Папа не Google. Перевод Раисы Чёрной

«Как  самолёту удаётся летать? Разве он не слишком тяжёлый?» - спросила меня Фисташка, глядя на небо.
«Откуда мне знать?!» - подумал я, но вы же знаете, что я считаю себя классным папой, папой, который смотрит на свою дочку на равных и воспринимает то, что она говорит, со всей серьёзностью. Поэтому, когда она задаёт мне триллион вопросов, я изо всех сил пытаюсь давать ответы. В чём проблема? Или…
Когда Фисташка была маленькая, проблемы не было. Она спрашивала о каждой вещи «Что это?» И я отвечал: «Это дерево, а это небо, это мой нос, и прекрати ТЯНУТЬ за него». Легко. Быстро. Просто…
Когда она немного подросла, появились вопросы типа почему. Почему небо голубое? Почему машины ездят по шоссе? Почему у тебя нос большой? (Потому что ты всё время тянула его, когда была маленькая). Здесь уже стало немножко сложней, а главное – нескончаемо… Так как всегда возникало ещё и ещё ПОЧЕМУ…
«Почему я голодная?»
«Потому что твоё тело хочет кушать».
«Почему оно хочет кушать?»
«Потому что оно должно расти».
«Почему?»
«Потому что у маленьких тело растёт».
«Почему?»

До тех пор, что я, в конце концов, уставал и отвечал: «Потому». Обсуждение заканчивалось… (К слову, если кто думает, что «потому» - это не ответ, он ошибается, потому что, по большому счёту…  это первоклассный ответ. Почему?  Потому!)

Но сейчас, когда она ещё подросла, чтобы быть способным ответить на её вопросы, нужно быть биологом, математиком, астрофизиком и шеф-поваром… И это тоже не логично. Девочка в возрасте ничего с половиной, а расспрашивает меня, словно делает докторат. И как же мне быть – есть вещи, которых я просто не знаю! Вчера она спросила меня, как пчела готовит из нектара мёд… Я объяснил ей, что пчела всасывает нектар через соломинку, он поступает в особый желудок  в её животике (у пчёл ведь имеется 2 желудка…), и там он проходит молекулярное изменение. И потом, подлетая к улью, она выплёвывает нектар (который сейчас уже мёд) в особые ячейки, построенные рабочими пчёлами. Не то чтобы я знал об этом – просто я прочитал это в своём мобильном телефоне, на что она не обратила внимания… И тут кроется проблема, ибо для Фисташки я ГЕРОЙ, я всё могу и всё знаю. А если она откроет, что есть вещи, о которых я не имею понятия, она разочаруется во мне – а этого допустить нельзя.

Вчера, когда я забирал Фисташку из сада, воспитательница сказала перед всеми: «Вау! Вот пришёл папа Фисташки. Фисташка рассказывает нам, что Вы учите её самым разным вещам. Может быть, Вы объясните нам, как работает подъёмный кран?»

«Конечно! – ответил я тут же. – Но сейчас мы немножко торопимся… Завтра я с радостью сделаю это». И я записал себе напоминание не водить Фисташку в сад в течение недели.

«Папочка, - Фисташка отвлекла меня от размышлений, - Так что с самолётом? Как он летает?»
Теперь вы понимаете – с одной стороны есть упорная любознательная девочка, а с другой – папа, который страстно хочет быть образцовым, но он не Эйнштейн…
Я подумал про себя, что у меня нет выбора. Я глубоко вздохнул, посмотрел прямо в глаза Фисташки и признался: По правде сказать, милая моя… я не имею понятия, но если ты узнаешь – скажи мне».
И тогда, к моему удивлению, она сейчас же ответила и без малейшего разочарования: «Ладно, - и добавила: Можно мороженое?»
«Конечно, моя сладкая, - ответил я и почувствовал, как гора свалилась с моих плеч. – Конечно, можно!» А про себя подумал, что, наконец, она задала вопрос, на который легко ответить… Только бы она не спросила меня, как мы сделали её…