Завещание деда. Часть II. Гл. 7

                Всему своё время

Одиночество так же необходимо разуму, как воздержание в еде-телу, и точно так же гибельно, если оно слишком долго длится.

  Сергей опять исчез, куда, и надолго ли она не знала, и сегодня, проснувшись рано утром, не выспавшаяся и злая Дарья, хотела ему прямо в глаза, громко сказать:
«Я перестала тебя ждать дорогой мой! Ждать твоих звонков, писем, объятий. Я больше не вслушиваюсь в тишину, пытаясь узнать звук твоих шагов.
  Наверное, я всё ещё тебя люблю, просто у меня теперь, как у Ахматовой: «И, если в дверь мою ты постучишь, мне кажется, я даже не услышу». А ведь когда-то я многое готова была отдать за то, чтобы ты приехал ко мне.
  Ты говоришь: любовь, это свобода в отношениях. Но что мне делать, когда свободы этой слишком много для меня, и она все больше напоминает безразличие с твоей стороны?
  Ты утверждаешь, что любовь, это не пламя, а свет. Но мне не согреться в этом, пусть и красивом, но таком холодном свете давно уже мертвой звезды. Моей продрогшей душе так хочется к огню домашнего очага: погреть озябшие ладони, почувствовать, как кровь бежит к сердцу, наполняя его живительной силой.
   Я так устала от одиночества, мне бы сейчас закутаться в заботу, защиту, нежность, теплые разговоры до утра, в уверенность, что я по-настоящему нужна и любима. Я больше не жду всего этого от тебя.
  Я ничего уже от тебя не жду. А ведь когда-то для счастья мне было достаточно одной твоей фразы: «Я так по тебе скучаю». Теперь я знаю, если человек действительно скучает, он обязательно будет рядом. Тебя же постоянно нет.
  Я говорю это вовсе не с упрёком, а легко, словно выдыхаю морозный воздух, и смотрю, как с этим белым облачком пара растворяется в темноте зимней ночи моя любовь. Но я больше не плачу, я улыбаюсь.
  Семьи создаются вовсе не для того, чтобы кто-то вам отвечал: «Возьми сама», «Вызови себе такси», «Ты справишься без меня», «Не мешай мне», «Не трогай меня».
 Семья создаётся с железобетонным желанием быть друг с другом от катаклизмов и до мелочей. Если я хочу воды, я прошу дать мне её, потому что для меня не составит труда сделать для человека то же самое.
  Но если мы не можем сделать этого, когда молоды и полны сил, чего ждать в старости, когда будем больными и немощными? Я хочу, чтобы, каждой ночью меня укрывали если вдруг я раскроюсь, это не лень, это жажда заботы, осознание того, что тебя накроют не только одеялом, но и собой.
Я хочу, прилетая домой знать, что меня в зале прилета будут жадно искать глазами в толпе. Я многое умею, но я не хочу буду в паре надеяться только на себя.
   Для меня пара, это сообщники, подельники, даже если я лезу воровать абрикосы, я хочу знать, что меня страхуют или я надеюсь на себя и не беру с собой свидетелей. Я не хочу быть из разряда тех пар, кому нужна передышка, если пара настраиваться на марафон, то бить рекорды, а не для того, чтобы прозябать на скамейке запасных.
   Любимым не мешают, мешают сахар в чашке, мешают комары спать, но любимые друг другу мешать не могут, для меня это как закон Ньютона - неоспоримо так к как уже доказано, с постоянным желанием трогать, любить, оберегать и жадно искать глазами.;