59. В детстве я был

В детстве Довлатов (с его слов) был оптимистом. Потом стал пессимистом, потому что всё вокруг него было пессимистическое.

И вот он эмигрировал в США и снова стал оптимистом, потому что вокруг него всё – оптимистическое.

Что, собственно, было оптимистичным в довлатовском окружении? Он как был малоимущим человеком, так им и остался. Правда, он получил доступ к пепси-коле и настоящим американским джинсовым брюкам. Возможно, это для автора имело решающее значение. Правда, в рассуждениях на тему промелькнуло такое описание среднестатистического американца:

«Говорит, что думает, живет, как считает нужным».

Здесь прозвучал явный намёк на такое несомненное благо как свобода слова. Однако брать во внимание именно данный фактор вряд ли следует, потому что Довлатов свободой слова всё равно не пользовался. Его американские тексты носили комплиментарный характер, а для составления таких текстов свободы слова не требуется.

Завершил Довлатов заметку в классическом совковом бравурном стиле:

«Но главная проблема решена. Будущее наших детей - прекрасно. То есть - наше будущее. Поэтому наша газета взывает к мужеству и оптимизму. А истинное мужество в том, чтобы любить жизнь, зная о ней всю правду!»

Стоило ли пересекать целый Атлантический океан, чтобы генерировать такие словосочетания? С подобными текстами Довлатов мог с успехом выступать на страницах любого советского издания – от газеты «Правда» до журнала «Пионер».