Лидия Егоровна

«Боже, как гудят ноги!» — подумала она, сидя под раскидистым клёном на старой обветшалой скамье.
Небо уже посветлело, но звёзды всё ещё будто прислушивались к мыслям этой красивой, седой, уверенной женщины.
«Утро… Как редко я его встречаю. На фронте не пропускала».
Она притушила папиросу.
«Нужно перейти на сигареты. Нужно бросить… Нет, не смогу».
Папироса давала ей передышку, короткий отдых, и потому отказаться от неё она не могла.
Память включила «телевизор», как любила говорить она сама.
Картинка за картинкой выстраивались в ряд.
Только не прошлое…
Было ли ей страшно? Было.
Однажды — когда в операционной на столе лежал обгоревший танкист. Запах горелого мяса бил в нос.
— Сколько? — спросила она.
— Девятнадцать, — ответила сестра.
Она подошла к столу и на мгновение растерялась, не зная, с чего начать. Ожог четвёртой степени смешался с мазутом. До слёз было жалко мальчишку. Жалко себя. В тот момент хотелось выть. Просто сесть в угол и выть, выть.
— Лидия Егоровна! Роды начались! — крикнула акушерка из окна.
Лидия Егоровна вздрогнула, тяжело поднялась.
— Ну вот... ещё одна жизнь!