Патриарх химии. Глава первая. Становление

Патриарх отечественной химии

                (Повесть)

               
                Светлой памяти моего друга Новикова А.А. 
               
                с 90-летием со дня рождения посвящается!

               
                Часть первая. Государственный человек

Коллектив Воскресенского химического комбината, воспитанный на лучших трудовых традициях, славился на всю страну своими замечательными кадрами. Многим нашим работникам он дал путевку в жизнь. Некоторые, пройдя все ступени технологического процесса и управления производством, достигли значительных высот в руководстве целыми отраслями народного хозяйства. К таким людям можно отнести талантливого инженера, творческого и инициативного деятеля – Новикова Анатолия Артемовича. За восемнадцать лет на химкомбинате он прошел все этапы роста: от молодого специалиста до главного инженера.
Трудовую деятельность начинал начальником смены цеха контактной серной кислоты. Через год возглавил кремнефтористое отделение суперфосфатного цеха, потом был начальником печи КС-2 в башенном цехе, где тогда впервые в стране пускалась в эксплуатацию большая печь КС-2 по обжигу серного колчедана в кипящем слое. Проект выполнили специалисты заводского проектно-конструкторского отдела. Дело было новое, пуск и освоение шли с большими трудностями. Приходилось работать и днем, и ночью.  Выдающуюся роль в пуске этого оборудования сыграли высококвалифицированные заводские специалисты Буянов Евгений Александрович и Каширин Евгений Маркович. КС-2 явилась прообразом печей в кипящем слое, построенных затем на других химических предприятиях.
После завершения этой уникальной работы А.А. Новикова назначили в строящийся цех экстракционной фосфорной кислоты, технологическую нитку которого приобрели за границей. Новая работа вызвала большой интерес, поскольку строительство и освоение цеха проходили в присутствии французских наладчиков. Но самым трудным и, пожалуй, самым интересным  был период деятельности, связанный с цехом двойного суперфосфата, в котором Анатолий Артемович работал сначала заместителем, а затем и начальником цеха. Это было первое такое производство в СССР, спроектированное Московским «Гипрохимом» по исходным данным «НИУИФа». Как исходные данные, так и сам проект не отличались качеством. Отсюда – проблемы при пуске, многочисленные переделки в процессе работы.  Долго не могли освоить это производство. Приезжали специалисты из проектных и исследовательских организаций, привлекались институты различного профиля, в том числе авиационной промышленности. Анатолий Артемович сделал ставку на опыт инженеров, руководителей удобренческих цехов, производящих суперфосфат и фосфоритную муку, квалифицированных аппаратчиков, слесарей, киповцев. Но основную работу все же выполнили специалисты проектно-конструкторского отдела и центральной заводской лаборатории. Цех перепроектировали практически заново. Заменили технологические узлы, усовершенствовали схему производства и нашли новые технические решения, что позволило добиться заданных нормативных параметров.
В статье «Наши итоги и задачи», опубликованной 7 января 1966 года в газете «Куйбышевец», А.А. Новиков пишет: «Мы выработали продукции в два с лишним раза больше, чем год назад, качество удобрений стало несравненно выше. Наш двойной суперфосфат сейчас имеет 42-43% полезного вещества вместо 40  (по техническим условиям). Такое удобрение вполне отвечает высоким запросам потребителей».
Освоение производства двойного суперфосфата стало серьезной школой, как для коллектива цеха, завода, так и промышленности в целом.  Опытом освоения первого в стране производства концентрированных фосфорных удобрений потом воспользовались другие заводы, в том числе Волховский алюминиевый. 
На химкомбинате А.А. Новиков как будто проходил преддипломную практику и инженерную стажировку, за короткий срок блестяще освоив все основные производства. Директор давал молодому специалисту возможность с головой окунуться в гущу производственных проблем. Он сразу увидел его незаурядные способности инженера, руководителя и организатора производства. 
Докторов говорил:
– Этот человек очень способный, все схватывает на лету!. Но самому Новикову директор вначале показался строгим и недоступным.
Он вспоминает:
– После окончания Московского химико-технологического института мы вместе с женой из отдела кадров химкомбината направились в кабинет главного инженера Свешникова Михаила Александровича. Договорились, что оба приступаем к работе начальниками смен: супруга – в цехе сульфоугля, а я – в цехе контактной серной кислоты. Для утверждения решения он повел нас к директору, кабинет которого находился тогда в старом заводоуправлении. Докторов Николай Иванович выглядел суровым и серьезным. Невольно чаще забилось сердце. Он внимательно просмотрел наши документы и говорит:
– Вы должны были приехать на завод пятнадцать дней назад. Наверно, с вами надо поступить просто – отправить опять в институт. Главный инженер сразу перевел разговор на другую тему.
Николай Иванович усмехнулся:
– Начинайте работать. Это было 27 августа 1955 года.
– Строго говоря, первый визит был значительно раньше моего устройства на работу, – вспоминал позднее Анатолий Артёмович, – Мало кто знает, но в Воскресенске я проходил и преддипломную практику, учась в Московском химико-технологическом институте им. Д.И. Менделеева. Защищался по теме «Производство гранулированного суперфосфата». А потом было распределение.    
Работая в цехах, Новиков  видел, что технология и оборудование устарели, условия труда тяжелые, а при нарушениях технологического режима и аварийных остановках загазованным оказывался не только завод, но и город. Как это исправить?
Анатолия Артемовича с детских лет отличали аналитический ум, здравый смысл и практичность. Даже химиком, если судить по воспоминаниям, он стал из чисто практических соображений:
– Родился я на Северном Кавказе, окончил школу в городе Майкопе Краснодарского края. Отец был слесарем на заводе. Образования не имел никакого, но, одаренный от природы, слыл лучшим рационализатором и получал даже путевки на ВДНХ в Москву.  Мать – портниха. Обычная русская семья. Жили очень скромно, и после окончания школы встал вопрос: где учиться? Отец повел меня к соседке, дочь которой заканчивала Менделеевский химический институт в Москве. Она сказала, что это очень известный институт, прекрасное обучение. Анатолий, блестяще закончивший десятилетку, вдруг по-взрослому спросил:
– А там стипендию с тройками дают? 
– Дают!
Успешно сдав приемные экзамены, в 1950 году он стал студентом МХТИ. Через пять лет на распределении он, к тому времени женатый человек, задал самый важный для супругов вопрос:
– Где можно получить работу с предоставлением жилья?
Ему ответили:
– Жилая площадь для молодых специалистов предоставляется только на Воскресенском химкомбинате.
Это и предопределило место будущей прописки Эльвиры Григорьевны и Анатолия Артемовича Новиковых.
А сейчас, спустя несколько лет, ему приходилось решать вопросы развития самого  предприятия. После удачного освоения цеха двойного суперфосфата его перевели в управление заместителем главного инженера, а после ухода в Москву Васильева Бориса Тихоновича предложили должность главного инженера химкомбината. Этот день навсегда остался в памяти Новикова:
– Я болел, лечился дома. Вдруг слышу стук в дверь, через мгновение она открывается, входят директор Николай Иванович Докторов и секретарь парткома Баранов Иван Владимирович.
Спрашивают:
– Как чувствуешь себя? Где можно поговорить?
Расселись в крохотной проходной комнатке. Докторов сразу сказал:
– Предлагаю тебе работу главного инженера.
  – Конечно, я опешил – быть главным инженером предприятия союзного значения рискованно и ответственно. Да и со стороны директора это было весьма смелое решение.Но меня успокоили:
– Начинай работать, будем помогать. Так я стал главным инженером. Это случилось в 1966 году, когда мне было 33 года.
Главный инженер начал работу с изучения обстановки в каждом цехе. Анализ показывал, что ремонт только одного контактного цеха, построенного задолго до войны, требовал ежегодно колоссальных материальных и людских затрат и в то же время не давал кардинальных изменений. Состояние оборудования оставалось таким же плохим, отсюда – частые остановки, перерасход электроэнергии и сырья, высокая загазованность и каторжные условия труда! Тогда и созрела грандиозная идея о неотложных мерах по исправлению дел на химкомбинате, поддержанная всеми специалистами и, конечно, Н.И. Докторовым. Было решено снести морально и физически устаревшие цеха и построить на их месте новые производства. Изучалась возможность развития на химкомбинате высококонцентрированных многокомпонентных удобрений, что, наряду с улучшением качества, позволило бы полностью окупить затраты на ликвидацию отживших цехов за счет экономии средств  при транспортировке удобрений и внесении в почву. В итоге была разработана программа возведения в Воскресенске мощного комплекса по производству сложных минеральных удобрений: цехов по производству нитроаммофоски, фосфорной и серной кислот, полиэтиленовой тары и контейнерной установки для затаривания продукции, производства аммиака и цеха слабой азотной кислоты. Все это                надо было построить, для чего требовалось создание новых инженерных служб и технологических коммуникаций. Воплощение в жизнь этой программы соответствовало грандиозным планам партии и советского правительства: догнать и перегнать передовые страны по выпуску удобрений и было закреплено в специальном постановлении правительства от 27 июля 1967 года «О строительстве на Воскресенском химкомбинате комплекса по производству сложных минеральных удобрений – нитроаммофоски».
 На плечи главного инженера легли строительство самого крупного за всю историю существования комбината комплекса и внедрение новейших технологий. Он скрупулезно изучал техническую документацию, несколько раз
для уточнения возникающих вопросов, прошел в Бельгии стажировку на аналогичных заводах. На предприятии он усиленно развивал рационализаторскую и изобретательскую деятельность.
В заводской многотиражке он сообщал о достигнутых успехах: «В конце 1970 года введен в строй мощный комплекс по производству сложных удобрений. Наши сернокислотчики добились присвоения двум видам продукции государственного Знака качества.
Большой вклад в производство внесли рационализаторы, перевыполнившие  свои обязательства…». Исключительное значение Анатолий Артемович придавал творчеству, особенно молодых работников. Вызывая на соревнование рационализаторов Винницкого химического завода, 30 марта 1973 года через газету «Куйбышевец» заявлял:
– Обязуемся в цехах и на объектах строительства комбината внедрить не менее 1200 рационализаторских предложений и 3 изобретения, сэкономить 25 тысяч тонн сырья и материалов, более одного миллиона кВт-часов электроэнергии, выпустить дополнительно десять тысяч тонн продукции. От внедрения рацпредложений и изобретений получить экономический эффект 1,2 млн. рублей. В текущем году число рационализаторов и изобретателей из числа молодежи до 30-летнего возраста увеличим до 30% от общего количества рационализаторов завода. А состав ВОИР увеличим на сто человек и доведем до 200 членов.
Все намеченные мероприятия общегосударственного масштаба главному инженеру Новикову Анатолию Артемовичу и директору Докторову Николаю Ивановичу совместно с техническими, производственными, строительными и монтажными службами предприятия, города и области удалось благополучно завершить за время их работы на заводе. Разработанную под их руководством стратегию ближайшей перспективы коллектив химиков реализовывал еще долгие годы.
В повседневной работе Анатолий Артемович стремился быть похожим на своего руководителя. Он видел, как Николай Иванович стремился к расширению производства, созданию новых мощностей, понимая, что от этого зависит развитие всего города. Много времени и сил он уделял строительству города.
– 31 декабря я проводил важное совещание. Засиделись до девяти часов вечера. Вдруг в кабинет входит директор:
– Ты еще будешь здесь? Скоро зайду, поедем в Новлянское – там сегодня на строящиеся дома впервые должны подать электричество.
Вскоре мы через Неверовский мост подъехали к новому микрорайону, вышли из «Волги».  Нас окутала темнота. И вдруг осветилось одно, а спустя мгновения – другое окно. Это стало началом жизни нового квартала за Москвой-рекой. Докторов радовался, как мальчишка. Довольные, поехали домой, – вспоминает Новиков. – Жилье было главной его заботой. Колоссальная очередь существовала на получение квартир. Надо было каждого принять, поговорить, что отнимало уйму времени. Это была самая тяжелая его обязанность. Он знал в лицо почти всех рабочих. И тогда он принял решение построить возле платформы «88 км» несколько домов, в возведении которых участвовали бы сами очередники. Это отчасти поправило положение.
Анатолий Артемович хорошо знал своего директора.– Первый инфаркт Николай Иванович получил после того, как Государственный комитет народного контроля заслушал комбинат о работе железнодорожного транспорта. Директор на заседании вступил в спор с комитетчиками, и сердце не выдержало. Или другой случай. В сельском хозяйстве всегда было тяжелое положение. Рост поставок минеральных удобрений не сопровождался соответствующим увеличением производства зерна. Поэтому работники сельского хозяйства придумывали разные оправдания, ссылались, в том числе, на поставки им удобрений низкого качества. И вдруг этот вопрос всплыл на заседании комитета народного контроля страны, где решили опять заслушать наш завод. Приезжала с проверкой специальная комиссия из Москвы. Представили ей все необходимые материалы. С докладом должен был выступать директор. Но неожиданно председатель комиссии спросил:
– Новиков здесь?
 – Здесь
– Пожалуйста, на трибуну. Я без бумаг вынужден был выйти на сцену и, поскольку сам готовил материалы для комиссии, обстоятельно доложил собранию существо вопроса. Обстановка потеплела. Затем выступал начальник главка. Начал разговор в резких тонах, а завершал, как мне показалось, достаточно благоприятно для завода. Председательствующий спросил:– Кто еще хочет выступить?
И Николай Иванович пошел на трибуну. Он увлекся, стал говорить о проблемах отвалов, о большом скоплении фосфогипса, о необходимости заниматься его переработкой, ставил другие вопросы. Председатель комиссии рассвирепел:
 – Технические вопросы нужно обсуждать в другом месте, мы не для этого здесь собрались. Николай Иванович, как говорится, завелся. Перепалка. Был очень тяжелый разговор. Докторов еле-еле сошел со сцены. Он был чрезвычайно расстроен и после этого долго болел. Он не раз говорил:
– К нам на химкомбинат с инфарктами не приходят, их на заводе зарабатывают.
Главный инженер много внимания уделял творческим специалистам, интересовался их новыми разработками. Это был единственный главный инженер, который, по словам бывшего начальника проектно-конструкторского отдела И.И. Афанасовой, знал всех конструкторов, в любое время мог зайти в отдел, проследовать по рабочим местам, посмотреть, что делает каждый, посоветоваться, поговорить, даже с кем-то пошутить.Ему было все интересно. Он мог в любое время позвонить и сказать:
– Ирина Иосифовна, вот эта мысль совсем глупая или в ней что-то есть? Новиков постоянно был в творческом процессе.
 – Конечно, сходу не ответишь, – говорила я.
– Надо изучить, если что-то выкристаллизуется, я вам доложу. Приезжая из командировок, он привозил с собой массу литературы, и всё, что ему удавалось там увидеть, пытался внедрить на заводе. И мне нравилось в нем то, что мог, не стесняясь, указать даже французам на их ошибки при комплектации оборудования в цехе сложных удобрений. Уважал творчески работающих людей. Хорошо понимал проектную работу. Сотрудничать с ним мы начинали еще в двойном       суперфосфате, потом на фосфорной кислоте, в цехе нитроаммофоски. Когда он работал уже в должности заместителя министра химической промышленности, мы пускали первый цех аммофоса, и были проблемы с дымососами. Новиков приезжал из Москвы посмотреть, как решается этот вопрос. Это было ему настолько интересно, что он на время оставлял министерские обязанности и ехал в Воскресенск. Новиков – специалист высокого класса,  с ним всегда было легко работать.
Автор многих изобретений и рационализаторских предложений, он награжден медалями и грамотами ВДНХ СССР. Хороший общественник. Его неоднократно избирали членом Воскресенского горкома партии, членом Президиума обкома профсоюза рабочих нефтяной и химической промышленности.
За большую работу по увеличению выпуска химической продукции, внедрение новой техники, механизацию и автоматизацию
производства в 1965 и 1971 годах был награжден двумя орденами: Знак почета и орден Ленина.