Вспоминалки. Коллекция

Мои сокровища помещались в крохотный коричневый чемоданчик со смешным названием «балетка». Два замочка вокруг останков оторванной ручки соревновались между собой в упрямстве. Каждый старалась доказать напарнику и мне, что он застёгивается хуже. Тогда ещё не было в ходу выражение «впихнуть невпихуемое», но защёлкивать незащелкуемое приходилось часто. Так формировался характер пятилетнего борца.

Что малец там прятал? Ага, так я вам и признаюсь. Но, если уж сильно просите, кое о чём расскажу. Во-первых, там лежало увеличительное стекло от старого диапроектора. Вещь, вызывавшая зависть всех соседских пацанов. Во-вторых, постукивали по жесткому дну обломки магнита. Вместе с теми же соседями мы расколотили круглую шайбу от динамика и более или менее честно поделили результаты. В-третьих, именно там от войны до войны лежал выпиленный из толстой фанеры деревянный пистолет. А в-главных, там хранилась драгоценная коллекция этикеток от спичечных коробков.
Все мужики знали, что сын сельского прораба их собирает. Отца уважали, отношение проецировалось на сына.
- Есть у тебя такая? – интересовался кто-нибудь, увидев меня возле палисадника, и протягивал пустой коробок.
Я помнил свои все и с одного взгляда определял наличие-отсутствие, с достоинством благотворителя принимал или с пренебрежением богача отвергал предложенное.

К началу учёбы в школе у меня было около шестисот этикеток. Я уже читал, а считать умел «до бесконечности», поэтому время от времени пересчитывал богатство. Содержал я этикетки беспечно и бесхозяйственно. Просто валом. Не было у меня кассет для хранения. Обтрёпывались, ветшали, теряли презентабельность, но всё это мало беспокоило.
А среди них были, как сейчас понимаю, ценные. Однажды, играя на полу, я увидел, как из колобка с шерстяной ниткой, который уменьшался и уменьшался по мере удлинения носка в руках бабушки, вывалился старый спичечный коробок. Я схватил его и замер от восторга. Таких этикеток у меня отродясь не было. Да и ни у кого из знакомых. Чёрным по жёлтому привет из 1943 года: «Все на борьбу с фашистскими оккупантами!». Но даже не это главное. Поразили цена – пять копеек, и количество – пятьдесят. В моё время шестьдесят спичек стоили ОДНУ копейку. И оптимистично думалось мне в годы семилетки, что советский народ стал жить много лучше, чем во время войны. (Я же не знал о денежной реформе 1961 года, которая те пять копеек сделала половиной копейки, что автоматически крепко уценило спички военной поры). Как-никак спичка за одну десятую копейки подешевле спички за одну шестую…

Короче, понятия об инфляции никакого у меня не было. Зато социализм уже победил полностью и окончательно. Планы партии были безусловно планами народа. И вообще, Гагарин проложил дорогу в космос, кукуруза была царицей (ну не секретарём же!) полей, а химия уверенно внедрялась в жизнь. «Химия – ударный фронт» - отсюда прочно прилипшее к зэкам на поселении прозвище «химик». «Химия – служит народу!» Круглая колбочка на тонких ножках наглядно показывала, где и как химия это делает. Обо всём в стране и мире я знал по этикеткам. Они утверждали, что спички нельзя давать детям, т.к. это не игрушки. Они же учили выключать электроосвещение, не переходить через железную дорогу… Да многому. Только вот свет я ни включить, ни выключить не мог – не доставал до кнопки выключателя. А через железную дорогу не переходил, потому что ближайшие рельсы от целинного посёлка были километрах в тридцати.

Знал и многое другое из «подарочных» тематических комплектов спичек. Особенно радовала серия, посвящённая 150-летию Бородинской битвы. Шестнадцать этикеток стандартного размера и одна с коробки, которая в четыре раза больше обыкновенных. В нём были «охотничьи» спички. А на солдатах и офицерах очень красивые были мундиры. Насколько они соответствовали подлинным, судить не буду. Но информация о Семёновском и Измайловском полках попала в голову тогда. О гусарах, драгунах и гренадёрах, которые отлупили Наполеона. Ах, мне бы ту способность запоминать да сегодня…

Сегодня десятилетий больше, чем тогда было лет. На смену способности схватывать на лету, пришла способность забывать: куда пошёл, зачем пошёл…
Сегодняшним ребятишкам пяти-шести лет меня во многом не понять. У них свои игрушки. Какие этикетки? У отца зажигалка. Какой диапроектор? Дед, а SMART-телевизор с вай-фаем не хочешь? И химия у них с пелёнок. Что касается памяти судить не берусь.