Кто он князь Юрий Николаевич Голицын?

     В городе Мичуринске Тамбовской области, прежнее название которого - Козлов, сохранилась усадьба князей Голицыных, построенная в начале XIX-го века князем Николаем Борисовичем Голицыным. Сейчас в ней находится Литературно-музыкальный музей.

     Мне повезло быть близко знакомым с Андреем Голицыным -потомком славного рода, сыном князя Михаила Владимировича Голицына, почетного геолога СССР, награжденного орденом Трудового Красного знамени, автора 150 научных работ, писателя, поэта и художника

     В 2008 году издательством Русскiй Мiръ была издана книга М.В. Голицына «Мозаика моего сердца», которую с дарственной надписью я получил от его сына. Кстати, он же подарил мне интереснейшие «Воспоминания о России (1900-1932 г.)», написанные Ириной Дмитриевной Голицыной - его бабушкой.

     Из «Мозаики» я и узнал о двух российских просветителях - отце и сыне Голицыных, знавших Пушкина, Бетховена, Герцена, младший из которых много лет жил в Козлове.

     Прочитав это, я отправился в Мичуринск, чтобы воочию увидеть княжескую усадьбу и как можно больше узнать об этих примечательных людях. 

     Сначала скажу несколько слов о князе Николае Борисовиче Голицыне,  истинном патриоте России, талантливом человеке, достойном всяческого уважения.
 
     Начну с того, что Николай Борисович закончил Пажеский корпус, а  в 17 лет участвовал в войне 1812 года, в том числе в Бородинском сражении,  был ранен в бою под Шевардино, но дошел до Парижа. За храбрость был награжден золотой шпагой, орденами Святой Анны и Святого Владимира IV степени с бантом.

      В 1820 году под командованием генерала Ермолова участвовал в войне с Персией на Кавказе, а в 1853 году – в Крымской войне.

      В его Петербургском доме бывали Жуковский, Пушкин, Одоевский и другие литераторы и музыканты.

      Но рассказ мой не столько о Голицыне старшем, сколько о его сыне Юрии Николаевиче Голицыне, личности противоречивой, вошедшей в историю, по словам Бориса Николаевича Чичерина, уроженца Тамбовской губернии, историка и почётного члена Петербургской Академии наук, - как «известный сумасброд и повеса первой руки, бросивший жену, которая была с ним несчастлива, и похитивший  девушку, с которою бежал за границу». 
 
     Так кем же на самом деле был князь Юрий Голицын - представитель одного из знатнейших родов России? 

     С одной стороны – это талантливый дирижер и музыкант, создавший крепостной хор, с которым он объездил половину России, гастролировал в Европе и, по слухам, даже в Америке, чиновник - предводитель губернского дворянства и опасная для самодержавия личность, отправленная в ссылку в Козлов за переписку с Огаревым и Герценом.

     С другой стороны – это жестокий помещик, подвергавший смертельной порке своих крепостных, самодур, которому никто не смел перечить, и только потом – «сумасброд и повеса», по словам Б.Н. Чичерина. 

     Чтобы ответить на эти вопросы, я прочел немало источников и даже обратился к фондам Тамбовской областной библиотеки, где и нашел «Очерки из истории Тамбовского края», написанные краеведом И.И. Дубасовым и изданные в Москве в 1883 году.

     «...Многие местные крепостники диким своим самосудом напоминали простому народу тяжкие времена Монгольского ига. К числу таких лиц нельзя не отнести известного князя и певца Ю.Н. Голицына. Пылкий, избалованный барскою обстановкой и вовсе не умевший сдерживать своих аристократических порывов, этот князь приказывал иногда давать своим провинившимся крестьянам по 1000 ударов и потом к избитым местам прикладывать шпанские мушки.

     … Однажды, он созвал к себе всех своих крепостных девушек и в их присутствии приказал сечь одну из них, а сам в это время играл на биллиарде. Сечение продолжалось целый час, и результатом его было то, что изувеченную крестьянку немедленно после экзекуции приобщили.

     … А когда не хотелось ему развлекаться сечением своих крестьян, он ставил их в маленькую башню на крыше барского дома и держал там, несмотря ни на какую погоду, по несколько суток без пищи.  Желая иной раз поглумиться над своими дворовыми, князь собственноручно мазал их дегтем или смолою.

     …Впоследствии на суде (Я не смог найти сведений об упомянутом суде), один свидетель показал следующее: «крестьяне Голицына самые несчастные и угнетенные существа, которые имеют имущества свои и самую жизнь ежедневно в опасности».

     … Даже посторонние люди боялись встречаться с грозным князем и со страхом проезжали через его владения. Оно и понятно: если какой-нибудь священник или мелкий купец встречался с надменным владельцем и, по рассеянности, не снимал перед ним шапки, то неизбежно получал за это розги.

     … Княжеская необузданность выражалась также в следующем: проезжая чрез разные села и деревни, князь Голицын обыкновенно стрелял собак, которые осмеливались лаять на него. А однажды на почтовом тракте из Нижнедевицка в Тамбов он отрезал у почтовых лошадей хвосты и гривы. «Сам виноват, - приговаривал он при этом ямщику, - не проси с меня денег».

     Но, может быть, И. И. Дубасов был предвзят к князю? Но вот что в 1901 году написала «Козловская газета» под названием «Артист-барин».

     «…Предлагаемые воспоминания из Козловской старины касаются князя Ю.Н. Голицына, владельца крепостной певческой капеллы, которая возбуждала удивление и восторг у знатоков и любителей пения.

     …Поместье его, с. Салтыки (8 тысяч душ), находилось в Усманском уезде, в 80 верстах к югу от Козлова, но жил и чудачил князь преимущественно в Козлове, который был больше Усмани в несколько раз и представлял заманчивое поле для барских похождений и шалостей.

      … Певчих в княжеской капелле насчитывалось до 150 человек. Набирались они исключительно из собственных крепостных, голоса которых испытывались не под скрипку или какой-нибудь инструмент, а на конюшне, под розги конюхов… Испытуемый, конечно, кричал во все легкие, во весь диапазон голосовых связок, по густоте и звонкости которого князь, сидевший на террасе за чашкой кофе или чая и судил о пригодности и талантах будущего певца. 

     Хорошо ли жилось певчим у князя, который так старательно и с таким умением подбирал состав своей капеллы? Едва ли. Дома они ударялись в бега, их ловили, секли, водворяли…  Вообще, в артисте не был убит крепостник-барин со всеми жестокостями крепостнических привычек и замашек.

     Проживая в Козлове по неделе-две и больше, князь, останавливаясь в Роговской гостинице, чудачил на славу… Любимым развлечением его было выйти со свитой на балкон, к которому тотчас же собиралась громадная масса народу и начать кидать мелкие деньги целыми пригоршнями. Поднималась невообразимая свалка. Жаждущие схватить несколько копеек толкали друг друга, ссорились, бранились самым развязным манером, затевали жестокие потасовки. А князь, сидя вверху, заливался искренним смехом. Когда свалка под балконом доходила до озверения, князь брал заранее приготовленное лукошко сырых яиц и высыпал их на головы жадных до подачки…»

     Я не знаю ответа кем был князь Юрий Голицын, но если даже усомниться в достоверности упомянутых мною источников, вот что писал о себе он сам:

     «… побуждение (Заставившее его писать воспоминания), – это восемнадцатилетний период увлечений, самодурств, необузданности, память о котором не только противна мне, но, так сказать, гнетет и давит меня до того, что ныне в беседе с самим собою, при воспоминании о некоторых моих деяниях, у меня сжимается сердце».

     Вот так. Оказывается, у нашего героя после восемнадцати лет самодурств, вдруг, проснулась совесть, и «сердце начало сжиматься от воспоминаний»!  Лично мне думается, что одного сожаления в данном случае недостаточно. В словах князя мне не хватило раскаяния, а ведь только раскаявшийся человек способен замолить грехи прошлого и заслужить прощение не только у Бога, но и у потомков.

     Список используемой литературы:
     И.И. Дубасов «Очерки из истории Тамбовского края», изданные в Москве в 1883 году.
     Статья «Артист-барин». 1901 год «Козловская газета».