Как Аленка на Деда Мороза обиделась...

     Аленка стоит у окна у окна своей комнаты и смотрит на улицу. Штормовой ветер рвет ветки с тополей. Они летят на качели, на деревянную горку. Грибок над песочницей покачивается. И Аленке интересно- сломает ветер его или нет. Она даже кажется слышит, как жалобно скрипят доски грибка, который весной дворник покрасил в красный цвет, а сверху сделал еще белые кружочки, чтобы он был похож на гриб-мухомор. Что такой гриб есть- это Аленке дворник сказал, когда она его спросила :"Зачем кружочки?"

     Аленка в лес за грибами никогда не ходила. Иногда видела их только в книжке или в корзине, которую осенью приносила с рынка бабушка. Но мухомора среди них никогда не было. А ей было интересно, как выглядит настоящий мухомор и правда ли, что он убивает мух, раз его так назвали. Но от ее расспросов бабушка обычно отмахивалась, а больше и спросить  некого.

     А еще Аленка думает, что мама у нее похожа вот на этот...ветер. Налетит, закружит, заговорит. Все вокруг нее так и летает. Она даже не ходит, как обычные тетеньки, а все бегом, бегом куда-то. И поэтому Аленка с ней ходить не очень любит- устает. Правда и берет мама ее с собой редко. А на концерты в филармонию, где мама работает Аленка вообще ходить не любит. У нее от громкой музыки уши закладывает и непонятно, что поют. Сидеть надо долго и вертеться нельзя, кашлять тоже, а ей почему-то всегда там хочется кашлять! И она давится этим кашлем, а бабушка сует ей леденец, смотрит сердито.

    Бабушка с утра радовалась, что самолет прилетит завтра, потому что как он сядет в такую погоду-то, еще упадет не дай Бог. Ветрище вон какой! И Аленка тоже думает, что хорошо, что не сегодня. А еще переживает- вдруг и завтра такой же ветер будет. И опять день маму жди. Она и так ждет и ждет всё время. Раньше плакала, скучала, а сейчас- скучает, но не плачет! Во- первых, большая уже- 6 лет. А во-вторых, отвыкла что ли, да и мама сердится, когда она за ней гоняется.
     Один раз Аленка заплакала и все держала подол ее платья в белый цветочек, а мама вдруг закричала сердито:
- Что ты мне душу рвешь? Небось платья, шоколадки любишь, а где на них деньги брать? Кручусь, как проклятая! От твоего папани-вошь на аркане!
     Аленка испугалась, отпустила подол, за бабушку спряталась.

- Что на ребенка орешь дурниной?- заговорила бабушка громко и сердито.- Спасибо скажи, что гоняется еще за тобой! А то отца и мать видит не чаще Дед Мороза! Что вы за родители такие? Прости Оспиди! Я тебе что тогда говорила? Мало того, что нашла тогда этого...непутевого, так еще и рожать сразу решилась.  А ведь сразу видно было, что толку от него как от козла молока! А теперь правильно! Бабка крутись, а ребенку мать нужна. Мать- не бабка, у которой болячек ворох. Вот помру- чего делать-то станешь? В детдом ее кинешь? Той родне она не шибко нужна!  Хоть бы раз десяточку какую ей послали!
- Что ты, мама, начинаешь опять? Ну, сделала я глупость! Что теперь- меня корить всю жизнь? Нет, как только мне ехать-они мне концерт тут устраивают дуэтом! Я потом дерганая! На голос подействовать может!
- Вот эгоистка ты и есть! Голос у нее! Голос всегда важнее! Это все отец твой виноват. Он тебя избаловал- Царство ему небесное... Всем в уши жужжал: «Майка то моя певицей станет- вот увидите! Ишь, как песни выводит! Не зря я ей и имя дал, чтоб как у артистки! Выступает Майя Городецкая! Вон, как звучит!
- Только папа в меня и верил! А тебе что надо было? Чтоб я замуж вышла да детишками сопливыми обвесилась, а не талант свой развивала? А я поступила в консерваторию, между прочим, а не в учетно-кредитный техникум. Или скажешь- нет у меня таланта? И так бьюсь, бьюсь бесчеловечно, мама! Везде один отказ. Опять на пробах срезали! «Типаж не тот»,- передразнила кого-то мама.
     Она нервно схватила сигарету из пачки со стола и вышла в кухню.

     Бабушка обняла Аленку, крикнула вслед примирительно:
- Да чего это кино тебе сдалось? Поёшь и пой на здоровье! Жаль мне тебя, дуреху! И Аленку жаль! Есть, есть у тебя талант!- крикнула она еще громче.- Раз сам профессор говорил. Вот и надо было петь да пробиваться , а не замуж за этого! Ладно, ничего, мы самостоятельные... Правда, Аленка? Плакать больше не будем. У нас свои дела- платье, вон, для куклы еще недошитое.

     Мать вышла из кухни, аккуратно промокнула глаза  салфеткой, посмотрелась в зеркало.
- Что мы, правда, как неродные! Одни вы у меня, а я у вас. И на меня только у вас надежда. Кто вас будет кормит-поить!

     За окном послышался звук клаксона- "пи-пи-пи".
- Иди уже с Богом!- сказала бабушка.

     Майя порывисто обняла мать, потом Аленку, взяла свой большой красный чемодан и вышла за двери...с тех пор Аленка и не плакала, прощаясь с матерью...

Бабушка зашла в комнату, Аленка отвернулась от окна.

- Ба! А мама меня совсем не любит?
- Да ты что! Сбрендила что ли совсем? Любит! Ну как не любить свою кровиночку? А то, что часто ездит, дак ты понимать должна- не маленькая! Работа у нее такая- людям петь. Не у каждой такой голос, как у мамы твоей. Ты гордиться должна.
- А что она в прошлый раз ругалась, что я тупая и страшная, как тетка Аделина? 
- Ой, нашла что вспомнить! Характер у мамы твоей такой! Понимать надо... А ты и правда! Ну чего стих повторить не могла? Учили, учили с тобой, а ты...тык мык
- А тетка Аделина тоже стихов не помнит?
- Да почем я знаю! Только один раз ее на свадьбе родителей твоих и видела. Ты вот что? Стих, что учили -не помнишь, а то, что мать в сердцах сказала- враз запомнила.
     Бабушка протирает тряпкой подоконник.

- Ты смотри как ветер свищет! А ты вместо чтоб столбом стоять, взяла бы книжку, да стих и выучила, чтоб мать порадовать!
- Не буду я учить,- заупрямилась Аленка. Она подошла к зеркалу в дверце шкафа, внимательно посмотрела на себя.
«Совсем на маму не похожа! Чучело!». Показала сама себе язык.

     Утром едва глаза открыла, тотчас услышала из залы оживленный голос мама. Соскочила с кровати, выбежала из своей комнатки. Нарядная изящная мать в красной шляпке с пером и длинном платье схватила ее в охапку, закружила по комнате.

- Ой, тяжелая какая! Мама, ну сколько говорить можно- не перекармливай ты ее! Вечно ей кашу суешь! Я такое платье ей купила, и опять, наверное, мало будет!

     Мать кинулась к открытому чемодану и достала кружевное платье.
- Снимай пижаму!

     Аленка быстро скинула пижаму и дрожащими от волнения руками взяла подарок. Стала натягивать обновку на себя, бабушка кинулась ей помогать. С трудом, но платье натянули. Дышать в нем было Аленке тяжело.
- Ну вот! Опять продавать придется Марусиной дочке,- констатировала мать.- Мама, тебе спасибо!
- Я же еще и виновата,- вскинулась бабушка.- Ты мерки сними, да выбирай тщательнее! А то увидит- схватит. Ну кто виноват, что она рослая такая? Это ты как тростинка была. Да и то, чем питались -то тогда. Буду я ребенка голодом морить, чтоб она в платья твои входила! Сами сошьем!

    С трудом бабушка стянула платье с Аленки. Той стало так жаль, что платье не подошло, что решила было заплакать, но мать тут же вытащила удивительной красоты куклу, и душа Аленки замерла от восторга.
- Ай, мама! Бог с ним, с платьем! Вот такая теперь жизнь начинается новая!

    Аленка держала куклу и смотрела на маму во все глаза.
- Мама твоя замуж выходит!- весело сказала мать, подмигнув Аленке. Теперь у тебя другой папа будет- Василий Листовой! Папа Вася! Мам, ну что ты в самом деле!- обратилась Майя к матери.- Сидит, как в воду опущенная, нет, чтобы порадоваться за дочь!
- Замуж выйти- не напасть,- сказала бабушка.- Личность он, конечно, известная. Да навроде был он уже женат...
- Навроде.- передразнила ее Майя.- Я навроде тоже замужем была. И что теперь! Перееду к нему, потом Аленку заберу- у него трешка между прочим большая. А, главное, мама, роль точно моя теперь будет! Мне его друг- Селиванов- ну ты его не знаешь, так он твердо обещал, что роль теперь моя. Пусть маленькая- несколько эпизодов, но надо же с чего-то начинать. Теперь не отвертится! Жена Листового!
- Одного не пойму! А чего сразу взамуж?- спросила бабушка, собирая разбросанные по дивану наряды дочери.- Так бы пожили. Знакомы всего ничего...
- На крючок папался- пусть женится, как обещал,-= рассмеялась довольно Майя.- Подружек у него и так хватает, а ЖЕНА Листового- это совсем другой расклад. Не порти мне настроение! Все шло кувырком, а тут такой шанс. Не упущу!
- Вдруг он пьющий, мало ведь про него знаешь,- стояла на своем бабушка.
- Пьющий не пьющий- какая разница... Кто у нас не пьет! И потом, я же не в рабство. Да, у него характер, но и я не без характера. Разберусь!

     Через неделю все мамины вещи из шкафа уехали в другой дом. Сразу стало как-то пусто и в шкафу и у Аленки на душе. Мама забегала порой на часок, что-то оживленно рассказывала бабушке про квартиру, перебирала какие-то мелочи в комоде, набивала ими сумку и только перед уходом вспоминала про Аленку, тискала ее, совала в руки шоколадку и чмокнув в макушку убегала снова.

- Стрекоза,- вздыхала бабушка ей вслед и гладила Аленку по голове.- Ничего. Все образуется. Вроде хороший мужчина... положительный...

     Аленка все ждала и ждала, когда мама заберет ее, даже сложила свои любимые игрушки в небольшую сумку, но в другую квартиру мама ее привела только после того, как бабушку положили в больницу.

    Мамин муж Аленке не понравился. Он постоянно похохатывал басом и непонятно было- почему ему все время смешно. Кроме того в дом без конца приходили какие-то люди. Они громко разговаривали, ели, пили, играли на пианино. И от этого у Аленки болела голова, потому она часто уходила в маленькую кладовочку в  конце длинного коридора и сидела там. Мамин муж часто рассказывал про свою дочку, которая с детства хотела быть балериной и теперь уже училась в училище.

- Я тоже хотела быть балериной!- сокрушалась мама Аленки.- Да какое там! Думала хоть эта,- она кивала гостям на Аленку,- мою мечту реализует, да куда там- сами видите!
    Гости смотрели на Аленку, а потом сочувственно на ее маму.

     Через неделю Аленка не выдержала, зарыдала вечером: «Хочу домой». Мама долго не могла ее успокоить, даже испугалась немного и пообещала, наконец, что увезет  ее домой завтра. Только тогда Аленка успокоилась. Правда, увезла она ее домой только через еще две длинных недели, когда выписали бабушку. Жизнь вновь стала обычной. Только теперь Аленка стала бояться, что ее  куда-то заберут. Накануне Нового года она вечером долго стояла в комнате  у небольшой ,украшенной игрушками елки,- и тут ей пришло в голову попросить Деда Мороза, чтоб мама вернулась домой и больше никуда  не уезжала. Он же волшебник- все так говорят...

    Но после новогодних праздников мама уехала на какие-то сьемки, приходить к ним с бабушкой стала еще реже, и Аленка рассердилась и обиделась на Деда Мороза.
     Мама не приехала даже осенью, когда бабушка повела нарядную Аленку в первый класс. Со своим новым мужем она сначала поехала на какие-то гастроли, а потом и вовсе переехала в город Ленинград.

     Все это почему-то вспомнилось Алене Игоревне сегодня...в канун Нового года. Она еще раз перечитала сообщение в телефоне: «Дозвониться до тебя не могу, трубку не берешь. Вот так мне за все мои старания. Николай Иванович в творческом простое. Помощи нет ни от кого».

«Ой, мама-мамочка! Все-то ты виноватых ищешь! Те не оценили, те не поддержали, те не помогли. Дочь неблагодарная!...Трубку не беру-это правда. О чем нам говорить? Все упреки да подковырки...сто раз уже все это слышала. Разные мы люди, жизни у нас разные. В параллельных вселенных всю жизнь живем...»

     Алена Игоревна вспомнила, как в прошлом году повезла внука в Питер. Ненадолго зашли в гости к маме . Внук скромно жевал печенье, а она давилась жидким чаем и думала:
«Неужели эта худенькая старушка с сигаретой в зубах и есть моя обожаемая когда-то мамочка? Совсем чужая...незнакомая. А она, наверное, думает: « Боже! Неужели эта толстая седая тетка и есть моя дочь- неудачница Аленка...».
     Мать тогда все жаловалась и жаловалась- и на здоровье, и на знакомых, и на своего третьего мужа, и уже хотелось, как в детстве убежать от этих разговоров в какую-нибудь кладовку.

     Когда они вышли с внуком на улицу, она поняла, что разговоров этих она больше не вынесет, так ей стало нехорошо с сердцем.

     Прочитав еще раз сообщение, Алена Игоревна привычно перечислила матери 3000 рублей, посмотрела на часы, охнула, и, мгновенно одевшись вышла из дома и направилась к школе- встречать внука после уроков.
     Он появился из школьной двери- такой маленький, серьезный с огромным ранцем за спиной. Как обычно сердце ее затопила волна умиления и бесконечной любви.
     Пошли рядышком по заснеженной аллее.

- А мы сегодня писали письмо Дед Морозу,- сказал внук.- А я писать не стал, потому что судя по источникам в Интернете- его не существует!
- Да?- удивилась Алена Игоревна.- Я не стала бы доверять интернету. Там чего только не пишут. Сам же говорил- информацию проверять надо.
     Внук задумался.
- Я же давно знаю, что мой папа играет роль Дед Мороза. Сам видел, как он переодевается...
- И что с того? А мама твоя в спектакле Лису играет. Они же в театре работают. Искусство! Понимать надо!
- Так думаешь стоит написать? А то я  хотел наушники с микрофоном попросить, но Мишка сказал, что он телефон просил новый, а ему Дед Мороз конструктор подарил...
- Знаешь что! Я думаю, Дед Мороз один, а нас вон сколько, и все чего-то хотят! Ну как он один разорвется все выполнять? Потому  аккуратнее надо быть с желаниями1 А вот про наушники- вполне написать можно Ну, только подробнее –название там и прочие параметры, чтоб Дед Мороз не перепутал! Давай, дорогой, шагу прибавим, а то дедушка поди пришел, в пустые кастрюльки заглядывает, и родители твои скоро голодные, как волки с работы явятся. А я еще не готовила...
- Я тогда письмо напишу!- загорелся внук.- И надо будет сегодня же отправить, а то дойти не успеет...

    И они быстрым шагом пошли по аллее к своему родному шумному и теплому дому