Глава 5. Комендор

На втором этаже огромного конвейерного цеха автомобильного завода «Москвич», перед панорамным окном, раскинувшись в кресле, сидел главный механик ремонтного цеха Арсений Анатольевич Яблочкин. Он недавно отпустил себе шикарные усищи и с интересом разглядывал свою физиономию в глянцевом отражении монитора.
Залихватски закрученные усы выглядели абсолютно роскошно, но совершенно сбивали начальственную строгость, положенную ему по должности. С ними он стал похож на комендора с какого-нибудь флибустьерского фрегата — и от этого весь коллектив в его подчинении напрочь отказывался трепетать. Любая публичная выволочка немедленно оборачивалась гомерическим хохотом и не имела никакого эффекта. Даже проверенное годами устрашающее выкатывание глаз и долгая пауза с наклоном головы, что раньше действовало безупречно, теперь вызывало у нерадивого слесаря не ужас, а дикий гогот, словно тот присутствовал на съёмках комедийного сериала.
Карьера рушилась. Дисциплина стремилась к нулю.
Вот и сейчас, заметив, как старый и всеми уважаемый слесарь-ремонтник Геннадий Иваныч вместо квалифицированного ремонта сложного датчика на дорогом шведском манипуляторе сварки размахнулся от души и вдарил по нему средней кувалдой, Яблочкин по привычке вскинулся было бежать устраивать форменный разнос... но вдруг остановился, обречённо махнул рукой и снова брякнулся в кресло, уставившись на отражение в мониторе.
Он с горечью осознал: новые усы — символ мужественности и брутальности, о котором он так мечтал, — превратили его из грозного начальника в персонажа комикса. Даже ушлый Геннадий Иваныч, который раньше при его появлении хватался за инструмент и делал вид, что усердно трудится, теперь позволял себе бить кувалдой по импортному оборудованию стоимостью с хорошую иномарку.
Самое обидное — это работало. Робот-манипулятор, над которым три дня колдовали инженеры КИПиА, после удара кувалдой ожил, зажужжал и заработал как новенький.
—
Над цехом прозвучал надсадный гудок — обед.
На копошащуюся массу рабочих это подействовало как команда «полундра» на корабле. Чёткие, слаженные действия человеческого муравейника в мгновение ока сменились беспорядочными перемещениями отдельных элементов. Завод из отлаженного механизма швейцарских часов превратился в муравейник, в который со всего маху сел медведь. Все побежали кто куда. Гул станков, жалобно ёкнув, сбавил басовитую тональность до почти неслышного шелеста. Роботы замерли в неестественных позах. Деловито сновавшие туда-сюда кары остановились, и на одном из них, на постеленной газете, тут же организовалась доминошная баталия.
У Яблочкина зазвонил смартфон. На экране — лицо закадычного друга и одноклассника Толика.
— Да-да, старый разбойник! Какие сумасбродные идеи тобой овладели на этот раз? Слушаю тебя внимательно.
— Приветствую великих механиков! Как жизнь?
— Отлично! Работу работаем! — сказал Яблочкин, делая в отражение монитора свирепую физиономию и накручивая ус, придавая ему направление вверх. Ус сопротивлялся и тут же раскручивался обратно.
Плюнув на это занятие, он оттолкнулся ногой от стола и поехал на кресле к огромному принтеру у противоположного окна. Из-за стекла на него удивлённо уставилась ворона, деловито разделывающая куриную косточку.
— Слушай, старик, дело есть!
— Ограбить банк? Я за!
— Надо провести комплекс ремонтно-восстановительных работ. В короткие сроки, с высочайшим качеством и полной секретностью. Всё как ты умеешь.
— Наша фирма есть выполнять люпой каприз саказчик, люпой срок, люпой объём! — механическим голосом прогнусавил Яблочкин, строя страшную гримасу вороне.
— Короче, Самоделкин. Тут дело такое… Не по телефону. Можешь сегодня подъехать на Южнопортовую? Там введу в курс.
— Предполагает ли данное предприятие неограниченное финансирование и обильные угощения во время выполнения подряда?
— Предполагает, предполагает. Тащи свою задницу к Нагатинской пойме, со стороны Южнопортовой. Там у дырки в заборе тебя встретят.
В трубку прорвался голос Кепа.
— О-о-о… Кого я слышу. Старый пират тоже в деле. По всему видать, замышляется большой бада-бум. Если две столь одиозные личности сблизились на критически опасное расстояние, добром это не кончится. Представитель нашей фирмы прибудет в назначенный час к секретному месту у забора! Только смену доработаю.
— Ладно. Как подъедешь — гудни, мы услышим.