Бозбаш

    Скотовод Хаджага играл сыну свадьбу. Он ждал, что все, кого он пригласил, будут на этой свадьбе. А как иначе? В деревне не было ни одной свадьбы, на которую бы Хаджага не пошёл. Он приходил, съедал тарелку бозбаша, выпивал полбутылки водки и закусывал зеленью и соленьями. Он не притрагивался ни к «холодным» блюдам, ни к разным сокам, ни к шашлыку. На каждой свадьбе он говорил: «Зачем вы выставляете столько блюд? Да поможет вам Бог, украшение свадьбы — это бозбаш. Если на свадьбе нет бозбаша, в чём её прелесть?»
Над ним смеялись, говорили: «Ай Хаджага, ты не ел всего остального, вот тебе и невдомек».
     ...Было уже за полдень. Свадьба шла весело. Хаджага оглядел шатёр. Не увидел Кадыркулу и его близких друзей. Нет, этого не могло быть. Он сильно расстроился. Вдруг что-то вспомнил... Прикусил палец.
Когда в прошлое воскресенье на свадьбе у сына Адилага его спросили: «Ай Хаджага, ты тоже так украсишь столы?», он громко ответил:
     — Ничего подобного. Я на свадьбе подам бозбаш. И на других свадьбах буду есть только бозбаш. «Холодное» и прочее мне не нужно. Над ним посмеялись. Тракторист Кадыр¬кулу прямо ему в лицо сказал: — «Мы не для того на свадьбу ходим, чтобы бозбаш есть». «Наверное, по¬этому они не пришли. Не стоит расстраиваться. Я покажу этому Кадыркулу», — успокоил себя старик Хаджага.
     Свадьба прошла неплохо. Спасибо всем родственникам. Они хорошо повеселились.
     ...Хотя Хаджага лёг спать поздно ночью, он проснулся на рассвете. Разбудил жену и среднего сына. Не прошло и часа, как он с сыном стучался в ворота Кадыркулу:
      — Эй, Кадыркулу, эй Кадыркулу!
      На шум вышла жена Кадыркулу:
      — Эй Хаджага, что случилось так рано утром?
      — Кадыркулу хорошо знает, что случилось, позови его.
      Кадыркулу, протирая глаза, вышел. Хаджага из принесённого им казана с бозбашем налил в тарелку, которую сын достал из корзины. Затем достал зелень и положил на тарелку. Налил в стограммовый стакан водки и протянул Кадыркулу: «Пей», — сказал он. Кадыркулу, держа стакан, жалко посмотрел на Хаджагу.
      — Пей, я говорю тебе, пей, Кадыркулу.
Кадыркулу, хотя и знал, как трудно пить водку так рано утром, по выражению лица Хаджаги понял, что тот не шутит. Он взял стакан, выпил до дна. Морщась, он взял кусочек мяса из тарелки. Когда он съел весь бозбаш и вычистил тарелку хлебом, бутылка тоже опустела. Кадыркулу сказал:
      — Ай Хаджага, да благословит Аллах. Прости, я не смог прийти. Обязательно приду на другие свадьбы.
      — Я знаю, что ты придёшь, но сначала иди, посмотри в списке, сколько денег я кинул на свадьбу твоего сына Сеймура, принеси столько же денег, и я уйду.
Кадыркулу неохотно пошёл домой, и вскоре вернулся, сунул принесённые деньги в карман отцу молодого жениха. Улыбаясь, он сказал:
      — И правда, Хаджага, украшение свадьбы — это бозбаш. Но между нами, счёт один-ноль в твою пользу.
     Хаджага тоже рассмеялся. Они дружелюбно пожали руки и разошлись.

Перевод с азербайджанского Ниджата Мамедова