Завещание деда. ЧастьI. Гл. 24

                Нашёлся свидетель

   «Персональная ответственность за разглашение тайны установлена статьёй 155 УК РФ…»
 
 Но, как Ирина не пыталась, как не подлизывалась к инспектору по усыновлению, ей ничего не удалось узнать, и она, с тяжёлым камнем на душе вернулась в Нижний Новгород, и встретившись с Юрием, подробно рассказала ему о своём расследовании, чем его очень удивила.
  - Ира, ты прости, но я думал, что ты уже всё что я тебе рассказывал про моего отца забыла, а ты оказывается частным сыщиком заделалась и, к слову сказать, узнала довольно интересную информацию.
   Последние два месяца, мне честно говоря, было не до поисков отца, но теперь, я немного освободился, и благодаря тебе, начну всё заново…
  Если Иван и Надя, оказались где-то на дороге, идущей к городу Кострову, значит мой отец и его жена Татьяна тоже были там. И, скорее всего, как раз в посёлке «Зелёная Холуница», где сейчас проживает моя тётушка, там мы и будем их искать.   
   Но, начну я с военкоматов города Кострова, куда отец, после увольнения, должен был обязательно прийти, чтобы стать на учёт, а дальше начну искать его контейнеры с вещами, узнаю, получал он их или нет? И всё это Иришка, благодаря тебе!
     Отпросившись у генерала «по личным делам» на три дня, Юрий выехал поездом в Костров, откуда ему позвонил его коллега майор ФСБ Иван Корнеев, который был в курсе поисков его отца и попросил срочно приехать, потому что, кажется нашёлся свидетель по его делу.
  Майор встретил Юрия на вокзале, и тут же повёз его в онкологическую больницу, на встречу с человеком, имеющим отношение к исчезновению Андрея Васильевича Смирнова, брата Валентины Мезенцевой двадцать лет тому назад.
   -  Здравствуй Юрий, меня зовут Сергей Павлович, фамилия Чистяков. Мне осталось жить на этом свете всего несколько дней, и я не хочу уйти в мир иной грешником, потому хочу открыть тебе Юрий, всю правду про твоего отца, - тихо проговорил худой, бледный 70-тилетний           мужчина, в глазах которого читалась смерть, у него был рак печени, 4-я стадия и он это прекрасно знал.         
  - Я хорошо знал твоего отца Андрея Смирнова, мы с ним учились в одной школе№7, правда он был на три класса ниже, и несмотря на это отлично стоял на футбольных воротах, когда мы играли со школой№4. Тогда у нас в посёлке было две школы.
   Знал я и твоих дедушку, бабушку и сестру твоего отца Валентину, которая много лет заведовала продуктовым магазином в нашем посёлке и была настоящей «торгашкой», хитрой и изворотливой.
   Окончив школу Андрей тогда уехал поступать в военное училище в город Тамбов, каждое лето приезжал на каникулах к родителям, но окончив училище и став офицером, стал приезжать всё реже.
   Я, окончив в городе машиностроительный техникум, вернулся в наш посёлок и стал работать на нашем заводе, под руководством твоего деда Василия Романовича Смирнова, от которого я всё и знал про твоего отца.
   Знал, что он женился, что у него родился сын, а потом уже в 1994 году, я увидел его с женой, и тебя на похоронах твоей бабушки, Аксиньи Григорьевны. И, вскоре Василий Романович, с горечью рассказал мне, что твой отец разошёлся со своей женой и ты теперь живёшь с ней в городе Иркутске.
   Как-то так получилось, что во время осенней охоты на уток, мы подружились и сошлись с Иосифом Мезенцевым, мужем твоей тётки Валентины, стали дружить семьями, и чем можно помогать друг другу.
   Время было непростое, заказов на заводе стало меньше, упали заработки, да и в фермерском хозяйстве, где работал трактористом Иосиф, дела тоже шли не так уж гладко. Однако, благодаря коммерческой жилке Валентины, и её связям в торговой базе города, его семья не страдала, а жила как раньше.
   К тому же Валентина, через свой магазин, тайком продавала самогон, который гнала мать Иосифа. Водка была дорогая, а бутылка самогона дешевле в два раза, поэтому отбоя от покупателей не было.
  Наша милиция прекрасно об этом знала, но никаких мер не принимала, потому что видимо сама пользовалась услугами Валентины.
   После смерти Аксиньи Григорьевны, Василий Романович, всё своё свободное время и все свои сбережения бросил на строительство нового дома, он мечтал, что Андрей, окончив службу сюда когда-нибудь вернётся, да ещё и вместе с внуками, для которых он этот дом и строит.
  Иосиф мне часто, особенно, когда выпьет, жаловался, что его тесть просто презирает его и даже со своей дочерью- Валентиной, вышедшей за него замуж против его воли, никакой связи не поддерживает, и даже двух своих внуков Богдана и Тараса, не признаёт.
    Но, за все эти годы твой отец, так ни разу в посёлок и не приехал, и красавец- дом из пяти комнат, со всеми удобствами, «как в городе», не видел, до самой смерти твоего деда 12 июля 2004 года.
   Когда твой дед умер, твой отец служил командиром части в городе Улан-Удэ, что в Бурятии, и Иосиф сказал мне, что Валентина сразу дала ему телеграмму о смерти отца, но вскоре получила ответ, что он очень сожалеет, но приехать на похороны отца сейчас не может, и прибудет, как только у него появится возможность.
   Твоего деда в нашем ПГТ «Зелёная Холуница», все знали, на похороны собрался почти весь посёлок, и все очень осуждали твоего отца, не прилетевшего на похороны Василия Романовича.
  Особенно усердствовала Валентина, рассказывая всем в магазине, что она послала брату телеграмму о смерти отца, но тот поступил непорядочно, не приехал и всё, найдя какую-то причину.
   Это потом уже, когда он, в конце июля, вместе с семьёй оказался в посёлке и поселился в доме отца, где полным ходом уже командовала Валентина, посчитавшая себя единственной наследницей своего отца, Иосиф рассказал мне, что тот никак не мог прилететь на похороны, потому что в это время как раз сдавал дела и должность командира части после увольнения в запас.
   Появление Андрея с семьёй, стало ушатом холодной воды на голову Валентины и Иосифа, перебравшихся из своего старого, уже разваливающегося дома в шикарный дом отца, а когда через два дня прибывший из города нотариус зачитал завещание Василия Романовича, в котором он свой дом, участок земли с садом, и всё имущество в доме завещал своему сыну Андрею Васильевичу Смирнову, они оба чуть с ума не сошли.
   Валентина обезумев, прямо при нотариусе начала кричать на Андрея, что он «не имеет никакого права на этот дом, потому что все эти годы шлялся неизвестно где, а она здесь жила и помогала отцу строить этот дом, давала ему деньги на закупку кирпича и сантехники…»
  А, тот, только внимательно смотрел на сестру, слушал её упрёки и ничего не говорил в ответ.
   Иосиф потом мне рассказал, что он едва смог её успокоить и увести из комнаты на кухню, и она бушевала ещё целый час.
   Но Андрей тогда ничего не сказал, просто выслушал нотариуса до конца, узнал, что вступит в наследство, только спустя полгода, так положено по закону, и забрав жену и детей пошёл с ними вместе на «Зелено-Холуницкий» пруд.
   А вот Валентина на этом не успокоилась, на другой день вечером, закрыв магазин, она пригласила меня, Петьку Забродова - местного пьяницу и бездельника, промышляющего браконьерством, тут же присутствовал и Иосиф, накрыла в подсобке шикарный стол, где была настоящая водка «Алтай», копчёная колбаса, буженина, шпроты и салат из огурцов с помидорами.
   Когда мы все трое, кроме неё выпили, по одной, потом по второй рюмке и хорошо закусили, Валентина напрямик сказала:
   - Он меня достал, и от него нужно просто избавится. Раз и навсегда. Сергей и Петя, это можете сделать только вы. Мог бы и Иосиф, но на него тогда сразу падёт подозрение, а на вас – охотников, если сделаете всё чисто, никто даже и не подумает. Андрей и его семья должны просто исчезнуть. А вы за это, каждый, получите по десять тысяч рублей.
   Подумайте, деньги не маленькие, и давайте ещё выпьем по одной. Она тогда тоже с нами вместе выпила водки.
 Мы все трое конечно захмелели, и под хмельным угаром, согласились выполнить её задание. Ни я, ни Петька, тогда не знали, что Валентина весь наш разговор, записывает на диктофон.
   И когда на другой день протрезвев, но придя по приглашению Иосифа к ней в магазин, чтобы опохмелиться, стали отказываться от того, чтобы убить Андрея и его семью, она предъявила нам запись и сказала, если мы теперь это не сделаем, она пойдёт к начальнику нашей милиции майору Воронову, и передаст ему эту запись.
   Мы подумали, подумали с Петькой, опохмелились и согласились всё сделать чисто, и следов не оставлять.
  И так получилось, что в этот вечер прошёл дождь, а на другой день к обеду, Андрей с женой и детьми, видимо устав от неприятных взглядов семьи Мезенцевых, решили пойти в лес «по грибы», и направились в местечко, под названием «Берёзовая падь».
  Андрей знал, что там всегда много белых грибов, особенно после дождя. Место это находилось почти в трёх километрах от посёлка.
   У нас с Петром уже был план убийства, мы следили за ними, и вооружённые охотничьими ружьями, двинулись следом. У нас у обоих были двустволки ТОЗ-34, заряженные картечью, чтобы если поразить, то уж наверняка.
   Перед тем, как идти за Андреем, мы выпили по «чекушке» водки, «для храбрости» и тогда шли за ними, как охотники по следу зверя.
   Недалеко от «Берёзовой пади», дети, мальчик и девочка, увидев поляну с цветами, побежали вперёд прямо к ней, Андрей немного отстал от них и наклонился, чтобы срезать гриб, а его жена, находясь метрах в десяти от него, присев срезала белые грибы и складывала их в корзину.
    Петька выстрелил первым, попав ей в голову, и она успела громко крикнуть, а я выстрелил вторым в Андрея, но он, видимо что-то почувствовав, рванулся вбок и картечь разворотила ему плечо. И он, уже падая от боли, крикнул детям:
- Ваня, беги!
А сам приподнялся на ноги, и глядя на умирающую жену, буквально пополз в её сторону. Тогда, я выстрелил второй раз, прямо ему в голову, и он мгновенно затих.
   Когда я поднял глаза, детей уже нигде не было, хотел бросится их искать, чтобы до конца выполнить поручение Валентины, но Петька меня остановил:
  - Потом найдём, никуда они не денутся! Давай пока, думать, что с трупами делать!
   Короче мы «сделав своё чёрное дело», спокойно, осмотрелись, нашли метрах в пятидесяти от этой поляны небольшой овражек, перетащили к нему по очереди трупы Андрея, и его жены. Потом раздели их догола, чтобы звери могли их мясом поживиться, у нас там и лисы, и шакалы и даже волки водились, и сбросили тела в этот овраг, обвалив ногами берег, чтобы присыпать их землёй сверху. А всю одежду и корзины сожгли, выкинув из них грибы.
  Когда раздевали трупы, то обнаружили на шее у женщины, одетой в красивое женское бельё, такого наши женщины не носят, потому что дорого, золотую цепочку с золотым медальоном в виде сердечка, золотые серьги с изумрудами и дорогое обручальное кольцо с блестящими камушками, а у мужчины, тоже золотое обручальное кольцо, но попроще, и пятнадцать тысяч рублей в бумажнике, вместе с документами.
   Деньги разделили поровну, а с драгоценностями, выпив ещё по стакану самогонки, решили так: Петьке обручальное кольцо и цепочка с медальоном, который мы так и не сумели открыть, потому что у него вторая жена Нинка, моложе его на десять лет, а мне золотые серёжки и обручальное кольцо убитого Андрея.
  Где-то через месяц, после убийства Андрея и его жены, я увидел на Нинке эту цепочку с медальоном, а я, когда протрезвел, дарить снятые с убитых драгоценности своей жене не решился.
  Они так и лежат там, в коробочке от часов в ящике с инструментом в моей кладовой…
      Трупы, как я уже сказал, мы присыпали землёй, отвалив берег оврага ногами, а потом начали искать детей. Но, как не искали, так их и не нашли, однако сказать об этом Валентине не решились, доложили, что «дело сделано», выпили самогона в той же подсобке магазина, получили по десять тысяч, дали ей клятву, что будем молчать, и разошлись спокойно по домам.
   Через некоторое время наши милиционеры опрашивали всех в посёлке, по поводу пропавших детей, но никто ничего не сказал, и про детей Андрея, его самого и его жены, даже не вспомнил.
И, я даже и не знаю, живы ли его дети вообще или нет. Может, если они дай Бог живы, то на мне нет греха ещё и детоубийцы.
    К сожалению, за давностью лет, я не могу показать, да и не смогу из-за свой немощи, это меня видимо Бог, за моё злодеяние меня наказал, где мы Андрея и его жену похоронили, Петька недавно от инфаркта миокарда умер, Иосиф, тоже умер, хотя его на месте преступления не было, но он о нём знал и молчал.
  Но, ведь эта тварь, Валентина, до сих пор жива, и сыновей своих, между прочим, очень похожими на себя воспитала, сука…
   Мужчина закашлялся, затих, устало закрыл глаза, и Юрий, буквально ошарашенный поученной информацией, решил, что теперь то он точно доведёт расследование дела отца до конца.
   Прошептав больному мужчине одно лишь слово: «спасибо», Юрий в полном смятении вместе с майором вышел из палаты, перебирая в памяти всё, что сказал ему умирающий убийца его отца.
   Одно он понял из этого разговора, отец и его вторая жена погибли, и место их захоронения нужно будет обязательно найти, а их дети живы и значит, Ирина на правильном пути и надо продолжать их поиски, потому что это его брат и сестра по отцу…