Светлая. Главы 81-82

81 Светлая

Первый номер телефона, который я набрала, принадлежал не Алле Евгеньевне, а Ольге. Именно с неё я решила начать. Ольга очень обрадовалась:
 - Ты уже вернулась?!
 - Вернулась, но скоро снова уеду. Поэтому машину забирать не буду. Будет у меня к вам обоим просьба. Очень помощь нужна.
 - Хорошо, - легко согласилась Ольга. - А что надо сделать?
Я объяснила, что надо будет съездить к одной женщине, отдать ей ключи от квартиры, забрать зеркало и свёрток, который лежит рядом на комоде. Зеркало и свёрток попросила хранить в квартире, которая соединяется с магазином.
 - А где я ключи возьму?
 - Так я тебе их привезу. Завтра с утра жди меня.
Следующий звонок был к Алле Евгеньевне. Она очень мне обрадовалась. Долго благодарила за то, что я присматривала за квартирой. И огорчилась из-за того, что я не могу приехать в гости. Я сказала, что уезжаю в дальние края на год, а может и дольше. Но как только вернусь, сразу позвоню. И если Алла Евгеньевна никуда не уедет, мы обязательно встретимся. Женщина согласилась на встречу с Лёхой. Но попросила, чтобы он приехал вечером после предварительного звонка. Потом Алла Евгеньевна рассказывала про сына и про поездку. И про то, что не уверена, хочет она переезжать или нет. Пока мы разговаривали, к телефонной будке подошли люди и встали в очередь. Я сообщила об этом Алле Евгеньевне, и мы попрощались.
Всё, что я хотела сделать, было сделано. Возникла мысль о посещении парикмахерской. Но я отмахнулась от неё. Быть может, в другой день загляну туда, чтобы подстричься и перекрасить волосы. Смена причёски очень сильно меняет человека внешне. Особенно если это женщина. А вот мужчину сильнее меняют борода и усы. Я имею ввиду не всего мужчину, а его внешность меняет. Суть человека очень сложно изменить, хоть как его подстригай или переодевай. Это всякий скажет.
Пройдя в сторону дома метров десять, я увидела молодую женщину, которая катила инвалидную коляску. В коляске сидел парень на вид лет двадцати. Его ноги были укутаны пледом. Женщина подкатила кресло к дверям магазина. Развернула её так, чтобы парень смотрел на дорожку, ведущую к крыльцу магазина. Затем она положила на землю перед парнем коробку и отошла в сторону. Стало понятно, что милостыню просить пришли. Ну да - пенсия у инвалидов маленькая, вот милостыню и собирают. А может у них дети есть. Кто знает, что усадило молодого мужчину в инвалидное кресло? У меня аж руки зачесались, так захотелось помочь людям, но сначала надо было посмотреть, в каком именно месте проблема. Я ощутила тепло в ладонях. А затем услышала на безмолвной речи, как меня окликнул пситек:
 - Полина Сергеевна, не надо. Остановитесь и перестаньте светить. Вас же за несколько километров видно.
Я устыдилась. Обещала же быть осторожнее.
 - Мне только посмотреть, - пробормотала я и "посмотрела" парня в коляске.
Так я ещё не ошибалась! Всем бы быть такими больными, как ему. Если не всем, так большинству. Явление гастрита и начинающийся остеохондроз. Всё. Никакой инвалидности. Если честно, то я разозлилась на эту парочку. Прохиндеи! Однако, я обещала не привлекать к себе внимание. Не буду. Но парочку запомнила. Когда-нибудь встретимся непременно. Тогда и поговорим. Не люблю, когда меня обманывают. Даже непреднамеренно. Вот такая я мстительная женщина.
Я развернулась и отправилась домой. Пока шла до дома, слушала нотации, которые читал мне Алекс. Он, словно мамочка воспитывал меня, говорил, что очень важно контролировать свои эмоции и не бросаться спасать всех подряд. "Это обесценивает дар". А что я могу поделать, если у меня внутренняя потребность помогать людям, исцеляя их? Раздражение внутри стало нарастать. Шла и думала о том, что осталось всего одно дело, и я смоюсь из Москвы, избавившись от гиперопеки пситеков. Завтра съезжу к Ольге, удостоверюсь, что Книге ничего не угрожает и отправлюсь изучать другие места планеты Земля. Или даже другие миры. Эти мысли успокоили меня к тому моменту, как я переступила порог квартиры и пошла смывать грим.
На кухне поджидал Алёша, сменивший Алекса на посту. Взглянув на меня, он нахмурился:
 - Вы как будто потемнели. Что случилось?
 - Душно мне с вами сегодня. Я как узник в этой квартире.
 - Но Вы же понимаете, что это просто меры предосторожности. Слишком мало времени прошло с момента вашего побега. Не стоило возвращаться в Москву так рано. Вы ведь что-то хотели сделать. Я не ошибаюсь? Или только позвонить надо было.
 - Хотела. Ещё завтра мне надо съездить к Ольге. Помнишь, меня как-то туда возили?
 - Помню. Но там дежурят люди Князева.
 - Ну и что? Я загримируюсь, и они меня не узнают. На пожилых женщин молодые парни не смотрят. Они их просто не замечают. Меня тоже не заметят. Мало ли бабок по магазинам ходит? Довезёшь меня до остановки, что рядом находится. Даже лучше, если высадишь на противоположной стороне дороги. Я перейду дорогу сама.
Алёша попробовал меня отговорить от этой затеи. Безрезультатно. Я пригрозила, что вызову такси из телефонной будки, если пситек будет упрямиться. Или вовсе на общественном транспорте поеду. После угроз, Алёша сдался.
Следующим утром мы обнимались с Ольгой. Она хохотала, когда мы прошли в подсобное помещение. А до этого не сразу узнала меня, когда продавец позвала её в торговый зал:
 - Там Вас какая-то старуха ждёт.
Когда Ольга узнала меня, с трудом удержалась от смеха. В коридоре она начала рассказывать про себя, беременность и "жениха". После того, как Ольга узнала о беременности, Лёха сделал ей предложение руки и сердца. "Чтобы всё как у людей". Но Ольга отказалась. Сказала, что это не к спеху. И пусть он повторит своё предложение после рождения ребёнка. Тогда она согласится. И с тех пор Оля частенько называла Лёху женихом и хихикала. Было очень радостно видеть, как эту замечательную женщину распирает от счастья. Она как будто светилась изнутри.
Потом мы пили чай в переговорной комнате, болтали и ждали «жениха». Когда Лёха приехал в магазин, я передала ему ключи от квартиры, написала адрес на бумажке и объяснила, что нужно сделать. Затем позвонила к Алле Евгеньевне. Она сообщила, что ждёт. И очень сожалеет, что не сможет увидеть меня. И мне тоже было жаль, но лучше нам было не встречаться какое-то время. Очень не хотелось, чтобы пситеки вышли на Книгу.
На этом мы простились, договорившись, что я ей позвоню вечером после восьми. Хотелось убедиться, что всё прошло хорошо.

82 Светлая

Пситеки не соврали. Возле крыльца магазина стояли прихвостни Князя. Один из них был мне знаком. Они стояли и курили возле урны, вели какую-то беседу и осматривали всех мимо проходящих. Однако меня они не узнали - скользнули взглядом по сгорбленной фигуре и перевели взгляд на другого человека, спешащего к остановке. На обратном пути на меня даже не посмотрели. Я оказалась права - пожилая женщина не привлекла внимание.
На обратном пути я заглянула в несколько магазинов. В книжном купила книгу Хмелевской карманного формата, чтобы не скучать. В кожгалантерее приобрела сумку в виде рюкзака. Он был достаточно вместительный, с множеством карманов. Самое то для путешествий. С таким можно и по городу ходить, не то, что с туристическим рюкзаком. Потом я заглянула в пару "бутиков". Было забавно наблюдать, как за мной ходили продавцы. Они настороженно наблюдали за мной, видимо, опасались, что я сопру что-нибудь или испорчу. Посмотрев несколько вещей и не найдя ничего, что мне понравилось, я громко извещала:
 - It's nonsense, not a product!
И уходила из магазинчика, взглянув на вытянутые лица девиц. Наверняка они принимали меня за иностранку. Нагулявшись, я вернулась домой. Там меня поджидали Алекс с Алёшей и вкусный обед. Мммм. Борщ с гренками, котлета с пюрешкой, салат из помидор, огурцов и сметаной и чай. С базиликом и земляникой. Оказывается, Алёша решил стать поваром и сейчас осваивал блюда русской кухни. Он купил несколько книг с рецептами, свалил их на кухонном подоконнике и изучал в свободное время.
За обедом пситеки рассказывали про Князева. У него сейчас крупные проблемы из-за меня. Оказывается, он много кому мои услуги обещал. И даже взял предоплату у нескольких людей. А я пропала, и теперь Князь должен не только вернуть взятые ранее деньги, но и неустойку заплатить. Аванс он, конечно, вернул. Но за обман Князеву предъявили большую сумму. Таков криминальный мир. Не выполнил обещанное - плати.
Пситеки решили, что как только я отправлюсь обратно в свою Ольховку, так попробуют от Князя избавиться. Тут два варианта. Либо от совсем из криминала уйти, либо сменить хозяина. Пока они наблюдают за обстановкой.
На ужин были голубцы и яблочный пирог к чаю. Вечерний чай в этот раз был с мятой.
 - Чтобы крепче спалось, - потупив взгляд сказал Алёша. Затем добавил, - А утром кашу какую сварить? Манную или Геркулес?
Я согласилась на Геркулес и пошла звонить к Алле Евгеньевне. Естественно, меня сопровождали до телефонной будки. Не было у пситеков доверия ко мне. Алла Евгеньевна была очарована Лёхой. Всё нахваливала его. Говорила, что сильный, ловкий, красивый и очень вежливый. Оказывается, он розу в подарок принёс. И этим подкупил Аллу Евгеньевну. Я узнала, что Лёха забрал комод с книгой и успокоилась. Однако, всё равно позвонила к Ольге. Оля сказала, что комод уже стоит там, где мы и договаривались. Пожелала мне доброго пути, и чтобы я возвращалась скорее. На том мы и простились.
Дома я сразу прошла в комнату и закрыла дверь, пожелав пситекам спокойной ночи. Конечно, я не отправилась сразу в постель. Я собрала вещи, которые мне должны пригодиться в ближайшее время. Я же не собиралась сидеть в Ольховке, дожидаясь разрешения вернуться домой. На острове остались мои вещи. Но для того, что я задумала, мне нужно было ещё кое-что. Деньги и документы. Пять пачек сто долларовых купюр и паспорта. Российский и заграничный. Это добро я завернула в один полиэтиленовый пакет. Затем положила в другой пакет, чтобы не промокло в случае чего. Пакет засунула в новый рюкзак, на пакет положила свёрнутую демисезонную куртку, сверху положила книгу. И всё это сунула в изголовье кровати. Потом улеглась сама и крепко заснула. Давненько я так славно не спала.
Утром проснулась в прекрасном настроении. Пока пила кофе, Алёша приступил к приготовлению завтрака. Мы мило поболтали, обсуждая наше совместное будущее. Мне даже немного было стыдно, что и от Алёши я хочется сбежать. Но самую малость. Стокгольмский синдром какой-то у меня развился что-ли? По большому счёту, я нахожусь под постоянным надзором. Я ведь не могу ничего сама решать и делать. На всё должно быть согласие пситеков. На меня как будто поводок надет. Длинный, мягкий, но поводок с ошейником. Просто я не даю достойного повода дёрнуть за него посильнее. И я так не хочу. Пока принимала душ и во время завтрака, я мысленно себя подогревала подобными размышлениями. Чтобы не дать слабину и не рассказать пситеку о своих планах. После завтрака, поблагодарила Алёшу за заботу. В комнате оделась в джинсы и футболку. Взяла кроссовки в коридоре и попрощалась с Алёшей. Обувшись в своей комнате, я ушла через зеркало в место, которое назвала Ольховкой. Там всё также где-то в зените светило солнце, в ветвях деревьев щебетали птицы, было тепло и сухо. Такое ощущение, что время здесь остановилось. В Ольховке я решила не задерживаться. В вещах, оставленных здесь раньше, нашла ручку и тетрадь. На листочке написала:
"Ушла изучать другие миры. Не теряйте и не беспокойтесь. Спасибо за всё, что вы для меня сделали. Берегите себя.
Ваша Светлая".
Записку положила на стол в палатке. Сверху придавила камнем. Затем отправилась на берег. Мне предстояло найти "дверь", которая приведёт меня на мою малую родину.