Дембель Вова

.
Дембеля!    Правда изрядно продрогшего всё же, (и в валенках с тулупом),  да сразу та-а-к обрадовались ему, побыстрому помогли вылезти из саней и повели в хату!
.  Мама и сестры, тут же бросились обнимать и целовать солдата, да помогать раздеваться.
.  Отец наш Корнеевич, лишь только тогда вздохнул ПОДУМАЛ НА ДОСУГЕ Я.
Никто не знает, ЧТО нас ждёт,
На склоне --- прОжитого Века.
БОГ начертал, иди --- Вперёд,
Смысл главный, в жизни Человека!
 
                ДЕТСТВО В ПОКРОВКЕ.                . .. …Голубята, Курсы комбайнеров, Спутники, За фикусом, Тасать, Стукалка в окно, Самодеятельность, Котяхи, Выбили зуб, Вожатый, Пионерлагерь, Лодку словили, рачок пацану в трусы, Пудик тонул и Мила, Сани на крышу, Лини, Потапиха, лыжи и лаз в сугробе, ресорку спёрли с туалетом, стрельба, Катюши Ивана, Конь через плетень, Молоканка, Макуха, Оперотряд, драка и лёд с забором, Хор про Ермака. Карагуин и сено ..

Добавить реакцию
Ответить
Ещё

 

                КОЛХОЗНЫЙ СЕНОВАЛ.
.  За речкой Жабайкой у нас в Покровке, располагался Животноводческий Городок с коровниками и овчарнями, да ещё, с огромной территорией сеносклада, (т.е. сеновала для колхозного скота), с аккуратными скирдами заготовленного на зиму сена и буртом кукурузного силоса!
.   Доярки колхозные,  туда ходили на дойку утреннюю и вечернюю (два раза в день), по деревянному шаткому узкому мостику, из обыкновенных горбылей с перильцами.
.  В самой Жабайке, заросшей белыми и жёлтыми кувшинками, водилась всякая рыба и раки.
.  Мы с пацанами на летних каникулах, целыми днями с речки и не вылазили, наловим себе Раков, в старом ведре по-быстрому вскипятим воды, забросим в неё это весь улов, да и наварим сразу штук шестьдесят!
.  Один кто нибудь из пацанов, садился спиной к разделенным поровну на кучки ракам, а ему называют любую из них и спрашивают КОМУ? 
.  Этот  "разводящий",  назовёт любое Имя, и ты сразу свою кучку забираешь кушать.  Весело всё и без обид было!     .. ... ... Запомнился мне один случай, а вернее день, когда все раки в Жабайке нашей, на удивление всех местных пацанов, внезапно, стали Массово гибнуть!
.  Уже через неделю примерно, их красные под лучами  солнца Панцири повсюду, валялись по берегам и застряли по кустам, длинной километров на пять вдоль по течению!
.   А причина их гибели оказалась, до удивления простая.
.  В нашу Покровку однажды целых три машины ГАЗ-51,  из Атбасарской транспорной автобазы (ТЭБ) привезли, какое-то до селе невиданное белое вещество, (типа сахар-песок).
.  Под лучами яркого солнца, этот груз удивительно ярко белым и чистым выглядел и привлекал всеобщее внимание, что  к машинам сразу же набежал народ, посмотреть на непонятную диковинку!
.  Пока шофера ходили в контору, отмечать свои путевые листы, мы с пацанами уже — успели попробовать его на вкус, обмакнув палец и лизнув языком его.
. Один мужик, даже и ведро притащил из дому, чтобы зачерпнуть по быстрому для бражки, (она тогда большим спросом пользовалась в селе).
. Но оказалось, что это не сладость ожидаемая, но просто ядовитое и на вкус горькое удобрение Селитра, и она не съедобное, на бражку никоим образом не подходит, а вот отравиться можно запросто!
.  Куда теперь их надо подевать,  никто в нашем селе не знает, да и вообще непонятно, как они попали к нам и зачем — тоже неясно!
. Ситуация эта прояснилась через неделю, когда в речке внезапно, пошёл сплошной массовый мор всех подряд раков!
. Оказалось всё просто и понятно, в район пришёл вагон этой невиданной до того отравы, ни одного подходящего крытого здания под склад не нашлось, вот и дали разнарядку разбросать по колхозам, а там хоть трава не расти, всем до лампочки что будет и как будет.
.  У нас эти три машины побыстрому выгрузили, прямо под открытым небом в дальнем углу сеновала центрального!
.   По закону подлости, прямо на следующий же день, неожиданно прошёл сильный ливень, он размыл моментом эти удобрения и сплавил их в речку к ракам, любившим чистую и проточную водичку, потому и жившим тут тихо и мирно -- тысячи лет припеваючи! 
. Отравленные ядами раки, тут же массово ударились в бега, и начали сплавляться вниз по течению, аж до самой Борисовки.
.  От их красных на солнце панцырей,  застрявших в ветках прибрежного тальника, были усеяны оба берега нашей не широкой речки Жабайки, примерно — до Палестиновского бродка за селом!
.  Но вот выше по течению, до соседнего села Полтавка, их наоборот, только прибавилось, стало тут народу понятно и ясно — выжившие все особи, туда именно и переползли спасаясь!

.  Лет пять прошло после этого события, отрава естественно вымылась из русла реки и раки, стали — мало по малу возвращаться на свои места, но ясное дело, не в прежнем уже количестве!       

.                БУРАНЫ И ОТАРА.      
…Зимой, в наших краях Северного Казахстана, в далёкие Шестидесятые (Гагаринские годы), случались  частые бураны, бывало дня три такая сильная метель  метёт, что  и Света божьего не видно!
. Заносило снегами низенькие домишки эти, по самые что ни наесть крыши, тогда люди вылазили на улицу через окна с двумя рамами «двускатными»  в потолках!
. Сперва, откапывали свои двери и выпускали семью на улицу, а потом шли откапывать соседей пенсионеров и прочих слабосильных.
  В такие буранные Дни, всякое транспортное движение по дороге «грейдер», из райцентра Атбасар и на райцентр Балкашино (в сотне километров на Север в сторону Кокчетава), через наше село надолго прекращалось и надёжно!
.  Насыпь этой авто дороги, проложенной прямо по взгоркам и низинам в степи, постоянно заносило глубокими снежными сугробами и запечатывало перемётами, да настолько плотно и надёжно, что ни одна машина не смогла проехать, только гусеничный трактор ДТ-54, (а вездеходных и мощных К-700 тогда ещё не было в стране и в помине вообще).
.  Сельчане наши,  сидели вынужденно по своим низеньким «мазанкам с плоской крышей»,  сложенным из (нарезанных лопатой в дёрне, саманных  кирпичей), топили печки и управлялись со своим домашним скотом, да ещё кушали «согым»  Бешбармак и чаи гоняли!
.  Животноводы нашего колхоза «Новая Жизнь», трудились Героически в такие — Морозные и Буранные Дни, обеспечивая своевременной  кормёжкой, свои отары овец и гурты крупного рогатого скота (КРС), подвозя сено и силос к овчарням и коровникам, да ещё постоянно очищая ворота и проходы от заносов снегами.
  А он, (снег этот верховой, как назло,) постоянно валил с небес большими хлопьями, да сказочными змейками заползал под стены ферм, затрамбовывая наглухо ограждения  «калды» из составленных щитов. 
.  И случилось однажды, в середине буранного Дня, неожиданное ЧП — ветром повалило наземь, деревянные щиты ограждения выгульной площадки у овчарни (калды).   Отара, передового чабана колхоза в восемьсот голов, тут же ломанулась в этот пролом и пошла «по ветру» в степь — прямиком на соседнее село Полтавка, километрах в семи от Покровки.
.  Всякая отара овец всегда, возглавляется своими вожаком (зачастую, роль эту в отаре выполняет обыкновенная коза), поэтому — грозной лавиной прёт вперёд, тупо следуя за нею вслед, хоть в речку потонуть, хоть под любой крутой обрыв свалиться и там разбиться насмерть!
. Точно так же, получилось с отарой и на этот раз —затерялась она в этой снежной буранной коловерти,  (будто в глубоком Озере белого молока), стала пробиваться вперёд по переменам снежным, типа — весеннего талого ручья!
.  Проваливаясь копытцами, через плотный ледяной верхний наст перемётов, быстро поранили овцы свои ноги до крови, а шерсть забилась снегом и подтаяла там, образуя сплошную тяжёлую кольчугу из ледышек.
.  Впереди идущие, ослабели первыми и ... повалились наземь без всяких сил двигаться, задние же прошли малость дальше (километра на два) и тоже увязли в сугробах.
.  Под утро буран наконец то утих, ударил сильный мороз и ... (только занялся новый световой День), почти все животноводы  села, пошли по следу отары в поисках животных!
.  Находили в сугробах, живых овечек совсем мало, большинство уже скончались в позе обледеневших Бугорков, грузили таких на сани и свозили к осиротевшей кошаре!
. 
. Похожие, стихийные бедствия зимой, в казахстанских степях случаются периодически, хотя и не часто, когда вместе с животными в буранах — погибают и люди, потеряв всякий ориентир и направление двигаться под защиту к спасительному помещению.
.  Однажды, (и я сам лично),  чуть не замёрз насмерть, попав в похожий мощный мартовский Буран, на служебном ГАЗ-51 в перемёты,  между Атбасаром и зерно совхозом Мариновский, на Ладыжинском грейдере.
.  Буксовал в снегу, пытаясь проехать через сплошные перемёты,  копал лопатой под колёсами и снова буксовал, пока не закончился бензин, а снег продолжал валить сверху и гнало подземку по степи, задувая дорогу толстым одеялом.
.  Наверное — господь Бог, тогда помог мне физическими силами,  чтобы пройти в снежной мгле,  ночью по бурану «наощупь», целых семь километров к людям на мосту через Ишим, да отогреться в сторожке узкоколейки и пересидеть там до утра.


                СТЕПЬ БУРАН КАЗАХСТАН                   
                (реальный случай этот был со мной) .
Однажды братцы, я в буран попал,
На грейдере Ладыжинском в низине.
Полночи, в перемётах буксовал,
Пока бензин не кончился в машине.
Надо срочно выбираться,
Из лап снежного болота.
Как ямщик, в степи остаться,
— Не хотелось вовсе что-то.
Мы на диване тёпленьких квартир,
Горазды дать, толковые советы.
Но, потеряв в буран ориентир,
Куда пойдёшь, когда не знаешь где ты!
Зачем моей семье плохая весть,
Что сын замёрз и не придёт вовеки.
Надежда всё же на спасенье есть,
Река Ишим, где мост узкоколейки.
Буран прервал движение моё ---
Легко загнуться здесь, в кабине стылой.
Искать пошёл ближайшее жильё,
Иначе, не видать мне больше милой.
Вертелась мысль буравчиком одна ---
В буран возможно всякое случиться.
Чтоб волчья стая не нашла меня,
В овраг глубокий как-бы не свалиться.
Семь километров падал, шёл к реке,
Мне бог помог, не промахнулся мимо.
Вот так, на ощупь, в снежном молоке,
К сторожке вышел на мосту Ишима.
Кювет с обрывом, влево поворот,
Запомнил с рейсов предыдущих просто,
Полу-шагами двигался вперёд
Рукой коснулся ограждений моста.
Был молод я, физически здоров ---
В деревне вырос, в зимах разбирался.
Лишь потому, до речки всё ж дошёл,
Ослаб конечно, но в живых остался.
Теперь осталось вправо по мосткам,
Перемахнуть, сторожки дверь нащупать
Коль повезёт, упасть с порога там,
С устатку сердца пульс-биенье слушать.
Смотритель-сторож был помочь готов,
В углу буржуйка жаркая топилась,
Чтоб отогреть приблудных шоферов,
Что степь из лап смертельных отпустила.
Присел и я на пол с последних сил,
Сквозь дремоту сознание отмечало,
Как дед по-братски свой паёк делил,
—— Три картошины, огурец и сало.
Кисет достал, крепчайший самосад,
Мы всемером скурить всё это можем,
Что он гостям таким нежданным рад,
Блудил в степи, и сам спасался тоже.
Подумал я, что также поступил ——
Всю эту ночь с природою сражался.
Не спасовал ведь там, не отступил,
И слава Богу, что в живых остался!
.                **********
Буран утих к обеду и легко ——
Два К-700 пошли дорогу чистить,
Чтобы отправить в город молоко,
Вернуть чтоб трассу к прежней её жизни.
С будкой мост и колею, пришло время разобрали,
О буранах в том краю, они много б рассказали.
Лишь с опор быки остались, в снежном куржаке.
Что не раз людей спасали на Ишим реке!!!

Валерий Чайко, Атбасарский район, Целина, 1976 год.
© Copyright: Валерий Чайко, 2020
Свидетельство о публикации №120120809291



.   Если же возникала острая необходимость, поехать по неотложным делам, или в больницу райцентра, то поступали следующим образом — за гусеничный трактор ДТ-54, прицепляли огромные сани-вагончик с буржуйкой внутри, туда набивался народ сколько смог влезть и напрямую по степи отправлялись в город.
.  Мой старший брат Владимир, как-раз демобилизован был из Армении в январе месяце 1961 года, именно в такой вот трёх дневный буран, когда в снежном молоке люди видеть ничего не могли далее двадцать метров!
. Хорошо, что хоть телефонная связь с Покровкой  нашей, была исправной в этот день, и брат смог дозвониться к дежурному в сельском Совете, а тот прибежал к нам домой по буранной улице и сообщил желанную Весть!
.  Мы с отцом нашим,  Михаилом Корнеевичем побежали тут же с просьбой поехать в город, к конюху второй бригады (там содержался служебный конь моего отца ветеринара), а с  ним уже,  за разрешением к бригадиру Згуровец Алексею.
.  Тот дал свое согласие, а ещё впридачу и два тулупа из колхозной Кладовой, для кучера и пассажира!
.  Встречать его на вокзале в Атбасаре, поехал за 25 километров не на тракторе, а на паре выносливых жеребцов из колхозной конюшни, лично сам конюх Виктор Ланг, одетый в роскошный «ямщицкий»  Тулуп и валенки «самокатки» с двойными портянками на ногах!
.  Виктор надеялся, что лошади его сильные и хорошо знают этот маршрут до города, так что не должны подвести под монастырь типа, дорогу в буране найдут всегда, по природному лошадиному инстинкту!
.   Запасной, точно такой же комплект одежды с валенками, приготовили и для брата Владимира.

  Вьюга выла постоянно, снег валил и валил, сугробы намело в уровень с крышами домов, а наша вся семья, ну — буквально «извелась» в домашних ожиданиях, возвращения ямщика.
.  Прошли долгие часы по времени ожидания, я раз двадцать выбегал на улицу и всматривался в пургу, стараясь разглядеть в ней пару лошадей, но их не было.
• .  Печку мы тогда натопили изрядно, а мама наша Александра Степановна, поджидая сыночка с армейской службы, наготовила вкусных всяких блюд и закусок к столу.
• . В магазинах местного Сельпо, спиртное всякое по случаю буранных дней, уже напрочь закончилось за эти три дня, но у отца было припасено для такого случая, целый литр Спирта,  так что подготовились мы конкретно для встречи!
.  Уже в полночь наверное, всё же вернулся наш возница, весь заиндевелый в своём тулупе, яко натуральный Морж, а в санках «кошовка», под брезентовым пологом на сенной подстилке, мы с отцом обнаружили нашего,  брата Дембеля!    Правда изрядно продрогшего всё же, (и в валенках с тулупом),  да сразу та-а-к обрадовались ему, побыстрому помогли вылезти из саней и повели в хату!
.  Мама и сестры, тут же бросились обнимать и целовать солдата, да помогать раздеваться.
.  Отец наш Корнеевич, лишь только тогда вздохнул облегчено и даже перекрестился со словами — <Преподобная Серафима, спасибо тебе от нас Грешных>!!!
• . Сам,  я мысленно, тоже Бога поблагодарил, за благополучный этот рейс буранный и  подумал вдобавок — правильно всё же поступил летом на Развалинах сельской Церкви, когда в углу фундамента, случайно нашёл там в обломках кирпичей, аж пять штук  Библий. Очистил их от мусора и принёс мамке Шуре в дом.
•    Одна, из этих небольших книжечек, оказалась самая толстая и  примерно, с размером листов школьного букваря!                . .    Библия эта была, очень красивая внешне и в узорчатом переплёте с металлическими серебряными обложками, наверное очень даже ценная.                А я ведь сам то, был  крещённым от рождения, а главное — мои родители всегда почитали Бога и Церковь, отмечали в семье праздники христианские , а про Пасху, так и говорить нечего — любимейший наш Праздник!
. Столь долгое и напряжённое ожидание всей семьёй, утомило всех нас до предела, но слава Богу закончилось удачно, может быть именно в благодарность, за  эти Библии— сохранённые, для моей мамы Шуры и прочих людей (наших соседей, бабушек — Васёны Пидлой, Ульяны Шевченко и подружек ихних)!

.  Но вот сама эта парочка лошадей,  тяжело дышала и всхрапывала от беготни по сугробам, была похожа на нечто такое сказочное из царства деда Мороза, вся в  — хлопьях замёрзшей в сосульки белой пены на мордах, груди и даже спинах!
.                МОЯ ВОТЧИНА САРАЙКА И ЛАБАЗ, ВОДА.
  У каждого сельчанина заранее, было заготовлено — запас кормов прямо внутри сараев (лабазов), поили скотину из колодцев, или гоняли на Жабайку, за огородами не далеко!
.  За мной (пятиклассником), были всегда закреплены обязанности — печь голландка и русская для выпечки хлеба, управляться в сарае, (ежедневный уход за всеми животными и птицей), доставка воды от колодца соседского для готовки еды  себе и напоить  скотину,  топлива в печь, уборка нападавшего очередного снега перед калиткой и  воротами в Лабаз.   
.  А спозаранку, (ещё до школы) сбегать  на конюшню за отцовской служебной лошадью и запрячь её, а вечером наоборот,  (когда приезжал с работы усталый отец), и Я в обратном уже порядке — распрягал коня и отводил в конюшню на ночь.
.                ПОЯСНЕНИЕ ПЕРВОЕ.
.    «Лабаз» с калиткой для входа людей и ещё с воротами для въезда гужевого (авто) транспорта, в сёлах северного Казахстана, это — пустое объёмное помещение, между жилым домом с одной стороны и ... (сараями для скота, угляркой, сенником для хранения запаса сена, соломы и зерно отходов на случай буранных дней), с другой стороны!
. Все эти помещения, находятся под единой крышей дома на усадьбе, чтобы можно было Автономно и без проблем, пережить несколько дней, во время продолжительного Бурана и сильного мороза, не выходя из самого этого здания!
.  Поэтому то и старались, наши предки в старые времена — иметь внутри Лабаза, ещё и собственный колодец, для питья людей и скота. 
.  После армии, мой брат Владимир, устроился на работу токарем в нашей МТС и там лично — изготовил водяной насос из гидравлического Цилиндра трактора Т-74, выточил к нему дополнительные  запчасти, принёс шнек - бур и трубы 12 метров.
.  В очередной его выходной , мы вдвоём с ним поработали почти весь день и пробурили вручную, прямо в нашем Лабазе — собственную скважину, глубиной в 11 метров, пока не дошли до второго водяного слоя в толще песка. Первый слой воды, встретили на десятом метре глубины, но там она оказалась солоноватой и было её совсем мало (дебет скважины низкий называется)!
.  На опущенную в скважину трубу, с «наконечником -  фильтром» в её низу, навернули по резьбе наш самодельный насос, установили рычаг на шток с поршнем и ... за пару часов прокачали столб воды. от мути всякой и мелкого песка, пока не появилась чистая как спирт водичка, да такая вкусненькая, что потом и все соседи круглый год ходили брать её только у нас.
.   Последующие зимы, я нашу коровку Зорьку, уже на водопой к речке Жабайке не гонял вовсе, хватало её и дома всем!
.   Ох, и любил же я, придя домой из школы и пообедав, сразу же идти в сарай и начинать там управляться, то есть сперва  — почистить от навоза стойло у коровы, клетушку свиней (их мы всегда держали по две - три головы),  у птицы выгрести помёт и мусор всякий.
  Выбросить этот весь навоз, в окошечко специальное на улицу и сложить его там в кучу- штабель  до весны, чтобы он слежался и типа «перегорел»  от термической реакции с выделением тепла.
. Летом, этот навоз перегоревший в куче, мы разбросаем вилами в круг, толщиною на сантиметров 25, польем обильно водою раза два, чтобы он впитал влагу, потом я сяду на отцовского коня верхом и начну ездить по навозу кругами, пока не перемешается солома с лепёшками вместе,  до однородной массы!
  Под солнечными летними лучами и ветрами, это месиво навозное просохнет, до определённого состояния дня за три, потом его начнём рубить «секачом» острым из лемеха плуга, на ровные квадратики, примерно по 30 сантиметров.
.  Ещё дня через четыре,  придём переворачивать их и ставить «домиком» попарно, чтобы смогла просохнуть нижняя от земли сторона. А еще через несколько дней, эти высохшие пары КИЗЯКА, аккуратненько уложим друг к другу в конусные пирамидки, высотою в один метр, да оставим сохнуть уже окончательно и надолго!
.  До наступления самых осенних дождей, каждый сельчанин  наш, должен будет успеть — перенести заготовленные Кизяки пол крышу в Лабаз и запастись, вместе с углём и дровами на зиму, отборным топливом!
. 
. Эти самые Кизяки , ещё добывали и на колхозных овчарнях, когда отар с овцами, там по весне уже не было и они на отгонах а степи находились, вместе с угнаными под урочище Карагуин гуртами крупного рогатого скота и лошадей.
. На пастбищах возле села нашего, оставались лишь дойные стада, которых на самой утренней зорьке доили первый раз, а до захода солнца и второй раз.
  Полученное на дойках, колхозных коровок молоко сразу же, увозили во флягах, на сельскую перегонку в  «молоканку». то есть примитивный колхозный  Цех с огромным Сепаратором внутри, где две женщины  быстренько перегоняли его в «обрат», отделяи сливки!
.  Помню я, что общая жирность молока от колхозного стада, весною держалась на разнотравьях цветущих, аж почти —до 4-х процентов жирности, а к осени, когда травы высыхали в грубые бессочные стебли,  снижалась  она и становилась ниже.
.  Почему запомнилась мне эта  <четырёх процентная Жирность молока колхозного>,  да только потому что ,  эти работницы молочного цеха, через каждые две недели  — приходили к маме моей с просьбой и приглашали меня школяра, живущего по соседству с цехом,  починить у них такой же насос водяной, как и у нас был.
.  Только наш насос, воду качал хорошо и работал долго, а вот у них напор струи терялся в две недели, причём стабильно и постоянно. именно через этот срок времени.
.  У меня то, уже был наработан некий Опыт свой, в его обслуживании техническом, ведь  несколько раз с братом мы разбирали его по винтикам и налаживали струю нужного напора.
.  Вот и в цехе без брата уже, сам я разобрал насос по запчастям и сразу понял причину, упавшего напора, в нём..         ..Оказывается, там износились уплотнительные резинки колец на поршне, а потому быстро так, что (вместе с поступавшей из скважины водой), на эти резинки в работе попадали крупные песчинки, которые как наждаком истирали резину и увеличивали зазор между поршнем и цилиндром. 
. Естественно, что Вакуум внутри цилиндра постепенно   ослабевал, и падала общая Подъёмная Сила всего насоса.
    У нас дома в Лабазе, имелась целая камера от колеса ЗИЛа -164, соседа Ивана Митрюхина, с которой всегда брат вырезал ножницами по размеру поршня эти самые резинки, даже в запасе из мы держали с десяток.
.  Притащил кусок камеры и я в Цех, приложил к поршню ихнего насоса и на глазах молочниц, нарезал этих прокладок сколь потребовалось.
.  Установил аккуратно, чтоб не повернулись рубцами и плотно легли на стенку поршня, смазал водичкой для создания лучшего вакуума, собрал всё в кучу, залили в цилиндр полведра воды и принялись качать — вода полилась упругой струей и мы быстро накачали её в бак.
.  Тётки эти, малость удивились простоте ремонта и поблагодарили наладчика, предложив тут же мне приходить и набирать в вёдра обрату, сколько понадобится нашим кабанчикам каждый день.
.  Такой вот простой и бескорыстной моей помощью женщинам, получил я у них полное доверие  и право таскать вёдрами обрат, даже про запас свиньям.
.  Ещё с раннего моего детства, привык я к свежему «парному» молочку. от нашей домашней коровки, мог выпить его за раз целую кружку в 750 грамм, а если и со свежим хлебушком из печки который, так и целый Литр!
  Прознав, про такую мою слабость молочную, женщины тут же стали угощать свежими сливками, текущими во  флягу из сепаратора, подставив  кружку под струю.
    Когда на глаза у них, я её всю до дна выпил, без всякого хлебушка, и ничего не произошло с желудком, так удивились и сами уже предлагали всегда, когда приходил им помогать;
.         МЕЧТЫ КОРОВЬИ.
. (корову нашу звали Зорька).
Зимой коровка, в своём стойле,
Мечтая — думает  о  лете,
Про травку, выросшую в поле,
И где теперь  --- её все дети.
Бычок Борюсик, хоть ленивый,
Здоровым, сильным уродился.
Его двойняшка Спутник, хилый,
Всегда, при брате находился.
Когда --- вечернею порой,
Ждём --- у поскотины стоим.
Коровье стадо, шло домой.
Был Борька первым, брат вторым.
Вздохнула шумно , отрыгнула,
Коровка-мать из чрева жвачку.
Возле кормушки,  прикорнула,
И перешла с дремо'той в спячку.
Уж такова, коров натура ——
Текут, неспешные мыслишки.
Утром, придёт хозяйка Шура,
И снова дёргать станет сиськи.
Она ж,  меня не обижает ---
Горбушкой хлебца угощает.
За ухом чешет, гладит бок.
Сарай --- мой Рай, а Шура Бог!
Перед хозяйкой --- не таю,
Всё  молочко,  ей  отдаю.
Вот будут в марте, снова схватки,
Родятся парочкой --- телятки!
Для нас коров, это не странность,
Дарить удой, как благодарность.
Семье в достаток, не излишек,
Пусть Шура —— поит ребятишек!
Когда, детишки подрастут,
Меня на луг, гонять начнут.
Напоят, ключевой водицей,
Ну как, мне ими не гордиться!
Семья в квартире, я в сарае,
Вот так мы зиму коротаем.
Дождёмся летнего тепла,
--- Наступят новые Дела.
Борюсик мой, теперь Бугай,
Ему в совхозе, создан Рай,
Корма отборные подносят,
Он тёлок топчет, когда просят.
Я --- мать, могу сыном гордиться,
Мой Род коровий, будет длиться,
Возможно Век, а может --- два,
И на подстилку  ——  прилегла!

Валерий Чайко, сентябрь 2022 г..

. 
.                ВТОРОЕ — ВОДУ ВОЗИЛИ ВО ФЛЯГЕ.
  У нас в Покровке, жил дворняжка Тузик, был он росточка небольшого, но жилистый такой и через чур уж типа — смышлёный прямо!
   Так вот, заприметил он меня с этой флягой, на пути к колодцу и обратно за огородами соседей Гофман дяди Адама, (через двор Гриши Крят, тропа была) и громко стал скули;ть, заглядывая мне в глаза и проситься в очередной рейс.
  Ну думаю, мне он не помешает никак, можно и взять прогуляться собачке, отвязал его у будки и потащился через улицу к колодцу с подъёмным <журавлём>, за огородами на берегу речки нашей Жабайки.
   Достал там четыре ведра воды во флягу и только потянул саночки за верёвку в обратном направлении, а Тузик ка-а-к уцепился зубами  за неё тоже и давай мне помогать, тащить типа к дому с его будкой!
    О-о-о, думаю я, вот и помощник нарисовался сугубо сам и при том добровольный, неспроста же псина уцепилась и пытается тащить, желает значит помощь оказать хозяину своему!
   Долго не думая, тут же и привязал к ошейнику эту бечеву, так Тузик мой сходу и рванул с удивительной прям таки прытью, по проторённой тропинке в сторону дома нашего, я еле поспевал за ним скорым шагом.
   Нифига себе думаю, такой малый шкет, а обладает Бурлацкой Силой Тяги, похвальное желание однако!
   После этого, случайно обнаруженного собачкиного желания, всегда стали  мы уже вместе, ездить к колодцу --- он впереди с санками и флягой, а я позади и налегке вразвалочку, в оба конца рейсов!
   Соседи, сперва не поверили, что сама собачка напросилась, но понаблюдали за нашими приготовлениями во дворе на очередной Рейс, да и убедились в этом.
   Главное было то, что мы сельская ребятня, никогда не унывали, всегда были в движении и выход, оперативно находили из Любой  возникшей Ситуации, проворно приспосабливались к всяким передрягам!




            КАК В ЖАБАЙКЕ ВЫМЕРЛИ ВСЕ РАКИ.


.  Выполнив все эти, закреплённые за мною обязанности, я садился делать уроки по-быстрому, и мог смело уже — бежать на улицу играть с пацанами в хоккей, кататься на лыжах по ближним сопкам и на крутой горке ПОТАПИХА напротив Спасской РТС.
.  У моей старшей сестры Любы и младшенькой Тамары, совсем другие обязанности в доме были, это — помочь маме прибраться, сготовить еду и постирать, а потом уже заниматься уроками, на эти дела у них уходала целая Уйма времени!!
  Дома в селе тогда были саманные с плоскими и низкими крышами, за ночь снега столько наметало, что утром соседи друг друга откапывали, кто первым успевал вылезти через Специальное Окно, предусмотрительно встроенное в крышу
Лабаза!
.   Погоду такую буранную, лично я почему-то, очень даже — любил и всегда уважал!

Прибегу, как правило, в обед из Школы, покушаю и сразу же переоденусь, иду управляться в сарай, а когда — накормил и напоил всех там, натаскал коровке со стога на улице сена с запасом до самого утра чтоб хватило, подмёл Лабаз и откидал сугробы у ворот, и ... приходит наконец то этот самый  «Момент Заслуженного Отдыха»!

.    СТОИШЬ ВОТ ТАК  У СВОЕГО ДОМА В БУРАН И МЕЧТАЕШЬ.
              ФАНТАЗИЯ  И  МУЗА.

     Четвёртый день буран у нас идёт,
     И  "низовая"  строит перемёты.
     Чтоб в дом войти, где мой сосед живёт,
      Подкоп ведём к двери чрез огороды.

О  "музе"  речь вести сейчас не стану,
Но не'что всё же чувствую в пургу.
Стою в селе у дома и ... мечтаю,
А как там, в Африке, сейчас живут?

    Им невдомёк, что сопли мы морозим,
    Лопатой снег кидая за плетень.
    В унтах и шапках на работу ходим,
    А приняв шкалик, пашем целый день!

Пришла вдруг мысль, а может быть фантазия,
Коль есть черта, такая на Земле,
Чтоб разделить Сибирь, Европу, Азию,
Она ж у нас проходит, здесь, в селе!

    Когда в тайге, под ЛЭП трас Тим=су готовим,
    А каждый день, морозы сорок жмут.
    Навряд ли вам, помогут равиоли,
    Вот спирт и сало, вас согреет тут!

Возможно кто, в такое не поверит,
Так для него, совет будет таков.
На Колыму пусть, съездит и проверит,
И даже спросит, Магаданских мужиков!

     На VIP-tatu, не тратим ни рубля,
     В трусах семейных, ходим по квартире.
     Антизагар крема, не портим зря,
     Капусту жрём, с картошкою в мундире!

А в Африке, климат инной,
Гранат есть, банан и имбирь.
За что ж нас, так тянет домой,
Морозная наша — Сибирь!!!
.                ***********
.  Метель над селом нашим кружит крупными снежинками, ветер воет в проводах электро линии, шагах в десяти от ворот уже — ничегошеньки разглядеть нельзя, гудения машин и тракторов неслышно, люди не ходят отсиживаясь в тёплых домах, короче — не «Зги не видно»!
.  А ты —  стоишь себе тихонько и мирно у калитки своего дома, спрятав руки в боковые карманы те;плой ватной фуфайки (такая Мода тогда была у молодёжи на них), чутко вслушиваешься в завывание Бури, да шорохи снежных порывов по стенам и кровле!
.  Снежинки холодные, задувает ветром тебе на лицо и на шею,  они тут же тают, увлажняя кожу и приходится временами смахивать рукавом эти капельки влаги  — но, поддавшись нахлынувшему на тебя внезапно Романтическому Чувству, так раскрепощённо и легко мечтается тебе ,  как бы в прямом блаженстве пребываешь сейчас, однако ж находишься — во всей этой коловерти снежной. Ле-по-тааа прямо, да и только, факт!


          МНЕ ДЫМ ОТЕЧЕСТВА БЫЛ СЛАДОК И ПРИЯТЕН.

  Потом только бац и ... после этих затяжных снегопадов с бураном, резко прямо так, ударят Лютые Морозы, примерно на недельку, градусов  аж до сорока пяти! 
.  Бррр, прямо! Сплошной «дубак» держится стойко на улице, кругом всё удивительно как преобразилось, стоит в сказочном  Инее (куржаке), среди  заметённых снегом по самые глиняные крыши мазанок, никаких штакетников от заборов  и плетней от оград подворий —— вовсе не просматривается!
. Но, все прочие здания в селе,  (с двух скатными крышами), то есть — школы нашей, сельского клуба, колхозной конторы, магазина Сельпо и Автогаража с мастерскими (МТМ), как бы утонули в заносах сугробов по самые карнизы, типа зацепились за  плотный наст снега и ... повисли на них своими кровлями!
.  Идём это, мы гурьбой утром в школу после бурана, а под ногами нашими снежок скрип-скрип, типа мелодией некой музыки, да так громко и «романтично»,  а вдобавок к нему ещё и с печных труб жилого сектора, столбами к небосводу, а может и к самому космосу — поднимаются дымы, всякой причудливой формы.
.  А главное, кадый такой восходящий столбом дымок от (топящейся в жилом доме села печки), имел сугубо свой — неотразимый по вкусу и до боли родной Запах, того самого Кизяка, заготовленного нами в собственном подворье на зимовку. 
. Запах этот, такой неповторимый и  стойкий, от гречневой например Каши, или наваристого свеженького с мяском Борща, сваренного в доме заботливой хозяйкой, для своих проголодавшихся детишек школьников и работяги мужа, спешащего на заслуженный обед к родному Очагу, непостижимым образом действовал на обоняние человека!
.  Становился он, особенно желанным,  специфическим и «духмяным», когда тут же, в морозном воздухе, смешивался с прочими характерными запахами (иногда например — свеженького Хлебушка),  выпекаемого сегодня твоей родной мамкой в собственной Русской печке)!
. Пока по крепкому морозцу, с хрустящим под ногами снежком, добежишь до подворья своего, проголодавшийся на занятиях в школе, то невольно изучишь обонянием МЕНЮ, каждого отдельно стоящего Дома, образованное из некой неповторимой  «идиллии»  вкуснейших запахов!
. Прибежишь наконец то в дом родной, бросишь учебники в угол, смочишь по быстрому руки и сразу ж ... за стол прыгаешь.
. А мамка нальёт тебе борща, (или супа) чашку полную (не меньше), подаст краюху пахнущего всеми «букетами» летних запахов, домашнего «аржаного» хлебушка свеженького,
 испечённого её заботливыми руками свеженького (из  муки, помола мельника нашего Сокол дяди Ивана) , только что из печки вынутого, да-а-а как рубанёшь всё это немедля ни минуты, а сверху ещё и утренним молочком запьёшь от собственной коровки!
.  Ух и Блаженство же тогда,  натурально полное ловишь, ле-по-та-а прямо! И понимаешь, что бураны и морозы позади могут оставаться теперь, но Жизнь человеческая, никак не прервалась и не остановилась,
.  И не зря ведь Саша Пушкин, сказал в своём стихе, на — редкость удивительные, правдивые и сразу же надолго запоминающиеся каждому Россиянину Слова, в  — нашем Поволжье, на Кавказе, в Сибири, даже на Камчатке с Чукоткой — <Мне Дым Отечества и Сладок, и Приятен!>.
.  Так что, ох и — прав же был поэт Александр, зря трепаться он явно не стал!
 
Поймав ноздрЕ;й, духи все эти,
Хлебца, борща, каш —  Кизяка.
Летишь домой, шустрей Кометы,
Но,  с  аппетитом  —  Бурлака!
.                *********
. В такие именно мощные бураны, терялись в степях и гибли не только отары овец, но и люди замерзали насмерть.
. Чтобы человек, смог выжить в степи зимой,  есть только одно спасение, как можно быстрее — добраться  под крышу к людям в тепло, иначе верная погибель.
. Однажды я сам лично, ехал домой после вечерней <планёрки> у директора, из совхоза Красный Маяк на город,  при этом, (скажем  неудачно) — именно вот в такую метельную ситуацию и попал, на Ладыжинском грейдере, где находится так нами называемая  «У- образная» развилка на совхоз Самарский!
.  Застрял тогда наглухо и прочно, в глубоких перемётах с  мокрым (марта месяца) снегом, в этот сильный Буран, на  служебном <ГАЗ-51» своём.
. Буксовал очень долго и упорно, (часов пять наверно), пытаясь самостоятельно выехать на чистый участок дороги, пока бензин в баке ещё был.
.  Раз пятьдесят наверно, выскакивал из кабинки с лопатой и принимался откапывать снег под колёсами, но куда там — Левое заднее откопал и бегом на Правую сторону, там копаю в поте лица и до мозолей.
    Пока оббежал назад машину вокруг и влез в кабинку, включил передачу, педаль муфты сцепление отпускаю, а Левое колесо бац, и уже — снова плотно замело влажным снегом, шина тут же и пробуксовала.
   В итоге, всех моих многих попыток, бензин закончился, мотор заглох внезапно, обувь с носками и одежда верхняя напрочь промокли и сверху впридачу, ещё и снегом залепились влажным.
. Тут то,  и пришлось мне впервые и осознано задуматься, чтобы выжить в этой молочной <коловерти> несусветной,  теперь Что же — делать дальше,
 и  как поступить правильно!?
.  Движение всякое по автотрассе, давно прекратилось до конца метели, значит на помощь какого нибудь случайного трактора К-700, надежды нету, как и бензина в баке.
.  В кабинку мою, тоже снег попадает, через неплотности в дверцах, а сам газончик скоро, вообще исчезнет под снегом наметаемого сугроба, хрен потом и выберешься наружу.
.  Мокрая обувь моя и одежда, подозрительно быстро в твёрдый ледяной панцирь превратились, аж шуршать типа жести стали, а пальцы ног задубели от холода и почти не шевелятся.
.  Наверняка, долго не протянешь сидеть тут без движения, замёрзнешь точно до утра, яко тот  молодой Ямщик в известной песне народной!
. Остался единственный выход, Срочно надо дёргать из этого перемёта, поближе к живым людям, но вот проблема — куда именно, кругом ведь даже <Зги не видать>, завывает вьюга и валит по-прежнему Снег.
.  Осталось единственное —
. Ввыбираться хоть на четвереньках против встречного ветра, но к мосту на речке Ишим, где стоит будка сторожа узкой колеи и у него топится печка, да переждать там непогоду!
. Вылез это я из стылой кабинки под метель, открыл капот моторного отсека и, чтобы не разморозить блок и радиатор, слил всю воду, уже порядком остывшую к этому моменту.
.  Попробовал ногами на ощупь твердь дороги, чтоб не сбиться в снежном молоке сориентировался по направлению к городу, начал двигаться по грейдеру в направлении речки и моста!
.    Видимости тебе никакой, во тьме  ночи и в молоке метели одна надежда, это — не потерять под ногами твердит грейдерной дороги!
.  Притом, в лицо постоянно снежинки мокрые и острые бьют, жутковато идти спотыкаясь и падая,  а поднявшись на ощупь снова — помнить направление на мост, чтобы не потерять его в мыслях своих и не сбиться потом с намеченного Курса на мост.
.    Однажды, точно в таком вот буране и при полной невидимости, курс движения потеряли и погибли, двое жителей ближнего ко мне совхоза Малиновский — отец и дочь взрослая!
. Нашёл тела их, слишком далеко от дороги в степи, один Чабан лишь весной, когда отару свою пас.
. По ветру, эти люди шли спасаясь, сколько сил хватило, а ослабев в буране, так и замёрзли!
.    Вот и я тогда, шёл спотыкаясь, да постоянно падая в снегу, с одной мыслью вдобавок — как бы волки не унюхали запах человека и не напали, нифига же не сможешь отбиться от стаи, захавают моментом вместе с обувью!


.       СТЕПЬ БУРАН КАЗАХСТАН
(реальный случай этот был со мной).

Однажды в марте я в буран попал,
На грейдере Ладыжинском в низине.
Всю ночь почти, в сугробах буксовал,
Бензин пока, не кончился в машине.

В тьме кромешной жутко было,
Засыпать с устатку стал.
Как шальная вьюга выла,
И мороз —— ноги сковал.

Надо срочно выбираться,
Из лап снежного болота.
Как ямщик, в степи остаться,
Не хотелось вовсе что-то.

Мы на диване тёпленьких квартир,
Горазды дать толковые советы.
Но, потеряв в буран ориентир,
Куда пойдёшь, когда не знаешь где ты!

Зачем моей семье плохая весть,
Что сын замёрз и не придёт вовеки.
Надежда всё же на спасенье есть,
Река Ишим, где мост узкоколейки.

Буран прервал движение моё ---
Легко загнуться здесь, в кабине стылой.
Искать пошёл ближайшее жильё,
Иначе, не видать мне больше милой.

Вертелась мысль буравчиком одна ---
В буран возможно всякое случиться.
Чтоб волчья стая не нашла меня,
В овраг глубокий как-бы не свалиться.

Семь километров падал, шёл к реке,
Мне бог помог, не промахнулся мимо.
Вот так, на ощупь, в снежном молоке,
К сторожке вышел на мосту Ишима.

Кювет с обрывом, влево поворот,
Запомнил с рейсов предыдущих просто,
Полу-шагами двигался вперёд
Рукой коснулся ограждений моста.

Был молод я, физически здоров ---
В деревне вырос, в зимах разбирался.
Лишь потому, до речки всё ж дошёл,
Ослаб конечно, но в живых остался.

Теперь осталось вправо по мосткам,
Перемахнуть, сторожки дверь нащупать
Коль повезёт, упасть с порога там,
С устатку сердца пульс-биенье слушать.

Смотритель-сторож был помочь готов,
В углу буржуйка жаркая топилась,
Чтоб отогреть приблудных шоферов,
Что степь из лап смертельных отпустила.

Присел и я на пол с последних сил,
Сквозь дремоту сознание отмечало,
Как дед по-братски свой паёк делил,
—— Три картошины, огурец и сало.

Кисет достал, крепчайший самосад,
Мы всемером скурить всё это можем,
Что он гостям таким нежданным рад,
Блудил в степи, и сам спасался тоже.

Подумал я, что также поступил ——
Всю эту ночь с природою сражался.
Не спасовал ведь там, не отступил,
И слава Богу, что в живых остался!
.                **********
Буран утих к обеду и легко ——
Два К-700 пошли дорогу чистить,
Чтобы отправить в город молоко,
Вернуть чтоб трассу к прежней её жизни.

С будкой мост и колею, пришло время разобрали,
О буранах в том краю, они много б рассказали.
Лишь с опор быки остались, в снежном куржаке.
Что не раз людей спасали на Ишим реке!!!

Валерий Чайко, Атбасарский район, Целина, 1976 г.
.                ***********
.

  ПОДУМАЛ НА ДОСУГЕ Я.
Никто не знает, ЧТО нас ждёт,
На склоне --- прОжитого Века.
БОГ начертал, иди --- Вперёд,
Смысл главный, в жизни Человека!
 
                ДЕТСТВО В ПОКРОВКЕ.                . .. …Голубята, Курсы комбайнеров, Спутники, За фикусом, Тасать, Стукалка в окно, Самодеятельность, Котяхи, Выбили зуб, Вожатый, Пионерлагерь, Лодку словили, рачок пацану в трусы, Пудик тонул и Мила, Сани на крышу, Лини, Потапиха, лыжи и лаз в сугробе, ресорку спёрли с туалетом, стрельба, Катюши Ивана, Конь через плетень, Молоканка, Макуха, Оперотряд, драка и лёд с забором, Хор про Ермака. Карагуин и сено ..

Добавить реакцию
Ответить
Ещё

 

                КОЛХОЗНЫЙ СЕНОВАЛ.
.  За речкой Жабайкой у нас в Покровке, располагался Животноводческий Городок с коровниками и овчарнями, да ещё, с огромной территорией сеносклада, (т.е. сеновала для колхозного скота), с аккуратными скирдами заготовленного на зиму сена и буртом кукурузного силоса!
.   Доярки колхозные,  туда ходили на дойку утреннюю и вечернюю (два раза в день), по деревянному шаткому узкому мостику, из обыкновенных горбылей с перильцами.
.  В самой Жабайке, заросшей белыми и жёлтыми кувшинками, водилась всякая рыба и раки.
.  Мы с пацанами на летних каникулах, целыми днями с речки и не вылазили, наловим себе Раков, в старом ведре по-быстрому вскипятим воды, забросим в неё это весь улов, да и наварим сразу штук шестьдесят!
.  Один кто нибудь из пацанов, садился спиной к разделенным поровну на кучки ракам, а ему называют любую из них и спрашивают КОМУ? 
.  Этот  "разводящий",  назовёт любое Имя, и ты сразу свою кучку забираешь кушать.  Весело всё и без обид было!     .. ... ... Запомнился мне один случай, а вернее день, когда все раки в Жабайке нашей, на удивление всех местных пацанов, внезапно, стали Массово гибнуть!
.  Уже через неделю примерно, их красные под лучами  солнца Панцири повсюду, валялись по берегам и застряли по кустам, длинной километров на пять вдоль по течению!
.   А причина их гибели оказалась, до удивления простая.
.  В нашу Покровку однажды целых три машины ГАЗ-51,  из Атбасарской транспорной автобазы (ТЭБ) привезли, какое-то до селе невиданное белое вещество, (типа сахар-песок).
.  Под лучами яркого солнца, этот груз удивительно ярко белым и чистым выглядел и привлекал всеобщее внимание, что  к машинам сразу же набежал народ, посмотреть на непонятную диковинку!
.  Пока шофера ходили в контору, отмечать свои путевые листы, мы с пацанами уже — успели попробовать его на вкус, обмакнув палец и лизнув языком его.
. Один мужик, даже и ведро притащил из дому, чтобы зачерпнуть по быстрому для бражки, (она тогда большим спросом пользовалась в селе).
. Но оказалось, что это не сладость ожидаемая, но просто ядовитое и на вкус горькое удобрение Селитра, и она не съедобное, на бражку никоим образом не подходит, а вот отравиться можно запросто!
.  Куда теперь их надо подевать,  никто в нашем селе не знает, да и вообще непонятно, как они попали к нам и зачем — тоже неясно!
. Ситуация эта прояснилась через неделю, когда в речке внезапно, пошёл сплошной массовый мор всех подряд раков!
. Оказалось всё просто и понятно, в район пришёл вагон этой невиданной до того отравы, ни одного подходящего крытого здания под склад не нашлось, вот и дали разнарядку разбросать по колхозам, а там хоть трава не расти, всем до лампочки что будет и как будет.
.  У нас эти три машины побыстрому выгрузили, прямо под открытым небом в дальнем углу сеновала центрального!
.   По закону подлости, прямо на следующий же день, неожиданно прошёл сильный ливень, он размыл моментом эти удобрения и сплавил их в речку к ракам, любившим чистую и проточную водичку, потому и жившим тут тихо и мирно -- тысячи лет припеваючи! 
. Отравленные ядами раки, тут же массово ударились в бега, и начали сплавляться вниз по течению, аж до самой Борисовки.
.  От их красных на солнце панцырей,  застрявших в ветках прибрежного тальника, были усеяны оба берега нашей не широкой речки Жабайки, примерно — до Палестиновского бродка за селом!
.  Но вот выше по течению, до соседнего села Полтавка, их наоборот, только прибавилось, стало тут народу понятно и ясно — выжившие все особи, туда именно и переползли спасаясь!

.  Лет пять прошло после этого события, отрава естественно вымылась из русла реки и раки, стали — мало по малу возвращаться на свои места, но ясное дело, не в прежнем уже количестве!       

.                БУРАНЫ И ОТАРА.      
…Зимой, в наших краях Северного Казахстана, в далёкие Шестидесятые (Гагаринские годы), случались  частые бураны, бывало дня три такая сильная метель  метёт, что  и Света божьего не видно!
. Заносило снегами низенькие домишки эти, по самые что ни наесть крыши, тогда люди вылазили на улицу через окна с двумя рамами «двускатными»  в потолках!
. Сперва, откапывали свои двери и выпускали семью на улицу, а потом шли откапывать соседей пенсионеров и прочих слабосильных.
  В такие буранные Дни, всякое транспортное движение по дороге «грейдер», из райцентра Атбасар и на райцентр Балкашино (в сотне километров на Север в сторону Кокчетава), через наше село надолго прекращалось и надёжно!
.  Насыпь этой авто дороги, проложенной прямо по взгоркам и низинам в степи, постоянно заносило глубокими снежными сугробами и запечатывало перемётами, да настолько плотно и надёжно, что ни одна машина не смогла проехать, только гусеничный трактор ДТ-54, (а вездеходных и мощных К-700 тогда ещё не было в стране и в помине вообще).
.  Сельчане наши,  сидели вынужденно по своим низеньким «мазанкам с плоской крышей»,  сложенным из (нарезанных лопатой в дёрне, саманных  кирпичей), топили печки и управлялись со своим домашним скотом, да ещё кушали «согым»  Бешбармак и чаи гоняли!
.  Животноводы нашего колхоза «Новая Жизнь», трудились Героически в такие — Морозные и Буранные Дни, обеспечивая своевременной  кормёжкой, свои отары овец и гурты крупного рогатого скота (КРС), подвозя сено и силос к овчарням и коровникам, да ещё постоянно очищая ворота и проходы от заносов снегами.
  А он, (снег этот верховой, как назло,) постоянно валил с небес большими хлопьями, да сказочными змейками заползал под стены ферм, затрамбовывая наглухо ограждения  «калды» из составленных щитов. 
.  И случилось однажды, в середине буранного Дня, неожиданное ЧП — ветром повалило наземь, деревянные щиты ограждения выгульной площадки у овчарни (калды).   Отара, передового чабана колхоза в восемьсот голов, тут же ломанулась в этот пролом и пошла «по ветру» в степь — прямиком на соседнее село Полтавка, километрах в семи от Покровки.
.  Всякая отара овец всегда, возглавляется своими вожаком (зачастую, роль эту в отаре выполняет обыкновенная коза), поэтому — грозной лавиной прёт вперёд, тупо следуя за нею вслед, хоть в речку потонуть, хоть под любой крутой обрыв свалиться и там разбиться насмерть!
. Точно так же, получилось с отарой и на этот раз —затерялась она в этой снежной буранной коловерти,  (будто в глубоком Озере белого молока), стала пробиваться вперёд по переменам снежным, типа — весеннего талого ручья!
.  Проваливаясь копытцами, через плотный ледяной верхний наст перемётов, быстро поранили овцы свои ноги до крови, а шерсть забилась снегом и подтаяла там, образуя сплошную тяжёлую кольчугу из ледышек.
.  Впереди идущие, ослабели первыми и ... повалились наземь без всяких сил двигаться, задние же прошли малость дальше (километра на два) и тоже увязли в сугробах.
.  Под утро буран наконец то утих, ударил сильный мороз и ... (только занялся новый световой День), почти все животноводы  села, пошли по следу отары в поисках животных!
.  Находили в сугробах, живых овечек совсем мало, большинство уже скончались в позе обледеневших Бугорков, грузили таких на сани и свозили к осиротевшей кошаре!
. 
. Похожие, стихийные бедствия зимой, в казахстанских степях случаются периодически, хотя и не часто, когда вместе с животными в буранах — погибают и люди, потеряв всякий ориентир и направление двигаться под защиту к спасительному помещению.
.  Однажды, (и я сам лично),  чуть не замёрз насмерть, попав в похожий мощный мартовский Буран, на служебном ГАЗ-51 в перемёты,  между Атбасаром и зерно совхозом Мариновский, на Ладыжинском грейдере.
.  Буксовал в снегу, пытаясь проехать через сплошные перемёты,  копал лопатой под колёсами и снова буксовал, пока не закончился бензин, а снег продолжал валить сверху и гнало подземку по степи, задувая дорогу толстым одеялом.
.  Наверное — господь Бог, тогда помог мне физическими силами,  чтобы пройти в снежной мгле,  ночью по бурану «наощупь», целых семь километров к людям на мосту через Ишим, да отогреться в сторожке узкоколейки и пересидеть там до утра.


                СТЕПЬ БУРАН КАЗАХСТАН                   
                (реальный случай этот был со мной) .
Однажды братцы, я в буран попал,
На грейдере Ладыжинском в низине.
Полночи, в перемётах буксовал,
Пока бензин не кончился в машине.
Надо срочно выбираться,
Из лап снежного болота.
Как ямщик, в степи остаться,
— Не хотелось вовсе что-то.
Мы на диване тёпленьких квартир,
Горазды дать, толковые советы.
Но, потеряв в буран ориентир,
Куда пойдёшь, когда не знаешь где ты!
Зачем моей семье плохая весть,
Что сын замёрз и не придёт вовеки.
Надежда всё же на спасенье есть,
Река Ишим, где мост узкоколейки.
Буран прервал движение моё ---
Легко загнуться здесь, в кабине стылой.
Искать пошёл ближайшее жильё,
Иначе, не видать мне больше милой.
Вертелась мысль буравчиком одна ---
В буран возможно всякое случиться.
Чтоб волчья стая не нашла меня,
В овраг глубокий как-бы не свалиться.
Семь километров падал, шёл к реке,
Мне бог помог, не промахнулся мимо.
Вот так, на ощупь, в снежном молоке,
К сторожке вышел на мосту Ишима.
Кювет с обрывом, влево поворот,
Запомнил с рейсов предыдущих просто,
Полу-шагами двигался вперёд
Рукой коснулся ограждений моста.
Был молод я, физически здоров ---
В деревне вырос, в зимах разбирался.
Лишь потому, до речки всё ж дошёл,
Ослаб конечно, но в живых остался.
Теперь осталось вправо по мосткам,
Перемахнуть, сторожки дверь нащупать
Коль повезёт, упасть с порога там,
С устатку сердца пульс-биенье слушать.
Смотритель-сторож был помочь готов,
В углу буржуйка жаркая топилась,
Чтоб отогреть приблудных шоферов,
Что степь из лап смертельных отпустила.
Присел и я на пол с последних сил,
Сквозь дремоту сознание отмечало,
Как дед по-братски свой паёк делил,
—— Три картошины, огурец и сало.
Кисет достал, крепчайший самосад,
Мы всемером скурить всё это можем,
Что он гостям таким нежданным рад,
Блудил в степи, и сам спасался тоже.
Подумал я, что также поступил ——
Всю эту ночь с природою сражался.
Не спасовал ведь там, не отступил,
И слава Богу, что в живых остался!
.                **********
Буран утих к обеду и легко ——
Два К-700 пошли дорогу чистить,
Чтобы отправить в город молоко,
Вернуть чтоб трассу к прежней её жизни.
С будкой мост и колею, пришло время разобрали,
О буранах в том краю, они много б рассказали.
Лишь с опор быки остались, в снежном куржаке.
Что не раз людей спасали на Ишим реке!!!

Валерий Чайко, Атбасарский район, Целина, 1976 год.
© Copyright: Валерий Чайко, 2020
Свидетельство о публикации №120120809291



.   Если же возникала острая необходимость, поехать по неотложным делам, или в больницу райцентра, то поступали следующим образом — за гусеничный трактор ДТ-54, прицепляли огромные сани-вагончик с буржуйкой внутри, туда набивался народ сколько смог влезть и напрямую по степи отправлялись в город.
.  Мой старший брат Владимир, как-раз демобилизован был из Армении в январе месяце 1961 года, именно в такой вот трёх дневный буран, когда в снежном молоке люди видеть ничего не могли далее двадцать метров!
. Хорошо, что хоть телефонная связь с Покровкой  нашей, была исправной в этот день, и брат смог дозвониться к дежурному в сельском Совете, а тот прибежал к нам домой по буранной улице и сообщил желанную Весть!
.  Мы с отцом нашим,  Михаилом Корнеевичем побежали тут же с просьбой поехать в город, к конюху второй бригады (там содержался служебный конь моего отца ветеринара), а с  ним уже,  за разрешением к бригадиру Згуровец Алексею.
.  Тот дал свое согласие, а ещё впридачу и два тулупа из колхозной Кладовой, для кучера и пассажира!
.  Встречать его на вокзале в Атбасаре, поехал за 25 километров не на тракторе, а на паре выносливых жеребцов из колхозной конюшни, лично сам конюх Виктор Ланг, одетый в роскошный «ямщицкий»  Тулуп и валенки «самокатки» с двойными портянками на ногах!
.  Виктор надеялся, что лошади его сильные и хорошо знают этот маршрут до города, так что не должны подвести под монастырь типа, дорогу в буране найдут всегда, по природному лошадиному инстинкту!
.   Запасной, точно такой же комплект одежды с валенками, приготовили и для брата Владимира.

  Вьюга выла постоянно, снег валил и валил, сугробы намело в уровень с крышами домов, а наша вся семья, ну — буквально «извелась» в домашних ожиданиях, возвращения ямщика.
.  Прошли долгие часы по времени ожидания, я раз двадцать выбегал на улицу и всматривался в пургу, стараясь разглядеть в ней пару лошадей, но их не было.
• .  Печку мы тогда натопили изрядно, а мама наша Александра Степановна, поджидая сыночка с армейской службы, наготовила вкусных всяких блюд и закусок к столу.
• . В магазинах местного Сельпо, спиртное всякое по случаю буранных дней, уже напрочь закончилось за эти три дня, но у отца было припасено для такого случая, целый литр Спирта,  так что подготовились мы конкретно для встречи!
.  Уже в полночь наверное, всё же вернулся наш возница, весь заиндевелый в своём тулупе, яко натуральный Морж, а в санках «кошовка», под брезентовым пологом на сенной подстилке, мы с отцом обнаружили нашего,  братаоблегчено и даже перекрестился со словами — <Преподобная Серафима, спасибо тебе от нас Грешных>!!!
• . Сам,  я мысленно, тоже Бога поблагодарил, за благополучный этот рейс буранный и  подумал вдобавок — правильно всё же поступил летом на Развалинах сельской Церкви, когда в углу фундамента, случайно нашёл там в обломках кирпичей, аж пять штук  Библий. Очистил их от мусора и принёс мамке Шуре в дом.
•    Одна, из этих небольших книжечек, оказалась самая толстая и  примерно, с размером листов школьного букваря!                . .    Библия эта была, очень красивая внешне и в узорчатом переплёте с металлическими серебряными обложками, наверное очень даже ценная.                А я ведь сам то, был  крещённым от рождения, а главное — мои родители всегда почитали Бога и Церковь, отмечали в семье праздники христианские , а про Пасху, так и говорить нечего — любимейший наш Праздник!
. Столь долгое и напряжённое ожидание всей семьёй, утомило всех нас до предела, но слава Богу закончилось удачно, может быть именно в благодарность, за  эти Библии— сохранённые, для моей мамы Шуры и прочих людей (наших соседей, бабушек — Васёны Пидлой, Ульяны Шевченко и подружек ихних)!

.  Но вот сама эта парочка лошадей,  тяжело дышала и всхрапывала от беготни по сугробам, была похожа на нечто такое сказочное из царства деда Мороза, вся в  — хлопьях замёрзшей в сосульки белой пены на мордах, груди и даже спинах!
.                МОЯ ВОТЧИНА САРАЙКА И ЛАБАЗ, ВОДА.
  У каждого сельчанина заранее, было заготовлено — запас кормов прямо внутри сараев (лабазов), поили скотину из колодцев, или гоняли на Жабайку, за огородами не далеко!
.  За мной (пятиклассником), были всегда закреплены обязанности — печь голландка и русская для выпечки хлеба, управляться в сарае, (ежедневный уход за всеми животными и птицей), доставка воды от колодца соседского для готовки еды  себе и напоить  скотину,  топлива в печь, уборка нападавшего очередного снега перед калиткой и  воротами в Лабаз.   
.  А спозаранку, (ещё до школы) сбегать  на конюшню за отцовской служебной лошадью и запрячь её, а вечером наоборот,  (когда приезжал с работы усталый отец), и Я в обратном уже порядке — распрягал коня и отводил в конюшню на ночь.
.                ПОЯСНЕНИЕ ПЕРВОЕ.
.    «Лабаз» с калиткой для входа людей и ещё с воротами для въезда гужевого (авто) транспорта, в сёлах северного Казахстана, это — пустое объёмное помещение, между жилым домом с одной стороны и ... (сараями для скота, угляркой, сенником для хранения запаса сена, соломы и зерно отходов на случай буранных дней), с другой стороны!
. Все эти помещения, находятся под единой крышей дома на усадьбе, чтобы можно было Автономно и без проблем, пережить несколько дней, во время продолжительного Бурана и сильного мороза, не выходя из самого этого здания!
.  Поэтому то и старались, наши предки в старые времена — иметь внутри Лабаза, ещё и собственный колодец, для питья людей и скота. 
.  После армии, мой брат Владимир, устроился на работу токарем в нашей МТС и там лично — изготовил водяной насос из гидравлического Цилиндра трактора Т-74, выточил к нему дополнительные  запчасти, принёс шнек - бур и трубы 12 метров.
.  В очередной его выходной , мы вдвоём с ним поработали почти весь день и пробурили вручную, прямо в нашем Лабазе — собственную скважину, глубиной в 11 метров, пока не дошли до второго водяного слоя в толще песка. Первый слой воды, встретили на десятом метре глубины, но там она оказалась солоноватой и было её совсем мало (дебет скважины низкий называется)!
.  На опущенную в скважину трубу, с «наконечником -  фильтром» в её низу, навернули по резьбе наш самодельный насос, установили рычаг на шток с поршнем и ... за пару часов прокачали столб воды. от мути всякой и мелкого песка, пока не появилась чистая как спирт водичка, да такая вкусненькая, что потом и все соседи круглый год ходили брать её только у нас.
.   Последующие зимы, я нашу коровку Зорьку, уже на водопой к речке Жабайке не гонял вовсе, хватало её и дома всем!
.   Ох, и любил же я, придя домой из школы и пообедав, сразу же идти в сарай и начинать там управляться, то есть сперва  — почистить от навоза стойло у коровы, клетушку свиней (их мы всегда держали по две - три головы),  у птицы выгрести помёт и мусор всякий.
  Выбросить этот весь навоз, в окошечко специальное на улицу и сложить его там в кучу- штабель  до весны, чтобы он слежался и типа «перегорел»  от термической реакции с выделением тепла.
. Летом, этот навоз перегоревший в куче, мы разбросаем вилами в круг, толщиною на сантиметров 25, польем обильно водою раза два, чтобы он впитал влагу, потом я сяду на отцовского коня верхом и начну ездить по навозу кругами, пока не перемешается солома с лепёшками вместе,  до однородной массы!
  Под солнечными летними лучами и ветрами, это месиво навозное просохнет, до определённого состояния дня за три, потом его начнём рубить «секачом» острым из лемеха плуга, на ровные квадратики, примерно по 30 сантиметров.
.  Ещё дня через четыре,  придём переворачивать их и ставить «домиком» попарно, чтобы смогла просохнуть нижняя от земли сторона. А еще через несколько дней, эти высохшие пары КИЗЯКА, аккуратненько уложим друг к другу в конусные пирамидки, высотою в один метр, да оставим сохнуть уже окончательно и надолго!
.  До наступления самых осенних дождей, каждый сельчанин  наш, должен будет успеть — перенести заготовленные Кизяки пол крышу в Лабаз и запастись, вместе с углём и дровами на зиму, отборным топливом!
. 
. Эти самые Кизяки , ещё добывали и на колхозных овчарнях, когда отар с овцами, там по весне уже не было и они на отгонах а степи находились, вместе с угнаными под урочище Карагуин гуртами крупного рогатого скота и лошадей.
. На пастбищах возле села нашего, оставались лишь дойные стада, которых на самой утренней зорьке доили первый раз, а до захода солнца и второй раз.
  Полученное на дойках, колхозных коровок молоко сразу же, увозили во флягах, на сельскую перегонку в  «молоканку». то есть примитивный колхозный  Цех с огромным Сепаратором внутри, где две женщины  быстренько перегоняли его в «обрат», отделяи сливки!
.  Помню я, что общая жирность молока от колхозного стада, весною держалась на разнотравьях цветущих, аж почти —до 4-х процентов жирности, а к осени, когда травы высыхали в грубые бессочные стебли,  снижалась  она и становилась ниже.
.  Почему запомнилась мне эта  <четырёх процентная Жирность молока колхозного>,  да только потому что ,  эти работницы молочного цеха, через каждые две недели  — приходили к маме моей с просьбой и приглашали меня школяра, живущего по соседству с цехом,  починить у них такой же насос водяной, как и у нас был.
.  Только наш насос, воду качал хорошо и работал долго, а вот у них напор струи терялся в две недели, причём стабильно и постоянно. именно через этот срок времени.
.  У меня то, уже был наработан некий Опыт свой, в его обслуживании техническом, ведь  несколько раз с братом мы разбирали его по винтикам и налаживали струю нужного напора.
.  Вот и в цехе без брата уже, сам я разобрал насос по запчастям и сразу понял причину, упавшего напора, в нём..         ..Оказывается, там износились уплотнительные резинки колец на поршне, а потому быстро так, что (вместе с поступавшей из скважины водой), на эти резинки в работе попадали крупные песчинки, которые как наждаком истирали резину и увеличивали зазор между поршнем и цилиндром. 
. Естественно, что Вакуум внутри цилиндра постепенно   ослабевал, и падала общая Подъёмная Сила всего насоса.
    У нас дома в Лабазе, имелась целая камера от колеса ЗИЛа -164, соседа Ивана Митрюхина, с которой всегда брат вырезал ножницами по размеру поршня эти самые резинки, даже в запасе из мы держали с десяток.
.  Притащил кусок камеры и я в Цех, приложил к поршню ихнего насоса и на глазах молочниц, нарезал этих прокладок сколь потребовалось.
.  Установил аккуратно, чтоб не повернулись рубцами и плотно легли на стенку поршня, смазал водичкой для создания лучшего вакуума, собрал всё в кучу, залили в цилиндр полведра воды и принялись качать — вода полилась упругой струей и мы быстро накачали её в бак.
.  Тётки эти, малость удивились простоте ремонта и поблагодарили наладчика, предложив тут же мне приходить и набирать в вёдра обрату, сколько понадобится нашим кабанчикам каждый день.
.  Такой вот простой и бескорыстной моей помощью женщинам, получил я у них полное доверие  и право таскать вёдрами обрат, даже про запас свиньям.
.  Ещё с раннего моего детства, привык я к свежему «парному» молочку. от нашей домашней коровки, мог выпить его за раз целую кружку в 750 грамм, а если и со свежим хлебушком из печки который, так и целый Литр!
  Прознав, про такую мою слабость молочную, женщины тут же стали угощать свежими сливками, текущими во  флягу из сепаратора, подставив  кружку под струю.
    Когда на глаза у них, я её всю до дна выпил, без всякого хлебушка, и ничего не произошло с желудком, так удивились и сами уже предлагали всегда, когда приходил им помогать;
.         МЕЧТЫ КОРОВЬИ.
. (корову нашу звали Зорька).
Зимой коровка, в своём стойле,
Мечтая — думает  о  лете,
Про травку, выросшую в поле,
И где теперь  --- её все дети.
Бычок Борюсик, хоть ленивый,
Здоровым, сильным уродился.
Его двойняшка Спутник, хилый,
Всегда, при брате находился.
Когда --- вечернею порой,
Ждём --- у поскотины стоим.
Коровье стадо, шло домой.
Был Борька первым, брат вторым.
Вздохнула шумно , отрыгнула,
Коровка-мать из чрева жвачку.
Возле кормушки,  прикорнула,
И перешла с дремо'той в спячку.
Уж такова, коров натура ——
Текут, неспешные мыслишки.
Утром, придёт хозяйка Шура,
И снова дёргать станет сиськи.
Она ж,  меня не обижает ---
Горбушкой хлебца угощает.
За ухом чешет, гладит бок.
Сарай --- мой Рай, а Шура Бог!
Перед хозяйкой --- не таю,
Всё  молочко,  ей  отдаю.
Вот будут в марте, снова схватки,
Родятся парочкой --- телятки!
Для нас коров, это не странность,
Дарить удой, как благодарность.
Семье в достаток, не излишек,
Пусть Шура —— поит ребятишек!
Когда, детишки подрастут,
Меня на луг, гонять начнут.
Напоят, ключевой водицей,
Ну как, мне ими не гордиться!
Семья в квартире, я в сарае,
Вот так мы зиму коротаем.
Дождёмся летнего тепла,
--- Наступят новые Дела.
Борюсик мой, теперь Бугай,
Ему в совхозе, создан Рай,
Корма отборные подносят,
Он тёлок топчет, когда просят.
Я --- мать, могу сыном гордиться,
Мой Род коровий, будет длиться,
Возможно Век, а может --- два,
И на подстилку  ——  прилегла!

Валерий Чайко, сентябрь 2022 г..

. 
.                ВТОРОЕ — ВОДУ ВОЗИЛИ ВО ФЛЯГЕ.
  У нас в Покровке, жил дворняжка Тузик, был он росточка небольшого, но жилистый такой и через чур уж типа — смышлёный прямо!
   Так вот, заприметил он меня с этой флягой, на пути к колодцу и обратно за огородами соседей Гофман дяди Адама, (через двор Гриши Крят, тропа была) и громко стал скули;ть, заглядывая мне в глаза и проситься в очередной рейс.
  Ну думаю, мне он не помешает никак, можно и взять прогуляться собачке, отвязал его у будки и потащился через улицу к колодцу с подъёмным <журавлём>, за огородами на берегу речки нашей Жабайки.
   Достал там четыре ведра воды во флягу и только потянул саночки за верёвку в обратном направлении, а Тузик ка-а-к уцепился зубами  за неё тоже и давай мне помогать, тащить типа к дому с его будкой!
    О-о-о, думаю я, вот и помощник нарисовался сугубо сам и при том добровольный, неспроста же псина уцепилась и пытается тащить, желает значит помощь оказать хозяину своему!
   Долго не думая, тут же и привязал к ошейнику эту бечеву, так Тузик мой сходу и рванул с удивительной прям таки прытью, по проторённой тропинке в сторону дома нашего, я еле поспевал за ним скорым шагом.
   Нифига себе думаю, такой малый шкет, а обладает Бурлацкой Силой Тяги, похвальное желание однако!
   После этого, случайно обнаруженного собачкиного желания, всегда стали  мы уже вместе, ездить к колодцу --- он впереди с санками и флягой, а я позади и налегке вразвалочку, в оба конца рейсов!
   Соседи, сперва не поверили, что сама собачка напросилась, но понаблюдали за нашими приготовлениями во дворе на очередной Рейс, да и убедились в этом.
   Главное было то, что мы сельская ребятня, никогда не унывали, всегда были в движении и выход, оперативно находили из Любой  возникшей Ситуации, проворно приспосабливались к всяким передрягам!




            КАК В ЖАБАЙКЕ ВЫМЕРЛИ ВСЕ РАКИ.


.  Выполнив все эти, закреплённые за мною обязанности, я садился делать уроки по-быстрому, и мог смело уже — бежать на улицу играть с пацанами в хоккей, кататься на лыжах по ближним сопкам и на крутой горке ПОТАПИХА напротив Спасской РТС.
.  У моей старшей сестры Любы и младшенькой Тамары, совсем другие обязанности в доме были, это — помочь маме прибраться, сготовить еду и постирать, а потом уже заниматься уроками, на эти дела у них уходала целая Уйма времени!!
  Дома в селе тогда были саманные с плоскими и низкими крышами, за ночь снега столько наметало, что утром соседи друг друга откапывали, кто первым успевал вылезти через Специальное Окно, предусмотрительно встроенное в крышу
Лабаза!
.   Погоду такую буранную, лично я почему-то, очень даже — любил и всегда уважал!

Прибегу, как правило, в обед из Школы, покушаю и сразу же переоденусь, иду управляться в сарай, а когда — накормил и напоил всех там, натаскал коровке со стога на улице сена с запасом до самого утра чтоб хватило, подмёл Лабаз и откидал сугробы у ворот, и ... приходит наконец то этот самый  «Момент Заслуженного Отдыха»!

.    СТОИШЬ ВОТ ТАК  У СВОЕГО ДОМА В БУРАН И МЕЧТАЕШЬ.
              ФАНТАЗИЯ  И  МУЗА.

     Четвёртый день буран у нас идёт,
     И  "низовая"  строит перемёты.
     Чтоб в дом войти, где мой сосед живёт,
      Подкоп ведём к двери чрез огороды.

О  "музе"  речь вести сейчас не стану,
Но не'что всё же чувствую в пургу.
Стою в селе у дома и ... мечтаю,
А как там, в Африке, сейчас живут?

    Им невдомёк, что сопли мы морозим,
    Лопатой снег кидая за плетень.
    В унтах и шапках на работу ходим,
    А приняв шкалик, пашем целый день!

Пришла вдруг мысль, а может быть фантазия,
Коль есть черта, такая на Земле,
Чтоб разделить Сибирь, Европу, Азию,
Она ж у нас проходит, здесь, в селе!

    Когда в тайге, под ЛЭП трас Тим=су готовим,
    А каждый день, морозы сорок жмут.
    Навряд ли вам, помогут равиоли,
    Вот спирт и сало, вас согреет тут!

Возможно кто, в такое не поверит,
Так для него, совет будет таков.
На Колыму пусть, съездит и проверит,
И даже спросит, Магаданских мужиков!

     На VIP-tatu, не тратим ни рубля,
     В трусах семейных, ходим по квартире.
     Антизагар крема, не портим зря,
     Капусту жрём, с картошкою в мундире!

А в Африке, климат инной,
Гранат есть, банан и имбирь.
За что ж нас, так тянет домой,
Морозная наша — Сибирь!!!
.                ***********
.  Метель над селом нашим кружит крупными снежинками, ветер воет в проводах электро линии, шагах в десяти от ворот уже — ничегошеньки разглядеть нельзя, гудения машин и тракторов неслышно, люди не ходят отсиживаясь в тёплых домах, короче — не «Зги не видно»!
.  А ты —  стоишь себе тихонько и мирно у калитки своего дома, спрятав руки в боковые карманы те;плой ватной фуфайки (такая Мода тогда была у молодёжи на них), чутко вслушиваешься в завывание Бури, да шорохи снежных порывов по стенам и кровле!
.  Снежинки холодные, задувает ветром тебе на лицо и на шею,  они тут же тают, увлажняя кожу и приходится временами смахивать рукавом эти капельки влаги  — но, поддавшись нахлынувшему на тебя внезапно Романтическому Чувству, так раскрепощённо и легко мечтается тебе ,  как бы в прямом блаженстве пребываешь сейчас, однако ж находишься — во всей этой коловерти снежной. Ле-по-тааа прямо, да и только, факт!


          МНЕ ДЫМ ОТЕЧЕСТВА БЫЛ СЛАДОК И ПРИЯТЕН.

  Потом только бац и ... после этих затяжных снегопадов с бураном, резко прямо так, ударят Лютые Морозы, примерно на недельку, градусов  аж до сорока пяти! 
.  Бррр, прямо! Сплошной «дубак» держится стойко на улице, кругом всё удивительно как преобразилось, стоит в сказочном  Инее (куржаке), среди  заметённых снегом по самые глиняные крыши мазанок, никаких штакетников от заборов  и плетней от оград подворий —— вовсе не просматривается!
. Но, все прочие здания в селе,  (с двух скатными крышами), то есть — школы нашей, сельского клуба, колхозной конторы, магазина Сельпо и Автогаража с мастерскими (МТМ), как бы утонули в заносах сугробов по самые карнизы, типа зацепились за  плотный наст снега и ... повисли на них своими кровлями!
.  Идём это, мы гурьбой утром в школу после бурана, а под ногами нашими снежок скрип-скрип, типа мелодией некой музыки, да так громко и «романтично»,  а вдобавок к нему ещё и с печных труб жилого сектора, столбами к небосводу, а может и к самому космосу — поднимаются дымы, всякой причудливой формы.
.  А главное, кадый такой восходящий столбом дымок от (топящейся в жилом доме села печки), имел сугубо свой — неотразимый по вкусу и до боли родной Запах, того самого Кизяка, заготовленного нами в собственном подворье на зимовку. 
. Запах этот, такой неповторимый и  стойкий, от гречневой например Каши, или наваристого свеженького с мяском Борща, сваренного в доме заботливой хозяйкой, для своих проголодавшихся детишек школьников и работяги мужа, спешащего на заслуженный обед к родному Очагу, непостижимым образом действовал на обоняние человека!
.  Становился он, особенно желанным,  специфическим и «духмяным», когда тут же, в морозном воздухе, смешивался с прочими характерными запахами (иногда например — свеженького Хлебушка),  выпекаемого сегодня твоей родной мамкой в собственной Русской печке)!
. Пока по крепкому морозцу, с хрустящим под ногами снежком, добежишь до подворья своего, проголодавшийся на занятиях в школе, то невольно изучишь обонянием МЕНЮ, каждого отдельно стоящего Дома, образованное из некой неповторимой  «идиллии»  вкуснейших запахов!
. Прибежишь наконец то в дом родной, бросишь учебники в угол, смочишь по быстрому руки и сразу ж ... за стол прыгаешь.
. А мамка нальёт тебе борща, (или супа) чашку полную (не меньше), подаст краюху пахнущего всеми «букетами» летних запахов, домашнего «аржаного» хлебушка свеженького,
 испечённого её заботливыми руками свеженького (из  муки, помола мельника нашего Сокол дяди Ивана) , только что из печки вынутого, да-а-а как рубанёшь всё это немедля ни минуты, а сверху ещё и утренним молочком запьёшь от собственной коровки!
.  Ух и Блаженство же тогда,  натурально полное ловишь, ле-по-та-а прямо! И понимаешь, что бураны и морозы позади могут оставаться теперь, но Жизнь человеческая, никак не прервалась и не остановилась,
.  И не зря ведь Саша Пушкин, сказал в своём стихе, на — редкость удивительные, правдивые и сразу же надолго запоминающиеся каждому Россиянину Слова, в  — нашем Поволжье, на Кавказе, в Сибири, даже на Камчатке с Чукоткой — <Мне Дым Отечества и Сладок, и Приятен!>.
.  Так что, ох и — прав же был поэт Александр, зря трепаться он явно не стал!
 
Поймав ноздрЕ;й, духи все эти,
Хлебца, борща, каш —  Кизяка.
Летишь домой, шустрей Кометы,
Но,  с  аппетитом  —  Бурлака!
.                *********
. В такие именно мощные бураны, терялись в степях и гибли не только отары овец, но и люди замерзали насмерть.
. Чтобы человек, смог выжить в степи зимой,  есть только одно спасение, как можно быстрее — добраться  под крышу к людям в тепло, иначе верная погибель.
. Однажды я сам лично, ехал домой после вечерней <планёрки> у директора, из совхоза Красный Маяк на город,  при этом, (скажем  неудачно) — именно вот в такую метельную ситуацию и попал, на Ладыжинском грейдере, где находится так нами называемая  «У- образная» развилка на совхоз Самарский!
.  Застрял тогда наглухо и прочно, в глубоких перемётах с  мокрым (марта месяца) снегом, в этот сильный Буран, на  служебном <ГАЗ-51» своём.
. Буксовал очень долго и упорно, (часов пять наверно), пытаясь самостоятельно выехать на чистый участок дороги, пока бензин в баке ещё был.
.  Раз пятьдесят наверно, выскакивал из кабинки с лопатой и принимался откапывать снег под колёсами, но куда там — Левое заднее откопал и бегом на Правую сторону, там копаю в поте лица и до мозолей.
    Пока оббежал назад машину вокруг и влез в кабинку, включил передачу, педаль муфты сцепление отпускаю, а Левое колесо бац, и уже — снова плотно замело влажным снегом, шина тут же и пробуксовала.
   В итоге, всех моих многих попыток, бензин закончился, мотор заглох внезапно, обувь с носками и одежда верхняя напрочь промокли и сверху впридачу, ещё и снегом залепились влажным.
. Тут то,  и пришлось мне впервые и осознано задуматься, чтобы выжить в этой молочной <коловерти> несусветной,  теперь Что же — делать дальше,
 и  как поступить правильно!?
.  Движение всякое по автотрассе, давно прекратилось до конца метели, значит на помощь какого нибудь случайного трактора К-700, надежды нету, как и бензина в баке.
.  В кабинку мою, тоже снег попадает, через неплотности в дверцах, а сам газончик скоро, вообще исчезнет под снегом наметаемого сугроба, хрен потом и выберешься наружу.
.  Мокрая обувь моя и одежда, подозрительно быстро в твёрдый ледяной панцирь превратились, аж шуршать типа жести стали, а пальцы ног задубели от холода и почти не шевелятся.
.  Наверняка, долго не протянешь сидеть тут без движения, замёрзнешь точно до утра, яко тот  молодой Ямщик в известной песне народной!
. Остался единственный выход, Срочно надо дёргать из этого перемёта, поближе к живым людям, но вот проблема — куда именно, кругом ведь даже <Зги не видать>, завывает вьюга и валит по-прежнему Снег.
.  Осталось единственное —
. Ввыбираться хоть на четвереньках против встречного ветра, но к мосту на речке Ишим, где стоит будка сторожа узкой колеи и у него топится печка, да переждать там непогоду!
. Вылез это я из стылой кабинки под метель, открыл капот моторного отсека и, чтобы не разморозить блок и радиатор, слил всю воду, уже порядком остывшую к этому моменту.
.  Попробовал ногами на ощупь твердь дороги, чтоб не сбиться в снежном молоке сориентировался по направлению к городу, начал двигаться по грейдеру в направлении речки и моста!
.    Видимости тебе никакой, во тьме  ночи и в молоке метели одна надежда, это — не потерять под ногами твердит грейдерной дороги!
.  Притом, в лицо постоянно снежинки мокрые и острые бьют, жутковато идти спотыкаясь и падая,  а поднявшись на ощупь снова — помнить направление на мост, чтобы не потерять его в мыслях своих и не сбиться потом с намеченного Курса на мост.
.    Однажды, точно в таком вот буране и при полной невидимости, курс движения потеряли и погибли, двое жителей ближнего ко мне совхоза Малиновский — отец и дочь взрослая!
. Нашёл тела их, слишком далеко от дороги в степи, один Чабан лишь весной, когда отару свою пас.
. По ветру, эти люди шли спасаясь, сколько сил хватило, а ослабев в буране, так и замёрзли!
.    Вот и я тогда, шёл спотыкаясь, да постоянно падая в снегу, с одной мыслью вдобавок — как бы волки не унюхали запах человека и не напали, нифига же не сможешь отбиться от стаи, захавают моментом вместе с обувью!


.       СТЕПЬ БУРАН КАЗАХСТАН
(реальный случай этот был со мной).

Однажды в марте я в буран попал,
На грейдере Ладыжинском в низине.
Всю ночь почти, в сугробах буксовал,
Бензин пока, не кончился в машине.

В тьме кромешной жутко было,
Засыпать с устатку стал.
Как шальная вьюга выла,
И мороз —— ноги сковал.

Надо срочно выбираться,
Из лап снежного болота.
Как ямщик, в степи остаться,
Не хотелось вовсе что-то.

Мы на диване тёпленьких квартир,
Горазды дать толковые советы.
Но, потеряв в буран ориентир,
Куда пойдёшь, когда не знаешь где ты!

Зачем моей семье плохая весть,
Что сын замёрз и не придёт вовеки.
Надежда всё же на спасенье есть,
Река Ишим, где мост узкоколейки.

Буран прервал движение моё ---
Легко загнуться здесь, в кабине стылой.
Искать пошёл ближайшее жильё,
Иначе, не видать мне больше милой.

Вертелась мысль буравчиком одна ---
В буран возможно всякое случиться.
Чтоб волчья стая не нашла меня,
В овраг глубокий как-бы не свалиться.

Семь километров падал, шёл к реке,
Мне бог помог, не промахнулся мимо.
Вот так, на ощупь, в снежном молоке,
К сторожке вышел на мосту Ишима.

Кювет с обрывом, влево поворот,
Запомнил с рейсов предыдущих просто,
Полу-шагами двигался вперёд
Рукой коснулся ограждений моста.

Был молод я, физически здоров ---
В деревне вырос, в зимах разбирался.
Лишь потому, до речки всё ж дошёл,
Ослаб конечно, но в живых остался.

Теперь осталось вправо по мосткам,
Перемахнуть, сторожки дверь нащупать
Коль повезёт, упасть с порога там,
С устатку сердца пульс-биенье слушать.

Смотритель-сторож был помочь готов,
В углу буржуйка жаркая топилась,
Чтоб отогреть приблудных шоферов,
Что степь из лап смертельных отпустила.

Присел и я на пол с последних сил,
Сквозь дремоту сознание отмечало,
Как дед по-братски свой паёк делил,
—— Три картошины, огурец и сало.

Кисет достал, крепчайший самосад,
Мы всемером скурить всё это можем,
Что он гостям таким нежданным рад,
Блудил в степи, и сам спасался тоже.

Подумал я, что также поступил ——
Всю эту ночь с природою сражался.
Не спасовал ведь там, не отступил,
И слава Богу, что в живых остался!
.                **********
Буран утих к обеду и легко ——
Два К-700 пошли дорогу чистить,
Чтобы отправить в город молоко,
Вернуть чтоб трассу к прежней её жизни.

С будкой мост и колею, пришло время разобрали,
О буранах в том краю, они много б рассказали.
Лишь с опор быки остались, в снежном куржаке.
Что не раз людей спасали на Ишим реке!!!

Валерий Чайко, Атбасарский район, Целина, 1976 г.
.                ***********

ФЕВРАЛЬ 2026 Г.
.









.                ***********
.