Я, остров и Эпштейн

Как я пугал Эпштейна и почему его девушка помешала ему меня  убить.
 
Кто-нибудь может объяснить мне изза чего весь этот шум вокруг "файлов Эпштейна"?  И почему до сих пор нигде ни строчки о моём с ним знакомстве?  Или "князь Чантурский", как меня иногда называли в молодости, менее интересен чем какой-нибудь "принц Эндрюй"?!
        Думаю, пришло время самому кое-что рассказать. А то боюсь, что падкие на сенсации журналисты откопают, что и я бывал на острове у Эпштейна и переврут чем я там занимался.  Предупреждаю, это совсем не то что вы ожидаете, начитавшись тех историй, что сейчас гуляют по интернету.  Мой рассказ - чистая правда.  Как я её помню.
 
Да, я был знаком с Эпштейном, летал к нему, по его приглашению, раз 6-8 и встречался с ним на острове.  Об этом всегда буду вспоминать с удовольствием и не испытываю ни малейшего стыда за то что там происходило.  Именно на острове, я был представлен Эпштейну, как человек крайне необходимый в деле, которое он там организовывал. Не скажу, что мы с ним были друзьями, но видел я его после этого довольно часто, и на материке, и на острове. 

        Остров был замечательным.  Большая часть его была покрыта, почти не тронутой человеком, дикой природой, с богатой растительностью, но почти без животных, и что немаловажно - без комаров. 
        На самом берегу, у причала, стояло недавно выстроенное здание с огромными стеклянными окнами.  В нём мы проводили время, с утра до поздней ночи, в дождливые дни, а когда погода благоприятствовала прогулкам и купанию - гораздо меньше.  Рядом было какое-то длинное здание, где содержались привезённые с материка экзотические животные.  А вверх вела грунтовая дорога, посыпанная крупной морской галькой.  Метров за 200 от берега стоял двухэтажный, деревянный домик для Эпштейна и его ВИП-гостей, а ещё метров на сто дальше, стоял длинный каменный дом поскромнее, для простых смертных вроде меня.
        В один из моих визитов на остров,кто-то пустил слух, что видел диких свиней. Свиней или любых других крупных животных, там никогда раньше не наблюдалось.  До ближайшего соседнего острова, где они могли быть, было приличное расстояние. Поэтому решили что слух ложный и диких свиней тут  быть не может.
        Но мне было скучно, и я решил немного взбодрить народ.  Я вырезал на конце толстой палки неплохое подобие свинячьего копыта и с его помощью, ночью, наделал множество следов везде, где земля была достаточно мягкой. 
        На следующий день, народ взбодрился не на шутку.  Если с утра все просто бегали и смотрели,где ещё побывали свиньи, то к обеду женщины окружили мужика, которому я дал прозвище "Бывалый" и слушали его истории о диких свиньях и кабанах. 
       Бывалый везде побывал, знал всё и любил блеснуть смелостью и опытом перед женским коллективом.  Когда с материка привезли каких-то экзотических черепах, с длиннющими шеями и головами похожими на змеиные, он вызвался вытащить одну из аквариума чтобы окружившие его дамы могли её лучше рассмотреть.  Он уже закатал рукав рубашки, но подбежавший тощий очкарик-интеллигент-зоолог перехватил шоу и женское внимание.  Зоолог сунул в аквариум резиновый шланг, толщиной с большой палец, и поднял над водой мгновенно вцепившуюся в него черепаху.  Черепаха повисела в воздухе секунд пять, перекусила шланг и плюхнулась обратно в воду. 
       Но вернёмся к нашим свиньям.

К вечеру все знали, что следы у дома сделаны матёрым кабаном, весом 200-300 кило. Что у него, только три ноги, а четвёртую он, скорее всего, потерял в медвежьем капкане и поэтому может люто ненавидеть людей.  Что убежать от кабана, даже трёхногого, практически невозможно.  Что клыки у кабанов острые как бритвы.  Что одного неудачливого охотника нашли по его кишкам, которые  лежали как страшная красная лента вдоль лесной тропинки.
       В результате, с наступлением сумерок, все спрятались за толстыми стенами, вместо того, чтобы, как обычно, сидеть у костра, смотреть на падающие звёзды, ловить светлячков или идти купаться в Голубую Бухту.  И так ещё два дня.  Даже мне было немного страшно выходить из дома - а вдруг и настоящие дикие кабаны таки приплыли на остров?
       Не испугался только Эпштейн.  Он прибыл на остров, когда все следы уже были затоптаны, сказал что это наверно были ямки от ночного ливня, а диких свиней на острове никогда не было и быть не может. Поэтому только он со своей ассистенткой бесстрашно ходил вечером по берегу и возвращался в ВИП избу после наступления ночи.
       На третий день я решил сознаться, что 300 кило кабан был моей шуткой. Опасаясь, что коллектив будет меня бить, я, для начала, рассказал об этом только своему приятелю Андрею, у которого было проверенное чувство юмора.  Он хохотал так, что заразил смехом и меня.  Я хрюкнул вместе с ним, когда он пародировал рассказ Бывалого о кабанах и свиньях. 
       Надо сказать, что хрюканье по свинячьи является одним из моих талантов, по-современному - "Суперпавер".  Я могу хрюкать так, что настоящие свиньи поворачиваются и хрюкают в ответ: "Повторите пожалуйста, что вы сейчас прохрюкали?"
       Это навело Андрея на идею немного продлить шутку и таки напугать бесстрашного Эпштейна.  Я согласился.  Вечером мы расположились в кустах, у развилки дороги к ВИП избе.  Ждали долго.  Почти закончили флакон коньяка, когда наконец, в тишине ночи, послышался скрип гальки под ногами и в лунном свете нарисовались две человеческие фигуры.  Когда они поравнялись с нами Андрей начал с треском продираться через кусты, а я захрюкал на максимальную громкость.  Эффект превзошёл наши ожидания: дама заверещала, как недорезанная свинка и попыталась залезть на плечи своего кавалера, видимо надеясь отсидеться наверху пока тот будет биться с кабаном.
      Возможно, это спасло одного из нас от смерти.  Потому что когда мы вылезли из кустов и у Эпштейна и его девушки закончились слова для описания того, что они о нас думают, Эпштейн показал каменюку, с кило весом, которую он нёс собой всю дорогу, но не смог в нас бросить по причине висящей на нём дамы. 
 
Вот такая история.  У меня к Эпштейну никаких претензий нет.  Честь ему и хвала за то,что он организовал на острове Попова экспериментальное производство для получения холестерина из отходов рыбной промышленности. И спасибо, что его ТИНРО (Тихоокеанский Институт Рыболовства и Океанологии), подключил к этому проекту Киевский ИБХ (Ин-т Биохимии).  И я точно знаю, что никого обманом на остров не заманивали, все сами добровольно ехали.  Меня первый раз долго уговаривали, потому что за пару месяцев работы на острове, директор ИБХ требовал половину нормального отпуска отдавать.  А потом я каждый год сам просился.  И с каждым годом конкурентов на поездку всё больше становилось. Потому что когда большие начальники из Академии Наук, про прелести острова пронюхали, то пристраивались к экспедициям ИБХ рядовыми строителями, электриками или центрифужниками.