Миссия Спасти Веру Гл. 5-6

Глава 5

Ангелине нравилась неспешность своего нового положения. Библиотека открывалась в двенадцать пополудни. На работу ей надо было не раньше одиннадцати. Это значит, можно было поспать подольше с утра.

Спала она на продавленном диване и каждый вечер удивлялась: отчего Вера не могла подкопить денег и купить новый диван или взять его в рассрочку. Хороший сон – это очень важно. Пальто она так и не решилась купить, но к диванам стоило присмотреться и прицениться.

В один из выходных она отправилась в центральный универмаг в надежде, что там есть мебельный отдел. Универмаг на Поморской - один из старейших магазинов в городе, существовавший и в будущем. Правда, после ремонта он приобрел некоторую помпезность, и какое-то время там наблюдалось оживление. Но как только построили рядом несколько новых торговых центров, универмаг постепенно стал пустеть и сдавать свои позиции. Не только в плане покупателей. Торговые ряды пустели и закрывались. Целые секции пустовали и превращались в подобие конференц-залов.

Одно время Ангелина любила там бывать с детьми: сдавала их в детскую комнату, а сама отправлялась гулять по этажам. Потом она изменила этой привычке и переместилась в новый торговый центр «Европарк».

Она уже забыла, как убого выглядел этот магазин раньше. Отделы плавно перетекали из одного в другой. Везде однотипные прилавки, позади которых размещен товар. Если хочешь посмотреть поближе, надо просить продавца. Не умели раньше показать товар лицом, а ведь у них тоже план по продажам.

Рассматривая грязно-зеленые эмалированные кастрюли и чайники, она никак не могла найти нужного размера кастрюльку. Вроде всего полно, а вот пойди за конкретным товаром и поймешь, что изобилие только кажущееся.

- Девушка, а кастрюльки на литр есть?

- Весь товар перед вами, вы что, слепая?

Настроение упало и желание покупать кастрюльку тоже. Обойдется она без маленькой кастрюльки.

Дивана там не нашлось. Зато попалось хорошее кашемировое пальто. Ангелина долго изучала его, но так и не решилась оформить покупку. Деньги-то не ее, а Верины. Она прямо чувствовала серьезную ответственность за принятие такого решения.


- Вера, иди сюда. Я тут тебе кое-что принесла, – Любочка таинственно блестя глазами, увлекла ее в самый конец абонемента.

Здесь располагались книжные выставки, редкие читатели забредали так далеко. Выставки не пользовались интересом и не привлекали внимания. Скорее, впустую занимали место.

- Смотри, вот комплект, который я тебе обещала, – она протянула Ангелине шуршащий сверток.

В свертке лежало что-то кружевное алого цвета.

- Спасибо, но какое-то оно очень уж красное.

- Ничего, один раз в «Лотосе» постираешь – сразу поблекнет цвет, а после нескольких стирок в розовый превратится.

Это верно, порошок тут термоядерный, а про жидкость для деликатной стирки даже не слышали.

Пока Ангелина рассматривала яркие кружевные тряпочки и прикидывала размер, раздался недовольный голос Надежды.

- Вы чего тут кучкуетесь? Что у вас там? В рабочее время всякой ерундой занимаетесь.

- Нет. Мы тут с Любой обсуждаем выставку. На мой взгляд, заголовок пора поменять, да и книги уже все выцвели, так давно тут на выставке стоят. Явно надо сменить.

Сказав это, Ангелина, захватив пакет, удалилась с гордо поднятой головой.

- А что не так? – удивилась Надежда. – Что предлагаете вместо этой выставки? Если критикуете, предлагайте на что поменять.

- Я думаю, заголовок «Религия – опиум для народа» несколько утратил свою актуальность в свете последних решений партии, и его можно поменять. Например, на «Загадки туринской плащаницы». На днях только читала в каком-то журнале статью про эту загадку.

- А что, хорошо, – согласилась Надежда. – В журнале «Наука и религия» сейчас много интересных статей появилось. Можно в таком ключе на проблему посмотреть и осветить. Молодец, Любочка!

- Я, что, это все Вера идеи подкидывает, – пробормотала Люба и тихонько бочком стала отходить в сторону выхода.

- Уф, еле вырвалась! Эта Надежда как пиявка, вздохнуть не дает спокойно. Все про работу и про работу. Вот что значит- нет у женщины личной жизни. Несчастный человек!

- Так смысла нет тут убиваться. Если бы нам за привлечение читателей премию давали. Или за новые подходы в работе как-то поощряли.

- Ага, почетную грамоту дадут на юбилей. Ты прям фантазерка. Мы ведь ничего не производим и не продаем, так какая нам премия?

- Неправильно это! – категорично заявила Ангелина. – Неужели государство не понимает, какую важную работу мы проводим с населением. Вон, на стенде про всякие направления в воспитательной работе, и это ведь не пустой звук.

- Ага, ты прям как на партийном собрании разоряешься. Жаль слушать тебя некому, – с кислой миной протянула Любочка, – давай, завязывай с агитацией и меряй комплект.

«От каждого по способностям, каждому по труду» — лозунг социализма. Потребности Ангелины явно превосходили Верины способности.

- Комплект мне подошел, сколько он стоит?

- Сущий пустяк – десять рублей. Не пучь глаза, я предупреждала, что вещь импортная. Не хочешь – не бери.


Ангелина родилась в самом начале девяностых. О жизни в Советском Союзе она знала из кино и книг, ещё по рассказам родителей об их счастливом пионерском детстве.

Некоторые современники Ангелины уверены, что в СССР жилось чуть ли не как в раю. Другие утверждают, что в Стране Советов были сплошные минусы, недочёты и недостатки.

Ангелина помнила, что в СССР было самое вкусное мороженое, самое качественное образование и медицина. Насчёт образования – тут уж не проверишь и надо просто верить. Медицину ей тоже не хотелось проверять.

Ещё она думала, что в СССР не было ни бедных, ни богатых. Вроде так им рассказывали на уроках истории, но теперь она точно знала, что это миф.

Между представителями разных профессий и разных слоёв общества существовал большой разрыв и в уровне жизни, и в доходах, и в доступности благ.

Вот взять эту морячку, чей комплект она будет носить. Такие «морячки» сплошь и рядом наживались за счет дефицита, который везли им мужья из-за границы. Им и работать по факту не надо было – муж вполне обеспечивал. Одевались они в «Березке» во все импортное. Бедной Вере такое даже не снилось, да и не стремилась она явно к такой жизни.


После работы Ангелина заскочила по дороге домой в «Арктический». Там давали курицу, и она встала в очередь.

- Граждане, не стойте. Курица заканчивается.

Ангелина с тоской глядела на синюю тощую тушку, выставленную в витрине, и стояла до последней курицы. Так и не получив вожделенный товар, она уныло побрела из магазина. Народу было много, на выходе образовалась давка.

- Вера! Верочка!

Кто-то схватил ее за рукав пальто. Ангелина уже хотела поставить на место мужика, но тот с жаром продолжал.

- Верочка, это же я, Леня! Мы с тобой в одном классе учились, неужели не узнала?

- Нет, – отрезала Ангелина и хотела идти дальше.

Не было у нее настроя на воспоминания и чужие выслушивать не хотелось. Вдруг, она резко остановилась. Так ведь это Верин одноклассник, а не ее.

- Как тебя зовут, напомни?

- Леня Пахтусов, сидел прямо за тобой в классе. Ну, что, вспомнила?

Ангелина посмотрела на круглое простодушное лицо Лени. А что, обычный мужик средних лет, для Веры как раз подходит.

- Вспомнила, Леня, вспомнила. Ты извини, я тут полчаса за курицей стояла, а она возьми и закончись. Обидно.

- Понимаю. Ужасно рад тебя встретить. Ты ведь на встречи выпускников так ни разу и не пришла. А я тебя часто вспоминаю.

- Вот как? Ты не женат?

Ангелина немного стеснялась страшного старого пальто и вязанной шапки, которая её уродовала. Скорей бы уж потеплело, и она избавилась бы от этого чудовища. В магазине было холодно и душно, воняло как всегда чем-то рыбным и старыми тряпками. Она не в лучшем виде, чтобы предаваться воспоминаниям о юности. Народ сновал мимо них, задевая локтями, иногда толкая плечом. Ангелина механически отмечала каждый толчок как что-то привычное и неотъемлемое от обстановки магазина. Этакая атмосфера советской торговли, как сказали бы в её реальности.

- Да, я уже давно развелся. Один живу.

- Понятно. Ну, рада была тебя видеть. Пойду, до свидания.

- Стой! – Леонид схватил её за руку.

В душе у Ангелины закипела злость и стала подниматься к горлу.

– Я понимаю, тут не лучшее место для встреч. Дай мне свой номер телефона.

Ангелина продиктовала рабочий телефон и поспешила проститься. Ей хотелось на воздух, эта случайная встреча привела её в замешательство.

Стоит ли продолжить общение или послать Леню подальше? Интересно, что бы выбрала Вера? Как Вера относилась к Лене, может, она сохла по нему со школы? Вдруг, это была её первая любовь?

Придя домой, Ангелина нарезала плавленый сырок «Дружба» кубиками и забралась на диван с тарелкой. Она терпеть не могла плавленый сыр, но твердого она еще ни разу не видела в магазине. Прихлебывая невкусный грузинский чай, Ангелина размышляла о судьбах Веры и Лени.

Где-то на полке она видела альбом с фотографиями. Она принесла этот альбом на диван и начала листать в поисках детских фото.

С черно-белых размытых фото на нее смотрела серьезная девочка в длинном пальто совсем недетским взглядом. Волосы заплетены в две косы и уложены на две стороны. «Как наушники торчат», - подумала Ангелина.

На школьных фото все в одинаковых форменных платьях и белых передниках. Ангелина с трудом нашла Веру. Она стояла боком, в тени другой девочки и робко выглядывала из-за ее плеча. Толстая коса перекинута через плечо. Где же этот Леня? Он выглядывал с другого края и был на голову ниже остальных мальчиков.

Сейчас у него с ростом вроде порядок. Среднего вполне себе рост. С высоты прожитых лет, низкий рост уже не кажется такой острой проблемой.

Вот еще фото. Тут Вера дома, стоит у нарядной елки с подарком в руках. Сама нарядная, как елка. На голове большой бант. Снова тот же тяжелый недетский взгляд.

Фото периода молодости Ангелина не обнаружила. Может, Вера не любила фотографироваться? Фото родителей тоже не было. Живы ли они и почему Вера живет одна?

С одной стороны – прошлое Веры ее не касается. С другой стороны – это прошлое настойчиво постучало к ней в дверь. Ей надо принять решение за Веру, а это большая ответственность. Оказывается, она ответственный человек. Вот бы ее свекровь удивилась, она каждый день твердит, какая Ангелина безответственная мать и жена. На этой печальной ноте Ангелина пошла в душ, надеясь, что горячую воду еще не отключили.


- Любочка, ты вечера одноклассников посещаешь?

- Если бы была возможность, – посещала бы. Ты же знаешь, я неместная, из области приехала. Эх, я бы с удовольствием поглядела, чего там добился Женька Комаров в своей деревне. Он вроде хотел остаться дома и даже поступил учиться заочно. Меня замуж звал, и чтобы я, значит похоронила себя в сельской глуши с ним на пару. Нет, ну как тебе это?

Ангелина промолчала, но подумала, что может, это был неплохой вариант для Любочки. Чего она достигла в городе? Снимает угол у тётки и таскается по ресторанам в надежде найти своего единственного, а попадаются всякие хачики. Нет, она ничего против Хачика не имела, но ведь они явно не пара. Поматросит и уедет в свой Сочи. Любочке уже скоро тридцать, в глазах отсвечивает полная безнадега. Временами Любочка рыдает за стеллажами, пока в библиотеке полное затишье, и все с пониманием относятся к её слезам.

- Я вчера одноклассника Леню встретила, представляешь? В нашем «Арктическом». Курицы мне не досталось, зато встретила Леню. Может, он живёт по соседству и даже записан в библиотеку. Как думаешь, это судьба?

- Откуда мне знать. Ты-то как относишься к этой встрече?

- Не знаю. Леню этого не помню совсем, но телефон дала. Вдруг он позвонит, что мне делать?

- Так, если он тебя вспомнил, значит, ты ему нравилась. Если приличный человек, можешь и встретиться. А чего тебе ждать, Вера? Пока пятьдесят стукнет, и принц на катафалке приедет? В сорок лет жизнь только начинается, может, и тебе пора попробовать жить, а не только в прятки играть.

- Причём здесь прятки? – Ангелине вдруг стало обидно за Веру.

Любочка могла всё это тактичнее высказать. Не так резко и грубо. Она ведь поддержки ждала, а вместо этого нарвалась на отповедь в стиле «Надо жить здесь и сейчас». Типа, она сама этого не знает.

- Ладно, не куксись. Это я так, настроение неважное. Хачик пропал куда-то. Не звонит. Каждый день приглашал на свидания, а последние три дня…

Любочка ударилась в слезы, Ангелина не выдержала и обняла её. В СССР не выставляли свои чувства напоказ, она уже поняла это, но сейчас она действовала спонтанно.

- Ох, уж эти хачики, - говорила я тебе, – подумала Ангелина, но вслух ничего не стала говорить.

Глава 6

Ангелина проспала и упустила свой троллейбус. Продавленный диван больно упирался в бок чем-то острым, и она долго не могла найти удобную позу. Пока крутилась, думы о Лёни не оставляли ее. Прошло два дня, а он так и не позвонил. Может, это и к лучшему.

- Ты опоздала на полчаса, Вера Петровна. Совсем стыд потеряла, – прошипела Надежда, пока Ангелина уныло рассматривала зимние сапоги модели «прощай молодость». Подошва грозила оторваться и сбежать от такой жизни.

- Где купить сапоги на весну, и чтобы недорого?

- Тебя только это волнует? В стране переломный момент, а ты про сапоги думаешь.

- А ты про что думаешь? Как спасти СССР? – это вырвалось у Ангелины не специально, и она тут же пожалела об этом.

- Вера, ты газеты читаешь? Телевизор смотришь? Ты в курсе, что американцы разместили крылатые ракеты средней дальности по всей Европе?

В этот момент в служебное помещение бодрым шагом вошла Любочка.

- А я думаю, где вы пропадаете. Что тут у вас?

- Да вот, Надежда очередную политинформацию проводит.

- Достаточно нескольких минут, чтобы ракеты поразили любой советский город. Например, Москву.

- Ну, хорошо, что мы не в Москве живем. Чего ты, Надежда, так разоряешься?

- А что, в Москве разве не советские люди живут? Как ты можешь так рассуждать. Вроде как твоя хата с краю, и ты ничего не знаешь?

- А что, если капиталисты, так можно и не жалеть? В Москве люди живут получше, хоть и такие же советские. Колбаса и мясо там свободно лежат в магазине.

- Ох, раньше бы тебя за такие слова, Любочка, – благожелательно протянула Анна Семёновна.

В пылу споров никто не заметил, как старушка тихонько зашла в помещение.

- Так, все здесь. А на абонементе кто?

Любочка взяла Анну Семёновну под руку и гордо вырулила из помещения. Надежда еще постояла некоторое время в задумчивости и тоже вышла.

Ангелина осталась один на один с проблемой рваных сапог. Может, плюнуть и сразу начать искать туфли? В перспективе наступающего тепла покупка сапог уже неактуальна и может быть отложена на осень. Ну, а там может ей и не придется с этим разбираться. Вдруг, вселенная вспомнит о ней и вернет все на свои места.

На абонементе около кафедры выдачи литературы топталась пенсионерка в шляпке. Любочка ей уже предлагала присесть, и Ангелина поняла, что это надолго, и прошмыгнула за стеллажи.

Книги на столе с немым укором смотрели на нее. Надо попробовать расставить книги. Рано или поздно все равно придется ей с этим разбираться. Можно начать с художественной литературы. Она отобрала несколько книг, которые, на ее взгляд, точно были из разряда художественных.

- Ну, всяко ты справишься. Ты и сложнее задачи решала, так что давай, грудь подбери и вперед, – бормотала она себе под нос, подбадривая.

- Вера, ты что творишь? – голос раздался так внезапно, что Ангелина вздрогнула от неожиданности.

- А что не так? Расставляю книги, – неуверенно сказала она и оглянулась. За спиной стояла возмущенная Надежда.

- Ты что, не знаешь, что исторические романы мы ставим на отдельную полку? У нас вот здесь подборка стоит.

- Знаю, просто я задумалась. Ты что, следишь за мной?

Это она еще по отраслям не расставляла, на самом простом прокололась. Похоже, стоит прикинуться дурочкой и как-нибудь в шутливой форме расспросить Любочку, как книги расставлять.


- Ты чего, серьезно забыла? – Любочка округлила глаза. – Ну, ты даешь, мать. Смотри, вот в углу цифровой шифр, видишь? Теперь ищешь на полке такой же разделитель и ставишь за него книгу. Поняла?

Ангелина кивнула. Было неприятно чувствовать себя дурой, но ничего не поделаешь. Надо как-то выкручиваться, а то она уже реально стала бояться Надежды.

- Ты чего расстроилась-то? Ну забыла, бывает. Хотя на твоем месте я бы сходила в поликлинику, вдруг у тебя склероз и надо лечиться.

- Я не из-за книг. Мне обидно, что Надежда меня выслеживает и подозревает как преступницу.

- Ой, да это у нее характер такой, это она не со зла. Пойдем, чаю попьем и обсудим сложившуюся ситуацию.

Любочка крикнула Анне Семёновне, чтобы та поставила чайник и начала выпроваживать пенсионерку в шляпке.

- Возьмите вот журнал «Новый мир», там такая интересная статья про Пастернака. Да, и новый роман Чингиза Айтматова «Плаха».

- Деточка, да ведь номер старый, за 1986 год, а я просила новый.

- Нового пока не было, а вы старый перечитайте. Даже если роман читали, можно освежить память. Возьмете?

Любочка кого угодно уговорит и успокоит. Чего ей не везет в личной жизни, ведь все при ней?

- Чай надоел, а кофе не могу купить. У твоей морячки не завалялся?

- Красиво жить стала, Верочка. Молодец, так и надо. Если себя не любишь и не балуешь - кому ты нужна? Вон Надежда яркий пример такой нелюбви.

Любочка разлила бледный чай по чашкам и достала из сумки две шоколадные конфетки. Одну протянула Ангелине.

- Кофе индийский растворимый тебя устроит? – она мило улыбнулась.

- Да, а дорого? - Ангелина помнила заоблачную цену комплекта нижнего белья и с дрожью в сердце готовилась расстаться с крупной суммой.

- Для тебя почти по магазинной цене, не переживай из-за ерунды.

- Ты хотела про Надежду рассказать, – напомнила Ангелина, – рассказывай давай, пока кто-нибудь не явился.

- Да чего там рассказывать, тяжело без мужа детей растить, сама понимаешь. Ты же помнишь, раньше она совсем другой была. Веселой, общительной, чаевничала с нами.

Ангелина охотно допускала, что развод так повлиял на характер Нади, но это еще не довод, чтобы прощать и терпеть ее наезды. Надоело. Привыкла отрываться на безропотной Вере.

- Кто кого бросил то, не помнишь?

- Так год назад дело было, отлично помню. Муж у неё запойный, она долго терпела, а как его за пьянство с работы очередной погнали – плюнула. Подала на развод.

- Так пьянство – это болезнь. Может, его лечить надо было?

Под разговоры о муже-алкоголике, Ангелина вдруг вспомнила о своем муже. Сердце защемило от непонятной тоски. Максим по полгода пропадал в море, она привыкла, что его нет рядом. Вот и сейчас, она представляла, что он где-то в районе Средиземного моря зарабатывает для семьи деньги. Тяжело одной с двумя детьми, но ведь она привыкла.

Познакомились они случайно. Он поначалу только лайки ставил на её фото в ВК. Причем на всё. Ангелина тогда увлекалась фотографией. Фотографировала всё интересное, что видела. Первую бабочку, цветок на помойке, заснеженные окна. После первого робкого комментария, завязалась переписка. В долгих рейсах не хватает общения. Ангелина это прекрасно понимала и не строила иллюзий. Чисто дружеское общение – это ее и зацепило.

Они встретились через несколько месяцев. Стоял холодный май, только что прошел ледоход. Холодная вода под жарким майским солнцем ослепительно блестела. Чайки бегали по мелководью и противно перекликались. Она фотографировала чаек, набегающую волну и его на фоне реки.

Ей не забыть то ощущение чистоты и свежести холодной воды. Казалось, они всегда будут его помнить, а если забудут – вот же фото. Стоит взглянуть в толщу воды, и она растворит все твои печали.

- Давай в обед сходим на берег?

Ангелина предложила это так внезапно и невпопад, что Любочка зависла с открытым ртом.

- Зачем? Холодина сегодня, ветрище. Ледоход идет, вроде где-то в области затор и наводнение. Короче, все как обычно. Весна. На природу хочу, скоро майские, вот бы на дачу к кому-нибудь завалиться.

Любочка мечтательно улыбнулась. Ангелина сразу представила знакомую картину. На майские она снимала коттедж за городом и уезжала с детьми. Отдохнуть от городского шума и ворчания свекрови. Понаблюдать, как природа постепенно оживает после долгой северной зимы.

- Может, коттедж снимем и уедем за город на праздники?

- Коттедж? А где их можно снять? По телефону?

Любочка загорелась идеей, а Ангелина испуганно прикусила язык. Можно ли в 1988 снять коттедж за городом?

- Извини, это я так, размечталась вслух. Да и что там делать, за городом еще снега полно.

- Нет, мысль интересная. Только надо не коттедж снять, а у кого-нибудь ключи от дачного домика попросить. Я подумаю, кого можно напрячь.

Любочка достала из сумки записную книжку и начала просматривать телефоны, что-то бурча себе под нос, а Ангелина поплелась на абонемент.

Там уже лежали книги на кафедре, и кто-то бродил между стеллажами. Как это Анна Семёновна не подала им сигнал?

Ангелина тихонько прошла по проходу между двумя рядами стеллажей. Надо было узнать фамилию читателя и списать книги. В этот момент зазвонил телефон.

- Здравствуйте. Да, есть такая. Можно.

Затаившись за стеллажом и схватив с полки случайную книгу, Ангелина ждала, затаив дыхание.

- Вера Петровна, подойди к телефону. Это тебя.

По язвительному тону можно было догадаться, что это звонит мужчина. Надежда всегда брала такой тон, когда слышала в трубке мужской голос. Может, это защитная реакция? Или любой мужской голос вызывал у Нади неприятные воспоминания о муже-алкоголике?

- Да, – вяло ответила Ангелина в трубку.

Ей не хотелось разговаривать с Лёней. Вот не сейчас, когда она еще не отошла от воспоминаний о муже. Чужой мужской голос в трубке весело приглашал ее встретиться.

- Лёня, у тебя есть дача?

Похоже, она удивила Леню своим странным вопросом. Он некоторое время молчал, как будто вспоминая.

- У друга есть, а зачем тебе дача?

- На природу хотим съездить с подругой. Устроишь?

Леня слегка прибалдел от такой наглости. Наверное, он помнил другую Веру. Тихую, скромную серую мышку. Ничего. Пусть привыкает.

- Поехали. Ключи у Володи возьму, может и сам рванет. Ведь ты с подругой едешь?

Вот. То, что надо. С Любочкой она не пропадет, с ней не загрустишь и не будет мучительно неловко за неправильно подобранное слово или затянувшуюся паузу.

- В это воскресенье поедите? Я тогда договорюсь насчет ключей и перезвоню. Лады?

Люба все еще сидела над своей записной книжкой и обдумывала варианты, когда Ангелина ей объявила новость.

- Звонил Лёня и я договаривалась насчет дачи. Может уже в воскресенье поедем.

- Ну, ты сильна. Вот уж от кого не ожидала. Значит, решила нас познакомить? – Любочка усмехнулась, явно намекая, что Леня может увлечься ей.

- Да, ради бога, – пробормотала Ангелина.

Ей этот Леня не особо и нужен.

- А вот Вере нужен, – напомнил ей внутренний голос.

Лёня перезвонил ближе к вечеру и объявил, что ключи уже у него и он их приглашает.

Ангелина решилась пройтись немного пешком, несмотря на развалившиеся сапоги. Проходя мимо магазина «Готовая одежда», она зашла туда, старательно обходя отдел верхней одежды. Надо было купить спортивные штаны для поездки на дачу или брюки.

- Что? Спортивное все в «Спорттоварах», - презрительно процедила продавец.

Ангелина внимательно посмотрела на нее. Хорошо уложенные волосы, маникюр, умело подкрашенные глаза. Рядом стояло зеркало во весь рост, и Ангелина со страхом покосилась на него. Старое, выгоревшее пальто бурого цвета, расхлябанные сапоги и берет с въевшимся пятном.

Нет, так дальше продолжаться не может. Не будет она таким пугалом ходить, да еще на свидания с мужчиной. В шкафу, между наволочками, у Веры было припрятано около ста рублей мелкими купюрами. Видно было, что копила она долго и упорно, вот только на что? Ангелине очень не хотелось тратить чужие накопления, но в свете предстоящей поездки, стоило решиться. Раз уж она взяла на себя миссию по спасению Веры – значит надо идти до конца.

Без жертв тут не обойтись, убеждала она себя. Вера должна обрадоваться, когда вернется в свое тело и заценит кардинальные перемены в своем положении.

Воодушевленная этой мыслью, Ангелина на следующий день подошла к Любочке и объявила, что им срочно надо поехать на барахолку.

Любочка окинула ее понимающим взглядам и без долгих рассуждений отправилась отпрашиваться у Надежды.

- Надя, мы быстро постараемся, но сама понимаешь два пункта выдачи, да еще в жилых домах. Надо хоть часок там посидеть, а Вера по подъезду пробежится и оповестит население. Глядишь, кто-нибудь подтянется. А ты отчет напишешь про охват населения. Опять же выставку там поменяю.

Надежда была немного против, чтобы они вдвоем ехали, но Любочка ее уломала, и через час они уже стояли на остановке.

- Мы правда едем в передвижку? – она кивнула на сумки с книгами. – Или это так, отмазка?

- Заедем, тем более это по пути. На обратном пути заскочим ненадолго, выставку поменяем. Ты в две-три двери стукнешь, может хоть кто-то придет.

- Зачем это все? Ведь все на работе, кому надо – те сами могут просто в библиотеку прийти.

- Ты чего как маленькая? Мы должны приближать книгу к населению. Максимально. Это значит – идти в народ и нести им свет культуры. Ты что, не понимаешь, что вся наша работа на этом строится? Прям поражаешь меня своей недальновидностью, ты хоть Наде это не ляпни.