Завещание деда. ЧастьI. Гл. 23

                Варвара Викторовна

     «Лучше добрым на свете быть, злого в мире итак довольно…»
                Эдуард Асадов

- Какой это год Вы говорите? 2004? Давно это было, двадцать лет прошло, дай Бог вспомнить? – угостив журналистку чаем со смородиновым вареньем и пирогами с повидлом, моложавая женщина, выглядевшая лет на 45-50, внимательно выслушала историю Ирины, а потом задумалась.
- Вы знаете Ирина, у нас за все эти годы было большое количество малышей, и двух братьев, и двух сестрёнок, и сестрёнок с братишками, и братишек с маленькими сестрёнками.
 Женщины тогда, после распада Советского союза, все словно с ума начали сходить, начали гулять, пить, наркоманить. Их начали сажать, лишать материнства, а детей направлять к нам.
   Я хорошо помню, как в начале века, в 2001 году, у нас в «Доме малютки» было 120 детей, возраста от года до пяти лет, после пяти, их переводили уже в детские дома номер 1, 2, 3 и 4.
    А вот наш «Дом малютки», был тогда в городе один, и мы просто зашивались с брошенными малышами жалея из и проклиная их родителей.       
- Ну, Варвара Викторовна, голубушка, ну постарайтесь вспомнить, не поступали ли к вам дети, мальчик Иван, пяти лет, и девочка Надя двух лет, в 2004 году. Их родителей, у них отец военный, подполковник, никак не могли лишить родительских прав, их могли привести к вам или  сотрудники милиции, или другие люди. Возможен именно такой вариант.
   Женщина сделала глоток чая, задумалась, помолчала немного, потом тихо сказала:
- Нет, не могу вспомнить, простите, слишком много времени прошло…
   Помолчала, грустно улыбнулась, что ничем не могла Ирине помочь, а потом вдруг хлопнула себя руками по коленкам и воскликнула:
  - Я, не помню, но есть человек, который точно вспомнить, это Леночка Фомина, она как раз в начале 2004 года пришла к нам работать медицинской сестрой, сразу, после медучилища, как и я. Она, через два года поступила в медицинский университет, окончила его и сейчас работает врачом-педиатром в детской больнице, мы с ней иногда созваниваемся.
   Кстати, она тут недалеко живёт с мужем и детьми, если хотите, я могу вас Ирина к ней проводить, предварительно позвонив ей по телефону.
   Она тут же взяла свой кнопочный телефон, быстро набрала номер, и услышав голос собеседницы, сказала:
  - Леночка, это Варвара Викторовна, говорить можешь? Ты, где сейчас? На работе? И до какого времени у тебя приём? До 14? Отлично! Ко мне тут журналистка из телевидения Нижнего Новгорода приехала, она разыскивает двух детей, пропавших в 2004 году, и хочет знать не привозили ли их к нам? Можно мы с ней к тебе в больницу после 14. 00. подъедем, и ты с ней поговоришь? Можно? Хорошо, жди.
    Елена Игоревна, оказалась красивой женщиной, может слегка полноватой, по мнению Ирины, но очень доброжелательной и отзывчивой. Выслушав Ирину, она, тоже, как и Варвара Викторовна сразу задумалась, но потом сказала:
  - Честно говоря, я не помню имён всех детей, которые у нас там были. Но так получалось, что почти всех доставляла тогда ещё милиция и сотрудники детской социальной службы.
   Но была одна парочка, мальчик пяти лет и девочка, его сестрёнка, которой было года два, их к нам в «Дом малютки» доставила пара, муж и жена. Они сказали, что подобрали их где-то по пути в наш город. Как звали мальчика я не помню, но помню одно, он свою сестру от себя ни на минуту не отпускал и крепко держал за руку.
   Так вот, эта пара, потом стала опекунами этих детей, а потом оформила документы на усыновление и забрала обоих их нашего заведения.
   Двадцать лет прошло, они оба уже взрослые, у них, видимо другие фамилии и отчества, и они оба вряд ли вспомнят то, что было в их раннем детстве.
Одну секунду, я вспомнила! Девочку звали Надя, а вот мальчика не помню, но помню, когда её повели спать в палату к девочкам и она заплакала, мальчишка обнял её и сказал?
 - Надя, ну ты что? Не плачь! Я же рядом буду и никогда тебя не брошу. Точно, девочку звали Надя. Больше я вам к сожалению, ничем помочь не могу. В службе усыновления тоже вряд ли вам помогут, тайна усыновления и удочерения осталась тайной.
   - И, я всё же попробую, если получится, у них что-нибудь узнать про этих двух усыновлённых детях, тем более, что они уже действительно оба взрослые. Понимаете, всё дело в том, что одновременно с детьми, куда-то пропали и их родители, их отец офицер, подполковник, и мать.
   Может случится так, если эти усыновлённые мальчик и девочка, и есть их дети, то через них можно будет что-то узнать и про их родителей. Такая вот передо мной, стоит трудная журналистская задача.
  Завтра же поеду в городской отдел ЗАГС, где регистрируют усыновлённых и удочерённых детей, может быть, что-то узнаю. А пока, уважаемая Елена Игоревна, большое вам спасибо за отзывчивость и помощь. Я знаю ваш номер телефона, и если мне, что-то станет известно про этих детей, я вам обязательно сообщу…