Патриарх химии. Глава третья. Руководство наукой

В конце 70-х годов прошлого столетия, когда я работал начальником отдела сбыта химкомбината, часто бывал в различных вышестоящих организациях (Госснаб СССР, Всесоюзные объединения «Союз» и «Россельхозхимия», Главснаб Министерства химической промышленности), где приходилось решать вопросы поставок продукции народному хозяйству. Положительное их решение всегда зависело от отраслевой поддержки, и я постоянно обращался к Новикову, который оперативно вмешивался и безотлагательно помогал заводу. О нём шла молва как о перспективном руководителе, прямолинейном, глубоко вникающем в суть дела, ближайшем помощнике,  возможном претенденте и преемнике самого Констандова, который его ценил, и многое в работе доверял.
И вдруг там, «наверху», прошел слух, что заместитель министра, будучи в Казахстане, серьезно «разнес» тамошних заводчан за неудовлетворительную работу и неспособность выдерживать нормы технологического режима:
– Вы когда-нибудь, в конце концов, научитесь самостоятельно работать, а не выезжать на командированных?.
Эта справедливая критика местных работников стала предметом обсуждения в обкоме и Центральном комитете партии Союзной республики. Сам Д.А. Кунаев обратился с жалобой на столичное руководство к Брежневу. Поговаривали, что они были далекими родственниками. Тот, в свою очередь, выразил свое неудовлетворение этим случаем Костандову. В результате Анатолий Артемович в срочном порядке был переведен генеральным директором НПО «Минудобрения» и руководителем «НИИУИФа».
И вот более чем четверть века спустя сидим у меня дома, и я задаю непраздный вопрос, на который Новиков неохотно и резко отвечает:
– О моем уходе из министерства  ходило очень много  различных разговоров. В большинстве своем они не имеют под собой никакого основания. В развитие фосфорной промышленности Казахстана государство вкладывало невероятные средства. Строили дороги, гостиницы, стадионы, жилье – все, что входило в пусковой комплекс желтого фосфора. К несчастью, производство его работало крайне неустойчиво, и можно было установить четкую зависимость: начинались ясные, весенние дни, и народ уходил с завода подработать на полях, где выращивали лук и другие сельскохозяйственные культуры. План не выполнялся, и это, конечно, вызывало тревогу у руководителей обкомов партий Джамбульского, Чимкентского и, естественно, Центрального комитета Казахстана. Однажды первый секретарь Д.А. Кунаев позвонил в Правительство и просил, чтобы приехал Костандов и разобрался на месте с положением дел. Предварительно туда под моим руководством была направлена группа проектировщиков и исследователей «Ленгипрохима». Мы детально разобрались в причинах неудовлетворительной работы завода. Комиссия установила, что из-за своевольного изменения технологии горных работ на объект поступало некачественное сырье переменного состава. Технологические свойства руды можно было бы улучшить в отделении подготовки сырья, высушив его путем прокаливания в печах, но это оборудование было остановлено и выключено из схемы производства, и в технологию поступал сырой, не прокаленный, как полагается по регламенту, фосфорит. Это вызывало грубое нарушение технологического режима, обрывы электродов в печах, получение продукта низкого качества. По приезду Л.А. Костандова я попытался доложить ему выводы комиссии о работе предприятия, но сделать этого не смог из-за противодействия местных работников. Успел лишь сказать, чтобы он обратил внимание на отделение подготовки сырья. К посещению министра руководители предприятия разработали специальный маршрут осмотра завода, но не учли, что тот не раз здесь бывал и хорошо знает это производство. Остановившись у цеха подготовки сырья, он спросил:
– Отделение работает?
– Конечно, работает, – был утвердительный ответ. И тут произошло неожиданное. Леонид Аркадьевич мгновенно взобрался на бетонную опору конструкции, где были проложены рельсы, по которым должны двигаться катки обжиговой машины, и, обнаружив на них двадцатисантиметровый слой пыли, резко загреб ее рукой и, сбросив на землю, рассерженно проговорил:
– И вы говорите мне, министру, что эта установка работает? Стыдно!
Конфуз был полный, и попытка очковтирательства была предотвращена. После обхода завода Леонид Аркадьевич с резкой критикой обрушился на его дирекцию и сразу поехал в ЦК Казахстана, где министр доложил о чрезвычайных нарушениях технологии на Джамбульском фосфорном заводе. Велась спокойная беседа и, казалось, что высокие руководители ясно поняли друг друга. Однако печь так и не была пущена в эксплуатацию, а через некоторое время состоялось Политбюро, на котором Д.А. Кунаев заявил, что химики никак не могут освоить производство желтого фосфора. На это заседание из отпуска был отозван Л.А. Костандов, и ему указали на упущения в работе министерства. Он решил принять строгие меры. Предложил мне оставить занимаемый пост, сказав, что пожизненных должностей нет, а ему надо доложить о реакции министерства. Таким образом, был подписан приказ о моем увольнении в связи с переходом на другую работу. Все было честно и благородно, и по тем временам, наверно, оправданно. Мы приняли меры, укрепили руководство и, как говорится, среагировали на критику сверху. Вот так я очутился во главе научно-производственного объединения «Минудобрения».
Оно объединяло исследовательскую часть и опытный завод «НИиУИФ», где можно было проверять экспериментальные разработки ученых. НПО включало в себя экспериментальные поля в Люберцах, Раменском и Долгопрудном, где в течение десятков лет накапливались результаты влияния внесения удобрений на урожайность тех или иных культур. Имелся головной проектный институт «Гипрохим», который разрабатывал проекты заводов основной химии, филиалы в Сумах, Свердловске и Туле. Это была организация – от разработки до внедрения в промышленность. К моему приходу на работу там проходила смена поколений. Ученые, много проработавшие в химической промышленности, создававшие те или другие процессы производства, уходили либо на пенсию, либо из жизни, а молодые люди, которые пришли к руководству лабораториями и отделами, практически не имели производственных навыков. Поэтому некоторые проблемы, с моей точки зрения, решались недостаточно четко, что приводило к затруднениям при освоении тех или иных мощностей. То были годы, когда в стране вводилось в строй бесчисленное количество новых объектов, производящих минеральные удобрения и сырье для них. Работа была крайне напряженной, организовывались постоянные командировки на стройки в таких количествах, о которых сегодня и мечтать трудно.
Ученые НИИУиФа тогда получали наряд-заказ на выполнение каких-то научно-исследовательских работ, получали деньги и спокойно сидели и работали над тем или иным процессом. А жизнь требовала новых проектов, нового оборудования, новых технологических решений. Анатолий Артемович начинает выправлять сложившуюся ситуацию. На одном из ближайших ученых советов каждый из руководителей лабораторий и отделов доложил о тех разработках, которые будут внедряться в производство и явятся новым шагом в развитии минеральных удобрений.
– Я предварительно изучил тематику работ института десятилетней давности. И то, что говорили на ученом совете, было точным повторением сказанного и 10 лет назад. Получился очень неприятный разговор, от которого у всех осталось тяжёлое впечатление. Стало ясно, что необходимо менять тематику и направлять работу молодых специалистов на то, чтобы она соответствовала требованиям, которые ставила перед нами химическая промышленность. В коллективе возникла нервозная обстановка, было много неприятных разговоров. Но затем положение дел стабилизировалось, и мы разработали и внедрили очень много рабочих проектов, – вспоминает Анатолий Артемович. Технология производства простого суперфосфата, внедренная на Константиновском химзаводе, была шагом вперед – она исключала открытый склад дозревания продукта, где в громадных объемах выделялись вредные фтористые газы, ухудшающие состояние воздушного бассейна города. Много интересных решений было внедрено на Череповецком заводе. Там в кратчайшие сроки вводились в строй крупнейшие мощности. Все новинки, которые можно было получить из-за рубежа и с наших родственных предприятий, там с успехом применялись. Получение фосфорной кислоты сопровождается образованием фосфогипса, который накапливается на специальных площадках в больших количествах. Для его перевозки необходимо содержать крупные автотранспортные колонны с ремонтными службами и сотнями первоклассных водителей. Московский институт совместно с другими организациями предложил использовать в этом северном районе с холодной зимой уникальную, в своем роде, технологию удаления фосфогипса и огарка серного колчедана гидротранспортом. Была предусмотрена замкнутая схема работы, в которой с помощью воды массу шлама транспортировали в отвалы, где она отстаивалась, осветлялась и вода возвращалась в технологический процесс. Эксперимент был отработан впервые в Советском Союзе, результаты – ошеломляющие, а главное, эта система даже в самые холода работала безотказно. Она успешно эксплуатируется до сих пор. Внедрение нового, полугидратного, метода получения фосфорной кислоты на Воскресенском и Череповецком предприятиях было, пожалуй, вершиной теоретической и практической мысли, воплощенной в химическую отрасль. При этом получали продукт более высокой концентрации, в больших количествах и с хорошими техническими показателями. Был также разработан и внедрен эффективный способ производства серной кислоты на Краснодарском химзаводе с повышенным содержанием серного газа на входе в контактные аппараты.
В те годы в стране развивалось новое направление – производство жидких комплексных удобрений методом тукосмешения. В обмен на жидкий аммиак в Америке закупали по импорту суперфосфорную кислоту. Сначала работники сельского хозяйства скептически относились к этой идее, но, в конце концов, ученые и работники министерства химии убедили их в перспективе этого дела. Закупили семь установок с базовым раствором азота и фосфора как 10:34%. Разместили их на Украине – в Сумах, Ровно; в Прибалтике – Вентспилсе, в России – Ефремово, Балаково, Куйбышев и других городах. После этого в Америке приобрели еще две современные установки, одну разместили в Сумах, другую – здесь, в Воскресенске, на единственной в Союзе опытно-экспериментальной базе. Об этих начинаниях с большой гордостью говорит директор воскресенского филиала «НИУИФ» Лембриков Владимир Михайлович:
– На территории комбината были построены два опытных цеха: серной кислоты и минеральных удобрений, где осуществлялось широкое развитие химической науки. В девяностые годы прошлого века здесь работало около семисот высококвалифицированных работников: из них 20 кандидатов технических наук. В нашем филиале, на промышленной площадке, для специалистов сельского хозяйства проводились научные семинары, где им объясняли эффективность новых видов удобрений. Было также закуплено по импорту оборудование для внесения удобрений в почву.
В Воскресенском районе впервые в стране была воплощена в жизнь замкнутая система связи промышленного предприятия с сельским хозяйством. Заключался творческий договор, и специалисты–химики выезжали на поля, отбирали почвы, делали картограммы, на основании которых вместе с агрономами обсуждали, что стоит сеять на данном участке земли. Ученые предлагали внести удобрения конкретного состава с различными микроэлементами под конкретный запрограммированный урожай. А затем точно под это поле и под заданную культуру производилась жидкая тукосмесь – на основе базового раствора с соотношением азота и фосфора, как 10:34, с включением карбамида, аммиачной селитры, калия и других микроэлементов в виде раствора или суспензии. Кроме этого, получил путевку в жизнь и раствор КАС – карбамидноазотная смесь. С приходом Новикова в НИИУИФ промышленность начала интенсивно осваивать производство жидких комплексных удобрений, причем различных модификаций – с микродобавками, с разным содержанием азота, фосфора, калия и других полезных веществ. Все это, на радость селянам, вносилось в почву в течение 1989-1993 гг. специальной  импортной техникой. Резко повысилась урожайность, при этом снижалось количество требуемых удобрений за  счет отсутствия потерь и равномерного внесения их в почву. И все поняли: это то, что нужно. Но когда начались дикая перестройка и приватизация, все это рухнуло и кануло в лету…
В те годы наш филиал разработал схему получения суперфосфорной кислоты с содержанием Р2О5 70%. По этой технологии построены и пущены в эксплуатацию установки в Краснодаре, на Белореченском, Балаковском химзаводах, а также небольшая опытная установка на Воскресенском химкомбинате. Здесь отрабатывались производственные процессы – самостоятельно, но под непосредственным контролем головного московского института. Анатолий Артемович уделял большое внимание новому направлению в развитии производства чистой фосфорной кислоты, которое знал в совершенстве. Для получения тринатрийфосфата, моющих и чистящих средств ранее широко использовалась чрезвычайно дорогая термическая фосфорная кислота. Ее производство требовало огромного количества электроэнергии. Предвидя ее неизбежное удорожание, мы по согласованию с головным институтом вели исследования по получению очищенной кислоты. Нам удалось  впервые в стране в 1994 году создать опытную установку мощностью восемь тысяч тонн в год, с доведением выпуска до шестнадцати. Новая продукция пользуется неограниченным спросом. Для промышленных нужд ее с успехом покупают Белоруссия, Украина и Москва. Сильный производственник и самодостаточный специалист, Новиков очень интересно и грамотно проводил все ученые советы, тематика которых была максимально приближена к производству. Как председатель научного сообщества, Анатолий Артемович отчетливо видел ростки нового, которые в перспективе дали бы ощутимые научные и практические результаты в химии и сельском хозяйстве. И,  как ни парадоксально, он отдал много сил, времени  и кипучей энергии использованию в промышленности обедненных фосфоритов Кара-Тау.
Работая и в министерстве, и в институте, он постоянно держал в поле зрения вопросы, связанные с  переработкой фосфогипса на вяжущие и строительные материалы. Директор НИИУиФа особое внимание уделял водооборотным замкнутым системам, которые и до сих пор работают и совершенствуются на Воскресенском и Балаковском предприятиях. Под умелым руководством Новикова  коллектив института разработал немало принципиально новых схем по вовлечению в переработку различных видов фосфатного и нетрадиционного сырья. Разработана технология и внедрен процесс получения фосфорно-кальциевого серосодержащего удобрения из сирийских фосфоритов. Освоена технология производства комплексных удобрений для питания растений на искусственных субстратах, для внекорневой подкормки для приусадебных участков, микроудобрений с медленно действующей формулой. Освоен процесс выпуска гранулированного аммонизированного простого суперфосфата поточным способом с аппаратом БГС с использованием хибинского концентрата и фосфоритов разных месторождений (марокканских, сирийских, кингиссепского, алжирских и др.) на Сумском ПО «Химпром». Разработана и внедрена технология производства гранулированных комплексных органо-минеральных удобрений на Буйском и Гомельском химических заводах. Модернизировав метод получения аммофоса, на ряде заводов стали выпускать новый продукт – аммофосфат, который значительно дешевле в производстве. При этом использовалось сырье с пониженным содержанием фосфора. Производство аммофосфата давало хороший экономический эффект, продукт обладал хорошими агрохимическими свойствами. Новый вид удобрений выпускали на Самаркандском и Алмалыкском заводах при активном участии директоров этих предприятий и ряда ученых Московского института.
За время работы в НИИУИФе Анатолий Артемович Новиков защитил кандидатскую диссертацию по интенсификации технологии экстракционной фосфорной кислоты, написал и издал книгу: «Фосфогипс и его использование». Он имеет более ста изобретений, авторских свидетельств, многие его работы представлялись на ВДНХ и удостаивались золотых медалей. А в 1984 году за выдающиеся заслуги в области науки и техники, за внедрение в промышленность высокоэффективного способа производства минеральных удобрений ему вручена Государственная премия.