Судьба Кэри. Глава 11

Как только они свернули за угол, уводящий их подальше от места встречи, по телу Кэри пробежала мелкая, неконтролируемая дрожь. Адреналин отступил, оставив после себя вакуум, который тут же заполнился леденящим страхом и сомнениями. Она хотела что-то сказать, обсудить, но зубы выбивали беспорядочную барабанную дробь, не давая словам вырваться наружу.

С одной стороны её поддерживал под локоть Элиан, с другой — шла Ерсуна, чьё лицо было непроницаемой маской, но в глазах бушевала буря.
— Светлые. Вечно держат нож за пазухой, — негромко, но с такой горечью, будто выплёскивая года накопленного яда, пробурчала она себе под нос.
Кэри судорожно сжала руку разведчицы, пытаясь успокоить и её, и себя.
— Она ведь. Она только предложила скрепить союз кровью. Это древний ритуал, — попыталась она найти объяснение, смягчить удар.
— Вот только «забыла» уточнить, что для этого ей понадобится выпотрошить собеседницу, — съязвила Ерсуна, её взгляд, острый как бритва, продолжал сканировать переулки и крыши. — И кто после этого светлый?
— Мы не можем читать мысли других, — спокойно, почти отстранённо заметил Элиан. Его голос звучал устало. — Мы можем только судить по поступкам.
— Потому-то я и предпочитаю не гадать, а действовать, — отрезала Ерсуна, но уже без прежней ярости, скорее с горькой уверенностью. — Чтобы потом не было поздно.
— Я не думаю, что она смогла бы меня убить. Всё-таки она светлая, — снова попыталась найти оправдание Кэри, но звучало это уже неубедительно даже для неё самой.
— Ага, — фыркнула Ерсуна. — Вспомните Крестовые походы прошлых эпох. Тоже «ради спасения душ» убивали. Мир несли огнём и мечом. А недавно — разве не они пожар устроили и ураган наслали? Ради «очищения»?
— Да, — тихо согласился Элиан. — Примеров, к сожалению, множество.

Они замолчали, тяжело дыша. Каждый в этом молчании перебирал в памяти кровавые вехи истории, где ярлыки «света» и «тьмы» служили лишь оправданием для новых злодеяний. Груз прошлого давил невыносимо.
Двери библиотеки, их временного убежища, были распахнуты настежь. Но вместо тревожной тишины оттуда доносился смех. Громкий, беззаботный, детский смех и возгласы. Казалось, они попали не в штаб сопротивления, а на школьную перемену.
Войдя внутрь, они увидели картину, которая на мгновение выбила из колеи. Их соклановцы, суровые бойцы и маги, сидели на полу вокруг импровизированной доски. На ней красовалась самодельная карта «Монополии», фишки были сделаны из пуговиц и гильз. Они с азартом спорили, смеялись и подначивали друг друга, словно на миг сбросив невыносимый груз апокалипсиса и вернувшись к простым человеческим радостям. Клановцы даже не сразу заметили вернувшихся.

Расстроенные «парламентёры» не принесли хороших вестей. Кэри, собрав волю в кулак, спокойно, без прикрас, рассказала всё, что произошло. В зале повисла тяжёлая тишина, но она тут же добавила: войну они открывать не будут. Она пообещала найти другой путь, другой способ привести всех к миру.
Люди, кивнув, медленно вернулись к своим занятиям: к играм, книгам и проверке оружия. И тут к Кэри подошла Кальмия. На её лице светилась осторожная, но явная улыбка.
— У нас есть и хорошие новости, — она положила тёплую руку на плечо правительницы. — Твой отец…
— Папа! — вырвалось у Кэри, и её сердце сжалось от стыда. В вихре событий она почти забыла о нём! — Как он?!
— С ним всё стабильно. Получилось, благодаря старым записям и, — она постучала пальцем себе по виску, — мозгам в этой кубышке. У нас получилось!

Кэри почти побежала в дальний угол зала, где на груде подушек и одеял сидел отец. Он был ещё бледен, истощён, его руки дрожали, но это был уже не живой скелет, а человек. В его глазах горел разум, а на лице, когда он увидел дочь, расплылась слабая, но самая настоящая улыбка.
— Это я, дочка, ой, прости, наша правительница, — поправился он, и в голосе звучала прежняя, родная теплота.
— Папа, для тебя я навсегда останусь просто дочкой, — Кэри опустилась рядом и осторожно, но крепко обняла его, чувствуя под тонкой тканью рубахи хрупкие рёбра и слыша слабое, но ровное биение сердца.

После провальных переговоров с Ильгой её сердце похолодело, а в голове поселились тяжёлые, чёрные мысли. Но это возвращение отца изменило всё. Желание бороться, исправить, спасти не просто мир, а этот маленький островок своего счастья, закрепилось в ней с новой, стальной силой.
Вытерев нахлынувшие слёзы облегчения, она обернулась к своему клану. К этим людям, таким разным, но ставшим за короткое время родными и безоговорочно верными.
— Кальмия, — громко сказала Кэри, и голос её звенел в тишине. — Ты не просто ведьма. Ты великая целительница. И именно так тебя будут упоминать в летописях наших дней.

Затем её взгляд обвёл всех собравшихся.
— И обо всех вас. Наших потомков будут заставлять читать про нас в книгах. И они будут гордиться такими предками, как вы!
Волна одобрительного гула, кивков и даже сдержанных улыбок прокатилась по залу. В этих глазах снова зажёгся огонь не ярости, а воодушевления.
— Знаете что? Если кто-то пытается придумать защиту с помощью магии, пусть пытается. Но главная магия — это ваша вера в себя! — её слова падали, как искры на сухую траву. — Я верю в каждого из вас! Мы сможем спасти мир. Мы заставим светлых помочь, если потребуется. У нас уже есть первая победа! Кальмия нашла способ вылечить скелетов! Теперь ей нужно помочь добраться до больницы, убедить врачей применить мазь. Пока есть хоть малейший шанс спасти каждого, кто пострадал от Прародителей, мы будем стараться!

После этой речи, когда люди с новым рвением взялись за дела, Кэри вернулась к отцу и села рядом, прижавшись к его худому плечу. Он обнял её, и его губы коснулись её волос в тихом, благословляющем поцелуе.
— А помнишь, как мы гуляли по лесу? — внезапно спросил он, его голос был тихим, но ясным.
— Каждое движение, которому ты меня учил, — прошептала она. — Эти воспоминания спасли меня от безумия в самые тёмные дни. Папа, когда всё закончится, мы сходим на могилу к маме?
Она подняла голову и заглянула в его выцветшие, но полные безмерной любви глаза.
— Папа, как же долго ты шёл...
— Меня не было в этом мире, — медленно начал он, проводя дрожащей рукой по своим седым вискам. — Я не мог тебя найти. Мои пути были запутаны. Прошлое веков, других эпох, мешало добраться до нашего времени. Я провалился сквозь него, как сквозь сито.
— Тебя не было в этом мире? — Кэри отодвинулась, чтобы лучше видеть его лицо. Её брови взлетели вверх от изумления.
— Я тоже попал под магию того колдуна. Неужели ты могла подумать, что я побоюсь спасти вас? — в его глазах мелькнула старая боль. — Я пришёл к его порогу. Он впустил меня, лицемерно предложил помощь в поисках того, кто «похитил» вас. А когда я переступил порог, выходя, то очутился не на улице, а в другом мире. И обратной дороги не было. Пока я искал путь назад, я встретил наших предков. И знаешь, они всё знали наперёд. Знали про эту ситуацию. Знали, что я найду тебя в самый тяжёлый час, когда придут Прародители. И знали, что тебе суждено стать правительницей...

Отец замолчал, и в его паузе была вся тяжесть прожитых в изгнании лет.
— А дальше? — спросила Кэри, и в её глазах зажглось возбуждение, смешанное с трепетом.
— А дальше они сказали, что наступит новая эра. И в ней будут свои предсказатели и свои летописцы. — Отец снова поцеловал её в макушку. — Они пообещали, что вы, молодые, найдёте способ остановить Прародителей. Ты справишься, дочка. Ты у меня умничка. Мы с мамой... мы гордимся тобой.
В этот самый момент, когда её сердце переполнялось смесью любви, надежды и невероятной ответственности, в дверь библиотеки раздался чёткий, настойчивый стук.
Продолжение следует...