Миссия Спасти Веру Гл. 9-10

Глава 9

1988 год – страна стремительно менялась, в воздухе носилось что-то, но Ангелина никак не могла уловить эти новые веяния. Никто из коллег еще и не догадывался, что это, возможно, последняя майская демонстрация в их жизни.

Для Ангелины это была первая демонстрация. С одной стороны – неохота в выходной с утра пораньше тащиться куда-то в центр, с другой стороны, ей было любопытно прикоснуться к ожившему прошлому великой страны. Почувствовать свою причастность к общему народному празднику, значение которого давно уже было утрачено. Скорее, дань традициям, но все равно интересно.

- Кто не получил инвентарь для демонстрации, – идите в библиотеку, там под роспись получите. После демонстрации не забудьте сдать инвентарь. Кто не сдаст – из зарплаты вычтут стоимость утерянного.

Ангелина ежилась под резким ветром.

- Холодно, чего ждем, ведь уже десятый час?

- Сейчас все получат свои транспаранты и цветы, и будем строиться в колонну. Надо было утеплиться, ведь не на свидание идешь. Здесь, на площади, всегда ветрище.

Ангелина только плечами пожала. Ей интересно было наблюдать, как женщины весело суетились, разворачивая транспаранты. Надежда и заведующая держали на палках транспарант «Мир. Труд. Май».

- Нам еще повезло, что всего лишь цветы достались. Таскайся вот с этим потом, – Любочка кивнула на «везунчиков», которые маялись под гнетом майских лозунгов.

Наконец, была дана команда строиться, и народ послушно сгруппировался в стройные ряды и двинулся вперед. Правда, прошли немного и остановились. Кто-то затянул «Катюшу». Её подхватили, но как-то недружно. Издалека разносились призывы и поздравления с праздником. Народ дружно и громогласно отвечал: «Ура!» На подходе к площади эти призывы зазвучали громче и отчетливее.

- Ура! – завопила рядом идущая Надежда.

«Ура!» подхватила колонна, и дружно слилась в одном порыве всеобщей солидарности со всеми трудящимися в мире. Слышалось в этом «Ура» гордость и радость за страну и народ. В этот момент и правда все были едины. Даже Ангелина вдруг почувствовала себя гражданкой великой Советской страны. Гордость и патриотизм, о котором бесконечно балаболили по телеку и в соцсетях, накрыла её с головой.

В какой момент отменили шествия по улицам города и заменили их концертами? Потом всё аккуратно перешло в онлайн и видеоконференции. Начальство уже давно поздравляло их по интернету, и она даже представить не могла, чтобы шли они вот так, в одной колонне и весело размахивали гвоздиками. Все весёлые и нарядные, распевая песни и от всей души чувствуя себя причастными к мирному созидательному труду на благо страны. А не на благо одного отдельного человека, стремящегося заработать очередной миллиард.

Проходя по площади Профсоюзов, украшенной флагами и транспарантами, она вместе со всеми весело махала своей дурацкой гвоздикой на палке. Рядом шла, приплясывая, Любочка и громко кричала «Ура». Когда прошли площадь и завернули в какой-то переулок, дружная колонна распалась на кучки озабоченных людей, которые потащили свои транспаранты обратно, стараясь скорее освободиться от своей, теперь уже бесполезной ноши. Дома ждали накрытые столы. Праздник продолжался, просто переходил в другой формат.


Перед праздником в «Арктическом» выкинули на прилавки аж два сорта колбасы и другой дефицитный товар. Анна Семёновна с утра проверяла обстановку в магазине. На этот счёт у них была договоренность с Надеждой, которая по первому зову устремлялась в гардероб и отпускала Анну Семёновну на разведку. Благодаря слаженным действиям и всеобщим усилиям, коллектив встречал праздник с колбасой, зелёным горошком и майонезом.

- Я салат мясной сделала! – сообщила с гордостью Ангелина по дороге домой.

- Мясной? – удивилась Люба.

- Ну, «оливье», ещё все называют.

В своём времени, Ангелина никогда бы не испортила этот салат вареной колбасой. Она клала туда только говядину. С говядиной было негусто, возможно, её можно было достать на рынке, но Ангелина решила не отступать от советских традиций.

- Здорово, а я бутылку «Агдама» прихватила, – Любочка похлопала по своей объёмной чёрной сумке, – ты не против?

Ангелина только молча улыбнулась. Она уже привыкла, что в магазинах в основном плодово-ягодные настойки и наливки продаются. Она любила итальянское красное вино, но уже поняла, что марочного вина просто так не купишь. Походу, такие как Люба мало понимали разницу, вот и пили по праздникам этот портвейн.

Придя домой, Ангелина первым делом поставила на огонь кастрюльку с уже начищенной картошкой и начала накрывать на стол. Люба придирчиво оглядывала каждый угол маленькой квартиры, и Ангелине вдруг стало неудобно за скромность и убожество Вериного быта.

Прихожая с носовой платок, кухня метров пять, не больше. Туда и не поставишь ничего толком. Стол да газовая плита. Даже холодильника у Веры нет. Продукты за окном в сумке висят. Да, есть ещё ниша под окном. Там она держит картошку и банки с чем-то красным, засахаренным. Наверное, варенье. Над столом старый подвесной шкаф – страшный и ободранный. Ему место на помойке. Ремонта в квартире давно не было. Обои выцвели, пол в комнате местами «полысел». Краска сносилась и проглядывали проплешины. Вот ремонт-то она могла бы сделать. Прямо стыдно за Веру. Надо летом обязательно заняться ремонтом. Поклеить обои, покрасить рамы и пол. Это ведь недорого, хотя приличных обоев в магазине не найти. Надо будет с Любочкой посоветоваться.

- Хорошо у тебя - уютно. Пусть и маленькая квартира, зато своя и от центра недалеко. Ох, сколько я еще мучиться буду в Маймаксе, хорошо хоть на работу не с утра.

Зачем мучиться, почему она не может взять ипотеку и купить квартиру. Да, нужен первоначальный взнос, но ведь можно подкопить деньги.

- Почему ты не можешь купить квартиру?

- Кооператив что ли? Не, это для меня нереально. Да я сама виновата, надо было на фабрику идти работать, а не в библиотеку. Дали бы комнату в общаге на первых порах и сразу бы поставили на очередь на жильё. Может лет через десять и получила бы комнатёнку. Давай выпьем за праздник!

Они чокнулись, и Ангелина пошла за картошкой. С разговорами она чуть не забыла про неё.

- Скажи, Вера, а как ты эту квартирку получила?

Вопрос застал Ангелину врасплох, мысли испуганно заметались, как стая голубей.

- Так я ведь рассказывала раньше, – пробормотала она, – ты ведь помнишь?

Она закинула шар на удачу, ожидая, что Люба скажет, что не знает ничего, и тогда придется сплести какую-нибудь правдоподобную историю.

- Да, припоминаю эту печальную историю. Мать у тебя умерла, отца не знаешь и росла в детском доме. Потом государство тебе выделило эту квартиру.

Вот это да! Ангелина чуть не поперхнулась картошкой. Так вот почему на всех детских фото у Веры такой серьезный, напряженный взгляд. Значит, она сирота, и в детстве ей пришлось несладко. Она даже представить этого не могла, теперь ей стала немного понятна нелюдимость Веры.

- Любочка, ты меня так выручаешь последнее время, я так тебе благодарна. Давай за тебя выпьем, чтобы всё у тебя хорошо было, и ты обрела свой дом.

- Вот спасибо, Вера! Ты хороший человек, и я всегда рада тебя выручить.

- Тогда у меня к тебе еще просьба будет. Помощи твоей по работе прошу.

- А, это с картотекой, так ведь? Я и сама уже думала предложить тебе помощь. Ведь ты мне помогаешь с передвижками, так что и я тебе должна помочь. После праздников возьму подшивку «Правды Севера», а ты просмотри последние краеведческие сборники. Вот так и поделим работу.

Краеведческие сборники... это что такое? Ангелина вздохнула, нет, понятнее не стало, может, надо напрямую спросить, что такое СКК?

- Ой, давай я займусь газетой, а ты сборниками, хорошо?

- Да, конечно, как тебе удобнее. Ну, хватит про работу. Праздник сегодня, надо веселиться. О работе на работе будем говорить, – Любочка рассмеялась, очень довольная своей шуткой.

Ангелина пошла ставить чайник и полезла в шкаф за парадным сервизом.

- Ой, красивые чашки у тебя, Вера. Вот будет у меня своя квартира – куплю самый дорогой сервиз у морячки. Знаешь такой - "Мадонна" называется?

- Что за "Мадонна"? Впервые слышу.

- Ну, другого я от тебя не ожидала! – хохотнула Люба. – Ладно, вот потом придешь ко мне в гости и будешь из него чай пить.

- А как у тебя с Хачиком? Он объявился?

- Объявился, – погрустнела Люба, – позвонил из аэропорта и сообщил, что срочно улетает в Сочи. Обещал вернуться как Карлсон.

- Я же тебе говорила, – протянула Ангелина, – все эти командировочные….Только сердце себе рвать.

- Тут ты права, Вера. Не стоило мне относиться серьезно к его ухаживаниям. Он соловьем заливался, золотые горы обещал, ну да ладно. Проехали. У тебя то как с Лёней? Серьёзно? Мне показалось, что ты запереживала сильно, почувствовала с моей стороны угрозу, так сказать. Или мне показалось?

Ангелина разлила жидкий грузинский чай по красивым чашкам. Насчет Лёни – темная история. Пока они были вместе на даче, Ангелина совсем потеряла голову. Вернувшись в свою пустую квартиру и в свою теперешнюю постылую жизнь, Ангелина засомневалась. Стоит ли продолжать встречаться или все оборвать, пока она окончательно не потеряла голову и не влюбилась в Лёню. Ибо она может влюбиться. Вот еще поживет немного такой жизнью и выскочит за первого встречного.

- Ой, Вера, да не обманывай ты сама себя. Ты ведь деньги все потратила, чтобы понравиться ему, а теперь вид делаешь, что он тебе безразличен? На даче накинулась на меня, как тигрица, я даже от тебя такой прыти не ожидала, а теперь строишь тут из себя.

Ангелина молчала, ей вдруг стало неудобно перед Любочкой за своё поведение на даче. Вела она там себя странно для Веры. Забыла, что она одинокая сорокалетняя библиотекарша. Она так устала играть роль, притворяться клушей, серой мышью. Почему она не могла попасть в нормальное тело? Например, своей ровесницы.

- Ты ведь деньги на отпуск копила, на море собиралась. Помнишь, мне рассказывала?

Значит, на отпуск копила, бедняжка. А она, транжира, все потратила, да еще и в долги залезла.

- Ну, не последний год живу. Снова начну копить – может к следующему лету получится и поедем мы с тобой в Сочи. Как тебе идея? Ты была на Чёрном море?

- Была как-то раз, но компания неудачная попалась. Думаю, если за год не выйду замуж, то с удовольствием поеду с тобой, Вера. Вот только из нас двоих, ты выйдешь замуж первая. Если не сглупишь и Лёню своего не оттолкнешь. Ты ведь ему нравишься, и стоит тебе только глазом моргнуть, как он тебя не замедлит пригласить в ЗАГС. Ох, счастливица ты, такой мужик хороший.

Да уж, повезло ей. Если бы только Люба знала, как ей повезло. Ей захотелось немедленно всё выложить: как она оказалась в теле библиотекарши, как ей тяжело адаптироваться в прошлом. Как ей тяжело. У Любы глаза на лоб полезут. Решит, что она пьяная или с ума сошла. Хотя с чего бы это ей так решить? Нет, не стоит портить такой замечательный день. Да и что она скажет?

- Любочка, а ты не думала вернуться к себе в деревню? Может, там бы вышла замуж. У вас ведь есть библиотека или какая-нибудь там изба-читальня? Ты такая замечательная - как человек и как специалист.

- Изба-читальня, – проворчала Любочка, – да у нас районный центр, взрослая и детская библиотека имеется. Вот только удобств, таких как в городе, у нас нет. Мать всю жизнь с водой, да с печками, да с помоями. Думаешь, это такое счастье жить как они? Пусть и при муже, и при своем доме, а только на дворе конец двадцатого века.

- Люба, а ты никогда не задумывалась, что нас ждет в будущем, в двадцать первом веке?

- Так нам еще в 1980 обещали рай на земле – коммунизм. Вот теперь перестройку объявили, а до райской жизни нам как до луны. Обещали изобилие материальных и культурных благ и самый высокий жизненный уровень по сравнению с любой страной капитализма. А где оно, изобилие благ?

- Ну, изобилие еще вас накроет, вот только блага эти будут не для всех, – подумала Ангелина, – накроет не только изобилие, но и инфляция, а еще экономические кризисы, банкротства банков и МММ. Всё это вам еще предстоит пережить, эх, рассказала бы она, да кто ей поверит? Скорее поверят, что советские космонавты первыми высадятся на Марсе и найдут там зеленых человечков. Она с досадой поморщилась.

- Мать всю жизнь в совхозе работала, думаешь, много заработала? Артрит, да грыжу. Это она придумала, что мне надо в культпросветучилище поступить. Тепло, светло, работа легкая. Это не бидоны с молоком ворочать. Эх, знала бы она, что в библиотеке не только книжки читают. Почему-то у меня все знакомые думают, что в библиотеке только носки вяжут от безделья.

Ангелина улыбнулась, она сама также думала совсем недавно. В советское время люди не ходили в библиотеки, потому что все интересные книги выдавались по блату, а сейчас не ходят, потому что всё можно найти в интернете и прочитать. Интересно, как современные библиотекари выкручиваются и почему библиотеки всё ещё существуют.

Глава 10

После праздников Ангелина с воодушевлением приступила к работе. С твердой уверенностью, что все у нее получится. Она выяснит, что такое СКК, и разберется, как это работает.

Чем больше она погружалась в работу библиотекаря, тем удивительнее для нее было, зачем Вера выбрала такую, пусть и интересную, но совсем не престижную работу. К тому же, Ангелина отлично понимала, что скоро все изменится в стране самым кардинальным образом. Такие, как Вера, пойдут ко дну, ей не выгрести в рыночных реалиях современной России. Пока они еще ни сном, ни духом не подозревают, что СССР доживает свои последние, пусть не дни, так годы. Благодушно копошатся в своих библиотеках и даже не думают, что им тоже надо перестраиваться, менять подходы в работе. Иначе просто закроют их за ненадобностью и никого не впечатлит их липовая статистика.

- Ты чего тут, Вера, ищешь?

Пока Ангелина в задумчивости изучала каталожные шкафы, Светлана Ивановна тихонько подошла и встала за спиной.

- Да я СКК ищу, она ведь где-то здесь, среди каталогов.

- Ты, Вера, прямо как слепой котенок. Смотришь на неё и не видишь? – Светлана усмехнулась и тыкнула пальцем. Ангелина проследила направление и выцепила взглядом заголовок «Систематический краеведческий каталог».

Окрыленная своей находчивостью, она кивнула Светлане и стала выдвигать ящики, чтобы немного понять, куда ей двигаться в этой работе. Подшивка «Правды Севера» уже лежала на одном из столов в читальном зале. Она решила расположиться прямо здесь, у окна.

- Да, у меня к тебе просьба. Не стоит расписывать все подряд, отдавай предпочтение значимым статьям не только по смыслу, но и по объему.

Светлана произнесла это так важно, что Ангелине захотелось прямо чего-нибудь ляпнуть, чтобы не задирала нос. Подумаешь, работник читального зала. Насколько поняла Ангелина, должности у них одинаковые. Но она промолчала и только деловито кивнула. Типа, сама разберусь, нечего тут отсвечивать.

Развернув подшивку за первый квартал текущего года, она начала пролистывать число за числом. Она так толком и не поняла, что надо выбрать. Вдруг глаз зацепился за заголовок «Слабонервных просим удалиться…» Она пробежала несколько строк глазами.

Письма из молодежных объединений «Правда Севера» 5 февраля 1988 года №30 (20230) стр.3 Меньше всего хочу, чтобы мой рассказ о рокерах выглядел какой-то карикатурой. И не собираюсь расставлять оценок, порицать, обличать и т. д. Просто хочу рассказать о том, какими их увидела. Причем – не из зрительного зала, когда и лиц-то рокерских не разберешь за сплошным частоколом «коз» – обычного для металлистов жеста, когда указательный палец и мизинец руки изображают рога, не в визге и свисте почитателей и в дыму пиротехники, а вблизи, во время репетиции. Итак, портрет архангельского рокера. Первое и главное для него – музыка. Роковая музыка, которая тут и в самом деле отдает неумолимостью рока. Когда басист группы «Святая Луиза» Андрей Ильичев женился, он преподнес перед свадьбой невесте свое кредо: – Если ты будешь пытаться оторвать меня от рока, я тебя брошу. – Если ты бросишь рок, я брошу тебя, – тут же парировала та. Правда, воплотить этот своеобразный обет в жизнь не пришлось – сейчас роком занимаются оба. Андрей – в «Святой Луизе», его супруга – в только что созданной группе «Штурм». И ту и другую группу я увидела в красном уголке общежития предприятий службы быта. Картина была колоритная. «Святая Луиза» репетировала на сцене, а «Штурм» табором расположился в зале, лежал, бродил, погромыхивая цепями и крестами. Тут же ходила маленькая девочка с белыми бантами, ухоженная, чистенькая, обычный ребенок. Как это им удается? – поразилась я, настолько не вязались белые банты с буйными нечесаными шевелюрами папы и мамы, с подчеркнуто богемным, отрешенным их видом, с сигаретой в тонких маминых пальчиках. «А она у моих родителей живет, – развеяла мои сомнения мама-рокерша. — Куда нам, мы и не питаемся-то толком, для нас это не главное. Перебиваемся чаем да супами из пакетика...» Знатоки и ценители архангельского рока говорят, что «Святая Луиза» представляет собой тончайший, изящнейший арт-рок. что ее мелодии изысканны и прихотливы.

- Ух, ты! Местная рок-группа! – подумала Ангелина. – Это, пожалуй, надо запечатлеть.

Она взяла карточку и старательно перенесла все выходные данные статьи, сверяясь с образцом. За образец она взяла карточки из каталога. Ничего толком не поняла из этой статьи, но объём большой, букв много. Написана, правда, коряво, на её взгляд. Писала, наверное, какая-то начинающая журналистка, но это для неё не важно. Главное, информация злободневная. Очень довольная собой, она продолжала листать подшивку.

- Вера, к телефону тебя, – недовольным тоном сообщила Надежда на весь читальный зал.

При этих словах Витёк встрепенулся и вышел из летаргического сна. Поглядел на часы и пошел клянчить стаканчик чая у Анны Семёновны. Всё как по нотам, изо дня в день одно и то же, отметила про себя Ангелина, пересекая вестибюль библиотеки. Вот и Михалыч на своём посту с газетой. Не столько читает, сколько наблюдает. Хотя, что тут наблюдать?

Звонил Лёня, чтобы узнать, когда они встретятся. Лёня ждал обещанный детектив. Ангелина понимала, что детектив – это только предлог. На самом деле Лёня хочет её увидеть.

- Давай, я тебя встречу после работы? Во сколько ты заканчиваешь?

Ангелина вяло согласилась. Пусть встретит и проводит.

Она так и не решила, принимать ей ухаживания Лёни или оставить всё как есть.

- Вера, у меня к тебе разговор, – Ангелина от неожиданности вздрогнула.

Она так погрузилась в мысли о Лёне, что не заметила, как Светлана подошла к её столу.

- У меня вечер поэзии Рубцова в госпитале. Мне надо, чтобы кто-то читал стихи. Справишься?

Ангелина рассеянно кивнула. Конечно, справится.

- Вот, я тут закладки расставила, прочитай и подготовься. Завтра идём, – Светлана протянула ей книгу.

Ангелина в задумчивости пролистала и прочитала все отмеченные стихи.

Звезда полей, во мгле заледенелой
Остановившись, смотрит в полынью.
Уж на часах двенадцать прозвенело,
И сон окутал родину мою…

- Светлана Ивановна, а как вы думаете, может, нам провести вечер творчества Есенина в форме «Что? Где? Когда?». Разбить ребят на две группы и предложить им вопросы. Пусть они ищут ответы сами, им ведь интересно будет.

- Это ты о чём, Вера, сейчас говоришь? Я тебе про вечер поэзии Рубцова в госпитале, а ты мне про Есенина.

- Ну, вы же сами на последнем совещании говорили про новые формы, интересный для школьников формат.

- Вера, ты бы не выдумывала ничего. Мы работаем по утверждённому плану, который составляли вместе со школьными педагогами. Да, они просили беседу по творчеству Есенина, а ты что тут придумываешь и главное зачем? Иди, занимайся своими делами и не отвлекай меня от работы.

- Деловая какая. Читателей нет, а у неё всё какие-то дела, – подумала Ангелина. – Эх, отнимут помещение у библиотеки, и вот такие старорежимные Светланы будут виноваты. Ведь через тридцать лет, в будущем, здесь не будет никакой библиотеки. Значит, закроют, это только вопрос времени. И останется Вера без работы.


Лёня ждал её на углу дома. Кожаная чёрная куртка, брюки со стрелками. Сразу видно – готовился и старался хорошо выглядеть. Ангелина это оценила. Мягко взяв его под руку, она зашагала мимо остановки.

Погода располагала к прогулкам. Северный ветер наконец сменился, и Ангелина с наслаждением вздыхала тёплый, сырой воздух. Краем глаза, наблюдая за напряжённым лицом Лёни, она чутко уловила момент, и едва он открыл рот, спросила:

- Почему ты развелся?

Лёня явно не ожидал такого каверзного вопроса и удивлённо посмотрел на Ангелину.

- Нет, ну если тебе неприятно вспоминать – тогда не стоит. Давай про погоду.

- Да, вспоминать о таком и правда неприятно. Пока я был в рейсе, жена собрала вещи и ушла к другому. Я пришёл домой, а там меня встречает записка: «Всё кончено».

- Как драматично, - подумала Ангелина.

- И что, давно случился развод?

Лёня кивнул, было заметно, что вспоминать ему неприятно, и тему надо закрыть.

- А ты, Вера, почему не замужем? Все принца ждёшь?

Ангелина едва сдержалась, чтобы не расхохотаться. Зачем Вере принц, она ведь совсем не принцесса, дерево надо рубить по себе. Вот такой, как Лёня, ей в самый раз, сразу видно, что звёзд с неба не хватает, но приличный и порядочный. Именно таких и бросают всякие стервы. Ангелина вздохнула.

- Так за кого замуж то идти? Все дни на работе, в выходной по магазинам. Знакомых мужчин у меня нет, замуж никто не зовет. Да и лет мне уже немало.

Ангелина говорила резко, отрывисто. Как отчет о работе давала на совещании.

Они шли по оживленным улицам. Зима наконец сдала свои позиции и капитулировала. Весна смело заполняла пространство, как красивая женщина, украшает собой любую компанию и становится центром притяжения всех взглядов. Почему-то Ангелину тянуло к размышлениям.

- Совсем тепло сегодня, скоро лето. После духоты помещения так приятно пройтись по улице. Спасибо, что вытащил меня прогуляться. Правда, книгу я тебе не взяла. Не было свободных детективов. Понимаешь, всем подавай именно детектив или про любовь, можно подумать, у нас стеллажи от детективов ломятся.

- Я не ради книги попросил о встрече, – резко остановился Лёня.

Она краем глаза отметила, что остановка недалеко и пути к отступлению открыты.

– Я хотел серьезно поговорить с тобой. Нам уже по сорок, жизнь проходит. Лучшие годы проходят.

Лёня замялся, но Ангелина уже поняла, куда он клонит, и в панике посматривала на остановку. Ну, не может она такое решать за Веру, хотя в целом согласна с Лёней.

- Мы не молодеем, – видно было, что Лёня совсем запутался и с трудом подбирает слова, – понимаешь, я верю в судьбу. Вот не зря же мы встретились. Не зря ты работаешь рядом с моим домом, ходишь в тот же магазин. Мы могли бы не встретиться, но все-таки встретились.

Ангелина заметила подъезжающий к остановке троллейбус и затараторила:

- Лёня, я вспомнила, у меня после праздника из продуктов почти ничего нет. Надо срочно в магазин заскочить. Вон троллейбус, поеду я за продуктами в «Диету».

- Но мы же не успели договорить. Я не успел, – промямлил Лёня.

- Так снова встретимся и всё обсудим. Телефон знаешь – звони. Я буду ждать твоего звонка.

Ангелина коснулась губами его щеки и рванула на троллейбус. Она успела заметить, как обалдел Лёня от её лёгкого, дружеского поцелуя. Конечно, поступок не в стиле Веры, но не могла она его резко оттолкнуть.

- Нельзя его обижать, может стоит немного потянуть время, - подумала она, – видишь ты, судьба, однако. Вот только он не знает, что я не его Вера, а как это ему объяснить? Да и надо ли, может и правда судьба? Она ведь хотела спасти Веру, изменить её серую жизнь, может стоит рискнуть.

В троллейбусе было много народа, но она углядела свободное место и протиснулась к нему, получая вслед реплики, типа: "Куда прёшь, корова". Устроившись на месте, она тут же попыталась взглянуть на ситуацию глазами Лёни. Может, она слишком резко от него сбежала, с другой стороны, пусть Лёня думает, что Вера засмущалась и взволновалась.

В этот момент троллейбус резко дернулся, раздался визг тормозов и недовольные возгласы пассажиров, которых хорошенько тряхнуло. Кто-то болезненно вскрикнул.

- Земля соскочила со своей оси! - где-то она уже это слышала.

Ее бросило вперед, она успела выставить руку и немного смягчить удар.

- Хорошо, что сижу, - подумала она, теряя сознание.