Не было бы счастья, да несчастье помогло

 

У Наташи последнее время, сильно болело в  правом  боку.  Под ребром.  Болело, когда она была голодная, и, когда вкусно поела. Болело утром, днём и вечером. Да, даже среди ночи, она просыпалась от боли и принимала все, какие на то время у неё были обезболивающие.    Но, боль отступала, лишь на короткое время.

Подруга,   Наденька,   встретившись с ней на работе,  ругалась, на чём свет стоит и, просто чуть не палкой гнала  её,   пойти к врачу и сдать анализы, чтобы узнать, в чём дело.

Наташе и самой хотелось узнать причину  этой боли, но страх не давал ей этого сделать. Страх того, что вдруг, там, в её организме, какая - то серьёзная поломка и вылечить её уже нельзя.

 А, если,   вдруг не дай бог,    для этого потребуется срочная операция?- думала она.   А, она простой менеджер оформитель, с зарплатой в сорок  тысяч  рублей. 

В простую  же больницу ложиться, даже не стоит.    Там, только делают вид, что лечат.  А на платную клинику, у неё нет денег.   Помочь ей некому.  Родителей она не помнит.  Из рассказов  воспитателей, они погибли, прямо в день   её рождения.  Когда отец вёз  мать в роддом, навстречу выскочила грузовая машина.   Отец  умер сразу, а их с мамой (ребёнок уже родился и видно отец, даже перерезал пуповину) привезли в  больницу   добрые люди, проезжающие  мимо аварии.    Мама  умерла        через неделю,    а её  -  Наташу,      отправили в дом малютки. 

Потом был детдом.     Там она и выросла.    От родителей ей осталась  скромная двухкомнатная квартира, в которой она,   и жила.    И, до замужества и, когда вышла замуж.     Родители её  были, тоже воспитанники   детского дома.     Судьба её и их, даже не потрудилась сменить сюжет, повторила  всё в зеркальном отражении.   

Родственников  у  неё   не имелось,  надо было думать.  А, откуда они  появятся, раз  ребёнок  рос  в детдоме.     Если бы они были,   возможно,    её  судьба была бы иной.    Подруг богатых, тоже она не нажила.  Поэтому, помощи ждать было не откуда и, не от кого.   И, что тогда?     Да, она одними думками, съест  себя заживо. Пусть уж, лучше неведение.   Буду жить, сколько отведено мне  богом.  Ей было сорок лет, как раз сегодня.

Но, сорок лет,  по поверью,  как правило, не отмечают совсем.   Да, даже поздравления не желательны.  И, она, даже обрадовалась, что на работе, все забыли об этой дате.   А, всё потому, что Зиночка, секретарша их, была  на больничном.    Уж, она то,   это бы не пропустила, так, как знала на память даты рождения всех сотрудников и всегда была в первых рядах поздравляющих.

Ну, а теперь,   дни  рождения отмечали, только, если какой - то  сотрудник, сам  признавался, что он виновник   сегодняшнего торжества.

 Но, сегодня - то,   как раз боль у  Наташи была настолько нестерпимой, что она всё - таки была вынуждена пойти к врачу.  Врач, пожилая женщина,  направила её на анализы.  И, Наташа, чтобы не мучить себя долгим ожиданием, попросила её, направить,   сдать анализы платно. Чтобы результат узнать прямо сегодня же.   Ну, что же,  умирать, так с музыкой.  А,   что уж тут  рубить хвост кусочками.

 Молодая хохотушка и балагурка,    медицинская  сестричка,  обрадовала её, что  анализы   её,  оказались  просто отличными и у Наташи, прямо  отлегло от сердца  и,  почти совсем перестало болеть   в боку.   Видно  она накрутила себя   ещё и психологически.    Да и,  по всей видимости,    развод сыграл немаловажную роль, в этом вопросе.  Нервов порвано было не мало, пока они с мужем разошлись, как в море корабли.

 Врач же выписала ей  препараты   от панкреатита, строжайшую диету. Посоветовала больше  положительных эмоций и, улыбнувшись,   посоветовала -   завести ребёночка, пока ещё  организм  живой, раз сигналит о неисправности.   Позже будет труднее, а  возможно и  совершенно поздно.   Наташа покачала головой в знак отрицания  этой затеи  и,    с лёгкой душой зашла  сначала на работу,  так, как было ещё  пополудни.   А,  потом и вечером  домой.   

Конечно же,  дома в последнее время, её ждал, лишь кот -  Меркурий.  Но, это был  самый преданный   её  сожитель, который не предаст, не изменит, не оскорбит, в отличие от   некоторых:  мужей, детей, подруг. 

 И, что самое страшное,  это предательство,   всем предательствам предательство.  Ведь этим людям, доверяешь, как себе самому, поэтому, предавая, они бьют в самые  болезненные точки.   И, от этого ужасно  и нестерпимо  больно, а порой, даже невыносимо и, можно сказать смертельно.

Поэтому, уж, пусть, лучше кот.   Это самое то, для  неё  сейчас.  Кот же  ещё,   даже, как будто помогал от боли, прижимаясь ночью  к этому, самому боку. Где нестерпимо  у неё болело.

   А, ведь она так любила своего Сашеньку. Даже детей не захотела родить,  чтобы  не отвлекать мужа от его диссертации.    Ну и, он   сам,    просто категорически   не хотел, этих детей.  С ними столько мороки,   шептал он  Наташе  на ушко, во время  интимных  минут. И, она  -  глупышка,   тогда     согласилась с ним.   

Кормила вкусно мужа,   создавала условия и уют, чтобы ему легче работалось    над    его  докторской  диссертацией.    А, как же иначе?   Ведь он  полюбил её,   детдомовку;     хотя родители его, так и не приняли её, как невестку.    Но, он потом и сам, защитившись, в спокойной и сытой обстановке, нашёл себе  любимую помоложе. И, Наташа слышала  от своих коллег, что  у них  скоро будет ребёнок.   

А, она не могла позволить себе такую роскошь. Теперь же, это  уже несбыточные   мечты.   Да и от кого рожать их, этих детей?  От этих предателей и приживал? Нет.   Её поезд,  в этом направлении ушёл и,  ушёл безвозвратно.

 Вот так закончилась их  с мужем любовь и доверие.   А, теперь, она  доверяла, лишь своему  Меркуше   и, уже,  наверное, никогда и никого не сможет полюбить больше.   Из мужчин.  Все они одним миром мазаны, как говорила её  любимая воспитательница, няня  Арина.

 


  Маргарите Сергеевне сегодня  исполнилось, тоже  сорок и она могла бы быть ещё Ритой, Марго, или же на европейский манер Марж, но в силу того, что была руководителем серьёзной фирмы, ее,  называли  здесь    все строго по отчеству.     И, видно поэтому – то,   и выглядела она и вела себя, на все сто. Серьёзная, ухоженная, спокойная,  выдержанная. Чёртики в глазах, конечно же, присутствовали,  ведь, только сорок же.    Но, это, только  в исключительных случаях. На работе, она была строга и выглядела,  исключительно  на   Маргариту Сергеевну.

 Рост и фигура модели, зубы актрисы,  цвет кожи аристократки в пятом колене. Руки двадцатилетней девочки. Шевелюра, аля Софи Лорен.   Ноги, как говорят – от ушей.

 Но муж её,  пятидесятилетний  красавец, юрист,   завёл на стороне, молоденькую  финтифлюшку. Маргарита узнала это от своей близкой подруги.  Уж, чего ему не хватало  у своей благоверной, это было секретом.   Но, значит, чего - то не хватало, раз он увлёкся другой.    Говорят,  если любят,  не смотрят на сторону.    Здесь же любви больше  не было, по всей видимости. А, может, её не было и никогда?   В смысле, она была односторонняя?  Маргарита  же  любила мужа  нежно и преданно.   От этого   было  ещё больнее.   Ты всем сердцем, а тебе гадости в ответ.

И, хотя говорят, не верь ушам, а поверь, только, когда увидишь собственными глазами, она почему – то верила  словам подруги.  Ведь, теперь же стало актуальным,  сорок лет – бабий век,  кризис возраста. Ну и молодое тело, притягивает  магнитом,   «мальчиков»  кому  за сорок.   Значит её Антоша,  не исключение из этих новомодных правил.   Но и, как   это  остановить? Просто, ассоциация со всем  молодым.    Пусть это: глупость,  причём несусветная,  меркантильность,  несерьёзность, но молодая  же.

 Им кажется, что и они сами от этого молодеют.   Хотя, это, только кажется.  И, только им.    А,   со стороны, это видится совсем по-другому.  Просто уморительно и нелепо. И, даже пословица гласит:  «Состарившийся волк делается посмешищем собак". Смысл её, конечно же,  не в физической слабости, связанной с возрастом. Просто  она подчеркивает, что попытки подражать молодости, соревноваться с молодым поколением в тех сферах, где важны новые подходы и энергия, выглядят нелепо.   Они же  тешат себя  этой мыслью и порой ведут себя  и выглядят на этом фоне смешно и неуклюже.  Как физически, так и морально.     Со своими отвисшими животами, плешивыми  головами, и нажитыми за годы  вредными  привычками. А то и порой гастритами геморроями и подаграми.    Ведь сидят сиднями в своих офисах.    Но  это,  конечно же,  как у кого прокатит.    Её супруг выглядел молодец  молодцом.   И стараниями, любящей  его  супруги, был бодр и здоров.  Видно поэтому – то и потянуло его на подвиги, что чувствовал он себя,   можно сказать, юношей.   

   Сама  Маргарита Сергеевна была  во всём щепетильной и исполнительной.   Да,   даже   лучше  сказать, педантичной.  По крайней мере, в отношении себя.  Муж и сын, жили, как им удобно, комфортно. 

Но, особенно, она уделяла внимание  здоровью. Как  своих родных, так  и  своему  личному.

  Она не пропускала ни одной диспансеризации.   Плановые обследования у узких специалистов, это закон.   В общем, вела   самый   здоровый образ жизни. 

Но, работа, как и всякого руководителя, это сплошные нервы и, нужно было быть ещё и семь пядей во лбу, чтобы твоя фирма процветала. А, иначе  или по миру пойдёшь, или же  акулы бизнеса  - соседи   проглотят, не  жуя. А, потом выплюнут на обочину жизни, переваренным  бесформенным  комком.      Ей  же   этого, совсем не хотелось.   

Родители   оставили ей бизнес,  и, она старалась не ударить в грязь лицом, хотя это было   нелегко.  Бизнес был строительный и, конечно же, не для женщины – руководителя. Но, она была  грамотна, трудолюбива, настойчива. Даже, можно сказать упёртая.   Отец вовремя поднатаскал её в этом плане, как  будто чувствовал, что  ей придётся  вскорости взвалить на себя этот  огромный груз.   Быть главой  строительной империи.    

Но, она справлялась и, даже преуспела на этом поприще.   И, немало  мужчин, руководителей   таких же направлений, не скрывая, с завистью   пожимали ей руку, после удачной сделки. Или же  выигранного   ею тендера, о котором сами мечтали, как о манне небесной. 

Родители её погибли в авиакатастрофе, царствие небесное им.   Мир праху их и покой душам.   Они оставили ей  немалое  благосостояние.     Плохо было, что  у неё не было ни сестры, ни брата.  Но, муж и сын, были всегда рядом и  восполнили    своим вниманием  её  утрату, да и работа не давала времени уходить в горе  глубоко. Так она и выплыла из  страшного траура, свалившегося на неё внезапно,
словно скала.   (Продолжение следует)