Спасённая честь Миссия-12 Гл 1

  Спасённая честь
(Благородная миссия-12)

1.Материнское чутьё.


Шёл ноябрь 198.. года. Осень в Зеленограде, городе науки и электроники, уже вступила в свои права, рисуя на стекле аудиторий морозные узоры и наполняя воздух запахом первого снега. Для семнадцатилетнего Миши это был особенный год. Он уже был студентом радиотехнического института, и мечта, которую он лелеял со школьной скамьи, наконец сбылась. Наконец-то у него появилась возможность учиться любимому делу. Многочасовые занятия в радиокружке и бессонные ночи над учебниками не прошли даром. Вступительные экзамены он сдал отлично — сказалась усиленная подготовка. Теперь же, сидя в лекционном зале среди таких же увлечённых ребят, он чувствовал себя на своём месте, готовый к любым вызовам. «Тяжело в учении — легко в бою», как гласит пословица.
 Сегодня лекция по математике, которую ведёт преподаватель Елена Григорьевна. Она когда-то сама училась в этом институте. Две недели её не было в связи
со смертью матери. Мише нравилось, как она ведёт лекции. Ему даже казалось, что и первоклашка способен понять её уроки. Она объясняла медленно, толково. Что было непонятно — пересказывала заново, под другим углом. После её уроков не было студентов, которые что-то недопонимали.

Был понедельник. Студенты разговаривали между собой, обмениваясь впечатлениями от выходных. В аудитории стоял шумок. Миша приготовился к уроку: тетрадь, ручка, учебник — всё лежало на столе сбоку. Вдруг открылась дверь, и вошла Елена Григорьевна в чёрном костюме. Она несла в руке коричневый дипломат и пачку распечаток. От её аккуратно уложенных волос (возможно, чуть завитых или затянутых в гладкий пучок) исходил слабый аромат дорогого, импортного лака. Её туфли-лодочки на невысоком, но устойчивом каблуке тихо стукнули по линолеуму, когда она подошла к центральному столу. Елена Григорьевна подняла глаза на группу.

— Здравствуйте, товарищи студенты. Прошу садиться. Я полагаю, что выходные прошли успешно? Больных нет? Тогда начнём. На чём вы остановились во время моего отсутствия? — она пролистала журнал. — Ах, вот! Я объявляю новую тему. — Она развернулась к доске, чтобы красивыми буквами написать тему.

И вдруг из-за двери показалась голова женщины, а потом и сама она. Никто, кроме Миши, её не увидел, так как женщина оказалась призраком. Женщине на вид было за пятьдесят. Она сначала прошлась около доски, осматривая преподавателя. Потом выдала реплику:

— Ну как, как тебе ещё можно объяснить! — её голос был взволнован. — Ведь никто меня не слышит и не видит. Когда я была жива, то могла как-то с тобой говорить, уговаривать, просить. А теперь... Я хочу уберечь тебя от ошибки, ведь я тебе мать, а не подружка. Отсюда я ясно вижу, что Игорь тебе не пара...

Елена Григорьевна начала объяснять урок. Но Миша не мог сосредоточиться, так как призрак мешал слушать. Она говорила без остановки — то прохаживаясь взад-вперёд, то стоя за кафедрой. Прошло десять минут, а он ничего не понял из объяснений. Тогда он решился привлечь внимание женщины, естественно, незаметно.

Когда женщина стояла перед аудиторией, глядя на учеников и что-то говоря дочери, Миша немножко поднял руку напротив головы, привлекая внимание. Женщина это заметила и удивлённо посмотрела на Мишу. Но не только она это заметила, но и преподавательница.

— Вы что-то хотели? — Елена Григорьевна взглядом указала на Мишу.

Миша сначала растерялся, но сразу придумал ответ:

— Разрешите мне выйти на пять минут? — Получив разрешение, он направился через весь ряд к выходу.

У выхода он задержался на несколько секунд, посмотрел на призрака. Та, очевидно, поняла его и направилась за ним.

— Вы меня видите, молодой человек? — спросила женщина, пройдя сквозь стену.

Миша сделал жест рукой, призывая молчать, потом позвал её за собой в умывальник. В умывальнике состоялся короткий разговор.

— Простите, — Миша поднял руку, не давая женщине говорить. — У меня всего пять минут, поэтому прошу вас выслушать меня. Да, я вас вижу и слышу. Из вашей тирады в аудитории я понял, что Елена Григорьевна — ваша дочь. У вас к ней есть какое-то дело. Я согласен вас выслушать и передать от вас просьбу дочери. Но только не сейчас. Сейчас идут занятия. Вы своим присутствием мешаете учёбе. Мне конкретно. Прошу вас дождаться конца занятий, чтобы потом мы с вами могли обсудить ваше дело. Пожалуйста.

— Да, да, я понимаю. Простите меня, что так получилось. Я женщина простая, институтов не кончала. А Лена — это моя кровинка... — Она вновь собиралась завести долгий разговор, но Миша жестом руки перебил её. — Всё, всё! Ухожу! — И улетела сквозь стены.

До конца учебного дня Миша учился спокойно, не отвлекаясь.

Выйдя вечером из института, Миша заметил женщину-призрака, сидящую на скамейке (вернее, парящую). Уже стемнело. Площадь перед зданием покрылась мелким снежком. «Первый снег! — подумал он. — Привидения не чувствуют холода, не то что мы, люди». Он поправил шарф на шее, поправил шапку-петушок. Направился к женщине, которая уже заметила его.

— Пойдёмте. По дороге до общежития расскажете о своей проблеме.

Женщина при жизни, очевидно, была разговорчивой, даже чрезмерно. Всю дорогу она не замолкала. Даже в пельменной, где он ужинал пельменями в бульоне. Даже в магазине, покупая что-нибудь для «перекуса». Короче, к приходу в общежитие, Миша уже был информирован женщиной полностью. А причина её появления следующая. Женщину звали Екатерина Сидоровна. Она являлась покойной матерью Елены Григорьевны. Елена три месяца встречается с Игорем, парнем 35 лет. Он ей сказал, что у него есть свой бизнес, что-то связанное с радиоэлектроникой. Вскоре он будет миллионером. Лена была словно под гипнозом. Она слушала его, глядя в рот, ей с ним было весело. Мать сначала тоже думала, что Игорь — человек культурный, честный, что планы его насчёт дочери правдивы. Но после своей смерти она резко разуверилась в его правдивости. Она ходила за дочерью на все свидания, слушала её и его мысли. За короткое время, что она была мертва, её материнское чутьё говорило дочери: «Брось его, неверного, не пара он тебе, бросит при первой возможности». Но дочь её не слышала. Она, словно кролик, двигалась в пасть змеи. Женщина не находила себе покоя в могиле. Постоянно следовала за дочерью, уговаривая бросить Игоря. Но...

— Чем я могу вам помочь? — спросил Миша, изрядно уставший от её диалогов.

— Передайте ей от моего имени, чтобы она бросила этого... ловеласа.

— Вы думаете, что она меня послушает?

— Я буду рядом. Если тебе понадобятся доказательства моего присутствия, то я их передам. Сколько потребуется, столько и дам, лишь бы Лена поверила вам.

— В институте как-то неудобно об этом говорить с ней.

— Я вам скажу её адрес. Пойдёте в выходной.

— Но...

— Я понимаю ваше состояние: студент приходит к ней домой со странной просьбой. Тем более, что в квартире может оказаться Игорь. Я всё понимаю. Но как спасти свою дочь? Не заявлять же в милицию! Помогите мне, Миша. Войдите в положение. Не могу спокойно покоиться, пока тут такое...

Миша понимал состояние женщины, готов был помочь ей (ведь связь двух миров — это его миссия). Но его беспокоила реакция Елены Григорьевны на его слова, то есть на слова матери, якобы переданные им. Он пообещал женщине подумать о встрече с Еленой Григорьевной.

В общежитии Миша ещё немного позанимался домашними заданиями. Ложась спать, он решил оставить решение вопроса на утро. Но и утром ничего путного не пришло в голову. Решено было в ближайший выходной день пойти к преподавательнице домой. Придумать какой-нибудь предлог для визита, чтобы не являться как снег на голову. Сообщить ей о своём визите заранее.