Фаны 1990. Часть 1

На фото: Стоянка на Алаудинских озёрах.
Фото автора дневника.

С 20.07 по 8.08.1990 г.

"...Среди нехоженых дорог одна - моя..."

Путешествие по Фанским горам продолжается...

"Я сердце оставил в Фанских горах
Теперь бессердечный хожу по равнинам..."

Приехали раньше на 2 дня, чтобы поесть фруктов. В первый же день потащила
девчонок на базар в Гипрозём, перепутав его с "Зелёным" базаром. Приехали
вконец измученные.

Первым на речке мы встретили Рустама. Его я окрестила сексуальным маньяком,
и при распределении оставила себе. Но он себя таковым не проявил. Он всё
время косил пшеницу, и еб-ся ему не хотелось. Кроме того, ему некуда было
меня пригласить.

В день приезда после обеда мы отправились на озеро, где я сразу же разыскала
Нури, так что наше знакомство с Варзобом началось сразу же с мужиков. И не
успели девочки опомниться, как нас уже кормили пловом, шашлыками,
цыплятами табака, фруктами. Нури познакомил нас с каким-то своим другом
Юнусом, который оказался таким гнусом, что и писать о нём не хочется. Нури
Ленка очень понравилась, и он старался нас развлечь: водил в книжные магазины,
на базар, от нас не отходил.

По первости пытались нас споить водкой, но пить совсем не хотелось, и мы её
выливали. Нури заливался, пел соловьём.
- Лен, он поёт для тебя,- шептала я ей.
- Почему для меня? Для всех...
Кто, как не я, чувствовала, какими глазами он смотрит на Ленку, и как
равнодушно-бесцветно, на меня. В один из вечеров он подвозил нас к базе. Мы
с Наташей вышли позвонить, а они остались в машине. Мне понадобилось
6 копеек, и я вернулась к машине. Не она его (как я), а он её исступлённо
целовал. Неужели влюбился? Я ему, конечно, помешала. Ленка из машины
вышла, и пошла со мной на базу, а он на следующий день говорил ей, что всю
ночь не спал - так она его разбередила.

Вспоминая его цинизм по отношению ко мне, мне было любопытно, способен
ли он загореться? Стало быть, способен.
- А где мой-то кадр? - спросила Наташа, которой я обещала спортсмена,
прыгуна в воду.
- Найдём и твоего, не спеши, - смеялась я.
Я не знала, как меня встретит Назар, захочет ли со мной разговаривать после
моих фокусов по отношению к нему. Я уже не раз видела его на речке, но
подойти не решалась. И вот, наконец, мы вышли дружно к реке, и он меня сам
заметил. Сидел на камушке и махал мне рукой. Встретились, как старые друзья,
тепло, сердечно.
- Назарчик, ты не сердишься на меня?
- Нет, я всё понимаю - ты же в отпуске.
Из всех этих пошлых мужиков, этот, пожалуй, самый порядочный. Боже! И я ни
разу ещё с ним не спала!
- Сегодня вы наши гости, Наташ, придёте?
- Хай, ладно, придём, - рассмеялась я.

Этот вечер был, пожалуй, лучшим из вечеров до походных. Назара и его друга
Сашко пригласили на свадьбу. Со свадьбы они сбежали, прихватив с собой целое
блюдо плова, фрукты. Ожидали нас, нарядные, на берегу. Ленку, как всегда,
перенесли на руках через речку. Резиденция "Назара Варзобского" девчонок
поразила. "Как здесь хорошо!" - воскликнули они обе, - "Как на корабле!"
Две "палубы" нависали над рекой, сильный ветер усиливал впечатление, что мы
на воде.

Плов был необыкновенно вкусным, хозяева старались нам угодить, извинялись,
что нет водки, а мы были счастливы. Чай пился с особенным удовольствием,
они не успевали нам подливать. Никаких липких приглашений, приставаний,
уговоров не было. "Как дома", - вздыхали девчонки. Ничего похожего на общество
"Гнуса". Уходить отсюда не хотелось.

Когда Назар побежал мыть стаканы, я спустилась к нему, и, поцеловав, спросила:
- Ты молодец, Назарчик. Мы погуляем?
Он опешил:
- А ты не против?
- Нет.
Пошли провожать девчонок. Ленку опять перенесли. Я тихо спросила Назара:
- Мне переходить?
- Нет, - так же тихо ответил он.
Я отдала девочкам ключи.

Поручив Сашко дальнейшие хлопоты по проводам, Назар перешёл речку, сжал
руками моё лицо, и, целуя его, счастливо прошептал:
- Наташа-а...
- Я увидела тебя сегодня, и поняла, что хочу тебя - и всё.
Может быть, это была месть Нури. Да и должен же Назар когда-нибудь дождаться
благодарности за хорошее ко мне отношение. В себе я не чувствовала особенной
любви, не обмирала, не падала в пропасть. Он тоже был слегка ошарашен такой
милостью. Ко всему ещё поднялся сильный шквальный ветер. Нас просто
сносило с "палубы".

Накануне на Пике Ленина произошла страшная трагедия, перед нашим приездом.
Сильное землетрясение сдвинуло снежно-ледовую лавину, и обрушило её на
базовый лагерь, превратив его в равнину, и погребло под собой всех. Чудом
остались в живых только двое. Этот шквалистый ветер как-то настораживал, и
внушал опасения: а как там, в горах?

Мысли мои были неизвестно где, я слабо отвечала на ласки Назара, и совсем его
не почувствовала. Тем не менее, мне стало спокойнее и легче от содеянного, и я
сказала ему об этом. "Ну, слава богу, Наташа, ты извини меня, я не ожидал".

Мои мысли были уже далеко. Завтра мы выходим, вернее нас увозят на
Искандер-Куль. Группу видели мельком. Есть дед - 70 лет, и есть Наташа – 18,
остальные в пределах. Целых 5 Наташ. Пытались кого-то из нас выбрать завхозом.
Дни и часы потеряли своё измерение, путались дни недели и числа. Утром
приехал Джулиан - легендарный инструктор Памира, "Король Фанских гор".
Я девчонкам начала его показывать, оказалось, что он нас поведёт - вот чудеса!

В машину с нами сели три парня-попутчики. Они ехали до Сиамы,  реки,
впадающей в реку Варзоб выше посёлка Варзоб, недалеко от Анзобского
перевала. Один из них, звали они его уважительно-ласкательно, Вовчик, работал
инструктором, в машине он не умолкал, как радио, рассказывал, показывал,
объяснял. У Сиамы они не вышли. Решили пройти с нами "Двойной" перевал
(4200 метров ), а потом отсеяться. Так и доехали до Искандер-Куля, с песнями
и байками.

Хотя на базе построили домики вместо палаток, она пребывала в плачевном
состоянии. В комнатах грязь, белья нет, и ничего нет. Место, именуемое "душем",
даже туалетом не назовёшь, только для журнала "Крокодил". Никаких
развлекательных мероприятий, есть даже нечего, на складе пусто. Правда, с горя
и с голодухи можно напиться: есть бормотуха в "Бане".

В первый день пребывания на этой, так называемой базе, мы всего этого не
почувствовали, т.к. нами вплотную занимались наши мальчики. В первый же
вечер было собрание, на котором решался вопрос, кому нас вести. Оказывается,
Вовчик горел желанием взять нашу группу, но Джулиан уже заявился, он за нас
отвечает. Решали мы. Вовчик очень рьяно за нас взялся. Разбудил в 7 утра,
выгнал всех на зарядку, гонял вокруг озера. Провёл с нами радиальный поход
почти бегом.

Я вообще шла на последнем издыхании. Это не мешало ему выбрать для палатки
женщину. И этой женщиной оказалась Наталия моя. На Ленку набросился
Серёжа - симпатичный молодой парень, его родственник. Ну а я досталась по
жребию Валере. Он мне не понравился сразу, но его ко мне отношение, забота,
готовность помочь и предупредительность, покорили. В поход он с нами не шёл,
и я думала: "Да ладно, потерплю его легкие ухаживания, постоянное присутствие
рядом со мной. Потом я всё время вспоминала это внимание ко мне, и сожалела,
что в походе я этого была лишена.

Вечером, после радиалки, все были возбуждены, решали, что делать с дедом:
отсеивать его или нет. Дверь нашей комнаты не закрывалась. Эта "святая троица"
от нас не выходила, Вовчик ходил в своих ботинках, как слон. Перед сном нас
приглашали на озеро, посмотреть на звёзды. Но мы что-то прочно удержались
в своих кроватях.

На следующее утро такого раннего подъёма не было. После завтрака Джулиан нас
повёл на водопад "Белый". Стойку он там уже давно не делает, но мощь водопада
с годами не убывает. Я даже побоялась ступить на мостик. Дорога была ровная,
без подъёмов и спусков. По пути он показывал нам лечебные травы, съедобные
кустарники, дикую вишню. Фотографировались, и в дружеских объятиях, и
порознь, на фоне озера.

На обратном пути свернули к озеру "Змеиное". Озеро очень живописно
расположено. Вода прозрачная и холодная. Крутая скала, с которой наиболее
отважные начали нырять. Наташка - любительница понырять, побоялась, что
перехватит дыхание. Хотелось окунуться, но без купальника. Ждала, когда все
уйдут. Инструктора, конечно, сделали вид, что они отвернутся. Наташка меня
щёлкала в воде. До обеда время ещё было. Вовчик утянул Наташу в рощу
погулять. Серёга с Ленкой пошли в другую сторону, а Валера мне предложил
вернуться в сторону Змеиного озера. "Там есть хорошие места, Наташ, устроим
дикий пляж."

Что происходит - я нашла себе единомышленника? От дикого пляжа отказаться я
не могла. Ещё бы стог сена пахучего - и меня можно брать. Остановились мы,
вроде бы, в уютном месте, но здесь было мелковато — водоросли ползали по
животу. Но мы всё же искупались, он даже подал мне руку, когда я выходила.
Адам и Ева. Спокойно стоим рядом, совершенно голые, и с ужасом (я с ужасом)
наблюдаем за змеёй, хозяйкой озера, плывущей в том же месте, где мы только
что плавали. Я натянула трусы. С горы спускались Ленка с Серёжей.

Валерка, прикрываясь впереди плавками, повернулся к Серёге.
- Куда вы идёте? У нас тут дикий пляж.
- Тебя я видел, - смеясь ответил Серёжа - а Наташа уже одета. Между прочим,
Наташа с  Вовчиком нашли лучшее место.
Хм! Место! Мы и не искали.  Да и вообще, вроде бы мы довольно спокойно
относимся к наготе друг друга. Просто загораем, и всё.
- Пойдём на камень, откуда ныряли, да, Наташ?
- Ну, пошли.

У камня никого не было, Валера ещё пару раз нырнул без плавок, в последний
раз, кажется, слегка потянул позвоночник.
- Ладно, я тебе вечером сделаю массаж, - пообещала я.
Оголившись, я легла на камень, подставившись солнышку.
- Ты знаешь, - говорил Валера, - у нас инструктор был, разденется, и лежит вон
на том камне голый, загорает.
- А группа как реагировала?
- По-разному. Некоторые женщины возмущались.
- А ты как?
- Да я был на общих пляжах в Прибалтике, Германии.  Я спокойно к этому
отношусь.

Меня слегка разморило на солнышке, я прикрыла глаза, но смотрю: курит.
Отвернулся и курит. Спокойствию может наступить конец. На наше общее
счастье к камню пожаловала очередная группа туристов из Прибалтики.
Но, как ни странно, одеваться не хотелось. Оживлённые разговоры, смельчаки
ныряли, женщины начали мыть головы в холодной воде.
- Пошли на обед, Валер.
- Да что тебе обед этот?
- Пора уже. Надо получать продукты.
- Получат без нас.
Явно он хотел уединения. Группа получает продукты, снаряжение, а я, как
всегда, трахаюсь, мне некогда. Один засос на шее у меня уже есть, вернее, ещё
заметен, но из-за загара не очень бросается в глаза. О его происхождении я и не
упомянула, и девчонкам не рассказала - и так слишком много у меня "подвигов"
в этом походе.

А дело было так... Перед походом мы жаждали помыться в горячей воде. Из-за
постоянных загулов не успевали на турбазовский душ, хотя душ там — одно
название, но всё же лучше, чем на Искандер-Куле. В столовой познакомились с
девицами из главного корпуса. А в корпусе в каждом номере есть душ. Они
пригласили нас помыться как раз после ужина. А в наших финских домиках
соседи каждый день менялись. Мы постоянно находились в окружении мужчин.
Ещё Джулиан недоумевал, откуда на базе такое количество мужчин. Так вот,
наши соседи уже второй вечер пытались завязать с нами знакомство и уже
потеряли всякую надежду, так как мы были всё время заняты.
- Куда вы девочки опять собираетесь? Угоститесь дыней.
- Спасибо, некогда, мечтаем помыться. Нас вот пригласили в корпус.
- Господи, давно бы сказали, - предложил свои услуги молодой парень, их гость
из корпуса, эколог.
Доверчивым жестом он протянул мне ключ.
- Вот ключ от 7 номера. Идите и мойтесь на здоровье.
Идти с девчонками и ждать там друг друга, или одной в номере блаженствовать,
независимо и без спешки?

Ключ я взяла, открыла номер, краны, но вода шла почему-то холодная. Надо
подняться к девочкам, но он придёт, а ключа нет. И я побежала относить ключ.
- Уже помылись?
- Воды нет горячей.
- Не может этого быть.
- Правда, нет. Возьмите ключ. Я пойду к девочкам.
- Нет. Я пойду с Вами. Я должен убедиться, что воды нет.
И убедился, что... вода есть. Так неудобно получилось, как будто я нарочно всё
это подстроила.
- Вода есть. Мойтесь. Сто лет не мыл голову шампунем. Можно? Я быстро.
- Пожалуйста, давайте я вам помогу.
Душ был ручной, и я подержала ему душ, пока он смывал голову.
- Спасибо большое. Всё, пожалуйста мойтесь.
- Вам ключ принести, или Вы подождёте?
- Нет, я пойду.
В моем вопросе опять какой-то намёк. Но мне так хотелось помыться, что
двусмысленности своих слов я не замечала.

Сбросив халат, я начала мыться, время для меня остановилось. Живительные
струйки горячей воды расслабляли и ублажали тело. Мылась я долго, и уже почти
заканчивала, как вдруг в дверь тихо постучали. Как написать, что "он ворвался",
когда я сама открыла дверь. Правда, я не ожидала увидеть его в трусах, и
обнаружить такую настойчивость. Я пыталась закрыть дверь перед его носом,
но он меня опередил.
- Вы что? - промямлила я.
- Я хочу с Вами, - проговорил он, обнимая, целуя, лаская моё мокрое,
разомлевшее тело. И я разозлилась на это тело, что оно не отталкивало его,
почти не сопротивлялось, просто ждало, что будет дальше?

А он целовал, и слегка покусывал грудь и шею, мочки ушей, губы, всё, что
полагается в этом случае делать, даже что-то говорил. Но мне его не хотелось,
я не горела желанием, но тело моё отзывалось на ласки. Что же, это произойдёт
прямо здесь, в ванно-туалетной комнате?
- Мы что, так и будем здесь стоять? - цинично спросила я.
- Нет, нет, пойдём, - сказал он, увлекая меня в комнату, где стояли две кровати,
но жил он здесь, по-видимому, один. Совсем как в кино, не вытираясь, мы
опрокинулись на белую простынь, и я уже окончательно покорилась его сильным
рукам, пьяному задору, чему там ещё - не знаю. Менструация у меня
заканчивалась, в сумке были таблетки "Постинора", и вообще, в конце концов,
не драться же мне с ним. Кончил он довольно быстро. "И это - всё?" - это снова
я выступаю, выползая из-под него. Потом мы мылись, я одевалась, уже стоя
перед зеркалом в его комнате, а он, подойдя, пытался погладить грудь, но я
грубо сказала: "Посидите, пожалуйста, вот там. Я оденусь."

Потом я пожалела, что вела себя так цинично. В принципе, он поступил, как и
должен был поступить мужчина, чуть-чуть применил силу, как раз настолько,
чтобы я сдалась. Почти одновременно мы вернулись: он - к друзьям, я — к
девчонкам. Сьели дыню по этому случаю.
- Как помылась?
- Отлично, -  этого не расскажешь.
- А мы тебя ждали.
- Вода появилась.

На следующее утро мы отправлялись на Искандер-Куль. Я обнаружила на шее
засос, но ничего уже не поделаешь. Наверное, не одна я его заметила - сразу к
нам подкадрились эти мужики, с одним из которых я и возвращаюсь с дикого
пляжа. А это уже новая история. Одна романтичнее другой.

Валера, конечно, безотказно нам помогал, в плане укладки рюкзака, подгонки.
Отдал мне свой спальник, очки. Я уже не говорю о постоянной страховке во
время радиальных походов. Они даже на ужин нас не пустили, сварганили
супчик на примусе, зелёный чай. Провозились с продуктами, с рюкзаками, весь
вечер. Не дали даже вкладышей в спальники, мы уж собрались брать постельное
бельё.

Вечером всё же отправились посмотреть на звёзды. Я купалась в озере, Валерка
меня вытирал и подавал вещи. Потом мы сидели на штормовке на берегу. Он
слегка приобнял меня за плечи, и поглаживал. Я чувствовала, что этим дело не
кончится, но и уходить не торопилась - всё же мы о чём-то говорили.
- Ты дашь мне свой адрес?
- Не знаю, Валер, у родителей я не живу.
- А где живёшь?
- Да так, у друга.
- У мужа?
- Он не муж, - не чувствует он, что ли, моё враньё, совсем врать не умею.
- Да я редко в Москве бываю. Так, писать тебе куда?
- Писать можешь...

В какой-то момент он резко развернул меня к себе, и начал целовать, не очень
нежно и сладко, но жадно и страстно. Я только прошептала:
- Это ты делаешь зря, Валера.
- Почему?
В таком я, наверное, возрасте и положении, что не могу оттолкнуть, а если и
отталкиваю, то потом почему-то об этом жалею. Даже Ленка отметила, что я
слаба в этом плане.

Мы съехали вниз со штормовки. "Наташ, поднимись чуть-чуть, я подложу руки."
Ибо моя попа грешная была уже на гальке. Вот так это и произошло на берегу
озера Искандер-Куль. Потом началось всё сначала: обряд купания и одевания.
- Да, как ни болела старушка, а померла, - вздохнула я.
- Я тоже Наташ, я тоже...
Что "тоже"? Тоже не хотел, а так вышло? Уточнять я не стала.
- Ты в меня кончил?
- Да...
- Валер, у меня там таблетка дома. Или ты тут посидишь?
- Нет, я пойду с тобой. Ах, как жаль, что я не иду с вами в поход.

Почему он именно сейчас об этом пожалел? А я именно в эту минуту подумала:
"Хорошо, что не идёшь." Потом, правда, сожалела. С Валерой мне идти было бы
гораздо легче. Разгрузил бы, помогал, правда, пришлось бы спать - ну и что,
поспала бы - всё же мужик сибирский, наш, русский. Как я потом жалела, что
его нет рядом, особенно в первые дни похода, когда моих девчонок разобрали
по палаткам, и я осталась совсем одна.

Был у меня девятый день, наверное, после менструации, но я выпила таблетку
"Постинора" для страховки, превратив месячные в недельные. Через неделю у
меня опять началась - это уже от непосильной нагрузки - и почти уже не
прекращалась менструация.

Пары наши пришли почти одновременно. Вовчик сидел в уголке нашей комнаты,
и, не переставая, рассказывал Наташе свои бесконечные истории, как радио
говорило... Ленка мне сказала: "Валера ждёт, стоит за дверью, массажа."
О, господи! Обещала же. "А, хорошо, сейчас..." Кровать прогибалась почти до
пола, но куда ещё его положить... Я не ожидала, что он тоже замечательно делает
массаж. Он потом это продемонстрировал, но у меня в самый разгар этого
блаженства потекла кровь из носа.

- Тебе трудно будет идти. У тебя повышается давление.
- Да, может быть.
И на губе, кажется, синяк.
- Валер, посмотри, что ты мне сделал с губой. Сейчас раздуется, и будет, как у
негра.
- "Звёздочка" у тебя есть?
- Да.
- Помажь. Рассосётся.
Как ни странно, помогло. И утром он меня спросил:
- Ну как, укус комара у тебя прошёл?
- Вроде бы да...
Вся в засосах и синяках пойду в поход. Утром нас забросили в машину. Мы с
Валеркой даже поцеловались на прощание.

О, когда же я начну писать о походе - всё о мужиках, да о мужиках.