Глава 7. Пламенный яхонт

(Фрагмент из главы седьмой романа-фэнтези «Битва Небесного Воинства» дилогии «Аурелия Аурита»)

Маргарита раскрыла бархатную шкатулку, затерявшуюся на садовом столике среди огородных принадлежностей и саженцев растений, и продемонстрировала Кириллу восхитительный убор из драгоценных камней, переливающихся сиянием одновременно двух оттенков: ярко-оранжевого солнца и глубокой палитрой оперенья розового фламинго – будто целая стая «солнцерождённых» птиц взлетела встречать восход своего огненного светила.

– Да, эти сапфиры падпараджа потрясающие, и ювелирное мастерство великолепное. Но почему Селина настолько испугалась за сохранность украшений, что задумала их спрятать в Кионе? В Анфире полно сокровищ: золотые скульптуры, мозаика из драгоценных яхонтов почти в каждом дворце, а венцов красавиц не счесть… По всей Сфере Адитона каменья валяются под ногами словно булыжники. Одни Сиреневые Горы, целиком из аметиста, чего стоят.

– Сапфир падпараджа – особенный камень, у него есть дар, который очень привлекает теней.

– Интересно, какой же?

– На земле он большая редкость, ценится безумно дорого, но главное: тени верят, что этот камень даёт власть над всей Вселенной. И каждый слуга Эреба мечтает преподнести его своему хозяину, в надежде на темнейшую милость, поэтому устроили настоящую охоту на уникальный камень. Говорят, владыка тьмы рад этим камушкам даже похлеще, чем новым душам. Оттого Селина и предложила спрятать сапфировый набор в недосягаемом Замке, чтобы оградить город мастеров от непрошенных гостей.
 
– Ты веришь в эту сказку?

– Что сапфир падпараджа – источник безграничной власти? Да кто его знает. Меня власть не интересует. Но камень действительно необычайно красивый. А мы сейчас у природоведа нашего спросим про тайну камня утренней зари. Глянь-ка: несётся к нам на всех парусах.

Нестор действительно спешил к ним, навьюченный, как караванный верблюд бактриан, горой географических карт и каких-то чертежей.

– Лотосами любуетесь? Дивно. Вот если бы ты, Марго, взамен того, чтобы изуверствовать без спроса и одобрения старших над Чёрными Скалами, посадила бы в болотах разных нимфейных растений, глядишь, толку было бы больше, а вреда меньше.

– Да, давай, продолжай, – подначила его Маргарита, – только ты ещё сегодня не бросал в меня тапком. Пробовала я высадить в Элодее лотосы: не приживаются они там.

– Про сапфир падпараджа могу сказать только то, что знают все: камень легендарный, но для меня это лишь не более чем уникальное сочетание ионов хрома в кристаллической решётке, – возвестил про между прочим Нестор. – Ну раз тени из-за него в самое пекло лезть готовы, туда им и дорога. Пусть лучше здесь, в Кионе, пару дней парюра Селины перекантуется. И это зеленоглазое недоразумение вместе с ним.

– Перестань, Нестор, – упрекнул его Кирилл. – Видишь: ей и так очень плохо. Рассказывай, юный натуралист, зачем пришёл.

– За этим и пришёл. Меня беспокоит сохранность флоры и фауны Элодеи во время завтрашней битвы. И послезавтрашней, если быть точнее: раз уж ей отведено целых два дня.

Маргарита обречённо закрыла лицо руками.

– Да что с вами такое? Скоро предстоит ужасная битва, ось мироздания пошатнулась. Свет может исчезнуть во всей Вселенной!.. Один мне про любовь земную рассказывает, другого заботят лягушки в поганом болоте…

– Про любовь земную я что-то пропустил, можно поподробнее? – полюбопытствовал Нестор.

– Обойдёшься, – Кирилл расположился поудобнее в плетёном кресле прямо среди буйно цветущих лилий, рассудив, что природовед готовит некое заявление и его непременно придётся заслушать. – Значит, болотных гадов рвёшься защищать, новоиспечённый Дуремар?

– Да, коллега. А кто горемычных защитит? Про них, как я вижу, все позабыли. Мы-то победим в любом случае. Я не сомневаюсь! А что станет с биосферой болота? Ведь там развернуться основные сражения, и экосистема очень сильно может пострадать. Запреты вблизи Эреба не действуют: раненые и погибшие не восстановятся. Мою тревогу разделяют и Аркадий, и многие другие тоже – пресмыкающихся надо вызволять. Слышали бы вы, что предлагают некоторые неразумные ополченцы! Взять космические корабли и обрушить их на Элодею, чтобы совсем с ней покончить! Дурной пример Марго заразителен. Их даже не волнует, что вся планета Сферы Адитона может от такого взрыва треснуть. Битва и так будет беспощадной. Один только меч Святозара способен на ещё больший «бадабум», чем все эти взрывы.

– Мы обязательно победим, – задумчиво повторила Маргарита. – Вопрос только: какой ценой… Кого нам суждено потерять?

– Брось, Марго. Всё будет хорошо, – пообещал ей Нестор. – Может нам даже повезло, что всё произошло именно так, а не иначе: во всяком случае Святозар был готов к подобному повороту событий. А значит, держит какой-то козырь в рукаве. Уж поверь моему наблюдательному опыту! Посмотрите лучше, что я хочу предложить для спасения болот Элодеи.

Он наконец скинул с плеч рюкзак с горой бумажных рулонов и развернул перед сидящим Кириллом топографические чертежи. Затем раскопал в дизайнерской утвари Марго большой циркуль и деловито принялся что-то им измерять прямо на карте.

– Видите? Здесь Мутная река огибает Черепаший остров с севера, а потом она, как известно, петляет по болоту и постоянно меняет русло. Но буквально сразу у островка за дамбой начинаются земли озёрного Края Скимнов. Если сломать плотину, у живности будет небольшой проход в озеро, где они и смогут укрыться на время боя. Хочу представить этот план Святозару. Но вначале неплохо бы услышать ваше мнение. Не слишком ли амбициозно, как считаете?

– Ничуть не амбициозно, – «успокоил» его Кирилл, – чепуха это, если честно, а не план. Под видом «живности» в озёра прорвутся нежити: виверы, вурдалаки и прочие мутанты тьмы.

– Их остановят Ратники. Стратон как раз там и будет их встречать.

– Я как-то слабо представляю себе, что Стратон станет отсортировывать: пиявки и полезные паучки направо, а упыри и химеры налево… Вообще доскональных карт Элодеи не существует. Ни одной. Потому что там всегда всё меняется.

– Но Черепаший остров есть! Ведь он находится непосредственно на границе, как и дамба… Пожалуйста, прошу вас, пойдёмте со мной к Святозару, он меня одного слушать не захочет. Вернее, я не осмелюсь отвлечь его.

Кирилл и Маргарита с улыбкой переглянулись, девушка неопределённо махнула рукой.

– Ладно, всё же есть смысл рискнуть и услышать выговор за очередные «благие намерения»…

Строгие и бесконечные анфилады бирюзового Замка между тем стали ещё грандиознее и светлее. Это казалось невозможным, но свет Киона всё приумножался, видимый воочию, он словно наполнял и всю душу. Росла его чистота и ясность, преодолевая все грани времени и материи. Невечерний свет неисчерпаемой вечности нисходил по небу солнечной аркой от Райских Врат и плавно перетекал в Замок лучистой рекой. Северо-восточный ветер, рисуя морозные узоры прямо в воздухе, гонялся за шаровыми молниями и усиливал вращение всех башен и дворцов Небесной Крепости, которая начала медленно кружиться, словно воспаряя ещё глубже в звёздную высь.

В хоромах Замка всё также пришло в движение: рыцари собирались группами, что-то обсуждали, упражнялись на мечах, соревновались в стрельбе из лука по учебным мишеням или летели куда-то верхом на бесстрашных своих боевых лошадях. Привратники встречали прибывающих в Замок бывших и нынешних претендентов, а также простых ополченцев, тут же формировались отряды и отправлялись на заданные рубежи обороны. В гуще народа появился и Верховный Страж – Святозар. Он с готовностью помогал подобрать обратившимся к нему нужное вооружение. Неподалёку мелькнула кислая физиономия Огнеборца, который, сидя в сторонке, начищал до абсолютного блеска и без того сияющий золотой щит.

– Святозар, – окликнул Верховного Стража Кирилл, – здесь Нестор, эколог, озаботился безопасностью пресмыкающихся. Может проект не совсем толковый, но наш зоозащитник прав: этим бедолагам придётся несладко.

Святозар с интересом взглянул в сторону природоведа. Нестор приободрился...