Лимон

Это было так давно, что сейчас уже кажется сном. Или выдумкой.

Я сидела за столом, пил чай. Передо мной лежал лимон. Самый обыкновенный. Вдруг, пучина воспоминаний затянула меня.

Картинки всплывали сами собой в мыслях. Нет, они не были тёмными и мрачными. Даже наоборот. Всё произошло одним прекрасным солнечным днем, много лет назад.

Первое, что мелькнуло яркой картинкой перед глазами, было её платье. Такое сочное, жёлтое, точь-в-точь лимон. Помню, жара стояла необыкновенная, для марта месяца. Ох, даже захотелось лимонада. А рядом с этой девочкой-лимоном, стоял я — худощявый, долговязый, с веснушками.

Мы идеально дополняли друг друга: лимон и ветка, которая держала сочный плод так крепко, что, казалось, ничего в этом мире не сможет их разлучить.

Помню, как вцепился в неё: мимо нас пробегала стая собак. Летая где-то в облаках, очарованный своей прекрасной соседкой, которая всего несколько дней назад поселилась в доме напротив, я был сбит их лаем и не вовремя подвернувшимся камнем, с курса своего полёта. Прямо на асфальт. Прямо перед ней.

Сколько было собак, пытались ли они как-то меня делить между собой — не помню. Видимо, память моя устроена так, что сохраняет самое лучшее из возможного.

Следующим, после падения с небес прямиком на асфальт дорожки, не очень мягкой пятой точкой, было лишь ощущение. Такое неописуемое, что даже сейчас мне сложно подобрать верные слова. Я только слегка коснулся крошечной, по сравнению с моей, ладошки и вновь был окрылен.

Её ручка была одновременно тонкой, мягкой, сильной и хрупкой. Мне казалось, что если я возьмусь за неё по настоящему, то непременно сломаю на тысячу кусочков.

— Не бойся, не сломаешь. Хватайся, я помогу встать, — прочтя мои мысли в испуганных глазах, хихикая сказала она, — я Рая, а тебя как зовут?

— Ты из Рая?! — в голове, тогда, не было и сомнений в том, что так и есть. Но зачем же я произнёс это вслух?! До сих пор мне не ловко за этот вопрос. Как вспомню, так краснею.

— А ты забавный! — сказала Рая, когда закончила ржать в голос. Признаюсь: я не ожидал от этого прекрасного лимонного цветка, такого искреннего заливистого смеха.

— Александр. — мой ответ был максимально локаничен. И так я отвечал ещё полчаса, пока мы шли к пруду, в сквере неподалёку.

Странно. Я в точности помню этот момент, но что было дальше — провал. Долго ли мы гуляли, о чем говорили — ни-че-го. Последний кадр, на котором обрывается воспоминание: паук. Большой, лохматый, в черно-желтую полоску.

Видимо, это опять играет со мной моя память. Защищает от позорных воспоминаний. Наверняка, в тот момент, я завизжал, как поросенок и бросился наутек. Ведь, до сих пор, страх пауков мной не побежден.

Ай, да не важно, что там было. Главное — она меня после этого не бросила. Сколько же всего произошло между нами с тех пор. Вот уже двадцать лет вместе.

— Пап, ты чего завис? — вытащила меня своим вопросом из омута воспоминаний наша старшая дочка. Она стояла передо мной в том самом платье...

— Умели же раньше шить! — вырвалось из меня. Дочь недоуменно взглянув, махнула рукой, и отправилась по своим делам, — в восемь чтоб дома была!

Как же иначе всё воспринимается по прошествии лет...