Семейная реликвия

Кольцо старинной работы из червонного золота привлекало внимание даже тех, кто ничего не смыслил в драгоценностях. «Уникальная вещь», — говорили знатоки, цокая языком от зависти. «И зачем оно ей, не по Сеньке шапка — простушка, а на руке целое состояние», — шипели соседки. Но Виолетта Васильевна пропускала насмешки мимо ушей. Однажды, отдыхая на лавочке возле подъезда, разоткровенничалась: «Это подарок свекрови…» И, помолчав, добавила: «Любимой свекрови…»

…Сноху Зоя Петровна невзлюбила сразу, как только та переступила порог их дома, а сын, прямо-таки светившийся от влюблённости, представил: «Знакомься, мамуль, это моя жена Виолетта, можно Виола». Это — жена?!! Зоя Петровна схватилась за сердце. Маленькая, едва достаёт сыну до плеча, вся в веснушках и мелких кудряшках, нос пуговкой. А ножки из-под короткой юбчонки… Цыплячьи, ей-богу, стройнее. Одно слово — пигалица. Разве о такой спутнице жизни мечтала Зоя Петровна для своей единственной кровиночки? Ему бы красавицу с ногами от ушей, волосами до пояса, глазами в пол-лица. Исключительно такую девушку рисовало её воображение рядом с сыночком. А из этих какая пара: пародия, да и только. Да и по одежде видно — голь перекатная, никаких украшений, даже уши не проколоты.

— Здравствуйте, мама, — молодая сноха переминалась с ноги на ногу в стоптанных босоножках.

— Какая я тебе мама?! — возмутилась новоиспечённая свекровь. — Зови меня Зоя Петровна.

За обедом Виола обратила внимание на необычное кольцо на руке свекрови.

— Мне тоже Виталик колечко подарил, — она растопырила ладошку, где на безымянном пальце поблёскивало скромное обручальное колечко.

— Разве сравнить с моим, — снисходительно протянула Зоя Петровна и усмехнулась. — Если бы сделали всё по-людски, честь по чести, я бы тебе не такое кольцо выбрала. А на моё не засматривайся — это семейная реликвия.

Однажды, придя с работы пораньше, Зоя Петровна застала Виолу за примеркой свекровиных украшений.

— Кто разрешил тебе копаться в чужих шкатулках?! Ещё не хватало, чтобы я потом чего-нибудь недосчиталась, — она вырвала из рук перстень и серёжки, которые сноха прикладывала к ушам. — Заработаете, тогда сами и купите, а на чужое рот не разевай.

— Просто у меня никогда не было красивых дорогих вещей, — оправдывалась Виола, покраснев до ушей.

— Да они на тебе, как на корове седло, глянь на себя в зеркало.

Девушка расплакалась, а Зоя Петровна почувствовала тщательно скрываемое удовлетворение — хоть как-то уколола сноху. А то всё внимание сына — ей, поцелуи при встрече и на ночь — ей, кофе в постель с пирожным — ей. А ведь она растила своего мальчика практически одна, муж умер рано.

На работе она жаловалась приятельницам — послал же бог такую неумеху.

— Но сын-то доволен? — недоумевали подруги. — Виталику с Виолой хорошо, и ты должна радоваться их семейному счастью. Вот возьми и подари ей что-нибудь очень дорогое для тебя. Да вот хоть это любимое кольцо. Сними за ужином и отдай при сыне. Увидишь, сноха оценит твоё благородство. Такие подарки не забываются.

Домой Зоя Петровна вернулась с твёрдым намерением подарить семейную реликвию, которая ей досталась от свекрови, Виолетте. Она сняла в темной кладовке, где всегда переодевалась в домашний халатик, деловой костюм, аккуратно расправила его на плечиках и заспешила на кухню. Сегодня она решила удивить сноху своим фирменным тортом с вишней и взбитыми сливками. Но молодые вернулись очень поздно, когда хозяйка уже легла спать. А утром обнаружилось, что кольцо пропало. Зоя Петровна всегда убирала его на ночь в шкатулку. Однако в этот раз на привычном месте украшения не было.

За завтраком она ничего не сказала о пропаже, решила сначала понаблюдать за поведением снохи — а вдруг её подозрения подтвердятся… Но Виола веселилась, не замечая тягостного молчания свекрови. Торт Виоле безумно понравился, она от избытка чувств расцеловала свекровь, пообещав научиться печь не хуже. Вообще в тот день девушка была подозрительно весела, глаза блестели каким-то внутренним светом. Причина могла быть только одна — перстень взяла она. Простушка, даже не может скрыть содеянного. Не выдержав, Зоя Петровна обрушилась с обвинениями:

— Это ты украла, больше некому. Оно всегда тебе нравилось, я знаю. Воровка!

— Мамочка, я никогда бы не посмела взять вашу вещь, — клялась Виола.

Но Зоя Петровна уже накапала валерьянки, повязала голову мокрым полотенцем и закрылась в спальне. К ужину не вышла. Виталик с Виолой облазили каждую щёлочку в доме, перерыли все вещи. Всю ночь они ругались, а утром объявили, что уходят жить на съёмную квартиру.

…Вот уже почти семь лет Зоя Петровна жила одна. Изредка перезванивалась с сыном, но с Виолеттой не встречалась, не захотела признавать и внука Илью. На душе скребли кошки, ведь Виталик по-прежнему безумно любил жену, а она, эта простушка, — его, и семья с этой невзрачной девчушкой-заморышем получилась настоящая, дружная. Но злополучную кражу перстня она не могла простить.

Порог их квартиры Зоя Петровна переступила, когда Илюшке исполнилось 6 лет. Виола, не видевшая свекровь столько времени, растерялась, не зная куда посадить и чем угостить.

— Повиниться перед тобой я пришла, дочка, — набравшись мужества, начала Зоя Петровна. — На днях затеяла ремонт в кладовке: полы совсем сгнили. А между половицами кольцо нашла. То самое, что поссорило нас и разлучило. Все эти годы я на тебя грешила. Прости меня…

— Мне было очень обидно, что вы подумали на меня и обвинили в краже, — заплакала Виола. — Я ведь в тот день узнала, что Илюшу жду, хотела с вами радостью поделиться, а вы меня воровкой обозвали.

— Возьми кольцо, — Зоя Петровна сняла перстень, — его в нашей семье передают снохам по наследству. Тебе я должна была его подарить, когда ты впервые пришла в наш дом. Да не приглянулась ты мне. А сейчас вижу — ошибалась. Спасибо тебе за сына. Счастлив он с тобой, а для матери нет большей радости, чем видеть счастливыми детей и внуков.

…Виолетта Васильевна завершила рассказ:

— Так мы помирились с Зоей Петровной. С тех пор не было у меня человека ближе и роднее, чем свекровь. Всё как-то само собой наладилось. Да и доживала она свой век со мной — к тому времени Виталика я уже похоронила. У них наследственность плохая — мужчины в роду сердечники, долго не живут. Прожили мы со свекровью вдвоём десять лет. А теперь вот и Илюшка собрался жениться. Пришло время и мне расставаться с кольцом. Так и переходит оно из рук в руки, вбирая в себя наши судьбы. Может, перстень способствует семейному счастью, учит нас быть мудрыми и терпеливыми, но все женщины нашей семьи были любимы и счастливы в браке.

Сентябрь 2006 г.