Тишина у ворот сада

Солнце Нишапура уже клонилось к закату, окрашивая пыль дорог в цвет старой меди. Хайян сидел у ворот своего сада, лениво чертя прутиком на песке траекторию Марса.
Мимо проходил человек, чей вид излучал суетливое всезнание. Заметив мудреца, он остановился и, ткнув пальцем в сторону восходящей луны, авторитетно заявил:
— Посмотри, Хайян! Луна сегодня холодная и бледная, потому что она наполнена льдом, который ангелы счищают с небесных пастбищ. А звезды — это искры от их кос. Так написано в книге, которую мне читал один проезжий торговец, и я верю в это всей душой!
Ученик Хайяна, сидевший поодаль, вспыхнул от негодования. Он вскочил, сжимая в руках астролябию:
— Какое невежество! Учитель, позволь мне объяснить этому глупцу устройство небесных сфер! Позволь мне доказать ему, что луна — это мертвое тело, отражающее свет, а не глыба льда! Его заблуждение очерняет истину!
Хайян даже не поднял взора от песка. Он лишь слегка шевельнул пальцем, призывая ученика сесть на место.
— Оставь его, Юсуф, — тихо промолвил мудрец.
— Но как же так? — возмутился юноша. — Он разносит ложь под твоими окнами! Разве долг мудреца не в том, чтобы исправлять кривые пути ума?
Хайян наконец поднял голову и посмотрел на прохожего, который с гордым видом ожидал спора.
— Скажи мне, почтенный, — обратился Хайян к незнакомцу, — делает ли тебя эта вера в ледяную луну счастливым? Помогает ли она тебе крепче спать или добрее относиться к своей жене?
— Конечно! — воскликнул прохожий. — Я чувствую, что мир понятен и прост, и ангелы заботятся о моем покое.
— Тогда иди с миром, — улыбнулся Хайян. — Твоя луна дает тебе тепло, которого не даст моя истина.
Когда человек ушел, светясь самодовольством, Юсуф спросил с горечью:
— Почему ты промолчал, учитель? Ты ведь мог открыть ему глаза!
Хайян поднес к губам чашу и сделал глоток.
— Глаза открываются только изнутри, Юсуф. Если я разрушу его ледяной замок, я не построю на его месте обсерваторию — я оставлю его в пустой и холодной пустыне. Его «заблуждение» — это его посох. Зачем отнимать посох у того, кто не умеет летать?
Он посмотрел на гаснущее небо и добавил:
— Истина, мой друг— это не дубина, чтобы бить по головам, а свет, на который идут добровольно. Если его сердце нашло покой в сказке о льде — пусть греется у этого огня. Моя математика не сделает его хлеб вкуснее, а его молитву — искреннее. Иди и ты, чисти свое зеркало, а не пытайся протереть чужие очки.
И, чиркнув прутиком по песку, Хайян прошептал:

Коль ближний твой живет в плену пустых идей,
Не лезь с нравоученьем в круг его затей.
Твоя «прямая» правда — лишь один из путей,
А он нашел свой рай в тени своих ветвей.