Сострадание

### Сострадание

Был хмурый ноябрьский вечер — сырой, промозглый, с колючим ветром, что рвал полы пальто и швырял в лицо горсти ледяного дождя. Я шёл по тёмным улицам окраины, где дома жались друг к другу, словно продрогшие нищие, а в редких окнах мерцали тусклые огоньки. Мысли мои были мрачны: день выдался неудачным, в конторе сократили жалованье, а дома ждали голодные дети и больная жена.

Вдруг в переулке, заваленном гнилой соломой и отбросами, я услышал слабый стон. Пригляделся — у стены, скорчившись, сидел старик. Плащ его промок насквозь, седая борода прилипла к лицу, а глаза, полные муки, смотрели куда;то вдаль, будто он уже не здесь.

— Что с вами? — спросил я, невольно замедляя шаг.

Старик поднял голову. Лицо его было измождённым, с глубокими морщинами, но в глазах читалась какая;то тихая покорность судьбе.

— Да так… сердце прихватило. Да и ноги не держат, — прошептал он. — Идти надо, а сил нет. Там, в ночлежке, ещё место осталось, а потом на улице замерзать…

Я заколебался. В кармане оставалось всего несколько копеек — на хлеб семье. Но взгляд старика, такой беззащитный и смиренный, будто ножом резанул по сердцу.

— Пойдёмте, — решительно сказал я. — Тут недалеко трактир, обогреетесь, чаю выпьете.

Он попытался отказаться, бормоча что;то о лишней обузе, но я подхватил его под руку и повёл вперёд. В трактире я усадил старика у печки, заказал ему горячего чая с лимоном и ломоть ржаного хлеба. Сам остался стоять у окна, глядя, как он медленно оттаивает, как румянец возвращается на впалые щёки.

— Спасибо, добрый человек, — прошептал он, отхлебнув чаю. — Давно никто так не заботился. Все спешат, все заняты… А ведь всего;то и нужно — чтобы кто;то рядом оказался.

Я молчал, чувствуя, как внутри что;то теплеет. Деньги, потраченные на чай, уже не казались потерей — напротив, я вдруг ощутил такую лёгкость, какой не знал давно.

Когда старик немного окреп, я помог ему добраться до ночлежки. У порога он вдруг взял меня за руку:

— Храни вас Господь, — сказал он тихо. — Вы не просто дали мне чаю — вы дали надежду. А это дороже золота.

Я шёл обратно под всё тем же дождём, но теперь он не казался таким холодным. В голове крутилась простая мысль: как мало нужно, чтобы спасти кого;то от отчаяния. Всего лишь остановиться, посмотреть в глаза, протянуть руку. И в этом — вся суть сострадания: не пройти мимо чужой боли, а разделить её, хоть на миг, и тем самым сделать мир чуть светлее.