Золото Партии. Глава 6. Тень на Стене

Москва. Прокуратура СССР. Улица Большая Дмитровка. 22 ноября 1989 года. 11:03.

В кабинете №417, на четвёртом этаже старого дореволюционного здания с потрескавшимися фресками на потолке и скрипучими половицами, царил полумрак. Зимнее солнце едва пробивалось сквозь грязные стёкла, оставляя на стенах длинные, как пальцы мертвеца, тени.

За столом, заваленным папками, сидел младший следователь прокуратуры — Артём Владимирович Соколов. Ему — 27. Окончил юрфак МГУ с красным дипломом. Идеалист. Верит в закон. В справедливость. В то, что «партия не ошибается». Ещё.

Он проверял ежеквартальные отчёты Госснаба по расходам на «спортивную инфраструктуру». Рутина. Скучно. Но — обязательно. Особенно после Олимпиады-80: тогда столько воровали, что до сих пор ловят «олимпийских крыс».

Но сегодня… что-то не так.

Он перечитал строку в третий раз.

«МАЗ-5432, гос. № Т777МО. Перевозка: спортивное оборудование „Спортмастер-80“. Маршрут: Свердловск ; Челябинск. Вес груза: 2400 кг. Дата: 19.11.1989. Подпись: ст. лейтенант К.В. Петров.»

Всё нормально. Кроме одного.

Оборудование «Спортмастер-80» не производилось с 1983 года.

Артём нахмурился. Открыл справочник. Перелистал. Проверил архивы Минспорта. Да. Ликвидировано. Проект закрыт. Завод — перепрофилирован.

— Странно… — пробормотал он.

Потом — ещё одна деталь.

Вес.

2400 кг. Это — ровно 2 тонны. Никаких граммов. Никаких «плюс-минус». Как будто… взвешивали не оборудование, а металл.

Он открыл карточку водителя — Константин Петров.

Старший лейтенант. Афганистан. Ранен. Награждён. Женат. Прописка: Свердловск, ул. Ленина, д. 17, кв. 44.

Артём набрал номер справочной Свердловска. Через 10 минут — ответ:

— Товарищ следователь, по указанному адресу проживает Тамара Петрова, вдова. Муж погиб 19 ноября 1989 года. При исполнении. Орден Красной Звезды — посмертно. Ребёнок — мальчик, рождён 19 ноября. Отец — не указан в свидетельстве.

Артём отложил трубку.

Сердце забилось быстрее.

— Погиб… 19 ноября… в день перевозки…

Он открыл картотеку КГБ — доступ у него был ограниченный, но для «внутренних проверок» — разрешён. Нашёл дело Петрова. Последняя запись:

«Ликвидирован при задержании бандгруппы, покушавшейся на груз особой важности. Проявил мужество. Рекомендован к награде.»

Но… нет акта вскрытия. Нет фотографий места происшествия. Нет протокола опознания. Только подпись начальника управления — генерал-майор А.С. Долгов.

Имя… знакомое.

Артём вспомнил. Долгов — в списках на ликвидацию из Главы 1. Пункт №2.

Он встал. Подошёл к окну. Посмотрел на улицу.

— Что за чёрт…

13:17. Кафе «Синяя птица» на Тверской. Обеденный перерыв.

Артём сидел за столиком в углу. Перед ним — кофе и бутерброд. Но он не ел. Он писал в блокноте:

Аномалия 1: оборудование не существует. 
Аномалия 2: вес — ровно 2 тонны. 
Аномалия 3: водитель — погиб в день перевозки. Без следствия. 
Аномалия 4: подпись Долгова — он в «чёрном списке». 
Гипотеза: перевозка — прикрытие. Груз — не оборудование. Что? Золото? Оружие? Деньги?

— Ты всегда так нервно строчишь, когда думаешь? — раздался голос.

Артём вздрогнул.

Рядом стоял старший следователь — Максим Борисович Рыжов. 45 лет. Циник. Выпивоха. Но — умный. И… опасный.

— Максим Борисович… я просто… проверяю отчёты.

— По спортивному оборудованию? — усмехнулся Рыжов, садясь напротив. — Ты, Артём, слишком умный для этой работы. И слишком честный. Это опасно.

— Я просто…

— Ты копаешь, где не надо. Грузовик. Петров. Долгов. Ты думаешь, ты первый? Был такой… в 86-м. Тоже копал. Про «оборудование для Чернобыля». Знаешь, где он сейчас?

— Где?

— В архиве. Под номером «Самоубийство. Повесился в гараже». Жена — в психушке. Дочь — в детдоме.

Артём побледнел.

— Вы… вы меня пугаете?

— Нет. Я тебя спасаю. Потому что ты мне нравишься. Потому что ты — как я был в 27. А потом я понял: в этой системе правда — не награда. Это приговор.

Он наклонился ближе.

— Забудь про грузовик. Забудь про Петрова. Забудь про Долгова. Иначе… ты станешь следующим в архиве. Под номером «несчастный случай». Или «инфаркт». Или «пьяный на рельсах».

— Но… это же незаконно!

Рыжов засмеялся. Горько.

— Закон? Ты ещё веришь в закон? Послушай, мальчик… закон — это то, что пишут после того, как всё уже украли, убили и спрятали. А до этого — есть только правила. И первое правило: не трогай то, что трогать не велено.

Он встал.

— Я тебя предупредил. Больше не буду. Следующий, кто с тобой заговорит — будет не я. А те, кто не спрашивает. И не предупреждает.

Он бросил деньги за кофе и ушёл.

Артём сидел. Дрожал. Не от страха. От ярости.

— Нет… — прошептал он. — Я не остановлюсь.

---

19:30. Квартира Артёма. Улица Профсоюзная. 5-й этаж. Однушка. Книги. Плакаты. Фото родителей. Тихо. Уютно.

Он вернулся домой. Запер дверь. Поставил чайник. Раскрыл блокнот. Решил составить запрос в Госбанк — по движению драгметаллов.

Но когда подошёл к столу — замер.

На стене, над его рабочим местом, где висел календарь с видами Москвы, кто-то нарисовал углём.

Тень.

Просто силуэт. Человека. С пистолетом. Направленным… на стул, за которым сидел Артём.

Рядом — записка. Приколота канцелярской кнопкой.

«Перестань копать. 
Или будешь копать себе могилу. 
P.S. Мы знаем, где ты пьёшь кофе. 
И где живёт твоя мама в Калуге.»

Артём схватил записку. Руки дрожали.

Он подбежал к двери. Проверил замок. Задвинул цепочку. Потом — к окну. Задёрнул шторы.

Сел на пол. Сжал голову руками.

— Они… были здесь… внутри… смотрели… как я работаю…

Он вспомнил: утром, когда уходил, календарь висел ровно. А теперь — сдвинут. Чтобы освободить место для рисунка.

Они не просто пришли.

Они хотели, чтобы он увидел.

Это был не просто намёк.

Это — объявление войны.

22:15. Телефонный звонок.

Артём вздрогнул. Взял трубку на третьем гудке.

— Алло?

— Товарищ следователь, — голос женский, спокойный, без эмоций. — Вас беспокоит дежурный прокуратуры. Вам срочно нужно явиться в кабинет №303. Документы по делу Петрова требуют вашей подписи. Ждём в течение часа.

— Сейчас… ночью?

— Именно сейчас. Приказ сверху.

Щёлк.

Связь оборвалась.

Артём посмотрел на часы. На тень на стене. На записку.

Он знал: в кабинете №303 его не ждут документы.

Там — ловушка.

Он встал. Подошёл к шкафу. Достал пальто. Потом — из-под матраса — запасную тетрадь. Переписал туда всё: имена, даты, маршруты. Спрятал в карман.

Потом — к зеркалу.

— Ну что, Артём Владимирович… ты всё ещё веришь в закон?

Он усмехнулся. Впервые за день — без страха.

— Нет. Теперь я верю в правду.

Надел пальто.

Вышел из квартиры.

Не в прокуратуру.

А в библиотеку.

Там — микрофильмы. Архивы. И… старый знакомый архивариус, который должен кое-что вспомнить про 1953 год. И про «резервные слитки».

За окном — снова пошёл снег.

Тихий. Бесшумный. Как шаги тех, кто уже идёт за ним.

Купить книгу можно на Литрес, автор Вячеслав Гот. Ссылка на странице автора.