Про войну и про Любовь - Глава 5
Владимир Курочкин
Батальон наш идет в наступленье.
В лоб - на танки...Такой приказ.
Я, стреляя, бегу за взводным
В первый раз, в первый раз.
Дронов свист, броник давит шею.
Вот опорник: дым, сажа, грязь.
Вижу трупы на дне траншеи
В первый раз, в первый раз.
Кровь кипит, злость наружу просится.
Рукопашная. Вражий спецназ.
Бью прикладом по переносице
В первый раз, в первый раз...
… Два часа нас арта крошила,
Выполняя из ада заказ,
До рассвета тащил командира
В первый раз, в первый раз.
В блиндаже сердце рвалось долго.
Отодвинул холодный квас.
Самогон обжигал мне горло
В первый раз, в первый раз.
В первый раз...
© Copyright: Владимир Курочкин, 2026
Свидетельство о публикации №226020901511
РЕЦЕНЗИЯ на «В первый раз» (Владимир Курочкин)
Сильные стихи, Владимир! Очень сильные!!! Я думаю, такое возможно написать, только если сам это пережил, хотя приходят изредка на Землю люди, типа Владимира Высоцкого, которым силою своего таланта удаётся настолько достоверно передать эмоции при любой ситуации, что им веришь, хотя они в ней не были…
Сейчас читаю "Записки штабс - капитана" Алексея Новикова, который воют с начала СВО на СУ-34 и выполнил уже около 1200 БОЕВЫХ вылетов!!!
.... "При этом, за эти пару дней, несколько командиров экипажей все же выполнили указания Командующего. Это были мои хорошие друзья по училищу. С ними я познакомился в первые дни абитуры в Краснодарском авиационном училище. Как гром среди ясного неба пришло указание армейского командования Киевской группировки – прекратившие выполнение задания экипажи обвинялись в трусости и предательстве.
18.8K views
16:34
Записки Штабс-Капитана
….. Авиационному командованию надлежало прекратить их планирование по задачам полка, вооружить и экипировать эти экипажи личным оружием и средствами индивидуальной бронезащиты и в кратчайшие сроки выслать их в армейские подразделения на должности, соответствующие общевойсковым. Иными словами – отправить в пехоту. Видимо, смывать свой позор кровью. Выполнение ими прямого приказа при этом не учитывалось.
Только что начавшийся день перевернулся с ног на голову. Экипажи были сразу же отстранены от полётов. Авиационное командование спешило выполнить указание. В кратчайшие сроки мои друзья получили автоматы и бронежилеты, сменив свои белые защитные шлемы на зелёные армейские.
Я воспринял ситуацию как личное оскорбление. Трусы, предатели. В грудь словно вошёл чей-то кулак. Мы читали бумагу снова и снова. Она изобиловала эпитетами. Экипажи обвинялись в малодушии. Трусы. Предатели. Внутри всё громыхало горькой обидой. Если честных офицеров и хороших лётчиков обвиняют в исполнении приказа – это и моё личное оскорбление. Я был с этими людьми в самых жарких боях СВО. Наши самолёты всегда шли рядом.
Трусы. Предатели. Сердце резало несправедливостью и обидой. Моему возмущению не было предела. Перед лицом стояли наши сбитые экипажи. Надо полагать, они тоже обвинялись в этой низости. Мы сами научились ненавидеть врага, трезво оценивая его отношение к нам. С той же ненавистью я возненавидел штабных управляющих. Свое ничтожество они возвели до тех высот, когда могут обвинять других в трусости и малодушии.
Однако, решение по моим товарищам быстро изменили. Видимо, по ходатайству авиационного командования. Решено было направить экипажи в тыл группировки в том же описанном статусе. Там они провели около недели, подорвав нашу боеготовность своим отсутствием. Само смягчение наказания не было признанием их невиновности, их просто убрали с глаз долой.
Ситуация меня сильно поразила. Ощущение попранного достоинства не оставило меня по сей день. Как отвечать на это? Для себя я видел только лишь один выход. Я решил, что никто и никогда более не посмеет обвинить меня в трусости, не запишет в предатели. Всё моё естество требовало реакции.
С этого момента я не буду выполнять подобные приказы. Я более не уведу свой самолёт, как тогда, под Фастовом, какими бы ни были обстоятельства. Я не буду считаться с отказами системы РЭБ. Я не буду обращать на указания с земли или самолёта прикрытия никакого внимания. Меня смогут обвинить в чём угодно, но не в малодушии и трусости. Но я не мог отвечать только лишь за себя. Я обговорил данную тему со штурманом. Мне повезло встретить такого прямого и крепкого человека, как Стальной. Он поддержал меня в этом вопросе.
Очень скоро у нас случился подобный отказ. Выполняя задачу за Житомиром, на пути к нему у нас произошёл полный отказ системы РЭБ. Мы, обменявшись парой крепких выражений, продолжили полёт. Более того, я специально прошёл над самим городом. Я сделал это быстро, прямо над его центром. Самолёт утопал в городских огнях. Тёмное крыло светилось и отражало свет. Кабина залилась разными цветами. Пускай будет так, подумал я тогда.
– Новиков, ты почему не выполняешь приказ Командующего?! – позднее спросил меня залетевший в комнату комэска, тряся результатами объективного контроля, который зафиксировал отказ.
– Зачем, чтобы вы и меня обвинили в трусости?
– Идите нахрен – сказал упрямый Стальной.
Систему много раз потом дорабатывали. В том числе и в отношении подобного отказа. Сейчас она полностью другая. Перерожденная с учётом боевой эффективности…..»
Жму краба, ВВЧ.
Полковник Чечель 19.02.2026 20:46
+ добавить замечания
Спасибо, Василий! Очень интересный рассказ. Во время боевых действий нервы очень напряжены. И особенно возмущает несправедливость и бездарность руководства.
С уважением!
Владимир Курочкин 19.02.2026 21:13
КУРЬЁЗЫ АВИАЦОННЫХ ГПРНИЗОНОВ
Кстати, поведаю ещё об одном случае, происшедшем в Острове. Нас сразу предупредили, что кожаные куртки в раздевалке
столовой лучше не оставлять, могут «увести». Прилетел с проверкой наших полётов начальник Боевой Подготовки авиации Балтийского флота полковник Цыбин. Увидел, как мы тащим куртки в зал и вешаем спинки стульев: «Тов. офицеры, ну что вы как «мешочники», есть же раздевалка и вешалки».
Мы ему: «Тов. полковник, подальше положишь – поближе возьмёшь. Тут иногда куртки пропадают». «Да, бросьте вы, тов. офицеры, наговаривать на гарнизон. Показываю пример, вешаю куртку на вешалку. Кто ещё?» Но что-то примеру полковника никто не последовал, все потащили куртки в зал.
Пообедали, выходим, куртки Цыбина нет. Он, улыбаясь: «Ну, ладно, пошутили и хватит. Отдайте куртку». Все смеются, но куртку никто
не возвращает. Цыбин: «Ну, хватит, мне надо на вылет», - уже более серьёзным тоном. Но, опять никто не отозвался. Тогда полковник уже матом: «Бл… , отдайте куртку». Но, увы, «уплыла, родимая. Правда, потом он заставил начальника вещевой службы полка выдать ему новую куртку со склада, но остальным показал пример, как не надо делать.
От себя добавлю, вот попадётся в здоровом воинском коллективе такая вот «паршивая овца», и тень позора ложится на весь гарнизон – «А, это Остров, где в столовой куртки пропадают!» Я такого явления больше не встречал нигде: ни в Храброво, ни в Быхове, ни в Чкаловске...
ПРО ЛЮБОВЬ – Глава – 5
Хотя в Быхове как-то случайно подслушал один разговор, как мама воспитывала дочку, идущую на танцы в Дом Офицеров: «Ты, Танечка, когда знакомиться будешь, сразу уточняй, он лётчик или штурман. Потому что рядовой командир корабля – это капитанская должность, а штурман может оказаться вечным старшим лейтенантом. А с техниками иди на танец только если красивый очень». Вы сами можете представить, какая жена вырастет из такой девицы.
Но вернёмся к девушкам в нашей лётчиской жизни ближе к 8 марта, а сейчас ещё раз спокойно и скрупулёзно подумаем – «А всех ли я помню друзей, подчинённых, сослуживцев, соседей, да и просто хороших людей в доме и городе, кого знаю, что они точно в армии служили, чтобы завтра, 23 февраля 2026 года поздравить всех с праздником! Любви, Здоровья, Удачи, Победы и Мирного неба над головой!!!»...
Рецензия на «Тернистый путь к звёздам космонавта Лончакова» (Полковник Чечель)
Замечательное воспоминание! Биографию таких людей надо в школе читать!
Такие люди эксклюзив, их не так много!
Спасибо,Василий Васильевич!
С теплом!
Любовь Витт 21.02.2026 23:18
Свидетельство о публикации №226022200898
Игорь Струйский 23.02.2026 16:24 Заявить о нарушении