День моряка-подводника

Юмористическая проза


 «Моряки народ хоть и сволочной, но дело свое знают, и по сему в пьянках им не препятствовать, дабы не учитить скандала».
Петр Первый


        Это был День в обычном военном гарнизоне, где располагались подводные лодки и все то, что должно к ним прилагаться.
Скажем так: место действия  - Камчатка, 1996 год.
Да, очень важное уточнение: это был вторник, 19 марта по старому стилю 6 е.
Думаю, и читатель с этим согласится, что если бы 90 лет назад, приказ Морского ведомства №52 не был подписан  морским министром по поводу этого Дня, то в 1996 году это был бы простой день без особых приключений в доме №18 по улице Центральной (бывшая улица Мира), в прошлом поселка Рыбачий, а ныне города Вилючинска.
Надеюсь, что читатель также со мной согласится, что фраза: «Государь Император [Николай II], в шестой день марта сего года, Высочайше повелеть соизволил… включить в классификацию судов военного флота разряд подводных лодок",  сможет отозваться такими  громкими семейными скандалами на улице Центральной в доме 18 у побережья Авачинского залива, в 20 км от Петропавловска-Камчатского.
Такое  даже не могли представить и в племенах тарьинской культуры, которые считаются развитым неолитом, населявшие эти земли в древности.
В дневнике С.П. Крашенинникова, русского исследователя и путешественника, записано следующее:« ...мы переехали в Тареин острожек, который стоит над Авачинской губою: в нем 3 юрты и 30 балаганов. Люди жили здесь со времен каменного века, пережив ледниковый период».
Ледниковый период эти юрты и балаганы пережили, но День основания  подводного флота 1996 года, из-за скандала в доме 18 по улице Центральной, чуть не разбудил спящий вулкан, который последний раз проявил последнюю свою агрессивность еще при Иване Грозном, когда уходила династия Рюриковичей и восходили на престол Романовы, при которых в 1584 году Атласовым В.В. и его друзьями  был поставлен деревянный крест над Камчаткой, означающий, что это Земля Русичей, а в 1696 году был основан императорский  Военно-морской флот, чтобы защищать морские границы от всякой нечисти.
Но, отойдем от истории и вернемся в 1996 год.
Итак.
        За день до событий, из квартиры №7, женщина лет тридцати позвонила в квартиру №5. Это была Забелина Марина Анатольевна, жена капитана третьего ранга Забелина Игоря Алексеевича.
Дверь открыла Одинцова Надежда Андреевна, жена тоже капитана третьего ранга Ильи Николаевича.
- Надя, я с просьбой!
- Говори быстро, у меня и минутки нет свободной, - быстро ответила соседка, стоя с миской в руках и взбивая яйца.
- Помнишь, когда мы летом летели в самолете в отпуск на тебе была черная футболка с кружевными рукавами.
- Помню. И, что?
- Продай мне ее.
- Зачем?
- Мне кружево надо. Хочу такое сшить! Мой Игорек рухнет!
- Лучше ты ему торт испекла, - сделала замечание Одинцова, направляясь с миской к шкафу, - Открывай дверцу и бери на второй полке. Дарю.
Маринка, взвизгнув от счастья, прижимая кофточку к груди.
- И, что шьешь?
- Эротическое бикини… - загадочно произнесла Маринка.
Надя подняла глаза к потолку.
- Прежде, чем показывать свое бикини, не забудь мужа сначала покормить.
Но этих слов Маринка уже не слышала, потому, что мчалась дошивать соблазняющий наряд.
Примерно через час в квартиру №5 снова постучали.
На пороге стояла Круглова Анастасия Петровна, жена капитана Александра Александровича и тоже третьего ранга.
- Надя, душечка! Мне сливочного масла не хватило. Одолжи.
- Сколько?
- 250 грамм. Я через три дня верну.
- Заходи.
Достав масло из холодильника, Одинцова протянула его соседке.
- И, что с ним делать будешь?
- Паштет. Саша его так любит! Надя, я такое придумала?
От слова «придумала» Одинцова напряглась.
- И, что?
- Я сделаю на большом блюде из паштета ежиху с ежатами. Соленые грибочки на нем размещу, огурчики порежу в виде елочных веток, ягоды моченые. Будет лесная полянка.
- А ты не хочешь это блюдо вынести в эротическом виде?
- Как это?
- Ну, например, одеть кружевной фартук и больше ничего…
Круглова покраснела.
- Надя, что ты такое говоришь?
Настя схватила масло, и, как ошпаренная выскочила из квартиры.
- Что говорю. Знаю, что говорю. Одна зациклена на эротике, а другая на еде. Совмещать надо, красотки!
Надя посмотрела на себя в зеркало.
- Ужас! Синяки под глазами и халатик не первой свежести, и холодильник-то не очень пестрит вкусностями. Так, хватит отвлекаться! За работу!
Вечером, когда большая часть намеченного была сделана,
Одинцова прилегла на диван. Со стены на нее «смотрела» семиструнная гитара.
« Может, песню Илье сочинить и спеть?» - вертелось у нее уже в подсознании, - Давно ему не пела. А, когда-то ему так нравилось...».

19 марта. День Подводного флота.
        22.03

В квартирах № 5, №6 и №7 накалялась обстановка.
Одна сидела в бикини и уже порядком замерзала глядя в окно.
Другая сидела и вытирала салфеткой слезы за почти банкетном столом, где можно накормить ни одного мужа, а целую дивизию.
Третья — играла на гитаре при свечах, вспоминая студенческие годы на море.
В 22.05 в дверь квартиры №5 кто-то робко позвонил.
        Надежда Андреевна, отстранив гитару, подошла к двери и посмотрела в глазок, словно в перископ.
        Женский «оптический прибор» отчетливо давал информацию, что  ее любимый Илья Николаевич с погонами вице-адмирала прибыл в порт прописки не подавая никаких семафорных знаков, типа: «пришвартовался носом (лагом не могу), прошу подать трап хоть куда-нибуть». Интуиция жены подводника ее не подводила. Она чувствовала уже, что не будет и телеграфных знаков и конверта из штаба. Действовать надо по обстановке.
Надежда Андреевна открыла дверь.
Увиденное превзошло все ожидания жены морского офицера.
Илья Николаевич стоял посередине, а с правой стороны его за руки держал Круглов Александр Александрович, слева — Забелин Игорь Алексеевич. «Держали» - это не точно сказано. Они втроем поддерживали друг друга и так плотно, что казались одним целым.
Так, как все они были «каптри», то погон удлинялся на их одном «едином» плече в приличном чине «трехголового» вице-адмирала.
- Прибыли, значит! - Надя приняла стойку командующего флота.
Илья Николаевич попытался что-то сказать и слегка выдвинулся вперед от спаянного напрочь «тела» дракона. С морской смекалкой он  быстро сообразил, что этот маневр может быть опасен, от идеи отказался.
- Это же надо так нализаться?
Головы, привыкшие с начальством не спорить, закивали в согласии.
- Быстро в дом, пока вас никто не видел! - скомандовала Надежда Андреевна отступив от двери наблюдая, как это «тело» войдет в дверной проем.
Войдя, «вице-адмирал» прислонился к стенке и застыл в «парадном расчете», наблюдая, как Надя раскладывает диван расставляя три подушки у стенки.
Теплота дома и запах воздуха без керосинового «шанеля», расслабило морское существо и оно поползло к дивану.
- Шило пили, гаденыши!
Надя пошла на кухню.
Когда она вошла в комнату, то храп стоял такой, что оставалось только закрыть плотно дверь и не пытаться ее открывать. Но одежду они сняли и даже попытались ее сложить на стуле.
Надя укрыла их одеялами.
- Хорошо, что дети у мамы, - подумала Надя, забирая со стола в холодильник салаты.
В этот момент она задумалась, вернула все обратно.

        22.45.

В комнате на эту картину смотрели теперь три женщины, три грации и три  красавицы.
Первой молчание нарушила Круглова.
- Говорила мне мама, а я не верила! Нельзя выходить замуж за моряка! За мной ухаживал агроном! Жила бы сейчас в собственном доме на  берегу Рузы! Завтра же с сыном уедем! - из светлых глаз Анастасии Петровны потекла родниковая вода Московской области.
Забелина молчала. Эта выросла в суровых климатических условиях земель Емельяна Пугачева.
- Проснется, убью сволочь! И рука не дрогнет!
Одинцову ее слова испугали. Забелина была убедительна.
- Так, подруженьки. Успокоились  все. У меня есть прекрасное предложение! Сейчас мы организуем себе столик и устроим небольшую вечеринку. Праздник, так праздник!
- Правильно! Идем ко мне! Даром я трое суток на камбузе корячилась? - поддержала Круглова.
- Нет, берем самое вкусное и гуляем здесь! У тебя Петенька спит.
Передислокация прошла быстро, слажено и незаметно для противника.
Сев за стол, Надя произнесла первый тост — за Женщин!
Надо отметить, что Круглова готовила отменно. Ее блюда можно было выставлять на конкурсы.
- Это кто?- Маринка указала вилкой на паштетного ежа?
- Ежик, - скромно ответила  Настя, - Не похож?
- Почему не похож? Это он или она?
- Он.
- Тогда я его съем! Я должна удовлетвориться!
Попробовав кусочек, Маринка от удовольствия закрыла глаза.
- Если бы я так готовила, то точно бы за Забелина замуж не вышла.
- А за кого бы вышла? - задала наводящий вопрос Надя.
- За одноклассника Зильмера.
- Кого? - в один голос произнесли Надя и Настя.
- За Мишу Зильмера. Его папа в Новосибирске самый знаменитый ювелир. Но его мама боялась меня, как огня, потому, что я плохо на Мишу влияла. Представляете, однажды мы были в походе и я сварила кашу, так Миша попал от отравления в больницу. И вообще, я носила мини, что мешало Мише учиться. Она все время требовала от классной меня отсадить на самую дальнюю парту. Вот, а сейчас я живу на самом краю света, а могла бы быть вся в бриллиантах!
- А, как ты Забелина нашла?- поинтересовалась Круглова.
- Я его не искала. Это он меня нашел!
- На свою голову! - уточнила Надя, будучи немного
 пьяненькой.
- Да, да… юродствуйте! Я, между прочим, окончила Ленинградский институт текстильной и легкой промышленности им. Кирова! Я мечтала создавать ткани и шить из них самую модную одежду!
Круглова и Одинцова замерли.
- Да ты что! - они снова произнесли фразу вместе.
- Подруга на День рождения пригласила. А у нее брат во Фрунзе учился вместе с Забелиным. Притащил его для компании. Игорь меня с первого взгляда влюбился!
После некоторой паузы, Круглова разлила вино по бокалам и произнесла:
- Девочки, давайте выпьем за нашу любовь с первого взгляда и до последнего.
Показатель серотонина, дофамина и эндорфина в крови стал заметно повышаться и дамы немного отпустили ситуацию и успокоились.
- Девочки, а теперь я для вас спою! - торжественно произнесла Надежда.
Она взяла гитару и… зазвучала старая матросская песня:

- Они стояли на корабле у борта,
Он перед ней – с протянутой рукой:
На ней роскошный шелк, на нем бушлат потертый,
Он перед ней стоял с надеждой и мольбой.

А море грозное ревело и стонало,
На скалы мрачные взлетал за валом вал –
Как будто море чьей-то жертвы ожидало,
Стальной гигант кренился и стонал.

Песню эту девочки знали, потому, что не раз пели ее в офицерском клубе. Они стали ее подпевать громко и с азартом.

- Он говорил ей: "Взгляните, леди в море,
 Там к облакам вознёсся альбатрос,
 Моя любовь к Вам не принесёт Вам горя,
 Хоть, леди, Вы знатны, а я простой матрос."

 А море грозное ревело и стонало,
 На скалы с грохотом взлетал за валом вал –
 Как будто морю этой жертвы было мало,
 Стальной гигант кренился и стонал.

 Она сказала одно лишь только слово,
 То слово "НЕТ!, звучало, как укор.
 Взметнулася душа, как крылья альбатроса,
 И бросил леди он в бушующий простор.

 А море грозное ревело и стонало,
 На скалы с грохотом взлетал за валом вал –
 Как будто морю этой жертвы было мало,
 Стальной гигант кренился и стонал.

В батарею кто-то постучал металлическим предметом.
- Да вы заткнетесь там? Дайте поспать! Три часа ночи!
Девочки притихли.
- Это Кислицын. Отвратительный тип, - сдала уточнение Забелина.
Она взяла нож и стукнула по батареи в ответ.
- Три часа ночи — детское время! Я еще не допела, товарищ капитан первого ранга. И останавливать меня не надо! Это я остановлю кого захочу!
И во все горло запела:
-А поутру, корабль стоял у мола,
 В матросском кубрике матрос хмельной страдал.
 Тянул он жгучий ром среди друзей весёлых
 И в полупьяном сне кого-то тихо звал...
 
Одинцова отобрала нож у подруги и усадила ее на табуретку.
- Да тихо ты.
- А чего он! Вечно не доволен. Ходит все время с кислой рожей. Хоть бы раз женился! Мужчины — не женщины. Они не понимают туманных намеков и не любят разгадывать ребусы. Им надо все говорить прямо и не двусмысленно!
        Маринка начинала пьянеть. Она наклонилась к батарее и громко произнесла:
- Поэтому я говорю прямо, товарищ капраз: почему вы спите в День рождения подводного флота? Вы должны петь и веселиться с нами! Где ваш морской задор?
Снизу никто не отвечал.
- Надя, ты делала торт. Доставай!- предложила Забелина.
        Пока Надя доставала торт, в голову Маринки пришла потрясающая идея — прихожую превратить в подиум! Она сняла с себя платье, поправила ремешок на босоножках, подняла заколкой волосы и объявила:
«Авторский коллектив: художник Маргарита Семенова, архитектор Рогаль Левицкая, главный конструктор Альберт Мудрик. Средний комбинированный костюм „Универсал-96“. Поощрительная премия на межобластном форуме современной одежды в Житомире. Оригинальное конструктивное решение позволяет вам легко превратить пиджак в куртку! Но это еще не всё! Легким движением руки брюки превращаются... брюки превращаются... превращаются брюки... в элегантные шорты! Простите, маленькая техническая неувязка... И, наконец, последняя модель — пляжный ансамбль „Мини Бикини-96!“ .
Все это произносила Марина с такой легкостью, с таким точным голосовым тембром, как говорила актриса в кино «Бриллиантовая рука», при этом жестами показывая прекрасно сидящий на ней пляжный ансамбль.
Девочки хохотали от смеха.
Достав новую бутылочку шампанского из холодильника, с грохотом его открыв, дамы стали разливать его по бокалам.
В дверь постучали.
Надя открыла не подумав, что Маринка стояла в прихожей не одетая.
На пороге стоял Кислицын с сопровождении участкового.
- Вот убедитесь сами. Мало того, что они тут пьют и шумят, так еще и голяком бегают. Притон устроили. А мне завтра на службу.
Участковый был в растерянности. Во-первых: дамы были не настолько пьяны, чтобы забирать их в отделение. Во-вторых: красота Марининой фигуры в эротическом одеянии его шокировала. Его лицо расплылось в доброй мужской улыбке.
- Милые дамы, мы понимаем ситуацию и всем присутствующим не очень хочется случившееся доводить до конфликтной ситуации. Может вы закончите свое времяпровождение и отправитесь отдыхать?
- Как это? - возмутился Кислицын, - Я требую, нет я настаиваю, чтобы вы забрали их с собой в отделение и разобрались с ними.
Видно было, что участковый всеми своими помыслами хотел замять это дело, но Кислицына это не устраивало.
- Если вы не примете меры, то завтра, я доложу вашему начальству о бездействии на жалобу. Я этого так не оставлю!
У Забелиной покраснели от гнева глаза и она, вспомнив откуда она родом, сделала шаг в сторону капраза.
- Это кто тут жалуется? Капитан первого ранга жалуется на женщину , которая стоит перед ним в новом  модном костюме «Мини-бикини- 96?». Хорошо. Забирайте меня в отделение и поверьте мне -  завтра вся дивизия буде приходить к штабу, чтобы посмотреть на этого, не знаю как и назвать  - женоненавистника!  Девочки, я собираюсь в кутузку. И пусть меня там мучают, допрашивают. Я даже в пытках скажу, что настоящий морской офицер должен восхищаться женщиной в мини-бикини! Он должен ее боготворить, как Исиду!
- Так, Исида, отойди в сторону.
Надя попыталась убедить присутствующих, что ничего крамольного не произошло и предложила  все замять. Давала обещание, что всех сейчас утихомирит и отправит отдыхать.
        Но неожиданно к происходящему подключилась Круглова.
- И я пойду с тобой, Марина! Я не оставлю тебя одну. Это не честно!
Тихая, покладистая Настя, неожиданно стала право защитницей женщины в мини-бикини.
- Тогда и меня забирайте! Я своих не бросаю!- Одинцова вышла вперед протягивая руки вперед, - Одевайте наручники!
- Это дурдом, или мне кажется? - Кислицын не унимался.
- Да, нет. Капитан первого ранга, Дмитрий Михайлович! Здесь цвет Флота! Я, Круглова Анастасия  Петровна, дочь кока сторожевого  СРК-6 «Беззаветный», который в 1988 году совершил навал на два американских боевых  корабля: ракетный крейсер «Йорктаун» и эсминец «Кэрон» в спорных территориальных водах. Когда командир принял решение не пустить врага в сторону государственной границы, вся команда приняла одно единственное решение — идти вперед все вместе!
- Может тут кто-то еще вспомнит и деда-моряка, который сражался на «Рюрике»?
- Не на «Рюрике», а на крейсере «Громобой», Дмитрий Михайлович! - достоинство Надежды Андреевны было задето, - Это я по мужу Одинцова, а по отцу Дабич. Уверенна, что эта фамилия вам ничего не говорит. Мой прадед   - Николай Дмитриевич Дабич, был командиром броненосца «Громобой» в бою 1августа 1904 года в Корейском проливе.  Тяжело раненый он корабля не покинул и вернул его во Владивосток. На «Громобое» не было живого места, как и на командире, но они вернулись оставаясь верными долгу и чести! Если вы, Дмитрий Михайлович, захотите подробно узнать о моем прадеде, то можете прочитать историческую справку Валентина Саввича Пикуля, который восемь лет приезжал к моему отцу, когда работал над книгой «Броненосцы».
После этих слов все стояли и молчали.
Марина, Настя и Надя аллегорично представляли в этот момент три броненосца, которые прорываются из Владивостока в Порт-Артур на помощь эскадре контр-адмирала Витгефта, но на пути встала эскадра адмирала Камимуры.
- Значит поступим так, - участковый под впечатлением сказанного, наконец  принял решение, - Вы, Дмитрий Михайлович, если сочтете нужным, завтра напишите заявление на присутствующих дам, подробно изложив свою претензию. Я, соответственно, приму по ней меры согласно Законодательства. А сейчас все расходятся по своим квартирам.
В коридоре дома №18 по улице Центральной сразу стало тихо и как-то грустно.
Одинцова зашла на кухню и принялась убирать со стола грязную  посуду.   Скоро надо было будить «дракона-адмирала» на службу.
Надежда Андреевна подошла к окну. На улице горел одиноко фонарь, еле освещая двор. Немного приглядевшись, она заметила силуэт сидящего на скамейке мужчины. Спина его была немного согнута, что говорило о его удрученном виде. На миг, ей показалось, что это был Кислицын.
В дверь тихо кто-то постучал.
        Надя открыла.
        На пороге стояла заплаканная Марина.
- Надя, если б ты только знала, как я люблю Забелина. Я сегодня поняла, что готова жизнь за него отдать. У меня нет таких героических предков-моряков, как у вас с Настей, но мой дед солдатом пешком дошел до Берлина!
- Идем на кухню, чай заварим жасминовый. Наших мужей скоро поднимать надо на службу.
- Им после шила чай нельзя.
- Что ты, Мариночка,  жасминовый чай нужен, чтобы запить 10 таблеток активированного угля. Тортик хочешь, ты так вчера и не попробовала.
  Маринка утвердительно качнула головой.
- А ты, как с Ильей познакомилась?
- В Севастополе, на пляже. Девушка тонула, мы с Ильей ее вытащили. Потом он меня провел домой, потом переписывались…
В комнате послышался шорох.
- Кто-то проснулся, - произнесла Надя.
Дверь открылась и появилась голова Ильи.
- Надя, а у нас кто?
- Маринка. Поднимайтесь, пора на завтрак, п о д в о д н и к и!
Кислицын жалобу не написал.
И на лавочке, тогда , сидел он.
Дмитрий Михайлович сидел и думал: « Какое же это счастье иметь такую жену, чтобы в огонь и воду, чтобы и в радости, и в горе, чтобы праздник общий, как объятие и поцелуй… Найти бы такую...».

Часть вторая ( по требованию читателей)

        28 июня в Вилючинске, с утра, был пасмурный день.
Дмитрий Михайлович Кислицын собрался на службу, глянув на барометр, который висел у него на стене. Заметив,  что дождь будет обязательно, взял зонт.
У подъезда остановилась машина.
Дмитрий Михайлович заглянул в окно — это было такси.     Его машина была отправлена по заданию.
        В это время зазвонил телефон. Он взял трубку.
- Дмитрий Михалович, открытие мемориала состоится на час позже запланированного времени. Краевая администрация не успевает к сроку. Просили предупредить. Петр Андреевич все привез. Ему за вами выезжать?
- Добро. Я сам доберусь,  - ответил Кислицын и положил трубку.
«Пройдусь немного»  - подумал- « Люблю летний дождь».
Когда Дмитрий Михайлович вышел на улицу, такси уже уехало, но на пороге подъезда стояла женщина с двумя чемоданами.
Дождь уже начинал накропать. Женщина куталась в плащ и по ней было видно, что она несколько растеряна.
- Что-то случилось? - поинтересовался Дмитрий Михайлович.
- Это дом 24?
- Нет. Это дом 18.
- Вот печалька, как же я теперь доберусь, у меня такие тяжелые чемоданы, - посетовала женщина, - И дождь начинается.
Дмитрий Михайлович раскрыл зонт, протянул его даме, а сам взял чемоданы.
- Тяжелые, однако!
- Внук у меня родился месяц назад. В магазине ничего не купить, сами понимаете, какое сейчас время. А я понемногу собирала детское приданое. Вот и везу.
«Хорошо выглядит для бабушки» - подумал про себя Кислицын, направившись с чемоданами к дому №24.
Остановившись у двери с номером 17, Дмитрий Михайлович позвонил. Дверь открыла молодая девушка.
- Мама!  - воскликнула она, бросившись обниматься, - А я думала, что ты автобусом приедешь. Он же по расписанию должен прийти только через три часа.
- С такими чемоданами, я бы в него не села.
Кислицын засуетился, намекая женщине, чтобы она отдала зонт.
- Вы меня простите, но  я опаздываю.
- Огромное Вам спасибо, товарищ полковник.
- Мама, это капитан первого ранга, - уточнила дочь.
- Извините, я еще не выучила. Зять, пока, старший лейтенант.
Дмитрий Михайлович улыбнулся.
- У вас еще есть время выучить все звания, пока он дослужится до адмиральского чина. Честь имею.
Кислицын шел по дороге и думал: «Дочь совсем молодая, наверное, лет двадцать. Тогда женщине лет 42-45? Обручального кольца на руке нет. Хотя, что мне с этого?».
Мужчина ускорил шаг.
Вечером Дмитрий Михайлович зашел в магазин. Он купил бутылку топленого молока и свежие сдобные  булочки с изюмом. Он их особенно любил еще с курсантских времен.
Дома, переодевшись в домашнюю одежду и тапочки, Кислицын сел в кресло и включил телевизор.
Из головы не выходила мысль о Незнакомке.
Она была очень элегантно одета. Аромат духов чувствовался, когда женщина была совсем рядом. Кислицыну было приятно ее присутствие, чего он давно за собой такого не замечал.
Дмитрий Михайлович встал и достал из шкафа альбом. Открыв его - остановился на одной фотографии, на которой был он, еще  форменке, и девушка в легком летнем платье.
Глубоко выдохнув, Дмитрий Михайлович положил фотографию обратно и вернулся в кресло.
На фото была Галя! Галя, которую не то, чтобы любил, а БОГОТВОРИЛ! Но Галя выбрала в мужья не его, а совсем другого парня, далекого от военной службы, моря и кораблей.
Служба для Кислицына стала его семьей.
Со временем он свыкся с этим обстоятельством.
Его не отягощал скромный быт, где самыми ценным в доме были книги и картины. Он помогал своей стареющей матери и сестре, которая рано осталась с двумя детьми после смерти мужа от тяжелого онкологического заболевания.
Конечно, в молодые годы часто щемило сердце, когда возвращался в пустой дом из походов. А, иногда, был этим обстоятельством и вполне доволен, когда слушал какой-нибудь очередной рассказ от сослуживца о жене-изменщице.
Зато у него прекрасно сложилась карьера.
Должность начальник штаба дивизии была ответственна и требовала огромного внимания, знаний и сил.
Скрупулезность, точность и требовательность Дмитрия Михайловича была всем хорошо известна на дивизии. Его уважали, но и знали его бескомпромиссность, которая некоторым не нравилась.
На следующий день, Дмитрий Михайлович отбыл в командировку и вернулся только через неделю.
По дороге домой он, как всегда, зашел в магазин за молоком и булочками.
Когда  вышел на улицу, то заметил, что на лавочке с детской  коляской сидела Незнакомка.
- Добрый вечер, - обратился Кислицын к даме.
- Добрый, - ответила женщина, рукой покачивая колясочку.
- Спит?
- Да. Любит спать на улице.
- А звать как?
- Нина Сергеевна.
- Малыша?
- Ой, Николенька.
Кислицын улыбнулся.
- Меня — Дмитрий Михайлович.
- Очень приятно, - ответила дама.
- Может немного прогуляемся? - неожиданно для себя предложил офицер.
Дама покатила колясочку, а Дмитрий Михайлович пошел рядом. Ему было очень приятно. На какой-то миг, Кислицын ощутил ауру того, что создает гармоничный мир семьи — мужчина, женщина, малыш.
Пройдясь немного по скверу, они завернули в сторону дома Нины Сергеевны.
Навстречу шла Марина Анатольевна Забелина.
Ровно через тридцать минут Забелина была уже у Одинцовой.
- Надя, ты не представляешь, кого я только что видела! Кислицына! Так он был не один! С ним была женщина с ребенком!
- И, что здесь такого?
- Как, что? Уверенна! Чувствую, что у Кислицына родился внебрачный ребенок, а он жениться не хочет!
В дверь позвонили. Это была Круглова.
- Настя, представляешь, женщина родила ребенка от Кислицына, а он жениться не хочет! В темном омуте, как говорится.
- А, может, это она не хочет. Залетела и опомнилась! И такое бывает.
Версия женщин начинала бурно переходить из фантазии в реальность.
- Интересно кто это? - Маринкино любопытство росло в геометрической прогрессии, - Знаю, где мне узнать истину. Спрошу у Кати Крутиковой, она в перинатальном отделении работает. Все знает.
Надя резала капусту на салат.
- И, зачем это тебе?
- Ты, наверное, забыла, как он нас тут стыдил? Но мы только выпили чуть-чуть, а он вообще ребенка бросил!
- А с чего ты взяла, что он бросил?
- Надя, тогда бы они жили вместе. И, кстати, ты бы слышала детский плач. И плача нет! Нет! - с этими словами Маринка стукнула ножом по батареи.
Одинцова отобрала нож у подруги.
- Сядь. Опять нарываешься.
На следующий день в Гинекологическом отделении госпиталя обсуждали версию - кто родил от Кислицына?
- А, что! Он мужик интересный. При чине. И я бы родила, - объявила главная медицинская сестра отделения Бочкина, - Как прижала бы его к стенке, как белогвардейца на расстреле!
- Не успела бы. Он первым бы сам застрелился,- Маринка остановила Бочкину, - с твоим напором и Буденый не справился бы.
Крутикова пересмотрела карты и многозначительно произнесла:
- Досье Кислицына у нас безупречно. Матерей-одиночек у меня на учете нет.
Марина Анатольевна задумалась.
- А если эта женщина приехала из Петропавловска- Камчатского?
- С коляской? На автобусе? Мало вероятно. Ты еще предложи версию, что она прилетела из Питера. И, вообще, зачем тебе это надо? - наконец-то поинтересовалась  Крутикова.
- Месть! Кислицын видел меня раздетую.
- Эка невидаль. Он, что — теперь обязан на тебе жениться? Так ты сначала разведись с Забелиным.
- Вам не понять.
- Куда нам! - в один голос произнесли Бочкина и Крутикова.
Вернувшись с прогулки, Дмитрий Михайлович открыл бутылку коньяка и налил его в бокал. Напиток согрел и расслабил. Нина Сергеевна произвела на него такое впечатление, что он ощутил себя снова молодым парнем у которого жизнь только начинается. Он держал в руке листок бумаги на котором был записан ее телефон.
« Сегодня уже звонить не буду. Поздно» - думал он, - « А завтра надо ее снова куда-то позвать».
Во время прогулки, Дмитрий Михайлович очень осторожно задал Нине Сергеевне вопрос, когда она сказала, что прилетела из Москвы:
- Как же вас муж отпустил так  далеко?
- У меня давно нет мужа. Мы расстались, когда дочери было три года. Он встретил другую женщину и полюбил ее. Я поняла и отпустила.
- И у вас на него нет совсем обиды?
- Нет, - спокойно ответила Нина Сергеевна, - Любовь должна быть взаимной. Я бы не смогла жить с человеком, который думает о другой женщина находясь рядом со мной. Я бы этого не вынесла.
- Вы так еще молоды и красивы. Я думаю, что все у вас еще впереди. Судьба вас обязательно наградит за мудрость и терпение.
Дмитрий Михайлович узнал, что Нина Сергеевна преподает историю в школе, и у него возникла идея пригласить ее в  Народный, краеведческий музей,  который только готовился к открытию. Он лично сам много сделал, чтобы история Тихоокеанского флота была в нем достойно представлена. 
Но события неожиданно развернулись совсем в другом направлении от желания Дмитрия Михайловича.
Приехало высокое начальство и целую неделю он был очень занят.
Иногда Кислицын звонил Нине Сергеевне, но после их последней встречи, это выглядело, как знак дружеского  внимания.
Нужно было действовать.
Наконец, Дмитрий Михайлович позвонил и пригласил даму к себе домой.
Нина Сергеевна приглашение приняла.
Поднявшись на второй этаж, Кислицын позвонил в квартиру № 5. Открыла Надя.
- Надежда Андреевна, я к вам с просьбой.
- Заходите, Дмитрий Михайлович.
Надя предложила чашечку хорошего крепкого кофе.
- Надежда Андреевна, так получилось, что обратиться мне, в сущности, нет к кому. Я бы не хотел, чтобы то, что я скажу Вам, обрело огласку.
Надя присела тоже за стол и посмотрела прямо в глаза мужчины. Он почувствовал, что может ей доверять.
- Дело в том, что я хочу пригласить к себе даму для особого разговора. Я мало что понимаю в кулинарии, но мне бы хотелось ее чем-то угостить особенным. Вы бы посоветовали, как мне решить этот вопрос?
- Я могу помочь, Дмитрий Михайлович. У меня есть подруга, которая очень хорошо готовит. Да, Вы ее знаете - Анастасия Круглова.
- Дочь кока с «Беззаветного»?
- Она самая.
- Мы все приготовим, все сделаем. Я так понимаю, что вы хотите даме сделать предложение?
Дмитрий Михайлович немного смутился. Промолчал.
- Вы напишите мне список продуктов, которые нужны. Все будет доставлено. Вот ключи от моей квартиры.
- На какое число запланирована встреча?
- Через неделю — День Военно-морского флота…
- Я вас поняла.
Этот рассказ до конца сможет понять только тот, кто помнит 90е годы взрослым человеком.
Война на Кавказе, дележ Черноморского флота, на второй срок избран Ельцин, экономика стремительно рушится, происходит беспрецедентная и циничная распродажа кораблей и судов Военно-Морского Флота России по бросовым ценам.  Тогда одних офицеров увольняли под любым предлогом, которые сопротивляясь  мешали;  другим — добавляли звездочки на погонах за  причастность к преступлениям. Даже сегодня эта тема неприкасаемая.  Хотя то, что сотворили с ВМФ  государственные мужи и «великие флотоводцы» не должно иметь сроков давности для привлечения их к ответственности перед народом. 
Дмитрий Михайлович был тем человеком, который делал все, что мог в этих условиях особенно для людей, которые оказались в непростых жизненных ситуациях. По большому счету царил хаос, распоясался бандитизм, флот лишался первоклассных специалистов, терял корабли, базы, дорогостоящее оборудование.
Возможно, как спасательный круг, судьба бросила Дмитрию Михайловичу возможность полюбить женщину, чтобы выстоять в этих условиях и сохранить хотя бы то, что можно.

( продолжение 19 марта)