Смерть с доставкой на дом. Глава 9. Детектив

Глава 9. Оладьи с черникой и местные сплетни

Миссис Дин-старшая исчезла так же внезапно, как и миссис Крэбтри.

Зеленый "остин" словно растворился в тумане, и сколько Пайн ни всматривался в уходящую за поворот дорогу, он видел только серую пелену и голые ветви деревьев.

Констебль Хопкинс стоял рядом, красный от стыда и неловкости.

— Я не думал... — бормотал он. — Она сказала, что ей нужно в аптеку, что у нее голова болит... Я не имею права задерживать человека без ордера...

— Успокойтесь, констебль, — Пайн положил руку ему на плечо. — Это не ваша вина. Она ждала момента. И воспользовалась им.

— Но что теперь делать?

— Теперь — искать. И быстро. Она не могла уехать далеко. У нее здесь дом, сын, вся жизнь. Она вернется. Или...

— Или что?

— Или мы найдем ее там, куда она сбежала. А сбежала она, скорее всего, туда, где спрятала миссис Крэбтри и садовника.

Он повернулся к Хопкинсу:

— Звоните в Эйструп. Пусть перекроют все дороги в округе. Зеленый "остин", номерной знак... вы запомнили?

— LD 7892, — выпалил Хопкинс. — Я записываю все машины в деревне. Профессиональная привычка.

— Отлично. Звоните.

Хопкинс убежал в гостиницу к телефону. Пайн остался один у пруда.

Туман редел, открывая черную гладь воды, голые ивы, два дома по разные стороны — большой каменный и маленький с зелеными ставнями. Тишина стояла такая, что было слышно, как падают листья.

Пайн думал.

Миссис Дин-старшая бежала. Значит, она виновна — как минимум в покушении на отравление. Но успела ли она убрать миссис Крэбтри? Или та еще жива? И где садовник? Свидетель? Сообщник? Или тоже жертва?

Из дома миссис Мэдисон донесся звук — скрип калитки. Пайн обернулся.

Из калитки выходила мисс Грейс, экономка, все в том же строгом черном платье. В руках она несла корзинку, прикрытую салфеткой.

Она увидела Пайна, на секунду замерла, потом решительно направилась прямо к нему.

— Мистер Пайн, — сказала она, останавливаясь в двух шагах. — Миссис Мэдисон просила передать, что хочет вас видеть. Немедленно.

— Что-то случилось?

— Она получила еще одно письмо, — губы мисс Грейс сжались в тонкую линию. — Анонимное. И теперь... теперь она в истерике.

Пайн немедленно направился к большому дому. Мисс Грейс шла следом, и он слышал за спиной ее быстрые шаги.

В гостиной миссис Мэдисон сидела в кресле у камина, но сегодня она не походила на статую. Она тряслась, комкала в руках носовой платок, и глаза ее были красными от слез.

— Мистер Пайн! — воскликнула она, увидев его. — Слава богу, вы здесь! Посмотрите! Посмотрите, что мне прислали!

Она протянула ему листок бумаги — дешевый, вырванный из блокнота, исписанный теми же печатными буквами, что и письма миссис Крэбтри.

Пайн прочитал:

«ТЫ ДУМАЛА, ЧТО ОТДЕЛАЛАСЬ? ТРИДЦАТЬ ЛЕТ ТЫ ПРЯТАЛАСЬ ЗА ЧУЖИМИ СПИНАМИ. ТЕПЕРЬ ПРИШЛО ВРЕМЯ ПЛАТИТЬ. СМЕРТЬ ПРИХОДИТ С ПОЧТЫ»

— Когда пришло? — спросил Пайн.

— Сегодня утром. С первой почтой. Я не хотела открывать, но мисс Грейс сказала, что это может быть важно... — она всхлипнула. — За что, мистер Пайн? За что они меня мучают? Я ничего не сделала!

Пайн внимательно рассматривал письмо. Та же бумага, те же буквы, тот же стиль. Несомненно, тот же автор, что писал миссис Крэбтри.

— Миссис Мэдисон, — сказал он мягко. — Вы должны мне рассказать все. Абсолютно все, что знаете о пожаре. Иначе я не смогу вам помочь.

Она подняла на него глаза — затравленные, полные ужаса.

— Я ничего не знаю, — прошептала она. — Клянусь вам, ничего. Гарольд никогда не говорил со мной о делах. Я была просто женой. Красивой куклой для приемов.

— Но вы что-то подозревали?

Она молчала долго. Потом кивнула.

— Да, — сказала она чуть слышно. — Подозревала. Особенно после того, как...

— Как что?

— После того, как ко мне пришла Маргарет. Миссис Дин. Через неделю после пожара.

Пайн насторожился.

— Что она говорила?

— Она... она была странной. Пришла вся в черном, с лицом как камень. Сказала: «Ты знаешь, что сделал твой муж? Он убил моего Альберта». Я не поняла. Альберт был жив, я видела его на похоронах Гарольда. А она сказала: «Альберт умер в ту ночь, когда сгорела фабрика. То, что ходит сейчас — не Альберт. Это тень. Пустая оболочка». Я испугалась. Думала, она сошла с ума от горя.

— И что вы ответили?

— Ничего. Я выпроводила ее. А через месяц она уехала из Лондона обратно в деревню. И больше мы не виделись до... до недавнего времени.

Пайн задумался. Это было ново. Альберт Дин умер в ночь пожара? Но он же прожил еще много лет, умер только пять лет назад. Что имела в виду миссис Дин?

— Спасибо, миссис Мэдисон, — сказал он. — Это очень важно. А теперь слушайте меня. Вы должны быть осторожны. Никому не открывайте дверь. Ничего не ешьте и не пейте из того, что приносят посторонние. Если получите еще письма — сразу сообщите мне. Я в гостинице.

Она кивнула, все еще трясясь.

Пайн вышел. В прихожей его ждала мисс Грейс с корзинкой.

— Вы куда-то собирались? — спросил Пайн.

— На рынок, — коротко ответила экономка. — За продуктами. Миссис Мэдисон нужно есть, даже если ей страшно.

— Я провожу вас, — предложил Пайн. — Мне как раз нужно в деревню.

Они пошли вместе. Мисс Грейс молчала, глядя прямо перед собой, и Пайн чувствовал, что эта женщина знает больше, чем говорит.

— Мисс Грейс, — начал он. — Вы работаете у миссис Мэдисон три года. Что вы о ней думаете?

— Она хорошая женщина, — сухо ответила экономка. — Добрая, щедрая. Только очень несчастная.

— А о миссис Дин-старшей?

Мисс Грейс поморщилась.

— О ней я ничего не знаю. Мы не общаемся.

— Но вы, наверное, слышали сплетни?

— Я не слушаю сплетни, мистер Пайн. Сплетни — удел праздных людей.

Они вышли на главную улицу. Рынок уже разворачивался — несколько лотков с овощами, телега с рыбой, женщина в платке продавала домашнее масло и яйца. Мисс Грейс направилась к мяснику.

Пайн огляделся. Взгляд его упал на маленькое кафе с вывеской «У Молли». Из открытых дверей доносился запах свежей выпечки и женские голоса.

Он решил зайти.

Внутри кафе оказалось маленьким, уютным, с четырьмя столиками, покрытыми клетчатыми скатертями. За двумя столиками сидели женщины — местные, судя по одежде и манере держаться. Они пили чай и ели оладьи с черникой, политые густым сиропом.

За стойкой стояла полная женщина лет пятидесяти с добрым лицом и руками в муке — очевидно, та самая Молли.

— Доброе утро, — сказал Пайн, присаживаясь за свободный столик. — Чаю и оладий, пожалуйста.

Молли окинула его быстрым взглядом — такие взгляды умеют бросать только женщины, которые знают всех в округе и мгновенно вычисляют чужаков.

— Вы тот самый детектив из Лондона? — спросила она, ставя перед ним тарелку с пышными оладьями и чашку дымящегося чая.

— Он самый, — улыбнулся Пайн. — А вы, видимо, Молли, чье имя носит это заведение?

— Она самая, — женщина улыбнулась в ответ. — У меня тут все бывают. И чай пьют, и сплетни обсуждают. Если хотите узнать, что в деревне происходит — вам ко мне.

— Именно поэтому я здесь, — признался Пайн, отламывая кусочек оладьи. Оладьи оказались восхитительными — пышными, воздушными, с кислинкой черники, тающей во рту.

Молли присела на соседний стул — в кафе больше никого не было, две женщины за другим столиком увлеченно обсуждали свои дела и не обращали на них внимания.

— Спрашивайте, — сказала она. — Я расскажу все, что знаю. Потому что мне эти старые истории уже вот где сидят, — она провела ребром ладони по горлу. — Тридцать лет люди молчат, а теперь такое творится... две пропажи за два дня.

— Что говорят в деревне?

— Говорят разное, — Молли понизила голос. — Кто говорит, что миссис Крэбтри сама уехала, что у нее сестра в Борнмуте. Кто говорит, что она с садовником сбежала — у них, мол, роман был. Но это глупости, Джорджу под семьдесят, какие романы.

— А кто-нибудь видел их в тот вечер?

— Видели, — Молли оглянулась и заговорила еще тише. — Миссис Симмонс, та, что из мясной лавки, говорит, что видела миссис Крэбтри вечером, около семи. Та шла по направлению к пруду. Одна. А больше никто не видел.

— А садовника?

— Садовника видел сторож на станции. Около восьми вечера. Джордж шел от пруда к своему дому. Тоже один.

Пайн нахмурился. Значит, они не вместе были. Миссис Крэбтри шла к пруду — то есть к дому миссис Дин или миссис Мэдисон. А садовник шел от пруда — то есть оттуда же.

— А миссис Дин-старшую? Ее кто-нибудь видел в тот вечер?

Молли задумалась.

— Не знаю. Она вообще редко на люди показывается. Но вчера утром ее видели — она ходила на почту. А вечером... не знаю.

— А сын ее? Томас?

— Приехал вечером, — кивнула Молли. — Я сама видела, как его машина проезжала. Около десяти вечера. Он всегда поздно приезжает, когда навещает мать. Говорит, работа в Лондоне допоздна держит.

Пайн отхлебнул чай. Чай был хороший, крепкий, настоящий.

— Скажите, Молли, — спросил он. — Что в деревне говорят о старом пожаре? О фабрике?

Молли перекрестилась — машинально, по привычке.

— Страшное дело было, — сказала она. — Я тогда молоденькая была, только замуж вышла. Помню, как ночью зарево стояло — за пять миль видно. Все выбежали смотреть. Думали, весь город сгорит. А фабрика сгорела дотла.

— А что говорят о причине?

— Говорили разное, — уклончиво ответила Молли. — Официально — несчастный случай, проводка закоротила. А люди... люди всегда болтают.

— Что болтают?

Молли помялась, но любопытство взяло верх.

— Болтали, что не просто так это случилось. Что Мэдисон был в долгах, а страховка — огромная. И что получил он ее подозрительно быстро. И что Дин, компаньон его, после пожара сам не свой стал. Ходил как в воду опущенный, пил много. А жена его, Маргарет, та вообще, как каменная стала. Ни слезинки не проронила на похоронах Мэдисона. Странная она всегда была.

— А миссис Крэбтри? Она тогда где была?

— Эмили-то? А она за месяц до пожара уволилась. Говорила, мать заболела, уезжать надо. Мы тогда еще удивились — такая работа хорошая, секретарша у самого Мэдисона. А она бросила и уехала. А через год вернулась, поселилась в доме у пруда. И с тех пор так и живет одна.

Пайн задумался. Миссис Крэбтри уволилась за месяц до пожара. Уехала к больной матери. А через год вернулась. Что она делала этот год? Почему не вернулась раньше?

— А мать ее? — спросил он. — Она действительно болела?

— Болела, — кивнула Молли. — И умерла через полгода после отъезда Эмили. Эмили за ней ухаживала, говорят, до самого конца. А потом вернулась сюда. Денег у нее, видно, не было — дом достался от матери, маленький, но свой. Вот и жила помаленьку.

— А с миссис Дин она дружила?

— С Маргарет-то? — Молли покачала головой. — Нет. Никогда не дружили. Здоровались при встрече, не больше. Маргарет вообще ни с кем не дружит. Считает себя выше других. А Эмили... Эмили тихая, незаметная. Ее даже не замечаешь, пока не пропадет.

Она помолчала, потом добавила:

— Вы знаете, мистер Пайн, я вот что думаю. Эмили всегда чего-то боялась. Я замечала. Когда почтальон приходил — она вздрагивала. Когда стучали — не сразу открывала. Как будто ждала, что кто-то придет и сделает ей плохо. Я думала, это от одиночества. А теперь...

— А теперь?

— А теперь я думаю, что она знала что-то. Что-то такое, из-за чего ее могли убить.

Пайн допил чай и положил на стол монету.

— Спасибо, Молли. Вы очень помогли.

— Да что вы, — она смущенно улыбнулась. — Я только тем и живу, что с людьми разговариваю. Если что еще нужно — заходите. Оладьи у меня всегда свежие.

Пайн вышел из кафе. На улице уже совсем рассвело, туман рассеялся, и деревня лежала перед ним в холодном осеннем свете — тихая, спокойная, с виду безмятежная.

Но за этой безмятежностью прятались старые тайны, новые страхи и, возможно, трупы.

Он посмотрел на часы. Полдень. Мисс Лемон должна была уже вернуться из Лондона с новостями.

Пайн зашагал к гостинице.

У входа его ждал сюрприз.

На скамейке перед «Под дубом» сидела Элис Дин.

Она была бледна, растрепана, одета в легкое пальто, явно не по погоде. Увидев Пайна, она вскочила и бросилась к нему.

— Мистер Пайн! — закричала она. — Слава богу, вы здесь! Я приехала! Я все бросила и приехала!

— Миссис Дин, — Пайн взял ее за руки. — Успокойтесь. Что случилось?

— Томас, — выдохнула она. — Мой муж. Он... он не тот, за кого себя выдает. Я узнала. Я случайно нашла его бумаги. Он работает не в банке, мистер Пайн. Он вообще нигде не работает. И он... он должен деньги. Огромные деньги. Плохим людям.

Пайн смотрел на нее, и в голове у него медленно складывалась новая картина.

— Пойдемте в гостиницу, — сказал он. — И расскажете мне все по порядку.

Они вошли в холл. Из-за стойки выглянул мистер Грейвз с озабоченным лицом.

— Мистер Пайн, — сказал он. — Только что звонили из полиции. Зеленый "остин" нашли. В лесу, в пяти милях отсюда. Пустой. А рядом...

— Что рядом?

— Рядом следы крови. Много крови.

Элис Дин вскрикнула и схватилась за сердце.

Пайн закрыл глаза на секунду.

Картина становилась все страшнее.

Купить книгу можно на Литрес, автор Вячеслав Гот. Ссылка на странице автора.