Девятая рота Глава двадцать пятая

Девятая рота


Глава двадцать пятая




Жилые каюты, раздевалка и вход в машину находились на одной палубе.
Поэтому Лёньке теперь стала понятна шутка моряков. На вопрос, почему им нравится работать на судне, они со смехом отвечали: «А потому что вставил ноги в тапки – и ты на работе». Вот и от Лёнькиной каюты до входа в машинное отделение приходилось пройти не больше двадцати метров.

Вчера стало известно, что Палычу прислали рефмоториста, поэтому Лёнька решил не идти к рефмеханику на утреннее чаепитие и бегание на камбуз за кипятком, порядком надоевшие ему. Поэтому после завтрака он пришёл на разводку в раздевалку.
Из-за отсутствия практикантов она казалась большой и пустой. В ней сейчас сидела только рембригада, совершающая утреннюю гимнастику по вентиляции лёгких, поэтому в помещении витали густые облака дыма, в которых с трудом различались лица присутствующих.
Токарь, сварщик, старший моторист, два моториста первого класса и оба электрика вели неспешную беседу и выпускали клубы дыма, столбами поднимавшегося к подволоку.
Главные двигатели не работали и в раздевалке стояла тишь да благодать. Беседа велась обычными голосами и только где-то завывающий вентилятор, вытягивающий дым, исходящий от серьёзных работяг, напоминал о том, что за переборкой находится машинное отделение.
Промелькнули вахтенные мотористы, спешащие на приёмку вахты в главное и дизельное отделения, важно продефилировал четвёртый механик и наконец-то появился новый второй механик.
Зайдя в раздевалку, он внимательным взглядом окинул сразу примолкшую рембригаду и поздоровался:
— Здорово, мужики!
На что в ответ послышалось сказанное вразнобой:
— Здрасьте!
Второй механик сделал паузу и, взяв журнал инструктажа, принялся знакомиться с рембригадой.
Дойдя до Лёнькиной фамилии, он в раздумье посмотрел на него:
— А с тобой, Макаров, решим так. Тут мне Василич вкратце рассказал кое-что о тебе, но мне бы хотелось поближе познакомиться с тобой, поэтому иди-ка ты сейчас отдыхай, а к двенадцати подходи. Будешь со мной стоять дневную вахту. Буфетчицу в столовой я предупредил, что ты будешь обедать с вахтой.
Для Лёньки такое назначение явилось полной неожиданностью. Ему казалось, что Здор считает его разгильдяем, а тут, смотри, он чуть ли не на повышение пошёл.
Вахта со вторым механиком считалась престижной. Многие из мотористов хотели бы на неё попасть.
Потому что утром вахтенные, несущие вахту на мостике и в машине с полуночи до четырёх утра, спали до обеда, а ночью, после четырёх утра, для них накрывался ночной завтрак.
Удивлённый такой новостью, Лёнька только хлопал глазами, но Виталий Борисович ухмыльнулся, глядя на ошарашенного практиканта, и добавил:
— Ты ничего лишнего тут не подумай. Я просто хочу посмотреть, каких это специалистов готовит нам ДВВИМУ, и кто придёт нас менять через несколько лет. Так что давай иди, — махнул он Лёньке рукой, чтобы тот не мозолил ему глаза.
Поняв, что для него начался новый этап жизни, Лёнька исчез из раздевалки и сразу же воспользовался первым преимуществом вахтенного, то есть завалился спать до обеда.

Пообедав, он спустился к посту управления главными двигателями.
Там уже находились три моториста. Высокий и кучерявый Владимир. Коренастый и лысеющий Гена. Оба возрастом под тридцать, спокойные и не особо разговорчивые. Они стояли вахту в главном отделении, а шустрый, с вечно растрёпанными волосами Юрка, нёс вахту в дизель-генераторном отделении.
Сейчас они втроём стояли у конторки и что-то обсуждали. Из-за шума, несущегося из дизель-генераторного отделения, Лёнька их разговор не слышал. Но когда Владимир закончил разговор с товарищами по вахте, то жестом поманил Лёньку к себе. Лёнька подошёл, и Владимир прокричал ему на ухо:
— Ты, что ли, с нами на вахте стоять будешь? – на что Лёнька утвердительно кивнул. – Ну тогда сейчас пойдём со мной, пока есть время до отхода и я тебе покажу за чем тебе придётся следить и что надо делать на вахте.
Махнув Лёньке рукой, чтобы тот следовал за ним, он пошёл по трапам вверх.
Поднявшись к платформе котла, он остановился.
— Короче, слушай сюда… — обстоятельно начал Владимир.
Но тут из котельной выглянул Виталька и махнул Лёньке рукой.
— Здорово! – прокричал он. — Ты где пропал?
— Тут я буду вахту в главном стоять, — прокричал ему в ответ Лёнька, на что тут же получил недовольный окрик от Владимира:
— Ты слушать будешь или всё руками махать собираешься?
Поэтому Лёнька отмахнулся от Витальки и повернулся к Владимиру, изобразив полную готовность воспринять всю информацию, которую в его пустую башку пытаются влить.
— Так вот, — продолжил Владимир, — это расширительная цистерна для главного двигателя. Её надо проверять в начале вахты, в середине и в конце. Вот по этому стеклу надо смотреть за уровнем воды в ней, а если вода ушла, то надо пополнять её вот этим крантиком, — и Владимир показал Лёньке на маленький маховичок небольшого клапана. – Если будешь пополнять, то засеки, сколько воды добавил и сообщи об этом второму. Понял? – Владимир требовательно посмотрел на Лёньку, записывающего все его слова в блокнот.
— Ага, — кивнул в ответ Лёнька, продолжая делать записи.
Так они и пошли вниз. Владимир всё обстоятельно рассказывал, а Лёнька записывал.
Добравшись до нижней платформы, Владимир начал рассказывать о регулировке температуры в масляной системе, затем о системе пресной воды охлаждения цилиндров и т. д. и т. п. Если бы Лёнька не записывал всю полученную информацию, то она бы у него вся перемешалась в голове и из неё бы получился один коктейль.
Пройдясь по машине, Володя сводил Лёньку в туннели, где уже конкретно рассказал об опорных подшипниках, дейдвуде и как за всем этим следить.
Два часа пролетели, как одна минута и только один блокнот знал, насколько обогатилось Лёнькино восприятие машинного отделения.
Теперь оно уже не казалось ему таким незнакомым и непонятным. Теперь хитросплетения трубопроводов, расположение механизмов и щитов, с которых они управлялись и запускались, не вызывали у него невольного ужаса, а приобрели вид уложенных в голове схем.
Эти схемы он уже видел и изучал на чертежах, когда они с парнями писали отчёт по практике, а теперь Владимир показал ему их воочию. Оказывается, всё это так просто и, если ко всему этому толком приложить руки, то вся эта техника легко должна слушаться его, Лёньки.
Но тут Владимир охладил его воспалённое сознание:
— Ты только сам тут ничего не крути и на кнопки не жми. Ты за нами в основном смотри и тогда тебе всё станет ясно. Понял?
— Да понять-то я понял, а вот как всё это запомнить и не перепутать – вот это будет проблема, — пошутил Лёнька.
Но в каждой шутке есть доля правды, поэтому через пяток минут после того, как они подошли к конторке, в машину начали поступать телефонные звонки и пришёл дед.
Второй механик скомандовал вахтенным мотористам:
— Начинайте готовить машину! Судно готовится к отходу. Сейчас будем отходить!
Как говорится, поторапливайся не спеша. Так получилось и с Володей и Геной.
Каждый из них, не торопясь и не бегая попусту, направился исполнять то, о чём только что Володя рассказывал Лёньке.
Они валоповоротным устройством провернули главные двигатели и прокачали лубрикаторы. Запущенными ранее насосами температуры охлаждающих жидкостей в главных двигателях регулировались для стояночного режима, а теперь пришлось все клапана перекручивать и готовить системы к ходовому режиму.
Володя руководил действиями Лёньки и тому пришлось огромной «клюкой» крутить клапана. Их оказалось столько много, что к концу подготовки руки у Лёньки даже занемели от напряжения.
Когда покончили с приготовлениями (а эта масса работы без криков и понуканий выполнились вахтенными минут за десять), то подошли ко второму и деду и доложили, что всё готово для проворота главных двигателей на сжатом воздухе.
Механики большими штурвалами, слегка отклонив их от вертикального положения, приоткрыли воздух высокого давления в пусковую систему.
В это время мотористы взбежали на плиты второй палубы и ждали, когда из индикаторных клапанов с шипением начнут вырываться струи воздуха.
Володя с силой пригнул Лёньку и заставил его присесть на корточки, объясняя криком:
— Присядь, а то ещё неизвестно, что вылетит из индикаторных. Не дай бог по башке чем-нибудь засветит!
Когда продувка главных двигателей сжатым воздухом закончилась, Володя с Геной бросились закрывать индикаторные краны, а после их закрытия прокричали вниз, ожидающим внизу информации механикам:
— Всё! Всё нормально! Можно запускать! – продублировав свои слова жестами.
Для Лёньки всё это было в диковинку. Хотя за прошедшие полтора месяца произошёл не один отход, но он ни разу за это время не присутствовал в машинном отделении и почему-то не поинтересовался, как весь этот процесс происходит воочию. Он больше находился на палубе и наблюдал за красотами природы, а вот тем, чем ему предстоит заниматься всю оставшуюся жизнь, как-то не удосужился поинтересоваться.
После подтверждения готовности дед зашёл в телефонную будку, а когда вышел из неё, то раздался звонок телеграфа.
Механики по очереди запустили главные двигатели. Те послушно отреагировали на их действия. Вначале главные двигатели запустили на передний ход, но, сделав несколько оборотов, их остановили. Затем двигатели запустили на задний ход и так же после нескольких оборотов остановили.
— Это проверяют реверс и как работают главные на передний и задний ход, — наклонившись к Лёньке, объяснил ему Владимир манипуляции с главными двигателями.
Как только двигатели заработали, Володя с Геной бросились к топливным трубкам форсунок, пытаясь успеть прощупать их пульсацию.
— А это делается, чтобы узнать: все цилиндры работают или нет, — прокричал Лёньке Владимир, увидев его удивлённый взгляд.
— По-нят-но! — прокричал в ответ Лёнька.
После проверки реверса и проворота, механики неотлучно находились возле постов управления и ожидали дальнейших указаний, дающихся телеграфом с мостика.
Дед и второй прохаживались у пультов управления, готовые в любой момент запустить главные двигатели. Гена остался на верхних решётках, а Володя, поманив Лёньку, пошёл проверять температуру в системах охлаждения.
Вскоре начали звенеть телеграфы на главных двигателях, сообщая в машину, в какую сторону они должны запускаться. Вначале запустили левый двигатель на передний ход, а правый — на задний. Так они поработали некоторое время, а затем по требованию громкого звонка телеграфа правый двигатель остановили и запустили на передний ход. Теперь оба двигателя на малом ходу работали на передний ход.
Это Лёнька подметил, пробегая за спинами механиков.
Володя, увидев бегающего Лёньку, поймал его за рукав:
— Да не суетись ты. Будь рядом. Сейчас выйдем из порта, повернём на выход, механики добавят ход, а мы с тобой будем регулировать температуру.
Лёнька тут же вспомнил, как они с ребятами стояли на палубе при прошлом отходе и смотрели на проплывающие берега Эгершельда и Чуркина. Но теперь, находясь в машинном отделении, он только по сигналу телеграфа мог догадаться, где сейчас находится лайнер и куда идёт.
Здесь в машинном отделении возле работающих главных двигателей не было ни ветерка, треплющего волосы, ни ласкового солнышка, греющего благодатными лучами. Здесь был только вой вдувных вентиляторов, свист турбин и оглушающий стук от вспышек сгоревшего топлива, несущийся из глубин цилиндров главных двигателей.
Здесь некогда было поправлять растрепавшуюся от потоков нагнетаемого вентиляторами воздуха причёску. Здесь требовалось смотреть во все глаза за тем, как работают двигатели, слушать их и выполнять приказания механиков. А о том, чтобы поправить волосы, приходилось забывать. Поэтому чтобы не тратить время на такую ерунду, мотористы повязывали головы кусками чистой бельевой ветоши или стриглись очень коротко.
За прошедший месяц Лёнька взял за привычку постоянно держать в руке кусок ветоши, а когда он оказывался не нужен, то совал его в карман. Ведь ветошь для мотористов - неотъемлемый атрибут. Мало ли для чего могут понадобиться чистые руки. Заодно ему стала понятна причина, почему вахтенные мотористы повязывали головы чистыми лоскутами бельевой ветоши и чем-то отдалённо напоминали пиратов.

После выхода в пролив Босфор Восточный телеграф перевели вначале на «средний вперёд», затем на «полный», а потому уже и на «самый полный».
Прозвучал звонок телефона, дед зашёл в телефонную будку, о чём-то там поговорил и, выйдя из будки и что-то сказав второму механику, пошёл по трапам наверх, на выход из машинного отделения.
Второй же механик постепенно начал добавлять подачу топлива на обоих двигателях. Двигатели заработали более надсадно, удары внутри цилиндров сделались глуше и чаще, а турбины завыли пронзительнее.
Второй подозвал к себе Володю. Наклонился к его уху и что-то прокричал. Тот согласно закивал головой и, поманив к себе жестом Лёньку, пошёл показывать, какую и где надо смотреть температуру и как её регулировать.
В шестнадцать часов вахта Володи и Гены закончилась, и они ушли из машины, но второй механик там так и остался вместе с третьим механиком, продолжая вводить главные двигатели в режим полного хода.

Стоять вахту Лёньке определили с двенадцати до шестнадцати часов, но всё, что происходило в машинном отделении, его настолько заинтересовало, что он даже забыл про ужин.
Он остался в машинном отделении и после вахты, пока двигатели окончательно не ввели в режим полного хода. И, только когда новый вахтенный моторист показал ему на часы, намекая на то, что он может до утра остаться голодным, понял, что надо идти ужинать.
Поэтому, метнувшись в каюту, Лёнька быстро вымыл руки и всё-таки успел в столовую.
Недовольная буфетчица даже сделала ему упрёк:
— И где это тебя только носит? Я из-за тебя одного перерабатывать тут не собираюсь!
На что Лёнька ей тут же соврал:
— Главные вводили в режим, а второй меня задержал, — хотя, отчасти, это и походило на правду.
— А-а, — со знанием дела протянула буфетчица и позволила Лёньке закончить ужин в одиночестве.

Придя в каюту, Лёнька уже не захотел идти любоваться красотами моря или звёздным небом. Он завалился на койку и, взяв в руки книгу, попытался хоть что-то прочесть, но буквы начали расплываться в глазах, книга отвалилась в сторону, а новоиспечённый моторист улетел в нирвану. Даже повышенный шум и вибрация от работы главных двигателей (ведь каюта располагалась почти у входа в машинное отделение) не помешали ему. Ведь юношеский сон крепок и безмятежен.

Конец двадцать пятой главы

Полностью повесть «Девятая рота» можно найти на сайте:

https://ridero.ru/books/devyataya_rota/