
Как ни парадоксально, но ради дочери Мария вернулась в науку, что бы жить в экорезервации на природе, а не в бетонных джунглях города.
Очень давно, когда Синдикат узурпировал власть, первым делом   ограничил рост городов: строили только вверх и вниз в старых границах. Захват новых земель карался строго: уничтожали самострой и даже с жильцами. Зато расширялись зоны экорезерваций, но  для проживания там требовалось разрешение. Синдикат был всесилен, демократия давно умерла. Любое неповиновение жестоко подавлялось, и люди смирились... 
Благодаря грандиозным достижениям в медицине,   человек жил долго, продуктивно. Но целенаправленная политика Синдиката на разобщение  родственных связей  имела свои последствия: люди перестали испытывать эмпатию к окружающим, каждый думал только о себе. И только такие, как Мария все еще переживали за кого-то близкого, но их в этом прагматичном мире становилось все меньше и меньше.
3. Беда

В жилом отсеке, совмещенным с мини лабораторией,   где все было  эргономично, лишено индивидуальности и каких либо элементов декора,  Мария разогрела контейнеры с обедом, те приехали по пищепроводу из общей кухни. Еде в современном обществе было не принято придавать большего значения, она воспринималась, как что-то необходимое для полноценного существования, но никак не удовольствие. питались все централизовано и строго по часам: в городах стояли терминалы, большие столовые, где по вживленному с рождения чипу, каждый получал свой паек, содержимое которого учитывало возраст, пол, дееспособность человека.

  В контейнер Марии  входили стандартный кусок синтезированного мяса,  паштет из круп, клетчатки, желе с необходимым количеством углеводов. Никаких кофе, чая, десертов, это стало уже давным-давно историей. Тратить поля для выращивания не самых нужных продуктов для основной массы людей - пустая трата ресурсов.  с рождения человек воспитывался без вкусовых предпочтений.

 Прием пищи был необходим только для того, что бы элементарно утолить голод, тем самым становясь независимым от этой физиологической потребности, человек, необремененный лишними желаниями ,  работал продуктивней. А ведь только этим и оправдывалось само существование его на Земле. так тщательно охраняемой Синдикатом.
 
После обеда Мария все таки включила большой экран, совершенно забыв о том, что не подключилась к связи, выходя в поле. А ведь Марк работал   инженером строителем, его место было как раз в городе, поэтому они так были далеки друг от друга, но Мария поставила благополучие дочери выше любви к мужу.  Марк имел разрешение на проживание в резервации в свободное время, но сейчас у него большая работа.

Как только Мария подключилась к каналу связи, на большом настенном экране замелькали кадры тревожного репортажа, ведущего дронами-корреспондентами, где показывали ужасные вещи: люди, на вид совершенно здоровые падали на ходу и умирали, но при этом к ним никто не подходил, не спешил оказать помощь,  тот же дрон заглядывая в окна высотных зданий освещал огромные офисы, где люди лежали мертвыми за своими столами, словно внезапно все прилегли отдохнуть.

 Искусственный голос совершенно спокойно объявил : город закрыт, по его периметру выставлены роботы-санитары, уничтожающие любого, кто попытается войти в него или покинуть.  И так практически во всех крупных городах Земли.
Репортаж прервал Марк. Во весь экран появилось лицо мужа:
- Мария, я не знаю, что тут происходит, но это огромная беда, я попытаюсь выйти... но на всякий случай  - прощай, береги дочь!

Лицо исчезло, репортаж продолжился. Мария неотрывно смотрела. Потом встала, все выключила. Села за лабораторный стол, приготовила препараты из собранного материала и по путепроводу отправила их в головную лабораторию, остатки скинула в утилизатор. воспользовалась дозатором, эко салфеткой, обработала поверхности, ветошь уничтожила в том же утилизаторе. Потом наконец, присев на стул, она посмотрела на свою дочь и поняла весь ужас происходящего! ЕЕ ребенку грозит опасность!

4.Марс

Огромный межпланетный корабль, использовав в последний раз всю мощь своих двигателей сел на поверхность  необитаемой планеты, и заглох навечно.  Это был путь в один конец.  Еще на около марсовой орбите  пассажиры поднялись из пассажирских капсул, где мирно спали всю дорогу, прошли несколько дней адаптации. Все  100 человек, из которых 30 были дети разных возрастов, перенесли полет нормально.  Было принято решение о посадке.
Первая разведгруппа уже обследовала окрестность, и пришла к неутешительным выводам: среднесуточная температура была ниже ожидаемой, и самое главное - атмосфера не совсем подходила для дыхания землян. Процентное содержание кислорода незначительно, но отличалось от необходимого для переселенцев, и это "немного" не давало дышать свободно без дополнительного оборудования.
Все было в оранжево-красноватых оттенках: небо, земля, и это раздражало.
Сам корабль стал вместилищем необходимого оборудования для существования и дальнейшей колонизации. Конечно, предусмотреть все было невозможно, но даже при натуральном образе жизни, который ожидал в конце концов землян тут, все таки ученые должны были задать старт этой жизни высокотехнологическими процессами.

Вокруг корабля, ставшего базой для поселения, разбили жилой комплекс.   Накачиваемые воздухом сложенные конструкции расправлялись, а в залитых водой полостях полимер вступал в реакцию,  постепенно формировались стены, по прочности не уступавшие каменным. Внутри было тесно, аскетично, зато все снабжалось нормальным газовым составом и теплом. столовая находилась на корабле, где синтезировалась привычная еда из пока еще привезенного сырья. но уже в ближайшее время  его планировалось заменить выращенной тут растительностью.
 
Предстояло много работы для всех, даже для детей. 
Именно из-за них земляне первый раз испытали страх, когда Марс показал свой суровый нрав.
Отряд старших ребят вместе с преподавателем отправились на экскурсию вокруг корабля, ничего не предвещало беды, но вдруг небо покраснело с одного края, а потом стало темно, и без того неяркое солнце погасло, задул сильный ветер. Воспитатель от ужаса закричал:
- возьмитесь за руки, садитесь все вместе, прижмитесь!

сколько продолжалась буря никто не понял, казалось , что вечность,   все были в легких скафандрах и защитных шлемах. Аня сидела с краю,  а рядом с ней  мальчик постарше, и когда порывы были особенно сильные, тот больно сжимал ей руку, и говорил:
- Не бойся, я с тобой!
Аня не видела его лица из-за темноты, но хорошо запомнила его голос. Ведь потом уже во взрослой жизни, так получится, что он ей еще много раз скажет такое, когда они будут вместе.   Сейчас  же ветер закончился постепенно, небо снова стало оранжевым, а  детей полностью засыпало тяжелым красноватым грунтом.
Мария в тот раз поседела от отчаяния: неужели она привезла сюда дочь, что бы потерять? Она бросила Марка на Земле, хотя он сам ее тогда, находясь  в изоляторе, которым его накрыли сразу, как только дроны обнаружили одинокого мужчину, идущего  со стороны вымершего города,  просил увезти их дочь с этой обреченной планеты. А еще он говорил тогда, что любит  и будет ждать...

Тогда дети остались живы, но всем стало ясно, что эта планета никогда не станет для них новой родиной. От отчаяния спасал каждодневный труд с рассвета до заката: бурили скважины с живой водой, заливали озера, сеяли везде и всюду все что привезли с собой. И планета ожила: вокруг поселка  зеленела трава, на которой паслись овцы, в озерах плескалась рыба, летали пчелы.

 Только вот земляне так и не смогли полноценно дышать, они сняли скафандры и шлемы, используя  облегченные  дыхательные аппараты с носовыми зондами, частично вдыхая атмосферный воздух, что давало им хоть какую-то свободу в движении, но ореол обитания ограничивался поселком и количеством газа в баллонах.  Из взрослого состава, несмотря на все усилия и медицинское оборудование, которое позволяло выращивать донорские органы для обновления организма, умерла почти половина, в основном это были  мужчины.  Но самое страшное это мертворожденные дети. У каждой семейной пары тут на Марсе могло бы быть свое кладбище,  но тут не хоронили умерших.  Все перерабатывалось на биогумус.


5.Праздник.
Хельга разливала свеженадоенное козье молоко в высокие стеклянные стаканы. на очаговом камне, нагреваемом электричеством, она уже испекла лепешки, разложила их на красивое блюдо из местного слюденита, в небольшой чашке отливал золотом мед. Было раннее утро, поэтому небо еще  голубое.
Не поворачиваясь Хельга ласково сказала:
- Вставай, дорогой, у нас много дел, ведь сегодня наш день...
Арни улыбаясь потянулся сладко на матрасе из конопляной соломы, чехол на который ткала сама Хельга, а потом украсила его вышивкой.
- Как ты узнала, что я не сплю?
Хельга обернулась и улыбаясь ответила своему любимому:
- Ты бессовестно меня рассматривал...
- Я тобой любовался!
в этом доме,  сложенном в виде  конуса из камня с прослойками слюденита розового цвета , добытом на местных карьерах, было много радужного света, проникающего через  прозрачные кристаллы, мебель  выточена из того же камня: широкая низкая кровать, такой же стол, кругом подушки из конопляной соломы,  с так старательно расшитыми  Хельгой наволочками,  козьи шкуры, на которых удобно было сидеть или лежать,  посуда вся из цветного стекла или из местного минерала. Переселенцы первое, что смогли произвести, так это стекло. Энергии население получало достаточно с десятка атомных реакторов.

 Питались "коренные",  а это были те самые выжившие дети, рожденные здесь, не синтезированной пищей, а тем  что им давало хозяйство: мясо, хлеб, молоко, мед, овощи.
Сегодня Арни и Хельга станут официально парой, и это действительно большой праздник для всех жителей двух поселений.   Будут гуляния, угощения, к тому же лишняя возможность собраться вместе, увидеть родных, поэтому уже с утра весь поселок готовится.
На большой  площади, окруженной домами, был небольшой пруд с плавающими там карпами, вокруг каменные невысокие ложа для сидения,  низкие столы для угощения, здесь на площади  собиралось население на обед и ужин, обсуждались планы, подводились итоги, хоть старшие члены поселения и управляли жизнью, но совет с остальными держали.
А потом играли на барабанах из козьих шкур, флейтах из тростника, танцевали, женщины пряли, вышивали. 
Маленькие дети обучались грамоте  под присмотром местных воспитателей, а вот по остальным наукам были предусмотрены видеоуроки,  множество материала из жизни землян. Но  воспринималось это, как нечто чуждое, фантастическое, потому что  коренные - это был новый народ,  который  даже по генофонду  не был уже  землянами, потому что из рожденных детей выживали только имевшие мутированный ген, позволивший им дышать марсианским  воздухом, а низкая температура тела делала для них местный климат комфортным, даже внешне они отличались от своих родителей бледной кожей, высоким ростом.

Они жили счастливо в своем первобытном обществе, были первыми в своем виде, у них не было еще генной памяти поколений, их жизнь, как чистый лист бумаги,  где коренные взяв в свои руки развитие эволюции планеты:  выращивая растения, формируя атмосферу, создавая моря и реки, сами формировали свое сознание,  словно  боги, писали  историю.
 
На празднике старейшины двух поселков, а среди них был  сын Анны, отец Арни,   и командный состав землян сидели в центре, по сторонам расположились остальные члены общины,  а с ними земляне - их матери, отцы, деды и бабушки.  дети под наблюдением воспитателей играли в стороне от взрослых.

На столах разложены угощения.
Мария  с удовольствием ела местную пищу, ведь та имела вкус.
- На Земле, единственно о чем я буду скучать, так это о марсианской кухне, такого там не поешь, - с сожалением делилась женщина с Анной.
- Так может ты останешься? Тут твоя семья! - ответила ей дочь.
- Мне много лет, и в любой момент я могу тут умереть, поэтому  днем раньше, днем позже я все равно вас всех покину, - спокойным голосом объясняла старая мать, - но умирая, мне хотелось бы увидеть Землю, подышать полной грудью, мне просто хочется в мой мир, может он далек от совершенства, но он мой.
Анна ничего не ответила, опустив голову, она предалась раздумьям о том, что она не помнит Землю, поэтому не считает ее обетованной, но и Марс для нее не стал родным. Она была как срезанный цветок в вазе: вроде живой, но без корней.
- И Марк обещал меня дождаться...- тихо добавила Мария.

6. Возвращение.

Ровно через 50 лет, как и планировалось прибыла вторая миссия  Землян, их было уже гораздо меньше, только непосредственные специалисты для определенных видов работ, которые не могут выполнять коренные, к сожалению без помощи с Земли, эта цивилизация еще не может продолжать тут полноценное существование. Требовались новые скважины, посевной материал, обновление оборудования. А вот о массовом переселении больше речи нет, потому что после того страшного вымирания, как утверждал синдикат: от неизвестной эпидемии, на земле осталось всего 4 миллиарда населения. Там перестроили города, расширили экорезервации.
Проблема сохранения человечества, как вида, решилась сама собой.  Так что Марс больше не рассматривается Синдикатом, как второй дом для землян, но эксперимент имел неожиданный результат: новая ветвь человечества - марсиане, и он требовал изучения и внимания.

Только самих марсиан мало заботило то, что они жертвы каких-то экспериментов. Они просто  продолжали жить счастливо и безмятежно, как дети на своей родной планете под покровительством старшей сестры Земли.
Вторая миссия должна была вернуть желающих землян домой, не потому что это было бы человечно, а потому что их надо было изучить...
Наконец Марию и остальных возвращенцев после шести месяцев подробного обследования, лечения  и карантина отпустили.
В большой безликой комнате ее ждал муж.
- Марк, - выдохнула женщина, прижавшись крепко к его груди, она заплакала.
-  Без тебя на Земле было пусто, - тихо говорил мужчина.
-  Поэтому я обязана была  вернуться, ведь мы же семья!


Эпилог

- Аня!
- Мама!
Мария выбрав  образцы  "марсианского" льна  в полях экорезервации,  собиралась вернуться в лабораторию, а Анна работала с ней на этом же поле. Отозвавшись, Она  пошла неторопливо навстречу Марии.
- Доченька моя любимая! -прошептала про себя старая женщина, и  сердце ее защемило от счастья.