8. Тогда же, Иона

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Господнею волей в тот год обрушились на людей русских многочисленные страдания. С окончанием зимы холода не покинули землю, снег падал даже в мае. Из-за этого совсем не собирали урожая, навалился голод. Новгородцы всегда закупали пшеницу в Низовской земле, поскольку собственная не рожала столь необходимой культуры. Но теперь Московии не хватало урожая для себя, и торговля зерновыми замерла при том, что цены на дефицит взлетели до небес.

Новгородские власти вынужденно отворили свои закрома для низких людишек во избежание голодных бунтов. Но запасы быстро иссякли, а закупка пшеницы за рубежом было делом небыстрым.

И всё же Новгород мог пережить трудные времена — всякое бывало за более чем пятисотлетнюю историю — однако на голод и неурожай наложилась моровая язва, избравшая республику своим эпицентром, а также ожидание конца света с предшествующими ему карами.

Великоновгородский и псковский архиепископ Иона в который уже раз созывал священников, чтобы обдумать, как встряхнуть погрязших в фатализме и равнодушии людей, заставить их поверить в спасение, вернуть желание жить. Исходя из ситуации, основополагающей в тот период была борьба с грехом уныния, который миряне вечно недооценивали. Остальные смертные грехи лишь проистекали от него. Священнослужители в проповедях убеждали людей не опускать руки и стойко превозмогать посланные испытания.

В конце года, когда начались первые признаки спада эпидемии, архиепископ организовал крестный ход. После него мор хоть и не прекратился, но ощутимо пошёл на убыль. Эти два обстоятельства люди связывали между собой, что укрепляло их дух и авторитет церкви. Стало возможным хотя бы ненадолго выдохнуть. Только владыка Иона да члены знатной верхушки знали более-менее точное число жертв язвы. По их подсчётам в Новгородской земле скончалось 250652 человека, в самом Новгороде — 48402, среди них 7650 монашествующих и 300 священников.

Архиепископ призвал подчинённых всё же не успокаиваться, продолжать проповеди и сам подавал пример, выступая перед народом. А между тем он готовился к новым, мирским, заботам, которые временно пригасила вспышка язвы. Заботы эти касались стремления новгородцев (в особенности верхней её части) оградить свою древнюю независимость от Москвы.