Михалыч и Мишутка в армии 4

ГЛАВА 4.БЕЗНАДЁЖНЫЙ РОМАНТИК
Своей возлюбленной Любе Миша постоянно помогал в её смены. Раздавал градусники больным, записывал, у кого температура, вечером после всех уколов и капельниц мыл процедурный кабинет, ну и другими мелочами помогал своей красавице. Мишаня всё это для неё делал с радостью, надеясь понравиться Любе, но со временем парень с горечью стал замечать, что Люба использует Мишу, как инструмент. Как человек, с которым можно пообщаться, раскрыть душу, поделиться какими-то печалями, Любе Миша был не нужен СОВСЕМ. Для этого у неё был Вова. Да, Вова Любе ни в чём таком, что делал Миша, не помогал, но к нему медсестра питала куда бОльший интерес и симпатию. Люба и Вова, когда первая дежурила, вечерами очень мило и весело болтали за чаем в сестринской. Миша не смел к ним заходить, только ревниво стенал. С Мишей Люба вообще мало и поверхностно общалась. Один раз, когда девушка сидела на посту с заплаканными глазами, Миша, заметив это, робко подошёл к ней и озабоченно спросил:

- Что случилось? На что Люба в истерике воскликнула:

- Иди отсюда! Оставь меня в покое!

С жгучей горечью в груди Миша ушёл к себе в комнату и, уткнувшись в подушку, весь вечер проварился в ревнивых, обидчивых и сердитых мыслях по отношению к Любе и Вове. Ведь Вовчику тогда девушка проплакала всю грудь, излив парню свою скорбь. Любу что-то очень мучило, Миша видел это по её лицу, и парень хотел свою любимую утешить, ободрить, но, увы – для Любы Миша только инструмент, а вот Вове она выворачивала свою душу наизнанку.

- На хрен мне ей помогать, раз она меня за человека не считает! Пусть Вова ей и помогает, они же трутся вместе постоянно! А то, чуть что, сразу: «Миша, раздай градусники! Миша, принеси истории! Миша, посмотри за капельницами!» А когда Миша хочет побыть рядом, утешить в печали, поддержать, ей Миша не нужен, Миша, свали на хрен! Тут сразу к Вове! - так и грызли Мишино сердце эти злые мысли. Однажды утром, когда на смену заступила Люба, Вова решил помочь Мише разнести истории на назначенные на день, процедуры (УЗИ, КТ, МРТ, Рент-ген и др). Миша же с раздражением возразил:

- С какого лешего ты должен выполнять мою работу?! Решил перед Любой покрасоваться?! Иди в операционную!

- Да ладно тебе, Миш, чего ты так развинтился? Сегодня нет операций, так что Вова может помочь тебе, пока Олег другими делами занят, - вступилась Люба, а Миша с болью и злостью в сердце отдал часть историй своему конкуренту.

Затем Миша забрал гистологию и отдал врачам, а уже ближе к обеду увидел, как Олег конкретно наезжал на Любу:

- Ты тупая овца! Как ты могла не знать, что к Нефёдову психиатр сам приходил, по вызову?! На хрен ты сказала мне вести его к психиатру?!

- Хватит на меня орать! Да, я не знала, потому что работы полным полно, голова кругом! - оправдывалась Люба, едва не истеричным тоном.

- Тогда за каким хреном ты здесь работаешь?!

- Слышь, ты, орало своё убавь! Кто ты вообще такой, чтобы здесь орать?! - вдруг решительно набросился робкий Мишаня на Олега, от Мишиного гнева в отделении нервно замигали лампы. Такого он от себя не ожидал, но порыв эмоций делал своё дело.

- А ты чего лезешь?! Иди занимайся своими делами, Мишань! - небрежно бросил в ответ Олег.

- Я свои дела знаю, а ты вообще, смотрю, обнаглел! Мало того, что ты филонишь, бОльшую часть своей работы скидывая на меня, так ты ещё смеешь хамить медсёстрам, которые умнее и опытней тебя! С этими словами Миша разделился на Михалыча и Мишутку, и в лице последнего обратился к Олегу мягким примирительным тоном:

- Олег, ты прости меня, пожалуйста, если из наших с Михалычем уст в твой адрес проскочили дерзкие и грубые слова, но твоя манера общения с Любой очень неприемлема. Если у вас двоих возникла какая-то острая проблема, давайте я помогу вам мирно её разрулить.

Олег с Любой всего лишь в ответ изумлённо переглянулись между собой, в шоке глядя на раздвоившегося Мишаню. Михалыч же, по своему обыкновению, дерзко и грубо заявил:

- Мишутня, закрой свою набожную пасть! Я и так вынужден терпеть твои ублюдские морали, томясь в твоей тесной, добродетельной туше! Значит так, Олежка, раз ты не понимаешь нормального человеческого языка, то побудь-ка ты часик статуей. С этими словами тёмный Миша пустил из руки голубой луч прямо в лицо Олимова, и последний остолбенел в буквальном смысле слова. Превратился в золотую статую. Данный Мишин поступок очень удивил и поразил Любино внимание, что обоих Миш очень воодушевило и обнадёжило, но вечером того дня, уже единый Миша застал Любу с Вовчиком, ЦЕЛУЮЩИМИСЯ в сестринской, пока младшая медсестра, санитарка мыла ведро в ванной комнате. Разбитое и опечаленное сердце нашего безнадёжного 23-летнего романтика, казалось, упало с огромной высоты в глубокую чёрную пропасть. Терзаясь ревнивыми, скорбными мыслями, Миша вошёл в санитарную комнату, разделся и рухнул на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Да, в плане девушек Миша был полный профан. Ни одна красавица, в которых за свои молодые годы успел влюбиться Миша, не ответила взаимностью нашему безнадёжному романтику в силу разных причин, ведомых и неведомых. Одних девушек Миша интересовал чисто, как друг или просто хороший, душевный человек, который может поддержать. У других девушек был парень, и даже муж с ребёнком, третьи девушки больше предпочитали Мишиных друзей, нежели самого Мишу, ну а у четвёртых были разные заморочки, которые Мише казались странными, нелепыми и создавали препятствия для получения руки и сердца этих сложных дам.