Ушаков как зеркало драмы офицеров СССР

из цикла  "Психогомеопортреты авторов проза. ру" (на странице автора)

   Внимание авторам сайта!
Прежде чем вступать в диалог с автором данной страницы, подумайте хорошенько трижды, посмотрев на аватарку: готовы ли вы на сеанс публичного психорентгена?



        ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: разбор полёта над гнездом кукушки.

  Драма советского офицера — это фундаментальный сюжетный мотив в кино и литературе СССР, подчеркивающий жертвенность, верность долгу и высокие моральные принципы. Главная тема — преданность Родине, которая часто требует личных жертв, дружбы и семейного счастья, как в культовом фильме «Офицеры» (1971), ставшем символом эпохи...


Автору (медику с 30-летним стажем, гомеопату и психологу) на произведение "Свобода воли - мат раву Лайтману" написал рецензию интересный человек, автор проза.ру, бывший советский офицер Валерий Ушаков.

 Интересный настолько, что этот клинический случай захотелось
разобрать строго, профессионально и в нескольких плоскостях: как феномен гностического сознания, как гомеопатический портрет и радикализацию мессианского типа, как доминирующий миазматический фон, а также дать прогноз и оптимальную диету в данном случае.

   Толчком к написанию данного медицинского анализа послужила фраза Валерия, адресованная автору: "Зачем нужен этот отстойный бред сивой кобылы, когда сущностью Конституции России образца 1993 года узаконен абсолютный императив свободы совести, как самый совершенный инструмент прогрессивного миротворческого труда по обретению человеческого разума?!
Вы мне пытаетесь втюхать позицию рецидивного саботажника прогрессивного миротворческого труда на буддизм при том, что в буддизме самым смертным из всех смертных грехов является низкий уровень сознания."

   Что ж, про низкий уровень сознания это в яблочко. И с позиции "рецидивного саботажника прогрессивного миротворческого труда" позволю себе "разойдись, рука, раззудись, плечо"...


   Начнём по порядку, в соответствии с немецким "орднунгом" классической натуропатической германской медицины. Рассмотрим сначала «Конституционный гнозис» как феномен сознания, сравним с классическими мессианскими типами (религиозными и идеологическими) без политической оценки — только психо-духовный и типологический анализ. А потом объясним психопатологию случая.


       I. «Конституционный гнозис» — что это такое?

Под этим термином я понимаю форму сознания, при которой юридический текст наделяется сакральным статусом, Конституция переживается как метафизический источник истины, нарушение правовой нормы трактуется как "космическое падение", а собственное понимание текста воспринимается как Откровение.
   Это не просто правосознание. Это гностическое отношение к праву.

1. Структура его мышления.

 В тексте присутствуют следующие элементы:

а) Сакрализация исходного документа. Он рассматривает Конституцию 1993 года как
 исходный чистый источник, некую «первоматрицу порядка», почти догмат веры.
   Это типично для гностического сознания: есть «чистый текст», от которого мир отпал.

б)  Мотив падения.

Поправка 2020 года трактуется не как юридическое изменение, а как духовная катастрофа, измена сущности и инфернальное вторжение
   Это уже не юридическая дискуссия, а мифологема падения.

в)  Деление мира на «посвящённых» и «слепых».

Гностик всегда считает: большинство не понимает сути, истина скрыта, он прозрел структуру. Это ключевой маркер гнозиса.

г)  Переход "от веры к соблюдению".

Фраза: «переход от свято верить к свято соблюдать» - это гностическая инверсия.
Он утверждает, что спасение не в вере, а в соблюдении высшего Закона.
   Это напоминает замену веры гнозисом.



      II. Сравнение с классическими мессианскими типами.


1. С типом ветхозаветного пророка, например Йермияху (Иеремия).

Общее здесь: идея отступничества народа, призыв вернуться к Закону, ощущение катастрофы.
Различие: пророк ссылался на трансцендентное откровение, а здесь откровение заменено юридическим текстом

2. С гностическими движениями II века.

Например, с Валентином, (II в. н.э.) — одним из самых влиятельных античных философов-гностиков, основателем школы валентинианства в Риме. Он интерпретировал христианство через призму эллинистической философии и мистики, предлагая учение о «гнозисе» (истинном знании) и сложной иерархии божественных сущностей — эонов, стремясь объяснить происхождение зла.

Общее: мир повреждён, есть изначальный чистый принцип, а большинство живёт в иллюзии.

Различие: у гностиков спасение было через внутреннее знание, а здесь — через правовую норму.


3. С мессианским рационалистом эпохи Просвещения.

   Например, возьмём Жан-Жака Руссо.

Общее: сакрализация общественного договора, вера в очищение через закон, идея «падшего общества».
Различие: Руссо был социальным теоретиком, здесь же присутствует апокалиптический тон


4. С революционным правовым мессианизмом.

Тут, конечно, вспоминается параллель с Максимилианом Робеспьером (который плохо кончил).
Общее: культ закона, моральный максимализм, деление на чистых и порочных.
Различие: у Робеспьера — готовность к насильственной реализации, а здесь пока только идеологическая позиция.



       III. Типология мессианизма.

Существует несколько типов, классификация которых рассматривается на "трёх китах": Тип — Основание — Источник истины.

Религиозный — Откровение — Бог
Гностический — Тайное знание — Посвящение
Революционный — История — Народ
Правовой мессианизм — Текст закона — Конституция
    Данный случай — четвёртый вариант.


         IV. Гомеопатический ракурс.

Тип напоминает:

Veratrum album — мессианская уверенность,
Aurum metallicum — государственно-этическая сверхценность,
частично Anacardium — дуальность мира.


         V. Риск развития патологии.

Есть три возможных траектории:

а) Стабилизация: идея остаётся интеллектуальной позицией.

б) Радикализация: усиление образов инфернальности и заговора.

в) Экзистенциальное смягчение: переход от обвинения к философскому осмыслению.


         VI. Главное отличие от психоза.

Первая мысль при прочтении шедевров Валерия может быть "это шиза голимая". Однако это не есть факт, не профессиональный подход. При внимательном прочтении видно: логика сохранена, текст структурирован, аргументация последовательна.
Это не распад мышления, а сверхценная идеологическая конструкция.


        VII. С буддийской точки зрения

это пример упаданы к дхарме формы — привязанность к концептуальному порядку.
Когда относительный закон ("винайя социума") возводится в абсолютную Дхарму.
   Но Дхарма шире любого текста.



                ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

       I. Гомеопатический портрет автора

а) Доминирующий миазматический фон.

Текст демонстрирует выраженный сифилитический миазм (деструкция, апокалиптическая образность, гибель, инфернальность, некроз, бездна, вой, ад)
с примесью псоры мессианского типа и эпизодическим гипертрофированным люэтическим (сифилитическим) обострением.

   Ключевые маркеры:
мир разделён на абсолютное добро и абсолютное зло
постоянные образы гниения, аборта, некроза
тема заговора
идея исторической катастрофы
ощущение миссии спасения

Это не мягкий псорический морализм, а напряжённая драматургия Люизинума.


б) Возможный конституциональный тип

    Наиболее вероятные варианты — Aurum metallicum и Veratrum album.

   Первый, "Золото": гипертрофированная тема долга, присяги, святости.
Государственнический пафос, ощущение личной миссии спасения, переживание «предательства» и религиозно-юридическая сверхценность.

"Буква Каф — Aurum metallicum. Архетип: давление власти, ответственность.
Адаптация: через перфекционизм/депрессию от долга.
Клипот: давление, эксплуатация.
OPPL: «невроз ответственности», жесткая самодисциплина.
Историческое соответствие - Юлий Цезарь: литератор, стратег, харизматик с глубинной неуверенностью, скрываемой грандиозностью." ("22 адаптивные программы личности", Ал Ор)

   Но у Aurum обычно есть депрессивная глубина и трагическая тишина. Здесь — больше агрессии.


  Второй, Veratrum album: очень вероятно.

   Признаки:
мессианская убеждённость
ощущение обладания абсолютной истиной
обвинительный пафос
деление мира на чистых и падших
религиозно-идеологическая мания
гиперболизированный моральный максимализм

    Это сильный кандидат.

Также я рассмотрел бы Anacardium orientale:

дуальность
раскол мира
ощущение заговора
моральная одержимость

  Но у Anacardium больше внутреннего сомнения. Здесь сомнения почти нет.

Можно было бы допустить Дурман вонючий, Stramonium (частично): характерны
образы ужаса, ада, тьмы, инфернальные картины, параноидальный оттенок.
    Однако структура текста логически выстроена — это не хаотический страх.

Итак, наиболее вероятная доминанта это Veratrum album + сифилитический миазм.
Сверхценная идея духовно-юридического спасения государства.



      II. Психологический анализ.

С точки зрения эволюционной иммунологии мы видим гиперреактивную «иммунную» позицию сознания.
Сознание функционирует как "сторож правового поля", борец с «инфекцией лжи» и носитель "абсолютного принципа".

   Механизм возникновения такой патологии налицо, цитата Валерия:
"Прохладным июньским днём 1994 года в суетной обстановке повседневной офицерской службы мною была поставлена подпись под военным контрактом.
   Время было не менее лихое, чем сейчас. Из духовного потрясения вызванного сокрушением СССР мне не удалась найти выход. Мало того, чудом не стал жертвой кровавой засады в Москве 04 октября 1993 года на мой тридцать шестой день рождения. Передо мною стоял ребром вопрос: «Можно ли спасти Россию от участи СССР?»
   Видимо поэтому слова из первого пункта контракта «честно и добросовестно соблюдать требования присяги»  мною интуитивно были восприняты, как сияющие створки духовных врат, ведущие к алтарю абсолютного знания..."

   Вот так люди и сходили с катушек в то непростое время, не будучи способны отрефлексировать происходящее.

---------------------------------------------------------



    Узел присяги был точкой психической кристаллизации. Присяга — это не просто юридический акт. Это ритуал идентичности, акт самоопределения, сакрализация личного «Я» через высший порядок. В начале 1990-х присяга воспринималась многими как служение государству, служение Родине, служение исторической преемственности.

Когда система СССР распалась, произошло не просто изменение политического строя — произошёл разрыв символического контракта.
Психологически это выглядело так: "Я дал клятву. Объект клятвы исчез. Никто не объяснил метафизический статус этого исчезновения. Возникла пустота."

Если человек не провёл внутреннюю рефлексию, возникают три возможные реакции: цинизм, обесценивание — либо гиперкомпенсация.
  Валерий пошёл по третьему пути. И это возможно наилучший вариант для офицера, потому что многие в его положении тогда выбрали два первых и пошли в беспринципные коммерсы, бандиты и киллеры...

            Что произошло с его психикой?
   Во-первых, травма разрыва идентичности в 1991. Когда рушится государство, рушится картина мира, структура смысла и вертикаль долга.
Для человека с выраженной установкой на долг (Aurum-тип) это экзистенциальный шок. Если шок не переработан, возникает фиксация на последнем «чистом» символе порядка. Таким символом для Валерия стала Конституция 1993 года.

   Во-вторых, произошёл "механизм смещения", перенос "СССР - Конституция
имперская присяга - правовой догмат".
Конституция стала заместителем утраченной целостности, новым объектом верности, новой сакральной точкой.

   Почему психика «сдвинулась»?
Потому что не был прожит траур. Не было внутреннего оплакивания эпохи, признания исторической смертности систем, принятия непостоянства ("анитья" в буддизме).
Непрожитая утрата превращается в жёсткость, идеологическую фиксацию и мессианский пафос.
Это не безумие, это закон психической защиты.


 Типологическая формула Валерия Ушакова такова: "Присяга + крах системы + отсутствие рефлексии = сакрализация нового юридического основания."
   Это консервация психической структуры через идею Закона.

   А что происходит глубже?

Его внутренний конфликт: «Я верен», а «Объект верности исчез».
Чтобы не разрушиться, психика создаёт третий элемент: «Истинный Закон был нарушен». Тогда теперь Валерий не жертва распада, а хранитель принципа.
   Это придаёт смысл, роль и статус.



         "Фарш невозможно провернуть назад..."


   Как такой тип может трансформироваться?

Только через духовную практику, затрагивающую аниттью (непостоянство), анатта (несубстанциональность) и отказ от идентичности через форму. То есть через серьёзный буддизм или адвайту-веданту.

   1. Первый этап — распознавание привязанности.

Он должен увидеть: «Я привязан не к Закону, а к образу себя как верного».
Это болезненно, потому что тогда рушится опора.

   2. Второй этап — проживание утраты.

Если он позволит себе скорбеть о распаде СССР, признать историческую конечность, перестать быть хранителем — тогда начинается мягкость.

   3. Третий этап — смещение с формы на принцип.

В глубокой практике происходит сдвиг: от Закона текста — к Закону Дхармы.
Тогда понимается: любой государственный закон — условен. Абсолютный порядок не зависит от редакций.

   4. Четвёртый этап — растворение мессианства.

При глубокой медитации происходит ослабление гипертрофированного «я-спасителя», исчезновение потребности обвинять и исчезновение дуальности «чистые и падшие». Тогда человек остаётся верным, но без жёсткости.

   В терминах гомеопатического типа Veratrum/Aurum трансформируется так:

  Низшая октава                Высшая октава
Морализаторство                Этика без насилия
Обвинение                Сострадание
Сакрализация текста           Понимание принципа
Жёсткость                Величие спокойствия


Главный переломный момент: пока человек думает «Я защищаю Истину» — он не может выйти из роли. Трансформация начинается с осознания того, что Истина не нуждается в защите.


Такой тип при духовной практике может стать очень глубоким учителем этики, носителем зрелого правосознания, человеком внутренней вертикали без фанатизма.
Но если практика не происходит, жёсткость усиливается с возрастом и порой переходит в реальную патологию.




           ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: подведём итоги.


   Историческая травма (1991–1994), особенно события 3-4 октября 1993 года, когда Армия народного государства, во главе с министром обороны, предала и расстреляла высший орган власти - Верховный Совет РФ.
   Экзистенциальный кризис.
   Поиск опоры.
   Фиксация на Конституции 1993 как сакральном объекте.
   Формирование сверхценной идеи и
   Постепенная сакрализация собственного толкования.

Конституция становится архетипом Древа Жизни, заменой метафизической опоры, персональной теодицеей... Это компенсаторный механизм.

   Ключевой психологический узел.

Сверхценная идея не означает бред. Сверхценная идея — обычно логически структурирована, эмоционально заряженная, доминирующая и плохо поддающаяся коррекции.
   Именно это мы наблюдаем.


      Психиатрическая вероятностная оценка.

Важно: диагноз возможен только при очной оценке. Но по тексту можно предположить спектр:

а) Сверхценное расстройство личности (идеологическая монофокусированность)

б) Параноидное развитие личности: тема заговора, внешний враг, тотальная инфернализация оппонентов.

в) Возможный бред реформаторства (неполный), если убеждённость приобретает абсолютную неколебимость, готовность к действиям и утрату критичности.

Пока что тексты Валерия остаются системными и логичными. Это не распад мышления. Нет разорванной логики, нет неологизмов, нет дезорганизации.
Но есть сверхценная идеология, черно-белое мышление, мессианский пафос и  гиперморализаторство.


    IV. Энергетический анализ (если говорить языком регуляции)

Перегрев печени (гнев, борьба), сердца (идеологическая аффектация), гипоталамической оси (напряжение). Это хронический кортизоловый режим.


    V. Диета и регуляция

Если рассматривать автора как пациента Veratrum/Aurum-спектра, наилучшая диета такова: исключить кофе, алкоголь, острое, сахар, избыток мяса.
Добавить: магний, омега-3, тёплые злаки, печёные овощи, адаптогены мягкого типа (родиола в малых дозах) и вечерний "режим заземления".

Режим: обязательный сон 7–8 часов, физическая нагрузка умеренная, ограничение политического контента, медитация без идеологической направленности.

Гомеопатически (гипотетически): Veratrum album 30C (1 раз в неделю) или Aurum metallicum при наличии депрессивной глубины. Но вообще-то это требует очной оценки.


   VI. Прогноз

Если идея остаётся сверхценной, но социально адаптивной:
 стабильное функционирование,
 сохранённая работоспособность.

Если идея усиливается и радикализируется:
 риск перехода в бредовую систему,
 социальная изоляция,
 конфликт с институтами.


   VII. Главное.

Автор — не «безумец». Это человек с травматическим историческим опытом, высокой потребностью в абсолютной структуре, стремлением к космическому порядку и сифилитической драматургией восприятия.
   Так его сознание защищается через "идею".


"И неимущим, и богатым
Мы в равной степени нужны!" -
Сказал патологоанатом
и вытер скальпель о штаны.