Руслан Павлович и Сатана Люциферович

/былина/
То не ветры задули осенние,
Не сгустились тучи над городом,
Не заУхали совы и филины,
НачалИсь необычны события:
Тёмный князь, Сатана Люциферович,
Созывал легионы бесовские,
Собирал он вампиров и оборотней,
Приглашал он шайтанов и демонов,
Призывал он убийц и насильников,
Обещал им трофеи великие,
Обещал выполнять их желания.
 
Ведьмы шли в его войско медсёстрами:
Перевязывать тяжелораненых
И показывать им свои сисечки,
Как в кино «Утомлённые солнышком»,
Режиссёра Никиты Сергеича.
Пусть и бюсты у ведьм подуставшие,
Но не будет у раненых выбора:
Кто откажется — режут на органы.
 
Богатырь русский Руслан Павлович,
Ничего абсолютно не ведая,
Выходил погулять в чисто полюшко,
Походить-побродить там, за городом,
Как когда-то бродил Кастанедушка
За компанию с Доном Хуанчиком,
Но без всяких грибочков магических.
 
Видит Русенька – в поле силушка,
Непомерное воинство тёмное,
И кого там только и не было:
Представители шоу-бизнеса,
Каннибалы и педофилища,
Сатанисты и педерастища —
Все пришли Сатане поклонитися,
Сатане люцифероподобному.
 
Тот на троне сидит-усмехается,
Он козлиными машет рожищами,
Он огромными хлопает крыльями,
А ручищами быстренько складует
Непонятны магически символы,
Как Мадонна-Луиза Чикконовна
Или Ольга, прости Боже, Бузова.

Как Киркоров Филипп Бедросович
Топчет он христианские символы,
Топчет он кресты православные,
Он хохочет и усмехается,
Даже грудью трясти не стесняется,
Той поганою грудью бесОвскою.
 
Говорит Люциферович Русику:
«Хочешь, Руся, денег немеряно?
Хочешь, Руся, девиц привлекательных?
Хочешь, Руся, фанатов внимательных?
Хочешь, Руся, кушать от пузика?
Хочешь, Руся, машину с мигалками?
Я всего даю, сколько надобно,
Должен только ты мне поклонитися,
Целовать мою жопу поганую!»
 
Отвечает ему Руслан Павлович:
«Никогда ещё русский не кланялся,
Да с такими-то низкими целями!
За такие-то предложения
Ты отведай-ко русской силушки!»
Ухватил его Руся за роженьки,
За его-то рожищи козлиные,
Начал он Сатаною помАхивать,
Начал он сокрушать войско тёмное,
Злую армию крепко прихлопывать:
Как направо махнёт — там улица,
Махнёт влево — проспект шестипОлосный,
Вдарит сверху — футбольное полюшко.
Сатана кряхтит, не ломается,
Пуще прежнего он старается
Соблазнить ну хоть чем-нибудь Русеньку,
Только Руся его уж не слушает,
Побивает им его силушку
Сатанинскую силу поганую.
 
Так прошло время много ли мало ли,
Истощилася вражия силушка,
Сатанинская сила несметная,
Сатаны того Люциферыча,
Не кончается только русская,
Православная сила, советская,
Богатырская силушка Русеньки.
 
Руслан гнёт Сатану в три погибели,
Разгибает рожищи козлиные,
В узлы крутит груди бесовские,
Переламывает копытищи,
Что топтали кресты православные,
Напоследок навешал поджопников.
 
Учит Русенька уму-разуму
Сатану того Люциферыча:
«Люди русские все правдивые,
Люди русские совестлИвые,
Люди русские справедливые,
Люди русские все душевные,
Абсолютно неприхотливые,
Твои прелести нам не надобны,
Ты деньгами своими не выкупишь
Православную душу русскую,
Безразмерную совесть советскую,
Безграничное чисто полюшко,
Бесконечное синее небушко,
И родную Россию-матушку!»
 
Тут спускается спецназ ангелов,
Сатане надевают наручники,
Бьют ему ещё пару поджопников,
А начальник у ангелов, Мишенька,
Награждает Руслана медалечкой
За победу над Люциферычем,
И красивой почётною грамотой
«За развитие русской идеюшки»,
Говорит: «Вот растёт мне и сменочка».

Тут все ангелы аплодируют,
На прощанье Руслану жмут рученьку,
Одобрительно хлопают плечико,
Салютуют мечами джедайскими,
Конвоируют Люциферыча
Назад, в ту его бездну решётчату,
Из которой он нос свой высовывал.
Продлевают ему заключение
Лет примерно ещё на тысячу,
А начальнику той колонии
Строго-настрого заповедуют,
Чтоб следил он за Люциферычем,
Что ещё рецидивы возможные,
Чтобы не было нового кипиша.

Иоанн Богослов то записует,
Православные люди вычитуют,
Ну а то, что в его откровении
Нет ни слова про Руслан Палыча,
Это просто Русик из скромности
Запретил своё имя использовать,
Чтоб случайно не загордитися.