Выпускной по математике

       Как времечко быстро летит - уже почти 44 года как я закончил киевскую 136-ю школу и, казалось бы, всё давно можно было забыть, но периодически всплывают моменты, занозой сидящие в памяти...
       Лучшим математиком нашего класса был Сенька Тростянецкий. В школе мы с ним не дружили, вероятно, потому, что он считал меня своим конкурентом, о чём и сам, то с иронией, то с издевкой, иногда говорил. На самом деле мы конкурентами не были. Когда урок начинался, наша математичка Нина Ивановна Щербина говорила: «Сеня, на тебе рубль, пойди в магазин и купи мне кефир и булочку». Она хорошо понимала, что Сеньку ничему научить не сможет, поскольку математику он знал лучше ее, и разумнее было удалить его из класса, чтобы своими вопросами не ставил ее в тупик. Мне она этого не говорила никогда...
       Если принимать Сенькины познания в математике за 100%, то мои можно было оценить в унизительные и скромные 50%, впрочем, все остальные отличники и лучшие математики класса едва ли добирались до процентов 25-30.
       Eщё в школе я Сеньке посвятил стишок. который до сих пор помню:
                Я - талант, к чему скрывать,
                Я интeгралы могу брать,
                А намедни ряд Тейлора разложил.
                Но как бы ни был я умен,
                И в математике силён,
                Мнe с тобой тягаться, Сeня, нeту сил.
       В середине 10-го класса мама забрала Сеньку из нашей школы, потому что на фоне сплошных пятёрок, по физкультуре у него была тройка, что не удивительно при его аппетите. Нашим классным руководителем был физрук Чалый Валерий Степанович, который наотрез отказывался ставить нужную 5, что лишало Сеньку золотой медали. На родительских собраниях Чалый регулярно укорял Сенькину маму в отсутствии спортивных достижений сына, на что она неизменно отвечала: «Ну что я могу поделать, если Сеня так любит решать задачки.» Однако математика была выше понимания физкультурника, считавшего, что Советской стране нужны сильные, а не умные.
       Сенька действительно был влюблен в математику до абсурда. Помню как в начале последнего школьного года мы всем 10-м классом выехали на выходные на природу, с ночевкой в каком-то, оставленном на зиму, пионерском лагере. Все пили водку, бродили по лесу, орали песни под гитару, кто-то кого-то зажимал в кустах, и я от прочих не отставал, но жизнь сурова, и мне понадобилось сходить в туалет. Почему-то за дерево заходить не хотелось, и я пошел в лагерный корпус. В нашей комнате на полу лежал пьяный Сенька, который увидев меня обрадовался и промычал: «Я захватил с собой Сканави*. Давай порешаем?»
       Надо сказать, что в этот момент я себя чувствовал в блестящей матматической форме, так что сразу согласился. Мы с Сенькой, упираясь друг в друга плечами, сели под стенку и решили задач 10, оставшись очень удовлетворенными собою, после чего пошли с ребятами допивать водку. Но что странно - я эти задачи помнил потом еще много лет.
       После ухода Сеньки, я стал лучшим математиком класса. Я не был вредным, не заносился и легко делился, сделанным домашним заданием, с другими, менее удачливыми математиками. Но вот пришло время выпускных экзаменов.
       Я шел сдавать совершенно спокойно, уверенный в своих силах. Нас рассадили в одиночку по партам. Передо мной сидела отличница Таня Шершенюк, за мной Серега Абрамов. Таня – девочка была очень умная, но замкнутая, и редко с кем перебрасывалась парой слов. Никогда никому не помогала и не давала списывать. Серега был парнем неглупым, но вредным. Наши отношения оставляли желать лучшего. Но все это для меня не имело значения. Я довольно быстро справился с заданием, и оставалось еще время до сдачи работы. Неожиданно ко мне повернулась Таня и спросила сделал ли я задачу. Я ответил утвердительно. Таня попросила дать ей списать. Я удивился, но развернул лист с решением лицом к ней. Она быстро переписала и отвернулась. Буквально через минуту с  тем же вопросом ко мне обратился Серега. Я сдвинул лист с решением влево, чтобы он мог сбоку его увидеть. Через какое-то время нам велели сдавать задания.
       На следующий день был вывешен лист с отметками. Напротив моей фамилии стояла 4. Напротив Шершенюк и Абрамова – 5. Я был ошарашен и пошел искать Нину Ивановну. Нашел ее в учительской и поинтересовался за что такая несправедливость, ведь я все верно решил. Естественно я не упоминал ни Шершенюк, ни Абрамова. Учительница ответила: «Ты в рассчетах задачи пропустил одно действие.» «Так оно ж было простое, и я сделал его в уме» - возразил я. «Все равно это неправильно». Разговаривать больше было не о чем. Я не сильно переживал из-за четверки, она все равно ни на что не влияла, а отличником, рвущимся к золоту, я не был. На этом и закончилась моя школьная жизнь.
       Где-то через год после окончания школы, мы с Сенькой случайно столкнулись на пешеходном мосту Русановка-Левобрежный. Мы шли навстречу друг другу и щелкали семечки. Скорлупу я бросал в траву и в воду, а Сенька собирал в кулак. Мы оба не торопились и решили пройтись по району. По пути, пристыженный Сенькиным поведением, я стал грызть семечки в кулак, а Сенька наоборот - плеваться во все стороны. Мы почувствовали себя родными душами и подружились на много лет, пока не пришла пора отъезда. Мы разъехались почти одновременно – он в Израиль, я в Америку. Какое-то время еще перезванивались, но с годами оказалось, что разговаривать нам, кроме как о политике, не о чем, а я эти разговоры не люблю.
     И сейчас я даже вспомнить не могу о чем мы с ним трепались многими часами, бродя почти ежедневно по любимому городу.

*Сканави М.И. Сборник задач по математике для поступающих в ВУЗ.

22 февраля 2026