Савельев С. В. Церебральный сортинг Москва 2016

Есть такой профессор, доктор биологических наук Савельев Сергей Вячеславович, автор нескольких книг, есть и видео сайт с его роликами. С удовольствием его читаю и смотрю, но его теория церебрального сортинга, не принята официальной наукой, хотя, на мой взгляд, в ней много ценного. Вам даю из его книги цитаты и высказывания, которые меня заинтересовали. Кто заинтересуется, найдет книги и видео. ОБЪЕМ ЦИТАТ, НЕ БОЛЕЕ 5 % ОТ КНИГИ.


Тем, кто надеется, что его таланты будут справедливо оценены, успокаиваться рано. Приборов для прижизненного анализа способностей нет, а опасливые собиратели дензнаков стремятся сохранить доходные обезьяньи отношения в инстинктивных сообществах. Перспектива доминантов получить объективное доказательство бездарности своих отпрысков, глупости ближайших помощников, а главное — собственной некомпетентности пока никого не вдохновляет.

Обезьянье прошлое человечества легко проявляется из поколения в поколение. Уверенность каждого нового человека в собственной исключительности, бытовой хитрости и тайной прозорливости является гарантией его неосознанного участия в скотском празднике дикой эволюции мозга. Только растратив лучшие годы работы мозга на гормональный самообман, выращивание разочарований и жировой прослойки, очередная жертва биологического отбора начинает чувствовать свою убогую роль в непонятном процессе.

Понурый старческий самообман уже сегодня можно заменить на объективную оценку своих способностей и осознанно прожитую жизнь.

Для такого принудительного осчастливливания предлагается ввести вместо привычной обезьяньей эволюции рассудочный церебральный сортинг.

Вполне вероятно, что блестящая работа может приносить и достойный материальный результат. При наличии полной востребованности, материального достатка и признанной доминантности изготовление себе подобных не составит особого труда. Это занятие можно сделать особенно приятным, если подобрать партнёра по сходству организации мозга.

Главная ценность состоит в пищевом и репродуктивном доминировании над другими обитателями планеты.

Наиболее опасны обитатели планеты, обладающие высокой способностью адаптироваться к изменяющимся условиям в течение непродолжительной жизни.

Оно состоит в том, чтобы добывать пищу, запасать и поедать её для эффективного размножения и выращивания потомков. Детёныши этих существ быстро начинают размножаться и сразу посвящают свою жизнь выращиванию следующего поколения.

Изобретательная половая конкуренция и умелое домогательство половозрелых самок стимулировали процветание наиболее оригинальных особенностей поведения, что поддерживало или даже провоцировало церебральный полиморфизм.

Иначе говоря, по окончании райского периода сложились условия для отбора австралопитеков по способности вести общественный образ жизни.

Наши далёкие предки оказались перед выбором — выжить и защититься от агрессивной среды обитания, создав глубоко интегрированное сообщество, или исчезнуть. Иначе говоря, вся возня с развитием мозга и интеллекта нужна только для того, чтобы расплодиться, как паразитические черви, и покрыть несчастную планету многометровым слоем своих потомков.

Биологические цели плоского червя, голодной гиены, отдельных стран и крупных международных объединений особенно не различаются.
Пища, размножение и доминантность остаются залогом биологического процветания любых организмов на планете.

Социально наследуемые формы поведения очень легко модифицировать в любом поколении. Достаточно на 20 лет изменить условия или правила воспитания детей, как мы получим любой желаемый уровень заданного культа, национальной веры или искренней убеждённости. При этом не имеет никакого значения содержательная часть новодельных социальных инстинктов. С лёгкостью можно убедить целое поколение наивных подростков в реальности говорящих розовых слонов, кусачих вампиров или коварных мойдодыров. С тем же успехом можно воспитать глубочайшую уверенность в том, что кривоватые и диковатые подростки являются представителями высшей расы, наследниками ариев, а их предком был марсианин, удачно полюбивший царевну-лягушку. В пустые центры мозга, предназначенные для социальных инстинктов, можно загрузить любую абракадабру, а спустя пару десятилетий пожинать запрограммированные или неожиданные плоды.

Мы, то есть большинство из нас, вынуждены приспосабливаться к темпу настоящего и будущего с теми ритмами и рефлексами, что были унаследованы из прошлого.

Речь идёт о плавном искусственном процессе, а не об эффективном ускорении отбора при помощи острой гильотины или удобной виселицы. Незатейливые, но очень консервативные инстинкты размножения имеют дурную традицию нарушаться, когда в их действия вмешиваются рассудочные процессы. Эта странная ситуация выглядит неочевидной и требует пояснения. Казалось бы, умный, изощрённый и хитрый человек имеет больше шансов стать богатым и оставить многочисленное потомство. Действительно, обладатель социально востребованного мозга становится лидером условной популяции и получает репродуктивное преимущество. Достаточно проследить несколько поколений талантливой семьи — и общечеловеческая ценность роли культурного и интеллектуального развития станет ясна.

У самых богатых людей планеты репродуктивные успехи в три раза ниже, чем у их беднейших наёмных рабочих. Совсем плохая ситуация с продолжением рода у научно-технических гениев. Обычно половина из них вовсе не имеет детей, а потомки случайно размножившихся вымирают за два-три поколения. Эти данные показывают, что механизмы социального уничтожения наиболее специализированных конструкций мозга очень эффективны и давно сложились. Идеи о постоянном интеллектуальном прогрессе и развитии человечества оказались приятным вымыслом, который противоречит ожиданиям.

В районах, где на проблемы образования по традиции не обращали особенного внимания, численность населения росла, а при создании университетов — падала. Вполне понятно, что в тех регионах, где успешно добивались культурного образования населения, рождаемость снижалась, а трудовые ресурсы приходилось завозить по лимитированным квотам. Перенос генома в следующее поколение обычно происходит под большим или меньшим контролем со стороны социальной системы.  При наличии жёсткой структуры для вступления в брак и размножения требуется некий имущественный ценз, который может проявляться в виде выкупа невесты, значительного приданого или материальных признаков социальной успешности жениха. Это те же инстинкты доминантности и тяга к размножению, что и в животном мире. Развесистые рога, яркое оперение, изящное пение, большое гнездо или сильный и специфический запах мочи оказывают аналогичное воздействие.  Добрейший Ф. Ницше предлагал не поддерживать особей с низкой жизнеспособностью или наследственными заболеваниями. С его точки зрения, было бы желательно вернуться к животным правилам естественного отбора. Выступая против гуманистической «добродетели», Ф. Ницше полагал, что она препятствует естественному отбору в жизни вида и очищению его от «отбросов» общества. Призывая сохранить наиболее здоровую часть населения, он считал необходимым подавлять, как физически неполноценных личностей, так и проявления морального уродства. Примерно к таким же выводам пришёл и А. Шопенгауэр, который предлагал популярный рецепт оздоровления Германии: «Негодяев — на виселицу, гусынь — в монастырь».

Сотни изученных потомков великих людей оказывались посредственностями и обывателями. В конце концов Ф. Гальтон (Galto^ 1892), подчёркивая бесполезность попыток селекционного отбора талантов, предложил широко известный «закон возврата». Его сущность состоит в том, что если родители обладают выраженными способностями, то у потомков от них остаются только следы, а в следующем поколении исчезают и они. Основываясь на этом наблюдении, Ф. Гальтон считал, что любые таланты являются отклонениями от стабильного усреднённого варианта организации.

Во время войн истребляются самые лучшие соматические представители популяции, а худшие получают репродуктивные преимущества и поощряют инстинктивную полигамию. Если бы существовала взаимосвязь между физической и интеллектуальной одарённостью, то в непрерывных войнах мы бы давно истребили все зачатки разума. К нашему счастью, эволюция мозга достаточно давно автономна и прямо не связана с соматическим здоровьем.

Бытие определяет сознание. Эта расхожая фраза кочует из одной пустой головы в другую, подтверждая нашу принадлежность к животному миру и приверженность биологической эволюции. И.В. Джугашвили (Сталин) посрамил всех философов вместе с изобретателями христианства и марксизма. Он на практике реализовал реверсивную идею, доказав, что сознание может определять бытиё. Восстановив рабство и устроив коммунистический церебральный сортинг, он создал новое бытиё из благородных, но умозрительных фантазий. Всех, кто не обладал необходимым уровнем социалистического сознания или сомневался в его наличии у других сограждан, отправляли на перевоспитание. Лагерным и тюремным педагогам было интуитивно понятно, что вне геномное наследование социальных инстинктов времён сытого царизма изменить невозможно. Это вынуждало применять радикальные педагогические приёмы и физически уничтожать их упорных носителей.

Таким образом, наиболее перспективным способом, добиться биологических преимуществ над другими видами можно адаптивными изменениями в строении всего тела или отдельных органов. Континентальные объединения: среднеазиатская махалля, еврейский кагал, вайнахские тейпы и русский деревенский мир — имеют одинаковое биологическое значение.

Вполне понятно, что наилучшим способом раскрытия потенциала каждого человека являются экстремальные условия жизни.

На самом деле избыток равноправия и свободы неизбежно приводит к праздности, сексуальным извращениям и изобретению необычных форм социальной конкуренции.

Агрессивный государственный режим переносит всю тяжесть искусственного церебрального сортинга на собственное население, а гуманистический — на чужое.

В.М. Бехтерев. Изучая проблемы социального отбора и наследственности, он писал: «Но необходимо признать ещё иной фактор, содействующий передаче приобретённых особенностей потомству. Этот фактор мы называем социальной наследственностью. Под этим наименованием мы обозначаем передачу из поколения в поколение приобретённых навыков и рефлексов путём воспитания и переимчивости вообще, основанных на подражании, внушении и усвоении» (Бехтерев, 1916). Рассматривая эволюцию сообществ в животном мире, он предлагал ввести понятие социального отбора в качестве одного из основных факторов эволюции. В.М. Бехтерев прямо писал: « ...мы считаем социальный отбор наряду с дарвиновским естественным отбором основным законом жизни, который, как мы видели, в результате ведёт к поддержке более социальных особей, хотя бы и менее приспособленных к окружающей природе».

Чем дольше внушаются нужные сообществу или властям социальные инстинкты, тем. выше вероятность их запечатления. Примером является воспитательная политика Советской России и Германии в 20-30-е годы ХХ века. Для создания системы новых представлений о мире у молодёжи потребовалось всего 15-20 лет навязывания выдуманных социальных инстинктов. При хорошем контроле за общественной информацией в обеих странах удалось легко получить популяции убеждённых бойцов, которые вскорости перешли к массовому истреблению друг друга.
Аналогичные процессы происходят на Украине с 90-х годов ХХ века по настоящее время. Методичное и непрерывное внедрение национальных социальных инстинктов в мозг детей и подростков привело к формированию популяции с устойчивыми алгоритмами агрессии этнической направленности. Сущность такого поведения инстинктивна и построена на двух примитивных мотивациях лимбического происхождения (Савельев, 2015б). Одна обусловлена инстинктивным стремлением к увеличению личной, групповой или этнической доминантности.

Вместе с тем у народной любви к обещаниям и казённому поощрению архаичных инстинктов есть одна особенность — не долговечность.

По этой причине организаторам смены инстинктивного статуса государства приходится негуманно сокращать число носителей предыдущих заблуждений и вводить строгий церебральный сортинг. Так было во время масштабных социальных экспериментов в Италии, Испании, Германии, России, Северной Корее и Китае.

Складывается, на первый взгляд, очень нелогичная ситуация. Мозг становится меньше, а цивилизация — совершеннее.

Сложная структура сообщества гоминид требует конформизма и социальной пассивности.

Любая избыточная интеллектуальная самостоятельность разрушительна и социальным отбором не поддерживается. Вполне естественно, что столь обширный и невостребованный неврологический ресурс опасен социальным обременением. Именно переизбыток хорошей памяти, способность к сравнению и любая форма бытового здравомыслия несут огромную опасность для стабильности сообществ. По этой причине чрезмерно сообразительные и активные обыватели быстро элиминируются под давлением стабилизирующего отбора, который у гоминид отличается изощрённостью и невероятной жестокостью. Совершенно ясно, что следствием такого направленного отбора становится увеличение числа всё более покладистых и пассивных граждан с маленьким мозгом. Большой творческий мозг не нужен и даже вреден для выполнения ограниченного числа социальных правил поведения общественных гоминид.

В конечном счёте это привело к массовому истреблению или миграции наиболее рассудочной части населения. Параллельно происходил физический искусственный отбор no принадлежности к коммунистическому культу. Он вывел на первые государственные и социальные роли наиболее адаптивных и биологичных особей, что гарантировало разрушение системы.

За ХХ столетие были изобретены и широко применены выдающиеся методы направленного церебрального сортинга, а скрытое планирование почти естественного уничтожения целых популяций стало эффективным приёмом искусственного отбора. Столь заметного ускорения биологической эволюции нервной системы история планеты ещё не знала. Несчастным обладателям больших лимитрофных адаптаций была уготована роль мальчиков для битья или мёртвых героев. Они страстно совершали кровавые перевороты, затевали войны и разрушали страны. Их архаичный мозг требовал масштабных социальных действий, в которых они увлечённо участвовали. Однако плодами активности обладателей устаревших церебральных конструкций всегда пользуются тихие конформисты.

Внутри одного вида интуитивно был выделен своеобразный пищеварительно-экономический подвид, названный «золотым миллиардом». По сути дела, это те самые популяции, которые подверглись наиболее жестокому и продолжительному искусственному отбору. Не вызывает сомнения, что это наиболее прагматичная часть нашего вида, сосредоточенная на решении биологических задач своего дальнейшего процветания. Проявляя бескомпромиссный эгоизм, полную аморальность и ставя репродуктивно-пищеварительные интересы выше любых религиозных и социальных иллюзий, они демонстрируют светлое будущее человечества. Не стоит обижаться или взывать к совести представителей «золотого миллиарда». Они не виноваты в биологическом содержании и убогих целях гоминидной эволюции.

По загадочным причинам мы уверены, что хорошо организованное, спланированное и очень разорительное самоуничтожение людей является демонстрацией величия человеческого мозга. Александр Македонский, Дарий, Чингисхан, Наполеон, Бисмарк, Гитлер, Ленин, Сталин, Черчилль, многие президенты США и другие организаторы массового искусственного отбора почитаются, как герои и большие мыслители.

В настоящее время хорошо заметно некоторое изменение принципов внутривидовой гоминидной конкуренции. Сейчас речь идёт не о покорении народов с дальнейшей ужасной эксплуатацией, а о прямом физическом уничтожении.  Это в корне меняет подход к проведению искусственного отбора. До начала XXI века большие популяции гоминид захватывали друг друга с целью поживиться добром, территорией и дармовым трудом покорённых народов.

Высокая плотность населения и жёсткая борьба за ограниченные ресурсы сформировали самый продвинутый мозг современного европейца. Для наиболее эволюционно продвинутого обитателя Европы следы морали, семейных ценностей, представления об этнической родине, совести, чести, и элементарная порядочность являются гоминидным анахронизмом. Действительно, с точки зрения биологического прогресса все эти условности прошлого только тормозят безудержное доминирование нашего прекрасного вида. Если рассматривать эволюционную сущность метаморфозов мозга и ценностей обитателей Европы, то необходимо признать, что они являются самыми прогрессивными представителями человечества.

Отбирая новую популяцию людей из самих себя, мы особенно не беспокоимся о перспективах, поскольку решаем сиюминутные проблемы добывания колбасы, репродуктивных партнёров и доминантности в ближайшем стаде. Низкая вероятность доживания до будущего позволяет гоминидам совершать любые подлости и преступления, которые никогда не будут наказаны по этой же причине. Самым излюбленным занятием гоминид во все времена считалось уничтожение себе подобных.  Этот примитивнейший механизм искусственного отбора мы умудрились превратить в науку, искусство, политику и историю.

Демонстрационная забота о выживании человечества и имитационный публичный гуманизм создают массовые иллюзии, скрывающие неосознаваемые биологические процессы.

Среди многочисленных народов старательно выявляли наиболее способных и полезных для империи людей. За реальные значимые поступки их поощряли гражданством, переселяли, хотя бы на время, в Рим и создавали репродуктивные преимущества. Именно этот многолетний отбор стал основой для интереснейшего церебрального сортинга в Европе.

Россия была болезненным раздражителем для европейцев во времена князей, царей, генеральных секретарей и президентов, а значит, противоречия намного глубже и коренятся в принципиально различных механизмах искусственного отбора и направлении церебрального сортинга. Многовековой жесточайший отбор загнал европейцев в тупик социально-конформистской специализации головного мозга, которая эволюционно бесперспективна. Это доказывает успешная массовая североафриканская миграция в Европу менее социализированного, но более биологически адаптивного населения. Если эта динамика сохранится, то вымирание европейцев произойдёт как обычная историческая смена видового состава популяций животных на ограниченной, но перенаселённой территории.

Наиболее популярной целью гоминидного отбора было создание иерархических систем по образцу классической стаи бабуинов. Во главе социальной системы такого типа стоит безусловный самец-доминант (он же — император, диктатор, царь, президент или генеральный секретарь), который возглавляет групповую борьбу за пространство, приносящее пищу.

Создав навык объяснения любого явления при помощи религиозного словоблудия, люди утрачивают необходимость поиска естественных причин событий. Следовательно, в основе устройства человеческих сообществ лежат модифицированные инстинктивные правила стаи бабуинов. Цель каждой параллельной системы обычно состоит в регуляции одного из аспектов церебрального сортинга и инактивации уже невостребованных особей. Рассматривая с этих позиций недавно исчезнувшие и пока существующие государственные образования, можно прийти к нетривиальным выводам, о которых я упоминал в предыдущих главах. Дело в том, что для идеально точного искусственного отбора надо достигать предельной избирательности в поисках особей, предназначенных как для размножения, так и для репродуктивных ограничений.

Остаётся только сожалеть о том, что устроители СССР не довели дело до логического эволюционного конца, а возвратили страну в лоно дикой биологической эволюции. Любая социальная интеграция по пищеварительному принципу легко усиливает биологические конфликты, ведущие к репродуктивному отбору самых паразитических особей. Вместе с тем парадоксальность ситуации состоит в том, что, наведя оригинальный порядок внутри своей страны, они добились не только процветания, но и высочайшей избирательности искусственного отбора. В условиях США очень удобно и комфортно проводить церебральный сортинг любого типа. Проблема только в целях отбора. Создать характерные для СССР рассудочные социальные инстинкты там не удалось. Для совдепии было характерно глубоко укоренившееся представление о том, что биологического процветания легче добиться через личное приобретение знаний и редких умений, которые найдут значимое общегосударственное применение. Это был социальный моторчик отбора наиболее способных и востребованных людей.

Очень печально, что единственная советская попытка рассудочного отбора охватила лишь несколько поколений, показав свою жестокую эффективность и эволюционную обречённость.

Несмотря на тысячелетия словоблудия о роли разума и моральных ценностей, мы остались праздными и похотливыми приматами, верящими в чудеса, надеющимися на вечную жизнь и неожиданное счастье.
В гоминидном сообществе происходит не позитивный, а негативный отбор, Иначе говоря, творческий потенциал человечества падает, а социальный конформизм растёт.

Ситуация выглядит безвыходной, а моральное занудство консерваторов и теологов только подогревает процесс массовой деградации и снижение воспроизводства, наиболее разумной, части населения. Самое печальное состоит в том, что в центрах цивилизованности уже отвыкли от успешного применения многоэтажных виселиц и массового использования гильотин. К сожалению, биологические проблемы церебральных различий другим способом пока не решаются.

Избыток низкокачественных, но доступных продуктов решил пищевую проблему и вернул человечество почти в райские условия далёкого прошлого.
Каждый человек обладает уникальным мозгом, который является настоящим сокровищем для осознанной и контролируемой эволюции. Не исключено, что проницательные намёки некоторых выдуманных или религиозных персонажей говорят именно о разумном церебральном сортинге, который должен заменить вакханалию естественного отбора. Подозрительно точно на предлагаемый механизм дальнейшей эволюции человечества ложится фраза: «Моё царство не от мира сего», — которую любят повторять христиане.

Каждый человек обладает уникальным мозгом, который является настоящим сокровищем для осознанной и контролируемой эволюции. Не исключено, что проницательные намёки некоторых выдуманных или религиозных персонажей говорят именно о разумном церебральном сортинге, который должен заменить вакханалию естественного отбора, а это пока безуспешная    попытка «сканировать» мозг, чтобы определить уникальные способности человека и сразу найти ему подходящее место в обществе.
ОТ АВТОРА: НАДЕЮСЬ, ЧТО ЕСТЬ ЧИТАТЕЛИ, КОТОРЫЕ ДОЧИТАЛИ ДО КОНЦА И ИМЕЮТ УЖЕ СВОЕ МНЕНИЕ. В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ – ЭТО ИНТЕРЕСНЫЙ ПИСАТЕЛЬ И ПУБЛИЦИСТ, С ВЫСОКИМ НАУЧНЫМ ЗВАНИЕМ.