О юбилее, о театре и о том, с чего всё начиналось

Глава  2

    Довольно скоро, буквально через несколько дней,   мне сообщили на вахте Дворца культуры, что звонила из горкома партии Шумейко и просила зайти  к ней.  Я тут же с вахты перезвонил Валентине Ивановне и через 15 минут был у неё в кабинете. Шумейко мне сообщила, что встреча  с первым секретарём горкома партии назначена,  что он меня ждёт.  Просила, чтоб я подготовился к встрече.  Дело в том, что на встречу  с Первым  будет приглашён  и руководитель сумской танцевальной группы, и он, конечно же,  будет отстаивать своё  варьете.
- Вам же надо будет чётко и ясно, а главное – убедительно изложить Александру Александровичу свой проект, - наставляла  меня Валентина Ивановна. Я и сам понимал: всё зависит от того, как решит Первый.  Формально главой города считался председатель горисполкома, но реальная власть принадлежала КПСС. Так было во всей стране, время было такое.
 
    Встреча была назначена на утро, кажется,  на понедельник. Валентина Ивановна обратилась ко мне с просьбой: надо было найти руководителя этой самой танцевальной группы и сообщить ему, в какое время  состоится встреча с Елохиным.  «Живут они в гостинице «Братск», - уточнила Валентина Ивановна и тут же поделилась   очень любопытной информацией.  На днях в Иркутске проходила областная   партийная конференция, на которой  выступал секретарь обкома партии по идеологии  Антипин. И вот в своём выступлении  он задел Братск,  стал говорить  о том,   что, мол,  в Братске собрались варьете открывать? Додумались…  Лучше бы открыли молодёжный театр.  Так сказал секретарь обкома, курирующий идеологию, образование и культуру.
Рассказ Валентины  Ивановны меня обрадовал и вселил надежду. Получалось, что я очень вовремя появился со своим предложением.

    Поручение Валентины Ивановны я выполнил в тот же день.  Жил я на Депутатской, в самом её конце, гостиница «Братск» находилась рядом.  Дежурная в гостинице мне сказала, что приезжих  танцоров надо искать в холле пристройки, где они репетируют.  Там я их и нашёл. Шла репетиция.  4 девушки танцевали под счёт молодого человека, судя по всему, балетмейстера.
 - Раз и два, и три, и четыре, пять и шесть, и сэм, и восэм…  -  считал руководитель и при этом делал замечание девушкам, если ему что – то не нравилось. Почему – то он произносил «сэм и восэм».  Видать, фишка у них была такая.  Я это понял, когда одна из девушек  взялась помогать балетмейстеру и стала объяснять  подружкам, как надо правильно  делать сложное танцевальное   движение – она показывала и сама считала, и  у неё тоже  получалось - «сэм и восэм».
Я  тихо стоял у стенки, старался не мешать репетиции. В какой – то момент руководитель обратил на меня внимание и спросил: «Вы не к нам?»   « К вам,  - отвечаю, - у меня для вас информация. Валентина Ивановна Шумейко, инструктор горкома партии, просила  меня передать вам, что встреча с  первым секретарём  горкома назначена на 8 утра в понедельник. Вас там ждут»  « Я понял, буду вовремя. Спасибо вам» - говорит молодой мужчина,  и мы прощаемся.

    В назначенное время  в кабинете первого секретаря Братского горкома  партии Елохина А.А.  началось совещание. Предстояло определиться по двум вопросам:
1-й – Об открытии в Братске театра варьете  приезжей танцевальной группой из города Сумы (УССР).
2 –й. – Открытие в Братске драматического театра на базе Народного театра Дворца культуры «Лесохимик». 
 Кроме Елохина  в  кабинете   находились  секретарь горкома партии по идеологии  Дроготнёва Дина Андреевна, заведующая   отделом культуры горисполкома Маликова Тамара Алексеевна, инструктор  горкома партии  Шумейко Валентина Ивановна, руководитель сумской танцевальной группы  и я. Допускаю, что кого – то  мог забыть.
 
    Вначале предоставили слово гостю нашего города, балетмейстеру с Украины.  Я плохо помню, что он говорил, как отстаивал свой проект. Видать, я волновался,  думал о своём. Запомнился мне один эпизод, когда «Сэм - восэм» (так про себя я называл заезжего  хореографа ) стал рассказывать  о танцах, о хореографии, и Елохин сказал, что он и  сам  во время учёбы 4 года оттанцевал  в институтском  ансамбле.  «Сэм – восэм" очень обрадовался, воодушевился и они какое – то время обсуждали вопросы хореографии.
 Меня всё это насторожило и даже встревожило. Я опасался, что Первому ближе варьете,  чем драматический театр, и шансы мои – нулевые. После выступления балетмейстера его поблагодарили,  сказали, что ему сообщат о принятом решении и отпустили.

    Наступила моя очередь.  Я начал своё выступление не очень уверенно. Мне казалось, что шансов у меня мало.  Но я заметил, что Елохин старается меня приободрить, всячески мне помогает. Я успокоился  и, как умел, принялся   рассказывать присутствующим о создании   в городе профессионального театра.
Прежде всего рассказал, что театр даст городу, какую роль будет играть в создании культурной среды нашего Братска.  Затем примерно назвал количественный состав  труппы ,  указал, сколько  специалистов мы можем найти в городе и сколько придётся приглашать со стороны.  Нужны будут квартиры. Я назвал количество.  Рассказал, сколько, по моим расчётам, мы сможем заработать за год сами и какая понадобиться дотация театру.  В расчётах  я исходил из вместимости зала  на 400 мест.
 
    Несколько лет назад мне случайно попался на глаза проект музыкально – драматического театра для Братска на 1200мест.  Проект делал Гипротеатр, то есть  - профессионалы. Сам проект хранился в горкоме партии. Конечно,  глупость несусветная. И то что музыкально – драматический – это же плюс хоровая группа, плюс танцевальная, оркестр. Для городского театра - неподъёмная ноша.И зачем? В России нет репертуара  для такого театра.  Это украинский вариант. И зал на 1200 мест для небольшого молодого города - тоже не серьёзно. Что меня поражало: все считали, что всё нормально. Театр собирались строить на участке между администрацией города и гостиницей «Братск».
 
   400 мест, я считал для Братска в самый раз.  Так же считал,  что театр должен располагаться в центральной части города. Конкретно же я предлагал два варианта, на выбор.
Первый вариант – отдать  под театр левое крыло нового Дворца культуры «Металлург» Братского алюминиевого завода.  Конечно, после реконструкции.
Второй вариант – перестроить кинотеатр «Аврора»  под драматический театр. Этот вариант мне казался более подходящим, хоть  обойдётся он дороже.
 В студенческие годы я от института был командирован  в Москву в  театр «На таганке», связано это было с моей студенческой научной работой.  И вот этот самый знаменитый в то время  театр был перестроен из кинотеатра. Я  находился там неделю, занимался  своими делами,  в то же время  видел все помещения, как там всё устроено.  Конечно, определенный недостаток площадей  ощущался, и актёрская курилка была  маленькая, и  закулисные пространства –  скромные. Одним словом, условия без особого шика, можно сказать, экономно. Но фойе и театральный зал - вполне  достойные.  К тому же я был уверен, что наша «Аврора» будет побольше  старого  построенного ещё до революции московского кинотеатра,  и возможностей у нас будет больше при реконструкции  здания. 

  - Как я понимаю, у нас на сегодняшний день самый реальный вариант - это дворец культуры БрАЗА, вы как считаете, Константин Ефимович, - спрашивает меня Елохин. 
  - Да, там и зал у них есть небольшой, там сейчас кино показывают.   Его можно будет перестроить в театральный зал. Там и вход с улицы есть свой, что не маловажно. Во Дворце  будут проходить свои мероприятия, у нас же  будут идти спектакли. Хорошо, что будет возможность разделить потоки зрителей. Чтоб не допустить  столпотворения, неразберихи - кому куда идти? Конечно,  понадобятся дополнительные помещения   для технических цехов.  Возможно придется что то пристроить.  Какие – то  спектакли можно будет играть на большой сцене Дворца культуры.  Надо будет договариваться с администрацией «Металлурга», с  руководством завода. 
   – Да, договариваться придется,-  говорит Елохин  при этом снимает трубку телефона и  начинает  кому- то звонить.  Дозванивается, приветствует собеседника  и дальше произносит следующее:   
- Тут у меня сейчас находится наш молодой режиссер, такой-то. Он пришел  с очень интересным для города предложением. Но для того, чтобы это предложение осуществить, нам нужна ваша помощь. Мне бы хотелось, что б вы встретились с режиссёром и поговорили.  Когда вам удобно это сделать? Хорошо. Спасибо. 

     Елохин заканчивает телефонный разговор  и спрашивает меня, готов ли я встретиться  и обговорить все эти вопросы с директором Братского алюминиевого завода Авдеевым.
Значит, звонил он на БрАЗ и это , наверное, поняли все присутствующие, кроме меня.  Обращался – то он к собеседнику по имени и отчеству. Звонок Елохина Авдееву   говорил о том, что решение  принято было в нашу пользу, в пользу театра. Как это произошло, какие слова при этом говорились, я почему – то не помню. Может, и не было никаких особых речей, не было  дискуссий.  Первый секретарь горкома высказал своё мнение, присутствующие его поддержали. Дроготнёва, очень кстати,  рассказала о выступлении на областной партийной конференции секретаря обкома партии  Антипина, который покритиковал братчан за то, что собрались открывать в городе варьете. «Лучше бы они там открыли молодёжный театр, - сказал он.    Всё сошлось. Звёзды сошлись. 
   
    Да, конечно, я был готов ехать на БрАЗ, встречаться с директором  завода, о чём и сообщил Елохину. Но, правду сказать,  я был немного ошарашен.   Уж очень  быстро всё разворачивается.
-  Директор завода Авдеев ждёт вас завтра  в четырнадцать ноль –ноль, - сообщает Елохин. Затем он обращается к Валентине Ивановне и просит, чтоб она  поехала со мной на встречу с Авдеевым. «Возьмёте нашу Волгу», -  добавляет он.
 Да, дела…