Осознание вины

Будни Сергея Владимировича
Осознание вины

Мама выгнала нас из кухни и отобрала чашку со сладостями.
Элла тут же легла на пол и изобразила крайнюю степень страдания. Я тем временем нагрузил полный багажник печенья и укатил в свою комнату. Сестра, прекратив страдать, поднялась и последовала за мной. Печенья оказалось не так уж и много, тем более Элла его ела, а не превращала в песок. В общем, игра закончилась так толком и не начавшись.

У меня возникла новая идея и я тут же озвучил ее мелкой занозе ходившей за мной по пятам.

— Я буду играть в Васькином телефоне.
— Кака, — согласилась Элла.
Понимая то, что Элла от меня не отстанет, я отобрал у Василисы и телефон, и планшет.
Вообще-то и мама говорит, что играть в телефоне вредно. Так что мы с Эллой спасли Василису и приняли весь вред от гаджетов на себя.

Сидим на диване играем, даже не деремся. Старший брат Степан рядом с нами смотрит мультики. Идиллия. Все при деле, никто никого не трогает...

Но Васька все же не стерпела того, что ее ограбили, и устроила бунт.
«Вы всегда у меня всё забираете! Отдайте хоть что-нибудь!» — она полезла на диван и, потеряв равновесие, упала и ударилась губой о коленку Степана.
Кровь стекала из разбитой губы сестры, капая на подбородок и смешиваясь со слезами.

Мама, прибежав на шум, забрала Василису и попутно отругала колено Степана за то, что лежит не на месте.

Мы с Эллой притихли и сидели, ничего не делая, сколько могли. Целых пять минут.
Василиса вернулась к нам. Крови на ее лице не было, но глаза еще были припухшими от слез.
«Сама виновата так-то. Надо смотреть, куда лезешь, мало ли где колени Степана лежат», — подумал я и убежал помогать Эллочке разорять Валину косметичку.

Вечером уже и сама Василиса забыла о происшествии, она прыгала, бегала и играла в козу вместе с нами, абсолютно счастливая.
 
Мама позвала меня и попросила выбросить бумажку от конфеты , которую я оставил на столе.
Выбрасывая фантик, я заметил салфетку, пропитанную кровью. Она выделялась страшным красным пятном среди блестящих оберток в мусорном ведре.

Мне стало не по себе. В памяти отчетливо всплыл момент, как Василиса забирается на диван, чтобы вернуть себе отобранный у нее телефон, а я выставляю ногу... Василиса запнулась и упала, разбив губу.

«Сама виновата», — мысли, которые крутились в тот момент в голове, сползли в мусорное ведро и прикрыли страшную салфетку.
 
Я вернулся в комнату. Василиса уже спала. «Прости, Васька», — прошептал я и поправил одеяло на спящей сестре.


Екатерина Чебаева
Февраль 2026