Судьба Кэри. Глава 12

Дверь отворилась, пропуская внутрь бледный луч угасающего дня, и на пороге появился чумазый мальчуган. Его огромные глаза на худом, испуганном личике лихорадочно обшаривали пространство библиотеки в поисках помощи. Кэри, стоявшая недалеко от входа, первой заметила его и бесшумно подошла.
— Ты заблудился? — спросила Кэри, стараясь, чтобы голос звучал мягко, хотя сердце уже сжалось от нехорошего предчувствия. — Что ты ищешь?
— Я. Моя мама… — мальчик всхлипнул, слова вырывались с трудом, разбиваясь о спазмы в горле. — Она лежит на дороге. Мы шли… есть хотели. Я есть хочу, а она там… не встаёт…

Кэри не нужно было больше объяснений. Она мгновенно поняла, что с его матерью случилось то же, что и с её отцом — безжалостное прикосновение Прародителей, превращающее живых людей в иссушенные мумии. Сердце кольнуло острой иглой сострадания и собственной недавней боли.
— Тихо, тихо, — она взяла его за худенькую, дрожащую ладошку. Оглянувшись на своих, занятых делами, она кивнула одному из крепких соклановцев:
— Пойдёшь с нами. Нужна помощь.
— Так, — обратилась она к мальчику уже на улице, когда соклановец осторожно, словно величайшую драгоценность, поднял с земли почти невесомое тело его матери. — Маму сейчас отнесут в больницу, там о ней позаботятся. А мы с тобой пойдём… есть. Договорились?

Держа в своей руке его тонкие, холодные пальчики, Кэри зашагала по направлению к таверне. Мальчик семенил рядом, стараясь поспевать за её широким шагом, и вдруг, поравнявшись с небольшой булочной, остановился как вкопанный.
— Тёть… — он потянул её за руку в сторону двери. — А можно, ты мне хлебушка купишь? Не только мне. У меня дома ещё два брата ждут. Мама же… мама теперь не принесёт…

Кэри посмотрела в его глаза огромные, тёмные, на исхудавшем личике, и почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Она молча кивнула и толкнула дверь булочной.
Внутри пахло так, как пахнет только в настоящих пекарнях тёплым хлебом, сдобой, ванилью и уютом. Этот запах казался насмешкой над реальностью за порогом. Кроме продавщицы за прилавком, в магазине никого не было, и Кэри облегчённо выдохнула.
— Продайте мне, пожалуйста, две булочки хлеба, — попросила она, доставая из сумки кошель, но женщина за прилавком лишь усмехнулась.
— А что дашь взамен? — в её голосе не было враждебности, скорее усталая деловитость выживающей в хаосе торговки.

Кэри на мгновение задумалась, потом полезла в другой карман сумки и извлекла небольшой тёмно-синий мешочек.
— У меня есть специя для сдобы. Обменяем?
Продавщица вышла из-за прилавка и нетерпеливо протянула раскрытую ладонь. Кэри осторожно сыпнула несколько тёмных зёрен. Та поднесла их к носу, глубоко вдохнула аромат, потом, поколебавшись, положила одно зёрнышко в рот. Её лицо расслабилось, на губах появилось нечто похожее на довольную улыбку.
В этот момент мальчонка, воспользовавшись тем, что взрослые заняты торгом, молниеносно сгрёб с прилавка обе буханки и, хлопнув дверью, вылетел на улицу.
— Эй! — крикнула продавщица, но Кэри лишь махнула рукой.
— Всё в порядке. Я ему и покупала. — Она договорилась об обмене, специя явно пришлась по вкусу и даже смогла взять сверху ещё одну небольшую булочку. — Спасибо, — бросила она на прощание и шагнула к выходу.

Прямо в распахивающуюся дверь. Столкновение невозможно было избежать. Пакет с булочкой вылетел из рук и, описав дугу, полетел на пол. Но мужчина, вошедший в магазин, отреагировал с невероятной быстротой, он перехватил пакет в воздухе, будто всю жизнь только тем и занимался, что ловил падающие предметы, и галантно протянул его Кэри.
— Спасибо, — выдохнула она, поднимая взгляд. Сначала увидела крепкие руки, потом широкие плечи, мужественное лицо… и глаза. Светлые, тёплые, излучающие такое спокойствие и доброту, что на мгновение показалось весь этот кошмар снаружи просто сон.

«Какой красивый мужчина», — мелькнуло в голове, прежде чем она успела это остановить. Вслух же сказала лишь короткое «спасибо» и поспешила пройти мимо, высматривая на улице сбежавшего мальчишку.
Но не успела отойти на десяток шагов, как голос за спиной остановил её:
— Вы кого-то ищете?
Кэри обернулась. Незнакомец стоял на пороге булочной и внимательно, но без навязчивости смотрел на неё.
— Только что передо мной выбежал мальчишка. Худенький, с хлебом, — она растерянно развела руками. — Вы не видели?
— Видел, — он указал направление. — Побежал по улице в сторону библиотеки. — И, помедлив, добавил: — Помочь догнать? Он у вас хлеб украл?
— Нет-нет, что вы, — Кэри покачала головой и, чтобы не мешать проходу, отошла от двери, пропуская других покупателей. — Я ему сама покупала. Его мама… на глазах у ребёнка стала… одной из тех, кто лежит на улицах. Он прибежал к нам в библиотеку за помощью. Друзья отнесли её в больницу, а я решила накормить его хлебом.
— Очень приятно видеть, — незнакомец не отходил, словно чувствуя, что ей нужно выговориться, — что люди в общей беде помогают друг другу. Не сидят сложа руки и не дрожат, как осиновый лист на ветру.

Кэри снова обвела взглядом улицу: руины, тени людей, перебегающих открытые пространства, неподвижные фигуры «скелетов». Потом перевела взгляд на собеседника. Он смотрел на неё с какой-то спокойной, уверенной теплотой, и в этой теплоте хотелось утонуть, забыв на минуту о грузе власти, ответственности и страха.
«Как бы я хотела иметь такую же уверенность в завтрашнем дне», — подумала она, а вслух сказала:
— Как же хорошо, наверное, в такое время не иметь проблем. У вас ведь нет проблем?

Мужчина мягко улыбнулся, но не ответил на вопрос. Вместо этого он слегка склонил голову набок, и его светлые глаза блеснули:
— А в вашей прелестной голове, значит, есть проблемы?
— О, если бы вы знали, — вырвалось у Кэри с горькой усмешкой. — Ещё какие! Тут, понимаете ли, конец света на носу, люди скелетами становятся, дети от голода умирают, Прародители из-под земли повылазили… — Она запнулась, но слова уже понеслись дальше, подгоняемые усталостью и отчаянием. — Ещё и договориться о мире не сумела…
Она осеклась и испуганно посмотрела на незнакомца. Зачем она это сказала? Кому?
— А хотела? — подхватил он её мысль, и в его голосе не было ни насмешки, ни подозрения — только искренний интерес.
— Хотела. Очень хотела, — выдохнула Кэри. — Но что-то пошло не так. Этот клинок в руках светлой, её защитник, моя разведчица… теперь вообще непонятно, как договариваться. — Она опустила голову, чувствуя, как усталость наваливается свинцовой тяжестью.
— Пойдёмте-ка, — неожиданно предложил мужчина. — Я провожу вас до библиотеки. Вы устали, это заметно.

Он учтиво огляделся по сторонам, оценивая возможные опасности, и протянул ей руку.
— Беритесь. Я помогу.
Какое-то время они шли молча. Рука незнакомца была тёплой и надёжной, и Кэри поймала себя на мысли, что впервые за долгое время чувствует себя… защищённой. Не как правительница, не как мстительница, а просто как женщина.
— Не переживайте, — вдруг тихо сказал он, чуть сжав её пальцы. — Если вы так сильно хотите мира, он будет. Ждите сегодня после обеда, ближе к вечеру. Вы будете в библиотеке?
— Да, — удивилась Кэри такому вопросу. — Там мой отец. Мы смогли его исцелить, благодаря подруге. Он теперь со мной.
— Так я не прощаюсь? — он остановился на перекрёстке и внимательно посмотрел ей в глаза. В его взгляде было что-то такое, от чего сердце пропустило удар.
— Нет, — ответила она, и на её губах сама собой появилась улыбка. — Не прощаемся.
Он развернулся и пошёл обратно, своей лёгкой, уверенной походкой. Кэри смотрела ему вслед, пока его фигура не скрылась за поворотом.

«Даже имя не спросила, — спохватилась она. — Что с моей головой? Кто он?»
В библиотеке было тепло и шумно. Отец сидел в кругу соклановцев, все пили горячий травяной чай. Кэри положила на стол припасённую булку.
— Правительница, вы ходили в булочную? — удивился кто-то.
— Да, — рассеянно ответила она, присаживаясь на диван. — Мальчику покупала. Голодный был. Не умирать же ему.
— Чай будешь, дочка? — отец внимательно посмотрел на неё. — С тобой всё хорошо?
— Сколько времени? — вместо ответа спросила Кэри.
— Почти обед. Иди поешь, — позвал он.

Кэри прокрутила в голове странный разговор, незнакомца, его слова и взгляд. Потом встала, подошла к столу, взяла протянутую кружку с чаем и, подняв её, сказала:
— Тост. За мир между кланами.
Она улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло — не только от чая, но и от смутной, но такой приятной надежды. Словно кто-то невидимый пообещал, что завтра всё изменится к лучшему.

продолжение следует..