Хроники пикирующего пассажира

Знаете, что общего между изобретением телепорта и первой любовью? Сначала ты думаешь, что это решит все твои проблемы. Потом неделю ходишь счастливый, а спустя десять лет стоишь в очереди в общественный туалет и проклинаешь тот день, когда гений человеческой мысли победил пространство.

Меня зовут Сергей, мне 35, и я принадлежу к тому самому поколению, которое встретило телепорт в сознательном возрасте. Мы успели постоять в пробках, подышать выхлопными газами и потерять нервные клетки в очередях на регистрацию в аэропортах. А потом нам подарили рай. Примерно на полгода.

Часть 1. Эйфория

История этой технологии — классический пример того, как наука догоняет фантазию. Всё началось с теоретиков. Парни в очках с толстыми линзами, которые в 19-м и 20-м веках корпели над формулами, даже не подозревали, что однажды их имена поставят на коробках с бытовыми приборами. Риман, Людвиг Фламм, который первым решил уравнения Эйнштейна для кротовой норы, сам Эйнштейн с Розеном, наш compatriot Александр Фридман, американец Джон Уилер, придумавший термин «червоточина», и британец Стивен Хокинг — все они наработали теоретическую базу.

Но, как это обычно и бывает, пока европейцы и русские думали о судьбах Вселенной, американцы и китайцы прикидывали, как на этом заработать. Инженер из Кремниевой долины Дженнифер Хейс и её коллега из Шэньчжэня Чэнь Вэй нашли способ не просто создать нестабильную кротовую нору, но и удержать её открытой целых 0.3 секунды. Позже русский физик Дмитрий Волков (который, по слухам, до последнего работал в НИИ в подвале с протекающей крышей) доработал систему стабилизации, снизив энергопотребление с уровня небольшой электростанции до уровня заводского цеха.

Первые телепорты напоминали декорации к фильму про инопланетян. Это были циклопические сооружения, гудящие так, что в соседних кварталах осыпалась штукатурка. Две точки — вход и выход. Между ними — ничто. Миллисекунда — и ты за тысячу километров. Обслуживал это чудо специально обученный персонал в наушниках, которые называли «диспетчерами пространства». Они сверяли коридоры, следили, чтобы ты не влетел в чужой поток, и орали друг на друга рациями: «Пятый свободен, пятый свободен, запускаю седьмого!»

Я впервые воспользовался телепортом лет восемь назад. Стоял в очереди из таких же зевак, как и я, и чувствовал себя первопроходцем. Заходишь в кабину, секундная вспышка дезориентации (ученые до сих пор спорят, теряем мы сознание на этот микроинтервал или просто "перезагружаемся"), и ты на месте. Ни тебе досмотра, ни жидкой гадости в пластиковых стаканчиках, ни соседа, который храпит тебе в ухо всю дорогу до Анталии.

Это было революционно. Так же, как в своё время встречали появление интернета или первого айфона. Все сходили с ума. Блогеры телепортировались в ванную комнату своих подписчиков, чтобы сделать смешное фото. Компании устраивали корпоративы на двух континентах одновременно.

Часть 2. Трезвый расчет

Эйфория схлынула быстро. Как только выяснилось, что дареному коню в зубы всё-таки смотрят, да еще и с особым пристрастием.

Во-первых, ты не протащишь с собой много вещей. Сначала разрешали только ручную кладь — ну, как в самолете, только без чемодана в багажном отсеке. Потом вес подняли до 25 килограммов. Но попробуйте перевезти холодильник или, скажем, партию кирпича для стройки — ничего не выйдет. Грузовые фуры, поезда и контейнеровозы вздохнули с облегчением: их бизнес остался при них. Телепорт стал транспортом для людей и мелких курьеров, а не для логистики.

Во-вторых, технологию быстро прибрали к рукам военные. И вот тут началась жесть. Представьте: вы сидите в окопе, вокруг жужжат дроны, как комары над болотом, и вдруг прямо за вашей спиной открывается портал, оттуда выскакивают пять диверсантов, минируют штаб и — хоп! — исчезают, пока вы моргаете. Тактика боя изменилась кардинально. Дроны ушли на второй план, уступив место "портальщикам".

Теперь главное — незаметно создать точку выхода на вражеской территории и не дай бог пропустить такую же у себя. Армии всего мира переключились с производства беспилотников на производство "глушилок пространства". Генералы снова почувствовали себя богами, а солдаты — снова почувствовали себя смертниками, только теперь с двух сторон сразу.

В-третьих, криминал. О, это была золотая жила. Помните фильмы про ограбления, где герои полфильма вентиляцию грызут? Теперь всё проще. Арендовал склад рядом с ювелирным магазином, настроил точку выхода в подсобке, и ты — Робин Гуд или просто жулик, смотря как по совести. Полиция быстро просекла фишку и организовала специальные отделы по поиску нелегальных порталов. Теперь любой подозрительный шорох в стене музея проверяют сканерами пространственных аномалий. Преступники, в свою очередь, научились ставить точки выхода прямо в движущиеся поезда или самолеты — чтобы след простыл.

А мигранты? Раньше они рисковали жизнями в утлых лодках в Средиземном море. Теперь они просто телепортируются. Пограничники ловят их по тепловым следам и всплескам энергии, но поток не иссякает.

Часть 3. Моя история
Но это всё лирика. Я хочу рассказать о другом.

Когда телепорты стали компактными, а точки выхода научились создавать дистанционно (спасибо группе инженеров под руководством того самого Волкова, который, наконец, вылез из подвала и получил Нобелевку), мир стал плоским. Я, живя в Москве, устроился работать мастером участка на ферму в Австралии. Серьёзно! Роботы доили коров, собирали яблоки, а я сидел в уютной однушке на окраине и джойстиком управлял целым сельскохозяйственным комплексом на другом конце света. Работодатель в восторге: платит меньше, чем местным, а я счастлив: не надо постоянно переться на жару к этим паукам, ибо мое физическое присутствие там требовалось далеко не каждый день. Ну там, если сломается что или ещё чего такого случится, что бывало крайне редко.

Работа на "удаленке" перестала быть уделом айтишников. Токарь из Твери спокойно точил детали для завода в Германии, а потом прыгал домой обедать. Строительные бригады собирали небоскребы в Дубае, а вечером пили пиво в родном Саратове. Романтика!

В транспорте тоже всё стало удобно. В каждом подъезде, в каждом ТЦ — портальная кабина. Нажал кнопку — вышел на пляж. Казалось бы, живи и радуйся.
Но тут выползла проза жизни.

В прошлом году мы с женой Катей решили рвануть на майские в Хургаду. Отель с хорошим рейтингом, море, всё включено. Регистрация в отелях, как вы знаете, теперь тоже дистанционная, но заселиться надо было лично до 14:00, иначе номер отдадут другим счастливчикам.

Мы вышли из дома в 13:15. Красота. Идём к ближайшей портальной кабине во дворе. А там — очередь! Человек двадцать. Все с сумками, надувными кругами и детьми. Оказывается, в соседнем ЖК отключили свет, и все ломанулись к нам.
— Граждане, проходим по одному! — кричит дежурный, парень в синей униформе, похожий на смотрителя зоопарка.
— У меня регистрация горит! — ору я.
— У всех горит, — философски замечает мужик с пивным животом и удочками. — Я вообще на Байкал собрался, рыбу глушить.

13:45. Мы стоим. Очередь движется как пьяная гусеница. Катя нервно кусает губы. Она у меня врач скорой помощи, и пунктуальность для неё — второе "я".
Наконец, наша очередь. Заходим в кабину. Выбираем координаты. Миг — и мы в холле отеля в Хургаде. Часы показывают 13:55. Ура! Мы бежим к стойке регистрации, а там...

Там очередь из наших "попутчиков" по подъезду. Да, они прыгали за нами следом и выбрали тот же отель. Двадцать человек, которые только что стояли перед нами в Москве, теперь стояли перед нами в Египте.

— Вы издеваетесь? — спросил я у мужика с удочками.
— А чё сразу я? — обиделся он. — Тут курс доллара выгодный, рыба клюет, а вы...
На регистрацию мы опоздали. Номер отдали какой-то сладкой парочке из Омска, которые прилетели через точку выхода на крыше соседнего отеля и были здесь уже с 12 часов. Мы получили комнату с видом на кондиционер и запах жареного лука из кухни.

Это был первый звоночек. Второй прозвенел через месяц.

Катя дежурила в ночную смену. У неё был вызов: инфаркт в элитном районе, где у каждого дома был частный портал. Скорая помощь, кстати, тоже давно прыгает — реанимобили с портальными установками на крышах экономят драгоценные минуты. Но проблема в том, что порталов много, а диспетчерских каналов — ограниченное количество.

Катя влетела в распределительный центр, чтобы прыгнуть прямо во двор к пациенту, а система выдаёт: "Занято. Точка выхода заблокирована на 4 минуты. Причина: массовое прибытие гостей на свадьбу".

Представляете? Прямо во дворе у умирающего деда молодожёны решили устроить сюрприз гостям и синхронно вызвали их из трёх разных городов. Поток был такой мощности, что скорая просто не могла пробиться.

Катя прыгнула на соседнюю улицу и бежала до дома пешком, кроссовки скинув на ходу. Успела. Потом приводила деда в чувство всем своим медицинским набором и орала на молодых через стену, пока те резали салаты. Те не поняли, обиделись и написали жалобу, что сотрудник скорой мешает празднику.

Вот так выглядит технический прогресс. Очереди из пространства и время, которое ты теряешь не в дороге, а в ожидании права на вход.

Часть 4. Точка выхода

Катя после того случая ходила сама не своя. Я видел, что она прокручивает в голове: "А если бы я не успела? А если бы дед не дождался?".

Я предложил ей уволиться. Глупость, конечно. Катя — фанатик своего дела. Она не бросит.

— Сереж, — сказала она мне как-то вечером, глядя в стену, — давай уедем. Совсем.
— Куда? — не понял я. — В смысле, через портал? Так это всегда пожалуйста.
— Нет. Я про старый способ. Без точек входа и очередей. На поезде. Или на машине. Чтобы долго. Чтобы видеть, как меняется земля за окном. А не как дергается картинка в кабине.

Я посмотрел на неё и вдруг понял. Мы, как те крысы из эксперимента, которые нажимают на кнопку получения кайфа, забыли, как просто жить. Телепорт убил путешествия. Остались только перемещения. Разница между "быть в пути" и "оказаться" — колоссальная.

— Хорошо, — сказал я. — Давай. Но у меня работа, австралийские коровы без меня заскучают. Нужно роботов настраивать удаленно, а там, в поезде, связи не будет.
Катя улыбнулась. Она знала, что я соглашусь.

Мы купили билеты на поезд. Обычный, старый, который тащится через всю страну трое суток. На нас смотрели как на идиотов: "Вы чё, с ума сошли? Три дня жизни в трубу! За три часа можно вокруг света обернуться!"

А мы сидели в купе, пили чай из граненых стаканов, слушали стук колес и смотрели, как проплывают березы, потом поля, потом горы, потом пустыри. За окном была настоящая, не "проколотая" реальность. И Катя впервые за месяц уснула спокойно, положив голову мне на плечо.

Я смотрел на неё и думал: телепорт, безусловно, величайшее изобретение человечества. Оно накормило миллионы, изменило логистику, сделало военных неуловимыми, а воров — наглыми. Оно позволило мне управлять фермой за океаном, не вылезая из пижамы. Но оно же создало очереди из пространства и время, которое мы теперь тратим на ожидание у порталов, а не на дорогу.

Может быть, самое ценное, что мы теперь можем перемещать мгновенно — это не наши тела. А наши желания. Желание быть рядом. Желание помочь. Желание успеть. И если ради того, чтобы успеть к тому, кого любишь, нужно простоять в очереди у чертовой портальной будки — что ж, значит, науке еще есть куда стремиться.

А пока я счастлив просто ехать. Трое суток. Без скачков. Просто потому что некоторые путешествия не стоит совершать с помощью телепортации.
------------------------------
P.S. Через два дня после нашего возвращения в почтовый ящик упало уведомление: "Глобальная инициатива по квантовой синхронизации. Время ожидания в портальных сетях сократится на 15% к 2036 году. Возможны временные неудобства".

Неудобства? Мы, люди, и есть те самые временные неудобства Вселенной. Но, кажется, она нас терпит. Пока мы не научились ждать, мы ещё живы.