Катастрофичность атомизации всех, всего и вся

С начала третьего тысячелетия в российском обществе стал активно распространяться, став за короткое время необычайно популярным, термин «атомизация общества». И вот уже два десятилетия этот термин используется весьма интенсивно, прежде всего, на различных интернет-площадках. За это время термин об атомизации общества настолько примелькался в самых различных по уровню образования, осведомлённости в политических вопросах, пониманию социальных проблем слоях общества, что сегодня толком мало кто может что-то определённое сказать об однозначности  его смыслового значения. Ну а отслеживать во времени его вариативность, связанную с изменением понятийности непосредственно самого процесса дробления общества, смысловая наполняемость которого с каждым новым годом непрерывно усложняется, охватывая всё новые и новые предметные области, расчленение которых на мельчайшие корпускулы ещё десять лет назад никто не мог представить себе даже в кошмарном сне. Однако де вопреки всему этот термин с крайне неоднородным смысловым значением всё более и более набирает популярность среди россиян, каждый из которых исключительно на интуитивном уровне воспринимает его смысловое значение. Поэтому о точном определении этого термина сказать нечего, хотя бы потому, что в сегодняшние дни атомизация общества – это в неоспоримом отношении нечто совершенно иное, нежели то, что первоначально имелось в виду под этим термином в нулевые годы. 

В частности, непомерно расширяющийся процесс общественной атомизации напрямую поспособствовал прекращению каких-либо попыток атомизированных людей понять друг друга, поскольку, как ни странно, атомизировались и лексемы русского языка. И теперь каждый член общества те или иные слова или устойчивые выражения воспринимает исключительно в соответствии со своим понятийным аппаратом, не обращая никакого внимания на объяснительные записи в появившихся во многом числе  толковых словарях. И с таким положением дел никто ничего поделать не может, поскольку в обществе разрушен и утрачен практически весь объединительный инструментарий, с помощью которого можно было бы, как в прежние времена отсутствия всеобщей социальной атомизированности, влиять в едином ключе на лингвистическое единство лексем русского языка.

Что из сего факта следует? Очень многое, чего даже в крайне сокращённом варианте перечислять придётся долго и в большом объёме вещания. Да, собственно, в этом и нет никакого смысла, поскольку всё равно каждый всю подобную фактуру воспримет строго по-своему, а то ещё и в драку полезет, хотя, если истолковать якобы оскорбительные слова в понимании словаря того же Ожегова, то вполне может быть, что из-за них не драться надо, а умиляться друг другу. Во всяком случае, писателями теперь стало опасно быть, поскольку то или иное нейтральное писание автора кто-то может принять за смертельное оскорбление своей личности, ну и, соответственно, совершить в отношении него некие реальные действия противоправного порядка. Однако же гораздо более трагические последствия могут наступить в том случае, если люди, задействованные в управлении сложного технологически небезопасного производства, перестанут правильно понимать слова должностных инструкций, что может вызвать небывало катастрофические техногенные последствия.

И, конечно же, если развитие процессов атомизации в обществе не остановить каким-либо нетривиальным способом, при этом понимая, что простые тривиальные способы уже не работают, ибо стали бесполезными, а уповать надо на что-то ранее совершенно немыслимое, авантюрное и совершенно неоднозначное, то впереди скоро замаячит полнейший развал страны на мелкие атомарные части.


13.01.2024



Сергей БОРОДИН