Отец Леоны 2

 Kэтрин поселилась в доме Генри. Это не был дом богатого человека. Как говорят, дом для среднего класса. Таких домов сотни на побережье. Леона сама убирала все три этажа. Она привыкла это делать с раннего детства. Когда она перебирала игрушки, то фантазировала и напевала себе под нос. Уборка большого дома доставляла ей удовольствие. Это был её дом, как сказал Генри. Даже став зянятой женщиной, она всегда находила время для уборки дома. Это было её хобби. Она решала, что выкинуть и что купить, куда поставить и вообще, нужна ли эта вещь для жизни сейчас. У неё была своя философия жизни - всё хорошее для себя, ты делаешь сам. Пускать чужого человека в свой мир, именно так она считала свой дом, нельзя. Это как вывешивать грязное бельё на улицу. Генри ценил её за это и дом сразу переписал на девочку. Когда надо  было делать мелкие сантехнические или столярные работы, она подходила к Генри и говорила:
- Папа, надо починить кран.
       Генри к этому не привык, но не хотел обижать ребёнка и постепенно сам втянулся в домашнюю работу. У них появились общие идеи, как улучшить жизнь в доме своими руками. На круговом балконе появились горшки с цветами и кулинарной зеленью. Генри хотел было протестовать, но увидев колибри, бабочек и пчёл, проникся пониманием жизни своей подопечной. Иногда Леона сиделан балконе и рисовала морской берег. Рисовала она как Ван Гог, но уже со спокойными волнами и красивыми переливами красок. Генри стал видеть окружающий мир её глазами. Это их очень сблизило. Девочка взрослела и делилась с ним всем, даже задавала вопросы, не рано ли у неё начались месячные. Он сводил её к врачу и врач сказал, что всё хорошо, но периоды начались чуть раньше обычного. Доктор проконсультировал Генри как меняется психика и какова его роль в становлении молодой женщины. Когда Леона себя чувствовала плохо, то приходила к Генри, прижималась к нему и просила рассказать что-то, что бы отвлечь боль. Очень быстро девочка превратилась в ласковую женщину с твёрдым характером. Перечить ей было нельзя. Во первых, она всегда была права в своих желаниях и требованиях. Они были обдуманны и просчитаны на бумаге. И во вторых, она всегда учитывала интересы папы, который был для неё идеалом мужчины. Иногда она его целовала в губы и млела.
- Папа, я тебя люблю. Я никогда тебя не брошу.
- А когда ты выйдешь замуж,то…
- Бен поймеёт так, как надо, ха, ха.
- Ты выйдешь замуж за Бена?
- Не сейчас, когда стану взрослой.
И вот, Леона стала взрослой и переехала в дом Бена. А Генри остался один и пригласил Кэтрин жить с ним. Она согласилась и три года не было никаких проблем. Ей не надо было работать, она занималась домом. Но для неё дом не был тем, чем был для Леоны. Это её тяготило. Генри оформил ей банковскую карточку на свой счёт. Но о свадьбе не было и намёка. Как-то Кэтрин спросила:
- Мы не будем оформлять отношения?
Генри не задумываюсь сказал:
- Нет, зачем. И так всё хорошо. Пока хорошо.
- Что значит - “Пока хорошо”? Ты мне не веришь?
- Не верю,- чистосердечно ответил Генри, - я верю только Леоне. В этом нет ничего плохого. Ты не раз меня подводила. Разве не так?
- Так, конечно, но…
- Никаких но, запомни.
- Пусть будет по твоему, - со вздохом сказала Кэтрин и обиделась.
В конце года Кэтрин вечером перед Рождеством сказала Генри:
- Я хочу пойти на работу.
- Я тебя понимаю, работа по дому тебя изматывает, не физически, а эмоционально. Плюс тебе хочется иметь свои деньги, а не контроль над расходом. Или я не прав?
- Прав. Я знаю что учёт расходов очень важен для хозяйства, но меня это напрягает.
- Я скажу тебе почену тебя это напрягает, хочешь?
- Хочу.
Генри сел за лаптоп, вышел на АИ Джемини и сказал:
- Хелло, мой друг.
- Рад тебя слышать, Генри. Что желаешь?
- Анализ расходов на банковской карточке Кэтрин по месяцам за полгода.
- Сейчас сделаю, ты будешь иметь прекрасный анализ.
Через минуту на экране появились тавлицы и два графика. Один снятие наличных, а второй оплатат отеля Дэйз Инн.
- Спасибо, Джемини, ты сделал феноменальную работу.
- Всегда к твоим услугам, могу сделалать и анализ телефонных звонков Кэтрин.
- Отлично, это будет очень кстати.
Появилась таблица с номерами, именами и корреляция с двумя предыдущими графиками.
- Великолепно, Джемини. Ты мне помог.
- Всегда рад сделать тебе приятное.
Генри распечатал все бумаги и показал Кэтрин.
- Я не буду спрашивать, кто Пол, которому ты сама звонишь, а он тебе не звонит. Звонки совпадают со снятием наличных с задержкой на три дня и с оплатой мотеля без задержки. Ты бронируешь мотель для встречи с  Полом. Или я не прав?
Кэтрин сидела и молчала.
- Когда ты это узнал?
- Когда ты перестала ласкаться во время секса. Лежала, как бревно. Перестала целоваться и обниматься в течение дня. Это началось полгода назад. Я не спрашиваю где и как ты с ним познакомилась. Но я не разрешаю тратить мои деньги на секс с другим мужчиной.
   Во двор зарулила машина. Генри посмотрел на монитор, это была Леона.
- Дочка приехала, сделай милое лицо, хотябы перед владелицей этого дома, если я тебе уже не нужен, как мужчина.
   Они сидели в задней комнате первого этажа и к ним вошла Леона:
- Я не позвонила, хотела принести неожиданную добрую весть, ха, ха, ха.
- Подойди  ко мне, я посмотрю в твои глаза и угадаю эту весть.
Леона подошла к отцу и стала его целовать.
- Ну, ну, угадай!
- У тебя будет ребёнок?
- Папа, ты гений! Да, да, да. Я сразу к тебе, даже Бену не позвонила. А что мама такая сердитая?
- У неё свои проблемы, ей не до нашей с тобой радости.
Леона посмотрела на мать, потом на листы с распечаткой таблиц и графиков. С её лица спала улыбка. Взяла листы и прочитала.
- Мадам Дональдсон. В моём доме грязи не должно быть. Папа, я сама подберу тебе домработницу с поселением. Моё агентство Sunshine housekeeping имеет хорошую базу данных. Кэтрин, вы свободны.
Леона  с неприязнью посмотрела на мать.
- Папа, пойдём на мой этаж, надо кое-что обсудить до моих родов.
Они вышли и поднялсь на лифте на третий этаж. Подошли к большому экрану и Леона громко сказала:
- Джемини, поставь карту Фаиртаун, пожалуйста.
- Сейчас сделаю, моя принцесса.
Генри удивился такому обращению, а Леона расцвела. Появилась карта. Леона дала команду показать замлю вокруг пруда.
- Папочка, эту землю выставили на продажу. Ты её помнишь?
- Это источник семян для твоей грядки, ха, ха. Ты хочешь построить виллу?
- Нет, у меня друго план. Я тщеславная, ты это знаешь. Я куплю этот участок, сделаю детский парк цветов с дорожками для колясок и прогулок вокруг пруда. По периметру посажу магнолии Джейн, хибискус Конфедерат и азалии с острова Святого Томаса. Будет один вход и один выход. А когда закончу, то передам парк городу с условием, что он будет называться Leona’s flowers garden. Я там буду катать на коляске своего малыша.
Послышался шум отезжающей машины, но улыбка с лица Леоны не спала.
- Папа не грусти. Я тебе найду женщину из мексиканок. Они преданные, как я. Я люблю тебя с пяти лет. Но законы общества не поощряют разновозрастные отношения.  Знаю, что я тебе тоже не безразлична. Ты мой кумир. Я даже не знаю, кем бы я была, если бы ты не подошёл к нам в супермаркете. Более преданной тебе женщины нет и не будет.
       Леона обняла Генри и поцеловала в губы.
- Бен знает, что я тебя боготворю и он ничего не имеет против. Мы же отец о дочь. Нам нельзя быть ближе, что бы не разрушить то, что мы построили вместе. Бен даже был удивлён, что я в 25 лет девственница при всех моих возможностях иметь партнёров. Он достойный меня парень.
     Леона прислала женщину. Это была мексиканка, у неё была хорошая работа в госпитале и неплохая квартира. Она подрабатывала уборками, что бы найти мужа. Она хромала. Проблем с документами не было. Но ей хотелось иметь свою семью, а не быть дамой на один раз. Хромота её шансы создать семью свела к нулю. Генри это понял с первых слов, она ничего не скрывала. Дом ей понравился. Генри молчал и смотрел на незнакомку. Азалия посмотрела все три этажа и вернулась к владельцу.
- Вас не смущает, что я волочу ногу?
- Это от рождения?
- Нет. Я училась в Манхеттане. Встречалась с парнем. Он тоже из Мексики. Но оказалось, что он принадлежит не мне, а криминалу MS 13. Он меня им продал. Там меня изуродовали за отказ.
- Я немного говорю по испански. У нас в на побережье это второй язык. Я вам буду помогать с уборками по дому, не волнуйтесь. Хромота женской души, ранит мужчину сильнее, чем хромота ноги. Давайте начнём привыкать друг к другу. Вот вам ключи. Когда сочтёте нужным сделать уборку, приходите без звонка. Можете жить у себя дома, а когда привыкнете ко мне, то можете переехать. Мне торопиться некуда. Можете оставаться на ночь, когда посчитаете нужным. Я буду только рад. Как мне вас называть?
- Азалия.
- А меня зовите Генри. Приступайте к работе, а мне надо уехать в Алабаму на три дня.  Дом в вашем распоряжении.
- Вы мне не дадите ваш номер телефона?
- Зачем, я приеду через три дня? Если есть вопросы, то звоните Леоне. Это её дом, а я её отец.
        Генри вернулся на третий день поздно вечером. Дома горел свет. Он вошёл через гараж и попал на кухню.  Поднялся на второй этаж и увидел Азалию. Она работала на лаптопе и не заметила, как он вошёл. Генри кашлянул, она вздрогнула и обернулась.
- Ни наконец-то, я уже стала волноваться.
Сказала Азалия, вышла из-за стола и подошла к Генри. Положила ему руки на плечи:
- Устал?
- Да, возраст уже не тот, что прежде. Ты меня покормишь?
Азалия улыбнулась и прижалась к нему. Генри почувствовал тепло её груди, приподнял подбородок, заглянул в глаза и поцеловал в лоб.
- Я тебе не нравлюсь?
- Нравишься, даже очень. Я просто устал. Приготовь мне ванну пожалуйста, а потом будем ужинать.
   Он прошёл в спальню, положил дорожную сумку на стул. Кровать была разобрана для сна и хорошо пахла.  Да, Азалия постирала бельё с ароматизатором. Может ей сказать, что так не надо делать?  Нет, обидится, она же купила за свои деньги. Надо идти на уступки. Зашёл в ванную, там всё было чисто, всё постирано и сложено на разных полочках.  Порядок. Только он собрался набрать воду, как вошла Азалия и сказала:
- Твоё чистое бельё для сна на третьей полке  в шкафу. Возьми, что считаешь нужным, а я пока ванну наберу.
Генри её обнял, долго смотрел в глаза и потом прижал к груди:
- Боже, неужели мне повезло в жизни?
- Повезло. Иди бери бельё.
     Не стоит сомневаться, что Азалия его помыла, как моют ребёнка. Генри улыбался. Кэтрин этого не делала, никогда.  Потом был лёгкий ужин с ромашковым чаем. И они пошли спать. Генри обнял Азалию и поцеловал.
- Ты моя богиня. Давай спать иначе я умру от переизбытка чувств.
     Забота и внимание Азалии быстро вытеснили воспоминания о других женщинах. Даже нечего было сравнивать. Всем нужны были деньги, а не он сам. Даже Кэтрин нельзя было верить. Она лгала ему. Лгала правдиво, а когда это ей надоедало, она начинала им пренебрегать. Через полгода он собрался с духом, пошёл купил кольцо и букет цветов. Пришёл к ней на работу в госпиталь и дождался конца операции. Она была операционной медсестрой. Когда она вышла уставшая вместе со своими  коллегами, то Генри встал со стула, подошёл к ней, стал на одно колено, протянул коробочку с кольцом и букет цветов.
- Азалия, будь моей женой.
Азалия подняла его с колена, поцеловала. Надела  кольцо и сказала:
- Acepto ser tu esposa.
- Te amo, cari;o. - ответил Генри.
 Раздались аплодисменты. Сотрудники подходили и поздравляли их. Все знали, кто такой Генри. Удачный бизнесмен и филантроп. Все были удивлены, что он выбрал Азалию. Хотя вокруг него всегда были молодые и красивые женщины.
Потом они поехали к Леоне домой. Азалия показла ей кольцо и Леона заплакала.
- Папочка. Я тебя поздравляю.
У Леоны был уже большой живот и ребёнок зашевелился. Она ойкнула и потом засмеялась.
- Маленький Генри хочет поскорее увидеть своего дедушку.
      .